Городовые - 2015-01-04
А. Голубев
―
17 часов 9 минут в Москве. Андрей Позняков, Алексей Голубев и наша новая программа «Воскресный городовой». Впрочем, не такая уж и новая, она идёт целый второй раз.
А. Позняков
―
Целый второй раз. И мы говорим о самых, как нам кажется, важных и острых темах из городской жизни Москвы и из городской жизни других крупных мегаполисов. Как известно, Москва в целом ряде вопросов является законодателем мод, к счастью, а иногда – и к сожалению. Будем говорить о том, как всё дорожает (с этого мы начнём). Будем говорить о досмотре в метро. Будем говорить о том, во что нам обошёлся Новый год и как гуляла Москва на эти праздники. Поговорим о переполненных СИЗО. И поговорим о торговле в электричках, которую, кстати, могут запретить в ближайшей перспективе.Я сразу же объявлю наши номера телефонов, номера для связи. Пишите нам SMS на номер 8 (985) 970-45-45, на твиттер-аккаунт @vyzvon. Будем активно использовать эти номера для связи, для чтения ваших SMS-сообщений.
И приступаем к теме тарифов.
А. Голубев
―
Жить стало дороже, товарищи. Всё у нас дорожает. «Сложная экономическая ситуация не оставила москвичам надежд на тарифное затишье» – такими заголовками пестрят интернет-издания. Таким образом, что мы имеем? С 1 января подорожал проезд в пригородных электричках. Поездка без пересадки в пределах Москвы составляет 30 рублей, независимо от её дальности, а зонный тариф – 19 рублей.Уже совсем скоро, с 1 февраля повысятся тарифы на проезд в метро и наземном транспорте в связи со значительным повышением стоимости расходов собственно на обслуживание этого транспорта (по крайней мере так утверждают представители властей). «Единые билеты» на метро, наземный транспорт или монорельс на одну и две поездки будут стоить 50 и 100 рублей соответственно. Водители автобусов будут продавать за 50 рублей не билет «90 минут», а разовый; за 100 рублей – билет на три поездки в наземном транспорте, а не на четыре, как сейчас. Стоимость билета на одну поездку только в наземном транспорте подорожает с 30 до 40 рублей, две поездки – с 60 до 80 рублей. Билет на пять поездок будет стоить 125 рублей. Ну и так далее.
А. Позняков
―
Очень-очень много цифр, но одна мысль: Лёша, это много?
А. Голубев
―
Что «много»? Дорожает? Конечно, много. Там есть отдельные моменты. То есть на много-много поездок есть тарифы, которые, наоборот, понизились, но в целом всё повышается. Проезд на электричках индексируется на 10%, и это касается, собственно, всей страны и в первую очередь – Москвы. Помимо этого повышается плата за жилищно-коммунальные услуги. Суммы в платёжках начнут увеличиваться, правда, чуть позже уже, ближе к лету. Максимальный рост тарифов на ЖКУ составит 10%. Больше придётся платить жильцам, не установившим индивидуальные приборы учёта воды и электроэнергии (это отдельная тема). Да, можно ещё сказать про налог на недвижимость, который также вводится с этого года.
А. Позняков
―
Возникает вопрос, кажется, справедливо совершенно, потому что у нас ведь растут цены, у нас действительно меняются курсы валют, у нас падает рубль. И, по идее, должны в перспективе когда-нибудь, наверное, может быть, расти зарплаты.
А. Голубев
―
Будут ли расти зарплаты – это немножко другой вопрос. А то, что ты сказал – рост валют, увеличение цены на бензин – это как раз и приводит к увеличению цен в магазинах, то, что мы покупаем. Мы знаем, что с этого года, в частности, начнёт взыматься плата за проезд по федеральным трассам с грузового транспорта весом от 12 до 40 тонн; стоимость проезд за 1 километр составит 3,5 рубля. Но насколько я понимаю, по последним данным, всё-таки это будет введено уже в конце этого года, в ноябре, как утверждают представители различных профсоюзов.
