Cергей Агарков - Ночная программа Михаила Лабковского - 2009-08-23

М. ЛАБКОВСКИЙ: Добрый вечер, это Михаил Лабковский, программа «Взрослым о взрослых». Я представлю нашу помощницу, режиссёра-редактора Наталью Кузьмину.

Н. КУЗЬМИНА: Здравствуйте.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович Агарков, наш гость сегодня, доктор медицинских наук, сексолог, правильно я говорю?

С. АГАРКОВ: Сексолог.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Есть разница между сексологом и сексопатологом?

С. АГАРКОВ: Просто сексопатологов уже нет, в 1997-м году они перестали быть, стали сексологи.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Так теперь не говорят сексопатолог.

С. АГАРКОВ: Да.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хорошо. О чём сегодня поговорим. Мы поговорим вот о чём. В некой идеальной ситуации люди занимаются сексом и любят друг друга. И наверно, каждый из нас хотел бы заниматься сексом с любимым человеком. Но жизнь, к сожалению, не предоставляет часто такой возможности, и честно говоря, большинство людей, как я понимаю, занимаются сексом безо всякой любви. Это проблема, как я думаю. Вот хотелось бы эту проблему сегодня обсудить. Нам поможет Сергей Тихонович. Я назову телефон 363-36-59, по которому вы можете поделиться своими впечатлениями о сексе без любви, и СМС можно присылать по номеру +7-985-970-45-45. А сейчас давайте послушаем песню.

Играет песня.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Ещё раз напомню тему, которую мы сегодня обсуждаем, секс без любви, Наташа Кузьмина, Сергей Тихонович Агарков. И телефон я ещё раз назову, а потом уже к вам обращусь. 363-36-59, это телефон, по которому вы можете поделиться своим опытом секса без любви, или задать вопрос, или написать СМС +7-985-970-45-45. Теперь Сергей Тихонович, вопрос к вам. Вот этот секс без любви имеет какие-то физиологические или психологические особенности, он отличается от гармоничных отношений?

С. АГАРКОВ: Физиологически он ничем не отличается.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Можно сказать, что эрекция хуже, оргазма нет?

С. АГАРКОВ: Нет, глупости всё это. Секс это вполне прочная физиологическая система. И чтобы функционировала система, она в любви не нуждается, а вот человек в любви очень нуждается, чтобы его любили.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А почему вы так расчленяете, вы говорите, что секс не нуждается, а человек нуждается?

С. АГАРКОВ: Потому что вообще у многих насекомых во время секса самка богомола самцу голову откусывает, и тогда он бесконечно продолжает этот процесс, улучшается эффективность.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Без головы?

С. АГАРКОВ: Да. Поэтому на самом деле физиологически система самодостаточная, она реализуется, это триггерный физиологический механизм, и там придумывать ничего не надо.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вы знаете, вы говорите это простым обыденным языком, для меня это открытие, потому что большинство слушателей и зрителей думают, что любовь как неотъемлемая часть, хотя бы какие-то чувства надо к партнёру испытывать. А вы говорите, что человеку надо, а для секса в принципе не обязательно.

С. АГАРКОВ: Сексу любовь не нужна, секс это физиологическая вещь, а вот человеку любовь очень нужна. Потому что практически все люди страдают дефицитом любви, вот таким авитаминозом, они её ищут. Как только появляется запах любви, они сходят с ума, они пускаются во все тяжкие, не задумываясь о последствиях. И вообще любовь это один из величайших смыслообразующих вещей в жизни. Вот человек умирает, если он не понимает, зачем жить. А вот всего три вещи человека могут спасти. Это открытие было сделано американским психотерапевтом Виктором Франком. Он прошёл опыт немецкого концлагеря, он говорит: «Кто-то умирал, а кто-то выживал». Так вот выживают только те, кто может или творчеством заниматься, или любить, или ухаживать за кем-то, кому ещё хуже, чем тебе. Это три самых главных смысла в жизни, и любовь на втором месте.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Кстати, это религиозная идея о том, когда тебе плохо, если ты найдёшь кого-то, кому ещё хуже, и будешь ему помогать… Сергей Тихонович, извините, я прошу прощения, что я вас перебиваю. Я хочу задать вам ещё один вопрос. Вы говорите, что эта физиологическая потребность самодостаточная, мы сейчас о сексе говорим. Вот человек, как духовное существо, нуждается в любви, а секс не нуждается. Насколько я понимаю, секс всё-таки в голове происходит?

С. АГАРКОВ: Да, конечно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А как с этим быть?

С. АГАРКОВ: Главная эрогенная зона находится не между ногами, а между ушами.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Тогда объясните, каким образом можно разделить, то есть ту идею, что для секса любовь не обязательна?

С. АГАРКОВ: Секс, размножение, инстинкт, он работает у животных, но у животных нет любви.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Но мы не знаем кстати.

С. АГАРКОВ: Ну как не знаем.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Симпатия хотя бы есть.

С. АГАРКОВ: Вот симпатия есть, выбор, другие механизмы, альфа-самцы, которых хотят все самки, стать им партнёрами.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хорошо, а как же быть, когда полигамные животные, если партнёр теряет партнёршу в животном мире, самец теряет самку, самка умирает, две собаки например живут, попугайчики. Он тоже хиреет. И, в конце концов, тоже умирает. Это не любовь?

С. АГАРКОВ: Нет, конечно, это не любовь.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А что это?

С. АГАРКОВ: У животных в лучшем случае это называется на языке зоопсихологии верность. Классическая модель это лебеди.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Но это моногамия. Это выговорите о моногамных, а я говорю о полигамных животных.

С. АГАРКОВ: А как у животных можно проверить чувство.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Подождите, мы говорим о полигамных животных, которые могли бы иметь другого партнёра, но без этого любимого, собачки…

Н. КУЗЬМИНА: Можно я встряну без собачек. Вот такая избитая женская фраза: «Я сексом без любви заниматься не могу, я не чувствую ничего, я не хочу, вот не нужен мне этот мужчина ни в каком виде». Если я не люблю, то мне и не надо.

С. АГАРКОВ: Ничего не чувствую, это может быть неправда, а вот не хочу это очень большая правда. Потому что любовь в человеческой системе измерений это самционирующая вещь. Если ты любишь, то тебе можно всё. Вот тогда не существует греха, тогда оправдана измена супружеская, если ты любишь, ты имеешь право на секс. Любовь даёт право на секс.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это убеждение или вы говорите о представлениях людей?

С. АГАРКОВ: Нет, я говорю о том, как это отражено в современном обществе и сознании. Вот в советское время мы говорили, что секса нет, но была любовь. И отношения сексуальные очень страдали от залитературенности, то есть все были такими немножко тургеневскими девушками, то есть мужик должен быть даже бородатый.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это ассексуалы в основном, больше говорили о сексе, чем им занимались.

С. АГАРКОВ: Девушки долго склонялись, а потом полюбив… А вот в сегодняшнее время оказалось, вот изменились отношения, изменилась структура. И вдруг оказалось, что секс есть, а вот любовь куда-то делась. Это вот создаёт такую иллюзию, что секс без любви. Для того, чтобы возникли партнёрские расположения, должно быть минимальное расположение к партнёру, и более того…

М. ЛАБКОВСКИЙ: Как это минимальное?

С. АГАРКОВ: Это значит, что он не должен быть сильно противен.

ОМ. ЛАБКОВСКИЙ: Вот в этом смысле?

С. АГАРКОВ: Да. Давайте с вами посмотрим американские фильмы, они друг на друга смотрят так немного, и говорят: «А ты ничего» - «И ты ничего». И поехали переходить к сексу. Вот критерий выбора. Дело в том, что партнёра выбирает, как правило, женщина. Это главный ключевой принцип системы Дарвина.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вы понимаете, что мужчины другого мнения об этом процессе?

С. АГАРКОВ: Да, они могут думать всё, что они хотят, но просто они ничего не знают. Талант женщины это разбудить в мужчине самовлюблённого нарцисса, заставить его поверить, что его любят, что он избран, что он особый, что он уникальный, и первое, что он делает, он влюбляется. А во влюблённости очень много самовлюблённости.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Он такой благодарный за то, что ему предоставили возможность быть лучшим.

С. АГАРКОВ: За то, что его выбрали, что его отметили, что в нём рассмотрены какие-то ему самому неведомые позитивные качества. Так он готов сексом заниматься с этой женщиной иногда всю жизнь.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть до встречи с женщиной чувствовал себя полным уродом, она сказала: «нет, это неправда, ты самый лучший, ты умница и красавец». И он её за это полюбил.

С. АГАРКОВ: Очень часто, к сожалению так, потому что некоторых молодых людей избирают девушки, а некоторых вообще не избирают, хотя они вроде бы и не уроды, и всё такое.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Есть какое-то объяснение этому феномену?

С. АГАРКОВ: Да. И среди девочек есть масса проблем, которые говорят, вот они никому не нравятся, вроде бы они нормальные, симпатичные, но не выбирают. Почему. Потому что этой модели в голове о том, что женщина является инициирующим признаком, оно не сложилось стихийно. А проявлять свои чувства неприлично, и эта женщина всегда закрыта, и она не может этот импульс, эту искру пропустить в отношениях, после чего мужчина включился, и начал развивается в этом направлении к сексу.

