Сергей Юрский - Книжное казино - 2005-10-16
К. ЛАРИНА – Вновь у микрофона Ксения Ларина, опять же, не одна, а вместе со мной Майя Пешкова, Майя, еще раз добрый день.
М. ПЕШКОВА – Добрый день, здравствуйте.
К. ЛАРИНА – И мы начинаем наше «Книжное казино», по традиции, в это время, и у нас в студии Сергей Юрский. Сергей Юрьевич, здравствуйте.
С. ЮРСКИЙ – Здравствуйте, привет.
К. ЛАРИНА – Наш любимый гость, постоянный завсегдатай «Книжного казино».
С. ЮРСКИЙ – Я просто ваш сосед.
К. ЛАРИНА – Сергей Юрьевич, конечно же, с книжками пришел, вернее, он пришел, а книжки здесь уже лежат, и книжки мы сегодня будем раздавать, это книги, которые вышли в издательстве «Вагриус», целая серия, которую можно назвать серией Юрского, наверное, так это будет правильно, Сергей Юрьевич?
С. ЮРСКИЙ – Так и есть, да.
К. ЛАРИНА – Потому что никакого другого названия у нее нет, кроме как их объединяет фамилия, эти книги. Давайте мы назовем эти книги, «Спотыкач», «Домашние радости», «Кого люблю, того здесь нет» и книга, которая называется «Все время жара», в отличие от прогноза, который нам дал информационник в «Метеоскопе», у Сергея Юрского все время жара.
С. ЮРСКИЙ – Которую, видимо, расхватали, она очень важная, «Попытка думать».
К. ЛАРИНА – «Попытка думать».
С. ЮРСКИЙ – Да, эти пять книг, вышедшие за два года, 2003, 2004, составляют попытку диалога с читателем, чтобы он откликнулся на прямой разговор автора, потому что я здесь и автор предисловий, которые соединяют книжки друг с другом, и автор этих разных жанров, в котором, как в разговоре, хочется перейти от шуток к серьезу, от пафоса к иронии. Они все разного жанра.
К. ЛАРИНА – Давайте мы сделаем таким образом, построим нашу программу, конечно, хочется сказать какие-то важные вещи информативные, которые относятся к нашему сегодняшнему гостю, т.е. куда-то людей позвать, пригласить, чтобы мы узнали, что вы сейчас репетируете, что у вас на выпуске, где вы появитесь в ближайшее время, это мы все сделаем. Это фактура называется, да? Конечно же, надо успеть пофилософствовать, мы обязаны просто это сделать, Сергей Юрьевич.
С. ЮРСКИЙ – Без этого какая же беседа, информация.
К. ЛАРИНА – Конечно.
С. ЮРСКИЙ – Все время все говорят, век информации, информация, мне ее так хватает, что мне не нужно ни Интернета, ничего, слишком много. А пофилософстовать, без этого как же, конечно.
К. ЛАРИНА – И третье, вернее, это должно было быть первым, прошу прощения у наших слушателей, конечно же, подарить книги с автографом автора. Поэтому, уважаемые друзья, вы можете начинать свою работу ума уже сейчас на наш эфирный пейджер. Вы можете задавать вопросы Сергею Юрскому, мы вас не ограничиваем в темах, все, что вы хотите узнать, все, что ва интересует, пожалуйста, мы готовы ваши вопросы Сергею Юрьевичу передать здесь же, в прямом эфире, только, пожалуйста, оставляйте свои контактные телефоны, чтобы мы могли потом вам позвонить и вручить вам книгу с автографом Сергея Юрского. А теперь давайте начнем. Во-первых, наверное, стоит сказать о вечерах чтецких, которые в ближайшее время планируются, пожалуйста, это редкое искусство пока еще, которое как бы второе рождение переживает. Но пока еще осторожно.
С. ЮРСКИЙ – Оно редкое уже еще.
К. ЛАРИНА – Уже еще?
С. ЮРСКИЙ – Да.
М. ПЕШКОВА – Сергей Юрьевич, а почему вы считаете, что оно редко, ведь, согласитесь, Гумилев не зря назвал свою студию «Звучащей раковиной», звучащее слово всегда аккомпанировало поэзии, всегда поэзия была звучащим делом.