А. Позняков
―
3 рубля за километр. Человек едет 1000 километров – он платит 3000 за фуру, нагруженную огромным количеством товаров.
А. Голубев
―
Ого, ты посчитал! Ну да, получается.
А. Позняков
―
Это повлияет серьёзно действительно на цены. Просто я знаю, я поясню нашим радиослушателям. Тут весь вечер Алексей обзванивал ритейлер-группы всевозможные и, несмотря на праздники, я слышал, даже с кем-то смог пообщаться. Но я так и не знаю подробностей, что же там получилось.
А. Голубев
―
Смотри, представители ритейлеров так называемых (а если говорить по-русски, это крупнейшие торговые сети), они ещё сами не знают, повлияет ли это на цены. Другой вопрос, что они не исключают, что валютные эти скачки, естественно, повлияют на стоимость продуктов в магазинах. Другой вопрос – неизвестно, на сколько. Потому что все закупки на декабрь и на январь производились, как утверждают представители ритейлеров, по договорённостям старым, ещё до этих всяких скачков. А то, что будет закупаться уже на февраль-март – это уже будет по другим ценам, а каким – пока неизвестно, потому что все переговорные процессы начинаются после 12 января. То есть сейчас абсолютное затишье. На сколько подскочат цены в ближайшие цены, представители ритейлеров не знают. Здесь есть другой ещё момент, который приведёт банально к подорожанию продуктов в магазинах. С нового года в качестве моторного топлива можно использовать бензин и солярку только 4-го класса – «Евро-4» и выше.
А. Позняков
―
Неожиданный фактор.
А. Голубев
―
Он вполне очевидный. Перевозки все осуществляются фурами, автомобилями, и необязательно фурами – так или иначе по нашим дорогам. Им (перевозчикам) придётся платить за бензин больше, что, естественно, повлияет на стоимость продуктов, которые окажутся в результате на полках магазинов. В итоге что? Нам с тобой придётся платить за эти продукты ещё больше. А я думаю, ты уже заметил, что тебе в магазине приходится платить больше.
А. Позняков
―
Да, мы обсуждали тоже походы в магазин. В принципе, есть какая-то средняя сумма, которую ты знаешь, что платишь в супермаркете, каждые два дня заходишь за продуктами. И вот у меня где-то на треть увеличились по моим субъективным ощущениям. Ну, может быть, Новый год, конечно, и специфика того, что мы закупаем на Новый год, такова. Но насколько я помню, у нас голосования в эфире проходили, и люди действительно отмечают, что растут их траты.
А. Голубев
―
Растут траты. Так вот, помимо всех этих валютных дел на это накладывается ещё повышение цены на бензин. Давай просто послушаем, что по этому поводу сказал координатор программ Ассоциации владельцев грузового транспорта и объектов транспортной инфраструктуры, дальнобойщик Валерий Войтко:«Надо понимать, что когда я везу коммерческий груз, то всё это закладывается в стоимость перевозки, то есть всё это ложится на наши и ваши карманы в магазине, потому что абсолютно всё, что в магазинах, перевозится автомобильным транспортом. Поэтому для перевозчиков, которые считают экономику процесса, да хоть 100 рублей – значит, просто перевозка будет дороже, и расхлёбывать будем все мы. В любом товаре есть транспортная составляющая. В любой транспортной составляющей 30% – это стоимость топлива».
А. Голубев
―
Это был Валерий Войтко, глава профсоюза «Дальнобойщик».
А. Позняков
―
Давайте итог всё-таки. Значит, будут расти цены. Опасаться это роста, серьёзный рост ожидается или нет? Как ты это понял?
А. Голубев
―
Да, если мы возьмём цены какого-нибудь минувшего октября и, условно, цены февраля – это такое нехилое будет увеличение, если так в целом оценивать, всё-всё-всё. Вообще возьмём один поход за продуктами, вот ты на неделю-две вперёд закупаешься. Как я понимаю, это будет существенное увеличение стоимости.
