Купить мерч «Эха»:

Раймонд Паулс - Без дураков - 2014-03-08

08.03.2014
Раймонд Паулс - Без дураков - 2014-03-08 Скачать

С.КОРЗУН – Всем привет! Сергей Корзун - ведущий программы "Без дураков", а в гостях у меня сегодня воистину культовый персонаж российской действительности, хотя и без российского паспорта, народный артист СССР Раймонд Паулс. Здравствуйте, Раймонд!

Р.ПАУЛС – Здравствуйте!

С.КОРЗУН – Знаю, что по отчеству вы не очень любите – там, в Латвии у вас это не принято.

Р.ПАУЛС – Легче, легче. Мы стараемся говорить, но тяжело получается.

С.КОРЗУН – Я все правильно сказал, собственно, практически наугад – то, что паспорта российского у вас нет?

Р.ПАУЛС – Нет.

С.КОРЗУН – А у дочери есть. Дочь здесь в Москве?

Р.ПАУЛС – Да. Муж работает здесь в Москве и еще год будет в Москве.

С.КОРЗУН – И, когда вы приезжаете в Москву, у нее останавливаетесь?

Р.ПАУЛС – Нет. Те, которые меня приглашают, стараются всегда какой-то получше номер, хороший. Сейчас, в гостинице.

С.КОРЗУН – Насколько я понимаю, не так часто последнее время появляетесь в Москве.

Р.ПАУЛС – Я вообще мало выступаю, эти связки как-то… ну, мы стареем тоже – надо как-то смотреть на это, что для сегодняшней сцены, для сегодняшних модных течений мы уже свое отпели, так что…

С.КОРЗУН – Но здесь в Москве вы по делам сейчас, соответственно. Представляете, в общем…, давайте, расскажите, что вы приехали представлять.

Р.ПАУЛС – Я приехал… довольно интересно. Это мне друг в Риге господин Швыдкой как-то наметил, не хочу ли я что-то написать для музыкального театра. Это новый театр, который ставит мюзиклы в Москве. И я говорю, что так, как я пишу, это уже старомодно и вряд ли это надо. Но он говорит, что как раз ему это надо, чтобы какая-то мелодия была в этом спектакле. Ну, это, конечно, шутка, но сказа известная, это Перо, по-моему, написал эту знаменитую сказку про Золушку. Но сегодня поставить сказку, это будет, по-моему, слишком сентиментально. Надо придумать по-другому. Зато появился режиссер, который, по-моему, это все будет делать по-другому. Вот потому я нахожусь сейчас в Москве и заодно я 8 марта сыграю со своими коллегами из Рижского Русского театра имени Михаила Чехова, с которыми мы уже долгие годы вместе играем и поставили несколько спектаклей и концерты. И мы как раз один вариант концерта, который мы летом показываем специально для приезжих русских туристов, которые меня еще помнят по тем 80-м, мы играем по 5-6 концертов. Театр очень красивый в самом центре Риги, это театр Русской драмы. Вот и все, в принципе, вот так.

С.КОРЗУН – Чтобы было совсем без дураков, скажу, что записываем мы эту программу 6 марта, в эфир она выйдет как раз 8-го марта, собственно, в этот день.

Р.ПАУЛС – Мы уже поздравляем заодно, да?

С.КОРЗУН – Давайте поздравляйте. Как это делается в Латвии, традиции советские соблюдаете?

Р.ПАУЛС – Соблюдаются, да. Это раньше был в советское время для наших как раз большой бизнес – это тюльпаны, которые везли в Петербург, то есть, в Ленинград, здесь зарабатывали хорошие деньги. Но все это, в принципе, осталось. Было одно время течение, которое… «не надо это все…», а потом махнули рукой – все равно все празднуют. Отмечаем, да.

С.КОРЗУН – Кого, вообще, поздравляете с этим праздником?

Р.ПАУЛС – Вы знаете, то, что относится к праздника, я довольно такой…. Я не знаю, может быть, это у меня от родителя. Когда меня отец как-то спросил: «Когда у тебя день рождения?» Сейчас - нет…. Потому что цветов у меня дома всегда, когда я выступаю, столько…. Особенно, когда в латышской деревне, когда в провинции выступаем – уже традиция: все носят… - цветов очень много. И сейчас, вообще, с цветами у нас…. Хотя жаль, что слишком много появляется голландских всяких искусственных – это уже не то.

С.КОРЗУН – С 8-м марта, кого поздравляете?

Р.ПАУЛС – Я, вообще, хочу… вы знаете, я со сцены…, в основном все, что я делал, все это было про любовь, любовные истории, сентиментальные всякие песенки – и все это для женщин. Между прочим, я уникальная фигура в этом смысле – я в прошлом году отпраздновал золотую свадьбу. В наше время такой редкий случай. Я от всей души желаю женщинам, я думаю, самое главное, чтобы была сильная семья, дети. У нас это проблема – дети.

