Игрушки vs логистики? - Олег Понфиленок - Курс Потапенко - 2017-02-02
Д.Потапенко
―
Ну что? Всем доброй ночи. Курс дядюшки По как обычно стартует в четверг в 23:00, я – Дмитрий Потапенко, никуда не делся. И по-прежнему буду говорить об экономике, экономике разных вещей, которые создают добавленную стоимость и эту стоимость мы с вами потребляем.Сегодня у меня в гостях человек, который разрабатывает новую, в общем-то, по сути дела, для России, по крайней мере, отрасль – это доставка на коптерах. У меня в гостях Олег Понфиленок, генеральный директор «Коптер Экспресс», ну и по совместительству президент даже Ассоциации малых беспилотников. Добрый вечер, Олег.
О.Понфиленок
―
Добрый вечер.
Д.Потапенко
―
Ну, президентом сам себя назначил, что называется?
О.Понфиленок
―
Конечно.
Д.Потапенко
―
Отлично, хорошо. Если что, я тогда...
О.Понфиленок
―
По-другому не бывает обычно.
Д.Потапенко
―
Ну, это я не сомневаюсь, я согласен. Если что, я тогда создам... У меня маленький коптер дома есть, я тогда буду президентом тоже какой-нибудь... Создам себе Всероссийскую ассоциацию малых беспилотников (а он у меня вот такой), и будем два президента сидеть и радоваться.
О.Понфиленок
―
Надо тогда в более 50% регионов открыть филиалы.
Д.Потапенко
―
А. Да это же...
О.Понфиленок
―
Это ерунда, в принципе, да.
Д.Потапенко
―
Это же ерунда. Да, это решаемый вопрос.Хорошо, давай начнем с базисного. Значит, история про коптеры, по крайней мере, за рубежом по многим по видео – она, по крайней мере, часто публикуется. Не могу сказать, что люди, которые проживают за рубежом, часто заказывают доставку с помощью коптеров. С чем было связано, все-таки, твое желание войти в эту сферу? И главное, зачем?
Ну, потому что у нас вообще не сезончик, скажем так. Вот, я по крайней мере, я не профессиональный водитель коптера, ну, вот сейчас вот зимой... Ну, пару раз я, конечно, коптер запускал. Он масенький такой, но фиговато летает. Холодно, надо сказать, и снег, в общем, и ветер – он так, сбивает. Ну, я, конечно, не профи в отличие от тебя. Так почему?
О.Понфиленок
―
Ну, если говорить про меня, то в первую очередь я просто занимаюсь тем, что мне интересно. И по образованию физик, закончил Московский физико-технический институт, и там электроникой всегда интересовался, программированием. Поэтому тут просто как-то так совпало, робототехника, железо, софт и так далее. Мне просто... Я увлекся этой идеей и просто начал фигачить в 2013 году.
Д.Потапенко
―
Это хорошая мысль фигачить, да. Если говорить, все-таки, есть ли в этом бизнес?
О.Понфиленок
―
Мы долго... Есть. На текущий момент есть. Мы долго вообще, конечно, мы много чего перепробовали. Ну, как бы, сначала относительно себя скажу. Мы пробовали и услуги различные, и рекламные акции, и там всякую геодезию, аэросъемку, и обучение, и так далее. И в итоге стали деньги зарабатывать именно, как ни странно, на производстве, что, в принципе, конечно, изначально было совсем не очевидно. Но производство, как бы, такое, достаточно узконишевое – это коптеры для образования, то есть это образовательные продукты, конструкторы детские, программирование квадрокоптера, которые у нас покупают школы, различные там колледжи, центры дополнительного образования.И мы покупаем, да, детали в Китае, собираем здесь такие конструкторы и продаем. И стали на производстве зарабатывать.
Д.Потапенко
―
Ну, такая, отверточная сборка, по сути дела, получается.
О.Понфиленок
―
Ну, по сути, да. Нет, там, конечно, много что... То есть это, конечно, и дизайн всего этого дела. Но главное, это, как бы, вся концепция, это ПО там для программирования, потому что мы обучаем программированию, и все учебные материалы. То есть это полная учебная программа, ради которой покупают наш конструктор.
Д.Потапенко
―
Ну а, собственно говоря, тогда совершенно логично, что люди могут же заказать альтернативу? То есть они могут заказать, ну, как готовый коптер на том же Алиэкспрессе, так и... Ну, детали, конечно, сложновато, на мой взгляд, потому что требует определенных навыков (хотя бы уметь паяльник держать в руках в некоторых частях и отвертку хотя бы крестообразную). Но, вот, ведь можно же заказать уже готовый продукт.
О.Понфиленок
―
Ну, во-первых, у нас, как бы, у потребителей это учебное учреждение, да? То есть это не физлица, то есть это, все-таки, не B2C-рынок. Во-вторых, конечно, у нас очень много про инженерию, да? И если сравнивать, например, с какими-то коптерами, которые тоже позиционируются как обучающие, ну вот, например, как компания Parrot французская, то там ничего собирать не надо – там просто готовый маленький коптер, который можно очень просто там командами программирования посылать вперед-назад, там какое-то смещение и всё.У нас еще надо эту штуку собрать, чтобы она еще, в принципе, взлетела, а потом то же самое начинается уже программирование, но с более широкими возможностями. То есть то, что можно запрограммировать на нашем конструкторе, то можно потом перенести на большой аппарат и использовать для любых вещей – и для доставки грузов, и для мониторинга, придумать любой летающий робот с любой какой-то задачей.
И я хочу сказать, что изначально наша компания была создана как, все-таки, компания, чтобы мы грузы возили, да? Но мы не нашли в этом бизнеса на текущий момент, хотя, были, наверное, даже первыми в мире, кто организовал доставку пиццы по воздуху в 2014 году. И нашли бизнес именно в образовательных конструкторах.
Но попыток выйти, так сказать, на доставку грузов мы никогда не останавливали, не останавливаем, и сейчас мы разрабатываем – я, в принципе, всю прибыль вкладываю именно в разработки уже больших системных дронов, то есть это дрон для мониторинга зарядных станций, который в этом году мы планируем вывести на рынок, и дрон для доставки грузов. Я думаю, что, наверное, в следующем году мы будем продавать, и это, наверное, будет уже более-менее такое, законченное решение, которое позволит реально там летать с грузами и доставлять.
