Купить мерч «Эха»:

Ольга Романова - Без дураков - 2011-12-25

25.12.2011
Ольга Романова - Без дураков - 2011-12-25 Скачать

С.КОРЗУН: Всем добрый вечер. Сергей Корзун – это я, а моя сегодняшняя гостья - Ольга Романова. Из Романовых будете, из Рюриковичей, из люберецких Романовых?

О.РОМАНОВА: Нет, я вполне дворняжка.

С.КОРЗУН: То есть, к Романовым, 300-летие которых век назад отмечали, не имеете отношение. А из каких Романовых?

О.РОМАНОВА: Это такая смешная история и длинная – Романовых у меня никого нет, только я и сын. Это история абсолютно комичная – как я выходила замуж на первом курсе института, у меня была совершенно другая фамилия, и выходила я замуж за подпольного цеховика, - как тогда говорилось, - по фамилии Рабинович. Я всегда любила предпринимателей, людей, которые что-то делают своими руками – например, шью спортивные костюмы или джинсы - в 1983 г. это было доброе дело.

С.КОРЗУН: Но подсудное, между прочим.

О.РОМАНОВА: У вас были тогда джинсы?

С.КОРЗУН: Были. Привез из своей родной страны, называлась она Греция.

О.РОМАНОВА: А когда цеховику-Рабиновичу привозили добрые друзья джинсы «Райфл», или еще круче, «Врандлер», он их распарывал до последнего шва и делал точно такие же, только много.

С.КОРЗУН: Вас тоже привлекал к этому делу?

О.РОМАНОВА: Нет, не привлекал – у меня руки оказались совершенно к этому не заточены, категорически против ручного шитья и всего остального. Но я сообразила про трудный предпринимательский труд, и много лет с тех пор слежу за одним из своих самых любимых предпринимателей – мы с ним незнакомы, ни разу не встречались, но я всегда читаю его интервью и внимательно слежу за компанией Мельникова «Глория-Джинс». Во-первых, человек очень много в своей жизни сидел, и все время за предпринимательство. Во-вторых, человек столько лет отбивается от слияний, поглощений, чего-то еще, и строчит джинсы, чтобы они был у всех слоев населения – мне кажется это очень правильным.

С.КОРЗУН: Вернемся к Романовой. Значит, первый муж был Рабинович.

О.РОМАНОВА: Но невозможно было, учась в финансовом институте, взять фамилию Рабинович. И когда Рабинович пришел в советский ЗАГС Москвы, девочки у него спросили – вы чем занимаетесь? - Вообще-то шью на дому. Вы что, не знаете анекдот: Рабинович, как бы вы жили, если бы были царь? - Жил бы немножко лучше, - я бы шил на дому. Вот и возьмите царскую фамилию «Романов» - тоже на «Р». Но когда мы с ним стремительно развелись - потому что я была глупа еще на первом курсе

С.КОРЗУН: Глупа - потому что на первом курсе?

О.РОМАНОВА: Глупа для семейной жизни. Это было абсолютно невозможно, и это был анекдотичный брак, и осталась я на белом свете с фамилией Романова.

С.КОРЗУН: То есть, происхождение царское, хоть и не прямое по династической линии.

О.РОМАНОВА: Девочек из советского ЗАГСа Москвы.

С.КОРЗУН: Кстати, о браках – по-моему. Мостовщиков писал, что со вторым мужем вы уехали в США, и выступали на подпевках у Любы Успенской.

О.РОМАНОВА: На разогреве в ресторане «Черное море» на Брайтон Бич – надо мне было что-то кушать. Но я там долго прожила, я уезжала из СССР, потому что было невозможно – это был поздний Черненко и мне казалось, что это будет бесконечно: я смотрела на портреты людей из Политбюро, и думала – кто еще? Ну хорошо, потом Пельше, а потом? – я не видела тогда Горбачева.

С.КОРЗУН: Не о Валдисе речь?

О.РОМАНОВА: Арвид Янович. Я видела динозавров и мне казалось, что это навсегда. Точно так же, как мне казалось, что это навсегда у нас еще месяц назад, и надо собирать чемоданы и уезжать – потому что невозможно еще 12 лет, а потом еще 12 - я уже слышала пару анекдотов про 24-й срок Путина и Мавзолей. Я уже это все проходила, мне было тошно. Я недолго прожила в эмиграции и вернулась на баррикады в 1991 г. - я успела на баррикады и с тех пор не уезжала.

