Городовые - 2015-01-18
«НОВОСТИ БОЛЬШОГО ГОРОДА»
А. Позняков
―
17.05 в Москве. В студии «Эха» Андрей Позняков и Алексей Голубев. Традиционно с «Новостей большого города» мы начинаем нашу программу «Воскресный городовой».
А. Голубев
―
Свыше 160 тысяч москвичей смогут принять участие в традиционных крещенских купаниях, которые пройдут в столице сегодня ночью. Власти отмечают, что с каждым годом интерес горожан к праздничной традиции растёт. В этот раз купания организуют на 60 площадках по всему городу. Наибольшее количество прорубей появится в Новой Москве. В центре города купания пройдут в дубовых купелях на площади Революции. Свои проруби подготовили и в столичных парках. Как отмечается, все желающие смогут наблюдать за крещенскими купаниями через Интернет, такую возможность даст Портал открытых данных.
А. Позняков
―
От купелей к книгам. В столице откроются первые ночные библиотеки. Уже на следующей неделе двери в ночное время откроет библиотека имени Достоевского (это на Чистых прудах). Предполагается, что за первый час пользования книгами, компьютером и Интернетом читатель будет платить 100 рублей, а за каждый последующий час работы – 50 рублей. Также посетители смогут купить абонемент ночного посещения. Второй библиотекой, где будет введён ночной режим, станет библиотека имени 1 Мая. Если эксперимент окажется успешным, по новому графику начнут работать и другие столичные читальни.
А. Голубев
―
Бригады казаков-дружинников в ближайшее время начнут патрулировать парк «Сокольники» по выходным и праздничным дням, – об этом сообщил агентству «Москва» заместитель атамана «Центрального казачьего войска» по безопасности Андрей Шустров. Он напомнил, что казаки уже следят за порядком на ВДНХ, в «Царицыно», «Кузьминках» и «Коломенском». Во время новогодних праздников казаки обеспечивали безопасность в этих парках. Они проводили разъяснительные беседы с выпившими людьми. В соответствии с законом у подобных отрядов при себе нет никакого оружия, они исполняют обязанности народных дружинников.
А. Позняков
―
У Москвы теперь есть собственная туристическая символика и слоган, – об этом сообщил на совещании в Правительстве столицы председатель Комитета по туризму и гостиничному хозяйству Сергей Шпилько. На русском слоган звучит так: «Не просто город». Что же касается новой туристической символики, то она будет использоваться на выставках и других туристических мероприятиях. Логотип уже защищён юридически и представляет собой название столицы с использованием разноцветных букв и уникального шрифта.
А. Голубев
―
Интерактивна карта магазинов шаговой доступности появится весной на московском Портале открытых данных. Москвичи смогут подсказать властям, где таких магазинов не хватает и чем они должны торговать, – пояснил «Российской газете» глава Департамента торговли и услуг Алексей Немерюк. По его мнению, новые объекты необходимо развивать равномерно, в том числе искать для них новые площади в глубине жилых кварталов, а не только концентрировать у метро, как это зачастую принято сейчас.
А. Позняков
―
Это «Новости большого города» в преддверии программы «Воскресный городовой». Ну а мы вернёмся после рекламы.РЕКЛАМА
А. Голубев
―
17 часов и 10 минут в Москве уже почти. Андрей Позняков, Алексей Голубев. У нас «Воскресный городовой». И для вас у нас подготовлена масса городских новостей самых интересных, которые произошли…
А. Позняков
―
Почти Андрей Позняков и почти Алексей Голубев почти в 10 минут начинают рассказывать о самых разных вещах. Будем говорить, кстати, о неприятных запахах, казачьих патрулях, о которых вы только что слышали новости, о закрытии муниципальных газет в Москве поговорим – это всё после кратких новостей.
А. Голубев
―
Мы, естественно, по традиции будем голосовать вместо «Активного гражданина» в прямом эфире «Эха Москвы» и будем говорить даже о борделях в городах, которые работают себе свободненько и ничего с ним не происходит.
А. Позняков
―
Интересное у нас расследование появилось. Ну а начинаем мы, может быть, с самой болезненной новости вообще этого полугодия. Дело в том, что, как вы слышали наверняка уже в нашем эфире неоднократно, в Москве практически снесён памятник архитектуры, который, впрочем, не признан памятником федерального значения – дом купцов Приваловых.
А. Голубев
―
Так снесён или не снесён?
А. Позняков
―
По последним данным от людей, которые наблюдают это всё с крыш… Пройти на территорию стройплощадки не представляется возможным, там всё перекрыто, и в день основных работ его охранял 2-й оперативный полк полиции, который не пускал на территорию стройки даже депутата Государственной Думы Владимира Родина несмотря на статус депутата, который позволяет ходить куда угодно. По последним данным, сейчас снесены два корпуса; от корпуса, который стоит вдоль улицы Садовнической остались лишь фасады. При этом защитники старой Москвы опасаются, что фасады тоже будут разрушены для того, чтобы построить новодел уже вместо этих фасадов. Среди того, что разрушено, первым, как рассказывают, была снесена неоготическая башня внутри двора на одном из корпусов дома Приваловых.
А. Голубев
―
Любопытная такая деталь этого вообще архитектурного всего комплекса.
А. Позняков
―
Самое ценное, как говорят, с архитектурной точки зрения, не говоря уже о мемориальной ценности этого здания как дома, в котором находилось издательство, где впервые опубликовался Есенин... Многое что происходило. Здание было построено в начале XX века по проекту архитектора Нирнзее.
А. Голубев
―
Ты там был в пятницу. И как я понимаю, с пятницы там больше ничего не разрушили. Или разрушали?
А. Позняков
―
Я так понимаю, что работы там продолжались и продолжаются до сих пор. Мне представители компании «СтройМонтажЦентр-2000» обещали, что этот процесс небыстрый. Но, помимо того что они сносят основные стены, ведь надо же надо вывезти каким-то образом строительный мусор, который образуется, нужно подготовить стройплощадку к дальнейшим действиям. Мне говорили, что это вопрос одной-двух недель даже, а не одного-двух дней. Хотя основные конструкции были разрушены достаточно быстро.
