Купить мерч «Эха»:

Без посредников - 2008-06-14

14.06.2008
Без посредников - 2008-06-14 Скачать

А. ВЕНЕДИКТОВ: 18 часов 14 минут в Москве, всем добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. Это программа «Без посредников». Напомню вам, что связь со мной осуществляется по телефону 363-3659, это прямой эфир. Вы можете посылать свои сообщения посредством смс по московскому номеру 970-4545. Естественно, все будет включено. В преддверие футбола. Я успею до Юлии Латыниной. А Юлия Латынина успеет до программы «Кейс». Поэтому все будет в порядке. Я напомню, что это программа «Без посредников», где мы с вами говорим о радиостанции, о ее проектах, о том, как она работает, предложения, замечания, критика и наоборот – и похвалить можно, а то все критикуют и критикуют. Меня попросили разъяснить, очень многие люди написали мне в Интернете, Михаил Федоров, программист, в частности: «Как вы оцениваете передачу Пархоменко с Квачковым?» Я оцениваю эту передачу как полезную, Михаил. Я бы сказал даже слово «поучительную». Поучительная передача. Естественно, Владимир Квачков был приглашен, я был проинформирован, я был в Петербурге на форуме, мне позвонили и сказали, что есть такая мысль, я сказал – мысль хорошая. А что касается передачи, то задачей журналиста, в данном случае у Сергея Пархоменко, который провел ее профессионально, было возможность выявить в позиции Владимира Квачкова все то, что Владимир Квачков не хотел, чтобы у него выявили. Он это сделал – и один, и другой. Поэтому передача чрезвычайно поучительная, а следовательно, полезная. Весь вред от нее перекрывается пользой от нее. Вообще все бывает полезно, все бывает вредно, в каждой передаче есть своя польза, есть свой вред. Вот передача «Суть событий» с Владимиром Квачковым, которую провел Сергей Пархоменко, безусловно, польза и поучительность (я еще раз подчеркну – поучительность) этой передачи гораздо важнее, чем тот возможный вред, который, как некоторые считают, был нанесен самим фактом приглашения Владимира Квачкова в эфир «Эхо Москвы». Еще раз подчеркну, что информационная политика «Эхо Москвы» строится прежде всего на том, что люди, оказывающиеся в центре внимания, приглашаются в эфир. То, что касается судебных процессов, серьезных судебных процессов, так и будет продолжаться. Если после окончания процесса господин Гробовой сможет придти в эфир «Эхо Москвы», он будет приглашен в эфир «Эхо Москвы». И совершенно неважно, как к деятельности этих персонажей, тех или иных персонажей, относится главный редактор «Эхо Москвы» или журналист, который принимает этих персонажей, потому что это профессиональная работа, обязаны – и всё. Поэтому что касается моих взглядов на взгляды каждого из гостей, приглашаемых сюда, то вот тут уж я точно не обязан перед вами отчитываться, что я думаю про взгляды г-на Квачкова, и г-на Чубайса, и г-на Явлинского, или г-на Путина. Это не есть моя работа в программе «Без посредников». В программе «Особое мнение» - возможно, а в программе «Без посредников» - нет. Это то, что касается этой передачи.

Василий, сибарит из Москвы говорит о том, что часто не озвучивают вопросы, которые приходят по Интернету. Это так и не так, Василий. Вот мне сейчас пришло, например, 68 вопросов. Вся передача будет идти чистого времени 40 минут. Ну и посчитайте, если я буду отвечать на вопросы. Главное, что в этих вопросах, и почему я считаю, что посылайте вопросы, а не длинные рассуждения… Например, там есть вопрос приблизительно на две страницы. Как вы хотите чтобы я на него ответил – да или нет. Я просто хочу сказать, что они дают темы для разговоров, это всегда видно. Ведь вам же не важно, чтобы именно вас назвали, важно – чтобы тот вопрос или та тема, которая вас задевает, была поднята журналистом «Эхо Москвы». Как правило, если вы можете правильно подсказать тему, она и используется журналистом. А то, что вы хотите, чтобы вы звучали в эфире, Василий Балалайкин, сибарит из Москвы, это совсем для вас и не обязательно.