С.КОРЗУН – Супруга ваша русская из Одессы и 50 лет уже. Относительно недавно натурализовалась.

Р.ПАУЛС - Она, да. Ну, были периоды, когда… Она великолепно знает латышский язык. В принципе, мы дома разговариваем на русском в основном. Потом смотрим довольно часто передачу, по-моему, которую вы тоже знаете – «Особое мнение» - это так, комплимент в ваш адрес.

С.КОРЗУН – Спасибо! Я даже иногда веду эту программу.

Р.ПАУЛС – Да, я знаю.

С.КОРЗУН – А, как смотрите, по кабельному каналу?

Р.ПАУЛС – Да, да. Так что все ваши так сказать, гости, которые здесь…. Поэтому я на этот дизайн смотрю, как будто я здесь был.

С.КОРЗУН – На самом деле это первый приход, с чем я вас, наверное, поздравляю. Все-таки впервые, дай бог, не последний раз. Приезжайте почаще.

Р.ПАУЛС – Спасибо.

С.КОРЗУН – Дочь ваша, чем занимается здесь, в Москве и не собирается ли в Латвии или, может быть вы к ней?

Р.ПАУЛС – У них ситуация, как у нас сейчас у многих. Вы понимаете, она замужем за датчанином. Он работает в Москве в фирме SAS – это авиакомпания. И он очень долго…, он знает русский язык, и, в принципе, он на профессиональной работе, и она, как жена должна здесь…, в самом центре у них квартира – арендуют и так далее. А семья, вообще – я не знаю – у нас такой интернациональный состав сейчас. Обе внучки – одна училась в Америке, вернулась, в Риге работает, вторая сейчас в Риме учится в американском университете. Понимаете, сейчас проблема совсем другая: когда они все собираются, оказывается, я один говорю по-латышски, вообще. Я сижу в углу и смеюсь, я говорю, очевидно, я один остался, который латышские народные песни… а, остальные там уже разбираются в современной музыке, мне называют фамилии какие-то суперзвезд американских и так далее. Я этого уже не знаю. Я вырос на таких фамилиях, как: Элла Фицджеральд, как Гленн Миллер, как Рэй Чарлз – вот это моя молодость, эти знаменитые 50-е годы, когда джаз был запрещен и так далее. Так мы и живем. Они все, в принципе, говорят по-русски хорошо и по работе должны знать язык.

С.КОРЗУН – Как сейчас в Латвии. Насколько ощущается спустя 24 года после развода то, что распался Советский Союз?

Р.ПАУЛС – Ну, вы знаете, ситуация – ее по-разному можно оценить. Я говорю с тех позиций, поскольку от политики я совсем отошел полностью уже несколько лет… Я был им, и сколько меня там не поносили в свое время также, как многих.Эти радикальные появляются иногда эти отношения, сейчас будут опять выборы, конечно, опять будут какие-то… Но, я думаю, они в меньшинстве. Что относится к экономике страны, конечно, у нас есть проблемы большие, в основном в том, что, понимаете, уезжают люди.

С.КОРЗУН – В Европейский союз уезжают?

Р.ПАУЛС – Да, да. Ну, зарплата… Что мы можем сделать? Что мы можем – бедная Латвия сделать, скажем, с Германией, когда он там за неделю получает то, что здесь за месяц получает. Этот вопрос зарплат, он очень такой…

С.КОРЗУН – А в чем причина? Жесткий режим экономии, либо правительство неправильно действует – на ваш взгляд?

Р.ПАУЛС –Я смотрю так, что, понимаете, у нас никаких природных богатств нет. Ну, кроме моря…

С.КОРЗУН – Янтарь.

Р.ПАУЛС – И посмотрите море – уже настолько… Балтийское море – это уже – не знаю – как улица, по которой идет каждые пять минут…, порой грязное… - все это портится и так далее. Раньше, где много рыбы было – это тоже исчезает. В принципе на рыбной ловле у нас был доход довольно большой. И сельское хозяйство – это то, что нас пока выручает. А, что делать? У нас рынок для моей профессии – у нас 4-6 небольших городов. Там отыграл и все – что дальше? Начинаешь думать. Теперь у нас есть два варианта: или восточный вариант, который у нас – не у всех, но у многих – это ближе, если кто знает русский язык…

С.КОРЗУН – Работа в России.

Р.ПАУЛС – Да, да. А туда – туда с нашим жанром там нечего делать. Эта поп-музыка ни русская, ни латышская – она там… нет. Классическая – да. Опера, так называемые серьезные музыканты – вот они побывали уже многие там и очень высоко. Но их не так много. Это дирижеры – несколько фамилий…

С.КОРЗУН – Последнее время и вы начали заниматься серьезной музыкой.