А. Голубев
―
А скажи, кто-то же за него заступается, за этот комплекс (и ты это наблюдал своими глазами), хотя это не является каким-то государственным памятником.
А. Позняков
―
Действительно, памятником это не является. Тут, кстати, у нас очередной повод вспомнить сегодня об этом. Это разъяснение из Министерства культуры, агентство «Москва» приводит официальный ответ пресс-службы Минкульта России. Там отреагировали на слова о том, что Министерство культуры отказалось принять памятник в список памятников федерального значения. И там говорят, что нельзя трактовать ответ министерства как отказ признать здания архитектурными памятниками.Очень любопытная история. Обратилось частное лицо, госпожа Андреева, с просьбой рассмотреть возможность признания этого дома Приваловых архитектурным памятником федерального значения. «Этот запрос, – цитирую, – составлен с нарушением норм действующего законодательства, цель и объект этой экспертизы не соответствовали целям и объектам, установленными положениями…» Короче, не соответствовало целям, оформлено некорректно. Градозащитники утверждали, что на самом деле им вернули документы, они их переоформили, подали снова. И всё-таки, по их словам, находится на рассмотрении вопрос о признании памятником федерального значения.
А. Голубев
―
Но ведь пока находится на рассмотрении, сносить-то его нельзя?
А. Позняков
―
Они как раз на это и упирают. И на это же упирают депутаты, которые их поддерживали. Но на самом деле всё не так просто, потому что состоялось заседание сносной комиссии, которая рассмотрела в том числе и этот довод. Рассматривается всё-таки вопрос о статусе. И несмотря на это сносная комиссия, всё-таки изучив все обстоятельства, приняла решение: таки нет, памятник можно снести. И даже нужно, потому что всё-таки запланированы некоторые объёмы работ на этом месте, а сам памятник, как выясняется, не подлежит охране с точки зрения и сносной комиссии Правительства Москвы.Я напомню, что мы пытались получить оперативные комментарии от московского Правительства. Оперативно их получить не удалось. Но я думаю, что тема будет у нас всплывать ещё, на следующей неделе мы добьёмся-таки ответа от чиновников с разъяснениями. Так или иначе, я думаю, мы будем возвращаться к этой истории.
А. Голубев
―
Вспоминаю эту историю. Застройщики объясняют, что они уже потратили 4 миллиарда рублей на расселение жильцов этого дома, то есть они уже их расселили, точнее. Ещё в 2011 году расселили, заплатили за это деньги, дали квартиры людям. А теперь, если всё это дело свернуть, то городу придётся эти денежки возвращать застройщику, а это – ни много ни мало – 4 миллиарда рублей.
А. Позняков
―
И более того, у них было разрешение на реконструкционные работы, в ходе которых (как у нас в Москве реконструкция проходит) оставили от одного здания одни фасады.
А. Голубев
―
Ну, или и фасадов не оставили.
А. Позняков
―
Нет, в данном случае они должны были оставить фасады. Они их оставили. Об этом рассказывал депутат Госдумы Владимир Родин. Собственно, вероятнее всего, это единственное здание, от которого остались фасады. Эти фасады могут остаться единственной памятью о доме Приваловых.
А. Голубев
―
Нам на телефон +7 (985) 970-45-45 Таня пишет: «А то, что построят, будет копией здания прежнего? Что известно?» Известно, что застройщики пообещали, действительно они говорят: «Ну, ничего страшного. Мы это всё разрушим, а потом всё воссоздадим в таком же виде».
А. Позняков
―
Ну, не «всё воссоздадим». Воссоздадут лишь часть, попробуют частично воссоздать. А вообще там, по рассказам самих застройщиков… Это ведь вопрос ещё полугода, уточнять будут проект, что же там на месте построить, будут выяснять, какие там котлованы построить. Там соседи ведь тоже переживают, что построят (выроют котлованы – и здание порушится в эти котлованы, тоже исторические постройки). На месте появится нечто из стекла и бетона с подземной парковкой – национальный центр, который, как говорит девелопер «Великан – XXI век», всё-таки будет иметь определённую ценность для жителей Москвы. Кстати, представители компании-застройщика, которая осуществляет снос, «СтройМонтажЦентр», они говорили: «Вот вы москвичи? Ну и мы москвичи. За вами кварталы и районы? И за нами кварталы и районы». И они представляли это как исполнение некоторого интереса значительной группы жителей Москвы.
А. Голубев
―
И моя любимая фраза, я ещё раз её повторю в эфире. Представитель «Великан – XXI век» (то есть застройщика) заявил: «Мы сделали всё возможное, чтобы узаконить снос этого прекрасного здания».
А. Позняков
―
Конечно, в пределах закона, насколько я помню, он уточнил. Но здание потеряно. И вопиющая история, потому что здание действительно прекрасное, здание действительно фигурировало и до этого в различных путеводителях. Ну, не среди известнейших памятников, как Храм Василия Блаженного, но фигурировало, было известное.
А. Голубев
―
Как одно из интересных мест столицы, безусловно.
А. Позняков
―
Москвоведы знали, москвоведы следили, специалисты по Есенину знали. Место, которое очень значимо. Оно находится в самом центре, это рядом с улицей Балчуг. Естественно, что это очень дорогое место, помимо всего прочего. Потеря большая, потеря серьёзная. Но потеря, которая как будто бы упирается в какие-то непонятные совершенно проволочки и процедуры. Если очиститься от всех размышлений о том, что все куплены – Хуснуллин куплен, я не знаю, Министерство культуры куплено, застройщики всем заплатили…
А. Голубев
―
Собянин, Путин, Обама.
А. Позняков
―
Собянин, Путин, Обама, да. Если это всё отбросить, то получается какая-то совершенно непонятная правовая ситуация, как будто бы этот памятник не защищают. Я, кстати, напомню, что представитель Архндазора неделю назад в нашем эфире называл дом Приваловых «первой потенциальной жертвой этого года». И вот как быстро реализовались его слова. Так и случилось.