Н. КУЗЬМИНА: То есть он на неё смотрит как на монахиню, как на табу?

С. АГАРКОВ: На неё просто смотрят как на несексуальный объект. Это даже проявляется в школе на танцах. Смотрите, приходит какая-то девчонка, и с ней все танцуют, а другая приходит и стоит у стенки.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вот что это за химия, как можно отформализовать?

С. АГАРКОВ: Вот химия какая-то, психологи вооружены сегодня техническими вещами. И когда фиксируются поведенческие реакции, то оказывается что приглашают только тех, с кем встретился взглядом, получил одобрение. Он туда подходит бесстрашно, приглашает, и может распустить хвост.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это и есть механизм, о котором вы говорите, когда выбирает женщина, а не мужчина.

С. АГАРКОВ: Да, когда выбирает женщина. Когда выбирает мужчина, на самом деле он может провести некую демонстрацию и представиться женщине, то есть сделать такую самопрезентацию. Понравился, возникла химия, не понравился, не возникла.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хорошо. Сергей Тихонович, ещё тогда вопрос. Мужчины многие считают себя такими бойцами, им говорят нет, а они лезут напролом, их в дверь, они в окно. Это считается мужское качество. То есть женщина отвечает им отказом, но они хотят своего добиться, и многие добиваются. Как с этим быть?

С. АГАРКОВ: Нет, ну мы же не должны узколобо говорить, что такое отказ. Отказ отказу рознь. Когда женщина определённо говорит так: «Не ходи и не надейся, никогда», то тот, кто лезет в окно, это уже клинический идиот после такого. А вот женщина, которая говорит нет, но знаете как, у женщины нет означает, быть может, а быть может, означает да, и так далее.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А да, это прямо сейчас.

С. АГАРКОВ: Да, вербальное выражение женского расположения сильно отличается от того, что женщина испытывает. И в этом, когда мужчина слышит в этом Нет толику Да, и способен это расслышать, слышит свой шанс, и, вламываясь, его использует, я думаю, что это очень важно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это какие-то интуитивные механизмы срабатывают?

С. АГАРКОВ: В общем-то, да.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть мужчины чувствуют?

С. АГАРКОВ: Они скорее вырабатываются, когда молодые люди общаются вместе, то в каждой социальной прослойке, в каждой культуре, в субкультуре молодёжной вырабатываются свои знаки, вот как это Да передать. Иногда это чисто вещи не вербальные, взгляд прямой в глаза, иногда какие-то жесты, иногда какие-то такие вещи.

Н. КУЗЬМИНА: А как в американских фильмах зачастую показывают судебные процессы, на которых женщина рассказывает: «Я ему сказала нет, а он мне говорит: «А я не понял, что это было нет, а мне показалось, что это она мне говорит да»». Мы всё равно медленно и верно к этому идём.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это бы я сказал юридическая составляющая сексуальных отношений.

С. АГАРКОВ: Да, это юридическая составляющая, но мы должны знать другое. Что американская женщина коренным образом отличается от европейской женщины, и тем более от нашей женщины. Потому что американская женщина, получив максимальную эмансипацию и доведя её до безумия, она сама страдает от этого. Она обязана действовать, относится к сексу в соответствии с этими соцкультурными нормами. То есть когда она захочет, она тебя выберет и она тебя трахнет, если перевести на русский язык, а мужчина практически не имеет шансов проявить себя активно, и проявляет он себя неумело, это или приставание или насилие, или какие-то ещё неуклюжие формы.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, получается, что если американскую женщину, ей дали свободу, вот эта эмансипация, она именно так себя выражает, может быт это её потребность женская. Если бы с европейских или с русских сняли бы эти ограничения, они бы может себя тоже так же вели?

С. АГАРКОВ: Эти ограничения нельзя снять, это развитием общества даётся.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть социальная идея, не буквально женская?

С. АГАРКОВ: Это социальное развитие, равенство и так далее. А у нас эти патриархальные вещи очень сильны. Поэтому иностранцы приезжая, западают. Они видят расположение, то есть женщины наши умеют посылать эти сигналы. Американская женщина, несмотря на все достижения макияжа, моды, фитнесса, пластической хирургии, она иногда посылает очень сложные сигналы противоречивые мужчине.

Н. КУЗЬМИНА: Когда у нас будет равенство, мы придём к такой же системе.

С. АГАРКОВ: Я думаю, что это равенство абсолютное, хорошо декларируемое равенство, все люди равны, все люди братья, сёстры, а вот когда возникает в сексуальных отношениях, тут не равенство, тут партнёрство. И вот замена идеи партнёрства, идеи равенства, конкуренции, соперничества, система власти. Систему отношения власти и подчинения заменить системой партнёрства, это разрушительность сексуальных отношений. 20 процентов молодых, совершенно здоровых американских мужчин, по данным исследований, отказываются от секса. Они предпочитают виртуальные вещи.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Онанизм.

С. АГАРКОВ: Да, мастурбацию, как говорят культурные люди. Это шутка. Но вся идея дистанционного секса, пип-шоу, визуальный секс, секс по телефону и другие вещи, они родились в американской культуре, там, где очень осложнены юридически и по-всякому, отношения между мужчиной и женщиной, где мужчина чувствует себя долгое время пригнобленным, он не может выйти из окопа. Конечно, есть нормальные, совершенно удачные и счастливые семьи, судьбы, пары, и всё такое. Но всё-таки, в целом эти явления эмансипации, они сильно осложняют.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Может быть, счастливые как раз те, которые выбрали европейскую модель отношений, а не свою родную американскую.

С. АГАРКОВ: Европейская модель отношений, как показывает жизнь, там другие вещи включаются, там женщине не очень прилично быть яркой, броской. Она должна быть, идея равенства исходит из другого. Она должна быть просто одета, минимум косметики, максимум естественности.

М. ЛАБКОВСКИЙ: У нас как мне кажется демографическая проблема. У нас так наряжаются, потому что я знаю, мужчин на 11 миллионов меньше, чем женщин. Не по этой причине?

С. АГАРКОВ: Это вовсе не демографическая проблема.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А почему?

С. АГАРКОВ: Здесь вообще наше общество немного по-другому, оно ищет, оно переживает юность демократическую, демократия, юношеский период. Сколько там лет от запретов прежних, от всяких строгих моральных, и так далее. И вот эта юность как раз и связана с тем, что в юности мы делали какие-то безумные вещи, волосы отпускали, хиппи были, панками, и так далее. Выросли, и становимся нормальными естественными людьми. А вот отношения межполовые в Европе, они стабилизировались за долгий период, они относительно спокойно развивались. Не было резких запретов, перезакладок курса, изменения курса, и поэтому они стали более естественными. Это, правда, может быть, имеет не очень тесное отношение к проблеме секса без любви, но секс без любви был всегда, самая древняя профессия платная…

М. ЛАБКОВСКИЙ: Любовь не предполагала.

С. АГАРКОВ: Она не предполагала любовь. Если вы помните, то первым видом проституции была храмовая. И в храмовой проституции почти в Древней Греции женщина должна была, это была, как повинность отработать. Эти деньги уходили на муниципальные, так скажем, нужды, на построение храма. И вот такого рода секс без любви, он, тем не менее, всегда имел свою цену. Конечно это суррогат отношений с любовью. Вообще любовь она возникает где-то в средние века в условиях очень жёсткого запрета, чуть ли ни инквизиции. Вот тогда возникает любовь.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Запрета на сексуальные отношения?

С. АГАРКОВ: На сексуальность, на телесность, ограничения, регламентации. И вот тогда запрет на сексуальность начинает проявляться в любви. И чем меньше запретов на секс, то такое ощущение, что меньше любви.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вы знаете, я бы хотел вернуться к той теме, которую Сергей Тихонович начал, говоря про женщин, про мужчин не закончил. Вы сказали, что есть женщины, которые не воспринимаются как сексуальный объект, но до этого вы сказали, что вот, например, танцы. И вот тут мне хотелось продолжить мысль про мужчин, которых не воспринимают женщины.

С. АГАРКОВ: Конечно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А почему, что в них не то?

С. АГАРКОВ: А вот здесь другое. Женщина, когда она делает свой выбор, во-первых, женщина всегда делает два вида выбора. Первый выбор для остро романтических отношений. У нас не проводились подобные исследования, но вот в Европе британские женщины, они делают в среднем соотношение выборов, для остро романтических и для продолжительных отношений, на подобие брачных. Они соотносятся как два к одному.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Что такое остро романтические в контексте?

С. АГАРКОВ: Это так с проезжим молодцом, приключения.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Слово романтические здесь как-то за уши притянуто. Остро сексуальные.

С. АГАРКОВ: Нет, это значит, что должны быть острые чувства, не обязательно они должны перетекать в брак, они не подразумевают глубоких взаимных обязательств, но они должны быть такими крышесносительными, необыкновенно яркими. Я не знаю, например, остров, яхта, у каждого своё представление о том, как эти отношения должны строиться. И вот женщины для остро романтических отношений выбирают мужчин типа мачо. То есть тех, которые мужественные, демонстрируют силу.

