Алексей Венедиктов - Будем наблюдать - 2018-11-10
С.Бунтман
―
Добрый день! Действительно, Алексей Венедиктов здравствуйте. Алеша, добрый день!
А.Венедиктов
―
Добрый всем день!
С.Бунтман
―
Сергей Бунтман. Александр Смирнов звукорежиссер. И вы здесь и в чате и в YouTube, СМС: +7 985 970 45 45. Задавайте вопросы.Здесь все желают тебе здоровья. И мне больше всего понравилось такое: «Оживели уже?» - вот это. Я долго читал: «Оживели». Ну, всё, тьфу-тьфу-тьфу!
А.Венедиктов
―
Во-первых, я хочу сказать спасибо всем, кто прислал мне всякие послания, волновался. Прежде всего, конечно, спасибо врачам, которые меня выдернули, надо признать. Боткинской больнице огромное спасибо – и глав врачу и врачам и наблюдающим, и операторским медсестрам и младшему медицинскому персоналу и так далее.Отдельное хочу сказать спасибо коллегам из разных изданий, которые очень деликатно, надо сказать, не писали о том, что я был отравлен «Новичком» или убит кровавым режимом или похищен. Да, очень деликатно писали и спасибо, что деликатно, потому что, конечно, непростая это была история. И спасибо отдельное всем моим знакомым и друзьям разных политических, этических и эстетических взглядов, которые, как один присылали мне все, что могли послать, от лучей поддержки до двух половиной килограмм пармезана. Спасибо большое! Пусть себя узнают в этом.
С.Бунтман
―
Ты его не ешь, это вредно.
А.Венедиктов
―
Как раз это мне разрешено.
С.Бунтман
―
Ну, ладно.
А.Венедиктов
―
Так что буду вгрызаться как кролик.
С.Бунтман
―
Но я попытался, ну ладно, хорошо.
А.Венедиктов
―
Ну, я поделюсь. В общем, спасибо всем! Будем продолжать. Не только наблюдать, но и продолжать. Я вернулся к деятельности своей разнообразной. Сразу хочу сказать, что 13-го числа, это будет вторник, в Санкт-Петербурге у нас «Дилетантские чтения». Евгений Ройзман. Я напомню, то он историк по образованию. И он по теме нашего номера «Екатерина и Крым». Присоединение Крыма в XVIII веке. В отеле «Гельвеция». Еще билеты есть. Будет там читать. Я надеюсь туда подползти, если здоровье позволит, в Санкт-Петербург. Вечер 13-го во вторник.Сразу хочу сказать, что этот журнал вы ищите, потому что с учетом тонкости темы, не все распространители его взяли с извинениями: «Ребята, мы как-то вот простите…». Мы прощаем, мы понимаем, хотя не одобряем. Ну, там же и статья про летчика Хартманна известгная…
С.Бунтман
―
Мы говорили об этом, да-да-да.
А.Венедиктов
―
Поэтому спрашивайте в киосках и магазинах, пока он еще есть. Но тираж мы не будем допечатывать с учетом всех… Поэтому «Дилетантские чтения», и сразу скажу: 6, по-моему, декабря в городе Оренбурге Николай Сванидзе про Колчака будет делать «Дилетантские чтения». Потом, если получится, мы его на Москву переведем и на Санкт-Петербург, и Екатеринбург.
С.Бунтман
―
И раз пошла такая пьянка, я сказу, что сегодня в 18 часов здесь, напротив, в Доме книги будет презентация книги Алексея Кузнецова по мотивам нашей программы «Не так».
А.Венедиктов
―
Это книга Алексея Кузнецова и твоя. Давай уж до конца…
С.Бунтман
―
Я подтанцовывал.
А.Венедиктов
―
Это неважно.
С.Бунтман
―
А Алексей сделал из этого литературную книгу.
А.Венедиктов
―
Хорошо.
С.Бунтман
―
Я сегодня там буду…
А.Венедиктов
―
Вот это я хотел сказать – что ты там будешь.
С.Бунтман
―
Да, я буду вести. И будет у нас Илья Новиков.
А.Венедиктов
―
Адвокат. Знаменитый процесс. Напомню вам, что эта программа с вашей помощью делается. Вы помогаете, вы выбираете. И вы соавторы этой книги. Почему я говорю, что не только Алексей. Хотя, конечно, главный – Алексей.
С.Бунтман
―
Ну, конечно, соавторы. И вы темы иногда такие предлагаете сами нашей группе, которые мы бы никогда не нашли.
А.Венедиктов
―
Так что мы активны.