А. Голубев
―
От этой темы мы переходим к следующей. Она как бы не является другой темой, потому что вытекает из предыдущей. Общественные деятели Москвы придумали, точнее, задумали новый проект под названием «Реестр общественного мониторинга». Его лозунг звучит следующим образом: «За сохранение исторического облика российских городов». То есть если у нас уже существуют такие общественные организации, которые, например, хватаются всеми руками за какой-то один объект и делают все возможное, чтобы его спасти, то в данном случае речь идёт о таком целом портале, куда бы жители не только Москвы, но и вообще всех российских городов могли бы присылать свои тревожные сообщения. Например, с помощью «Instagram» или «Twitter» присылать какие-то сообщения. Я думаю, каждый из нас с этим сталкивался. Идёшь ты по городу, скажем, по Арбату, видишь, как какой-то фасад красивого исторического здания завешен неприглядным баннером рекламным – и тебя это несколько коробит.
А. Позняков
―
Или ещё чаще, если поставили кондиционер, который закрывает какое-нибудь интимное место у статуи.
А. Голубев
―
Например, да. Совершенно верно. И тебя это коробит, ты пишешь в «Facebook» гневный маленький постик: «Сволочи! Что же они делают с историческим памятником?» – или необязательно с историческим памятником, а просто с привычным для тебя зданием. Ты привык видеть: голубенький фасад или жёлтенький. А тут они повесили свой баннер, и тебя это раздражает. И вместо того чтобы просто куда-то об этом написать, ты можешь направить свой гнев в правильное русло. И для такого гнева и возмущения эти люди придумали «Реестр общественного мониторинга».
А. Позняков
―
Но прежде чем разбираться с тем, насколько это правильное русло и что они с этим будут делать, я хочу ещё раз напомнить наши координаты: 8 (985) 970-45-45. «Twitter»: аккаунт @vyzvon. Пишите нам ваши сообщения. Работает форма также на нашем сайте.Вопрос на самом деле актуален для всех городов России, которые обладают маломальской историей. И очень интересно, замечаете ли вы какие-то проблемы? Может быть, вы проходите, и вам всё равно: завешено, не завешено, разрушают, не разрушают, ломают, не ломают. Может быть, вам и нечего сообщить на этот портал. А может быть, с другой стороны, вас таких сотни, тысячи и миллионы, которые на самом деле готовы рассказывать о том, как на каждом уголке нашей Родины разрушают историю.
А. Голубев
―
По своему опыту. Я хожу по улицам, иногда меня что-то возмущает. А может, никого ничего и не возмущает. Давай запустим голосование. Вот такой реестр, вы вкратце уже могли понять смысл его работы. Ответьте тогда на вопрос: будете ли вы пользоваться подобным реестром? Речь идёт не только об исторических памятниках (о них тоже, да), но и обо всех вообще зданиях и улицах. Будете ли вы пользоваться этим реестром? Если «да» – телефон 660-06-64. Если «нет» – телефон 660-06-65.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Позняков
―
Итак, будете ли вы пользоваться «Реестром общественного мониторинга», чтобы сообщать о разрушении исторических памятников или о повреждении, или о порче вообще старого вида вашего города? Если «да» – телефон 660-06-64. Если «нет», если вы такого не наблюдаете, сообщать вам не о чем, или вы считаете бессмысленным обращаться к подобным сервисам – ваш телефон 660-06-65. Код Москвы – 495.
А. Голубев
―
А чтобы вы понимали, о чём конкретно идёт в данном случае речь, я предлагаю послушать запись собственно инициатора, создателя этого проекта, журналиста и общественного деятеля Александра Иванова:
А. Иванов
―
Собственно, идея «Реестра общественного мониторинга» возникла не на пустом месте. Я проживаю в районе Хамовники, знаю, что жители неравнодушно относятся к тому, что происходит вокруг них рядом в их квартале, в их дворе. И это не дубляж портала, который называется «Наш город», где речь идёт в основном о том, что где-то что-то не отремонтировали. Здесь немножко о другом речь. В Москве много новых построек, много офисных зданий, при этом, к сожалению, не слишком, может быть, трепетно относятся к тем старым историческим постройкам, которые есть в нашем городе. Люди выезжают за рубеж и в основном любуются именно старинными какими-то постройками. Очень много исторических зданий, которые находятся в совершенно плачевном состоянии.Идея этого нашего проекта заключается в том, чтобы сами жители на сайте с помощью фотографий или, может быть, текстовых сообщений информировали других жителей, где есть какие-то проблемные точки в городе, где собираются сносить какое-то историческое здание, где историческое здание или какой-то объект находится в плачевном состоянии и на него нужно обратить внимание. То есть чтобы общественное мнение было сконцентрировано именно вот на этих объектах, чтобы эти объекты под шумок не сносились, не исчезали с лица города. Эта проблема касается не только Москвы, наверное, проблема касается и других больших российских городов, да и малых в том числе. С помощью этого проекта, который, я надеюсь, в самое ближайшее время стартует, мы сможем сохранить многие исторические объекты, которые не будут убраны, совершенно не учитывая общественное мнение, с лица нашего города, а они у нас сохранятся за счёт общественного усилия какого-то совместного.
На этом сайте будут также зарегистрированы и инициативные группы, которые целенаправленно следят за каким-то объектом. Соответственно, здесь будет двойной контроль. С одной стороны, будут некие такие дежурные по городу. Есть, например, какие-то автомобильные программы, где люди, проезжая по какой-то улице, сообщают другим, что есть пробки. Здесь принцип приблизительно такой же будет.
А. Голубев
―
Журналист, общественный деятель Александр Иванов рассказал об этой идее.
А. Позняков
―
И главный вопрос, он об этом говорил в двух словах: зачем? Мы сейчас видим Архнадзор, который бьётся, давно уже бился за дом Приваловых. Они там пытались организовать эти экспертизы, все эти документы, бились с Министерством культуры. Зачем?
А. Голубев
―
Твоя задача, как человека неравнодушного, как активного жителя Москвы – сообщить о том, что тебя возмущает. Вот ты увидел – прислал фотку или текст.
А. Позняков
―
А дальше что?
А. Голубев
―
Ты прислал в этот реестр. И там уже группа людей, которые этим занимаются постоянно, рассматривает это обращение. И если оно действительно заслуживает внимания, группа реагирования (дежурные по городу, как говорит Иванов) отправляется на место, выясняет обстоятельства произошедшего и уже инициирует какую-то дальнейшую работу: либо обращается к властям, либо организовывает протестные акции. В общем, берёт на контроль ситуацию и решает проблему.