М. ЛАБКОВСКИЙ: И у которых на лбу написано, что они никогда не женятся.

С. АГАРКОВ: Да. А вот для отношений длительных, мы уже столкнулись с моногамией, верностью и другими вещами, выбираются другие, более мягкие, дружеские, эмоциональные, импатийные, то есть способные сочувствовать, переживать, помогать, заботиться о потомстве, щедрые. А вот в отношениях с мачо щедрость не имеет большого значения. Не столько богатство, сколько стремление пережить хотя бы несколько опытов. То, что я сейчас озвучу, это то, чем переполнен интернет, что психология сегодня взялась за сексуальные отношения. Привлекательность, любовь как возникает, как формируется, сколько продолжается, когда люди надоедают друг другу и почему. И вот это всё очень тесно связано с отношениями, поэтому любовь это очень рискованное чувство. Это надо себя выставить на продажу, надо чтобы тебя выбрали, чтобы тебя полюбили. Риски, что тебя не полюбят, они высоки. А секс доступен, и секс можно купить. А любовь не продаётся.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Извините ради бога, а всё-таки, кого не выбирают женщины?

С. АГАРКОВ: Женщина, выбирая для остро романтических отношений тип мужчины мачо, мало обеспокоены его интеллектом. А вот для стратегических отношений выбирают, как правило, и умных мужчин. Здесь ум начинает играть очень большую роль. Умный, это значит, что способен добывать пропитание, способен заниматься воспитанием детей, обустроить жизнь, и он надёжнее. Этот мужчина не столько сексуален, сколько надёжен. И вот в выборе этого мужчины, сегодня наука уже к этому подошла вплотную, сказывается то, как женщина воспринимает, он должен обладать такой комбинацией генов, которые могут создать особые иммунные преимущества для потомства. И вот одним из таких каналов информации является запах. Это не то, что все думают, феромоны и всё прочее. А здесь в запахе мужского пота содержится генетическая информация. И вот женщина, иногда понравится ей мужчина, она подходит, она вдохнула запах, и подсознательно его отвергает, а другая вдохнула и поплыла. И вот мужчина, на самом деле говорят, что он чувствует тоже запахи, и женская косметика для этого работает. На самом деле в запаховом мире прочитать генную структуру и почувствовать перспективность её для потомства, для продолжения рода, это великая биологическая задача. Женщина должна вынюхать очень полезную для потомства вещь.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А что там есть в этом запахе, что можно вынюхать?

С. АГАРКОВ: В этом запахе содержится информация в первую очередь об иммунных свойствах партнёра, то есть возможности создавать.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Буквально, здоровье его организма, в частности?

С. АГАРКОВ: Здоровье организма. Посмотрите, потому что все эти болезни, ВИЧ, атипичная пневмония, свиной грипп, и все эти мерзости цивилизации, они связаны с быстрой мутацией паразитов, вирусов, которые могут захватить и завоевать популяцию. Единственное, что в человеческом мире противостоит им, это создание устойчивых иммунных комбинаций генетических. И вот женщина, её биологическая задача найти партнёра, с которым может возникать потомство, обладающее большим запасом прочности иммунной, то есть жизнеспособное, способное выжить в условиях. Раньше мы думали, что эволюция на человеке остановилась, мы уже не становимся ни лысыми, ни яйцеголовыми, а на самом деле эволюция ускоряется, и генетическая структура человека всё время модернизируется, и чем дальше, тем быстрее. Задача эволюции опередить паразитов. Так вот секс это способ создания уникальных генетических комбинаций, а любовь, это всего лишь приманка, на которую клюют, чтобы вступить в эти сексуальные отношения с точки зрения эволюционной теории, с точки зрения эволюционной психологии. Поэтому секс без любви, повторяю, возможен, но секс без любви, он, как правило, если женщина не увлекается партнёром, и не может в нём разбудить эти чувства, он не создаёт хороших генетических комбинаций для потомства. Как секс он замечателен, а как репродуктивные последствия он очень бледен.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Давайте дальше начнём после небольшой паузы. Следующая фраза нашего разговора. Телефон 363-36-59, СМС +7-985-970-45-45. Дадим Сергею Тихоновичу минуточку передохнуть, и потом продолжим разговор.

Перерыв.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Я хочу ещё раз Сергей Тихонович, вернутся к тому, что вы сказали. Что есть мужчины, которых не выбирают женщины. Мы начали это обсуждать, что от них, то ли запах не тот, то ли они не так выглядят, как надо. Вот что не то, может людям надо со здоровьем разобраться, заняться чем-нибудь, к врачу сходить, желудок, зубы, я не знаю что.

С. АГАРКОВ: Это очень сложно, потому что запах это не желудка, и не плохих зубов, и не нестиранных носков, вы должны это понимать. Это запах генов, то запах той структуры, особенности обменных процессов, белков, и других, которые вырабатываются в организме. Вот эта сложная композиция. В этом букете вынюхиваются плохие гены. Это раз. А внешне женщины при прочих равных условиях выбирают так называемых симметричных мужчин.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Что это значит?

С. АГАРКОВ: Что это такое. Вот если фотографию человека разрезать, и потом зеркально отразить и сложить, то правая и левая половина это два разных человека, похожих, но разных человека, меньше похожих, чем братья. Так вот наличие Ассиметрии, разницы между левой и правой половиной говорит о неблагоприятных генетических комбинациях.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Подождите, мы же все ассиметричны.

С. АГАРКОВ: Да, но в разной степени. Вот большая ассиметрия говорит о неблагоприятной генетической комбинации, а более симметричная о благоприятной. И вот выбор дальний дистантный, пока не чувствуется запах, он конечно идёт по симметрии.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Визуально же сначала идёт.

С. АГАРКОВ: Сначала визуально.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Подождите, а что такое неблагополучие генетическое при большой ассиметрии?

С. АГАРКОВ: Вот каждый из нас является носителем. Вот генофонд человека всего 5 лет назад раскрыт. Это стало возможным, когда огромное количество лабораторий и компьютеров вместе были включены в сеть и стали производить с бешеной скоростью генетические анализы, тогда удалось выделить всё это. И вот гены неблагополучные, в каком-то проценте многие люди носят шизофренические гены, в каком-то проценте гены сахарного диабета, других вещей. И вот такие гены создают определённые ароматические композиции.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Мы сейчас говорим о внешности, об ассиметрии.

С. АГАРКОВ: Во внешности тоже они проявляются. И вот прочитать симметричность и почувствовать запах нормального генного ансамбля, этот человек будет выбран. Тогда у него уже пробуждается чувство самовлюблённости, и влюблённости.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, у вас какие-то нитшанские идеи, что вот здоровых выбирают, а больных выбраковывают.

С. АГАРКОВ: Никто не любит больных.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это же неправда.

С. АГАРКОВ: Почему?

М. ЛАБКОВСКИЙ: Больные люди очень часто пользуются огромным спросом у женщин. Шизофреники, гении, великие всякие художники, которых обожают, толпы бегают.

С. АГАРКОВ: Я думаю. Что нестандартные гены дают заболевание, в малых пропорциях они дают гениальность конечно, но для этого они выбирают уже не гены, а выбирают уже сложившегося гения.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Слушайте, в России, мы сейчас в России разговор ведём, алкоголики, это как раз основное заболевание, и сердечно-сосудистые тоже в стране. Выбирают только так. Я просто знаю по своей работе в консультации, замужем за алкоголиком каждая вторая женщина, а там запах, сами понимаете.

С. АГАРКОВ: Вы хотите сказать, что 50 процентов страдает алкоголизмом, это не так.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хорошо, бытовым пьянством.

С. АГАРКОВ: Бытовое пьянство в разных обществах (неразборчиво).

М. ЛАБКОВСКИЙ: Я хочу сказать, что у меня нет представления, что выбирают лучших. Я понимаю, что идеологически природа заложила выбор лучших, так природа вообще устроена. Но когда я смотрю на нашу жизнь, вот мы идём по улице с вами, я смотрю на окружающих, я не могу сказать, что женщины выбирают самых лучших. Красивее может быть, привлекательнее может быть, но здоровее у меня нет такого впечатления. Я абсолютно сейчас поверхностно рассуждаю.

С. АГАРКОВ: Мы говорим о механизмах выбора, но для того, чтобы реализовалось это всё, конечно, хорошие экземпляры расходятся очень быстро, что там говорить.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Кстати, это я думаю, касается и женщин. Мужчины ведь тоже не на каждый взгляд реагируют.

С. АГАРКОВ: У мужчины есть ещё одно, это социальный рост, который говорит о его уме, адаптивности, способности в жизни достигать успеха. Это значит очень много, для того, чтобы обратить на него внимание. А вот для построения долгосрочных отношений психологи сейчас пришли к выводу, что большее значение имеет щедрость мужчины, то есть готовность его отдать определённую долю, принадлежащего ему, то есть поделиться определённой частью. И это не просто стяжательство, алчность, это говорит о его партнёрских качествах, о возможности строит с ним отношения.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Что он не будет одеяло на себя всё время тянуть.