С. ЮРСКИЙ – Майечка, очень многие понятия изменились и вкусы изменились, а самое главное, что нас ведет, мода изменилась, и после этого склонения разные, ведь драматический театр тоже в те времена, когда Гумилев говорил о звучащем слове, драматический театр говорил о силе слова, диалога, а сейчас это большая редкость, драматический театр видоизменился. Звучащее слово, которое звучало еще в период литературного голода, голода в книгах, сейчас, когда книг перепроизводство, во всяком случае, все, что ты вообще хочешь купить, даже то, что не написано, в общем, при некоторых средствах ты можешь заказать.
К. ЛАРИНА – И тебе напишут.
С. ЮРСКИЙ – И тебе напишут. И минут, не минут, это уж я шучу, а так без шуток, через месяц тебе напишут, и тот автор, которого ты хочешь, и то, что ты хочешь, чтобы он тебе написал, и с тем финалом, который ты закажешь. Так что мы перешли в совсем другую конструкцию.
К. ЛАРИНА – Кстати, у нас была когда-то «Молодая гвардия», и они у нас заявили впервые о том, что решили расширить серию ЖЗЛ и начать выпускать книги о ныне живущих замечательных людях.
С. ЮРСКИЙ – Тогда я вам скажу, что я один из этих людей, так что я в курсе.
К. ЛАРИНА – Про вас книгу пишут?
С. ЮРСКИЙ – Да, собираются.
К. ЛАРИНА – Серьезно? Нет, я просто им предложила поставить это на коммерческую основу.
С. ЮРСКИЙ – Они поставят это на коммерческую основу.
К. ЛАРИНА – Вы заплатили за это?
С. ЮРСКИЙ – Я заплатил? Нет, это нет, но и мне заплатят, поэтому да, мы находимся во внекоммерческих отношениях.
К. ЛАРИНА – Но это слава богу, потому что, на самом деле, любой человек может стать замечательным человеком, заказать биографию.
С. ЮРСКИЙ – Конечно, мало того, я бы это развивал дальше, и скажем, что определить цену, по которой про данного человека не будут писать книгу. Цена должна быть больше, чем за то, что если про него напишут, по-моему, это дало бы новые совершенно возможности взаимоотношения людей.
К. ЛАРИНА – Подождите, давайте вернемся к красивому майиному вопросу, романтическому, про «Звучащую раковину».
С. ЮРСКИЙ – «Звучащая раковина», что же, она звучит, могу сказать, что мы когда-то в этой студии 2 года назад обсуждали, и я говорил, с какими трудами я добиваюсь того, чтобы вернуться на сцену, большую сцену зала Чайковского. Тот концерт состоялся, был записан и был показан по телевидению каналом «Культура», и мне кажется, что эта съемка удалась, и те, кто его смотрели, они могли получить и представление, все то, что я хотел бы выразить, было выражено и съемкой этой очень сильной группы, которая делала этот фильм.
К. ЛАРИНА – Но повторить подвиг этот вы хотите?
С. ЮРСКИЙ – Я вынужден его повторить, потому что все-таки в этом году впервые за много лет полный чтецкий абонемент в зале Чайковского. И несколько чтецов взялись участвовать в этом деле, Миша Козаков в этом месяце, я в следующем месяце, 13-го числа, Антонина Кузнецова, Василий Лановой и, по-моему, Саша Филиппенко. Во всяком случае, само появление чтецкого абонемента, оно очень меня радует, хотя, честно говоря, это очень тяжело в моем возрасте выступать, скажем, в зале Чайковского. И если бы просто не ответственность, что уж раз ты это затеял, так ты эту тяни лямку, я, может быть, бы и сказал – ой, ребята, пусть кто-нибудь другой теперь. Я уже свои концерты дал и я двинул этот паровоз слегка, а вы включайте пары и идите дальше сами. Но так получается, что серия концертов будет, мои ближайшие концерты для интересующихся, разного содержания, это Дом музыки, концерт под названием «Пушкин и другие», 2 ноября, зал Чайковского – под названием «Жест», зал Чайковского, 13 ноября, дальше г. Гаага, 26 ноября, это тоже будет жест.
К. ЛАРИНА – Чтецкий?
С. ЮРСКИЙ – Да.
К. ЛАРИНА – А для кого?
С. ЮРСКИЙ – Чтецкий, для гаагцев.
К. ЛАРИНА – Для русскоязычных?