А. Позняков
―
Такая расширенная форма Архнадзора. Интересно. Я наблюдал в течение пяти часов, которые я находился на месте сноса дома Приваловых, как по телефону эти градозащитники звонили в разные инстанции: «Пришлите инспектора, у вас здесь уничтожают памятник! Сделайте хоть что-нибудь!» – «Бла-бла-бла, та-та-та. Мы не можем, сейчас пятница», – ещё что-то, ещё что-то.Результаты голосования. Мы спрашивали: будете ли вы пользоваться, есть ли вам вообще что сказать, занести в такой «Реестр общественного мониторинга» судьбы старых городов?
А. Голубев
―
Хорошие результаты голосования.
А. Позняков
―
83% говорят, что будут пользоваться. 17% по тем или иным причинам пользоваться не будут либо не хотят.
А. Голубев
―
Я добавлю просто, чтобы не смущать слушателей. Проект должен заработать в ближайшее время, примерно через месяц, уже на полные обороты выйти в марте месяце. К инициаторам этого проекта я обращаюсь: давайте быстрее организуйте всё это дело, потому что 83% слушателей готовы пользоваться этим реестром.
А. Позняков
―
От реестров переходим к любопытному расследованию, которое представила «Новая Газета». Расследование это посвящено всевозможных интим-салонам и таким, может быть, сомнительным, во всяком случае зачастую незаконным учреждениям и организациям.
А. Голубев
―
Как выяснилось, в Москве свободно и незаконно работают сотни борделей, и закрывать их никто не спешит, – выяснила «Новая Газета». Перед тем как узнаем подробности, давай запустим голосование.
А. Позняков
―
Хотим обратиться к вам. Насколько вообще востребовано это? Действительно ли этими борделями пользуются? Не является ли это частью нашей с вами культуры?
А. Голубев
―
Они, безусловно, пользуются спросом.
А. Позняков
―
Давай сейчас выяснять, пользуются ли они спросом у людей, которые нас слушают. Если вы пользовались услугами проституток и борделей, звоните по телефону 660-06-64. Если нет – ваш номер 660-06-65.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Голубев
―
Ещё раз отметим, что голосование совершенно анонимное, поэтому вы можете быть откровенны. Если вы когда-либо пользовались услугами проституток, путан и борделей – 660-06-64. Если нет, никогда – 660-06-65. А подробности этого расследования нам сейчас расскажет Ольга Кузнецова:
О. Кузнецова
―
В Москве работают примерно 30 тысяч путан и 1,5 тысячи борделей, как правило, замаскированных под сауны с комнатами отдыха и салоны эротического массажа, однако закрыть их не удаётся, – пишет «Новая Газета». Большинство точек расположено в Центральном, Северном и Западном округах, причём на некоторых улицах располагается сразу несколько интимных заведений. Объявлениями сексуального характера полон и Интернет. Корреспондент издания в качестве эксперимента обзвонил 17 салонов, и везде предлагали девушек на любой вкус. В ходе одного из разговоров репортёра даже пригласили посетить некий подвальный спецтуалет с путанами недалеко от Лубянки.70% персонала борделей составляют приезжие из Украины, Белоруссии, Молдовы, у остальных российские паспорта. Москвички встречаются крайне редко и в основном занимают руководящие должности. Немало точек разврата находится и на крупных трассах. Газета, например, упоминает выезд с Путиловского шоссе, поворот на посёлок Дружба на Ярославском шоссе. Что любопытно, каждый день этим маршрутом добирается на службу и возвращается домой заместитель начальник управления уголовного розыска ГУ МВД по Московской области полковник Пётр Зоров, – отмечает журналист. Раньше Зоров возглавлял отдел по борьбе с проституцией в УВД Центрального округа Москвы.
По данным газеты, в федеральном розыске числятся 145 сутенёров, причём дольше всех от правоохранительных органов скрывается организатор борделя на Пресненском валу, которую в своё время задерживал полковник Зоров. В прошлом году в столице накрыли целую сеть притонов, руководителем которых, по версии следствия, был ректор Института подготовки кадров для нефтехимической и нефтеперерабатывающей промышленности и бывший сотрудник ГРУ Игорь Латынин, а прикрывали деятельность коррумпированные полицейские.
А. Голубев
―
Это была Ольга Кузнецова, которая рассказала нам подробности расследования «Новой Газеты». А мы, наверное…
А. Позняков
―
Подведём итоги голосования. Нам Ирина из Москвы пишет SMS-сообщение, скептически относится к нашему голосованию и уверена, что на самом деле, может быть, 10%, 20%, в лучшем случае 30% признаются в том, что они пользовались услугами проституток или борделей. Между тем, результаты голосования совсем другие. 68% по телефону при достаточно активном голосовании признаются, что они пользовались услугами проституток или борделей, то есть этот бизнес действительно востребован. 32% не пользовались, – сообщают нам по телефону.
А. Голубев
―
В какой-то момент голосования процент голосовавших, которые утверждали, что пользовались, достигал 75%. Короче, 70 на 30. 70% проголосовавших пользовались. Я ещё раз подчеркну, что голосование, слава богу, анонимное, никто никому ничего не расскажет. Давайте сейчас прервёмся на новости, а потом продолжим.
А. Позняков
―
Продолжим, у нас достаточно много тем. Попробуем успеть всё, что можно успеть. Андрей Позняков, Алексей Голубев. Это программа «Воскресный городовой» о самых наболевших новостях нашей столицы.НОВОСТИ
А. Позняков
―
17.35 в Москве. Андрей Позняков (это я) и Алексей Голубев…
А. Голубев
―
Это я.
А. Позняков
―
Да. Мы продолжаем программу «Воскресный городовой». Нас призывают уже уйти от этой темы расследований о борделях. И мы уходим. Будем говорить о муниципальных газетах в Москве. Дело в том, что наступил конец. Во всяком случае так говорят нам наши эксперты.
А. Голубев
―
Конец бумажных районных газет, что просто, по-моему, ужасно.
