Купить мерч «Эха»:

Без посредников - 2004-10-10

10.10.2004

А. ВЕНЕДИКТОВ - Сейчас у нас передача "Без посредников". Получилось так, что Нателла в отпуске, я приехал, поэтому "Прямая речь" в 20:30, сегодня 5 комментариев, у Евгении Альбац полтора часа сегодня, с 19:00 до 20:30. Несколько вопросов на пейджер. "Когда будет премьер-министр Канады?" Мы ожидаем премьер-министра Канады во вторник, в 16:30 в нашей студии. Конечно, очень интересно поговорить о федерализме, о проблемах с провинцией Квебек, где, вы знаете, референдум о независимости проходил несколько лет назад, о соотношении языков, французского и английского, как организована губернаторская власть, местная власть, с учетом того, что у нас сейчас в голове. Я надеюсь, что Пол Мартин в 16:30 во вторник будет у нас в эфире, и вы сможете задавать свои вопросы, через сайт уже можно задавать вопросы премьер-министру Канады. Мне кажется, это важно и интересно, именно те вопросы, которые нас интересуют в первую очередь. Что касается Страсбурга, было несколько вопросов. Я бы позволил себе, знаете, почему не отвечать на Страсбург и на сессию ПАСЕ, хотя есть вопросы? История такая. Завтра, в два часа будет председатель нашей делегации Константин Косачев отвечать на ваши вопросы, на вопросы Сергея Бунтмана по итогам в Страсбурге. А завтра вечером в программе "Ищем выход" два других члена делегации, председатель комитета конституционного строительства СФ Юрий Шарандин и, если я не ошибаюсь, Леонид Слуцкий, зампредседателя международного комитета, будут у нас. И я буду там как обозреватель, который уже 12 лет работает на сессиях Парламентской ассамблеи Совета Европы. И вот мы довольно подробно завтра об этом будем говорить, чеченский вопрос, грузинский, приднестровский вопрос, о котором почти не говорили, а ведь сессия приняла некое решение по Приднестровью, это все мы с вами будем обсуждать. Просто сегодня не хотелось бы одному, хотелось бы в дискуссии. Вот и все комментарии. Еще отвечу Галине Сергеевне: "Кто там поет про "экскимо"?" Это мое, это правда, это такой певун образовался. 203-19-22, это телефон прямого эфира. Я предлагаю поговорить и задавать вопросы по работе радиостанции. Я знаю, тут просят повторить и то, и се, и "Кухню" Андрея Черкизова, и эфир Юлии Латыниной, и эфир Матвея Ганапольского. Где повторить, куда повторить, вместо чего повторить? Нет, друзья мои, вот если какое-то время остается вдруг, гость не приходит, мы готовы повторять не в выходные дни. А сейчас давайте лучше ваши звонки.

СЕРГЕЙ - У меня предложение по названию юмористического часа - "Новость "Эха" сквозь призму смеха".

А. ВЕНЕДИКТОВ - Забавно.

СЕРГЕЙ - И вопрос. Может быть, я прослушал. Меня интересует самочувствие Тамразова Николая Ишуевича.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Он работает на соседней радиостанции.

СЕРГЕЙ - Спасибо.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Не за что. Самочувствие у всех сейчас приблизительно одинаковое. Погоды такие стоят. 203-19-22.

АНДРЕЙ - Я хотел спросить по поводу работы радиостанции и вообще СМИ. Вы к этому ближе, может быть, вы мне сможете ответить. Пару недель назад я сам участвовал в некоем событии, которое стало новостью. И когда я смотрел новости на телеканалах, слушал на "Эхо Москвы", я слышал не более 50% правды.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Тогда нам нужно разбираться конкретно. Я буду защищать своих журналистов. Вы сейчас обвинили - меня не интересуют в данном случае другие СМИ - "Эхо Москвы", что оно дало 50% правды.

АНДРЕЙ - Нет, я не обвиняю "Эхо Москвы", я просто говорю о том, что теперь я не могу доверять остальным новостям, если заблуждающиеся или не имеющие полной информации журналисты дают нам в большинстве новостей не более 50% правды.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Пример приведите, это какой-то общий разговор.

АНДРЕЙ - То событие, в котором я участвовал?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Любой пример.