С. ЮРСКИЙ – Я не думаю, что это для международного трибунала, это я думаю, что, скорее, для, видимо, русскоязычных, да.
К. ЛАРИНА – А что в «Жесте» будет собрано, там ваши тексты?
С. ЮРСКИЙ – Нет, это собрание разных авторов, 10 авторов. Это свободная программа, как и программа «Пушкин и другие». И наконец, потом Вильнюс, там будет два концерта, там будет концерт «Домашние радости», это уже начало декабря.
К. ЛАРИНА – Ваше?
С. ЮРСКИЙ – Вот ближайшие концерты, с которыми попробуем обратиться к зрителям. Не могу не сказать, что 30 сентября был сделан концерт в Доме музыки, посвященный юбилею Есенина. И я впервые, через 20 лет, вернулся к Есенину, именно пользуясь его юбилеем. Я считаю, что я уже стар говорить словами столь лично говорящего 30-летнего человека. Есенин умер в 30, напомню вам, в 30. Но когда юбилей, когда это поминание и когда это в сочетании с романсами, которые пел очень хорошо Александр Подболотов, с очень хорошим балетом «Московия», который в память об Айседоре Дункан дал несколько композиций танцевальных, в том числе и босоногих, вся «Анна Снегина», которую я читал по главам, они входили вовнутрь этого дела и несколько стихотворений, этот концерт почти 2-часовой показал мне, что Есенин даже в сегодняшнем рок-наполнении нашего воздуха, в общем, радио, автомобили, все-все звучит, в конце концов, либо попсой, либо роком, в основном, в крайнем случае.
К. ЛАРИНА – Шансон еще есть блатной.
С. ЮРСКИЙ – В крайнем случае, звучит популярная классика, и голос Есенина, просто человеческий голос, он мог бы быть не слышен. Я не знаю, услышан ли он зрителями, которые собрались и был полный зал, но я чувствовал, что он резонирует со временем, несмотря ни на что.
К. ЛАРИНА – А вы знаете, Сергей Юрьевич, простите, что я вас перебила, уж коли мы вспомнили про Есенина, как раз Есенин сегодня – очень популярная фигура именно такой кабацкой аудитории, они по-прежнему.
С. ЮРСКИЙ – Вы из чего заключаете, из романсов?
К. ЛАРИНА – Засовывают, да, они так романсы превратили в такой блатной шансон.
С. ЮРСКИЙ – Романсы, так и Мандельштам превращен в шансон, и Пастернак превращен в шансон. Это все превращено в шансон, конечно, но это все превращения, о которых мы с Майей только что говорили, все превращается одно в одно. Я не думаю, что нам нужно останавливаться только на этой теме, мы не так часто видимся.
К. ЛАРИНА – Подождите, про Есенина просто мне интересно.
С. ЮРСКИЙ – А про Пушкина мы вернемся и я вам прочту несколько строк Пушкина, потом-потом.
К. ЛАРИНА – Хорошо.
С. ЮРСКИЙ – Не забудем, которые просто, я думаю, что срезонируют даже по радио, даже для случайно включивших в данный момент и отвлекшихся от своих дел этим радио «Эхо Москвы», которое обычно у многих включено навсегда, но человек же ходит из комнаты в комнату, выходит в кухню. Этот Пушкин зацепит отчасти каждого, кто живет не только производственной жизнью.
К. ЛАРИНА – Прочтите сейчас, а то как-то глупо.
С. ЮРСКИЙ – Нет-нет, а то так, нет, мы сейчас поговорим-поговорим, а потом вспомним и скажем – слушай, а что на эту тему говорил Пушкин?
К. ЛАРИНА – Вчера, кстати, Олег Павлович Табаков вспомнил пушкинские строчки очень важные.
С. ЮРСКИЙ – А как же, на юбилее, да.
К. ЛАРИНА – Да, Майя, ты хотела?
М. ПЕШКОВА – Да, я хотела спросить, я хочу вернуться к 2005 г., к пятому номеру журнала «Знамя», там ваша большая публикация «Вокруг Пушкина», Пушкин как некое послесловие той самой Ленинградской жизни, которая была до Москвы, до 79 г., до времени вашего переезда. И комсомол, который играл тогда решающую роль.
С. ЮРСКИЙ – А, это старая публикация, несколько лет назад.