С.Бунтман
―
Активны. Вот сейчас перейдем… На одре болезни не выпускал из рук всяких девайсов и следил за американскими выборами.
А.Венедиктов
―
Ты знаешь, я еще пользовался телефоном - редкость – как телефоном.
С.Бунтман
―
Да ты что!
А.Венедиктов
―
Потому что мне приходилось звонить людям, которые в этом понимают больше и разговаривать на их плохом русском языке. Так что я еще работал на койке, да.
С.Бунтман
―
Скажи мне, пожалуйста, каковы итоги и что ты из них понял? И насколько общие оценки сейчас, они справедливы.
А.Венедиктов
―
Я думаю, что те, кто сейчас считает, что для России мало что изменят результаты выборов, они правы. Потому что по России у республиканцев и демократов есть консенсус. И все разговоры о том, что это внутриполитическая борьба, конечно, они имеют место быть, но на самом деле там полный консенсус. Вот послушайте, вне зависимости от состава сената или палаты представителей всё бы оно и двигалось. Это первое. Так что нам ничего не улучшилось и, наверное, ничего не ухудшилось.
А.Венедиктов: Те, кто сейчас считает, что для России мало что изменят результаты выборов, они правы
История номер два заключается в безусловной победе демократов, которые взяли под контроль одну из палат парламента – палату представителей. И это не только внутриполитическая история, потому что теперь Трамп и его инициативы по закону по миграции и так далее – будет сложнее, хотя там у сената больше вес. Но дело в том, что теперь комитеты по разведке, по международным делам и все комитеты в нижней палате представители возглавят представители оппозиции, демократов.
С.Бунтман
―
Все?
А.Венедиктов
―
Все. Там правило: если партия берет под контроль палату, - а первый человек каждого комитета – это представитель победившей партии.Третье: теперь это важно – стало приблизительно понятно, что демократы консолидируются в свете президентских выборов 20-го года. У них ветер в паруса. И все разговоры: они рассчитывали на 60 – ничего они не рассчитывали на 60. Полная ерунда и бред. Я посмотрел все прогнозы – все говорили: «Нам бы преимущество в 20 мест». Значит, на сегодняшний день у них, если мне не изменяет память, преимущество в 17 мест. И еще не посчитаны 2-3 места и одно место в сенате и одно сенатора.
И еще одна важная вещь: демократы завоевали 7 губернаторских мест, плюс 7. Это те самые штаты, которые проиграла Клинтон небольшим количеством голосов в 16-м году. Вообще, выборы организуют губернаторы. И там были республиканцы при Клинтон. Понятно, да? Вот сейчас там стали демократы, которые будут губернаторами во время выборов 20-го года. Плюс 7 штатов. И это большая победа. Хотя здесь не говорят. Это внутриполитическая, но очень важная история. Еще Аризона не посчитана.
Так что с этой точки зрения для России это любопытно, как действует демократия: как пересчитывают голоса, как партия правящая пытается изменить законодательство в том или ином штате, чтобы получить преимущество на следующих выборах. Такое есть. Там регистрация должна быть избирателей. Там чтобы проголосовать, нужно зарегистрироваться. Он не может – исполнилось 18 лет - иди голосуй. Автоматический список. Нет-нет, не так. И это интересно было наблюдать.
Но, конечно, Трампа немножко повязали по рукам. Но это их внутреннее дело. Повторяю, по России, безусловно, у них консенсус. И я думаю, что второй пакет санкций по закону о нераспространении химического оружия 91-года будет введен, тем более, что именно Госдеп, который принадлежит республиканцам, Трампу, Помпео – именно Госдеп представил новому составу конгресса, уже направил в новый состав конгресса, который соберется в январе только, как бы сказать… ноту, документ, что Россия не выполнила своих условий по доказательству о неприменении химического оружия, так что вы, ребята, можете вводить второй пакет.
Вот что уже произошло ровно вчера или позавчера. Поэтому в этом смысле выборы, безусловно, любопытны. Там референдумы были в разных штатах, графствах, там разные люди интересные потерпели поражение или победили. Но это уже такая мелочевка, которая красивая, интересная, замечательная, но которая, повторяю, не имеет отношения к двусторонним отношениям.
Кстати, можно плюс поставить? Сегодня наш посол в США Анатолий Антонов прислал мне ночью (но у них был день) фотографию: над российским посольством приспущен российский флаг в знак скорби и солидарности по погибшим в перестрелке там. Да. Отношение солидарности… Давно я этого не припомню. И вот он мне прислал фотографию, чтобы я не пропустил. Ну, я бы не пропустил и так, но спасибо Анатолию Ивановичу Антонову. Мы с ним как бы сейчас после моей поездки восстановили отношения, в смысле переписываемся. И просто вот это отметил. И даже такие «ненавистники» России, как русофоб Макфол, извини, Майкл, это была шутка – написал ему: thank you.