АНДРЕЙ - В котором я участвовал, могу точно сказать. Если помните, пару недель назад была акция "Авангард красной молодежи" на Красной площади. То, что я слышал, у вас были корреспонденты "Эхо-ТВ", высказывались, то, что я слышал по НТВ, большинство из того, что там сказано, это было заблуждение.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Например?

АНДРЕЙ - Например, по НТВ сказали, что участники демонстрации были быстро задержаны, что неправда. Практически более 80% участников акции, им удалось скрыться. На вашей радиостанции было сказано, что участники были скованы наручниками. Никаких наручников там не было. Просто милиции на Красной площади было 3 человека.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Про наручники выясню. У нас был, если вы помните, и представитель вашего "Авангарда красной молодежи". Считайте, что вы меня поймали. Я выясню, кто это придумал, если это было придумано. Теперь что касается быстро или не быстро задержаны. Быстро для кого? Это мне напоминает история, вот когда вы говорите 50% правды, вот когда передаем историю дебатов Буша с Керри. Для того чтобы знать всю правду, надо передавать все дебаты, полтора часа. Если вы передаете 45 минут - это половина правды, 50%, если вы передаете 9 минут - это, соответственно, 10% правды. Вы считаете ваше событие самым главным. Но вы живете в мире, где есть другие, не менее главные, события. Скажем, что важнее, взрыв в Табе, где погибли люди, или "Авангард молодежи" на Красной площади? Это все выбор редакции. Именно поэтому я считаю, что должны быть разные СМИ, которые, естественно, по-разному освещают, исходя из своей редакционной политики, те или иные события, и вы получаете объективную картину мира, насколько она может быть. Никогда полностью объективной картины вы не получите, если вы сами не участник. Впрочем, если вы сам участник, вы тем более субъективны и вам представляется совсем другое. Поэтому не надо верить СМИ, мы никогда не говорили, что надо верить. Вы должны сопоставлять информацию, анализировать ее и делать выводы для себя. Поэтому это ваша проблема, скажем так. Если вы слушаете одно СМИ, читаете одну газету и слушаете одно радио, у вас никогда не будет полной картины миры. Я в этом абсолютно убежден. Что касается наручников, проверю. Будем считать, что пока презумпция вашей невиновности и презумпция виновности моего корреспондента, который был на Красной площади. Обещаю вам дать ответ. 203-19-22.