М. ПЕШКОВА – Старая публикация, да, скажите пожалуйста, это хождение с Пушкиным вместе, мемуары и Пушкин, они рядом, они существуют.
С. ЮРСКИЙ – Это же комедия, это то, что называется голос Пушкина.
М. ПЕШКОВА – Голос Пушкина, да.
С. ЮРСКИЙ – Это вошло в эти книжки, это входит в книжку «Все время жара», повесть «Голос Пушкина», это комедия 60-гг., она называется «Апология 60-х», и действительно, сейчас 60-е выглядят такими милыми-милыми, но это, кроме всего, и сатира на 60-е. И голос Пушкина звучит как опровержение нашего такого поклонения Пушкину, в котором много скрытого глубокого равнодушия. Это надо признать.
М. ПЕШКОВА – И я хочу напомнить нашим слушателям о том, что вышла удивительная книга во Пскове, и к этой книге, я имею в виду там, где приложен ваш CD, вы читаете «Графа Нулина», замечательные тексты и само исполнение книги как некое художественное произведение. И вдруг узнаю, что редактор, составитель этой книги работает нынче в Москве и приходил вместе с «Молодой гвардией» к нам на передачу.
С. ЮРСКИЙ – Совершенно правильно, Сергей Александрович Беговчий, да.
К. ЛАРИНА – Ждем от него новых потрясений, потому что та книга, о которой Майя вспомнила, это какое-то чудо, «Граф Нулин».
С. ЮРСКИЙ – Дождетесь-дождетесь, он человек непредсказуемый.
К. ЛАРИНА – К нам пришли новости, мы сейчас сделаем небольшую паузу, потом возвращаемся в программу, я смотрю на вопросы, которые приходят, сейчас постараюсь выбрать что-нибудь самое интересное и Сергею Юрьевичу переадресовать.
НОВОСТИ
К. ЛАРИНА – Напомним, что сегодня у нас в «Книжном казино» Сергей Юрский, мы приступаем к вашим вопросам, а Сергей Юрьевич будет на них отвечать, напомню, что за каждый вопрос мы, конечно же, дарим вам книги с автографом Сергея Юрьевича Юрского. И пользуясь случаем, нечасто хвалим мы наших слушателей, в основном, мы с ними ругаемся, благодарность вам, уважаемые слушатели, вопросы хорошие прислали и по Интернету, и на пейджер за время нашей передачи, просто душа радуется. Нестыдно, короче говоря, перед великими людьми. Ну что же, давайте вот с чего начнем, уважаемый Сергей Юрьевич, кем вы себя ощущаете, москвичом или петербуржцем, спрашивает Фаина из Санкт-Петербурга.
С. ЮРСКИЙ – Если Фаина из Санкт-Петербурга, то я себя ощущаю петербуржцем.
К. ЛАРИНА – Кстати, очень много вопросов или, вернее, пожеланий от петербуржцев, приехать и почитать к ним, вы там не собираетесь никуда приехать?
С. ЮРСКИЙ – В этом году нет, я там сейчас снимаюсь, поэтому не могу выступать. Но в прошлом году давал концерт, все эти годы по одному концерту в зале у Финляндского вокзала я обязательно давал.
К. ЛАРИНА – Сергей Юрьевич, будьте любезны, какова, на ваш взгляд, причина разгула национализма в настоящее время, имея в виду убийство в Воронеже, нападения на мусульман в Сергиевом Посаде, попытка срыва концерта хора Турецкого в Курске, спрашивает Георгий.