С.Бунтман
―
Это хорошее дело.
А.Венедиктов
―
Потому что знаки очень важны. Они важны для Путина и важны для американского общественного мнения.
С.Бунтман
―
Кстати, про знаки. Завтра будет 100-летие перемирия.
А.Венедиктов
―
Называется 100-летие окончания…
С.Бунтман
―
Фактического окончания Первой мировой войны. Ты знаешь, отношение и роль России в этом. Отдельно.
А.Венедиктов
―
К сожалению, меня врачи не отпустили лететь с президентом туда. Я уже собирался, я уже записался. Это очень важная история. потому что на Западе называется Великая война. По количеству погибших, изувеченных, искалеченных это, действительно, была Великая мировая война, великая трагедия. И Россия в этой великой трагедии сыграла великую трагедийную роль.Но в наше с Владимиром Владимировичем время, когда мы учились в школе оба, в институтах – он там в Высшей школе КГБ, я – у себя – про нее не предпочитали не говорить, Сережа. Вот просто предпочитали не говорить. И мы плохо знаем историю России даже, я уж не говорю Франции, США, Британии, Германии в Первой мировой войне. А это великая трагедия. Вся Европа едет туда, в Париж. Вся Европа едет на форум народов мира. И президент Путин туда летит. Там, к сожалению, не будет или будет мимолетная встреча Трамп – Путин. Ну, они собираются на «двадцатке» в Аргентине встретиться поподробнее, наверное. Но там всё на ногах, это правда, потому что огромное число лидеров. Это, знаешь, такая большая история. Это правильно. И это должно возбудить интерес, в том числе, и в России к этой истории.
Тут недавно обнаружил, кто поставил памятник 2-й армии генерала Самсонова, погибшей в Восточной Пруссии, разгромленной.
С.Бунтман
―
Немцы.
А.Венедиктов
―
Гинденбург. По его приказу. «Славному генералу Самсонову»
С.Бунтман
―
Конечно. Гинденбург, который сам участник. Своему славному противнику.
А.Венедиктов
―
И этим надо заниматься, на это надо обращать внимание. Там были и подвиги, было и предательство, много чего было. Но, мне кажется, по Первой мировой войне надо что-то делать. Подробно чего-то делать.И это важная дата в истории человечества. Но Первая мировая война породила вторую. Результаты Первой мировой породили Вторую.
С.Бунтман
―
Илья говорит: «Жаль вагон из Компьена не сохранился». Но там же была подписана капитуляция Франции, между прочим.
А.Венедиктов
―
Да, в 40-м году. Знаете, ничего страшного нет. Память должна сохраняться. А вагоны - дело наживное, я бы вам так сказал, Илья.
А.Венедиктов: Конечно, Трампа немножко повязали по рукам. Но это их внутреннее дело
С.Бунтман
―
Роман спрашивает: «А ваше отношение о положительном высказывании Макрона о маршале Петене?»
А.Венедиктов
―
Вы знаете, очень больная тема. Я, честно говоря, хочу почитать французскую прессу, причем еженедельную, когда выйдут журналы. От не сию секунду. Вы знаете, в истории такое было, когда человек начинал как герой, а заканчивал как предатель. И таких людей много. И вообще, люди не линейны. И это очень хорошая тема, Роман, для разговора. Когда меня просят: «Оцените историческое значение такого-то нынешнего политика», я говорю: «Подождите. Он еще жив». Он еще, может быть, чего может накрутить и навертеть.
С.Бунтман
―
Вы знаете, я вам скажу, что когда умер Петен, вышли журналы и газеты с фотографией не самого Петена, а маршальского кепи. И воспринять Петена как героя Вердена…
А.Венедиктов
―
Это про Петена, Сережа. Я не про Петена. Генерал Власов. А вот генерал Власов? Я вам рассказывал, у меня полная подшивка военной «Правды». Декабрь 41-го года. Первая полоса: «Герой битвы за Москву». Не Жуков – Власов. Награжденный. И он герой. И он реальный герой битвы за Москву. А потом – предатель. И он предатель. И он герой, и он предатель.