ВИКТОР - Очень приятно, что до вас дозвонился. Наверное, много раз вы слышали, что многие слушатели считают "Эхо Москвы" чуть ли не последним форпостом, который интересы определенного круга интеллигенции отстаивает. Меня и моих друзей постоянно мучает вопрос - из чего вы исходите, когда регулярно приглашаете к себе в качестве собеседников таких людей, как, предположим, г-н Пушков. Можно было бы понять, если бы в ответ он приглашал кого-то из соответствующих, ту же самую Латынину, Шендеровича... Имея гигантскую совершенно аудиторию на телевидении, которую он имеет, и дополнительно еще аудиторию приобретает с вашей помощью.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я понял. Попытаюсь ответить по поводу форпоста. Я знаю, что некоторые люди считают, что мы форпост, окруженный врагами, крепость, последний бастион, помните, бастион Сен-Жерве, с салфеткой прострелянной, на которой потом, может быть, вышьют лилии. Это, конечно, не так, мы себя так не позиционируем, есть люди, которые нас так позиционируют. Мы делаем ту работу, которую считаем правильной. Исходя из этого, у меня есть ответ на второй ваш вопрос. Мы обслуживаем наших слушателей совершенно разнообразными блюдами, это мой подход как главного редактора. Кто-то любит селедочку под водочку, а кто-то любит барабульку под пиво. Так вот в нашем ассортименте и селедочка, и барабулька. Но вы всегда можете сравнить, что свежее и что вам больше по вкусу. Нам совершенно все равно, г-н Пушков имеет свои взгляды, они весьма распространены в нашем обществе, и вы должны с ними знакомиться не на его волне, а на нашей волне, где вы можете задать ему вопрос, вступить в дискуссию. Вступайте. Если вы посмотрите этот ряд наших журналистов, наших коллег, который мы выстроили в последний год, вот "Персонально ваш" и чуть дальше, да, все абсолютно разные - Сергей Доренко, Алексей Пушков, Евгений Киселев, Леонид Радзиховский, последние 3 недели мы очень плодотворно с ним сотрудничаем, Сергей Пархоменко, Юлия Латынина. Вот эта система журналист - аудитория, мне кажется, правильной. Эти люди все с разными взглядами. И наш слушатель, мы так считаем, вот вы сказали интеллигенция, можно и так сказать, хотя мы ж не знаем, кто включил радио, нельзя запретить неинтеллигентному человеку включить радио, чем отличаются наши слушатели, может быть, от других? Они готовы сравнивать то, что они слышат, сами. Пушков сказал это, Киселев сказал это, Доренко сказал это, Латынина сказала это - получился синтез. Это, кстати, ответ и Андрею из "Авангарда красной молодежи". И мы готовы говорить о том, что наши слушатели на этот синтез готовы, большинство наших слушателей. Наша логика заключается в том, что СМИ - это не форпост, а площадка, как раз открытая всем ветрам, все ровно наоборот. Мне представляется, что те люди, которые - сейчас скажу страшную вещь, только поймите меня, Виктор, правильно - наиболее радикально отражают те тенденции и мысли, которые существуют в обществе, слово "радикально" - это точное слово, вот все люди, которые присутствуют у нас в эфире в этой линейке, это радикалы в своем направлении, т.е. они обозначают как бы границу круга, внутри которого мы с вами находимся, по взглядам, по мыслям. Михаил Леонтьев, которому я предлагал, но у него нет времени, то же самое предлагал. Поэтому мне кажется, что это правильный подход. Потому что мы живем в мире с разными людьми. В семье есть споры. Вы же, Виктор, наверное, и семью подбираете не по политическим взглядам. Я представляю, если у вас есть дети взрослые, ваш сын приведет девушку, которая исповедует взгляды "Авангарда красной молодежи", вы что, ему скажете "не женись ни за что, она экстремалка и радикалка"? Нет. И будете жить и утром встречаться за кофе, она вам еще внука принесет, дай бог, или внучку. Радио - это то же самое. Таков мой подход. Пока я главный редактор, я его соблюдаю и его расширяю. Вот сейчас мы ведем переговоры и с Женей Кириченко, и с Николаем Николаевым в формате "Независимое расследование" и "Забытого полка" на "Эхо". Тоже люди талантливые, но со своими взглядами, с которыми я могу частично не соглашаться. Ну а причем здесь я? Это вопрос слушателей. Или сейчас во время передачи Шендеровича на пейджер пришло несколько, как всегда анонимных, замечаний по поводу Шендеровича. Ну и что? Вот такое блюдо. Вам не нравится, у вас от него изжога. Бывает. Попейте водички, послушайте Михаила Леонтьева на "Эхо Москвы", все пройдет. Вот это и есть наш подход. Еще один телефонный звонок. 203-19-22.

ДМИТРИЙ - Добрый вечер, Алексей Алексеевич. Дмитрий вас беспокоит.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Здравствуйте, Дмитрий. Давно я вас не слышал, что-то перестали звонить. Нехорошо нас кидать в такую тяжелую пору.

ДМИТРИЙ - Да нет. У меня к вам нескромный вопрос. Я коплю игрушки детские, я вам посылал на пейджер вопрос, вы Леше маленькому какую-нибудь оригинальную игрушку привезли из Страсбурга?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Леше маленькому привез пластилин, пусть лепит куда-нибудь. Зачем ему оригинальное? Пластилин - это игрушка нашего детства, обычный пластилин, из него можно лепить что угодно, и на папу можно налепить что-нибудь, что уже и произошло. Поэтому универсальные должны быть игрушки. 203-19-22.

ВЕРА - Алексей Алексеевич, однажды в эфире вы также беседовали со слушателями и вам позвонил, судя по голосу, пожилой мужчина, высказал претензии в адрес Сергея Пархоменко. Вы ему ответили, что пусть он дозвонится до Сергея и задаст ему вопрос, что вы с ним полностью согласны. Я была свидетельницей. Он дозвонился Пархоменко, Пархоменко его просто не захотел слушать. Мало того, он его просто оскорбил.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы знаете, я читаю все расшифровки Сергея Пархоменко, передач, которые существуют. Вы скажите, какого это было числа. Потому что я не слышал, я должен прочитать.

