Читая книгу - 2012-11-25
25.11.2012
Евангелие от Луки, из главы 10.
ОТЕЦ М. КОЗЛОВ: Притча о милосердном самарянине, дорогие радиослушатели, наверняка относится к числу тех евангельских текстов, которые знает большинство из вас. Есть даже общество в Западном мире милосердных самарян, которые занимаются разного рода филантропической социальной деятельностью. И часто бывает так, что этот сюжет при понимании его правильности вызывает у нас легкую такую зевоту: да, конечно, все хорошо, но можно больше не сегодня? В этой связи я бы хотел сказать только о двух аспектах, связанных с сегодняшним евангельским рассказом. Первый, от которого никогда нельзя уйти, а в наше время в особенности. Христос в ответ на вопрос о том, кто является ближним человеку, кто мне может быть ближним, в качестве примера такового настоящего ближнего, человека, который сумел деятельно милосердной любовью послужить другому, описывает религиозного и этнического врага. Ибо самаряне по отношению к иудеям были религиозными и этническими врагами. И тем более неприятными, что когда-то, до разделения иудейского израильского царства, верили в одного Бога и когда-то происходили из одного этнического корня. Известно, что то, что происходит с ближайшими соседями, волнует нас куда как больше и раздражает куда как больше, чем то, что происходит на другом конце планеты. И вот именно такой человек, а не священник, не церковнослужитель, не какой-либо правоверный иудей представлен примером настоящей меры отношения к врагу в том числе, да просто к любому человеку, попавшему в беду. Второе, о чем мы скажем в связи с сегодняшней притчей, состоит в том, что единственный ответ на вопрос, кто является для меня ближним, может быть дан только такой, какой он в этом рассказе. Я могу оказаться ближним другим людям. Нельзя идти путем отсечения одних, вторых, третьих, десятых из категории ближних, нужно идти путем обретения ближних через то, что я для этих людей сделаю. И другого ответа Христос верующим в него не предлагает. А о том, что при этом не скучная добродетель отчетов о социальной работе или филантропической деятельности, есть множество примеров в церковной жизни и в истории Христианской Церкви. Я вам расскажу только один, связанный с тем, что в сегодняшний день как раз совершается память святого, при котором была написана книга под названием «Луг духовный», творение Иоанна Мосха. И в этой книге «Луг духовный» есть рассказ о некоем александрийском патриархе, которого звали Аполлинарий. Это было много-много веков назад, там, в шестом столетии от Рождества Христова. Аполлинарий узнает, что некогда преуспевающий, богатый, в соответствующем социальном статусе находящийся молодой человек, сын благочестивых родителей сенаторского сословия, в силу разного рода несчастных обстоятельств, обеднел, почти обнищал. У него есть семья, дети, он вынужден перебиваться теперь случайной поденной работой. Не то что концы с концами едва сводит, но почти не находит пропитания. Рассказывается, что святой Аполлинарий, проходя по улицам Александрии, несколько раз видел этого молодого человека, и сердце его сжималось от жалости. Как у нас, бывает, сжимается, когда мы видим всякого рода несправедливости этой жизни. Но, в отличие от большинства из нас, у Аполлинария затем последовало действие. Он позвал казначея александрийской патриархии и сказал ему: «Обещаешь ли мне, что никому не расскажешь то, о чем я тебя сейчас попрошу?» Тот пообещал, хотя, как мы понимаем из книги, не вполне сдержал свое обещание. «А тогда, - он сказал, - вот что сделай: напиши расписку о том, что будто бы я взял 50 номизм (это деньги очень большие по тогдашнему времени, почти что состояние) у отца этого юноши, Макария, 10 лет назад. Я распишусь о том, что я эти деньги должен». Казначей послушался своего патриарха. Тот берет расписку, смотрит на нее, говорит: «Знаешь что? Мы тут пишем, что это было 10 лет назад, а бумага совсем новая. Положи ее в мешок с пшеницей, как следует походи по нему, пусть день-другой она в этом мешке полежит. Тогда подойдет». Через два дня они возвращаются к этому разговору. Патриарх Аполлинарий смотрит на бумагу, говорит: «Хорошая, теперь подходит. А теперь сделай вот что: возьми эту бумаги, пойди к тому молодому человеку, сыну этого Макария покойного, и скажи ему, что ты за вот такую-то сумму денег можешь дать ему бумагу, которая выручит его из всех его бед. Но только ни в коем случае не говори, что отдашь ее задаром, и делай вид, что ты это делаешь не вполне охотно». Казначей идет к молодому человек, делает примерно так, как ему повелел патриарх. Тот говорит: «У меня нет никаких денег, я тебе ничего не могу дать». «Но, - говорит, - тогда, когда с помощью этой бумаги ты разбогатеешь, ты мне обязательно вернешь. А сейчас напиши расписку, что ты мне потом дашь эти деньги». Отдает ему эту фальшивую расписку. Обрадованный юноша бежит в патриархию. Патриарх Аполлинарий делает вид, что он крайне недоволен и не верит. Говорит: «Ну, что это за бумага? А почему ты не приходил на протяжении десяти лет? Я не помню, чтобы я такую расписку давал». Тот бледнеет, краснеет, от надежды впадает опять в отчаяние, начинает просить уже сколько-то. А патриарх будто бы неохотно соглашается. «Ну, вот оставь мне, я неделю подумаю, приходи через неделю». Через неделю опять имеет вид как бы не склонный соглашаться, долго-долго заставляет себя уговаривать, потом говорит: «Но только ты со Святой Церкви не бери проценты, которые накопились за эти 10 лет». И выдает эти 50 номизм, очень большие деньги, молодому человеку. И, как говорится в этом рассказе Иоанна Мосха, между тем, как Бог помог молодому человеку через милосердие святого мужа, что он поднялся из столь бедственного состояния и не только вернул все прежнее, но и превзошел и родителей своих и богатством, и капиталами, вместе с тем все это принесло ему и великую духовную пользу. Вот какая дивная может быть добродетель, не скучная, не пресная и не мещанская, настоящее милосердие, если видеть другого человека и постараться ему оказаться ближним так, как ему много веков назад оказался ближним александрийский патриарх Аполлинарий.Сегодняшнее Евангелие было прочитано Дарьей Куликовой.