С.Бунтман
―
Видеть во всем объеме человека…
А.Венедиктов
―
Но точку он поставил предательскую – что Власов, что Петен. Это правда. Но если мы хотим с вами наблюдать за их жизнью… В истории человечества много таких людей. А как начинал Нерон? Первое, что сделал Нерон – амнистия! Первое, то сделал Калигула – амнистия! Эти страшные люди, которые в конце жизни были просто людоедами. А при этом их помнят как людоедов.Но для тех, кто интересуется, я думаю… Роман, огромное вам спасибо. Я думаю, что про это надо делать и в «Дилетанте» и на «Эхе»
С.Бунтман
―
А делаем.
А.Венедиктов
―
Про таких людей, про такие истории передачи. Ну, конечно, Петен, он предал Францию завоевателям, конечно. Сначала спас, а потом предал.
С.Бунтман
―
А песне его, гимне пелось: «Ты спас Францию второй раз» - там было написано.
А.Венедиктов
―
Ой, и Чемберлен спасал. Много кто чего спасал. Гитлер спас Германию… Слушайте, давайте по-серьезному.
С.Бунтман
―
А Муссолини сделал снова великой Италию. Давайте мы вернемся через пять минут. У нас еще есть темы.НОВОСТИ
С.Бунтман
―
Мы продолжаем. Алексей Венедиктов здесь, Сергей Бунтман. Александр Смирнов звукорежиссер. Тут еще вопрос есть: «Как вы относитесь к выборам в Грузии?»
А.Венедиктов
―
Я за ними наблюдаю, естественно. И знаю обоих главных кандидатов. И надо сразу вам сказать, что и Саломе Зурабишвили и Григол Вашадзе - это абсолютно прогрузинские политики. Не ищите там пророссийской руки. И одна была министром иностранных дел при Саакашвили и другой был министром иностранных дел при Саакашвили. Конечно, Григол ближе к Саакашвили. Обещал немедленно его амнистировать или, не знаю, реабилитировать и вернуть ему гражданство… Ну, я не помню все тонкости.Но мы видим, что там политическая борьба, на равных причем. И это меня радует. И я очень люблю Грузию. И, собственно говоря, даже планировал поехать, к Григолу, во всяком случае, потому что мы, действительно, хорошо знакомы. Я напомню, что он муж великой балерины Ананиашвили. Я туда приезжал, когда и делал с ним интервью – найдите на сайте его интервью, - это было ровно в те дни, когда он отказывался от российского гражданства. Он не хотел отказываться от российского гражданства. Там была длинная история. И МИД не хотел. И только уже когда война пошла, ему, конечно, было неуместно…
Я считаю, что это достойный выбор грузинского народа – и тот и другой. Но опять же, поскольку Григола знаю совсем лично, то втайне болею за него - втайне. Я точно знаю, что если он будет избран, он даст мне интервью, точно.
С.Бунтман
―
«Где сейчас Саакашвили?» - спрашивает Вера.
А.Венедиктов
―
Саакашвили сейчас – я не его пресс-секретарь, - но он в Европе, он в Голландии. Он с семьей. Он воспитывает сына младшего. Смешной такой парень. Он частное лицо пока. Он в Нидерландах. Но я не слежу, собственно говоря. Посмотрите последнее интервью, которое он нам давал. Как раз из Голландии, по-моему. В годовщину войны, в августе.
С.Бунтман
―
«Так он переключился полностью на Грузию, - говорит Роман, - У Украиной больше не занимается?»
А.Венедиктов
―
Его же лишили там всего. Вы же, если наблюдаете, я вам говорил, что Порошенко видит в нем реального конкурента. Вспомните всю эту историю. Его переключили. Но Михаил Николаевич при всей спорности его политики он боец.
С.Бунтман
―
Кстати, в Одесе видно, что он пытался сделать. Даже видно просто.
А.Венедиктов
―
Будем наблюдать, Роман, вместе с вами.
С.Бунтман
―
Здесь такой вопрос: Удивила ли тебя публикация в «Новой газете» - это расследование насчет Пригожина и так далее? И то, что там были DDoS-атаки тоже оттуда на «Эхо».
А.Венедиктов
―
Я повторю сейчас абсолютно непопулярную вещь. Несмотря на то, что его показали в делегации Министерства обороны, где он сидел недалеко от Шойгу на встрече с маршалом ливийской армии, с министром обороны Ливии, официально делегации (он член официальной делегации). Все говорят, что он кормил их. Тогда бы он не сидел за столом. Это официальная история. И это тайные переговоры. Он значит, допущен.
А.Венедиктов: Я по-прежнему считаю, что господин Пригожин является фронтменом всех этих историй
Я по-прежнему считаю, что господин Пригожин является фронтменом всех этих историй. Сейчас я объясню, что я имею в виду. Если вы почитаете внимательно расследование «Новой газеты», вы увидите уровень приказов, которые он дает: Поймать тараканов, запустить на кухню соперника. Кого-то где-то избить, потому что он чего-то сказал. Понимаете, уровень человека? Как человек такого уровня может организовать ЧВК Вагнера? Как человек такого уровня может разрабатывать планы…
С.Бунтман
―
Человек широк.