ВЕРА - Это была еще в мае или в апреле.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я проверю. Но я вас абсолютно уверяю, что Сергей Пархоменко отвечает адекватно на адекватные вопросы, так же как и я. Если вопрос начинается "ты, козел, у тебя буква "р" не произносится" - свободен. Или "обратись к логопеду" - свободен, сам обратись к логопеду. Что это обсуждать в эфире? Я, главный редактор, поручил этот час Сергею Пархоменко. И Сергей Пархоменко будет работать до тех пор, пока я, главный редактор, оказываю ему это доверие. И никакие давления слушателей на "уведите этого, приведите того" не будут существовать для меня. Я вообще давлению поддаюсь редко. И то только очаровательной женщины с таким голосом, как у вас, Вера.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Продолжаем разговор. Ответ Андрею из "Авангарда". "Говорим все, что знаем". Я проверю, я записал. Либо вам, Андрей, мало не покажется, я ведь вам не генеральная прокуратура. Либо моим мало не покажется, если был обман. 203-19-22.

ВЕРА - Я вчера была у вас на записи. Мне очень понравился ваш длинный коридор с фотографиями. Но я вот что вам хотела бы сказать на мой взгляд. Девушка Наташа, которая меня сопровождала и занималась со мной, очень приятная.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Это вы были на записи "День Великой Отечественной войны".

ВЕРА - Да. Никто не вмешивается, говоришь, что хочешь. Но я, конечно, пыталась дома готовиться, очень нервничала. Но мне удалось сказать только одну треть того, что я хотела бы сказать и что, мне кажется, было бы интересно послушать другим, особенно другому поколению. Продумайте этот вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я продумаю этот вопрос. Спасибо за звонок. Огромное число у нас, действительно, людей записывается, просто наших слушателей. Они рассказывают много, формат передачи 3 минуты, вы это знаете. Материал бесценный, ваши воспоминания, ваши рассказы бесценны. Мы будем думать, что с ними делать еще, Вера. Наташа мне говорила уже давно, что это такая головная боль, что люди говорят много и интересно, важно, а формат передачи такой. Но ответа у меня пока нет, Вера, по этому поводу. Но я эту проблему знаю, думаю, что мы будем что-то придумывать. Ваши координаты у нас есть, есть координаты и других наших слушателей, которые записывались. Будем придумывать. 203-19-22.

ВЛАДИМИР - У меня к вам такое предложение, тема "ты" и "вы". Вы знаете, что после 7 класса учителя все должны обращаться на "вы" к школьникам?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Не знаю.

ВЛАДИМИР - Это еще было такое положение.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я школьный учитель с 20-летним стажем, я с таким положением не знаком.

ВЛАДИМИР - Я немножко старше вас.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Когда-то было, наверное.

ВЛАДИМИР - Мне кажется, что если провести такую дискуссию, мне кажется, что она поможет.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Чему?

ВЛАДИМИР - Становлению гражданского общества.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я понял. По большому счету, вы правы. По школьному не готов ответить, это отдельная тема, школьная. Готов в школьном формате ее обсуждать. Но, по-моему, все, что мы делаем, это по вопросу "ты" и "вы", "ты" и "мы". Я бы не стал очень сильно формализовать эту позицию, потому что школа, если говорить о школе, это очень индивидуальная история. Когда "вы" оскорбляет, например. Можете себе представить, "вы" оскорбляет, унижает. И такое бывает. 203-19-22.

ВЛАДИМИР - Во-первых, я хочу у вас спросить...

А. ВЕНЕДИКТОВ - Если хотите спрашивать, то спрашивайте, не надо стесняться. За это пока не сажают, наверное. 203-19-22.