Р.ПАУЛС – Я кое что играю сам, но это благодаря, что в свое время я закончил консерваторию как-никак, сыграл Рахманинова рапсодию на тему Паганини и как ни интересно, мой педагог была русская учительница Ольга Боровская, которая давно уже померла, но она училась в Петербурге. У нас же в свое время, в принципе, многие наши выдающиеся музыканты выходили из Петербуржской консерватории – я говорю про музыку. И она мне… мне сейчас говорят, что «у тебя русская школа пианизма». Она где-то недалеко была от Рахманинова, недалеко от Глазунова, так что…

С.КОРЗУН – Вы продолжаете концертировать, как часто? Не часто сейчас?

Р.ПАУЛС – Нет, уже нет. Вообще, последнее время спасает то, что я владею инструментом. Я могу играть и то… я прошел все возможные, вообще, ситуации в музыке, начиная с кабака, в ресторанах – все я играл, все это я знаю, и напевал там в свое время до 62-го года.

С.КОРЗУН – Да, это отдельная история. Правда, что у вас номер на машине был как раз РП-1962 – год завязки?

Р.ПАУЛС – Да, у меня многие музыканты – одно время было модно – спрашивают: «Как ты можешь не пить?» Ну, какой ответ? Не пью и все! Но, хотя многие погибли талантливые люди, ушли.

С.КОРЗУН – Тогда спрошу, раз разговор зашел об этом – как удалось? Это просто сила воли, присутствие подруги и жены рядом?

Р.ПАУЛС – Вы знаете, я могу сейчас открыто об этом говорить. Я две недели… меня засунули в лечебницу какую-то. Там я видел этих…

С.КОРЗУН – Но из лечебниц тоже, знаем, выходят, в общем по-разному…

Р.ПАУЛС – Ну, страшно, выходит и там же напивается – это да. Я оттуда, я помню, я бежал. Может быть, я не так еще отравился, я не знаю. Я оттуда… в Риге есть такое место для этих сумасшедших… Я так всегда смеялся – давай сделаем мюзикл про это, потому что, понимаете, там здоровые люди все. Там были инженеры… и, кода они не пили, они придумывали…, черт его знает, что там творилось, в больнице. Ну, вот, так что…. А там лечили тех, которые что-то натворили – решили очень просто: на одну ночь, где эти опасные больные – переспать там, и ты, вообще, не будешь… Ну, я сказал этим драматургам: давайте, сделаем что-то такое… когда играл Николсон в знаменитом этом…, это классно. Но никто так и не написал. Но я не пью.

С.КОРЗУН – Это мы поняли, услышали. Возвращаясь к вашей профессии, за роялем каждый день сидите?

Р.ПАУЛС – Абсолютно нет, уже нет. Я спасаюсь, единственно, может быть, я попробую это в Москве – это то, что я выхожу на сцену, я даже не знаю, что я буду играть, я не знаю. В принципе, я знаю мелодии, музыкальную тему, а, как оно будет, я не знаю. Иногда мне удается, мне кажется, неплохо, иногда и самому стыдно, что самому не идет. Хотя меня спасает именно багаж этот учебы в консерватории.

С.КОРЗУН – Ну, в консерватории, вы, насколько я понимаю, даже дважды учились: первый раз на исполнителя, и второй раз – композиция.

Р.ПАУЛС – Да, от композиции я отошел, поскольку я себя не чувствую…, поскольку я не пишу ни симфоний ни опер, у меня нет такого мышления. Я просто люблю, сижу за роялем, записываю какие-то легкие мелодии. Мне удалось в свое время попасть с какими-то…, как надо мной издеваются мои коллеги: «Ну, что там – у тебя два аккорда и три ноты». Правильно, да, но, насколько мне известно, в знаменитой теме Бетховена, 9-й симфонии тоже не больше этих нот.

С.КОРЗУН – То есть, вас это не смущает абсолютно.

Р.ПАУЛС – Например, которые у меня считаются… вот мне прилепили эту песенку – это уже, как визитная карточка – «Миллион алых роз» - ну вот там они есть, эти три ноты. Зато это был суперхит в свое время и в Японии и так далее. Ну, благодаря, конечно, Пугачевой и текст хороший. Я все-таки работал в свое время с Вознесенским. Сейчас у меня была очень интересная встреча с Евтушенко, мы сделали такую работу, дай бог. К сожалению, у него там большие проблемы со здоровьем, но с ним очень интересно было. Я на готовые тексты писал, я обычно раньше это не делал.

С.КОРЗУН – А как с авторскими правами? Россия вам выплачивает НЕРАЗБ. или еще что? Песни до сих пор исполняются и довольно активно.