Андрей из Сибири говорит: «До смерти надоели музыкальные заставки, одни и те же сколько лет. Можно ли менять их как-то периодически?» Я стараюсь их не менять, Андрей, потому что радио – это штука консервативная по звуку. Собственно говоря, это как номера домов. Вот надо ли менять номера домов? Нет. Вы должны узнавать передачу по заставке, по отбивке. Почему нужно делать так, чтобы вы ее не узнавали? Хотя определенная цикличность в этих заставках, отбивках, безусловно, нужна, но дело это довольно сложное, я вам должен сказать. Поэтому если никто не предлагает парк отбивок, я против смены такой музыкального образа «Эхо Москвы», он достаточно известный. И зачем, собственно говоря?

Альберт, дворник из Португалии (Португалия – чемпион, как мне тут объясняют): «На сайте есть возможность оставлять комментарии к прошедшим передачам. Это хорошо, – спасибо большое, Альберт, это правда хорошо. – Но читают ли комментарии ведущие?» Я вас уверяю, что они читают эти комментарии. Естественно, человеку интересно, как оценивается его труд, даже если он не согласен. Я вам все ответил. А дальше вы уже начинаете делать вывод, что они не читают. Они читают и иногда приходят ко мне с какими-то из этих комментариев. Максим из Красноярска говорит: «Почему прямой эфир радиостанции «Русская служба новостей» можно смотреть через Интернет, а «Эхо Москвы» нет? Планируете ли вы в этом направлении что-нибудь делать?» Вы знаете, Максим, у меня есть сомнение по этому поводу. Я обращаю ваше внимание, что на нашем сайте, например, как вы знаете, стоят замеры, сколько людей заходит. И если вы посмотрите… мы проводим эксперимент с программой «Сотрудники», просто вы смотрите количество заходов, я имею в виду прямую трансляцию, мы раскрываем вам эти цифры – замечу я, – в отличие от других радиостанций… Так вот я вам должен сказать, что сильно грузит сервер, а заходов мало. Поэтому не экономично и не эффективно. Мы пока оставляем на передаче «Сотрудники» этот эксперимент, но я не считаю это правильным, и не считаю это, видимо, для вас интересным. Когда будет интерес, тогда, наверное, можно это и делать. Но я хотел бы отметить, что есть гораздо более интересное смотрение, я имею в виду прежде всего канал RTVi, который транслирует сейчас 3 часа каждый день с понедельника по пятницу, и по часу в субботу и воскресенье наши передачи. С нового сезона это будет 4 часа в день с понедельника по пятницу и 2 часа – в субботу и воскресенье. Таким образом, мы будем говорить, что у нас будет 32 недельных часа. И вот тут можно смотреть, если хотите. Я думаю, что они будут это транслировать и на своем сайте. Поэтому история такая.

Дальше Сергей Филатов, инженер предлагает: «Когда количество комментариев превышает 200, компьютер начинает тормозить при просмотре нескольких страниц». Знаете, ведется дискуссия между посетителями сайта, нужно ли разбивать ленту на страницы. Эта дискуссия пока меня не убедила в том, что нужно разбивать. Я готов провести голосование. Мы вот говорили, например… Очень многие, те, кто комментирует, хотели… а комментариев, действительно, очень много… Кстати, смешная история. Мы получили такой сигнал из английского посольства, очень внимательно смотрит на комментарии министра иностранных дел Англии Милибэнда. Вы знаете, что переводим блог г-на Милибэнда, который реально ведет блог, это министр иностранных дел Великобритании. И дальше люди начинают обсуждать темы. Кстати, там сложился такой квалифицированный и не дурацкий клуб любителей блога Милибэнда. И вот оказывается, в foreign office за этим следят. Это интересная история. Так вот предлагали аватары, соответственно в картинке, но потом выяснилось, что при таком количестве комментариев они будут грузить безумно сайт. Конечно, выбор между красивостью и эффективностью я всегда делаю в пользу эффективности.

Дмитрий, студент: «Спасибо, что вернули Доренко. Спасибо за Веллера. Обещали интервью с Виталием Гинзбургом, – будет. – Давно не приглашали Глазьева». По-моему, недавно Глазьев давал нам интервью, он давал нам в Петербурге, буквально на прошлой неделе оно должна было пройти в эфире. Может, что-то случилось техническое. Вот было.

Давайте посмотрим, что у меня на экране, а потом, может быть, к телефону перейдем. «Боярского приглашал продюсер или Ларина? Когда Боярского приглашали? Давно». Ну, естественно, продюсеры это делают. Виталий Портников в Киеве: «Обращаю ваше внимание…» Сергей Иванов. Я не буду отвечать. Я хочу вам сразу сказать, что в программе «Без посредников» я на политические вопросы не отвечаю. Для этого есть «Особое мнение». Иногда я заменяю «Суть событий», иногда я заменяю «Код доступа», там готов, здесь нет.