Д.Потапенко
―
Напомню нашим радиослушателям SMS-портал +7 985 970-45-45 – можно набарабанить смсочку, задать вопрос. Дмитрию Мезенцеву спасибо. Несмотря на то, что вы находитесь от нас далеко, тем не менее, вы регулярно слушаете мои эфиры. Спасибо.Продолжаем. Смотри. Ну, попытки доставить пиццу и всё остальное у меня, когда я видел, скорее всего, это была ваша история. Может быть, не ваша (не принципиально). У меня возникает совершенно логичный вопрос: как доставить какой-то продукт конечному потребителю? Потому что, как мне кажется, в связи с тем, что у нас народ очень деятельный, с помощью сачка и швабры... Ну, у нас просто есть несколько видео, когда девушку снимают на крыше, она шваброй защищается и очень активно защищается. Но в данном случае она, как говорится... Ну, она защищает девичью честь, скажем так, она имеет на это законное право. Но она же могла и попасть. Представим, что там был коммерческий груз. И, вот, как защитить всю эту историю, чтобы груз попал, все-таки, по назначению, а, не, вот, девушка или мальчик с хорошей шваброй, с хорошими метательными способностями, например, не сбили его на последней миле?
О.Понфиленок
―
Ну, я по-другому, все-таки, на самом деле, скажу, отвечу. Вообще доставка грузов по воздуху – она складывается из двух вещей. Ну, одно дело, это, условно говоря, на коптере там доставить, взлететь, перелететь, приземлиться. Это, на самом деле, фигня полная, то есть это мы уже делали. Сначала вручную, теперь полностью в автомате, то есть это вообще ерунда. Вот.А дальше есть еще момент, на который многие внимание не уделяют, но, тем не менее, он, действительно, как бы, сейчас ключевой проблемой является – а как этот груз непосредственно потребителю передать? Вот. И погрузка, и разгрузка по сути, потому что вся инфраструктура – она рассчитана на каких-то людей, которые берут пиццу, доставляют, звонят в дверь, им открывается, там не знаю, либо платите, либо заранее оплатили.
Д.Потапенко
―
И есть какой-то расчет, да.
О.Понфиленок
―
Да-да-да. Ну, расчет – это, кстати, уже ерунда, то есть многие платят заранее на сайте. Но физически человек передаст вам, например, ту же самую пиццу в руки. Дрон так сделать, к сожалению, не может. И вот это, на самом деле, ключевая проблема.То есть чтобы эффективно работала роботизированная доставка – не важно, что это, летает робот, ездит робот и так далее... Если он не ходит как человек, то должна быть какая-то инфраструктура приема каких-то посылок, какие-то автоматические ящики почтовые и так далее, какие-то почтоматы.
И, вот, здесь, на самом деле, краеугольный камень. Это уже нечто большее, чем просто робот для доставки грузов, это, по сути, инфраструктура для попадания посылки человеку домой или в место его потребления. И вот это большая задача.
Д.Потапенко
―
Да я боюсь, что даже еще более сложная проблема, потому что если говорить с точки зрения работы, например, с теми же возражениями (даже пофантазируем), про победу сферического коня в вакууме, если мы представим, что мы там попадаем в некое недалекое будущее, где перемещаются, ну там например, не знаю, Бостон Динамикс сделала, наконец-то, роботов, которые доставляют не просто там...
О.Понфиленок
―
Да. Механический почтальон.
Д.Потапенко
―
Да, механический почтальон. Предположим, он доставляет пиццу и возникает вопрос, предположим, что она предоплачена. Пицца, например, просто съехала и ее нужно вернуть. И, вот, как раз вот это взаимодействие между механистической системой и человеческой системой, у которой вариативность существенно больше, я думаю, будет еще краеугольным камнем.
О.Понфиленок
―
Да, это уже искусственный интеллект. Потому что если мы говорим, что вот есть какой-нибудь физический оператор, который всё это дело отслеживает, говорит, то мы теряем, как бы, саму прелесть, да? То есть сама прелесть доставки автономной – это полное отсутствие человека, который является основным кастом (основная стоимость). Вот. И это уже вопрос искусственного интеллекта. Эта, кстати, задача – она сейчас потихонечку решается. То есть точно так же, как вы говорите там с Siri, с телефоном, точно так же, конечно, может, будут говорить и с роботом, и он будет отвечать на большинство паттернов. Но это просто время, я считаю, там не знаю, с каждым годом всё лучше и лучше, поэтому тут скачка мы не ждем, потому что скачок уже произошел, я не знаю там, 3 года назад, когда появилась Siri и другие голосовые помощники, которые стали практически идеально распознавать речь.
Д.Потапенко
―
Ну, у меня был в программе Дэвид Ян (я не знаю, слышали ли вы эту программу), так вот, поскольку задаю ему уже не один раз, встречались там на радио «Комсомольская Правда» (он у меня был один из первых разов), потом он здесь приходил... Ведь, искусственный интеллект достаточно серьезно скакнул, потому что первое, что...
О.Понфиленок
―
Да, за последние буквально 3-4 года.
Д.Потапенко
―
Да, за последние буквально 2 года, я бы даже сказал. Потому что первый факт, искусственный интеллект выиграл у чемпиона игры в Го, и что там примечательно, почему... Он не просто выиграл. Он сначала научился. То есть он, не зная правил... А это очень важно. То есть ты взял игру и выиграл. И второе, насколько, если мне не изменяет память (поправьте), уже искусственный интеллект имитировал 14-летнего подростка по сообщению.
О.Понфиленок
―
Ну, там типа теста Тьюринга, да.
Д.Потапенко
―
Да-да-да. Человек в общении не смог его различить. Ну, давайте, все-таки, вернемся к вашей всей истории с дронами как таковыми, как с обучающим материалом. Насколько сейчас?.. Ну, вот, когда вы сказали B2B, насколько, все-таки, учебные заведения приобретают всю эту историю, а не выходят на тот же самый Алиэкспресс? Почему к вам? Чем вы лучше?