С. АГАРКОВ: Да, что он не будет перетягивать на себя одеяло. И вот эти качества ценятся очень и очень. Даже не абсолютное владение, яхта, банк, или клуб футбольный, а вот именно готовность поделиться, отдать какую-то часть того, что он заработал.

Н. КУЗЬМИНА: Я вот слышала, в России говорят, что если муж с женой похожи внешне, то вот брак будет счастливым. Это как-то объясняется выбором?

С. АГАРКОВ: На самом деле похожесть и различие, они для партнёрства не имеют значения. Сегодняшняя психологическая теория говорит так, важно, чтобы внешние привычки, в мелочах была похожесть, скажем в пищевых предпочтениях, в моде, в культурных, в религиозных, а вот глубинные качества различались. Тогда образуются наиболее устойчивые пары, кто-то немножко более общительный. А кто-то немного более замкнутый.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть люди с похожими психотипами, они как бы противопоказаны?

С. АГАРКОВ: Немножко да, потому что если два человека одинаковы, на эту тему есть масса фильмов, произведений о том, что похожие отталкиваются, противоположности притягиваются. Обычно когда говорят о похожести, анализируют лишь внешние вещи. А вот люди, которые живут вместе, хорошо живут, и строят совместные партнёрские отношения успешно, они со временем, у них сближается как раз внешнее проявление. Они одинаково выдавливают пасту с того конца, они одинаково моют за собой тарелку, одинаково снимают тапочки, то есть приобретают не раздражающие партнёра привычки. Причём это не обязательно привычки жены, которая устанавливает свой домострой, или мужа, который тоже по-своему жену патриархально вводит в свой мир, а это какие-то договорные, конвенциальные, разумные отношения, не мешать друг другу жить, и в тоже время стремиться делать так, как партнёр. Тогда ему можно понравиться, и можно с ним сохранить добрые. Но это повторяю, видите, мы с вами сколько говорим, а слово любовь у нас очень мало фигурирует. Потому что любовь это настолько неопределённая инстанция. За неё воспринимают и ярко выраженное половое влечение в юности, и влюблённость романтическую острую, которая обязательно проходит, она не может долго быть.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Я могу поделиться с вами своими соображениями?

С. АГАРКОВ: Конечно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: В моём понимании любовь это то, что заложено отношениями между родителями, и отношением родителей к ребёнку в грудном возрасте. Вот ровно сколько он получил тактильного, вербального тепла, любви, вот всех этих отношений, ровно такой опыт он и вынесет, ничего другого он не может.

С. АГАРКОВ: Дети из детских домов тоже создают очень успешные союзы.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Как это объяснить, если ребёнок не имеет такого опыта?

С. АГАРКОВ: Я думаю, что любовь это не механическая инстанция. Отвесили три мешка любви, получил, с ними живёшь и потихоньку в жизни тратишь.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вот как его в попку целовали в полгода, так он будет любвеобильный, а если на руки вообще не брали, то будет человек жёсткий, неэмоциональный и не сможет выражать чувства. Я неправ?

С. АГАРКОВ: Когда мы говорим о некоторых общих соображениях, и когда мы говорим о конкретике, это две большие разницы.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть можно добрать потом, вы хотите сказать?

С. АГАРКОВ: Можно. Но действительно, первое, это образ матери. И вот чувство любви формируется из чувства сытости и безопасности. Если ребёнок накормлен, его берут на руки и прижимают, то неважно, в попку целуют или куда-то ещё, но он уже чувствует себя комфортно, это главное условие. Это известные опыты Харлоу с обезьянками. Лишали маленьких обезьянок матери, и они вырастали неспособными ни любить, ни совокупляться, но любить в кавычках. А потом давали тряпичную куклу, и кукла играла роль матери. Если они могли к ней прижаться и воспринимали её, как мать, у них во взрослой жизни всё было совершенно нормально. Здесь важен скорее образ, чем имитация.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, а вот чтобы как-то утешить тех людей, которые как у нас говорят, из неблагополучных семей. Всё-таки, можно добрать потом, вот если детство было тяжёлое, как Наташа говорит: «Деревянные игрушки, приколоченные к полу, голодное детство». А вот если потом не ребёнок уже, а подросток, его потом начинают любить. У него есть друзья, у него есть подруги, его любят другие люди. Не мама с папой, которые испортили ему детство, вот вы правильно сказали, детский дом, например, а потом в 3 года его забрали из детского дома, и он в ласке и тепле прожил дальше, он может компенсировать недостаток любви?

С. АГАРКОВ: Конечно компенсирует, эта функция хорошо компенсируется, и она может быть компенсирована, потому, что как растение без полива, без витаминов, так и ребёнок ищет любви, и он стремится выйти, найти свою эту нишу, как амёба движется, хемотаксис, так и человек движется в детстве, и он в поисках любви всё время.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть неблагополучная семья это не приговор, это не диагноз?

С. АГАРКОВ: Это не приговор.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вот я из-за этого спрашиваю.

С. АГАРКОВ: Известно только одно. Что сексуальная жизнь, сексуальная любовь и другие вещи, они невозможны, если лишить человека в детстве общения с противоположным полом. Поэтому наш сексологический взгляд на раздельное обучение и на всё, не очень оптимистичный. Дети должны иметь возможность общаться, должна быть и конкуренция и выбор, говорят, что лучше ведут себя. Мало ли что, можно их всех по стойке смирно поставить, и всё. Но если лишить общения, свободно проявлять, лишить детских сексуальных игр с обнажением и разговоров на эту тему детей, вот тогда всё становится проблематичным во взрослом возрасте. Тогда даже приходящее половое влечение не имеет ясных характеров выражения на языке любви, он не способен к диалогу. Он вроде слова знает, и говорить может, но не может установить взаимопонимания.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Нет ни практики, ни опыта.

С. АГАРКОВ: Значит чувство влюблённости, этот гормональный всплеск, не может перерасти в партнёрские отношения, и вот это очень большая проблема.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, извините, что я вас перебиваю, у нас сейчас будут новости. А я ещё раз напомню телефон 363-36-59, СМС +7-985-970-45-45. Минут через 10 мы снова встретимся и продолжим для меня интересный разговор.

Идут новости.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Добрый вечер ещё раз, я бы сказал доброй ночи. Мы обсуждаем секс без любви. У нас в гостях Сергей Тихонович Агарков, доктор медицинских наук, я бы сказал, главный сексолог страны. И Наташа Кузьмина, наш режиссёр и редактор программы. Телефон 363-36-59, СМС +7-985-970-45-45, так что пишите и звоните о наболевшем. Сергей Тихонович, мы в прошлом часе говорили о том, что выбирают лучших, самых здоровых, я ещё уличил в нитшианстве некотором, что больные выбраковываются, и так далее. Женщина сначала визуально, она же сначала не слышит запаха, она сначала оценивает, вот вы говорили об ассиметрии. Чем больше ассиметрия, тем молодой человек более нездоровый или более проблемный может быть. Это ещё с иммунитетом как-то связано.

С. АГАРКОВ: Да, это в первую очередь связано с иммунитетом.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А иммунитет друзья, чтобы вы тоже правильно понимали, почему мы привязались к слову иммунитет. В глобальном смысле иммунитет это противостояние окружающей среде как я понимаю. Это не просто иммунитет и иммунитет.

С. АГАРКОВ: Это всё, это и обмен веществ в возрасте, и продолжительность жизни, и низкий риск заболеть раком, это всё вместе.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это иммунитет. Мы говорили о том, что женщина выбирает сама в том смысле, что когда она встречается глазами с мужчинами, то она или даёт ему добро, и тогда он чувствует себя героем, готовым на подвиги и на завоевание этой женщины, или не даёт добро, и он тогда как бы тухнет. То есть он не видит сигнала, и не будет дальше никаких действий делать.

С. АГАРКОВ: Он не только тухнет, он вообще скисает, потому что он не избран.

М. ЛАБКОВСКИЙ: При этом всё это происходит вопреки распространённому народному мнению, что выбирают на самом деле мужчины, потому что мужчины и существа более активные сексуально, и мужчины более сильные существа, и как бы ролевое поведение предполагает их активность, а не женскую. Женская активность это погладить себя по колену, откинуть волосы назад или провести ладонью по шее. Вот и вся собственно женская активность. Женщина за штаны или за грудки мужчину хватать не будет. Но мы сейчас не про Америку, а мы сейчас про Россию.

Н. КУЗЬМИНА: В России уже хватают во всю, и женщины в России гораздо более активные, чем мужчины.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Ты у меня не такая, ты у меня скромная девочка.

Н. КУЗЬМИНА: Не знаю, но везде говорят, что женщины в России гораздо более активные, чем мужчины, что мужчины пассивные, мужчины никуда не ходят, ничего не делают, женщины больше проявляют инициативы, игра глазами, привлечение каким-то образом мужчин. А мужчины сидят как пеньки и смотрят.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Может их женщины забивают, и потом сами жалуются на мужскую пассивность.