Интернет. Да, у нас серьезная была проблема, реально серьезная проблема была эти два дня с Интернетом, сейчас можно слушать через Москва FM, Rambler пока не работает почему-то. Естественно, что после праздников – мы работаем, а они нет – мы это наладим. Тогда через Москву FM пока слушайте. Дальше. «Не работает голосование». Голосование работает. Вот вы говорите, что не работает, а я вижу, что оно работает, я готов сейчас провести какое-нибудь голосование. Давайте какое-нибудь голосование проведем в период этого эфира. Про Интернет-вещание я ответил. Мне говорят: этого не надо, этого не надо. Давайте я все-таки буду решать, как строить информационную политику «Эхо Москвы» и кого приглашать. Потому что фан-клуб есть у всех. Вот мне сейчас говорят: «Не надо приглашать Гробового». Надо, если он окажется в центре скандала. Надо. И будет. «Недавно в «Дневном развороте» вы пренебрежительно отозвались об актрисе Алисе Фрейндлих, назвав его актрисой узкой…» Глупости сказали. Великая актриса. Обожаю ее как актрису. Не могу отозваться о ней пренебрежительно, потому что не могу. Это что-то у вас поехало.

На тему «комментов», «голосование на тему «комментов», они у меня двигаются…». Хорошо, проведу. «Когда будет выходить передача «Взрослым о взрослых»?» Она выходит, она сокращена – сокращена, а не отменена – в связи с нашими каналами спортивными «Евро-08». Когда закончится «Евро-08», тогда мы вернемся туда.

«Нельзя ли того заменить…» Про «Народ против…» отвечу, Илья, у меня дальше это лежит, сейчас я смотрю, что у меня здесь есть интересного. «Нельзя ли на сайте свести сетку передач в таблицу?» По-моему, она сведена в таблицу. «Можно менять аранжировки заставок. Учитесь у «Свободы», – пишет Алекс Греко. Знаете, если вы сравните рейтинги наших двух станций, то мы еще подумаем, кто у кого должен учиться. И дело не в количестве слушателей, а в продолжительности слушателей. Конечно, учиться всегда не грешно. Но я не считаю это правильным. Кстати, Алексу отвечу, что «Свобода» не является коммерческой радиостанцией. А для коммерческой радиостанции очень важна долгота прослушивания – раскрываю вам секрет, – а не только рейтинг. Вот у нас выше.

Дальше. «Передача о старом искусстве…» Ничего не понимаю. «Заставки нравятся». Видите? «Школа злословия». Но она выходит же на НТВ. Что тут «Школа злословия»? Пока выходит. Не будет выходить – тогда будем говорить. Студент из Санкт-Петербурга меня спрашивает: «Почему так нерегулярно стали вести свой видеодневник?» Руки не доходят, честно говоря. Вот смотрите. Был в Питере, хотел записать, потом что-то еще, и еще, и еще – просто не хватает сил и времени. Переоценил свое время. Но, видите, зато стал отвечать в своей онлайн-ленте. Но меня ругали, что я не отвечаю в онлайн-ленте... Это тоже отнимает массу времени, кстати. Такая история не очень удобная для меня. Но я постараюсь.

Адвокат из Москвы Винсанити. Не знаю. Идея поделить эфирное время Проханова пополам. Нет. В программе «Особое мнение» мы стремимся к тому, чтобы за каждым человеком было закреплено время, чтобы люди приходили на Проханова, на Альбац, на Млечина, на Сванидзе, на Шевченко, на Радзиховского, на Познера и так далее. Поэтому никакой дележки времени, уважаемый адвокат. Это неправильно с точки зрения радио. Может быть, это правильно с точки зрения смысла, но с точки зрения радио неправильно.

Отвечу вам сразу по Александру Бузгалину. Мы тут с ним замутим одну передачу на летний период, буквально со следующей недели. Когда я окончательно договорюсь, тогда я вам… Это будет отдельно, и не надо будет делить время, потому что, конечно, и он интересный человек, и вокруг него, безусловно, интересные люди. Попробуем что-то сделать. Ксения, студентка из Санкт-Петербурга: «Почему программа Юлии Латыниной «Код доступа» сокращена на целый час? Раньше она шла с 18-00 до 20-00». Нет, Ксения, они никогда не шла с 18-00 до 20-00. Иногда, когда я не могу вести «Без посредников», я отдаю этот час и прошу Юлю меня подменить. Наоборот, я расширяю тогда ее позицию. И дело не в главном редакторе, я все-таки не очень люблю передачу «Без посредников», хотя у нее совершенно бешеный рейтинг. Но я должен сказать, что я считаю, что двухчасовые передачи – это плохо, на «Эхе» это вообще плохо. Это вообще плохо, люди не слушают два часа. Очень редко, прильнув к телефону, к микрофону, к радиоприемнику.