О.Понфиленок
―
Ну, во-первых, российский образовательный рынок – это, все-таки, во многом B2G, а не B2B, не B2C. Потому что школы, в основном, государственные, закупки все по каким-то программам идут. И, как бы, мы там, условно говоря, влезли. Во-первых, соревнования различные, да? Это попало в 150 новых профессий (оператор беспилотного летательного аппарата). Мы разработали дорожную карту по развитию, да? Те же самые беспилотники, которые говорят, что там в 2035 году будет там плюс 50 тысяч рабочих мест по ним и так далее. Вот. Всё это было поддержано правительством, и после этого школы начали этим заинтересовываться, потому что кадры надо готовить, и появились различные программы там, во-первых, детских технопарков, которые тоже закупают коптеры (у них есть отдельный аэрокласс, Квантум так называемый). Плюс соревнования, там какие-то региональные центры подготовки к ним. И вот пошел, соответственно, бизнес. То есть это, все-таки, такая штука во многом B2G.Плюс, конечно, школы России не покупают на Алиэкспрессе, потому что не могут это сделать, они покупают через портал поставщиков у российских компаний или по 44-ФЗ.
Д.Потапенко
―
Ну да, у них эта вся история ограничена.
О.Понфиленок
―
Ну да. А, вот, за рубежом, кстати, не так. За рубежом... Мы сейчас очень интересуемся зарубежным рынком. Вот, я буквально 4 дня назад приехал из Лондона с конференции, ну, выставки BETT Show (это одна из крупнейших в мире образовательных выставок, где тоже демонстрировал свои продукты). Вот там, конечно, во-первых, больше свободы, то есть там реально учителя могут решать, потратить деньги (у них есть определенный там бюджет на человека в год), оплатить с карты через интернет, заказать всё, что надо. И если у нас, например, закупка происходит там, условно говоря, раз в год по какой-то там программе с выделением денег и школа покупает все запчасти даже, которые, может, не потребуются, то там они берут там сначала попробовать одну штучку, потом самое необходимое и докупают по мере необходимости, что, мне кажется, конечно, более эффективно с точки зрения траты их денег.
Д.Потапенко
―
Хорошо. Затронем такой вопрос. Сейчас, ну, по крайней мере, это ходит очень много видео в интернете, на дронах уже пытаются в том числе и летать, то есть использовать дрон в качестве средства передвижения для человека. Ну, правда, там, конечно, достаточно громоздкая конструкция, и я как инженер-конструктор-технолог, опять-таки, практически соседнего с вами вуза, только Московского института радиотехники, электроники и автоматики как раз по специальности «Радиотехника», могу сказать, что там, конечно, очень много косяков, которые я вижу, и пока это всё такое, с очень большой степенью подстраховки. Тем не менее, насколько, по вашим оценкам, эта история может быть перспективной?
О.Понфиленок
―
Я, на самом деле, всегда говорю следующее. Вообще, если говорить про летательные аппараты, то я считаю, что смысл в том, что ими просто сложно управлять человеку. Вот. И учиться надо...
Д.Потапенко
―
Самое сложное – это как раз то, что даже не столько управлять. Человек очень плохо обтекаем. У него абсолютно дурацкая с точки зрения подъемных сил и всех действий воздуха, крайне дурная, в общем, обтекаемость. Просто ужасная, я бы сказал. И он плохо сбалансирован.
О.Понфиленок
―
Ну, это же не птица, все-таки. Нет, я поэтому говорю, ну, вертолетом там надо учиться управлять. Это очень сложно. Беспилотники в этом плане прорыв, потому что они управляют сами, да? Управлять ничем не надо, и это реальное такое технологическое отличие, которое позволит в будущем сделать так, чтоб реально у нас летали машины по воздуху, да? Вот, когда они будут беспилотные, ими не надо будет управлять.
Д.Потапенко
―
То есть «Назад в будущее», в принципе, скоро придет.
О.Понфиленок
―
Да. И даже, вот, именно так я... Вот, очень правильно, да, подметили, потому что я считаю, что первый шаг – это, конечно, беспилотные автомобили, которые реально уже появятся там в ближайшие, наверное, 3-4 года и это произойдет очень быстро, да? Мы прям удивимся, как быстро начнут уже все быть беспилотными. И дальше они просто тупо научатся летать. Я считаю, так. Потому что рынок один.
Д.Потапенко
―
Ну, правда, будет немножко сложно с коммуникациями – это единственное ограничение, которое я на сегодняшний день вижу для перемещений по воздуху. Это в том, что придется очень сильно менять инфраструктуру городов, потому что на сегодняшний день инфраструктура городов с мачтами освещения, с воздушными потоками, которые есть в не очень верных постройках. Ну, то есть придется города менять. Это будет единственное ограничение. То есть технически машина может полететь – это как раз минимальная сложность. А, вот, полететь в городе – практически, ну, нереально именно по причине того, что...
О.Понфиленок
―
Ну, это да. И это проблема, почему нет летающих доставщиков. Потому что технически это не проблема, а, вот, с учетом там проводов, всего, там, в нужное время приземлиться, потом как-то это груз передать человеку – вот здесь, на самом деле, самый затык.С машинами, ну и вообще с доставкой то есть, я, конечно, верю в развитие вначале каких-то таких, сельских местностей. Ну, и за рубежом, да? То есть какая-то деревня, условно говоря, где есть место, где можно там со своей лужайки взлететь, туда скинуть какой-то груз. И именно это то, что сейчас начинает делать Амазон тот же самый (тестировать), то, что сейчас нам интересно. У нас там есть переговоры с проектом, в Австралии как раз чтобы это сделать. Вот. Вот это то, с чего начнется. А до города это уже дойдет в следующую (НЕРАЗБОРЧИВО).
Д.Потапенко
―
Ну там да, там понятно. Там локация, соответственно, шире, больше и есть, куда, как говорится, приземляться и где взлетать. Потому что то, что в городах, особенно рядом с высотными зданиями, восходящие потоки, которые будут сносить любой дрон. Либо он должен быть крайне мощный.
О.Понфиленок
―
Там много проблем, и одна из главных проблем – это шум в первую очередь. Вот. Конечно, летательный аппарат издает намного больше шума, чем ездящий, и это будет одной из главных проблем.
Д.Потапенко
―
Ну, вот, у нас есть... Да, напомню тем, кто подключается к нам, +7 985 970-45-45. Есть у нас постоянный радиослушатель Рупрехт – он дарит идею, что можно доставлять презервативы. Ну, видимо...
