Премьера фильма "Дом на Турецкой улице" на Московском Международном кинофестивале - Боб Рейфелсон - 25-й кадр - 2002-06-29

29 июня 2002 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" в программе "25-й кадр" американский кинорежиссер Боб Рейфелсон

Эфир ведут Екатерина Митькина, Сергей Бунтман

С.БУНТМАН: Мы пригласили сегодня в гости Боба Рейфелсона, участника Московского кинофестиваля, который привез в Москву свой новый фильм.

Е.МИТЬКИНА: В эти минуты заканчивается пресс-показ Боба Рейфелсона в "Пушкинском" и я знаю, что многие съемочные группы с большим интересом присутствуют именно на пресс-показах своих фильмов, проявляют интерес именно к реакции.

С.БУНТМАН: Хорошо, пока мы вдвоем, расскажи, как фильм называется, и несколько слов о нем.

Е.МИТЬКИНА: Я напомню, что сегодня фестивальный конкурс завершается, и сегодня показывается еще фильма Кшиштофа Занусси, а фильм Боба Рейфелсона называется "Дом на Турецкой улице", подназвание его "Паутина лжи". Это достаточно жанровое кино. Боб Рейфелсон большой поклонник "черного" фильма, и этот фильм тоже об ограблении банка. Там банда замышляет ограбление, есть красавица, в которую все поголовно грабители влюблены, и мечтают именно с ней разделить добычу. Но у красавицы свои планы, она готова завладеть всем единолично. В главной роли там Милла Йовович, там же Сэмюэл Джексон. Кастинг впечатляющий. Думаю, что фестиваль - это не лучшее место для оценки жанрового кино наверное, это кино более зрительское. Есть такой стереотип, что фестивальное кино должно ставить глобальные проблемы, и, может быть, не должно опускаться до таких разборок, тематика мелковата. Не знаю, могут быть разные претензии у высоколобых критиков к этому фильму. Но для меня скорее важно, что этот фильм должен иметь зрительский успех.

С.БУНТМАН: Я сейчас думаю, какое жанровое кино становилось великим, и если и не выигрывали эти фестивали, то на этих фестивалях запоминались. Но к нам в студию пришел Боб Рейфелсон. Как у вас ощущение после пресс-показа вашего фильма?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Это мировая премьера. Я еще сам не смотрел эту картину, она была создана недавно. Сегодня вечером был вообще первый ее показ в истории, и зрители ее не видели. Я немножко волнуюсь.

С.БУНТМАН: А что же вы волнуетесь, это далеко не первый ваш фильм волнуетесь за что?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Иногда, чтобы создать картину, мне нужно было два года, иногда 9 лет. Это часть моей жизни. Очень часто бывает, что нужно многое менять, ты переживаешь со своими актерами и вместе с этим фильмом. Поэтому ты всегда нервничаешь, как пройдет картина.

С.БУНТМАН: Да, прежде всего, фильм создается для себя. А когда он начинает сталкиваться со зрителями?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Как только идет показ фильма перед аудиторией, это перестает быть моим фильмом, это уже фильм аудитории. В какой-то мере вы просто сдаетесь перед аудиторией. И как только ты сдаешься перед аудиторией, ты начинаешь нервничать, - все в их руках.

Е.МИТЬКИНА: Все-таки я не понимаю, почему здесь нужно так нервничать фильм для широкой публики, это во многом жанровое кино, и этот жанр востребован. Думаю, что такие приключения, и "черный" фильм вообще найдет благодарного зрителя здесь.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Я постараюсь не нервничать.

С.БУНТМАН: Мы только что говорили о том, что жанровые фильмы не совсем фестивальные. Жюри их любит меньше, чем публика. Это не лучший способ покорить жюри.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Я не знаю. Я сам не знаю, но если вы хотите правду, мне самому не нравится эта идея чтобы фильм участвовал в конкурсе, сама идея конкурса. Мне не нравятся конкурсы среди режиссеров. Я бы предпочел просто показать, конечно, свою картину. Но продюсеры решили, что необходимо включить мой фильм в конкурс, и я решил, что тогда важно и для меня приехать в Москву.

Е.МИТЬКИНА: Была такая легенда, что вам много рассказывал о России Джек Николсон, и его прошлогодний визит во многом повлиял на ваш приезд в этом году. Это правда?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Я вам расскажу. Джек Николсон никогда никуда не путешествует, а я всегда путешествовал, везде, и очень много был в Африке, жил в Амазонии 6 месяцев, и просто в различных странах. Когда я возвращаюсь из своих поездок, я разговариваю со своими друзьями, и они всегда интересуются моим мнением о странах, в которых я бываю, и говорят мне спасибо большое, что ты там был, теперь нам не нужно туда ехать. И поэтому когда я готовил эту поездку, это был первый раз, когда я расспрашивал Николсона о Москве, где я не был. И я спрашивал его совета как ты думаешь, мне там понравится? И он сказал - да, я провел замечательное время в России и он даже почувствовал себя немножко гордым, что был там, где не был я. И он не переставая рассказывал о фестивале, и даже, наверное, где-то немножко преувеличивал его пребывание. Но я думаю, что он совсем ничего не преувеличил, потому что моя поездка в Москву действительно была очень хорошей. Я путешествую со своим сыном, которому 2 с половиной года, вместе со своей женой и со своей тещей она провела 20 лет в этой стране, ее взяли из Польши, когда она еще была ребенком, в трудовые лагеря Сибири и Узбекистана. Для нее это было потрясающее чувство, и для нас поэтому эта поездка стала более интересной. И, конечно, моему ребенку кажется, что Кремль это что-то наподобие Диснейленда

С.БУНТМАН: Я бы хотел немного углубиться в вашу историю. Я сегодня полез в Интернет, и там указаны 16 ваших работ, включая телевидение. Это не так много?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Да, конечно, это немного.