С. ЮРСКИЙ – Причина, одна из причин ужасная, это кризис собственного сознания, оно испорчено многими обстоятельствами. Наверное, бедностью, наверное, безработицей, наверное, самодовольством, наверное, завистью, многими обстоятельствами. Есть здесь и совершенно объективные вещи, такие, как терроризм, который легче всего персонифицировать и сказать, что виноваты люди, внешне похожие на тех, кто был террористами, вместо того, чтобы подумать, да что же это такие за люди, террористы, страшные, которые, как мы замечаем, готовы рисковать собственной жизнью, а матери готовы рисковать жизнью собственных детей, что же это за люди такие? И готовы ли те, кто проявляет эту ксенофобию и убивают людей, не похожих на них внешне или говорящих не на том языке, готовы ли они пожертвовать своей жизнью или жизнью своих детей? Готовы ли они противопоставить что-нибудь этому кроме того, чтобы 20 человек нападать в темноте на одного и убивать его? Это чудовищное преступление. И одно из самых чудовищных для меня явлений было, когда я увидел, что в Воронеже вместо того, чтобы все студенты города пришли хоронить убитого, а, может быть, и все население города вышло бы на демонстрацию сказать – сегодня мы хороним, мы виноваты, мы все, воронежцы, мы все виноваты в том, что в нашем городе такое случилось, и мы поймаем и накажем, что у нас такие люди есть, которые это совершили. Вместо этого не допустили даже знакомых его, а допустили только близких людей, чтобы не было волнений. Волнения должны были быть, не волнения государственного толка, где ходят с арматурой железной, а волнения сердца, которые бы заставили запрудить всю площадь вокруг университета и сказать – это чудовищно, и мы это знаем и чувствуем. В этом акте я видел тоже ксенофобию.
К. ЛАРИНА – Это можно в какой-то мере назвать люмпенизацией, все, что происходит сегодня с обществом?
С. ЮРСКИЙ – У меня другое слово, тоже не ахти далеко ушедшее, варваризация, это варварство.
К. ЛАРИНА – Очень уважаю Сергея Юрского, поэта, актера, человека, сможем ли мы в ближайшее время увидеть вашу талантливую семью в одном театральном проекте, спрашивает Марина.
С. ЮРСКИЙ – В одном талантливом проекте увидеть нельзя, потому что все врозь, они работают в одном театре и в одних спектаклях, я работаю в другом театре и в других спектаклях.
К. ЛАРИНА – Но «Провокация» идет?
С. ЮРСКИЙ – «Провокация» пойдет.
К. ЛАРИНА – Там все, пожалуйста.
С. ЮРСКИЙ – В ноябре и в декабре пойдет, но это спектакль, которому уже 5 лет. Да, он пойдет-пойдет, если мы казино и мы должны обозначать, первый спектакль после большого перерыва будет 8 ноября, 8, 14 ноября идет «Провокация» в театре «Школа современной пьесы».
К. ЛАРИНА – Удалось ли вам за время, за это время посмотреть спектакль «Лес» в постановке Кирилла Серебренникова и спектакль «Господа Головлевы», очень хотелось бы услышать ваше мнение, Геннадий. Это, мне кажется, с удовольствием послушаем.
С. ЮРСКИЙ – Да, удалось, «Лес» мне удалось посмотреть, потому что артистка Тенякова достала мне место на этот спектакль, на который попасть трудно, а она там играет главную роль. И она меня устроила. И я его смотрел. Но это уже было год назад, это успешная очень премьера, где весьма ярко проявлен режиссер Кирилл Серебренников. У меня есть к нему спорные разговоры хотя бы потому, что я просто эту пьесу играл и наизусть знаю, и есть расхождения некоторые. Хотя это яркое очень явление, я очень рад за Тенякову, что она играет в этом спектакле и столь успешно. «Господа Головлевы» – это совсем новый спектакль, который я видел только что, буквально неделю назад. Мне он очень нравится. Мне кажется, что этот автор оказался Кириллу Серебренникову ближе, чем Островский и чем Горький в «Мещанах». И кроме того, просто он растет, это очень талантливый режиссер, очень сильный человек, который каждый раз во всех своих произведениях, я их много видел, умеет труппу, всех актеров заставить вдохновенно работать, со всех сил. Это и в «Голой пионерке», это и в спектаклях, которые мне куда меньше нравились, скажем, «Терроризм», но всегда все актеры на абсолютном пределе отдачи. И видно, что он их увлек. А что касается «Господ Головлевых», сложнейшего и трудного в смотрении спектакля, но он мне очень нравится, это очень сильная версия, вдохновленная, действительно, автором Салтыковым-Щедриным. И Миронов в роли Головлева, и Покровская в роли мамаши, и все актеры, и Добровольская в роли племянницы, и все актеры, их очень много там, просто сейчас не буду всех перечислять, в этом длинном и непросто разглядываемом спектакле, они проявляют свою солидарность с режиссером, а режиссеру есть, что сказать. Мне нравится этот спектакль.