Теперь Илье, доценту из Тулы отвечу, почему в «Народе против…» одни и те же противники. Потому что я подумал о том, что надо сделать такую постоянную молодежную аудиторию из тех, кто готов говорить, и натаскать их как свору гончих на любого клиента, скажем так. Потому что когда приходят разнообразные люди, когда их много, даже прежде, чем они научатся друг с другом взаимодействовать, потеряются две или три передачи. Мы не можем этому тренировать людей. Поэтому эти ребята в своей основе, которые могут тратить время своей жизни, вечер буквально, каждый четверг, мы пытаемся – я во всяком случае пытаюсь – их натаскать как свору собак, которая должна рвать клиента. Вы на них смотрите уже как на своих сотрудников, но тем не менее отбор еще идет. Поэтому в этой передаче – еще раз повторяю, – в «Народ против…» я бы хотел сохранить на сезон некий постоянный контингент, с легкими заменами. Но далее в «Народ против…» будут искаться другие формы остальных членов клуба. Их и так там привлекают то Володя Варфоломеев, то Саша Плющев, то я, когда я заменяю. Но мы будем искать еще и другие формы. С этим, мне кажется, что вот этот постоянный состав… мы все время – еще что-то придумали, еще, еще. Я напомню, что он телевизируется, а держать себя в телевизоре люди должны уметь. Мне кажется, что люди, которые – замечу – не получают зарплату на «Эхо Москвы» и отвечают только своими взглядами перед слушателями и своими вопросами, многие уже научились, показали, что они умеют работать. Поэтому постоянный состав именно с точки зрения тренировок.

«Алексей Алексеевич, с Познером пока глухо?» Почему глухо, Дмитрий? Владимир Владимирович придет в этот вторник. Я еще раз хочу сказать очень важную вещь. Владимир Владимирович Познер, за ним время вторник, 19-00 закреплено в «Особом мнении». Когда он может, он приходит. Когда он не может, мы подыскиваем замены. Это зависит только от Владимира Владимировича Познера. Мы вернемся после новостей.

НОВОСТИ

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас мы перейдем к телефону. Я напомню, номер телефона 363-3659, напомню вам, что это номер прямого эфира. И напомню вам, что сейчас здесь я выступаю как главный редактор, на политические вопросы и иные отвечать не буду, только то, что касается радиостанции «Эхо Москвы». Не забывайте представляться. Сейчас я разберусь, где у меня какая мышь. Мышей развелось… Здравствуйте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Меня зовут Кира Евгеньевна. Мне 81 год, и я вас слушаю с первого дня.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Кира Евгеньевна, давайте не тратить время.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Мне трудно поверить, что если вы слушаете «Утренний разворот с Сергеем Доренко, что вам это нравится.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Если бы мне это не нравилось, Сергей Доренко не работал бы на радиостанции «Эхо Москвы». Кира Евгеньевна, зачем вы за меня говорите? А я считаю, что это очень сильная, крепкая и профессиональная передача. И это обсуждению не подлежит. Вы же знаете, что я его возвращал и вернул. Поэтому даже разговаривать на эту тему… Вы меня, Кира Евгеньевна, просто удивили. Человек уже в возрасте, и пытаетесь меня таким образом развести с Доренко. Отвечаю – не получится. Это неправильно, что вы сделали. Здравствуйте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Виктор.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я вас слушаю.

СЛУШАТЕЛЬ: Алексей, я вас помню еще, когда радио «Эхо Москвы» вышло первый раз на FM-диапазоне.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот зачем вы сейчас время отнимаете воспоминаниями, Виктор. У вас вопрос? Давайте.

СЛУШАТЕЛЬ: Я медработник, и мне очень не понравилась передача Малышевой и Розенбаума.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, не понравилась. Что я могу сделать? Я же не Малышева, не Розенбаум и не Гулько.