Р.ПАУЛС – Да, но это сейчас как-то я не чувствую особых, ну какие-то деньги, но это не те деньги, которые были в 80-е, 90-е, когда в каждом кабаке все это игралось.

С.КОРЗУН – Но они позволяют вам существовать на том уровне, на котором вы привыкли?

Р.ПАУЛС – Я могу, да, если бы у меня не украли большие деньги недавно, я жертва этих банковских кризисов.

С.КОРЗУН – А, что за история? Расскажите.

Р.ПАУЛС – Ну, это "Сбербанк" так называемый, его, в принципе разграбили. Там три управляющих было: один литовец, один латыш и один русский…

С.КОРЗУН - "Сбербанк", который в России существует? Это отделение рижское?

Р.ПАУЛС – Да, да. Он был еще с советского времени название это "Сбербанк" И, где все мои авторские деньги, и самое главное, что там в этом банке председателем был мой хороший знакомый. Я думал, ну хотя бы… нас никто не предупредил, что там какие-то… У вас вызывает, может быть, что-нибудь фамилия Антонов – он в Лондоне. Он начал там какие-то комбинации, бизнес, по-моему, с этим… знаменитым шведским СААВ. Откровенно говоря, его просто разграбили, этот банк. Так что я там постарался… и по судам…, и мне это было очень унизительно и так далее. Я потерял около миллиона евро. Но, для миллионеров это не особенно большие суммы, но обидно то, что, если бы я эти деньги вложил в какой-то бизнес и потерял, тогда это нормально. А это просто взяли и забрали.

С.КОРЗУН – А вы и бизнес – в этом есть что-то общее? Была мысль?

Р.ПАУЛС – Если бы я был бизнесменом, у меня были бы очень большие доходы, хотя я, скажем, живу, я так считаю, что в Латвии так должен жить так называемый средний класс, с такой зарплатой, с такими доходами ты можешь, не думая тратить небольшие деньги, но во всяком случае, нормально жить. Но таких людей мало.

С.КОРЗУН – Мало, действительно? Средний класс небольшой в Латвии? Ну, все страны сражаются в какой-то степени экономически за то, чтобы люди перетекали в эту прослойку.

Р.ПАУЛС – Нет. Есть очень богатые – ну, это, как везде. У нас тоже строят великолепные виллы и всю Юрмалу сейчас мои друзья из России всю уже раскупили, что можно было – все квартиры, все… А плохо, понимаете, что очень большой процент пенсионеров, которые еще с советского времени – у них очень маленькая пенсия, там, конечно есть проблемы.

С.КОРЗУН – Ну, а стоимость жизни сейчас в Латвии сравнима, например, с Москвой? Понятно, что в России она совершенно НЕРАЗБ.

Р.ПАУЛС – Я думаю, одинаково дорого, дорого все.

С.КОРЗУН – Говорят, что военные пенсионеры многие живут там, получая военную пенсию российскую, которая в общем, не такая маленькая.

Р.ПАУЛС – Ну, они неплохо, между прочим, нормально во всяком случае. Но мы же только что перешли на евро. А, понимаете, система была очень «левая». Например, у нас же эти сантимы – например, цена была 53, а сейчас не знаю, почему она – 60. Все наверх тихонечко. Ясно, что никто вниз не будет делать. Но, люди как-то привыкают как-то. Единственная польза, что тебе менять не надо - ты можешь, когда сейчас по Европе куда-то едешь - это для бизнеса очевидно…. Все равно, этот лат – ну, что он? Это маленькая такая финансовая… Больше там было – национальное: дуб красивый. Все ушло.

С.КОРЗУН – В Европу отдыхать ездите?

Р.ПАУЛС – Нет, я стараюсь все-таки по Латвии иногда. Я, в принципе, очевидно от родителей этот крестьянский запах мне ближе. В отличие от моих внучек, у которых квартира в Ницце и так далее. Я там не был даже.

С.КОРЗУН – Напомню, что в программе "Без дураков" народный артист СССР композитор, дирижер, пианист и отчасти – хотя и говорит, что уже в прошлом – политический деятель Раймонд Паулс. Короткий перерыв на новости и рекламу, потом мы снова вернемся в студию.

НОВОСТИ.

С.КОРЗУН – Напомню, что в программе "Без дураков" сегодня Раймонд Паулс, говорим абсолютно обо всем, и о жизни в сегодняшней Латвии, в сегодняшней Москве. Почему бы нам не поговорить еще о Советском Союзе. 80-е годы в своих интервью вы называете самым продуктивными и самыми, наверное, хорошими годами своей жизни.

Р.ПАУЛС – Да, да.

С.КОРЗУН – Ну, 80-е – уже, да, период позднего застоя, близко уже, наверное, к перестройке и после перестройки. Давайте я так спрошу: вы ностальгируете по тем временам не просто профессионально, а вот многие говорят, что «что-то мы потеряли, что-то важное»?