О.Понфиленок
―
Ну, мы доставляли там цветы, всякие, там не знаю, карточки там. Чего только ни доставляли. Презервативы – нет, но...
Д.Потапенко
―
Ну, я думаю, что это тоже возможно.
О.Понфиленок
―
Одна фигня, да. Но доставляли в окно, кстати.
Д.Потапенко
―
+7 985 970-45-45 – SMS-портал, куда можно набарабанить смсочку. Один из наших радиослушателей пишет: «Почему нельзя скидывать посылку на балкон или у входной двери, предварительно блеснув огоньком или посигналив?» Ну, вот, единственное, у входной двери в высотном здании как-то я слабо себе представляю, как они залетят в лифт, а потом оттуда вылетят.
О.Понфиленок
―
Не, на самом деле... Ну, как бы, мы много думаем уже и не первый год. Ну, опять же, если мы говорим про балкон, мы же понимаем, что балконы – они друг над другом располагаются, да? Там верхний балкон – не проблема попасть, а куда-то уже между этажей, на самом деле, сложнее. С дверью то же самое – там многоквартирный дом, там фигня.А, вот, интересная идея, которую мы сейчас активно разрабатываем, это дрон, который реально может влетать в здание, в открытое окно, в открытую дверь и, там, приземляться на пол и оставлять груз там. Вот это, я считаю, вполне перспективно, и технологически сейчас становится возможным. То есть дрон влетает, картирует с помощью видеокамер окружающее себя пространство (эта технология называется SLAM, Simultaneous localization and mapping). И садится просто на пол, на свободное место, оставляет груз и улетает так же в окно, как Карлсон.
Д.Потапенко
―
Ну, понятно. Он улетел, но обещал вернуться. Если вернемся к проклятым буржуинам, Амазон хоть где-то, ну, в каком-нибудь объемном масштабе внедрил, все-таки, доставку?
О.Понфиленок
―
Нет. Нет.
Д.Потапенко
―
Или это всё пока только были промо-ролики?
О.Понфиленок
―
Промо-ролики и испытательные различные вещи. Вот, честно говоря, про Амазон что я знаю, что им, вроде как, в Штатах вообще запретили – они в Англии сейчас тестируют. Поэтому никакого объема точно нет. То есть это, конечно, единицы и десятки полетов, а не тысячи.
Д.Потапенко
―
Перед новым годом (по крайней мере, я не знаю, дошло ли это, все-таки, до Государственной Думы, которая у нас штампует, по-моему, законы со скоростью даже не бешеного принтера, а уже, по-моему, она)...
О.Понфиленок
―
А я бы сказал, наоборот, затягивает.
Д.Потапенко
―
Да? Затягивает?
О.Понфиленок
―
Конечно.
Д.Потапенко
―
Ну ладно.
О.Понфиленок
―
По несколько лет рассматривает.
Д.Потапенко
―
Потому что у них была идея, чтобы чипировать дроны.
О.Понфиленок
―
Да. Я, да, про это расскажу. Ну, вначале, как бы, многие слышали, в конце 2015 года, там, буквально 30 декабря быстро там пропихнули законопроект, поправки к Воздушному кодексу, чтобы все дроны массой больше 250 граммов нужно регистрировать и сертифицировать, да? Учитывая, что правил вообще нет там, ни сертификации, это, по сути, ставило запрет на их использование.Но потом и моими усилиями, и усилиями там многих других организаций – там Федерации модельного спорта и так далее – пропихнули поправки, и отменили, как бы, сделали, эту планку подняли до 30 килограммов. Это произошло там в мае, по-моему, 2016 года.
И сейчас... Но это просто, как бы, такой уникальный момент типа регистрация и сертификация. Но самое главное, это правила полета. И сейчас Минтранс разрабатывает эти правила полета и правила вообще учета этих дронов, и была идея использовать RFID-метки, которые нужно клеить на дрон и, типа, они какие-то дальнобойные, там до 300 метров можно считать, что это за дрон, и чей он. Я, честно говоря, не очень верю, что там 300 метров это потянет, но, в целом, идея вполне реальная. Ну, может быть, там на метрах 50-ти будет работать, что тоже неплохо. И, соответственно, сейчас... Ну, сейчас это всё в стадии, как говорится, общественного обсуждения и доработки. То есть какой-то закон нас ждет не раньше лета этого года, и какой он будет в итоге, никто сейчас, как бы, не знает и сказать не берется. Но, скорее всего, на 90% это будет калька американских правил, потому что своим пророкам они не верят, они смотрят, как есть в США, и просто копируют, потому что своих компетенций, честно говоря, у них очень мало.
Д.Потапенко
―
Насколько эти правила будут достаточно жестокие? Потому что, ну, метка... То есть меня-то смущает в этой всей истории... Метка, это стоимость учета, всё остальное.
О.Понфиленок
―
Ну, это, кстати, ерунда – там буквально 300 рублей.
Д.Потапенко
―
Будем надеяться, что это будет ерунда, потому что, к сожалению, наши рукожопы – они таковы, что они умудрятся и даже из этих 300 рублей сделать какой-нибудь очень большой геморрой.
О.Понфиленок
―
Бюрократически – это точно.
Д.Потапенко
―
Ну, так это точно.
О.Понфиленок
―
Дело даже не в деньгах.
Д.Потапенко
―
А что с идеей с правами на управление дроном?
О.Понфиленок
―
Это так называемое, условно говоря, удостоверение внешнего пилота беспилотника. Пока это тоже, соответственно, всё ушло на аппараты больше 30 килограммов. Ну, это, скажем, уже не наш сегмент, это как раз людей возить. Тем не менее, требуется, возможно... Ну, вот, речь шла о какой-то там справке, чуть ли не как для оружия из психдиспансера, то, что не было каких-то, отсутствие судимости. Но я тоже надеюсь, что всё это уберется.
Д.Потапенко
―
Какие веселые ребята!
О.Понфиленок
―
Да. Потому что, конечно, относиться к дрону как к какому-то оружию и так далее, это полный бред, потому что...
Д.Потапенко
―
Ну, технически если бы в башню, конечно, въехать дроном, то, конечно, повредить можно.