С.КОРЗУН: Сколько жили в эмиграции? Лет семь?

О.РОМАНОВА: Год. И самое забавное, что мы вернулись со всеми друзьями, с которыми я там познакомилась, мы до сих пор общаемся, и буквально вчера я видела одного из них, работавшего тогда в ресторане «Самовар» официантом, который меня периодически подкармливал – все здесь именно с 1991 г. Все вернулись назад, понимали, что мы строим страну под себя.

С.КОРЗУН: А спеть сейчас слабо из репертуара того времени?

О.РОМАНОВА: Почему – слабо? Спою.

ПОЕТ

С.КОРЗУН: Наверное, народ падал.

О.РОМАНОВА: Почему? Это был обычный репертуар.

С.КОРЗУН: Собирались петь дальше?

О.РОМАНОВА: Собиралась выжить. Слава богу, мой фиктивный муж оставил мне квартиру - мы сразу с ним разъехались, потому что у него в Америке жила девушка, квартиру, оплаченную конторой, его не пускали, потому что он был партийный и неженатый - а как ему, партийному, уехать в Америку к девушке? А я уезжала просто потому, что больше не было сил, не видела никаких перспектив.

С.КОРЗУН: Родственников, друзей там не было*

О.РОМАНОВА: Ничего. Одна в ноль. Уезжала, чтобы что-то построить и всех перетащить. Но получилось наоборот, - как обычно: человек предполагает. Расскажите Богу о своих планах.

С.КОРЗУН: Напомню – девушка из семьи врачей.

О.РОМАНОВА: да, мама – стоматолог, папа – уролог, Моники.

С.КОРЗУН: А девушку Олю отправили учиться в финансовый институт, чтобы хоть один человек обеспечил светлое будущее всей семьи. Так?

О.РОМАНОВА: Так. Но моя одноклассница, Лена, которая стала врачом и работает в Мониках – недавно было 70-летие Моник, - мы с ней общаемся, и Лена Орлова говорила, что когда вспоминали докторов, вспомнили и моего папу – мне очень приятно это. Он погиб больше 20 лет назад, и мне казалось, что только мы с мамой помним папу, но помнят и Моники - спасибо.

С.КОРЗУН: Общаетесь с людьми, с которыми дружили в то время?

О.РОМАНОВА: Я уже похвалилась. Лена Орлова-Морозова, хоть и занималась после школы болезнями, связанными с ревматизмом, несколько лет назад переучилась, все бросила, и занимается СПИДом. По этому поводу у нас с ней много общих тем – я видела и знаю проблемы Уголовный кодекс-СПИД, Тюрьма-СПИД, и тут мы с ней совсем объединились. Доктор, который этим живет, этим болеет, для которого это цель в жизни, очень благородная, серьезная, - я горжусь своей одноклассницей Леной Орловой-Морозовой, это, конечно, серьезнее, чем финансовый институт и олигархия. Из института я горжусь своим однокурсником Козловым Андреем Андреевичем – я его знала хорошо с 1 курса, мы с ним продолжали общаться, и когда он был уже очень большим начальником. Он всегда был человеком, куда бы его ни заносило, в какое бы большое руководство. Хороший парень. Мне искренне жаль и страшно, что так оборвалась его жизнь, человека исключительной порядочности. И очень жаль, что это дело не расследовано, - это мое глубочайшее убеждение.

С.КОРЗУН: С Прохоровым?

О.РОМАНОВА: Это все один выпуск – Хлопонин, Андрей Андреевич Козлов, Миша Прохоров – это все один большой, красивый выпуск очень разных людей. Кроме как с Андреем Андреевичем я ни с кем особенно не общалась, но когда пересекаешься по каким-то, в основном, журналистским делам, через 20 лет после института с Прохоровым мы не то, что пересеклись – он позвонил в июне, когда решил связать себя с политикой. И это был разговор, как вчера простились – ну, это само собой.

С.КОРЗУН: Прохоров тоже начинали с «вареных» джинсов, если не ошибаюсь.