СЛУШАТЕЛЬ: Дозвонился впервые за 20 лет. Поэтому Бунтману привет большой.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Передам. Спасибо. Но я вам должен сказать – кому-то что-то нравится, кому-то что-то не нравится, и это нормальная работа радиостанции. Вот будут звонить мне и говорить – а мне не понравился этот, а мне понравился Доренко… Ну и проведем, давайте, время в таком разговоре – кому-то что-то нравится, кому-то что-то не нравится. Если для вас представляет интерес такой разговор выслушивать друг друга, кому что нравится, не нравится, - ради бога. Только зачем здесь я в эфире, я не понимаю, я лучше поеду домой готовиться матч смотреть, чем тут сидеть. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Алексей Алексеевич. Это Анатолий Викторович из Барнаула. Я с удовольствием слушаю все передачи ваши, какие удается.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Давайте на это тоже время не будем тратить.

СЛУШАТЕЛЬ: Хорошо. Каждый раз в «Особом мнении» Радзиховский уверяет нас, что НАТО – белый и пушистый котеночек. И никто из ведущих ему не возражает.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Почему? Зачем ведущий? Зато возражает Проханов… Каждое «Особое мнение» г-н Проханов уверяет, что НАТО страшное и кровавое. Вот вы и делайте свой вывод. Зачем вам мнение ведущих-то, Анатолий Викторович? У вас должно быть свое мнение. Вот я вам предоставляю в «Особом мнении» весь набор всех людей, все точки зрения. И неправда, ведущие оппонируют. Вы хотите сказать, что Матвей не оппонирует? Матвей не может жить без оппонирования. Возьмите распечатку и посмотрите. Но самое главное – это не то, что журналисты думают и делают, а самое главное – что в течение недели вы получаете полный набор разных мнений по всему спектру проблем. Так и будет, так и задумывалось. Но я Матвею передам, чтобы он разнес Радзиховского, разорвал его в клочки. Это я сделаю, я вам обещаю, ровно сейчас и передам.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня интересует, будет двойная передача в течение недели Шендеровича.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Какой недели?

СЛУШАТЕЛЬ: Сегодня будет она?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно.

СЛУШАТЕЛЬ: В 9 часов?

А. ВЕНЕДИКТОВ: На своем месте, конечно.

СЛУШАТЕЛЬ: Вы, кажется, говорили, что постараемся второй раз делать в течение недели.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это я не готов. Постараемся, но мы пока не нашли места. Я, действительно, это говорил. Но для того чтобы поставить любую программу на повтор, надо взять какую-то программу и выкинуть ее из «сетки». Согласитесь, что это тоже не самое правильное решение – выкидывать другие программы. У каждой программы есть свои слушатели. Мне тут пишут: «Я тоже присоединяюсь…» к такому-то мнению. Ну и присоединяйтесь. Вот зачем мне писать: «Я присоединяюсь к мнению предыдущего товарища», – пишет мне Галина на пейджер. Ну и присоединяйтесь. Зачем вы мне это на пейджер пишете? Это ваше дело – что смотреть, что слушать. Зачем же мне об этом сообщать? Я же не ваш начальник, чтобы вы передо мной отчитывались.

СЛУШАТЕЛЬ: Вас беспокоит Александр из Москвы.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Здравствуйте, Александр.

СЛУШАТЕЛЬ: Передачи нравятся все, даже те, которые, по идее, не должны мне нравиться. Одна единственная просьба. Вот Шевченко не дает задать вопрос Ольге Бычковой.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это проблема, Александр, Ольги Бычковой. Пусть Ольга Бычкова справляется с Шевченко. Я же не могу как главный редактор стоять за спиной каждого журналиста и шипеть ему в ухо. У нас даже нет, как в телевизоре, наушника. Не может редактор… у меня и редактора нет, собственно говоря. Вот есть журналист, напротив него – замечу, я говорю напротив, а не против – назовем его клиентом, вот пусть журналисты, которые вполне профессиональные, они и справляются со своими клиентами. Надо сказать, что я вполне удовлетворен. Когда я не удовлетворен, я честно могу вам сказать, я немедленно… не немедленно, а человека двигаю. Поэтому, вы уж меня извините, есть люди, которые должны сами свою работу выполнять. Они, по-моему, выполняют. Алло, здравствуйте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Андрей Викторович. У меня, может быть, несколько странное предложение, может быть, не к вам. Меня всегда изумляли телефонные звонки на «Эхо» с криками, мягко скажем, «а долой их всех».

А. ВЕНЕДИКТОВ: Уж если я не могу управлять журналистами, как я могу управлять слушателями.

СЛУШАТЕЛЬ: А вы не поняли. А с другой стороны, нельзя ли сделать передачу, посвященную только им?