К. ЛАРИНА – Уважаемый Сергей Юрьевич, есть ли в ваших программах произведения Бродского, если есть, то чем они для вас интересны, почему именно их вы отобрали, спрашивает Инна из Санкт-Петербурга.
С. ЮРСКИЙ – Инна, сейчас на квартире Бродского, где он когда-то жил, это дом Мурузи, это угол Литейного и Пестеля, около Преображенского храма, в этой квартире художником Мариной Азизян обставлена абсолютно дышащая реальностью обстановка, в которой жил Иосиф. И там идут съемки фильма, который называется «Полторы комнаты и окрестности».
К. ЛАРИНА – Художественного фильма?
С. ЮРСКИЙ – Художественный фильм режиссера Хржановского. Автор сценария – Арабов и Хржановский участвовал в этом. Я играю отца Иосифа, Александра Ивановича Бродского, а маму, мою жену, играет Алиса Фрейндлих, сейчас эти съемки и идут. И судя просто по тому, сколько людей, очень таких больших, значимых людей мешают нам снимать картину, приходят, чтобы почитать стихи Бродского, чтобы вообще поклониться этим комнатам, которые давно не его комнаты, в которых только восстановлена хорошим художником обстановка, просто поглазеть, посмотреть, подышать и все, показывает всю значимость этого необыкновенно интересного, сложного, противоречивого и, наверное, гениально одаренного лауреата Нобелевской премии Иосифа Александровича. Я его ценю с момента нашего первого знакомства тогда, в 60-е гг., исполняю его уже тоже довольно много лет, а чем привлекает, я бы сказал, что я ведь читаю не стихи, я читаю произведения, которые можно было назвать либо монологами, либо драмами, т.е. я разыгрываю произведения. В этом смысле Пушкин мне очень близок, потому что у него это изумительный театр или монологи самого автора. Так вот, Бродский, совершенно вроде бы другой, но это тоже потрясающие монологи. Иногда это и пьесы, где, наоборот, автор исчезает, а, скажем, театральное произведение, которое я в этих концертах буду показывать, странная такая поэма, посвященная мне в виде театральных диалогов. Но чаще всего это монологи, во всех случаях театр, и то, и другое. Это не просто лирика, стихи, описания, этого нет. Это драмы. Поэтому мне он близок, прежде всего, этим, а уж мера таланта и мера его глубины и серьезность его зацепленных им тем и небывалый подъем в постижении грани жизни и смерти, именно это он изумительно развил и ощутил и дал новую струю раздумий на эту тему в русской поэзии. Это все, я думаю, оценит любой из читающих или слушающих его произведения.
К. ЛАРИНА – Должен ли художник заботиться о славе и как это сочетается с творчеством, спрашивает Татьяна.
С. ЮРСКИЙ – Все зависит от школы, нас учили, что художник не должен заботиться о славе. А слава, луч ее случайный неуловим, это слова Пушкина, которые произносит Фауст в его сцене, с Фаустом. Луч ее случайный неуловим, и это очень правильно Пушкин говорит, потому что тот, кто ловит славу, чаще всего либо ее не ухватывает, либо потом понимает, что в настоящее время, уже не в пушкинское, а в наше, уловить ее можно одним способом, купить. А чтобы купить, нужны средства, а средства дает, что называется словом раскрутка, и славу можно раскрутить.
К. ЛАРИНА – Есть целые аллеи слава.
С. ЮРСКИЙ – Если кому нужна такая слава, то пусть он за ней идет, встает в небольшую очередь и готовит бабки.
К. ЛАРИНА – Дорогой Сергей Юрьевич, вас приветствует ваша старая поклонница, которая смотрела все ваши спектакли в БДТ, слушала вас во всех концертных залах, где вы выступали, в том числе и в театре «Балтийский дом» в прошлом году. Что вы читаете из прозы для себя, а не для аудитории, спрашивает Галина Александровна, опять же, из г. Санкт-Петербурга.
С. ЮРСКИЙ – Т.е. что я читаю как книжки, что ли?
К. ЛАРИНА – Как читатель, да.