А. Позняков
―
И бумажных, и вообще всех газет муниципальных, получается. Они уходят в Интернет. Непонятно, чем это кончится. Некоторые говорят, что кончится это плохо. В чём суть?Пресс-секретарь столичного Департамента СМИ и рекламы Владимир Яковлев сообщил, что в первом полугодии этого года районные газеты должны перейти в электронный вариант. Речь идёт о газетах, которые издаются управами и префектурами, о муниципальных газетах. То есть газеты типа «Мой район» и некоторые частные газеты, которые выпускаются в некоторых округах, эта норма не затронет. В ведомстве не видят необходимости продолжать выпуск бумажных районных газет. А ранее глава Департамента СМИ и рекламы Владимир Черников рассказывал «Газете.Ru», что, по его мнению, выпуск районных газет раз в месяц не имеет смысла, потому что на них тратятся существенные бюджетные средства, десятки миллионов рублей, а нагрузки смысловой практически нет.
И тут же, кстати, захотелось узнать нам статистику, кто и как читает районные газеты, муниципальные газеты, бесплатные районные газеты. И выяснилось, что есть даже соответствующие опросы. Фонд «Общественное мнение» пару месяцев назад проводил опрос, согласно которому бесплатные газеты доставляют в почтовые ящики 79% москвичей, при этом не читают эти районные бесплатные газеты 23%. 38% просматривают их вскользь. Оставшиеся 39% читают. Значит, всё-таки есть какая-то своя аудитория.
А. Голубев
―
Я тебе могу, например, рассказать, что я в своё время сам работал в одной из таких районных газет. Наша основная аудитория – это пенсионеры и люди околопенсионного возраста, люди старшего возраста, которые активно интересовались новостями своего района и любили вообще такую газету. С уходом этих изданий в Сеть люди старшего возраста просто потеряют возможность знакомиться с новостями.
А. Позняков
―
Для некоторых это действительно редкий способ пообщаться вообще с внешним миром – для тех, кто не может выходить. Ну, есть такая версия, да? Для тех, кто не может выходить из своих квартир. Впрочем, вице-президент Ассоциации независимых издателей, издатель газеты «Мой район», уже упоминавшейся сегодня, Григорий Кунис меня одёрнул, когда мы с ним разговаривали об этом. Я как раз ссылался на то, что: «Ну, кто-то же читает, пожилые люди читают». Он меня одёрнул и сказал: «Нет у нас статистики, нет у нас данных о том, сколько человек действительно реально читают». Хотя есть фонд «Общественное мнение». И Григорий Кунис отзывался об этой инициативе перевести муниципальные газеты в Интернет, в принципе, как о кончине этих муниципальных газет. Прежде чем послушать, что сказал Кунис, давайте запустим голосование и выясним…
А. Голубев
―
Мы спросим: будет ли вам не хватать муниципальных бумажных (подчёркиваю, потому что некоторые из них останутся в Сети) газет? Будет ли вам не хватать бумажных именно газет? Если вам их будет не хватать, то ваш телефон – 660-06-64. Если вы вполне обойдётесь без бумажных газет – 660-06-65.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Позняков
―
Будет ли вам не хватать муниципальных газет, если они не будут приходить к вам в бумажном виде, а может быть, они вообще исчезнут? Если вам будет не хватать, ваш телефон – 660-06-64. Если вам всё равно, а может быть, вы даже и рады, как некоторые, ваш номер – 660-06-65. Код Москвы – 495. А я предлагаю послушать, что же нам рассказал издатель газеты «Мой район», вице-президент Ассоциации независимых издателей Григорий Кунис по поводу этой, по его словам, действительно кончины муниципальных газет.ИНТЕРВЬЮ С Г. КУНИСОМ
Г. Кунис
―
Муниципальные никак не отмирали до сих пор. Это, наверное, такой первый массовый случай мне известный, когда муниципальные газеты умирают как класс. Какие-то закрывались, какие-то открывались и до этого, но это не было каким-то массовым явлением. Это впервые, что все сразу или большинство районных газет закрываются. Сам факт существования именно муниципальных газет как собственности какой-то или государственной, или муниципальной – понятно, что это должно было умереть, потому что они абсолютно неэффективный инструмент коммуникации с населением, при этом требовали достаточно много бюджетных денег. Их цель должна быть – обслуживать интересы той группы населения, для которой они предназначены. А цель любого фондируемого из госбюджета средства массовой информации – обслуживать интересы этого госбюджета или тех людей, которые управляют этим бюджетом. Они никак не связаны с интересами тех людей, для которых они предназначены. Их задача была всегда – заниматься пропагандой.
А. Позняков
―
То есть получается, что скорее хорошо, что они выходят в Интернет с непонятной перспективой?
Г. Кунис
―
Конечно, хорошо. Они мешали рынку все годы своего существования, потому что они, я бы сказал, засоряли эфир. Представьте, если бы вокруг «Эха Москвы» было бы много радиостанций, не одна – какой-то «Маяк» или «Радио Россия», – а много, и они занимались бы полной пропагандой. В результате – засоряется эфир. Люди в целом принимают это явление, что нет нормального средства массовой информации. Потому что много муниципальных газет абсолютно неинтересны, занимающиеся пропагандой и не занимающиеся обслуживанием их собственных интересов.
А. Позняков
―
Это был издатель газеты «Мой район» и вице-президент Ассоциации независимых издателей Григорий Кунис. Он радуется тому, что муниципальные газеты погибают, в общем, рассказывал о них, как о каком-то ужасном вреде.Вы знаете, у нас здесь, судя по масштабам голосования… Несколько сот человек уже по телефону дозвонились. Я пока не оглашу итоги. У нас люди в основном хоронят, то есть у нас такие торжественные массовые похороны муниципальных газет. Нет, не похороны, я неправ. Исправь меня.
А. Голубев
―
Не знаю. Что ты имеешь в виду?
А. Позняков
―
Потому что это не похороны. Люди не радуются, оказывается.