А.Венедиктов
―
Нет, человек умел или неумел. Это просто другая история. Мне просто по-прежнему, именно исходят из расследования «Новой газеты» - я вчера говорил с Димой Муратовым об этом, я спрашивал его точку зрения, - мне кажется, он как раз человек, которого вытолкнули на авансцену, сфокусировали на него свет – и вот у тебя возник зловещий такой джокер. А путинский повар... Одновременно смешно и жалко, и страшно, правильно? «Это тот повар, который готовит острые блюда…» - ну, понятно.А на самом деле для того, чтобы иметь лабораторию по ядам…Почитайте, как она была организована во времена Сталина, какие ресурсы туда вкачивали. Это абсолютно не частное дело. А если это частное дело, то это должны быть люди, не только имеющие деньги, но и имеющие структуры за тобой.
Ну, пойми, как к этому человеку относятся кадровые военные, бывшие бойцы ГРУ, предположим.
С.Бунтман
―
Я не знаю.
А.Венедиктов
―
А я знаю. Он чужак для них, он для них не свой. Это люди очень корпоративные. Я думаю, что на самом деле за ним стоят очень серьезные руки, которые радостно потирают потные ладошки, когда все начинают говорить… О нем надо говорить.
С.Бунтман
―
А он афиша, да?
А.Венедиктов
―
Да, О нем надо говорить. Он знаешь, он такой Арам Ашотович Габрелянов: поорать, то-сё… Но мы никто не скажем, что Арам Ашотович Габрелянов политический игрок. За его спиной стояли то Володин в свое время, то Сурков в свое время. Потом он предавал одного, перебегал к другому. То Ковальчуки… Говорить о том, что он состоятельная такая, зловещая политическая фигура… Клоуны. А он, конечно, человек, видимо, злой и жесткий.
С.Бунтман
―
А его светился, сидел за столом с генералами?
А.Венедиктов
―
А это интересно… Это прокол. А, может быть, специально, чтобы усилить его роль, понимаешь? А может быть, специально, что, ребята, вот он главный злодей-то. Теперь он сидит за столом с генералами. Обычно он стоит за столом. Я много раз наблюдал, как Пригожин Путину приносит еду, открывает, наливает… и не только ему, кстати.Я считаю, что история более сложная. Конечно, о нем надо говорить, конечно, о фронтмене тоже… Но надо, чтобы прожектор светил дальше, чтобы он превратился в рентген, с моей точки зрения.
С.Бунтман
―
То есть видеть, что за этим.
А.Венедиктов
―
Да, видеть, что за ним.
С.Бунтман
―
Где там какой скелет им движет.
А.Венедиктов
―
Да. Так мне кажется. Я ничего не знаю. Именно по расследованию «Новой газеты». Это мое предположение.
С.Бунтман
―
Тебе это и раньше казалось, это усугубило?
А.Венедиктов
―
Нет, это усугубило два расследования. Одно, которое делал не помню кто, а второе – «Новая газета». Я представляю механизмы, которые там работают. Я их вижу в действии. Я представляю, кто чем может заниматься. Я, конечно, могу ошибаться в каких-то отдельных случаях. Но весь этот механизм, все эти колеса, взаимодействия… знаешь, «у Шойгу разногласия с Пригожиным». Вы в уме? Вы еще скажите, у Герасимова, у которого ядерный чемоданчик, у начальника Генштаба тоже разногласия с Пригожиным? Ну, вы в уме? Так в России механизмы не действуют. Вот Пригожин – он такой Ролдугин. Он Ролдугин с другой стороны.
С.Бунтман
―
У этого – виолончель, у этого – кастрюля.
А.Венедиктов
―
Ну, можно сказать и так. Да, он, наверное, держатель каких-то прав на какие-то месторождения в Сирии. Но понятно, что это не его месторождения.
С.Бунтман
―
Иван Боков пишет: «Таким образом, на вершине пищевой цепочки стоит Путин».
А.Венедиктов
―
А у нас Путин стоит на вершине пищевой цепочки. А вас что-то удивило?
С.Бунтман
―
На то и пищевая цепочка…
А.Венедиктов
―
Иван, вы знаете, Волга впадает в Каспийское море. Я с вами согласен.