А. ВЕНЕДИКТОВ: А остальные что в этот момент должны делать? Не согласен. У нас радио «Эхо Москвы» относится к средствам массовой информации. И здесь слово «массовая» не менее важно, чем все остальное. Чем хорошо радио? Мы не знаем, в какой момент и кто нас слушает. Мы не знаем, кто сейчас и как нас слушает. Вот человек случайно включил, и он получает тот продукт, который мы делаем для всех. Поэтому сделать передачу только для них, да нет, ради бога, это просто не наша работа. Есть, знаете, музыкальные радиостанции, которые селектируются, вот есть джаз, это только для любителей джаза, только для них, есть, соответственно, любители вальса, вот это только радио для них, есть спортивная радиостанция, а внутри нее только для любителей волейбола, только для любителей баскетбола, и это тоже только для них. Радиостанция общего формата не может так поступать. Вот они будут слушать то, что слушаете и вы. Я думаю, это единственно правильный и верный ход, который можно здесь сделать. Здравствуйте, алло. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Кирилл. Я бы хотел задать два вопроса. Как вы узнаете рейтинги? И второй вопрос – будет ли мобильная версия Интернета?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Мобильная версия Интернета будет, Кирилл, это приоритет, разработчики работают, обругивая меня грязными словами, что у меня очень тяжелый сайт, со словами – давайте мы что-нибудь у вас отрежем. Я им не даю это делать, ни у себя, ни по сайту. Но она будет. Теперь что касается рейтингов. Существуют в России две социологические службы, которые меряют эти рейтинги. Это «КОМКОН» и «TNS Gallup». И мы подписаны на получение этих рейтингов. И каждый месяц нам доставляют эти рейтинги. И по всем радиостанциям тоже. Мы сами ничего не считаем, мы не умеем это делать, это не наша работа. Нам доставляют, дальше я сравниваю эти рейтинги по двум социологическим фирмам. Поскольку цифры весьма относительные всегда, я смотрю за трендом, за тенденцией. Вот передо мной лежит сейчас, если вас интересует, майский «КОМКОН», радиомониторинг. Передо мной лежит, сколько тысяч человек в Москве слушают каждый час «Эхо Москвы» каждый день. Например, если мы берем «Особое мнение». Вот в мае месяце, условно говоря, «Особое мнение». Я вижу, что «Особое мнение» г-на Проханова в Москве составляло 268 тысяч человек, только в Москве. А мнение г-жи Альбац – 270 тысяч, т.е. столько же, в ранге ошибки. Это я вижу. Я смотрю на свои передачи и вижу, что, условно говоря, передача «48 минут» с Наргиз Асадовой и мной составляла 156 тысяч человек в Москве, а передача «Всё так» – 250 тысяч. Я смотрю за три месяца, потому что один месяц – это колебания сезонные, и потом смотрю, двигать что-то или нет. В этом и есть работа главного редактора, смотреть, что если вдруг мы видим, что какая-то передача начинает стабильно падать, то тогда это время для того, чтобы задуматься главному редактору, что ему важнее на этом участочке, на этом участочке ему важнее рейтинг или ему важнее престиж. Условно говоря, всегда спорт-канал в 23-00, он, по сравнению с 20-00, конечно же, много меньше. Всегда «Спорт» слушает много меньше людей. Но поскольку я считаю, что наш спорт-канал, особенно это показывает «Евро-08», это просто класс, это просто престижная вещь… Да, народу слушает меньше, чем слушает до и после, но при этом это просто классно сделанный продукт, он и был введен нами с Сережей Бунтманом, он и будет до конца чемпионата, и мы потом будем еще думать, что нам делать с пекинской олимпиадой (чуть было не сказал с пекинской уткой, но и с пекинской уткой тоже). Так что работа главного редактора, дорогой Кирилл, ровно в этом. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Владимир. Москва. В последнее время мне пришлось участвовать в разговорах очень активных по поводу израиль-арабского конфликта. Я понял, что абсолютно никто ничего не знает. Я хотел бы предложить вам сделать серию, может быть, передач, начиная от Палестины…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо, Владимир. Нет. Это нужно отдельное радио. Как мы выяснили, никто до сих пор не знает ничего про Россию с Украиной, а вы какой-то арабско-палестинский конфликт. Или Московско-Тверское княжество, борьба Московского и Тверского княжеств, или собственную историю, Орда… ничего не знаем. Или наши отношения с Польшей, совсем недавние. Мы тут выяснили, что по Великой Отечественной войне, по второй мировой войне еще мало что знаем. Откуда такой мощный интерес к программе «Цена победы»? Просто мощнейший интерес, просто одна из самых рейтинговых программ, в это время я имею в виду, в 21 час. Недаром я ее так затягивал и поднимал наверх. Про любой конфликт можно делать отдельное радио. Это невозможно. Кстати, я познакомился позавчера с новым послом Палестины. Думаю, что он будет одним из наших ближайших гостей, довольно скоро, на этой или на следующей неделе, если он будет в Москве. Понимаете, вот человек говорит мне: если Израиль за 6 дней захватил огромные территории, то почему бы ему за 6 дней с них не уйти? Вот разговор, интересный. Позовем обязательно. Но делать цикл – нет. Я говорю, когда мы вскрыли… Мы думали, что «Цена победы» у нас будет только год, потому что ну где мы возьмем столько материала, говорили мы с Захаровым и Дымарским. Ага… Начать и кончить, как говорил Михаил Сергеевич. Здравствуйте, алло.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Анна Владимировна. Москва. Скажите, пожалуйста, Алексей Алексеевич, Пархоменко почему нельзя повторить в записи?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вместо чего?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Ночью.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Зачем ночью? Давайте я ее сейчас поставлю, а Латынина – пошла вон.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Ни в коем случае.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот видите. Это та самая история. Те, кто хочет слушать какие-то передачи, у нас на сайте, во-первых, выложен текст, во-вторых, выложен звук, и вы можете послушать в компьютере, или скачать, или скопировать и слушать хоть 10 раз. Поймите, у нас масса хороших передач. И я просто считаю, что мы должны использовать 24 часа в сутки для произведения оригинального продукта. А вы мне предлагаете… Как только я предложил – вот сейчас поставлю Пархоменко, вот сейчас буквально. Нет, сказали вы. Так и любая история. Здравствуйте, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Константин. Москва. Меня очень волнует то, что у нас мало внимания уделялось плохой разборке футбольного матча последнего.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот это вкусовщина, хорошая, плохая разборка. Два часа каждый день. У меня этим занимаются разные люди. Константин, ну слушайте, пожалуйста. Если вас не устраивает разборка… Это так же, как любая передача. Кого-то устраивает, кого-то не устраивает. Вот я обещал голосование провести, давайте проведем какое-нибудь голосование про что-нибудь: хотите ли вы, чтобы я снял канал какой-то или какую-нибудь передачу, и вы увидите, что голоса разложатся. Давайте спросим. Сейчас я вам докажу, что эта история такова. Вот вопрос: хотите ли вы, чтобы сейчас в следующем часе я повторил бы Пархоменко, а Латынина пойдет домой из прямого эфира. Если вы хотите, чтобы я повторил Пархоменко, то ваш телефон 660-01-13. Если вы хотите, чтобы была живая Латынина, то ваш телефон 660-01-14. Голосование началось. Вот как решите, так и будет. Как проголосуете в течение одной минуты, так и будет. Уже видны разные подходы, вот я уже вижу, за полминуты, разлеты. А я пока телефон послушаю.