О.Понфиленок
―
Да вряд ли он даже окно разобьет. Но тут как сказать? Говорят, вот там можно взрывчатку прицепить и так далее, да?
Д.Потапенко
―
Но это оборот взрывчатки надо контролировать.
О.Понфиленок
―
Да-да-да. Дрон – это инструмент. Контролировать надо злых людей со злыми умыслами, как-то за ними следить, контролировать надо там взрывчатые вещества. А дрон, как бы...
Д.Потапенко
―
Тогда и машину можно точно так же отдельно контролировать, потому что на машине тоже доставляется много чего, и троллейбусы, и далее по списку.Ну, это, конечно, история веселая, судя по всему.
О.Понфиленок
―
Пока она еще не закончилась и может принять очень веселый оборот в кавычках.
Д.Потапенко
―
Ну, вот это-то меня как раз и тревожит, то, что, в общем, на игрушку могут навесить существенно больше ограничений, которые просто ее убьют.
О.Понфиленок
―
Да.
Д.Потапенко
―
То есть она не взлетит ни в прямом и ни в переносном смысле, ни в каком смысле, потому что и так, в общем, дроны, то, что я по крайней мере вижу, ну, в общем, это такая, редкая история. Потому что стоят они как крыло от «Боинга».
О.Понфиленок
―
Как бы, единственный такой момент, что, конечно, честно говоря, с точки зрения меня как производителя дронов, несмотря на то, что сейчас мы продаем в России, но, как бы, российский рынок по таким оценкам – это примерно 2% от мирового. И принципиально...
Д.Потапенко
―
Я еще думаю, боюсь, что это вы сильно завышаете.
О.Понфиленок
―
Ну, примерно 1-2% - это примерно реальная цифра. И, конечно, с какой-то там перспективной точки зрения он нам, как бы, не интересен. Мы сейчас активно хотим продвигаться за рубеж, у нас есть уже много интереса к нашей продукции. Поэтому, честно говоря, мне уже стало немножко всё равно, чего тут будет как бизнесмену. Но как общественному деятелю, президенту Ассоциации малых беспилотников, я очень много, тем не менее, времени на это трачу. И сформировалось у нас определенное сообщество активных людей, которым удается как-то взаимодействовать с чиновниками из Минтранса и это всё как-то, все-таки, сглаживать и немножко долю разума вносить.
Д.Потапенко
―
Ну, хорошо, о доли разума поговорить чуть позже. Напомню, у меня в гостях Олег Понфиленок, генеральный директор «Коптер Экспресс». Дмитрий Потапенко, не переключайтесь.РЕКЛАМА
Д.Потапенко
―
Ну что? Мы продолжаем Курс дядюшки По, и мы по-прежнему говорим об экономике и людях, ее создающих. По-прежнему у меня в гостях Олег Понфиленок, генеральный директор «Коптер Экспресс» и мы остановились на разуме чиновников из Минтранса. Хотя, конечно, разум чиновников из Минтранса, по-моему, затуманен «Платоном», который они всё хотят повысить, и я боюсь, что коптеры попадут в этот же разряд. Ну, дай-то бог, чтобы это не произошло.Когда вы говорите о зарубежном рынке, как вы предполагаете там работать? Ведь, как мне кажется, там-то, в общем, у людей... Ну, люди, во-первых, более активны, они могут пользоваться Алиэкспресс. Вы-то там нафига нужны, такие пушистые? В чем ваше УТП, как любят говорить проклятые маркетологи, именно там? Вот, если мы посмотрим на рынок там, не здесь?
О.Понфиленок
―
Хороший вопрос.
Д.Потапенко
―
Других не имеем, вроде, пока.
О.Понфиленок
―
Да. И, на самом деле, продаваться через Алиэкспресс – это очень хорошо и одна из, как бы, концепций продвижения. Почему бы нет? И, конечно же, да... Ну, так уж складывается, что когда мы говорим об экспорте, большинство, конечно, там производит. Например, в Китае экспортирует, из того же Гонконга, например, и так далее, напрямую. И тоже через тот же Алиэкспресс.А что касается нашего продукта, то, на самом деле, он существенно отличается. То есть, наверное, будучи маленьким стартапом, мы изначально разработали такую модульную штуку, которая не дает ничего прям готового уже крутого, поскольку не было возможности это сделать, и делали упор именно на инженерию, на возможность собрать самому, но из правильных частей. И потом это сильно дальше уже развивать и модернизировать. И этим мы стали отличаться от крупных там, можно сказать, конкурентов, производителей дронов, тех же самых Parrot и DJI, которые предоставляют уже законченные решения в коробочке, которые можно только открыть и сделать ровно тот набор функций, которые оно подразумевает, и ни шаг влево, ни шаг вправо.
Это так называемый рынок наш, ну там, DIY, Do It Yourself, и он очень по душе приходится образовательным учреждениям. И как ни странно, на нем практически нет конкурентов. Вот. Поэтому я верю в наше светлое будущее и, конечно же, мы... Еще раз хочу сказать, что наша платформа образовательная – она позволяет сделать дрон, по сути, любой сложности. И мы в будущем хотим, конечно, основной рынок мы видим в автономных беспилотных летающих системах для решения кучи задач – мониторинга строительного, охранного, протяженных объектов, наблюдения. И в том числе доставки грузов. И таких дронов будет уже там не тысячи, которые нужны для образования, а уже там сотни, может быть, миллионы. И это те продукты, которые мы начнем уже, наверное, продавать с конца этого года. И как ни странно, конкуренции пока очень мало.
Д.Потапенко
―
Напомню, +7 985 970-45-45 – это SMS-портал, куда можно набарабанить вопрос, смсочку. Николай из Москвы: «Какое максимальное дальнее расстояние может преодолеть беспилотник, и на сколько хватает аккумулятора?»