С.БУНТМАН: И была большая дистанция между фильмами.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Да. Вы хотите узнать, почему? Я боюсь, что ответ на этот вопрос может вас немножко разочаровать. Потому что это довольно сложный вопрос. Во-первых, между фильмами я обычно путешествую. Когда я создаю картину, я должен выдавать много распоряжений, больше тысячи, каждая деталь для меня очень много значит, я просто схожу с ума над картиной, фокусируюсь на каждой детали, я не могу ни спать, ни есть, ни о чем больше думать, кроме моего фильма, и становлюсь просто как заключенный. И поскольку я становлюсь центром этого фильма, это мой характер, я не могу по-другому относиться к этому. Я становлюсь заложником своего кино. После того, как я заканчиваю фильм, я стараюсь уехать куда-нибудь далеко, и я еду туда, где не видели мои фильмы, например, в Амазонии, где они не знают вообще, что такое режиссер. И тогда у меня есть возможность задавать вопросы, и только тогда я понимаю все, что связано с картиной. У меня есть много объяснений по поводу того, почему такой разрыв между картинами, и это одно из объяснений.

С.БУНТМАН: Вы считаете себя свободным человеком, потому что чувствуется, что вы любите свободу, любите не быть рабом даже своей профессии?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Вообще-то я считаю, что моя жизнь более важна, конечно, чем моя работа. И я думаю, что в какой-то степени жизнь диктует правила моей работы. Я как маленький мальчик, которому постоянно хочется изведать что-то новое. И когда я работаю над своими фильмами, иногда какие-то воспоминания возвращаются ко мне из дальних поездок. Но возможно, это все ерунда, просто мне очень нравится путешествовать наверное, в этом все дело.

С.БУНТМАН: Вы привязываетесь к людям, с которыми работаете? Если мне не изменяет память, с Джеком Николсоном вы работали с 70-го года. А в 70-м году Джек Николсон еще не был так известен.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Когда я познакомился с Джеком Николсоном, мы просматривали фильм в Лос-Анджелесе, в одном из кинотеатров. Тогда показывали интересные фильмы, какие-то европеизированные. Было темно, в кинотеатре было всего 20 посетителей. Когда мне что-то нравилось, я просто вскакивал, начинал хлопать, и кричать. И со мной в кинотеатре был всего один человек, который делал то же самое. И после того, как это произошло в третий раз, я подождал, когда включится свет мне было интересно, кто этот человек, который делает то же, что и я? И это был маленький человек Джек Николсон. Мы пожали друг другу руки, выпили по чашечке кофе, он мне сказал, что он актер, но в данный момент без работы, и у него уже прошли все амбиции по поводу того, чтобы стать актером. И мы начали сразу же писать мою новую картину вместе. И когда мы писали картину, он занимался также, как и я, всеми проблемами. Картина была про группу "Манкиз". Джек Николсон мог заниматься абсолютно всем в этой картине, даже издавать какие-то звуки. И пока мы писали сценарий, я не мог с ним расстаться, и я сказал может быть ты не был хорошим актером до меня, но мне хотелось бы написать следующую картину для тебя. И тогда мы работали над картиной "Беспечный Зо", затем были "Пять легких пьес", и мы были номинированы. И поскольку мы были лучшими друзьями, и он был поразительно умным, что было бы глупо не работать с ним. Но потом он стал немножко дорогим актером.

Е.МИТЬКИНА: Но все-таки "Почтальон звонит дважды"?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Это был 81-й год, на тот момент он не был столь дорогим. У него был трейлер, и когда я создавал с ним картины, мы с ним вместе жили в нем он спал с одной стороны, я с другой. И мне приходилось стучать к нему. Конечно, наши отношения немножко изменились, но никогда на сцене. Там он всегда серьезен, и мы всегда с ним боролись за все вместе, у нас всегда были хорошие отношения, и мы работали вместе над картинами.