Р.ПАУЛС – Я открыто говорю, что да, и почему? Потому сперва, что это была наша молодость. Я вспоминаю эти приезды в Москву, когда были эти так называемые правительственные концерты. Из каждой республики там было специально отобрано. Нас «пригнали» в Москву. Целый месяц – что мы делали? Выступлений у нас было 2-3 минуты. Это было или на октябрьские или на День милиции и так далее. Ну, что мы делали этот месяц, как вы думаете? Выпивали. Это была дружба народов – эти гостиницы: грузины, армяне, русские – все вместе.

С.КОРЗУН – Вам оплачивали, как командировку?

Р.ПАУЛС – Ну, конечно, это была как командировка.

С.КОРЗУН – То есть, вы числились, как при филармонии.

Р.ПАУЛС – Из Латвии было 150 человек, а там из других было больше, меньше. Каждый привозил или коньяк или бальзам, все это шло. Но, может, не надо это слишком преувеличивать, но все-таки были очень какие-то нормальные отношения. Мы выступали на этих концертах и, конечно, кое-что и сделали, все это снималось. Я даже помню, как сегодня, я играл для Андропова, и это было очень интересно, потому что это был прием во дворце и выбрали нас 8 человек и среди них Хазанов, который мне сказал: «Ну, хорошо, ты там отляпаешь и уйдешь, а я должен говорить. Может быть, я не выйду отсюда!» Они сидели очень близко – Политбюро… Хотя они были единственные, которые слушали, потому что остальным это было вообще… Ну, вот так… Особенно концерты к Дню милиции – считалось самые такие…

С.КОРЗУН – Самые крутые. Насколько вы были вольны в своих суждениях, вольны делать все, что у годно? Ощущали какой-то идеологический пресс, либо, наоборот, близость к начальству давало возможность язвить более едко?

Р.ПАУЛС – Нет. Я думаю, нет. Единственно, что, конечно, ошибка того времени – это были запреты начиная с джаза, начиная с выездов за границу, начиная от низких гонораров – это было как-то даже унизительно. Нам, я помню, попасть в Сопот не фестиваль – уже было… я не знаю! В ГДР поехать – это большое событие, господи! Мы как нищие… Даже мне, когда я получал хорошие авторские из Японии за эти «Миллион роз», когда я выезжал за границу, мне дали, по-моему, 7 долларов в день. Ну, вот это все мешало очень. И потом началось то, что талантливые люди, начиная с танцоров… старались уже как-то…

С.КОРЗУН – То есть, в профессиональном смысле вы жили замечательно, практически шикарно, а вот сама по себе идея – я чуть-чуть в политику – социальной справедливости, которая там, в Советском Союзе взращивалась, против там, капитализма – она вас как-то трогала или, вообще, об этом не думали?

Р.ПАУЛС – Нет. Вы знаете, мы об этом – нет… Во-первых, Прибалтику считали, как запад – дальше никуда нельзя было. Этот наш в Дзинтари концертный зал, в принципе, был для артистов и великих русских музыкантов – это было… Но редкие из них – Рихтер или Гилельс, или уже Коган – они и то получали эти копейки, и после концерта на Западе надо было отнести в посольство эти гонорары и так далее. Это, конечно…. Но, в то же самое время мне, единственно, жаль, что потеряли – в России была великолепная школа пианизма, суперкласс. Вообще, то, что относится к музыкальному образованию.

С.КОРЗУН – Сейчас этого нет, вы думаете? Побеждают на конкурсах, появляются люди.

Р.ПАУЛС – Побеждают, да. Но, как-то я не знаю, может быть, я в том времени было больше выдающихся музыкантов. Я помню, как старались попасть на концерты Рихтера, например. Ну, это великолепнейший музыкант. Ну, это какой-то удар. Многие, конечно, и русские музыканты тоже преподают, все поуезжали,кто-куда, особенно, когда можно было уехать. Они работают тоже во всем мире, особенно по линии классической музыки. Но попсой там не пахнет.

С.КОРЗУН – Два слова о вашей политической деятельности. Вы тогда намеренно пошли в политику либо приняли предложение? И, что вами двигало – помощь друзьям, сознание своей миссии, что это было?

Р.ПАУЛС – Это то время, когда начались все эти… в свое время меня втянул в это дело – он был послом в России – ЯнисПетерс – это очень такой высокого класса…, ему было, между прочим, 75 лет, он говорит: «Иди министром культуры, может быть, что-то…» И я по наивности думал, что я, может быть, что-то смогу сделать. Но потом оказалось…

С.КОРЗУН – А, что вы хотели сделать, какие ваши мысли?