О.Понфиленок
―
Ну, всё зависит от аппарата. На самом деле, чем больше аппарат, тем это больше. Ну, это просто законы физики, да? Потому что энергоэффективность пропеллера – она практически линейно возрастает с его диаметром. И мы можем говорить о коммерческом сегменте. То есть наши учебные дроны, ну там, летают мало, они не для этого – они летают всего 5-10 минут. А дроны для коммерческой съемки – они летают примерно 20 минут. Дроны для картографирования – они летают уже около часа. Дроны какие-то дальние, которые нужны для разведки, мультироторные – они уже летают где-то часа полтора, у них просто там, ну, условно говоря, метровые пропеллеры там, ну там 30 дюймов и так далее.А дальше уже начинается уже класс самолетов, летающих крыльев, и тут небольшие крылья летают час-два, какие-то большие – они уже могут и 30 часов в воздухе находиться, у них там бензиновые генераторы и так далее.
Д.Потапенко
―
Если говорить, поскольку немножко затронули Минтранс, я насколько помню, с рядом объектов полеты вообще как-то запрещены и к ним плохо относится Федеральная служба безопасности, МЧС и прочее-прочее. Беспокоят ли в этой связи (ну, поскольку, как говорится, назвался груздем, то полезай кузов) тебя как президента Ассоциации малых беспилотников эти данные органы именно по вопросу контроля за полетами? Ну, потому что там есть зоны, действительно, где... Ну, например, недалеко от Коньково там спецбаза разведывательного управления. Я могу себе представить, туда машины-то не приезжают. Могу себе представить, если там полетать, что называется.
О.Понфиленок
―
Не, конечно. Не, ну, в первую очередь это аэропорты, да? Аэропорты, аэродромы, то есть там, где идет глиссада самолетов, которые на посадку заходят. Ну, это просто тупо опасно. Вот. Ну как? В смысле, меня не беспокоят. Они беспокоят всех, кого заметят, и абсолютно правильно. То есть абсолютно по праву.Я очень нормально отношусь к запретным зонам, я лишь хочу, чтобы всю территорию России не сделали этой запретной зоной или всю территорию крупных городов. То есть я считаю, должны быть реальные очаги, места, где летать нельзя. О’кей. Но в остальных местах чтоб летать было можно.
Есть также концепция, идея разграничить по высоте. Условно говоря, дроны могут летать до высоты, например там, 100-150 метров. Ну, например, в Штатах это 122 метра, 400 футов. А выше уже, ну, как бы, зона пилотируемой техники. И это вполне, я считаю, здравая идея, так, я считаю, должно быть.
Д.Потапенко
―
Ну, наши радиослушатели (+7 985 970-45-45) фонтанируют идеями, как можно передавать человеку в руки товар. «Доставляйте коробки дронами на магнитах, чтоб человек нажал кнопку на ручки ящика и магнит отключился, опустив человеку коробку в руки».
О.Понфиленок
―
Да, но надо стоять под дроном с вытянутыми руками.
Д.Потапенко
―
Ну да.
О.Понфиленок
―
Магнит тут не причем – можно и крючок привесить.
Д.Потапенко
―
Да и в целом дрон может поставить и отстегнуть на пол.
О.Понфиленок
―
Отцепить груз – не проблема. Проблема – передать в руки человеку. Если человек готов стоять под дроном с вытянутыми руками, то это не проблема. Но открою секрет, не все это готовы делать.
Д.Потапенко
―
Я думаю, что многие не готовы.
О.Понфиленок
―
Решение должно быть универсальное.
Д.Потапенко
―
Да-да-да, не могу с этим не согласиться. Большая часть того, по крайней мере, что я вижу, это использование дронов для съемок – съемок роликов, съемок...
О.Понфиленок
―
Это целый рынок, да. Конечно.
Д.Потапенко
―
Да, это целый отдельный рынок. Более того, я даже могу сказать, что, вот, у меня была избирательная кампания в городе Калининграде – там ряд роликов снимались именно с дронами.
О.Понфиленок
―
Ну, мы тоже снимали много роликов.
Д.Потапенко
―
Да. В Калининграде очень красивый... Поскольку Кёнигсберг, большое количество красивых мест. И, вот, не снять панораму, в общем, это, конечно, было бы преступлением. Насколько этот рынок развивается?
О.Понфиленок
―
Ну, вот, конечно, в первую очередь это, конечно, рынок именно съемки, да? То есть дрон тут инструмент. И, конечно, если раньше, например, с дронами могли снимать только профессионалы, которые собирали их, по сути, самостоятельно и на коленке (ну, это там года до 2012-го), то с 2013 года, когда появилась такая компания как DJI со своим там бестселлером на рынке, с DJI Phantom, с рынком аэросъемки произошло то же самое, что произошло с рынком просто, например, фотосъемки, когда до этого были только профессиональные зеркальные аппараты, а потом аппарат стал доступен каждому. Вот.Поэтому теперь это во многом рынок туристический. Там люди покупают как хобби, берут его в поездки. Трудно там быть в каком-нибудь там туристическом курорте и не увидеть какого-то чувака, который летает на дроне и снимает океан.
Поэтому... Он сейчас уже, в принципе, насытился, то есть где-то... Ну, вот, с 2015 года появился в продаже аппарат DJI Phantom 3, который был уже очень нативный, понятный и полностью интегрированный, всё в нем есть.
Д.Потапенко
―
Ну, Phantom 3 – это такая моделька, которая уже у многих она, скажем так.
О.Понфиленок
―
Она простая. Она, да, да. И, вот, с этого момента уже там произошло там за год, за два, до момента насыщения. И дальше я не думаю, что будет какой-то уже дальше большой рост.
Д.Потапенко
―
Потому что многие... Ну, у меня есть ряд знакомых, у которых есть Phantom 3, даже вышел Phantom 4, если мне не изменяет память.
О.Понфиленок
―
Да, не все стали покупать, потому что Phantom 3 уже о’кей.
Д.Потапенко
―
Да. Потому что Phantom 4, в общем, не дает каких-то особых суперпреимуществ перед Phantom 3. По крайней мере, те, кто профессионально с этой историей связан. Как мне показалось. Ну, потому что там более чем функций. А стоимостью он почему-то существенно дороже.Наш радиослушатель (напомню, +7 985 970-45-45) из Берлина задает вопрос: «А как влияет погода, вернее непогода? – он плохо понимает. – Сильный ветер, дождь? И может ли тогда дрон потерять маршрут?» - ну, вот это Александр пишет из Берлина. Ну, Александр, я дополню, что напомню, мы пока с Олегом обсуждали в том числе и то, что в городах есть более важная проблема. Если вы посмотрите... Ну, Берлин не столь высотный город. Но тем не менее, рядом со зданиями очень высокая тяга. И любой дрон, если он просто будет даже приближаться там по каким-либо причинам к зданию или пролетать между зданий, ну, может просто как трубой вытянуть, выкинуть в высокое пространство. Ну, все-таки, давай про погоду.