О.РОМАНОВА: да. Прохоров и Хлопонин были из той когорты людей, и остались ими, и я об этом говорю с большим почтением - людей, ответственных, по крайней мере, за людей, которые вокруг них. И поскольку я сейчас не поддерживаю президентской кампании Прохорова, я не могу не сделать ему огромный комплимент, потому что и Хлопонин и Прохоров днями учились, а ночами разгружали вагоны с мороженой говядиной. Это было несколько лет. Они ездили в стройотряд зарабатывать деньги – потому что ответственны за семью, - Миша - за сестру с ребенком, у Саши за жену и родившуюся маленькую дочку Любу. Это люди, которые всегда понимали, что от них зависят судьбы других людей - в этом плане не придерешься.

С.КОРЗУН: В студенческие времена можно было предположить взлет этих людей – Козлов, Хлопонин, Прохоров.

О.РОМАНОВА: Вне всякого сомнения.

С.КОРЗУН: Они выделялись на фоне студентов?

О.РОМАНОВА: Миша Прохоров выделялся, скорее, ростом, а Саша Хлопонин выделялся деловой хваткой, - как в «Покровских воротах» - «как личность ярко окрашенная» - это вне всякого сомнения. А Андрей Козлов, - знаете, бывают очень хорошие люди, видно, что сильный и хороший человек. Смотришь и думаешь: где в тебе какая-нибудь дрянь? ну, нет. Это как Урбант в фильме «Коммунист» - нету дряни.

С.КОРЗУН: Итак, выпускницу Ольгу Романову назначили главным казначеем митинга, состоявшегося вчера. По той причине, что больше никто не потянул?

О.РОМАНОВА: Нет, здесь другая сторона медали. По ряду обстоятельств, думаю, многим известно - я хорошо знакома с уголовным экономическим законодательством, - поди мне, пришей ст.74, - догоню и сама пришью.

С.КОРЗУН: Хлопотная была работа? Ну и отчет – на стол, точно до копейки. Сколько там было?

О.РОМАНОВА: На сегодняшний день 4 миллиона, - я сегодня утром заглянула - 4 с небольшим миллиона. Я знаю, например, что некоторые опоздавшие – например, Андрей Бельжо позвонил мне в пятницу, сказал, что на даче – можно я в понедельник положу через «Яндекс-деньги» - конечно, можно. Потому что нам еще предстоит значительная часть выплат. Дело в том, что вообще компании «Яндекс» хочется сказать отдельное «спасибо» - сработали блистательно.

С.КОРЗУН: А что в этой истории необычного? Каждый может открыть счет и перевести деньги.

О.РОМАНОВА: Конечно. Но мы видим перед собой банкоматы все время, и банкоматы известных банков не берут карточки, чтобы положить деньги на телефон, все время злишься, говоришь - неудобный банк. А здесь было сделано так, что все удобно. Это мой первый в жизни кошелек на «Яндексе», я впервые столкнулась как потребитель с компанией «Яндекс», иэто было очень четко отлажено, - для меня это было удивлением. Я видела репортаж у блогера Ильи Варламова, когда он год назад делал «лучшие офисы Москвы», и тогда на первом месте в рейтинге был офис «Яндекса» - я в нем тогда побывала, и это действительно удивительный офис и удивительные люди – молодые и креативные, что я очень люблю. Когда это «20+», и когда у каждого из них мозга в три раза больше, чем у меня - это всегда очень здорово. Смотришь, думаешь: мне бы так в мои 20 лет.

С.КОРЗУН: То есть, претензий к банку «Яндекс-деньги» нет никаких?:

О.РОМАНОВА: Ни малейших. Наоборот, есть удивление и восторг, что есть такие компании, с которыми можно так работать.

С.КОРЗУН: А претензии к вам, как организатору митинга? Не секрет, что вам поручили, потому что доверяли абсолютное большинство организаторов митинга.

О.РОМАНОВА: Оказалось, что система «Яндекс-деньги» настолько прозрачна, что ее не стыдно никому показать. Единственное, что достаточно много было платежей личных, поэтому вряд ли можно вывешивать отчетность полностью, что и откуда, - не каждый человек давал мне разрешение указывать свои данные. Хотя большинство платежей обезличены - торговые центры, «Евросеть», и так далее.

С.КОРЗУН: То есть, не все можно проследить – если вспомнить историю Навального.

О.РОМАНОВА: Эта история тем более удивительна, когда я разобралась, как работает компания «Яндекс-Кошелек».

С.КОРЗУН: Наверное, они обязаны по требованию спецслужб раскрывать данные?