С. ЮРСКИЙ – Я очень много читаю разного. И я бы не стал сейчас все эти перечни делать, но сейчас две книжки в моем изголовье, в моих путешествиях я их не могу взять, потому что они тяжелые обе, но они очень хороши, это книжка Николая Чуковского, мемуарная книжка, которую я прочел, а потом почему-то захотел снова посмотрел. А теперь просто увлекся этим человеком, которого я не знал, знал, что он сын Корнея Чуковского, но это сближение с ним для меня оказалось в последнее время повеянным таким теплом и такой естественностью и отражением вещей, которые я знал вроде, но с совершенно новой стороны. И людей, которых он описывает, в 20-х, 30-х, 40-х, 50-х, 60-х гг., его переписка с отцом, взаимоотношения с отцом, его взаимоотношения с собственной славой, кстати, и с собственным талантом весьма непростые. Он не стал великим человеком, но это замечательная книжка. Вторая книжка – это человек, который меня весьма интересует, один из авторов, которых я исполняю, это Дима Быков, который от меня исчез, о чем я ему сообщаю по радио, впрочем, он никогда ничего, по-моему, не слушает, он все это догадывается или говорит сам по радио и по телевидению. Но то, что он успел во всех своих делах публичных написать тысячу страниц о Пастернаке.
К. ЛАРИНА – В ЖЗЛ, да?
С. ЮРСКИЙ – Книгу в ЖЗЛ «Пастернак», это очень сильная, по-моему, книга, я нахожусь в процессе чтения, потому что я медленнее читаю, чем он пишет. И это очень интересная книжка.
К. ЛАРИНА – Как вам кажется, ваш спектакль и ваш Сталин поняты, восприняты, спрашивает Дима. Я в скобках замечу, что речь идет о спектакле «Вечерний звон», который идет на сцене театра «Школа современной пьесы».
С. ЮРСКИЙ – Да, Дима, спасибо за вопрос. Отвечаю отрицательно, не понят и не воспринят. Когда сошла волна премьерная и волна моего юбилея, я убедился, что этот естественный обмен веществ мне весьма недостаточен. Разочаровался ли я в спектакле, нет, нисколько. Я немножко разочаровался в моих отношениях со зрителем или с тем зрителем, который теперь ходит в театр «Школа современной пьесы». Не могу определить, вообще ли со зрителем, думаю, что не вообще со зрителем. А такая ситуация.
К. ЛАРИНА – А в чем дело, почему вы друг друга не поняли со зрителем?
С. ЮРСКИЙ – Я много раз не был понят или сам многого не понимал. Я, вообще говоря, не из тех, кто легко живет в объятьях общества.
К. ЛАРИНА – Это понятно.
С. ЮРСКИЙ – Что поделаешь, да.
К. ЛАРИНА – Но пытались исследовать именно эту конкретную ситуацию, в чем тут дело?
С. ЮРСКИЙ – А мы ее исследуем таким образом, мы сейчас, через несколько дней поедем в г. Кишинев, где в академическом театре национальном сыграем четыре раза подряд этот спектакль. Это будет такое, крупная акция будет в честь автора пьесы, в честь Иона Друци, мы вместе с ним полетим и поедем на поезде и на самолетах, сыграем четырежды в этом большом зале, как уже играли в Петербурге. И попробуем поговорить уже с несколько другим зрителем на эту же тему. Захочет ли он обсуждать тему, которая меня необыкновенно волнует и продолжает волновать? Личность и власть, что делает личность с властью и что делает власть с личностью, сталинизм и Сталин, разные вещи, Сталин жил, родился, прожил жизнь, которую можно обсуждать и можно его клеймить, а можно его вспоминать, это сейчас большие споры идут, но Сталин, так или иначе, умер. А сталинизм умер ли в нас, это для меня животрепещущая проблема, и я бы хотел заразить этой проблемой сегодняшних зрителей, москвичей. Хотят ли они этого, пока не очень замечаю. Но однако надежд не теряю, потому что этот спектакль зовут во Владивосток, зовут в Норильск, те, кто его смотрели, и те, кто хотят и знают, что там придут зрители. Неужели Москва так расходится с другими городами или со всей страной?
К. ЛАРИНА – А я хочу напомнить, что еще в «Современнике» на малой сцене Игорь Кваша свою версию.
С. ЮРСКИЙ – Разумеется, я это видел.
К. ЛАРИНА – Видели?
С. ЮРСКИЙ – Да.
К. ЛАРИНА – Вы как-то обменивались с ним впечатлениями?
С. ЮРСКИЙ – Обменивались. Не столько обменивались, сколько он приходил ко мне, а я был на спектакле у него.