О.Понфиленок
―
Про погоду. Ну, в первую очередь это, конечно, экономика, да? То есть чисто физически можно сделать дрон... Ну, вот опять, например, ветер, да? То есть это вопрос энерговооруженности дрона, насколько у него большой запас по тяге. В среднем, у обычных дронов запас по тяге – это в 2 раза. То есть он весит, например, 1 килограмм, а может максимально тянуть 2 килограмма. И не проблема сделать дрон, у которого будет запас по тяге 10 килограмм. Но у него будут хуже характеристики, он будет дороже стоить.Поскольку у нас, как бы, средняя полоса и есть определенные нормы погоды, то все стандартные дроны мы делаем такими, чтобы они летали до скорости ветра примерно 12 метров в секунду (а больше уже на них летать опасно), и при небольшом крапающем дождике, но не при ливне. Вот и всё.
Но есть куча разработок мегазащищенных дронов, которые могут летать и в ливень, и в ветер там чуть ли не до 20 метров в секунду.
Д.Потапенко
―
+7 985 970-45-45 – это SMS-портал, куда можно набарабанить смску и вопрос. Вот, Дмитрий Мезенцев задает вопрос: «Как дела с кадрами в вашей отрасли?» Но я задам этот вопрос, расширю. Поскольку вы знакомитесь с зарубежным рынком. Ну, у нас, я так понимаю, про кадры еще очень сложно разговаривать, потому что, на мой взгляд, это всё еще рынок зарождающийся. А с вашим, в общем-то, планируемым отъездом и, в общем, работе на зарубежные рынки вообще кадры перестанут существовать – вы же, все-таки, президент Ассоциации малых беспилотников. Но тем не менее? Что происходит, как готовятся кадры за рубежом?
О.Понфиленок
―
Нет, вот я, кстати, по кадрам за рубежом ничего не знаю, потому что абсолютно уверен...
Д.Потапенко
―
Там есть какая-то система подготовки? Ну, потому что вы...
О.Понфиленок
―
Нет, секундочку, я просто, может, не понял вопрос. Если про кадры внутри моей компании, то у меня это разработчики...
Д.Потапенко
―
Не внутри компании. Я бы больше расширил, все-таки, кадры в других странах.
О.Понфиленок
―
Ну, я про разработчиков хочу сказать, что разработку дешевле делать в России, все-таки. Вот. Поэтому даже продавая, ну, имея амбиции продажи продуктов по всему миру, как бы, никуда я отдел разработки из России точно не хочу вывозить.Что касается кадров... Ну, просто мои кадры – это разработчики, которые разрабатывают дроны.
Д.Потапенко
―
Ну, это, по сути дела, я так понимаю, программер.
О.Понфиленок
―
Да, это программисты и инженеры. Есть другие бизнесы, которые связаны с полетами на дронах. Это бизнесы там услуг. Ну, основные рынки – это сельское хозяйство, снятие на камеру индексов NDVI.
Д.Потапенко
―
Не материтесь – у нас там дети тоже в том числе слушают. Что это такое?
О.Понфиленок
―
Это строительство, картографирование и так далее. Нет, ну, NDVI – это... Ну, дело в том, что на дрон можно повесить разную полезную нагрузку – это не только фото- или видеокамера. Это в том числе и мультиспектральная камера, которая снимает фото, например, в разных спектральных диапазонах и может, например, определять болезни растений, засушливость и кучу-кучу всего. Это различные там тепловизионные камеры, которые могут определять вышедшие из строя, например, ячейки солнечных батарей на крышах зданий. Это те же самые фотокамеры, которые строят точные карты 3D-поверхности, например, рельефа или зданий, строящихся построек и так далее.И сейчас...
Д.Потапенко
―
Вы прямо рассуждаете как ученый. А всё закончится тем, что мужики будут снимать девок, загорающих на крыше.
О.Понфиленок
―
Да, но это не совсем бизнес, все-таки.
Д.Потапенко
―
Ну, как сказать-то! Продажи дронов.
О.Понфиленок
―
Нет, да. Но, кстати, вот... Я видел какую-то эротику, снятую с дрона, поэтому это уже появляется.А большинство компаний учат сами, пилотов учат сами по своим каким-то правилам. Вот. Но, вот, за рубежом уже законодатели продвинулись дальше (и в Америке, и в Европе, в каком-нибудь Израиле). Необходимо, действительно, когда ты занимаешься коммерческой деятельностью с помощью дронов, коммерческой съемкой, нужно там и застраховать дрон, и нужно сдать экзамен по аэронавигации, по пилотированию даже. И на рынке есть, действительно, люди, которые уже имеют эти лицензии, уже сдали экзамен, их уже учить ничему не надо – они просто начинают работать. И тут уже, как бы, от страны к стране зависит просто по потребности рынка. Ну, на рынке таких людей можно найти.
Д.Потапенко
―
Давайте коснемся такой темы – это спортивные соревнования. Проводятся ли они в России? Если проводятся, насколько наши пилоты там хорошо выступают?
О.Понфиленок
―
Да, конечно, проводятся. Ну, если по коптерам, это так называемый «Дрон Рейсинг», это гонки дронов. Ну, наверное, такой, самый известный – это на международном мировом первенстве в Дубаях в прошлом году (в начале), год назад это проходило, наш пилот Вадим Мещеряков занял третье место абсолютно. Но при этом он показал самый быстрый круг, например, трассы. Вот.Вообще, как бы, наши пилоты, скажем так, спортсмены по авиамоделизму – они исторически на международных первенствах занимают лидирующие позиции или, там, первые места.
Д.Потапенко
―
То есть я так понимаю, что те, кто занимались авиамодельным спортом, плавно, но верно переходят в дроновый спорт (я в кавычки так поставлю)?
О.Понфиленок
―
Да, да. Ну, нет, в смысле «те»? Это обычно молодые все ребята. То есть это не какие-то там уже старые мужики, которые сначала занимались там авиамодельным, а теперь дроновым. Нет, это молодые ребята, они просто увлекаются новым и сейчас увлекаются дронами.