О.РОМАНОВА: Но очень легко перевести деньги через обезличенный терминал, и мне кажется, что большинство так и делают, не у всех есть электронный банк, «Яндекс-кошелек», а самые простые счета оплачиваются именно так. Причем, я делаю исключение для разных людей, которые, по разным причинам, не могли дойти до платежного терминала банка, - например, Анатолий Григорьевич Лысенко, он мой коллега по Высшей школе экономики, профессор, и когда он меня поймал в коридоре, и попросил: Оля, дойди сама, сама положи, - конечно, я это сделала. Или Ирина Ясина, которая попросила моего мужа сходить и положить – конечно, мы сходили и положили. Конечно, отчитываемся - вот положили, вот талончик.

С.КОРЗУН: Публично отчитываетесь о трате денег?

О.РОМАНОВА: Пока мы оплатили только один счет, самый большой – сцена, звук, свет, экраны - 2,5 миллиона рублей. Надо на это дело мне еще заплатить подоходный налог, 13%. Плюс ко всему, конечно, можно было бы сэкономить, например, заплатив наличными – если бы компания согласилась взять, - конечно, тогда бы не было НДС 18%, но тогда мы бы не отчитались перед генпрокуратурой, например. А тут такое дело, серьезное общественное мероприятие, и почти 5 тысяч человек - столько было трансакций на эти 4 с лишним миллиона, - думаю, они не хотели бы втемную, вчерную передавать свои деньги неизвестно кому, неизвестно, под что, без договора. Поэтому, конечно, плюс эти 18%.

Еще. Тендер был устроен достаточно закрытый, специалистами - сказала бы словами Германа Грефа - этот кластер возглавил Юрий Сапрыкин, гендиректор «Афиша-Рамблер», как человек, который устраивал каждый год и надеюсь, будет устраивать «пикники» «Афиши» - он прекрасно знает, что почем на этом рынке. К сожалению, на этот рынок наложился новогодний «чес», что не привело к удешевлению мероприятия, но надо сказать, что победители пошли нам навстречу. Изначально счет был выставлен на 3 миллиона 100 тысяч, и примерно мы это имели в виду. Потом кое-что поджали, ужали, поторговались на 2.900, и в итоге в четверг, в последний момент, 2 млн 500 тысяч ушло, и уже слышала и знаю о проблемах с одним из экранов.

С.КОРЗУН: Задних экранов.

О.РОМАНОВА: Аренда трех экранов стоила 500 тысяч рублей, аренда одного экрана чуть больше 150 тысяч – то есть, это не самая большая составляющая этого дела. Но там была история, с которой надо будет разбираться - я в понедельник поставлю в известность Оргкомитет, уверена, что Сапрыкин и эта компания тоже сообщила это членам оргкомитета. Дело в том, что когда этот экран устанавливали, то проводку к нему, очень защищенную, не положили по земле, что требовала компания РВА, - никто бы не дал разрешение класть просто по земле, но там было невозможно – там стояли люди. Поэтому провели по самому верху заграждений. И эти заграждения не должны были трогать. В итоге этот кабель, многопроводной, в шести местах оказался порван. И нам сказали, что если бы хотя бы три места, можно попробовать соединить, а шесть уже невозможно.

С.КОРЗУН: Прервемся на новости и вернемся в студию.

НОВОСТИ

С.КОРЗУН: Продолжаем программу. Моя сегодняшняя гостья – Ольга Романова. Говорим о финансировании митинга. Какие еще статьи расходов были?

О.РОМАНОВА: Больше не было никаких расходов, а дальше я буду возмещать коллеге Пархоменко его собственные затраты на установку сортиров, если мне Сергей Пархоменко представит соответствующую документацию, которая меня удовлетворит.

С.КОРЗУН: Он лично перетащил эти сортиры на площадь?

О.РОМАНОВА: да, это его личные деньги. В принципе, наши многие коллеги, и не-коллеги, просто приличные люди на свои деньги делали что-то. Например, бесплатный чай, или, например, я знаю, что люди приносили бесплатные макароны, и раздавали. Транспаранты люди делали сами, белые ленточки от группы «Белая лента» люди тоже покупали сами, ни у кого ничего не просили.

С.КОРЗУН: У вас ленточки без надписей?