Р.ПАУЛС – Первое, что я начал – конкурсная система в театрах. Когда я это начал, на меня: «Как ты думаешь, этого народного артиста на конкурс поставить? Что это такое?» И, конечно, все пошло… было очень много таких, что мы почувствовали, что надо делать по другому, но поначалу это… Хотя сейчас все это так оно и действует. И еще, что было. Например, чтобы сохранить более менее… В советское время, на что акцент был сделан – на самодеятельность, искусство самодеятельности. А в Латвии это очень важно: это хоры, это танцевальные коллективы и так далее, которые любительские, но на них ставилось даже больше, чем на профессиональное искусство.

С.КОРЗУН – Кстати, «Кукушечка» существует еще?

Р.ПАУЛС – Да, и вот этот вопрос очень интересный, потому что эта «Кукушечка», по-моему, уже не то внуков имеют…

С.КОРЗУН – Понятно, у тех, кто начинал – в любом случае.

Р.ПАУЛС – Нет-нет. Сейчас детских ансамблей очень много. И есть там одна крайность, которую я не признаю сегодня, потому что мы в свое время старались, чтобы на сцену все-таки вышли дети, а не куклы. А сегодня мы смотрим, как они одеты, как чуть ли не бриллианты… Из них делают уже каких-то звезд. Это абсолютно не детское. Да, эта «Кукушка» сегодня тоже есть.

С.КОРЗУН – И вы занимаетесь этим проектом по-прежнему?

Р.ПАУЛС – Я иногда им просто какие-то песенки даю. Вы знаете, это тоже все поменялось, потому что сейчас хочешь заниматься пением – платить надо.

С.КОРЗУН – То есть, государственной поддержки нет.

Р.ПАУЛС – Ну, в принципе, ее нет. Притом, сейчас многие эти вокальные курсы и танцевальные – это, откровенно говоря, чтобы выжить, этот руководитель… Все зависит у нас в Латвии от самоуправления, от сельских районов. Если там попадает интеллигентный человек, он помогает своим – дирижеру и так далее… А во многих местах на это и не смотрят. Так что по-разному.

С.КОРЗУН – Вернемся к политике. Вы все-таки не один год, а достаточно долго занимались этими государственными проблемами.

Р.ПАУЛС – Сидел.

С.КОРЗУН – Сидели, как говориться.

Р.ПАУЛС – К сожалению, так.

С.КОРЗУН – Удалось хоть что-то сделать, либо вы ушли из политики абсолютно разочарованным?

Р.ПАУЛС – Конечно, я ушел… Я понял, что эта многопартийная система… Ну, хорошо, смотрите, что у нас больше всего сейчас тормозит – сколько у нас партий? Притом, эти партии настолько маленькие….Сейчас начнется перед выборами – каждый будет играть какую-то свою игру и так далее.

С.КОРЗУН – В этом ведь вроде ничего такого плохого нет. Каждый человек со своими конкретными интересами может найти себе место.

Р.ПАУЛС – Но нужно профессиональных… Нельзя все-таки, какого-то…, только из-за того, что он состоит членом этой партии, его поставить на какой-то пост. Ну, нельзя этого делать, особенно в нашей экономике. У нас все не очень так просто. Хотя мы имеем, скажем, и порты и так далее. Но конкуренция страшная – там же рядом Литва, там Калининград, нам напротив Стокгольм, Хельсинки, Талин – все между собой. Там драка - ой, какая!

Я не знаю. Меня поливали грязью. В принципе, есть двойное отношение ко мне. Когда я на сцене выступаю, мне все улыбаются, аплодируют. Когда я был там – господи!

С.КОРЗУН – Ну, а что вы хотите? Конечно! Теперь вы решение политические принимаете.

Р.ПАУЛС – Нет. Какими словами, как это все было…, господи.

С.КОРЗУН – Вы обидчивый человек, долго реагируете?

Р.ПАУЛС – Ну, я не так. Я сам люблю кого-то обидеть. Но, неприятно. Я смотрю по России – тоже мои коллеги были многие министрами культуры, были актеры… В итоге все быстренько побыли и исчезли. По-моему, единственно, который долго держится, мой друг, певец из Азербайджана Бюль-БюльОглы. Он сейчас посол.

С.КОРЗУН – Он посол.

Р.ПАУЛС – Посол, но он был министром культуры.

С.КОРЗУН – Был одно время, да.

Р.ПАУЛС – Мы с ним дружили, и было приятно с ним поговорить всегда.

С.КОРЗУН – Раймонд вопрос по наследию как бы советского прошлого. Смотрите, уже, собственно, 24 года практически не вместе Латвия и Россия. В России произошли довольно сильные изменения в психологии людей, хотя говорят, что «совок» остался, «совок» ушел – все по-разному считают, но люди стали жестче считать деньги, соответственно, относится к дружбе немного по-другому. На улице стрельнуть сигарету, то уже проблема. Вроде бомжи только стреляют – уже неприлично. Вообще, что-то изменилось в сознании за это время, хотя многие считают, что остались еще во временах Советского Союза. В Латвии, какие изменения, на ваш взгляд, произошли в сторону ужесточения общества, либо…?