К. ЛАРИНА – Что там зал, как?
С. ЮРСКИЙ – Мне не очень нравится та пьеса, не очень нравится, но мне очень понравился истинно современниковский стиль и уровень игры Игоря. И еще несколько актеров там, которые мне очень понравились. Портного, я забыл, как фамилия актера, который играет замечательно просто, диалоги их просто великолепны. И притом, что к пьесе у меня есть претензии, но я не буду сейчас уходить в театроведение, тем более критиковать коллег, другое время для этого нужно, а Игорь вызвал у меня чувство очень большого восхищения. Мне кажется, что он в прекрасной актерской форме, и он совершенно иначе, там совсем другие задачи поставлены, там спектакль, скорее, у нас спектакль аналитический, а там критический, это другое совсем.
К. ЛАРИНА – Спектакль называется «Полет черной ласточки».
С. ЮРСКИЙ – Да, «Полет черной ласточки», но я, разумеется, видел этот спектакль и работу Игоря Кваши считаю очень серьезной.
К. ЛАРИНА – Наверное, последний вопрос, Сергей Юрьевич, предлагали ли вам войти в общественную палату и как вы к ней относитесь, спрашивает Валерий.
С. ЮРСКИЙ – Я не знаю, где вход.
К. ЛАРИНА – Давайте, хороший ответ, пора про Пушкина вспомнить, помните, мы же хотели про Пушкина?
С. ЮРСКИЙ – Да.
К. ЛАРИНА – Давайте.
С. ЮРСКИЙ – Без всяких комментариев, я просто, я думаю, что в концертах, которые будут, я вернусь к Пушкину, посмею вернуться к Пушкину в начале концертов в чуть большем объеме, чем в последнее время делаю. Это будет отрывок какой-нибудь порядочный из «Онегина», скажем, «Смерть Ленского», дуэль и смерть. Но сейчас я прочту вам две строфы, 28 строк из восьмой главы, а вы послушайте внимательно, я буду читать нарочно медленно и малохудожественно, я оставлю Пушкину просто все это дело, а вы послушайте и подумайте, совпадает или не совпадает с нашими мыслями и с нашими сегодняшними, совсем сегодняшними проблемами.
Блажен, кто смолоду был молод.
Блажен, кто вовремя созрел,
Кто постепенно жизни холод
С летами вытерпеть успел.
Кто страшным снам,
Кто странным снам не предавался,
Кто черни светской не чуждался,
Кто в 20 лет был франт иль хват,
А в 30 выгодно женат,
Кто в 50 освободился
От частных и других долгов,
Кто славы, денег и чинов
Спокойно в очередь добился,
О ком твердили целый век:
NN – прекрасный человек.
Но грустно думать, что напрасно
Была нам молодость дана,
Что изменяли ей всечасно,
Что обманула нас она,
Что наши лучшие желанья,
Что наши свежие мечтанья,
Истлели быстрой чередой
Как листья осенью гнилой.
Несносно видеть пред собою
Одних обедов длинный ряд,
Глядеть на жизнь как на обряд
И вслед за чинною толпою
Идти, не разделяя с ней
Ни общих мнений, ни страстей.
К. ЛАРИНА – Сергей Юрский, наш сегодняшний гость, на этом пушкинском стихотворении мы завершаем нашу сегодняшнюю программу. Как вы поняли, никаких комментариев, малохудожественно старался прочесть Юрский своего Пушкина, плохо получилось, получилось художественно, Сергей Юрьевич. А я еще раз напомню, что книги, которые сегодня мы отдаем всем нашим слушателям, чьи вопросы прозвучали в эфире, я вижу, здесь телефоны все оставлены, это книги, которые изданы в издательстве «Вагриус» – «Все время жара», «Кого люблю, того здесь нет», «Спотыкач» и «Домашние радости». Также напомню вам, что Сергей Юрский ждет своего зрителя на ближайших концертах, один из которых состоится 2-го числа в московском международном Доме музыки. А второй – 13 ноября в концертном зале Чайковского. И конечно, спектакли, которые идут в текущем репертуаре в театре Моссовета и в театре «Школа современной пьесы», Сергей Юрский работает, это самое главное. Спасибо вам.
С. ЮРСКИЙ – Спасибо, Ксения, спасибо, Майя, «Эхо Москвы», привет, увидимся.