О.РОМАНОВА: У меня без надписи. И значок без надписи. Люди, которые делали «Чебурашку» - спасибо отдельное Эдуарду Успенскому за Чебурашку, наш Чебурашку стал «Че Геварой», за «Честные выборы», и вообще очень много «Че» с этим связано.

С.КОРЗУН: А презервативы тоже раздавали бесплатно?

О.РОМАНОВА: Четвертого Числа, Чебурашка, «за Честные выборы», - настоящий Че Гевара. Презервативы - насколько я знаю, мне позвонил бизнесмен средней руки, симпатичный парень, который собрался со своими коллегами, однокашниками, соратниками по бизнесу, в одном из очень дорогих и известных ресторанов Москвы они надували эти презервативы, притащили гелевую установку, и потом с этим богачеством отправились на проспект Сахарова.

С.КОРЗУН: Журналисты писали, что перед началом акции раздавали бесплатно с разговором «Не нравится один – выбери другой».

О.РОМАНОВА: Там много что было креативного – к сожалению, со сцены мало что увидишь. Я впервые во время митинга была на сцене, всегда была в толпе, и поняла, что в толпе куда как интереснее.

С.КОРЗУН: Уже был подан иск по поводу наличия иностранных денег в организации митинга – поскольку там выступали люди, которым по закону противопоказано подпитываться деньгами из-за рубежа – проверяли на фунт стерлингов, на доллар, или как?

О.РОМАНОВА: «Яндекс-кошелек» устроен таким образом, что туда нельзя заплатить из-за границы – невозможно.

С.КОРЗУН: То есть, если есть агенты влияния здесь, им можно перевести деньги, и они могут положить деньги на счет.

О.РОМАНОВА: В российских рублях, через российские терминалы и российские банки.

С.КОРЗУН: Отмыть таким образом.

О.РОМАНОВА: Плюс ко всему есть верхняя планка платежа - 15 тысяч рублей. Поэтому даже если проносить их, провозить из-за границы в трусах, все равно много не положишь.

С.КОРЗУН: То есть, вас не волнует вопрос финансирования митингов из-за рубежа?

О.РОМАНОВА: Это невозможно. «Яндекс-кошелек» тем и хорошо, что как ни бейся, а из-заграницы не положишь.

С.КОРЗУН: Много вопросов вам по интернету – довольны результатами? Что понравилось и что не понравилось?

О.РОМАНОВА: Результатов, наверное, быть не могло, и никто никаких результатов не ожидал. Какой может быть результат? Путин застыдится и уйдет?

С.КОРЗУН: После первого митинга был результат: нынешний действующий президент внес, или сказал, что вносит, целый пакет законопроектов. Правда, он сказал, что это не результат митинга.

О.РОМАНОВА: Во-первых, этот пакет будет действовать с 2013 года, - если он вообще будет принят, а что будет в 2013 при нынешнем развитии ситуации, еще бабушка сказала надвое. Во-вторых, этот пакет необходим немедленно, а не с 2013 года, в-третьих, и самых главных - наш президент даже не «хромая утка». «Хромая утка» имеет объявленную ценность все-таки - ее можно, например, съесть. В «хромой утке» много толка. А когда «хромая утка» уже съедена, и раздается урчание желудка, это очень интересно, но ценности не имеет.

С.КОРЗУН: Подождите – будущий премьер, возможный премьер, - если Путин будет избран президентом, Медведев станет премьером – это было заявлено официально. Все-таки премьер-министра трудно назвать «хромой уткой».

О.РОМАНОВА: Давайте вспомним премьером – помните, Фрадков был, могучий премьер. А помните премьера Касьянова?

С.КОРЗУН: И Черномырдина помним.

О.РОМАНОВА: Разные люди Черномырдин – премьерище. Или Кириенко пример, Примаков, или Путин. Понятно, что все 4 года страной правил Путин. Тут как ни крути.

С.КОРЗУН: Вернемся к содержанию митинга - насколько удовлетворены тем, что там говорилось? Силы выступали различные, об этом неоднократно говорили – так и задумывались, или с некоторым нехорошим ощущением давали слово некоторым ораторам?