НЕЦЕНЗУРНАЯ РЕЧЬ

А. ВЕНЕДИКТОВ: Что с тобой, мальчик? Голова болит? Штанишки смени. Описался со страху. Понимаем. Бывает. Смени штанишки, позвони еще раз. Здравствуйте, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Алексей Алексеевич, добрый день. Это Максим из Санкт-Петербурга. Хотел сказать большое спасибо за то, что вернули Сергея Доренко в эфир. Начал слушать «Утренний разворот» с гораздо большим удовольствием. Всего доброго.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Доброе слово и кошке приятно. Вот у меня заканчивается голосование. 20% хотят повтора Пархоменко, 80% хотят живую Латынину. Как мне этих 20% удовлетворить? Да никак. Будет живая Латынина. Это к вопросу наших постоянных слушателей. Здравствуйте, алло.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Меня зовут Анна Михайловна, я из Москвы, первый раз к вам обращаюсь. Я никогда не слышу «Час адвоката».

А. ВЕНЕДИКТОВ: У нас нет такой передачи.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А как бы хорошо слышать. Мне 80 лет…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Знаете, Анна Михайловна, я с вами не согласен. У нас были попытки делать «Час адвоката». Не бывает таких адвокатов, которые могут отвечать на всё. Это неправда. Когда происходят какие-то конкретные дела или какие-то конкретные проблемы, принимаются новые законы, мы зовем профессионалов. Но просто вот сидит человек, а ему все звонят с разным, и он дает ответы… Вот так же, как нельзя лечить по телефону, по радио, так же нельзя давать советы, потому что в каждом деле, на мой взгляд, есть масса мелких подробностей, которые являются решающими. Мы это пробовали, Анна Михайловна. Я пришел к выводу, что в каких-то вещах один адвокат силен, в каких-то вещах другой адвокат силен. Вот такая история. Поэтому просто не получается, вы уж извините. «Зачем пригласили Белых в футбольную передачу?» - спрашивает Сухари. Затем, что он совершенно замечательно в ней участвовал. И по понедельникам он будет в этом канале участвовать как обозреватель, а затем, может быть, я вообще его буду вербовать на спортивный канал. Совершенно блестяще участвовал. Не знаю, что вам там не понравилось. Мне там все понравилось. Мне показалось, что это достаточно хорошо. Дорогой Андрей, чей телефон заканчивается на 241, вы когда-нибудь успокоитесь или нет? Что вы каждую передачу нашу слушаете, как будто вы привязаны к приемнику? Ходите, ухом привязанный к приемнику. Да успокоиться уже давно пора бы. Дальше. «Совсем нет викторин по театру и кино». Ну и нет. Что ж теперь делать? Наташа из Комарово пишет: «У любого попсового канала рейтинг тоже выше, чем у «Оперного клуба». Так что рейтинг не показатель качества». Это верно, Наташа. Рейтинг не показатель качества. Но решение о той или иной передаче складывается из нескольких показателей. И если бы «Оперный клуб» был сделан плохо, его бы не слушали. Рейтинг – это люди, которые слушают. И в своей номинации, скажем так, у «Оперного клуба» очень хорошие показатели. Но если его не будут слушать, если я увижу, что его слушают 5 тысяч человек, ну извините. Тогда у меня будет вопрос. Это к любой передаче относится, не важно к какой, к попсовой, к «Оперному клубу». Вот есть масса людей, мы знаем, сколько любят слушать оперную музыку, и знаем – мы же изменяем это, изучаем это, т.е. не мы, а социологические фирмы… Если мы видим, что внутри группы «Оперный клуб» является number one среди тех, кто любит оперную музыку, оперную классику, естественно, это его рейтинг самый высокий. Вы просто неправильно поняли слово «рейтинг». Я с вами абсолютно согласен. Вот и всё. Жанна пишет: «Алексей Алексеевич, вы не обижайтесь, но Юлия Латынина – это единственная передача, которую я категорически не слушаю и выключаю при первых звуках программы». Ну на здоровье. Это все равно что сказать – я не люблю морковь. Ну и хорошо. Я не обижаюсь от того, что вы не любите морковь. Но мы же не только морковью вас кормим, вы же не кролики, Жанна. И на здоровье. «По причине футбола Латынину слушать не буду вживую». А почему? Футбол в 20-00, а Латынина – в 19-00. Николай, что у вас со временем? Гусев спрашивает: «Венедиктов, снова хамишь?» Ага, хамлю. Негодяям, хамам, подонкам и подлецам буду в лоб давать, гражданин Гусев, чей телефон заканчивается на 921. Г-н Гусев прислал мне массу сообщений, хамских и грязных, и думает, что ему одному позволено грубить и хамить. Нет, в рог, г-н Гусев. Понятно? Будете обижать моих журналистов – в рог. «А если бы выиграл Пархоменко?» А что он должен был выиграть? Он же не играл ни с кем. Он что, играл с Квачковым? Он был журналистом, принимающим ньюсмейкера. Кто играл? Можем проголосовать, кто вам показался более убедительным, Пархоменко или Квачков. Хотите? Давайте проголосуем. Хотя, на самом деле, это не был «Клинч», но тем не менее давайте. Так, быстро все «квачата» набежали. Итак, кто вам показался более убедительным в программе «Суть событий»? Владимир Квачков – и тогда ваш телефон 660-01-13. Или Сергей Пархоменко – и тогда ваш телефон 660-01-14. Понимаю всю абсурдность, но можно и абсурдом заняться. И решим тогда этот вопрос для слушателей «Эхо Москвы», для тех, кто слушал и кто сейчас позвонит. Еще у нас 34 секунды. Голосуйте, а то достали эти вот мелкие. Пришла Пашина, с удивлением смотрит, что я голосую. Ерунду я всякую голосую, Оксана. Просто достали. Голосование завершено. 34% считают, что Владимир Квачков, 66% считают, что Сергей Пархоменко. На этом и успокоились. Сейчас придет Юлия Латынина и всем вам объяснит, кто вы такие.