А. Голубев
―
Люди, естественно, не радуются. Я озвучу результаты голосования. Мы вас спрашивали: будет ли вам не хватать муниципальных бумажных газет? Проголосовало очень много людей, по-моему, рекордное количество для нашей передачи за всё время её существования. 82% проголосовавших сказали, что им будет не хватать бумажных муниципальных газет. И всего лишь 18% сказали, что обойдутся без них.
А. Позняков
―
«Сожалеть не о чем», – говорят 18%. Я комментарии некоторых из них прочитаю. «Бессодержательные, восхваляющие власть – основная цель этих газет». «Самое главное – перевести эти газеты в электронный вид. А лучше вообще перестать выпускать этот бумажный муниципальный в полном смысле хлам». «Районные газеты достали! Всё время засоряют ими почтовые ящики. Всё время гоняю этих мусорщиков, а они всё равно лезут!» – пишет нам Ирина.
А. Голубев
―
Смотрите, какое дело. Сейчас у нас будет другая тема, а в самом конце мы будем с вами обсуждать казачьи патрули в Москве. И нам хотелось бы вас попросить звонить нам в эфир, тех людей, которые сталкивались с этими самыми казачьими патрулями, чтобы вы рассказали о своих впечатлениях – нужны они, не нужны.
А. Позняков
―
Буквально через три минуты мы будем говорить о казачьих патрулях. Если вы сталкивались с этим видом охраны общественного порядка, знаете, как это работает, может быть, у вас конфликты были, а может быть, наоборот, они вам помогали – звоните нам, пишите. Напомню наши координаты. Номер для SMS-сообщений: 8 (985) 970-45-45. «Twitter»: аккаунт @vyzvon. Наш эфирный телефон: 363-36-59. А сейчас – к небольшой теме. Перебивка у нас такая красивая будет сейчас.
А. Голубев
―
В столице, в Москве составлен рейтинг неприятных запахов по районам города. Такой занимательный рейтинг. И о подробностях расскажет Алексей Соломин:
А. Соломин
―
Московские власти определили, какие запахи раздражают жителей разных округов города. Так, юго-запад столицы пропах общепитом, на западе ощущается гарь от сжигаемого мусора и генераторов, а на юге – запах свалок. Об этом пишет «Газета.Ru» со ссылкой на замглавы Департамента природопользования и охраны окружающей среды Евгению Семутникову.Всего за прошлый год поступило более 4 тысяч жалоб от горожан на состояние воздуха в Москве, причём большинство касалось именно неприятного запаха. Гарь сильнее всего чувствовалась в Южном административном округе, Юго-Западном, Северо-Восточном округах, а также в Новой Москве. Каждого пятого жителя Юго-Восточного округа беспокоило зловоние канализации, как и жителей юга и юго-запада столицы. Из Западного, Северного, Северо-Восточного и Центрального округов регулярно поступали жалобы на запах сжигаемого мусора и генераторных установок.
Лидером по жалобам на запахи промышленных предприятий вполне ожидаемо стал Восточный округ. Немного отстают по количеству заявлений Юго-Восточный, Южный, Троицкий и Новомосковский административные округа. Запахом от автомобилей и железнодорожного транспорта были недовольны жители Центрального, Северного и Юго-Западного округов. Жителей юго-запада также немало раздражали запахи от кафе и других заведений общепита, а жителей юга – запахи свалок.
А. Голубев
―
Это был Алексей Соломин, который рассказал про рейтинг неприятных запахов по районам столицы. А сейчас мы обращаемся к обещанной заявленной ранее теме казачьих патрулей.
А. Позняков
―
А перед этим я хочу прочитать одно SMS-сообщение по теме, с которой мы начинали – о судьбе дома Приваловых и вообще старой Москвы.
А. Голубев
―
Мы следим за темой, что называется.
А. Позняков
―
Да. Пётр пишет нам, свидетельские показания у нас такие есть: «Есенинская часть дома в корпусе 3, – это один из корпусов дома Приваловых, где была редакция «Млечный Путь», журнал, который первым напечатал юношеские стихи Есенина, – пока стоит, вот эта часть дома, видно из крыши соседних домов. Ещё можно спасти, если остановить работы по сносу до принятия решения Министерством культуры». Но, видите, Министерство культуры решение уже приняло. По формальным основаниям они не могут ничего рассматривать, но не отказывают. «Это не отказ», – так и говорят.Будем говорить сейчас о казачьих патрулях. Тема на самом деле уже давняя. Уже шесть лет, как мне напомнили в «Центральном казачьем войске», патрули казаков работают в столичных парках. Их активность становится всё шире и шире. Вот стало известно, что уже в ближайшее время бригады казаков-дружинников начнут патрулировать парк «Сокольники», будет это происходить по выходным и праздничным дням. Об этом сообщал зам атамана «Центрального казачьего войска» по безопасности Андрей Шустров. И это подтвердил нам и атаман «Центрального казачьего войска» Валерий Налимов в интервью «Эху». Сейчас патрулируют казаки ВДНХ, парк «Царицыно», в «Кузьминках», «Коломенском». Собственно, есть некоторая специфика в их работе. Я напомню, что они не имеют пока никакого особого статуса для защиты правопорядка. Работают они в составе таких народных дружин.
А. Голубев
―
Они могут ходить, увещевать непорядочных граждан.
А. Позняков
―
Собственно, к атаману «Центрального казачьего войска» Валерию Налимову я обратился в частности с вопросом: «А что могут делать эти казаки, скажем, если они увидят молодых людей с пивом?» – поскольку, я напомню, у нас запрещено в общественных местах распивать алкогольные напитки.
А. Голубев
―
Или с ножами.