С.Бунтман
―
Человек глупость какую-то сказал. Помнишь, девочка, которая единственная правильно ответила, куда впадает Волга?«Я чего-то не слышал, чтобы он даже шепотом говорил, - здесь пишет слушатель, - Пригожин. Не то что орет».
А.Венедиктов
―
Нет, вы почитайте это расследование, свидетельства людей, которые с ним работали. Он на них орал. Он орал на своих подчиненных. Он, вообще, человек эмоциональный, хочу вам сказать. Не, на меня он тоже не орал, естественно, особенно в присутствии солнцеликого. Но вот то, что описывается… Вы прочитайте в «Новой». На сайте, кстати, у нас от «Новой газеты» с из любезного разрешения… вот как манера поведения.
С.Бунтман
―
Да, там всё очень любопытно.
А.Венедиктов
―
Там манера поведения гораздо интересней, чем всё остальное. Но история с тараканами меня добила. Как повредить конкуренту, чтобы он не получил заказ. Поймать тараканов, запустить…
С.Бунтман
―
Давай накапаем им в ручеек цианистый калий.
А.Венедиктов
―
Абсолютно.
С.Бунтман
―
Здесь такой нюанс как Nord Stream …
А.Венедиктов
―
Слушайте, это продолжение.
С.Бунтман
―
Это продолжение истории арбитража…
А.Венедиктов
―
Арбитражная история. Запрет. Сейчас будут апелляции бесконечные. Ну, там кольцо стягивается. Идет война, в том числе, Америки… Мы в самой середине процесса. Через месяц скажут, что этот арбитраж отменил этот процесс.
С.Бунтман
―
Беркут пишет тебе: «История шпиона в Австрии?»
А.Венедиктов
―
О, вы знаете, Беркут, она замечательная! В смысле ее надо замечать. Там все по-новому. И в этом можно согласиться с Лавровым. Во-первых, сама фигура шпиона. Человек завербован был – внимание! – в 88-м году в Тегеране. Человек не 20 лет на нас работал, а 30 лет. Не надо нам тут побрасывать. 40-летний полковник. Сейчас ему 70.
С.Бунтман
―
Хорошо, я посчитаю.
А.Венедиктов: Вот Пригожин – он такой Ролдугин. Он Ролдугин с другой стороны
А.Венедиктов
―
Дальше, что он собирал, какую информацию? Австрия – нейтральная страна, не член НАТО. Но он, уже даже будучи на пенсии, ходил на семинары, которые НАТО проводит, а затем то, что было на этих семинарах, не зная, что там было важного, передавал, по мнению следственных органов Австрии и Германии в российскую разведку. Но самое интересное, чем он занимался – он изучал привычки и слабости натовских лидеров личные, персональные и передавал их – то, что он имел в общении. Это самое ценное, что может быть.Свадьба министра иностранных дел Австрии. А кто он? Это первая история такая, для романа. Был бы жив Жерар де Вилье, мы бы уже имели «SAS»…
С.Бунтман
―
Сам бог велел…
А.Венедиктов
―
Вторая история важная – это то, что сказал Лавров. Что же они вызывали нашего любимого товарища – посла Австрии в Москве Йоханнеса, с которым мы хорошо знакомы, в МИД, чтобы сказать ему – что? Знаешь, что? «Зачем это кричите? Не могли по нашим каналам сообщить, что ли, что вы недовольны и задать нам вопросы? Вы зачем нам тут «мегафонную дипломатию»…?» Кто бы говорил про «мегафонную дипломатию». У нас любимый мегафон – Маша Захарова. Кто ее перемегафонит? – я с гордостью говорю. Никто не перемегафонит. Мегафонная дипломатия – это российская дипломатия сейчас. То есть просто охренели.И, конечно, Путину, у которого сложились личные отношения с канцлером Курцем, молодым человеком, но и с министром иностранных дел Австрии, на свадьбе которой он был, кстати, выдвинутой крайне правой партией, она отменяет… Почему? Мало ли шпионов? Мне говорят тут мои знакомые: «Слушай, чего такой крик? Мы шпионили и будем шпионить. И, наверное, австрийцы шпионят». Нет, друзья мои, это такой упрощенный взгляд на мир.
Наверняка в разговорах между Путиным и Курцем шла речь о том, что Австрия – нейтральная страна, поэтому активность свою сократите. То есть другой статус. Мы нейтральная страна. Вы нас обижаете. А когда выяснилось, что собирают личные данные – кто такой муж у этой дамы, а какие его интересы разного рода – и вот это конечно просто… И обиженный Курц, которому Путин наверняка сказал: «Чувак, пацан, ну, конечно. Мы друзья. Какой шпионаж! Там ну, будем подбирать информация».