С. АГАРКОВ: Женщины обязаны уметь посылать сигналы мужчинам, а мужчины обязаны уметь эти сигналы расшифровывать и включаться. И тогда мир движется в нужном направлении.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, а если такие туповатые мужчины, которые не соображают, что это был сигнал.

Н. КУЗЬМИНА: Или плохо моргающая женщина.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вы же сами сказали, мы в передаче разговаривали, что мужчина или думает, или чувствует, у него полушария отдельно работают.

С. АГАРКОВ: Есть одно утешение, что таких должно становиться всё меньше, потому что у них нет шансов размножиться, это такая вымирающая популяция. Ведь вы же знаете, что какие-то народности, этносы, кланы, они расширяются, а какие-то наоборот вымирают. И где мужчины тупые, там происходит быстрое вымирание и замена другими, те, кто реагирует на эти вещи. Это не всегда люди с юга.

Н. КУЗЬМИНА: А может такое быть, что мужчина в юности, в каком-то более молодом возрасте необыкновенно популярен. И сигналы он расшифровывает, и запах у него необыкновенный, женщины прямо штабелями падают. А с возрастом вдруг раз, и всё прекращается. Вот такое происходит, что мужчина теряет свой шарм, или как вы говорите, свой запах?

С. АГАРКОВ: Это очень хороший вопрос. Это не как массовое явление, что обязательно популярнее в юности, обязательно прокиснет к каким-то годам. Но с некоторыми это бывает действительно. Это связано с тем, что тот имеет некую отдаленность, у него что-то получается, из хорошей семьи, получает поддержку, он практически не работает, он ленится, такой мажорный тип, который потребляет жизнь и думает что жизнь для него. А другой с маленьким комплексом, его женщины и девушки не любят, и он работает, он учится, грызёт гранит науки, развивается. А потом глядишь, раз, к возрасту Христа, когда становится понятно, на что мужчина годен, и у него большие достижения. Он развился в административной сфере, в любой какой-то другой, и у него, вот говорят, что наполеоновский комплекс является самым большим движителем, и вот это переживание, когда осознаётся, что ты не избираем, что у тебя низкий рейтинг, но заставляет, является кнутом, который движет мужчину, и заставляет его завоёвывать мир. И более того, сегодня даже обнаружили, что люди в принципе не очень склонны зарабатывать деньги, что 80 процентов из тех при психологическом анализе, кто зарабатывает много, делает это с тайной надеждой улучшить сексуальные отношения, повысить качество сексуальных отношений, найти более достойных партнёров, стать более привлекательными, рейтинговыми, избираемыми.

Н. КУЗЬМИНА: Это то же самое, что из троечников вырастают бизнесмены.

С. АГАРКОВ: Да, из троечников вырастают бизнесмены.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Друзья, вы тоже поймите правильно. Когда Сергей Тихонович говорит слово избираемые, речь идёт не о политике, а избираемые женщинами. Я всё-таки, хочу отдать должное нашим слушателям, которые старались и писали нам сообщения. Первое у нас традиционно от Ани: «Добрый вечер, Фрейд вам в помощь». Аня спасибо, вам тоже. Ирина Перштейн: «В последнее время у меня секс без любви с моим мужем. Надоел». Непонятно кто, муж или секс, или оба сразу, но это не вопрос.

Н. КУЗЬМИНА: А у нас есть звонок.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Давайте тогда звонок послушаем.

Н. КУЗЬМИНА: Алло, здравствуйте.

Слушатель: Алло, здравствуйте. Я вот по поводу…

Н. КУЗИНА: А как вас зовут, представьтесь, пожалуйста.

Слушатель: Меня зовут Галина. Я вот по поводу возможна ли любовь без секса. Я согласна, что любовь без секса возможна, но когда проходит жизнь с годами, и вот тот человек, в которого ты была влюблена, или был влюблён, вот влюблённость эта уходит. Чтобы эту влюблённость повысить, с возрастом мы понимаем, что любовь это уже действие. То есть, чтобы повысить любовь-чувство, чтобы возникла эта любовь-чувство, мы должны любовью-действием как-то её повысить. Вот как вы думаете, это верное утверждение? Отсюда же будет и благополучный секс, и так далее.

С. АГАРКОВ: Это очень популярная и идеализированная простая модель. Психология говорит, что больше всего люди любят свои инвестиции в другого человека.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это не только мужчины, и женщины тоже?

С. АГАРКОВ: Да, и мужчины, и женщины. Вот это гарантия долгосрочных отношений.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Я знаю, что мужчины, чем больше вкладывают, тем больше ценят.

С. АГАРКОВ: И женщины тоже.

Н. КУЗЬМИНА: Женщины души сколько вкладывают в мужчин.

С. АГАРКОВ: Говорят, что женщины больше любят детей, это конечно. Потому что вклад мужчины в репродукцию это несколько минут, а женщины как минимум 9 месяцев.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Почему минут, может быть даже секунд.

С. АГАРКОВ: Поэтому на самом деле люди больше всего любят, что если они больше сделали для другого. И вот мы возвращаемся к идее щедрости. Альтруизм, способность делать для другого, они являются основой партнёрства, они являются способом сохранения любви, а секс это только неотъемлемая часть отношений. И вот нельзя сказать, что если всё плохо, ничего не даёшь человеку, а просто регулярно с ним сексуально живёшь по Камасутре, то тогда ваши отношения и через 10, и через 15 лет будут хорошими. Нет, тогда мы прочтём, что надоел секс и с мужем, и со всем, потому что секс становится функциональным, секс становится способом единственным диалоговым окном между партнёрами, и это прескверно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Да, как правило, никого же не устраивает. Вначале нравится, особенно мужчинам, а потом они сами же пресыщаются от таких отношений.

С. АГАРКОВ: Любовь, конечно она важна для секса. Возможен секс без любви и любовь без секса возможна, но в соединении их дружба, любовь и секс и влечение, чувственное, яркое, реализуемое, они и создают то, что называется любовь. Это было в Древних трактатах, это блестящий наш отечественный классик, он амуролог Юрий Рюриков писал…

М. ЛАБКОВСКИЙ: Амуролог это хорошее слово.

С. АГАРКОВ: Да.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Кто вы сказали?

С. АГАРКОВ: Юрий Борисович Рюриков, ныне здравствующий классик этого процесса. Потом, когда мы говорим о любви, мы же совершенно разные вещи в это понятие вкладываем. Есть разные виды, супружеская любовь, острая романтическая влюблённость, разная по продолжительности, с разным стажем, а мы говорим любовь через запятую, каждый о своём.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это одно какое-то понятие, хотя оно очень разнообразное и очень индивидуальное.

С. АГАРКОВ: Говорят, что любовь это то, что остаётся, когда влюблённость проходит.

Н. КУЗЬМИНА: А что происходит, когда семейная пара прожила какое-то время, у них был прекрасный секс и необыкновенная любовь, а потом через какое-то время просто проходит всё. То есть люди живут как родственники, они живут как брат с сестрой, секса нет, но при этом их это либо устраивает, либо не устраивает, либо кого-то из партнёров устраивает.

С. АГАРКОВ: Отсутствие нет. Отсутствие секса в браке, в устоявшихся отношениях, когда они особенно хорошие, казалось бы секс, он как индикатор, он как градусник, он показывает благополучие этих отношений. То есть если отношения нормальные, то секс, как минимум, регулярный.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Подождите, а братско-сестринские отношения в браке, как с этим быть?

С. АГАРКОВ: Да, но это не супружеские, братско-сестринские. То есть отсутствие секса это идеальная модель братско-сестринских отношений, а супружеских, это присутствие секса.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вы знаете, у нас были персонажи, которые говорили следующее: «Я очень люблю своего мужа, жить без него не могу, но я его как мужчину не воспринимаю, я его не хочу». Вот это с одной стороны даже есть чувства, даже любовь есть, но она не носит такой половой окраски.

С. АГАРКОВ: Могу сказать, что это большая драма, возможен такой брак, как брак, потому что брак это юридический институт. Но по-настоящему партнёрство брачное, оно семейное партнёрство, оно подразумевает сексуальные отношения. И более того, мы знаем, что люди вступают, остро реагируя друг на друга, безумно друг друга любя, потом остывают, а потом медленно начинают улучшаться отношения. Так вот примерно у трети супружеских пар происходит такой сценарий. Они проходят какие-то кризисы, кризис среднего возраста, кризис, связанный с деторождением, кризисы роста, а потом их отношения улучшаются. И к ним возвращаются к 50-ти, такие очень хорошие, чистые отношения. И хотя мало секса, но он и достаточно яркий, физиологическое качество низкое, но он даёт очень хороший эмоциональный резонанс. Более того, физиологические исследования говорят, что гормон любви это допомин. Он вырабатывается в мозгу, и он даёт это ощущение. Так вот у партнёров с хорошей сексуальной и человеческой историей пусть и были кризисы, пусть и были периоды, когда развестись собирались, но к 50-ти годам уровень допомина такой же, как у молодых влюблённых. То есть любовь это медленно выкристаллизовывающее глубокое личностное партнёрство, основанное на уважении, на прощении, на восприятии семьи, как единого целого особого организма, которая постепенно выкристаллизовывается тогда, когда проходит первый период влюблённости, и люди на каком-то этапе переживают ощущение потери. Поэтому у этой женщины, которая написала, что у неё сейчас секс есть, а любви нет…

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вот ещё вам вопрос.