А. Позняков
―
Капля оптимизма от Андрея, который нам пишет на номер 8 (985) 970-45 SMS-сообщение… Нет, вернее, он пишет через твиттер-аккаунт @vyzvon, я смотрю: «Что вы огорчаетесь по поводу подорожания? Ведь зарплаты и пенсии тоже, скорее всего, вырастут». Ах, Андрей, вы же знаете, что пенсии и всякий материнский капитал у нас индексируется с учётом официальной инфляции, которая не всегда совпадает с потребительской инфляцией, гораздо более сложные параметры. Что уж говорить по поводу зарплат, которые далеко не у всех вырастут в кризис, об этом уже предупреждали эксперты.
А. Голубев
―
Безусловно. Пенсии действительно индексируются, это не секрет, но это так незначительно, как я могу оценивать, что не сильно, в общем, спасёт пенсионеров. А что касается зарплат, то действительно работодатель и не обязан поднимать зарплату в связи с экономической ситуацией.
А. Позняков
―
Давайте о хорошем. А хорошее заключается вот в чём. Как вы знаете (я зайду, может быть, немного издалека), очень много людей пропадает, особенно в таком мегаполисе, как Москва. Повсюду всегда пропадает много людей. Это всегда трагические истории, всегда огромные проблемы для москвичей и для жителей других городов при поиске – куда же подевался? Чаще всего это касается пенсионеров, людей пожилого возраста или детей. Я ещё с детства помню, когда я надолго задерживался (я очень много гулял в детстве), мама обзванивала больницы. И сейчас это распространённая тоже форма поиска – обзвон больниц.Теперь жить стало в этом плане немножко проще – появился портал findme.mos.ru. Это специальный проект, который собирает данные на данный момент примерно из 70 медицинских учреждений столицы. Туда, в эту электронную базу данных попадают люди, которые не смогли связаться со своими родственниками либо которые по разным причинам не могут рассказать о себе. Власти и волонтёры сделали, как они пишут, всё возможное, чтобы доступ к информации об этих людях для их родных и близких стал максимально простым и удобным.
Какого рода информация есть на этом портале findme.mos.ru? Это информация о пациентах столичных больниц, которые не могут связаться с родными и близкими: это несовершеннолетние, которые не могут объяснить сотрудникам медучреждений, как связаться с родными; лица, которые поступают в состоянии, в котором они не могут сообщить информацию; и совершеннолетние граждане, которые дали осознанное согласие на включение информации о них в базу данных на этом портале. Там также должны, по идее, размещаться и фотографии, но есть у нас некоторые сложности. Закон «О персональных данных» (вообще к вопросу о конфиденциальности) не позволяет публиковать фотографии.
А. Голубев
―
Слушай, уточняющий вопрос, ты разбирался в этой истории. У нас же ведь как? Если человек пропадает, куда начинают звонить его родственники? Правильно, в больницы, в морги (не дай бог), в полицию. То есть сюда попадают только данные о попавших в больничные учреждения?
А. Позняков
―
Да, сюда попадают данные о попавших в больничные учреждения. Должны попадать данные обо всех попавших в больничные учреждения, кто не смог связаться со своими родными или о состоянии которых не могли оповестить родных. Ещё не вполне понятно, насколько действительно репрезентативна эта база данных. Вот сейчас открыта у меня эта база.
А. Голубев
―
Я тоже открою – findme.mos.ru. Заходим.
А. Позняков
―
Да, давайте прямо в прямом эфире будем испытывать.
А. Голубев
―
Я в поисковике, где в поле специальное нужно вводить имя. Я ввожу – «Иван Петров». Может быть, есть такой где-нибудь в больницах. Мне выдаёт результат – «Черноруков»… Короче, выдаёт человека с таким именем, но не совсем. Здесь, видишь, совпадает корень. Короче, у него отчество «Иванович». Я вводил «Иван Петров» – отчество «Иванович» совпало, корень совпал – он уже выдаёт. Вот один человек такой находится в определённой больнице в Москве. Здесь описано всё: это мужчина; меховая шапка; дублёнка, цвет коричневый; спортивные чёрные штаны; сапоги коричневые; телосложение, цвет глаз, цвет волос; дата, когда он найден; рост, возраст.