О.РОМАНОВА: Да, лично у меня было очень нехорошее ощущение, мне было неприятно давать слово разным ораторам, причем, разного толка – как крайне-правого, так и крайне-левого. У меня были лично мои любимцы, я выцыганила любимца среди публики, среди людей, которые реально занимались транспарантами и плакатами – молодые, любимые, 20-плюс, которых я очень хочу в президенты – я их хочу в президенты, всех до одного. По-моему, будет очень мило. И главное, они очень умные - умнее. Вне всякого сомнения тех, кому сколько-то там, и которые сидят сейчас в правительстве, которому ничего не надо. Количество и качество людей, которые пришли на митинг, было фантастическим, потрясающим. А что касается разнообразия выступающих – так это митинг не за выборы какого-то кандидата, не за выбор стратегии развития страны. Этот выбор будет сделан. Видимо, тогда, когда будут удовлетворены требования митингов тем или иным образом. Все люди, которые пришли на митинг, которые выступали с разных трибун – все за честность. То есть, против любых фальсификаций, против того, чтобы их называли бандерлогами, презервативами, - они просто за честность. Мы - за честность. Правые, левые, девушки, мужчины, бабушки – мы за честность, против того, чтобы нас не считали за граждан – мы против, мы граждане. Цель митинга - сказать, что мы граждане, с нами нужно считаться.

С.КОРЗУН: Осуществить давление. Со слов Собчак, которую освистали на митинге – мы за влияние на власть, мы не боремся за власть, аза влияние на власть имущих. Или нет?

О.РОМАНОВА: Там были и зарегистрированные официально кандидаты в президенты - как Явлинский или Прохоров, которые не выступал, но митинге был, - совершенно понятно, что в этом случае мы не можем говорить, что не боремся за власть – кто-то из нас борется.

С.КОРЗУН: То есть, митинг как площадка для объединения всех.

О.РОМАНОВА: Безусловно. Мы не левые, не правые, мы – валенки. В хорошем смысле мы равны друг другу. Сегодня я много общалась со своими прекрасными друзьями, каждый из которых находился в разных точках митинга, и мне рассказывали, что абсолютно адекватная была реакция и у «оранжевого» спектра, у «оранжево-бело-черного» спектра – это были абсолютно нормальные люди.

С.КОРЗУН: В странах европейской демократии бывает так, что крайне-правые вывели на улицы 50 тысяч, через неделю президент объявляет о своем митинге, выводит на улицу 100 тысяч человек, - все понятно, - это способ давления на власть, а власть показывает, что сильнее, больше людей выводит на улицы. Почт все согласны, что второй митинг был многочисленнее, чем первый, и добавили два пункта, что дальше, перерыв до февраля, потому что у нас условия суровые, зима?

О.РОМАНОВА: Во-первых, абсолютно невозможно и не нужно никого агитировать в новогодние праздники. Есть святое, в конце концов. Каждый год, 31 числа, мы с друзьями идем в баню, и это не отменить никому – ни Медведеву, ни Путину, ни оппозиции. Зачем бороться с ветром, с данностью? – это невозможно и не нужно. Есть простые требования митингующих, которые поддерживаются единогласно: отставка Чурова? – да, конечно, - это можно сделать одним росчерком пера, немедленно и прямо сейчас. Перевыборы? - конечно, отмена результатов выборов, иначе очень большая доля российских граждан будет считать эту думу, которая, на минуточку, принимает законы, - нелегитимной. То есть, не будет подчиняться законам. Так нельзя, это нехорошо, - не подчиняться закону. Мы не судьи и не прокуроры - мы должны подчиняться закону, мы его чтим. Немедленное освобождение заведомо неправосудно осужденных, - безусловно, - об этом говорится давно. Конечно, все это требует большой кропотливой работы, большой починки системы, очень серьезной. Но есть вещи, которые можно сделать немедленно, - вот эти вещи нужно сделать немедленно. Вчера, сегодня, завтра – немедленно. А если эти вещи не делаются, а судя по всему, не делаются, - стало быть, все-таки надо говорить, что власть наплевала на граждан и на проблемы, которые гражданам кажутся крайне важными.

С.КОРЗУН: Еще важный пункт – разница митинга на Сахарова и Болотной состояла, как отмечали журналисты и наблюдатели, и даже телеканалы – со смещения акцентов - не Чурова в отставку, а Путина в отставку.