А. Позняков
―
Или с ножами, да. Помятуя о всевозможных жалобах, предположениях о том, что, дескать, казаки могут начать драться как-то, конфликты организовывать. И вот что ответил атаман «Центрального казачьего войска» Валерий Налимов.ИНТЕРВЬЮ С В. НАЛИМОВЫМ
В. Налимов
―
Что они могут? Они могут сказать доброе слово, как-то воздействовать на это что-то неправильное, что-то бескультурное, нетактичное. Как они могут воздействовать? Конечно, нельзя распивать (у нас приняты какие-то решения) спиртные напитки. Ну, не будут же казаки у граждан, москвичей отнимать бутылку с пивом и выбрасывать их в урны. Это тоже не совсем тактично и неприлично. Что связано с соблюдением общественного порядка казачьими дружинами – это ещё вне рамок закона.Любой человек, любой гражданин, будь он в мундире или в казачьей справе, может остановить, если он видит хулиганские действия, если кто-то кого-то обижает, если какая-то драка, если распитие спиртных напитков. Да любой гражданин Москвы, Российской Федерации имеет право помочь, остановить, предотвратить. Чёткой и конкретной законодательной базы по казачеству, по охране общественного порядка в городе Москве нет, поэтому такие разброды и шатания сегодня в казачестве города Москвы. Потому что исполнительная власть, которая за это отвечает, она не способна. Те специалисты, которых назначили, не могут даже объединить казачье общество и казачьи организации, которые существуют и хотят служить Отечеству на территории Москвы. На сегодня не могут ничего.
А. Позняков
―
Есть такая идея, чтобы казаки вместе с правоохранителями, с внутренними войсками в том числе, разделяли целый ряд функций полиции, например, по охране общественного порядка в ходе уличных мероприятий, уличных акций. В некоторых регионах это, в принципе, практикуется. Как вы к этому относитесь?
В. Налимов
―
Прежде всего, вы знаете, что и система МВД – это не карательный орган, и казачество никогда не было карательным органом. Почему я так ответил? Вы сказали «пресекать». Мы – защитники своего Отечества. Мы – защитники своего народа. И мы прежде всего действуем под руководством Верховного главнокомандующего президента России Путина. А вот как-то брать на себя какие-то функции – это нужно принять закон по этому вопросу. В политические конфликты мы не вступали и не будем вступать, но роль казачества в последние восемь-десять лет в политике России велика. Мы не будем оппозиции, «пятой колонне» позволять разрушать Отечество. Конечно, мы будем принимать все меры. Но какие-то функции – это неправильно на сегодня. Казачество не для этого создавалось, и не для этого принят закон «О государственной службе».
А. Позняков
―
Это был атаман «Центрального казачьего войска» Валерий Налимов. Вот такой непростой вопрос мы с ним подняли. Собственно, я его спрашивал (был большой вопрос, я оставил его часть малую), готовы ли они разгонять те же акции оппозиционеров.
А. Голубев
―
У них же нагайки есть. Конечно.
А. Позняков
―
Нагайки есть, да. Как известно, именно казаки принимали активное участие в разгоне…
А. Голубев
―
В событиях февраля 1917 года.
А. Позняков
―
Тогда тоже, кстати. …В разгонах всевозможных акций более такого антирелигиозного характера, всевозможных выступлений арт-активистов и людей, которые себя так называют, и действовали достаточно жёстко. Но это всё в Краснодарском крае, где действительно у казаков есть некоторые полномочия. И тут, как говорит атаман «Центрального казачьего войска» Валерий Налимов, молодец губернатор Ткачёв, который и сам, в общем-то, казак. И какие-то такие полномочия закреплены на уровне регионального законодательства в Воронежской области, – рассказал нам Валерий Иванович. Интересная на самом деле проблема, потому что, с одной стороны, мы же все очень ратовали за какую-то муниципальную милицию, которая должна обеспечивать, защищать интересы. Вот чем вам не муниципальная милиция? Те же самые казаки.
А. Голубев
―
Я вообще очень «за». Я не против, чтобы казаки обеспечивали и порядок на улицах (после прохождения, может быть, определённой подготовки). Но главное, что требуется всему нашему русскому казачеству, на мой взгляд – это какой-то общий ребрендинг, что ли. Потому что вот эта самая казачья справа, как сказал наш замечательный спикер только что, и всё такое прочее – это такой немножко архаизм, который надо немножко обновить. Ребрендинг провести казачества – и будет прекрасно. И будут они обеспечивать порядок на улицах и с нагайками, может быть, даже ходить. Нужно вдохнуть новую жизнь.
А. Позняков
―
На самом деле атаман «Центрального казачьего войска» настаивает на том, что самая большая проблема в отсутствии организации, в отсутствии законов и в отсутствии каких-то оснований для работы казаков. Потому что как казаки, так и любой другой человек (вот он объясняет) может пойти и попросить: «Ну, убери ты, родной, ради Христа, бутылку. Ну, не пей ты пиво здесь на скамеечке. Здесь дети ходят, я здесь сына вожу гулять. Он это видит безобразие, а вы здесь бухие, такие-сякие». То же самое может делать казак, но он не может сделать большего. Он может вызвать полицию, и полиция уже будет применять какие-то действия. Это по букве закона.
А. Голубев
―
Даже просто когда казак подскачет на коне, понимаешь, в папахе, с саблей, с шашкой наголо и скажет: «Убери свою бутылку», – человек может подумать, что у него просто белочка началась, и не послушает, потому что это такое шокирующее немного зрелище. Поэтому надо как-то это переформатировать.Мы, как и просили вас, как и обещали, будем принимать звонки. Мы просим вас рассказать нам о том, встречались ли вы с такими…
А. Позняков
―
С казаками. Свой опыт общения с ними. Действительно ли они защищают правопорядок? Могут ли они справиться с этим? Соблюдают ли они действующие ограничения или они вынуждены прибегать к каким-то более жёстким мерам? Может быть, вы пострадали и будете сейчас нам жаловаться. Может быть, вы будете говорить слова благодарности. Звоните нам: 363-36-59 – телефон нашего прямого эфира.И вопрос, который мы ещё хотим с вами обсудить: а надо ли в принципе казакам предоставить полные права по обеспечению общественного порядка?
А. Голубев
―
Извини, здесь такое лаконичное сообщение: «Было. Екатерина». Это, наверное, в нашу прошлую тему о борделях, я так понимаю.
А. Позняков
―
Это продолжение какого-то сообщения. Да, звучит красиво.
А. Голубев
―
Итак, голосование. Надо ли предоставить казакам полные права по обеспечению общественного порядка, приравнять их фактически к полиции?