Д.Потапенко
―
Ну да, понятно, что те, кто занимались кордовыми моделями...
О.Понфиленок
―
Ну да, вряд ли они придут туда.
Д.Потапенко
―
Да. Это несколько принципиально другая история, потому что были кордовые бои даже.
О.Понфиленок
―
Да, воздушный бой.
Д.Потапенко
―
Воздушный бой. В России-то, все-таки, если вернемся из Дубая, в России проходят такие соревнования? Являются ли они частью соревнований зарубежных? Или это мы отдельно, они отдельно?
О.Понфиленок
―
В России такие все соревнования, ну, как бы, курирует, скажем так, Федерация модельного спорта. И там есть (НЕРАЗБОРЧИВО), по-моему, называется дисциплина. Вот. Но это не этапы международного, но на международные этапы отправляются команды. Сейчас пока это только начинает, это не очень структурировано, то есть это не так, как, может быть, в других областях. Но я думаю, что, как бы, по крайней мере, в России проводятся соревнования по международным правилам.
Д.Потапенко
―
Напомню, +7 985 970-45-45 – SMS-портал, куда вы можете задать вопросик. Вот, приходит вопрос из республики Бурятия: «Можно ли дрон использовать в качестве спецразведки?» Ну и у нас я даже видел рекламные ролики, что дорожно-патрульная служба использовала дрон для доказательства пересечения сплошной линии на каком-то одном из поворотов. Я расширю вопрос: насколько часто дроны у вас, по крайней мере, или ваших коллег закупают сотрудники правоохранительных органов?
О.Понфиленок
―
Ну, вот, как ни странно, мы буквально еще в первый год существования компании уже продали первый дрон в МВД Тюменской области там по госконтракту, который как раз использовался именно для фиксации там обгонов на трассе. И даже я помню, я туда ездил. У них такая табличка показывается: «Этот участок дороги контролируется с помощью беспилотника», и там реально летал дрон нашего производства. Вот.Но сейчас принцип...
Д.Потапенко
―
В Тюменской области?
О.Понфиленок
―
В Тюменской области, да. Сейчас покупают они. Ну, у нас лично не особо покупают – у нас, все-таки, другой рынок. То есть мы произвели несколько продаж, но массово на этот рынок не зашли, то есть другие компании там.
Д.Потапенко
―
Ну, понятно, ваши конкуренты.
О.Понфиленок
―
Ну, они немножко просто на другом рынке – у нас сейчас больше пошел образовательный и рынок автономных машин. То есть то, что сейчас используют полицейские, это, все-таки, ручное пилотирование. Действительно, можно зафиксировать достаточно с большого расстояния достаточно точно там фотографию машины, которая вышла там за какую-то полосу. И это, действительно, используется, но массовости это не приобрело, потому что дешевле, все-таки, поставить камеру видеонаблюдения, а это используется в качестве каких-то рейдов, ну, каких-то там удаленных участков дорог, то есть, в основном, это в область.
Д.Потапенко
―
Ну, я слабо себе представляю в Тюменской области дрон в минус 35 летающий, потому что мне кажется...
О.Понфиленок
―
Не, мы сдавали при минус 30-ти.
Д.Потапенко
―
Да?
О.Понфиленок
―
Да, нормально летает.
Д.Потапенко
―
Надолго хватит аккумулятора? Там же помимо того, что холод, так еще перемещение в пространстве. Должна охлаждаться быстрее батарея.
О.Понфиленок
―
Нет-нет, ну, это же специально, как бы, делали, то есть там карбоновый корпус, там аккумулятор – он в теплоизолирующем слое, он когда работает, он сам себя подогревает, там температура аккумулятора ниже 10-ти градусов не падает. Поэтому всё о’кей.
Д.Потапенко
―
Ну, самое главное. Ну, я так понимаю, что это, все-таки, более для пропаганды, чем для какой-то реальной работы, такой, регулярной именно.
О.Понфиленок
―
Я не знаю. Я, вот, не очень специалист. Нет, почему? Ну, вообще это больше для ЧП. То есть какое-то возгорание где-то произошло или где-то какой-то момент надо патрулировать. То есть для регулярной работы это, может быть, не очень подходит, но в случае экстренной ситуации это, как бы, оказывает неоспоримую помощь, потому что в этом месте просто может не быть камер, где это надо найти какого-то человека. И, кстати, действительно, были случаи, когда с помощью дронов находились каких-то заблудившихся людей в лесу по тепловизору. То есть вот это стопроцентное применение.
Д.Потапенко
―
Когда мы говорим... Ну, поскольку у нас уже программа фактически подходит к концу, поэтому давайте уже будем говорить о неких перспективах. Как вы видите перспективу этого рынка, рынка отдельно обучающих дронов и рынка, скажем так, дронов для физических лиц? Как он будет развиваться?
О.Понфиленок
―
Рынок дронов для физических лиц – это, как бы, игрушки-хобби. Там уже есть международные игроки сильные, DJI, Parrot. Рынок во многом уже насытился, то есть уже игрушку можно купить в любом магазине и для аэросъемки можно купить в любом магазине. То есть мы можем ожидать какой-то органический рост рынка, может быть там 15% в год. Я не знаю, не финансист, не могу сказать точных цифр, там, прогнозов. Я не думаю, что он будет в разы прям быстро расти. Вот.Но рост будет на новых рынках. Это рынок автономных систем, полностью автономных, потому что это существенное снижение экономики, когда мы убираем человеческий фактор (тот рынок, который нам интересен как раз). И я думаю, что этот рынок – он превысит рынок текущей аэросъемки, текущих, как бы, игрушек, пилотируемых систем, и, наверное, в рамках, там, до 2020 года он уже должен, наверное, хорошо развиться. Ну а дальше, конечно, рынок, наверное, летающих автомобилей. Ну, я их называю «летающими автомобилями».
Д.Потапенко
―
Ну, хорошо. Будем надеяться, что так и произойдет. Олег, спасибо, что зашли в этот вечер, и удачи вам в вашем деле.
О.Понфиленок
―
Спасибо. Доброй ночи.
Д.Потапенко
―
Это был Курс дядюшки По. Не переключайтесь.