О.РОМАНОВА: Да, «Путина – в отставку» звучало уже отовсюду, было написано едва ли не на каждом плакате. Важно, что митинг почтил минутой памяти Вацлава Гавела, и в самом центре был плакат с портретом Вацлава Гавела, и что самое приятное, после митинга мы с мужем поймали машину, уехали далеко, на Садовое Кольцо греться и съесть борща, и рядом с нами стоял этот плакат – люди туда пришли с этим плакатом за борщом. Это было здорово, мы немедленно перебратались, выяснилось, что это трое молодых симпатичных парней – банкир, журналист и экономист, чудесные молодые парни, - каждого в президенты.

С.КОРЗУН: Будет ли митинг в феврале, состоится ли вообще, будет ли многочисленным? Что должно случиться, чтобы митинговая демократия вошла в обычное русло? Хотя в некоторых странах 50 тысяч выходят на улицы обычно, почти каждый месяц. Нужно ли удовлетворить все требования власти, чтобы организаторы митинга, сказали: все, хватит, наши требования удовлетворены на 60, 80%, - давайте работать на своих местах.

О.РОМАНОВА: безусловно, власть должна удовлетворить все требования, - по крайней мере, можно говорить, пройдет ли следующий митинг, если хотя бы половина требований будет удовлетворена. Плюс ко всему, в субботу вечером истек срок, когда премьер-министр России Путин может оставаться на посту премьер-министра РФ, потому что есть федеральный закон 41 ,о выборах президента РФ, где черным по белому написано, что кандидат в президенты не может совмещать свою кандидатскую деятельность с занятием поста премьер-министра, - он обязан уйти в отпуск. То есть, сейчас Путин нарушает закон. А так как он это делает не в первый раз, потому что уже его «прямая линия» общения с народом была крайне сомнительна с точки зрения именно закона о выборах президента РФ, - к нему уже обращались многие не как к премьеру, а как к кандидату в президенты, - что, безусловно, тоже есть нарушение. А я читаю, что нарушителям закона не место ни в Белом доме, ни в Кремле, - вне всякого сомнения. И чем дольше Путин будет нарушать российские законы, тем, соответственно, с большой вероятностью можно прогнозировать, что российские избиратели будут крайне недовольны таким отношением к конституции и федеральным законам, - что логично. У нас замечательные граждане с повышенным правосознанием – чудесные граждане.

С.КОРЗУН: Мы не очень хорошо знали ранее Ольгу Романову как финансового аналитика, но очень хорошо знали как журналистку, телеведущую, лауреата двух премий ТЭФИ.

О.РОМАНОВА: Самая дорогая для меня премия – премия Гайдара.

С.КОРЗУН: Мы знали и знаем Романову как общественного деятеля в защиту осужденных. Узнаем ли как политического деятеля? Означает ли это как начало вашей политической карьеры?

О.РОМАНОВА: Мне бы не хотелось заниматься политикой. Я не считаю себя к этому ни готовой, ни достойной. Плюс ко всему – я не трус, но я боюсь. С.КОРЗУН: В каком смысле?

О.РОМАНОВА: Не ответственности. Я боюсь того, что это сопровождает. Мне не хотелось бы, чтобы моя мама, мой муж или мои дети читали бы в рамках войны компроматов, что обязательно, какие-нибудь штуки, которые для барышни оказались бы унизительными. Мне этого не хочется. Но это не первое, а двадцать пятое, - в коцне концов, перетерпится. Другое дело, что я в принципе считаю, что следующий президент, следующий крупный политик, тот, который сейчас вызревает на улице или пьет где-нибудь пиво, - я даже примерно знаю несколько мест в Москве. Где собираются такие люди, где он сейчас пьет пиво – это непафосные, молодежные места в Москве, интеллектуальные. Думаю, что этот человек, который сейчас должен выйти на сцену должен сказать: у меня в голове созрело семь вещей, которые должен сделать серьезный политик Я выдвигаюсь в президенты с обещанием твердым, во-первых, уйти максимум через год и не выставлять свою кандидатуру на повторных выборах президента больше никогда. Но за этот год, в течение 45 дней, например, публично пересмотреть итоги выборов, назначить новую дату парламентских выборов, вынести на всенародное обсуждение или референдум новый избирательный закон, провести новые избирательные законы через новый парламент, и быть лично ответственным за отсутствие фальсии4каций – при этом, конечно, назначив новый состав ЦИК. Конечно, объяснить о крайне необходимых реформах в том числе, судебной реформе, о чем мы давно говорим. Заняться неправосудно осужденными, - пересматривать дела. И когда человек это все выполнит, он должен объявить новые президентские выборы и уйти себе спокойно.