Н. КУЗЬМИНА: Можно я закончу, хочу просто понять. Вот парам, которые уже это переживают, то есть у них секс был, а теперь секса нет. Вот вы, как сексолог, скажите, вот им что делать, им к сексологу идти, или им ждать, когда у них пойдёт опять нарост этих отношений?

С. АГАРКОВ: Если вдруг происходит так, что в зрелой супружеской паре, проживших несколько лет, изживается и секс вытесняется чем-то другим, конечно нужно разбираться. Это семейная психология, это сексолог, это нужно обязательно смотреть. До этого нельзя доводить отношения, когда секс утрачивает свою ценность.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Там же есть какая-то точка невозврата.

С. АГАРКОВ: Есть точка невозврата, и эта точка невозврата зависит от времени перерыва в сексуальных отношениях. Если мы считаем, что в зрелом возрасте сексуальные отношения должны реализовываться 2 – 3 раза в неделю.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это, я бы так сказал, что вы зачастили, полтора по России в зрелом возрасте.

С. АГАРКОВ: Что такое зрелый возраст. Зрелый возраст это возраст от 30-ти и до 50-ти. Вот в этом возрасте 2 раза в неделю, условная норма, раз в неделю это как-то так. Но если месяц проходит, и люди друг к другу не прикасаются, что очень характерно сейчас для молодых пар. Вот у меня сейчас несколько молодых пар прекращают отношения. Всё, хорошо относятся, живут нормально, но вот это те барьеры, вот прошло острое чувство влюблённости, началась жизнь, а потом эти барьеры не преодолены. Эти барьеры нужно распознать, убрать в сознании, установить нормальный диалог.

М. ЛАБКОВСКИЙ: А что, так организм болезне7нно реагирует на эти барьеры?

С. АГАРКОВ: Нет, эти барьеры связаны с воспитанием, с культурой, с какими-то своими комплексами, то есть с такими вещами очень сложными, и нужно обязательно помочь разобраться паре в этом. То есть прекращение секса это очень и очень скверно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: От сексуально активных граждан можно вам вопрос?

С. АГАРКОВ: Конечно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Альбина из Москвы: «Муж просит орального и анального секса, не могу переступить. Как быть»? там у них прям всё наоборот, муж активный попался.

С. АГАРКОВ: Я думаю, что каждая пара приходит к тому, что они апробируют сегодня рано или поздно в том или ином объёме практически всё, что в какой-то мере известно о сексе. Если человек не может что-либо переступить.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Он, по-моему, не обязан переступать и делать против своей воли.

С. АГАРКОВ: Нет никаких обязательств переступать, но если человек не переступает, то мы скорее имеем дело с какими-то представлениями, которые могут быть очень сильны. Например, религиозными.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Подождите, вот оральный секс я готов понять, а анальный женщине может быть больно, неприятно, она вообще не считает это сексом. Такое же может быть, не по религиозным соображениям, а по своим ощущениям?

С. АГАРКОВ: Понятно, дело в том, что в сексуальных отношениях сегодня мы должны понять, что происходит сексуальная революция. Сексуальная революция это не секс-шоп и не проституция.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Да, это противозачаточные таблетки.

С. АГАРКОВ: Это постоянное расширение сферы запретного по Лихачёву. То есть то, что вчера было невозможно, оно становится сегодня возможным, оно сегодня может быть немножко экзотично, но оно практически рано или поздно люди сталкиваются с таким выбором. И вот то, что человек этот опыт приобретает, в этом нет ничего скверного, нет части тела отвратительной у человека, есть только отвратительные мысли. И вот преодоление этих запретов, понимание того, что, что это может быть, но может быть оно будет апробировано, и оно не станет постоянным, апробировали и отказались. Потому что очень часто, когда мужчина вступает в сексуальные отношения, и хочет попробовать всё с данной женщиной, и вдруг натыкается на какой-то запрет, он потом откатывается: «Нет, она этого не любит». А дальше она чего-то ещё не любит, один раз она фыркнула, она тоже этого не любит, и остаётся очень узкий тоннель реальности сексуальной в жизни этой пары. А потом оказывается, что она наоборот уже, прочитав, поговорив с подругами, к 35-ти годам вдруг образумилась, она хотела бы это попробовать внедрить, а он говорит: «Нет, ты этого не любишь, уже другие правила, мы уже давно договорились». Он уже этого в голове не держит, он это вычеркнул навсегда из отношений, и они оказываются потом невосстановимыми, их потом с помощью профессиональной, когда мы говорим о возможности такого варианта развития отношений между любящими, они уже не могут это внедрить. Поэтому очень важно понимать, что какой-то совместный опыт может быть, он не всегда телесный. Это может быть хороший разговор об анальном сексе. Но если в ответ на оральный секс или на предложение анального секса, уж бог с ним, если есть анальный секс, надо сходить в интернет, прочитать, как это делать, как чистить кишечник, и всё такое, и потом думать, а стоит ли вообще затевать всю эту мандолу, заводить всю эту историю, чтобы получить этот анальный секс. Но если говорится нет, нет, и нет, то через какое-то время и секс начинает исчезать в этом браке, а потом вспыхивает внезапно другая влюблённость. Или вдруг жена обнаруживает в телефоне или в компьютере переписку.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Виртуальный секс, анальный секс.

С. АГАРКОВ: Да. А иногда важен разговор на эту тему, вот просто разговор.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хотя бы напряжение снять.

С. АГАРКОВ: Обмен чувствами, мыслями, и может быть тогда этот удивительный анальный секс перестаёт быть удивительным. Иногда может быть важно к нему приблизиться как-то, не вводить его в регулярную практику, потому, что всегда сфера запретного она всегда является притягательной на каком-то этапе у мужчины, пока он ещё в тонусе. А когда он входит в зрелость, когда уже стандартизовались отношения, ему начинать что-либо новое в браке, нет.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, Маша 25 лет.

Н. КУЗЬМИНА: А у нас звонок, давайте до Маши послушаем.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Хорошо. Маша, извините, после звонка обязательно послушаем.

С. АГАРКОВ: Бедная Маша.

Н. КУЗЬМИНА: Алло, здравствуйте.

Слушатель2: Алло.

Н. КУЗЬМИНА: Да, говорите, как вас зовут?

Слушатель2: Здравствуйте, меня Дмитрий зовут.

Н. КУЗЬМИНА: Да, Дмитрий, слушаем вас.

Слушатель2: Я вот в эфир хотел дозвониться вопрос задать.

Н. КУЗЬМИНА: А вы Дмитрий уже дозвонились.

Слушатель2: А я в эфире? Я же не в эфире сейчас.

Н. КУЗЬМИНА: Дмитрий, вы будете вопрос задавать?

Слушатель2: Вы меня можете в эфир вывести?

Н. КУЗЬМИНА: Так, Дмитрий до свидания.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Так, возвращаемся к Маше. Итак, вот очень интересное письмо, кончается словом Не жалейте. Маша 25 лет: «Мне что называется уже давно пора заниматься этим» - с большой буквы в кавычках, то есть сексом, я так понимаю Маша.

С. АГАРКОВ: Плохо, что в кавычках.

М. ЛАБКОВСКИЙ: «А всё никак, с детства была крайне застенчива, при этом внешне постоянно получала комплименты. Ощущаю разрыв между внешней и внутренней серой мышкой». То есть видимо, Маша себя чувствовала внутренне серой мышкой, а внешне чувствовала себя вполне привлекательной. «Теперь у меня диагноз социофобия». Испугали, наверное. Нас с Сергеем Тихоновичем не испугаешь. «Но лет с 15-ти я стала получать удовольствие от взглядов на улице, искать, ощущая это…» - Маша так поэтично пишет, что трудно прочитать – «Как полонавязчивая что ли, думать о своей внешности, что подурнее, а это равносильно краху, мол, не будет удовлетворения внешностью, и возить это ощущение личностных изменений. У меня нарциссизм» - спрашивает Маша. Это первый вопрос. И второй вопрос: «Патология и влечение», и дальше пишет: «Не жалейте». Маша, правда, сама половину не поняла, что сказала.

С. АГАРКОВ: То есть Маша мазохистка такая, говорит: «Ну-ка высеките меня, и побольнее».

М. ЛАБКОВСКИЙ: Я Машу отредактирую. Маше 25 лет, секса у Маши не было. Это что, патология?

С. АГАРКОВ: В общем-то, конечно, это не патология, но это говорит о том. Что человек является носителем комплексов. Вот у мужчины этот комплекс сформулирован более чётко. Он называется сексуальной робостью.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сексуальная робость, есть такой термин?