Р.ПАУЛС – Вы знаете, конечно, все решают деньги. Деньги – это основное. Это везде чувствуется. Если раньше это было, может быть, намного меньше. Я великолепно вижу, как каждая мелочь, за которую мы раньше не платили, за это мы должны платить. А вот, устроить, на, мне концерт, это стоит очень больших денег. Может быть, для Москвы это не большие деньги, но нам собрать, если, например, мне спектакль в Латвии сделать какие-то 10, ну, самое большое 20 тысяч долларов, то это считается очень много.

С.КОРЗУН – Спектакль – туда входит и работа музыкантов и все остальное?

Р.ПАУЛС – Да. Я где-то читал - на постановку мюзикла 18 миллионов долларов. Ну, куда? Это дорогая радость – спектакль. И зарплаты, скажем, у нас в опере и так далее… Мы все-таки маленькая Латвия, она содержит и оперу и 8 театров – это государственный бюджет. Хотя он небольшой, но он есть, они с голода не умирают. Поэтому я забочусь о них, я передаю им шлягерный репертуар – они все поют, актеры, и тогда на масло зарабатывают. То – для хлеба, а здесь на масло. Кооперативный нашего уровня… по Латгалии – все это крутит…

С.КОРЗУН – Возвращаясь к спектаклю, который вы, собственно, представляете здесь, в Москве, в Театре мюзикла, насколько я понимаю, который в ДК Горбунова, известном и своими рок-выступлениями, и всем прочим. Последнее время это Театр мюзикла, кстати, недалеко от того места, где, собственно, я живу, поэтому загляну с удовольствием.

Р.ПАУЛС – Когда сделаем, тогда посмотрим.

С.КОРЗУН – Вы написали всю музыку для спектакля?

Р.ПАУЛС – Вы знаете, я не говорил бы – я там писал. Я думаю, что после моих встреч с режиссером и так далее, многое, что может измениться. По началу, знаете, что меня привлекло? Это вы можете ему это передать, может быть, он с вами когда-нибудь встретится – такой симпатичный, умный человек Дмитрий Быков, который написал стихи. Я их читал, я думаю, что там – попробовать просто чисто профессионально – можно на них наложить?

С.КОРЗУН – Не политические?

Р.ПАУЛС – Там немножко есть. Первая фраза, по-моему, была такая: «Недавно распался Союзикл» – исходя из того, что следующее слово было мюзикл… Вот такое… Не знаю, это оставили, не оставили. Я что-то там на рояле наиграл.

С.КОРЗУН – То есть, это импровизационно фактически?

Р.ПАУЛС – Чистая импровизация, да. Они слушали. Вот я сегодня как раз пойду, я увижу это… И самое главное, что меня интересует – кто это будет петь? Может быть, это, вообще, надо будет поменять стиль музыки. Хотя я все-таки на стороне такого лирико-сентиментального…, чтобы, если поет какую-то песню, чтобы что-то осталось на слуху. Хотя это сегодня не модно, говорят, что все это старомодно.

С.КОРЗУН – На этом спектакле в отличие от вашего концерта, это все будет под фонограмму идти, то есть, запись уже сделана, музыка или нет?

Р.ПАУЛС – Нет, я обычно в Риге играю везде, потому что, когда я сыграл первый раз для актеров… Ну, например, у нас спектакль «Одесса» по еврейской теме, и я сказал у меня национальность не совпадает, но я говорю, я помню, как играл а кабаках, и самые доходные номера были в то время, это «Идише маме», «ХаваHагила», «7:40» - вот эти. И тогда я помню, как скрипач, он выходил в зал к публике и у него карман был открыт и он под столиком и те должны были какие-то деньги… Это я все помню, я сам играл. И я думаю – попробую. И мы так и сделали для 4-5 музыкантов такой типичный кабацкий состав: скрипка, рояль, кларнет…. Я очень люблю этот фрагмент, где эта гениальная актриса Раневская играет с этой папиросой в фильме… именно такой кабацкий вариант.

С.КОРЗУН – Типа собачий вальс?

Р.ПАУЛС – У меня всегда получается, что все просят, чтобы я сам играл. Хотя в театре, конечно, в основном сегодня на фонограммах работают. Но музыкальный театр не имеет права.

С.КОРЗУН – Я не совсем понял, в Москве тут под фонограмму? Вы сказали, что в Латвии играете, но без вашего участия, либо тоже примите участие.