С.КОРЗУН: Ой. Вы правда говорите о людях 20-летних, что 20-летинй человек может это сделать? Когда ваш знакомый по институту Прохоров так пролетел со своей партией? – как мальчик.

О.РОМАНОВА: Конечно, нет. Я смотрю на 20-летних с надеждой, что когда им будет 40, они будут идеальными кандидатами, если сохраняться с этим задором и мозгами. Конечно. Нет – это селекция из этих прекрасных мушек-дрозофил вырастет несколько прекрасных, настоящих лидеров в течение лет. Но из них, конечно, а не из нас.

С.КОРЗУН: Несколько реальных фигур – Прохоров имеет шансы стать президентом?

О.РОМАНОВА: Он имеет все шансы стать президентом, но это очень опасно, поскольку если он получит достаточное количество голосов, есть все данные для того, чтобы думать, что он их все отдаст Путину. Мне бы этого не хотелось.

С.КОРЗУН: Явлинский?

О.РОМАНОВА: Явлинский, думаю, кандидат непроходной – хотя бы потому, что сам этого не хочет. Ну, не хочет человек, - ну, не хочет.

С.КОРЗУН: Навальный, если бы выдвинулся?

О.РОМАНОВА: Навальный имел бы очень большой шанс, а хорошо это или плохо, - думаю, об этом стоит поговорить отдельно и долго, - тут не хватит одной минуты, чтобы сказать что-то однозначное. Конечно, он личность харизматичная и очень популярная, которая нуждается, конечно, в серьезном опыте и доводке.

С.КОРЗУН: Пропустим несколько фигур - Зюганов? Не исключено, что если дойдет до второго тура, то состязаться будут Путин и Зюганов.

О.РОМАНОВА: Коммунизм и коммунистическая идея, которую можно назвать розовой, - как это было в Польше, и многие страны Восточной Европы проходили возвращение к социалистам – кем, на самом деле, является Зюганов. Кстати, у коммунистов очень много сейчас внизу растет лидеров очень интересных - выборы в Новосибирске это ясно показывают, - там выиграл совершенно замечательный парень. Но сам Зюганов, конечно, нет. Тем более, что он ровно как и Явлинский, не очень хочет быть президентом.

С.КОРЗУН: В дихотомии Путин-Зюганов за кого проголосовали бы?

О.РОМАНОВА: Собрала бы чемодан.

С.КОРЗУН: Ольга у нас не только Романова, но и «Злобная» - такой псевдоним.

О.РОМАНОВА: да нет, это не я. Я, конечно, недобрая, я злобная.

С.КОРЗУН: А как же история, что выбирали из двух псевдонимов - Ольга Злобная и Мата Хари – это стеб журналистский?

О.РОМАНОВА: Журналистский стеб чистой воды. Я бы с удовольствием под этой историей подписалась, она мне нравится, но ее не было. Я бы с удовольствием ее выдумала и вам рассказала, или расписалась бы под уж существующей. Это шикарная история, здорово рассказанная. Но не моя. Я бы ее с удовольствием взяла себе.

С.КОРЗУН: Но ваши комментарии всегда были если не злобные, то сердитые и жесткие. Со временем добрее стали, белой пушистой?

О.РОМАНОВА: Абсолютно.

С.КОРЗУН: Еще одна легенда - о том, что вы расставались со своими бывшими мужьями, потому что они плохо играли в преферанс, что для вас преферанс?

О.РОМАНОВА: Это шутка уже моего авторства, но шутка. Действительно, первый брак был студенческий, второй не считается, но я хотела бы, чтобы это когда-нибудь это вылезло, и сказали – а, есть еще муж, которого Романова скрывает, - это был фиктивный брак из-за отъезда? – ну, что уж, все печати надо считать.

С.КОРЗУН: И все-таки – преферанс, или политика, - что интереснее?

О.РОМАНОВА: Безусловно, преферанс – что говорить? Там считать надо, думать, просчитывать соперника. А политика гораздо более примитивное дело, и удовольствия от нее, мне кажется, гораздо меньше.

С.КОРЗУН: Спасибо огромное за то, что пришли и отвечали на наши вопросы. Всего доброго.