А. Позняков
―
Такая мягкая форма полиции. Если «да» – звоните по телефону 660-06-64. Если вы считаете, что казакам полные права по обеспечению общественного порядка предоставлять не надо, ваш номер – 660-06-65.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Голубев
―
Ещё раз. Больше прав казакам – телефон 660-06-64. Нет, никаких прав дополнительных казакам предоставлять не надо – 660-06-65. Не забывайте префикс московский – 495.
А. Позняков
―
Наш телефон для сообщений: 8 (985) 970-45-45. «Twitter»: аккаунт @vyzvon. И мы принимаем телефонные звонки.Здравствуйте. Вы в прямом эфире. Представьтесь, пожалуйста. И выключите, пожалуйста, радио.
Слушательница Лариса
―
Здравствуйте.
А. Позняков
―
Да, здравствуйте. Как вас зовут? Откуда вы звоните?
Слушательница Лариса
―
Я насчёт казаков хотела сказать.
А. Позняков
―
Как вас зовут? Откуда звоните?
Слушательница Лариса
―
Москва.
А. Позняков
―
А зовут вас как?
Слушательница Лариса
―
Лариса.
А. Голубев
―
Лариса, вы сталкивались с этими патрулями?
Слушательница Лариса
―
Я сталкивалась. Знаете, где я их видела? В храмах. Но я считаю, что там особо плохого ничего не происходит. Ну, так они там ходят.
А. Голубев
―
А может быть, вы, Лариса, припасли цветные чулки под своей юбкой и сейчас затанцуете на амвоне.
Слушательница Лариса
―
Вот именно. Я и говорю, если таких, может быть, как «Pussy Riot», они останавливали бы. А так, в общем, такого не происходит ничего, поэтому нечего им там делать. Ну, пусть будут, толку от них всё равно никакого.
А. Позняков
―
А в парках, как вы считаете, они нужны?
Слушательница Лариса
―
Я считаю, они были бы нужны, если бы они… Было бы очень хорошо, чтобы они, как полиция, защищали интересы граждан.
А. Позняков
―
В каком смысле?
Слушательница Лариса
―
Я не знаю, если бандиты какие-нибудь, хулиганы напали. Чтобы они могли, допустим, применить какие-то свои полномочия. Но так как у нас милиция тоже не помогает гражданам… Если что нужно, то нет никого.
А. Голубев
―
То уж на казаков вы совсем не полагаетесь.
Слушательница Лариса: Я
―
нет. За мою жизнь (мне 65) мне ещё милиция не помогла ни разу.
А. Позняков
―
Может, казаки вам помогли бы? Почему вы так сразу казаков? Видите, они принципиальные.
Слушательница Лариса
―
Нет, казаки, может быть, помогли бы. Кстати, сказали, что казаки теперь дежурят в парках, будут теперь дежурить в «Сокольниках» по выходным дням. Для того чтобы защищать граждан… В идеале хотелось бы: лучше бы им дежурить не по выходным дням, когда очень много народа, когда и милиция есть, в общем-то, а, может быть, по будним дням. Вот у нас есть лес около дома, когда-то мы ходили туда…
А. Голубев
―
Извините, Лариса, не будем в подробности, просто у нас немного времени остаётся. Вопрос последний. Получается, надо казакам больше прав всё-таки предоставить?
Слушательница Лариса
―
Знаете, при таком не отношении, а, как сейчас казал их… Как он называется, дяденька?
А. Позняков
―
Атаман.
Слушательница Лариса
―
Во-во-во. Когда он сказал, что они будут что-то защищать, какое-то государство от какой-то «пятой колонны»…
А. Голубев
―
Вот это уже лишнее, на ваш взгляд?
Слушательница Лариса
―
Если для этого, то нет, они не нужны.
А. Голубев
―
А вот порядок, от бандитов защищать – это да.
Слушательница Лариса
―
Потому что я думаю, что хулиганов на этих митингах не бывает, а защищать от нас, от нормальных людей…
А. Позняков
―
А, понятно. То есть пусть они борются с криминалом, а политическую составляющую…
Слушательница Лариса
―
Ну, вот с криминалом бы они боролись, но у них нет прав, и они с криминалом не борются. А так ходить? Ну да, форма, ремень…
А. Позняков
―
Спасибо большое, Лариса из Москвы.
А. Голубев
―
Давай ещё один звоночек примем. Алло, добрый день, здравствуйте. Алло! Вы в эфире, добрый вечер. Скажите, как вас зовут, откуда вы.
Слушатель Сергей
―
Меня зовут Сергей.
А. Голубев
―
Сергей, вы сталкивались с такими патрулями? Что вы думаете?
Слушатель Сергей
―
Сталкивался, конечно. Я отдыхал в Адлере. Вместе с двумя полицейскими дежурил казак на железнодорожном вокзале. Я вытащил фотоаппарат, начал фотографировать. Он ко мне подошёл и спрашивает: «С какой целью вы фотографируете?» Я, честно говоря, растерялся, потому что…
А. Голубев
―
А нагайкой по объективу?
Слушатель Сергей
―
А?
А. Голубев
―
Это шутка была. А дальше что было?
Слушатель Сергей
―
Нет, это не шутка была. Он серьёзно начал: «С какой целью фотографируете в курортном городе?» Я был очень удивлён и не знал, что ему ответить сначала. Ну, потом пришлось поругаться.
А. Позняков
―
В общем, вам не понравилось, как он себя вёл?
Слушатель Сергей
―
Да нет, конечно. Это вообще… Я сам казак, из казачьей станицы, я знаю историю казачества.
А. Позняков
―
Просто у нас совсем времени мало остаётся. То есть не надо, по вашему мнению, больше прав давать казакам?
Слушатель Сергей
―
Да вообще убрать! Это недоразумение ходячее. Казаки никогда не исполняли полицейские функции.
А. Позняков
―
Спасибо большое. Вы успели эту фразу произнести.
А. Голубев
―
Спасибо вам. Так же, как и наш слушатель, думают ещё 92%.
А. Позняков
―
92% тех, кто позвонили по названным номерам телефонов.
А. Голубев
―
И только 8% полагают, что казакам надо предоставить дополнительные права, чтобы они следили за порядком в наших городах.
А. Позняков
―
Андрей Позняков, Алексей Голубев, «Воскресный городовой». До встречи!
А. Голубев
―
До свидания!