ТАМАРА ВИКТОРОВНА - Алексей Алексеевич, сегодня в Беслане такой день, скажите несколько слов в их адрес, пожалуйста. Спасибо.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Я думаю, что наши бесланские слушатели знают, что с ними все, с ними вся страна и весь мир. Это то горе, которое невозможно пережить, когда погибает ребенок, близкий человек, это все равно уже навсегда остается. Но это надо переживать, хотя пережить невозможно. Как это совместить? Абсолютно невозможно. Даже виновные найденные, которые будут наказаны, уже наказаны, они же не вернут близких людей. Хотя их надо найти и наказать, чтобы другого не было. Поэтому я могу только сказать людям, тем, которые нас слушают в Беслане, что надо сжать себя в кулак и жить с этим. Это не преодолеть, надо жить с этим, надо продолжать жить с этим, рожать новых детей, заводить новых друзей. Этим не зачеркивается старое. Но просто продолжать жить и помнить все время о тех, кто ушел в эти дни тяжелейшие. Сосредоточиться на себе, на своих близких, на своей семье, на оставшихся, на тех, кто вас знает, на тех, кто вас любит, на тех, кто вас помнит, на тех, кто вам сочувствует, на тех, кто вас утешает. С вами все, кроме группы подонков, но это отдельный разговор. Я просто хочу, чтобы вы знали, что самые разные люди с самыми разными воззрениями, с самым разным цветом кожи, разрезом глаз, они знают о вас, они помнят о вас, они вместе с вами. Хочу сразу сказать нашим слушателям, что мы отправили двух корреспондентов сейчас в Беслан, туда поехал Дмитрий Борисов, туда поехал Антон Черменский, вы их, наверное, будете слышать уже сегодня, мы вам будем рассказывать о людях Беслана, о тех, кто продолжает быть в Беслане. В этом смысле посмотрите, как поступила правильно газета "Известия", которая рассказывает каждый день и продолжает рассказывать о семьях. Это очень важно. Обращаю ваше внимание также на сайт beslan.ru для тех, у кого есть Интернет, там сообщаются последние новости из Беслана. Мы, конечно, будем об этом помнить, будем помнить всегда о тех днях и о тех людях, которые ушли.

Давайте я обернусь немножко к пейджеру. "Можно ли медленно продиктовать номер телефона, куда можно присылать sms? Определяется ли номер мобильного, нужно ли его указывать?" Номер мобильного, естественно, определяется. Номер sms 970-4545. Опять говорят "Доренко, не надо, вы теряете слушателей из-за него. Василий, пенсионер". Василий, я вам скажу следующее. Наши слушатели - люди свободные в большинстве своем, они в любой момент могут прекратить подачу сигнала в свой приемник. И мы это говорим на протяжении уже 14 лет. Ваше дело - выбирать, что вам слушать. Ваше дело - выбирать, кого вам слушать. Ваше дело - выбирать те передачи, которые вам слушать. И мы ни в коем случае не будет в угоду части слушателей угождать другой части слушателей. Для нас все слушатели одинакова. Наша политика такова, какова она есть. Если вы считаете, Василий, что приход или уход того или иного журналиста делает для вас невозможным слушание радио, значит, вы будете слушать другое радио. И здесь мы ничего поделать не можем. И не будем, главное, ничего делать, я хотел бы обратить ваше внимание на это. Есть люди, которые так воспринимают "Эхо Москвы" и так его слушают. Есть люди, которые хотят, чтобы на "Эхо" были только те журналисты, которых они хотят слушать. Этого не будет никогда, имейте это в виду. 203-19-22.