А.Венедиктов
―
И он говорит очень важную вещь – канцлер. Он сказал: «Это подозреваемый, - европейский подход, - полковник – подозреваемый. Наши спецслужбы его подозревают. И мы получили наводку от наших союзников, - имеется в виду Германия, условно. – Но если будет стопроцентно доказано, мы обратимся в Евросоюз – внимание! – зачем, чтобы что, Сережа? Санкции новые. Три страны, которые, в общем, тормозят санкции: Австрия, Греция, Италия. Греция – йок с действиями палестинского общества с невпуском монахов и так далее. Теперь Австрия – йок с этой шпионской историей. Осталась Италия. Ну, давайте посмотрим.И что очень важно. Да, шпионили и будем шпионить и правильно шпионили. Потому что за это мы из наших налогов платим деньги. Это всё понятно. Ребята, ну, не попадайтесь, а. Ну, не попадайтесь же, ну! Там же какая история. Там якобы конечную точку, что этот завербованный полковник уже на пенсии – слушайте, оставьте его в покое - нет, ты нам расскажи, какие макароны любит новый министр вооруженных сил… Знаешь, на чем решили брать якобы? Засекли, что наш – видимо, военный атташе – передал ему, что он раскрыт, и мы сворачиваемся. Ну, где ты Жерар де Вилье со своими романами про SAS!..
С.Бунтман
―
И где, наоборот, полковник Редль
А.Венедиктов
―
Абсолютно. Очень жалко. Это провал. Политический. Я сейчас не говорю про разведку. Я не буду говорить какую цену этот полковник представлял сейчас, 70-летний пенсионер, как это было. Но, конечно, провал.
С.Бунтман
―
Так кто слил инфу про шпиона?
А.Венедиктов
―
Германцы. Один народ. ein Reich.
С.Бунтман
―
Ой что вы говорите! Здесь задают вопрос. Ситуация эта длится с журналом The New Times. Его судьба и как можно помочь?
А.Венедиктов
―
Вчера было принято решение - они долго думали и спорили, - что собирают деньги на штрафы и продолжают работу. Я буквально перед эфиром перевел 100 тысяч рублей из своей зарплаты, со своего банковского счета на этот фонд. Я считаю, что надо продемонстрировать солидарность. Я понимаю, что через 5 минут может быть новый штраф на 220 миллионов. Но мне важно продемонстрировать Жене, во-первых, несогласие с этим судебным решением - там даже Роскомнадзор отъехал, как ты знаешь, признание его абсурдным, внеюридическим. И надо хотя бы собрать деньги на адвокатов… Понимаешь? Потому мы помним, как от The New Times отбивали рекламодателей.
А.Венедиктов: Я не буду говорить какую цену этот полковник представлял сейчас, 70-летний пенсионер
Еще раз повторю: решение суда нечестное, внеюридическое, с точки зрения моих юридических консультантов, знаменитых адвокатов по этим делам, которые, повторяю, не любят Женю Альбац. Специально обратился к людям, которые к Жене относятся неважно. Тем не менее, решение неюридическое, нарушающее решение Пленума Верховного суда. Дожили: мировой судья отменяет решение Пленума Верхоного суда! Правовое государство, прости господи. Поэтому решение политическое. Я считаю необходимым... Поговорил там… с семьей, и мы решили, что от нашей семьи, от Венедиктовых – от Лены, от Алексея-младшего и от меня - мы перечисляем 100 тысяч рублей на счет фонда, который будет платить штраф ли на счет адвокатов. Как Женя скажет.
Я никому ничего не могу советовать. Но я бы просил учесть, что эта история нечестная и несправедливая. Вы можете любить журнал, вы можете не любить журнал, но этот журнал является профессиональным СМИ. И ради попытки сохранения этого профессионального СМИ, может быть, с негодными вещами, нужно бороться таким образом и выразить солидарность.
С.Бунтман
―
Лариса спрашивает: «А если не платить этот штраф, какие будут последствия, кроме закрытия?»
А.Венедиктов
―
Я думаю, что судебные приставы должны будут объявлять, поскольку Женя единственный учредитель… Слушайте, там история вот в чем: они хотят выдавить Женю из страны. Судебные приставы начнут арестовывать ее счета личные, ее 22 коврика, не выпускать… или, наоборот, заставить ее бежать из страны. Закрыть ей выезд… и будут угрожать, что ей закроют выезд, потому что она банкрот…
С.Бунтман
―
И она не успеет.