Е.МИТЬКИНА: Я напомню, что фильм "Дом на Турецкой улице" можно будет завтра вечером посмотреть в Доме кино в 19 часов, помимо того, что сегодня вечером в "Пушкинском", и напомню, что сегодня вечером на Московском кинофестивале проходит ретроспектива фильмов Боба Рейфелсона, и одним из наиболее тепло принятых фильмов, по моим наблюдениям, была короткометражка под очень современным названием "Porno.com". зал очень веселился над этим фильмом, и удивительно, что в этой картине Боб Рейфелсон выступает еще и как актер. Я бы хотела, чтобы он рассказал именно о своей двойной ипостаси актера и режиссера в этом фильме, который довольно эротичен.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Конечно, я бы предпочел иметь другого актера в этом фильме, но у нас был довольно малый бюджет, и вся картина стоила примерно 50-60 тыс. долларов, мы ее сняли за два с половиной дня. Поэтому мне пришлось сдаться, и стать актером самому. Фильм, конечно, про режиссера, который приехал на свою ретроспективу, но поскольку его друг продюсер умирал в тот момент, и находился в госпитале, он хотел помочь своему другу и закончить фильм, который тот не успел закончить, он думал, что это документальный фильм, потому что ему дали всего два дня, чтобы снять картину. И когда он приезжает на студию, он понимает, что это порнографический фильм. Но поскольку он очень серьезный режиссер, он старается вдохновить главного героя порнографического фильма немножко изменить характер своего героя, показать другую сторону характера. Конечно, другой режиссер, снимающий порнографический фильм, никогда бы об этом даже и не подумал, они только и знают, что снимать сам акт, они ничего не понимают про различные аспекты характера главного героя. И он понимает, что один из главных героев это Адольф Гитлер, по крайней мере, он там играет Адольфа Гитлера, и поэтому ему хочется чтобы Гитлер был немножко мягче, добрее. И герой этой картины, Адольф, спрашивает как это мне быть мягче и добрее? Это комедия.

С.БУНТМАН: Это даже в рассказе здорово звучит. У вас в последнем фильме снималась Милла Йовович мы ее узнали несколько лет назад, и через некоторое время подумали, что она не такая уж большая актриса мы ее чаще видим в рекламе. А у вас какое мнение?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Мне она очень нравится. Я вам немножко расскажу о том, как с ней познакомился. Меня она никогда не привлекала как актриса. Те фильмы, которые я видел с Миллой Йовович, были не настолько глубокими. И она знала мое мнение. Она была в Европе, я в Лос-Анджелесе, и она предложила мне встретиться в Нью-Йорке. Мы встретились, она выбрала гостиницу. Как только мы туда приехали, она ей не понравилась. И мы поменяли гостиницу. Потом еще раз. Она хотела тихое, скромное место, место, где мы могли бы познакомиться и начать работать. Ей не нужен был "Отель-Кемпински", и мы нашли гостиницу в тихом месте. Она жила на верхнем этаже, я на нижнем. Она пришла ко мне в комнату, и сказала я хочу прочитать сценарий. Весь сценарий? спросил я, - может быть мы пройдем две-три сцены? Нет, я хочу прочитать весь сценарий вместе с тобой. Я хочу, чтобы ты был уверен в том, что я та самая актриса, которая может сыграть эту роль. Я был просто в шоке. Она так старалась, выкладывалась вся. Это было интересно, потому что я был режиссером, и говорил ей давайте попробуем так, или так. Мы еще даже не знали, какую роль она будет играть в этом фильме, мы только познакомились. Но она была настолько великолепна, и ее характеристики очень подходили. Потом она сказала - Мне нужно выйти. Я спросил куда ты идешь? Вообще-то мне нужно купить бикини. Может быть, я пойду с тобой? Конечно, пойдем. А тебе не будет скучно со мной? Я не думаю. Мы пошли, по-моему, к Гуччи, и она примеряла примерно 15 различных бикини, и тогда я уже фактически был уверен, что именно она сыграет главную роль в моей картине. Она просто замечательная очень открытая, и как минимум, читает одну серьезную книгу в день такую, как Достоевский и Толстой ей очень нравится классика.

Е.МИТЬКИНА: А ваши предпочтения в литературе?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Мне нравятся журналы такие, как "Пентхауз" (смеется). Я шучу, конечно. Сейчас я читаю книгу, не помню ее автора, это про русских эмигрантов, которые эмигрировали в США. Это красиво написанная книга. И казалось бы, что эти эмигранты должны тяжело и много работать, но главный герой очень ленив, и вообще не понимает этику работы.

С.БУНТМАН: Спасибо вам большое. Будем смотреть ваш фильм, желаем вам успеха, несмотря на всю вашу нелюбовь к конкурсам, желаем вам успеха на фестивалях, спасибо за эту встречу, удачи вам во всем.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Спасибо вам большое, что вы пригласили меня.

С.БУНТМАН: Но вы же радио-человек, вы когда-то работали на радио?

Б.РЕЙФЕЛСОН: Да, я однажды был диск-жокеем. Мы можем с вами сейчас поменяться местами - я буду задавать вопросы, а вы будете рассказывать.

С.БУНТМАН: Как-нибудь мы проведем этот эксперимент. Но сейчас у вас будет пресс-конференция, где вас будут допрашивать мои коллеги.

Б.РЕЙФЕЛСОН: Я был в Японии диск-жокеем, там все и началось. Я даже переводил японские фильмы на английский язык мне тогда было 20 лет. Это была моя первая работа.

С.БУНТМАН: Приезжайте еще, думаю, у нас разговор может длиться сутками. Спасибо большое, у нас в эфире был Боб Рейфелсон.