ГАЛИНА ГРИГОРЬЕВНА (Москва) - У меня такой вопрос. Я всех слушаю - и Доренко, и Леонтьева, вас слушаю. Но вот, знаете, какая логика? Леонтьев и Доренко, особенно Леонтьев, он все время против Америки. А в чем же дело? Америка же друг Путина. Если он против Америки и против Грузии, конечно, соответственно, что это вообще за двуликость такая и что за отсутствие логики? Вот это я хотела бы узнать.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вот есть человек Михаил Леонтьев, есть человек Евгений Киселев, есть человек Юлия Латынина, у каждого из них есть своя система ценностей и своя система доказательств. В вашей логике Михаил Леонтьев выступает против Путина. Значит, он выступает против Путин, значит, так вы его должны воспринимать в вашей логике. Поэтому человек говорит, вы его слушаете и делаете выводы. А он может иметь любую точку зрения на этот процесс, Америка, Грузия. Я вообще не понимаю, что такое Америка. У Америки есть ее нынешний президент, есть политика его администрации. Четыре года назад была другая политика администрации, был другой президент. Не существует такого понятия... Америка. Вот была Грузия Гамсахурдиа, была Грузия Шеварднадзе, сейчас Грузия Саакашвили. Нет Грузии в этом смысле, слова Грузия. Что такое Грузия? Это Саакашвили или грузинский народ? Что такое Америка? Это Буш или американский народ? А когда Буша не будет, предположим, через месяц, а будет Керри, это что будет? Что такое Россия? Это Путин или российский народ? Или это Ельцин? Или это российский народ? Или это Сталин? Или это советский народ? Поэтому давайте, во-первых, говорить о правителях, о руководстве страны, если говорить о политике, так было бы точнее. Во-вторых, еще раз повторю, Галина Григорьевна, Михаил Леонтьев видит так. Можно с ним в чем-то соглашаться, в чем-то не соглашаться. Очень важно, чтобы вы представляли разное. Вот Леонтьев так, Пархоменко так, Пушков так. И вы понимаете, что у каждого из них есть свой кусочек правду. Собирайте свою правду из них. Мне кажется, вот это важно, то, что предоставляет "Эхо Москвы", - послушать разные точки зрения. Я не понимаю, почему я должен это защищать и это оправдывать. Да, разные точки зрения, абсолютно верно. Мне кажется, что вы правильно всё уловили. Мы предоставляем и будем предоставлять разные точки зрения. Для нас нет политических маргиналов. Когда-то, я думаю, что и те идеи, которые сейчас высказывают некоторые наши политики, занимающие высокие должности, были политически маргинальными, а сейчас нет. 203-19-22.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА - Алексей Алексеевич, ваше радио очень поддерживает нас всех. И политика, которую вы проводите, то, о чем вы говорили раньше, абсолютно верная.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА - Но мне хотелось бы к вам с просьбой обратиться. У вас очень хорошая рубрика несколько минут "Воспоминания о войне". Но мне хотелось бы, чтобы там упоминались не только те, кто участвовал в войне, помнит о войне. Очень много народу ведь были репрессированы, сидели. И они тоже работали на эту войну.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Одну секундочку, я тут вам возрожу. Мы предложили всем нашим слушателям, которые хотели бы сказать, мы там никого не упоминаем, это семейные воспоминания. И если люди, слушатели, которые приходят к нам записываться (я сейчас, кстати, объявлю очередной набор наших слушателей, кто хотел бы записать свои семейные воспоминания о войне), они рассказывают о том, о чем считают правильным рассказать. Вот вы приходите и рассказываете то, что считаете правильным. Вы же слышали, как звонила Вера. Вот приходит другой человек, пятый, шестой и рассказывает то, что считает нужным. Это их семейные воспоминания. Неужели мы должны диктовать даже семейные воспоминания? Скажите о том и не скажите о том. Это неправильно. Мне тут уже прислала Ирина Анатольевна вопрос, как можно записаться. Очень просто. Те из вас, которые еще не записались, а хотели бы, есть что рассказать, не важно, не зависит от возраста, да будьте вы 15-летними, но если дома сохранились семейные воспоминания об участии... Когда я говорю об участии в войне, я имею в виду широкое участие, то, что вы сейчас сказали. Пожалуйста, сейчас прямо в течение 9 минут до конца этого часа пришлите на пейджер сообщение "День войны", свой телефон и свое имя для связи. Наш референт Наташа, которая занимается этим, позвонит и договорится с вами о встрече, о записи. Итак, пришлите на пейджер 961-22-22, для абонента "Эхо Москвы". Пошли дальше. 203-19-22, телефон прямого эфира.

КУЗНЕЦОВ ВАСИЛИЙ - Я вам книгу присылал "Дума на колесах". Получили?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Не могу сейчас сказать. Я вернулся только, уважаемый Василий, вчера поздно вечером. Еще не смотрел, что мне присылали. Вообще книг очень много мне присылают. К сожалению, не вспомню сейчас, получил или нет. 203-19-22.

ВЛАДИМИР - Алексей Алексеевич, мы одного поколения. Скоро группа "Deep Purple" будет выступать. Знаете, было когда-то "Открытое радио", там такие были собраны прекрасные журналисты, такая музыка. А сейчас ее заменили попсой голимой, извините за выражение это. Вы не знаете, куда делись те талантливые журналисты, где их можно услышать?

А. ВЕНЕДИКТОВ - Конечно, я не готов вам сейчас ответить, потому что, честно говоря, за музыкальными радиостанциями не очень слежу. Но попытаюсь узнать и ответить. 203-19-22.

ВИКТОР - Я хотел бы продолжить тему по реакции радиослушателей, кто должен в эфире звучать.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Вы в прямом эфире. Говорите.

ВИКТОР - Алексей Алексеевич, я хотел с вами не согласиться вот в такой части. Вот вы говорите ваше право - выбирать кого слушать и как слушать.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Да.

ВИКТОР - Иногда мы в своем демократизме можем просто утонуть. Потому что я, например, люблю ваши передачи за оперативность, свободу мышления. И когда, например, кто-то высказывает мнение, мне, например, вдруг отказаться и выключить, для меня это... не хотелось бы. Если я высказываю свое мнение, а вы говорите "знаете, это ваша проблема, хотите - слушайте, хотите - нет, выключайте".