С. АГАРКОВ: Да. Сексуальная робость это совершенно особый вид отношения к сексу, при котором человек очень боится, сделать что-либо, проявить инициативу, быть наказанным за это. У мужчины это связано в первую очередь с тем, что его активность, мужчина должен действовать и проявлять себя, но подбадривает его женщина. Вот почему у Маши нет шансов. Да тысячи мужчин наверно готовы были бы в отношении неё предпринять какие-то действия.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Внутренний барьер, внутренняя робость.

С. АГАРКОВ: Она их не санкционирует, потому что в этот момент она спрашивает: «А кто я такая бедная Маша, чтобы рассчитывать на сексуальные отношения».

М. ЛАБКОВСКИЙ: Серая мышка.

С. АГАРКОВ: Она модель нормальную человеческую заменила в сознании зоофильной. Секс серой мышью не может быть полноценным, хорошим, красивым. И отсюда возникает тысяча проблем.

Н. КУЗЬМИНА: Это можно назвать не сексуальностью?

С. АГАРКОВ: Конечно, нельзя назвать это асексуальностью.

Н. КУЗЬМИНА: Я говорю не про Асексуальность. А вот как говорят, что девушка красивая, но не сексуальная.

М. ЛАБКОВСКИЙ: У неё нет секса, мы говорим не о том, что она непривлекательная.

С. АГАРКОВ: Сексуальность это как раз способность к диалогу.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Аномалия в том, что ей 25 лет, а секса нет.

Н. КУЗЬМИНА: Может быть она несексуальна. Она не привлекает мужчин.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Ещё раз говорю, она может быть сексуальна, она не имеет секса.

С. АГАРКОВ: Я вам скажу, что Маша может выглядит даже более сексуально, потому что она об этом думает, и это проявляется в ней, но она не даёт этому импульсу шансов к развитию отношений. И мужчина, который видит, что это очень сложная женщина со сложными комплексами переживаний, и думает, что связываться с ней, это будет такой геморрой, лучше кого-нибудь попроще.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, я боюсь, что мы просто не успеем, очень много сообщений.

Н. КУЗИНА: Опять звонок.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Опять звонок?

Н. КУЗЬМИНА: Да.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Виктор, извините, после звонка.

Н. КУЗЬМИНА: Алло, здравствуйте, говорите.

Слушатель3: Здравствуйте. Меня зовут Евгений, город Москва. Я бы хотел сказать одну простую вещь, что иной раз мужики просто дебилами выступают. И вот ваши два уважаемых господина, у меня вот когда-то в жизни была девушка, ей было 27 лет, но офигительной была.

Н. КУЗЬМИНА: Понятно, спасибо.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Крик души. Виктор, пришла ваша очередь.

С. АГАРКОВ: Прекрасно, что было в жизни такое приключение. С этим можно идти по жизни кК с флагом, это здорово, это очень обнадёживает.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вопрос простой и вполне понятный: «Говорят, что мужчины могут заниматься сексом без любви, а женщины нет. Правда» - спрашивает Вас Виктор.

С. АГАРКОВ: Занимаются и те, и другие одинаково сексом без любви, и занимаются.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Была такая шутка, что мужчины говорят о сексе, женщины о любви, а занимаются одним и тем же. Алексей 28 лет: «Что значит секс без любви, по принуждению что ли». Вот так воспринимают секс без любви.

С. АГАРКОВ: Коммерческий секс, тоже вроде секс без любви.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Аня: «Я попробовала секс по небольшой симпатии, и ничего не почувствовала. С тех пор полгода без секса, мечтаю влюбиться. Хочу испытывать притяжение, головокружение и страсть, умирая без любви». Я так понимаю, Аня экстремалка, она или по большой любви, или ничего не почувствовала. Я правильно понимаю?

С. АГАРКОВ: Миф о большой и чистой любви, который поминает сегодня СМИ в связи с кончиной Семёна Фарады, который эти слова произнёс так, и они стали…

М. ЛАБКОВСКИЙ: «Женщина, хочешь большой и чистой любви».

С. АГАРКОВ: «Тогда приходит на сеновал». Так вот эта мечта сама по себе, она разрушительна, потому что всегда есть сомнение, а достаточно ли сильна и чиста эта любовь, чтобы санкционировать сексуальные отношения. И всегда кажется, что эти отношения суррогатны. А как можно быть вообще уверенным в человеке, с которым не прожиты годы, не съеден пуд соли, и всё остальное. И вот, в общем-то, есть некоторые стандарты, и если отношения продолжаются сегодня, не первый вечер, и не первая неделя, но если люди друг друга знают несколько месяцев, между ними сегодня, зрелыми людьми после 20-ти – 25-ти лет не возникают сексуальные отношения, то люди после первого года, как правило, расходятся. То есть они не достигли той степени сближения, которые давали шанс развитию их отношений. Это очень важно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это же ненормальная ситуация, когда более года люди встречаются, держатся за руки, иногда петтингом занимаются, как я понимаю, если им больше 14-ти лет.

С. АГАРКОВ: Петтинг это тоже секс.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это секс считается?

С. АГАРКОВ: Форма половой жизни, и мастурбация, и петтинг.

Н. КУЗЬМИНА: А какой период от знакомства до секса нормальный?

М. ЛАБКОВСКИЙ: 2 часа Наташ.

С. АГАРКОВ: Мы должны понимать, что мы не должны становиться жертвами статистики и стереотипов. Потому что сколько лет, какая разница в возрасте, какой социальный класс, начата или нет половая жизнь до этого, это отношения случайные, это состоящие в браке люди встречаются на работе или нет. И вот когда мы проведём все эти коррективы, тогда мы скажем, что для этой группы людей есть примерно такой норматив. А сказать вот так сегодня, бросить в мир фразу: «2 месяца встречаетесь, а секса нет, убитые отношения». Только выделив эту группу, так называемую референтную, к которой человек себя относит. Человек не мыслит себя вне какой-то группы, и он ведёт себя в соответствии с групповыми нормами и стандартами. Если воинская часть стоит, и они на танцы ходят. И если там, в течение недели не начали сексуальные отношения, то ты уже не военный, и это не воинская часть и девушка не имеет шансов стать женой военнослужащего.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, как раз к тому, что вы говорите. Оксана, 29 лет, Пенза: «Здравствуйте. Больше года встречалась с парнем, но до близости не дошло. Не любила, пыталась построить отношения по принципу стерпится слюбится. Для меня секс без любви не имеет смысла». Видимо, как вы сказали, так всё и закончилось.

С. АГАРКОВ: Я не знаю, в каком возрасте это было. Это ей сейчас 29 лет, а когда она встречалась с парнем и дружила с ним год, это мы не знаем.

Н. КУЗЬМИНА: А вот по поводу стерпится слюбится?

С. АГАРКОВ: Вы знаете, ведь дело в том, что любовь не всегда, к любви люди не всегда приходят через влюблённость. Иногда любовь начинается с какого-то конфликта, почти антипатии какой-то, а потом присмотрелись друг к другу, и говорят: «А ты ничего», как в американском кино. Американское кино нас на что наталкивает, он не переносит крашеных дурр, она не переносит психопатов. И потом их жизнь сталкивает вместе, они друг друга видят, и видят условность этих ярлыков, и в них там тоже есть человеческое что-то.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, а вы можете прокомментировать мою теорию. Вот вы сказали, что начинаться может всё плохо. У меня есть такое убеждение, что когда люди встречаются первый раз, у них либо всё естественно происходит, или эти отношения обречены. Объясню почему. Интуитивно, когда начинается с конфликта, с неприятия, с отказа, с каких-то негативных проявлений, человек не понимает, почему, но что-то ему подсказывает, что это не то. Потом в силу обстоятельств отношения складываются, а потом эта причина неосознаваемая может вылезти. Я за то, что либо отношения сразу, или лучше не начинать. Вот что вы думаете по этому поводу?

С. АГАРКОВ: Я думаю, что так на самом деле не происходит, я повторяю, что это сильно упрощённая модель. Потому что когда люди смотрят друг на друга, действительно, достаточно 3-х секунд, чтобы понять, возможен секс с этим человеком или нет принципиально. Но это означает всего лишь быстрый секс с романтическим развитием отношений.

М. ЛАБКОВСКИЙ: То есть это не долгоиграющая история.

С. АГАРКОВ: И взвешиваются всего три параметра, возраст, вес и лицо. А вот уже потом ближе симметричность, выбор у женщины, потом уже запах, а потом психологическое узнавание, это прохождение через ряд уточнений таких. И вот если это происходит, то отношения развиваются. И очень часто смотрят, вроде да, а идут дальше, и натыкаются в отношениях на каком-то этапе, вскрываются такие черты, после которых секс становится вообще омерзителен, это кризис первого года жизни. Все браки заключаются на небесах, но 50 процентов разводов, люди года прожить друг с другом не могут, потому что идеализированное восприятие партнёра, и для того, чтобы сказать да, нужно быть очень трезвым реалистом с очень низким уровнем компонента любви, идиотизма, влюблённости, романтического флера, а это почти секс по расчёту, тогда Да, и Нет имеют значение. Так вот это умение распознавать своё Да, и говорить Да, оно складывается, как правило, к зрелости, и люди становятся способными распознавать это в партнёре и видеть, твой это или нет человек, твоей группы крови или нет, вот так годам к 30-ти.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Вот вы считаете, что такие перманентные конфликтные отношения, они как-то более естественно, когда тебя то отвергают, то принимают, то у тебя ссора, то у тебя примирение, то у тебя секс в качестве примирения. Это как-то живой жизнью отдаёт, это более естественно?