А.Венедиктов
―
Именно для того, чтобы она успела. И я знаю, что ужен есть «друзья», которые говорят: «Женя, ты чего ждешь? Пока тебя не это самое…?» Вот же история какая. Это выдавливание из страны. Но для «Эхо Москвы»… у нас есть возможность выводить Женю в эфир и так и сяк, и мы будем это делать. Но вы должны просто понять, что пропадет журнал и пропадет Женя.
С.Бунтман
―
Евгений, спасибо. Совершенно неважно, сколько вы перевели…
А.Венедиктов
―
Вот неважно, абсолютно неважно. Вот сколько могли… Мы тоже обсуждали в семье. Большая сумма для нас. Но «Новая газета» как организация переводит миллион рублей. Я не организация. Я не распоряжаюсь на «Эхе Москвы» финансами. У нас есть генеральный директор, как вы помните, поставленный Кремлем. Мы этого не можем сделать. Но лично – да. Неважно сколько. Важно сколько людей по рублю.
С.Бунтман
―
Спасибо, Дина. Это очень много, кстати. Я просто не буду в эфир говорить, но я говорю тем, кто пишет, что…
А.Венедиктов
―
Я хочу сразу сказать, что, может быть, ваши деньги сгорят, имея в виду, что не соберут… штраф конфискуют, счета арестуют… Они не сгорят, потому что они для вас. Они не для Жени и не для журнала. Они для вас. Этот перевод для меня, этот перевод для вас – то, что я делаю, то, что вы делаете, то, что делает «Новая газета».Не рассчитываем на взаимность, что называется, но рассчитываем на солидарность читателей журнала и слушателей «Эха», читателей «Дилетанта» и просто людей, которые понимают, что медиа должны быть разными. Они быть должны неприятные, они должны быть колючими… Кстати, последнее: лежал на койке когда, и мне присылали всякие… присылали люди – вот я тебе клянусь – которых мы тут имеем в эфире и наши гости – там Дима Рогозин, Дмитрий Олегович Рогозин…
С.Бунтман
―
Герой наших программ всё время.
А.Венедиктов
―
Да. Там… «держись, держи радио». Марго Симоньян. Я не говорю о тех, кто друзья. «Держись, держи радио». Во время приема к нашему дню рождения разные люди пришли, как ты знаешь. «Держись, держи радио. Нам нужно твое радио. Да, нас всё время обижают, то-сё, пятое-десятое… нам нужно». Ребята, спасибо! Даже те, кто не любит. Это нормальное человеческое отношение к медиа. И мы будем стараться сохранить эту поляну. Она нужна стране.
С.Бунтман
―
Говорят а где найти реквизиты?
А.Венедиктов
―
На сайте. Сейчас я выйду. Мы на сайт их повесим. Вот сейчас через 10 минут. Они, наверное, есть в соцсетях. Повесим на сайт как солидарность. Спасибо еще раз, что сказали… Помогайте. Пропустил…
А.Венедиктов: Он изучал привычки и слабости натовских лидеров личные, персональные и передавал их
С.Бунтман
―
А не повяжут ли потом тех людей, кто переводит деньги?
А.Венедиктов
―
Вот, пожалуйста. Что я могу поделать. Вяжите. Я делаю это публично ровно для того, чтобы сказать: Я ни хрена не боюсь, ни хрена не боюсь просто. Всё законно.
С.Бунтман
―
Спасибо, и спасибо, Дон Кихот. Мы сейчас повесим всё это дело. Все сделаем. И у нас будет тоже… Что с программой Ильинского? Володя выздоравливает. Мы его ждем… Держим место.
А.Венедиктов
―
Ребята, позиция всегда одинаковая: греем подушки. Даже не задавайте этот вопрос. И был вопрос, Сережа, я хотел на него ответить.
С.Бунтман
―
Да, вопрос: почему мы не зовет в нашу программу украинских политологов, выступающих на российских ток-шоу, например, Вячеслава Ковтуна, Вадима Карасева и других?
А.Венедиктов
―
Мой косяк. Принял к сведению. Обещаю исправиться. Спасибо, что прислали вопросы. Вот такие вопросы я люблю, даже которые критические: «Почему вы, суки, - «мы» - суки, - не зовем».
С.Бунтман
―
Это было самоназвание.
А.Венедиктов
―
Самоназвание, да. Да потому что косяк! Исправимся. Спасибо, кто правит косяки. Самопровозглашенная сука.
С.Бунтман
―
Спасибо, друзья. Через час про Первую мировую войну как раз и поговорим – те, кто хотел.
А.Венедиктов
―
И сегодня в 18 Кузнецов и Бунтман в Доме книги на Новом Арбате презентация книги «Судебные процессы прошлого».
С.Бунтман
―
Счастливо!