А. ВЕНЕДИКТОВ - Да.

ВИКТОР - Мне кажется, это не совсем демократично. Все-таки принять к сведению мнение радиослушателя, который привык к вам. Не факт, что вы завтра среагируете, но принять к сведению.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Отвечу, Виктор. Спасибо большое за мнение, но не соглашусь. Вот почему. Демократия состоит в предоставлении площадки различным точкам зрения, а не исключение этих точек большинством голосов из эфира. И даже если большинство слушателей примет решение исключить, это не есть демократия. Демократия - это как раз предоставление одинаковых возможностей. Поэтому мы с вами по-разному трактует понятие демократии. Знаете ли вы, каким образом была изменена Конституция нацистской Германии? Раз мы с вами одного поколения, судя по голосу, наверное, мы с вами этого бы не знали, если бы изучали в школе. А история была такая. Гитлеру позарез нужно было изменить Конституции, для того чтобы объединить посты президента и канцлера. Он был канцлером, президентом был Гинденбург. Гинденбург умер. Что ему было делать? А в Рейхстаге у Гитлера не было конституционного большинства. И вот вполне демократичным путем Гитлер с помощью своей фракции самой большой исключил - обращаю ваше внимание - из состава избранных депутатов Рейхстага коммунистов, которых называли агентами Советского Союза и так далее. Исключил, получил таким образом арифметическое конституционное большинство и изменил Конституцию вполне демократическим путем. Можно ли сказать, что канцлер Третьего рейха действовал демократически? Я думаю, что нет. А все вполне демократично, с точки зрения большинства и меньшинства. Если вы думаете, что я не прислушиваюсь к вашему мнению, вы ошибаетесь, я прислушиваюсь к вашему мнению. Именно поэтому у меня пять вечеров подряд не г-н Пушков, или г-н Доренко, или г-н Киселев, или г-жа Латынина, именно поэтому у меня каждый день другой приглашенный гость. Вот и всё. Независимо от того, как я сам отношусь к взглядам этих лиц. Я предоставляю площадку. И большинство наших слушателей требует свободно высказанного мнения. Мы проводили опросы, 80% наших слушателей хотят получать разные точки зрения. Если я провел бы опрос, хотите ли вы иметь точку зрения одной направленности или разные точки зрения на "Эхо Москвы", я думаю, что ответ был бы совершенно очевиден. Не согласился я с вами, Виктор. Какую-то глупость мне тут пишут: "Стыдно не знать, что у вас работает Михаил Антонов с "Открытого радио". Знаю. Но меня же спросили про другой. Надо слушать, Марина, вопрос слушателя. 203-19-22.

АННА ИВАНОВНА - Я преподаватель. Что хочу сказать вам? Во-первых, выразить глубочайшую благодарность и в своих послужных списках отметить вечернее время, у вас проводит, он журналист или кто он... следователь... Я не могу фамилию его назвать, вы знаете, о ком я говорю.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Нет.

АННА ИВАНОВНА - Он почти каждый день проводит, каждый вечер.

А. ВЕНЕДИКТОВ - Анна Ивановна, у нас нет такого. Извините. Я не знаю. Вспомните фамилию, перезвоните, я отмечу, конечно, этого журналиста. Последний звонок.

ИРИНА - Это надоедливая Ирина с "Московским часом".

А. ВЕНЕДИКТОВ - Ирина, вы прекрасно знаете, что есть "Час города", извините. И Сергей Бунтман его ведет по субботам. О чем тут говорить? Это стоит в нашей программе. И вы слушаете в субботу его, и слушали в этот раз. Поэтому какой еще "Московский час"? Пошли дальше. "Какие принципы управления радиостанцией вы используете, автократические или демократические?" - спрашивает Влад Тертый. Конечно, автократические. Где вы видели корпорацию, которая занимается бизнесом, где демократические? Что, зарплату голосованием устанавливать? Смеетесь, что ли? Нет, только автократические. Но замечу я, что демократически избран главным редакторов, 98,5% голосов, сплошная демократия. Всё. Привет.


Напишите нам
echo@echofm.online
Купить мерч «Эха»:

Боитесь пропустить интересное? Подпишитесь на рассылку «Эха»

Это еженедельный дайджест ключевых материалов сайта

© Radio Echo GmbH, 2024