С. АГАРКОВ: На самом деле есть очень многие пары, которые живут и ругаются. Потом лет 15 прожили, и перестали ругаться, а через год расстались. Структура отношений. А вот в период, когда ругались, и были остро сексуальные отношения. Все говорят: «Нельзя секс использовать, как примирение». Конечно, секс не является примирением. Они уже примирились, и тогда возникает очень яркий чувственный секс. Это как конфликт, как вызов, как соперничество. Вообще, невротический тип семейных отношений типа соперничества подразумевает очень энергичный и яркий секс, но с конфликтами, истериками, бросанием друг в друга фамильного сервиза, не очень его ценных деталей, и так далее. А вот так, чтобы всё тишь да гладь, и полное согласие, такой тип семейных отношений вроде бы совершенно нормальный, он очень часто изживается. Проходит 3 – 4 года, и они друг другу сексуально неинтересны, и оба опять в поиске. Проходит 2 – 3 партнёра на сторонах, и они начинают думать: «Нет, наверно в семье тоже что-то есть». В поиске эмоций, в поиске свежей крови.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Свежей крови это вы хорошо сказали.

С. АГАРКОВ: И вот только переболев всем этим, они возвращаются, и говорят: «Нет, брак всё-таки это большая ценность». И детей учат потом, что в браке… А сами прошли не знаю что.

Н. КУЗЬМИНА: То есть какая-то измена, какой-то флирт может даже способствовать какой-то семейной идиллии?

С. АГАРКОВ: Плохая есть фраза, что хороший левак, укрепляет брак. Мерзкая фраза. Но действительно, иногда, чтобы понять ценность этой вещи, её надо потерять, потому, что приобретение потерь ценнее иных приобретений в нашей жизни. И вот когда вдруг благополучие, всё, что связывало, обнажается эта структура в кризисе, в конфликте, в измене. Я думаю, что опыт кризиса людей потом очень сильно сближает, если они умеют этот кризис пережить.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, вот Антон Разровин из Москвы пишет: «Секс без любви это банальное животное совокупление». Прокомментируете как-нибудь.

С. АГАРКОВ: Что могу сказать.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Романтик Антон.

С. АГАРКОВ: Нет, он очень высоко поднимает планку этих отношений, а это значит, что резко возрастают его шансы потерпеть жизненную неудачу. Ведь что такое, ведь это же так легко играть в это любит, не любит, сегодня я тебя люблю, а завтра я тебя уже разлюбил, а значит ломать нужно всё. Любовь, это такое чувствопроизводное от очень многих вещей. И вот всуе нельзя это слово люблю, не люблю.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Да, мы уже говорили, и потом очень много определений.

С. АГАРКОВ: Это много понятий. Это всего лишь, так скажем инструмент. Любовь это некая степень безумия, которая мужчину заставляет вступить в брак, женщину нарожать ему кучу детей, а потом разбираться кто прав, и зачем это всё было сделано, счастлив, не счастлив. Поэтому слово любовь очень плохое для объяснения отношений. Мы же говорим в профессиональной жизни, не употребляется понятие любовь. Есть понятие партнёрство, сложилось, не сложилось, умение жертвовать, помогать, вытаскивать другого из трудных ситуаций, строить отношения, и вкладывать, в том числе и секс вне зависимости от своих прихотей.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Наша постоянная девушка Аня, она нам пишет в каждую программу. Сейчас она цитирует некую Маргарет Атвуд, видимо писательницу. «Но что пишет Маргарет: «Никто не умирает от недостатка секса, умирают от недостатка любви»».

С. АГАРКОВ: Конечно.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Ане спасибо, мы просвятились, кто автор. Коля Уравин: «Женины переменчивые существа, можно и напролом пытаться». Такая мужская психология.

С. АГАРКОВ: Напролом можно пытаться, но если это не насилие сексуальное.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Саша Носов: «Проституция – типичный пример отвратительного секса без любви». Такое ощущение, что Саша сочинение пишет в школе. Так, Аня: «Если секс сугубо личное дело, то, как можно найти для него партнёра». Тоже цитата из Лили Томлина. Аня, вы много читаете.

С. АГАРКОВ: Этот парадоксализм, это доведение до абсурда простых и ясных понятий это вообще интеллектуальное красивое упражнение, оно нужно лишь для того, чтобы консолидировать идею и понять, как ты живёшь в мире, и не более того. Эти парадоксы нельзя возводить в абсолют.

Н. КУЗЬМИНА: Вот у меня ещё вопрос. А вот завышенные какие-то требования, когда вот как мужчина говорил, что секс невозможен, что кК животные инстинкты. Зачастую люди придумывают себе какой-то стереотип женщины или мужчины, и не находя его в окружающих, они рассказывают: «Мне все окружающие не подходят, я вот ищу такого-то, и такого-то».

С. АГАРКОВ: Теоретически это принц на белом коне.

Н. КУЗЬМИНА: Да, и не находя такого человека для себя, вот с завышенными требованиями, очень часто ведь бывает, что женщины в 25 лет, будучи девственницей, всё ждёт какого-то принца, а его всё нет. Вот как с этим быть, что делать в этой ситуации, и как вообще оценивать?

С. АГАРКОВ: Вот что делать в этой ситуации, надо взрослеть.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Это инфантильная идея?

С. АГАРКОВ: В общем-то, конечно, потому что для инфантильного миросозерцания, мировосприятия и характерно построение идеальных моделей, которые не могут быть реализованы в реальной жизни. Чтобы принц на белом коне к тебе приехал, нужно как минимум чувствовать себя принцессой. А чувствовать себя царевной-лягушкой, и рассчитывать, что кто-то в тебя всё-таки выстрелит случайно, а потом ещё и женится на тебе, это вообще невозможная вещь, это сказка, потому она наверно и живуча, потому, что она невозможна. Нет существа, менее подходящего к браку, чем лягушка.

Н. КУЗЬМИНА: А ещё такой вопрос. А если такого человека нет, и вообще никого нет, никто не обращает внимание, никто не знакомится в метро, никто не пристаёт.

С. АГАРКОВ: Ответ очень простой.

Н. КУЗЬМИНА: Можно действовать каким-то образом, пытаться знакомиться, ходить на сайты знакомств?

С. АГАРКОВ: Боюсь что нет, этот опыт тоже может, здесь могут помочь друзья, здесь может помочь максимальная открытость жизни, расширение круга общения. Очень часто люди думают: «А познакомиться». А где знакомиться, они не знают где знакомиться. Он мечтает о сексе, а приходит в библиотеку, думает, что там приличные девушки, и не найдётся там какой-то легкомысленной, которая отошьёт. А кто серьёзным его воспримут, потому что он пришёл в библиотеку или в Третьяковку. Это конечно совершенно идиотская идея, мечтая о сексе, ходить и знакомиться. Такие дефекты восприятия мира и отношение к миру, они гробят секс на корню. А потом идея какая, а вот где же найти людей для знакомств, не на улице же с проститутками. Как будто на улице только одни проститутки. Самые частые знакомства, это совместная учёба и совместная работа, потому что здесь человек виден. Во-первых, много времени вместе, во-вторых, он проявляет свои энергетические жизнестойкие качества, ООН виден. И вообще, исследование британских женщин, последнее появилось, наделавшее много шороху в западной моралистике. Там 70 процентов женщин мечтают о сексе с коллегами на работе, даже имеющих партнёра, что там 30 процентов женщин периодически на всякий случай, 50 процентов приходят на работу, имея в сумочке презерватив, мало ли что сложится, как расклад ляжет, а 30 процентов приходят на работу периодически без нижнего белья.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Тоже на всякий случай.

С. АГАРКОВ: Да. То есть работа, сфера работы, то есть любой совместной деятельности, и сфера учёбы особенно, когда и создаются пары, и приобретается опыт совместной жизни. Страдает она не потому, что нет секса, а потому что партнёрство по-настоящему не сложилось, нет опыта длительных эмоциональных отношений, она никого к себе не подпустила, о каком сексе может идти речь. Секс без причины, тут раз, и из небытия стать чемпионом мира нельзя. Есть определённый путь, который она не прошла. То есть она должна начинать, вернувшись в детство, опять развиваться но уже по ускоренной программе, репетитор нужен.

М. ЛАБКОВСКИЙ: Сергей Тихонович, вы сегодня в качестве репетитора и преподавателя выступили. Наша программа на самом деле подошла к концу, время наше закончилось. Спасибо вам огромное, Наташа и тебе спасибо, слушателям нашим спасибо. Всем спасибо, все свободны, как говорят в таких случаях. Встретимся в следующую субботу. Пока.

С. АГАРКОВ: До свидания.

Н. КУЗЬМИНА: До свидания.