Р.ПАУЛС – Нет, нет. Я здесь нет – не дай бог! Нет. Хотя, я не знаю, может быть, когда я начну с ними играть, чем это закончится, никто не знает. Но я надеюсь, там музыканты хорошие. Конечно, все равно этот выход дирижера, это живой оркестр – это сложно все, но создает совсем другой аромат спектакля. Фонограмма же убивает, она убивает.

С.КОРЗУН – На время к сегодняшним событиям вас обращу, наверное. Просто не могу не задать этот вопрос о том, что вы думаете, сейчас происходит в Украине?

Р.ПАУЛС – Я вам скажу так: я имею самое большое с моей стороны к российскому народу и такое уважение к украинскому народу, и я считаю, что эти вопросы – я понимаю, что они сложные – могут только эти два государства решить.

С.КОРЗУН – То есть, ни Европе, ни США не надо вмешиваться.

Р.ПАУЛС – Не надо. Я считают так, вот и все мое отношение.

С.КОРЗУН – Вот смотрите, Латвия приняла общий курс на европейскую интеграцию и является уже, в общем, членом европейского сообщества. Значительная часть украинцев, собственно, тоже. Я говорю, значительная, - мы не знаем, сколько точно – референдума не проводилось, - но значительная часть половина плюс-минус тоже хочет в Европу. Почему не договорится напрямую? Если Латвии можно, почему нельзя Украине, в конце концов?

Р.ПАУЛС – Вы знаете, но опять, что такое Европа… Эти вопросы очевидно тоже в руках… у нас есть референдумы, есть право на это. Я так считаю. Ну, пусть эти референдумы, как говорят «голос народ»- каким он будет? Что поделаешь? Не забудьте только, что им тоже Евросоюз будет диктовать свои правила, все не так просто. Это и вопросы границы…, там целая система. Но самое главное, чтобы не погибли люди – это же ужасно. Но, что делать?

С.КОРЗУН – А у вас есть ощущение тревоги, что, действительно это, действительно может…?

Р.ПАУЛС – Немножко нервные люди. Я не знаю. Понимаете, трагедия моего маленького народа – через нас шли все войны. Мы потеряли столько людей ни за что. Притом всякие были – кто-то подключился к немцам и брат против брата. У нас это, конечно, сложно. Не зря у нас будет опять это 16 марта – это довольно сложное какое-то число, когда опять друг против друга…. Но у нас, слава тебе, господи, всегда довольно тихо, уходит.

С.КОРЗУН – Но внутри латвийского общества есть какой-то консенсус, что все было сделано правильно, от Советского Союза отпали правильно, в Европу – правильно, а внутренние проблемы решим.

Р.ПАУЛС – Как-то разделились. У нас же тоже русские разные. У меня, например, по даче сосед, я его вижу один раз. Он очень богатый человек, живет в Лондоне, он русский. Он приезжает, в халате там ходит… Понимаете, а там никаких политических вопросов. Они считают, что в Латвии более-менее спокойно, им даже нравится лучше, чем, например, где-то на курортах каких-то мировых. Я это заметил особенно на «Новой волне», когда они говорят, что их тянет именно в Юрмалу, и язык, конечно, и все это играет роль. Но, слава богу, что у нас все спокойно еще. Дай бог!

С.КОРЗУН – Некоторые говорят, что русские все скупили, и в Латвии, в том числе. Насколько это верно?

Р.ПАУЛС – Да, покупают.

С.КОРЗУН – Финансовая мощь отдельных представителей государства…

Р.ПАУЛС – Конечно, ну, что вы думаете, эти наши банки… откуда эти? Ясно же…

С.КОРЗУН – Европейцы не особенно селятся?

Р.ПАУЛС – Нет, нет. В основном, это русские фамилии.

С.КОРЗУН – За судьбу дочки и внуков спокойны, в общем? Что можете сказать?

Р.ПАУЛС – Ну, что? Я надеюсь, дай бог. Самое главное, чтобы какая-то семья была, и этот вопрос сейчас довольно такой, актуальный. Они как-то не волнуются насчет потомства. Я говорю, будет когда-то какой-то мужик или не будет? - «А-а! Мне не интересно, мне не надо…»

С.КОРЗУН – Вам это важно? То есть фамилию кому-то надо оставить.

Р.ПАУЛС – Да, надо оставить. У меня дача – кому-то оставить надо. Почему нет? Так что…

С.КОРЗУН – Ну, что ж, спасибо вам огромное! Я напомню, что сегодня в программе "Без дураков" был Раймонд Паулс – народный артист СССР, гражданин Латвии, великий музыкант своего времени, который приехал сейчас в Москву со спектаклем и заодно решил немного сымпровизировать со знакомыми музыкантами, все это случится 8 марта. Спасибо вам огромное, что пришли в эту программу. Всем всего доброго, До свидания!

Р.ПАУЛС – Спасибо!