А. Позняков
―
Особые приметы есть. Я вот смотрю другую карточку – «татуировка». Я хочу обратить внимание: естественно, когда человек не может сказать, как его зовут, как связаться с родственниками, очень часто нет его фамилии, имени и отчества. И тут огромное… Ну, не огромное. Тут есть карточки, где ФИО не указано. И поэтому есть возможность искать: действительно ограничивать по возрасту – скажем, от 1 до 23 лет; по росту – от 1 до 2 метров; по телосложению, по цвету волос, по цвету глаз; шрамы, татуировка, протезы, отсутствие конечностей. Пока вот такой набор стандартных особых примет. И дата обнаружения.В данном проекте, в информационных материалах, которые опубликованы на этом же сайте, написано, что каждый день в больницы Москвы поступает около 60 человек, которые не могут связаться со своими родными. Но пока в списке (здесь, в принципе, можно весь список просмотреть) я вижу только… Ну, сколько? Да, это менее десятка карточек. То есть пока что этот портал только начинает своё существование. Как мне представляется, это хороший задел на будущее, если действительно он будет пополняться.
А. Голубев
―
Очевидно, что вообще архиполезно и архиважно делать такие вещи. Ещё раз подчеркну: мне кажется, что здесь важно не только по больницам информацию предоставлять. Я уж не знаю, какие здесь особенности с законом (наверное, они существуют), какие-то препятствия, но интересно было бы посмотреть на подобные сайты, где можно было бы найти людей, которые находятся в полиции. Опять-таки не знаю, какие здесь есть тонкости. Но важно ещё сказать, что определённый человек находится… Внизу указаны три телефона, по которым можно позвонить и узнать всю информацию об этом человеке: где, что, как; как можно забрать, не забрать.
А. Позняков
―
Собственно, давайте… Ну, я не буду называть имя и фамилию, но, условно, мы нашли человека в этой базе. И что нам предлагают? Нам предлагают, во-первых, адрес и телефон медицинского учреждения. По идее, должен быть режим работы указан, но он, к сожалению, не указан. Написаны место и обстоятельства обнаружения, комментарии, в данном случае: «человек хромает; при себе документов, денег и ценных вещей не имел; взят на улице». И дата обнаружения есть. То есть можно на самом деле таким образом связаться с медицинским учреждением, выйти на этого человека или приехать и уже попробовать попасть к нему.Если вы не уверены, что это ваш родственник, то предполагается, что вы можете посмотреть фотографию. Опубликовать они её не могут в открытом доступе, но всё-таки доступ к фотографии есть. Можно сходить в МФЦ, можно сходить в службу «одного окна», а можно сделать это через электронные сервисы, если вы зарегистрированы на сайте gosuslugi. По идее, вы можете получить доступ через сайт gosuslugi. Но из десятка карточек, которые здесь опубликованы, я лишь в одной (может быть, ещё в другой, в третьей где-то есть фотографии) нашёл фотографию. Ну, когда ты кликаешь на фотографию, тебе говорят «фотографии в базе нет». Один раз всё-таки мне сказали, что фотография есть. Предложили воспользоваться порталом gosuslugi. Я попробовал войти – у меня ничего не получилось. Но предполагается, что вы можете войти, посмотреть, если вы узнали человека.
А. Голубев
―
Смотри, я впервые вообще вижу такое. Здесь можно искать буквально по цвету волос, по цвету глаз или по цвету штанов или ботинок. Здесь есть такая форма. Например, человек попадает в больницу, и там не могут определить его имя, фамилию, отчество. Ты вводишь: «Находился ли у вас человек в чёрных штанах?» Ты здесь это указываешь – и тебе показывают всех, кто находился в московских больницах в чёрных штанах или в голубых джинсах, или в белых шортах и так далее. То есть это какая-то очень важная штука, как мне кажется. Действительно, просто надо пожелать удачи этим людям. Кстати, это чей проект? Я так и не смог пока разобраться.
А. Позняков
―
Я разобрался. Я искал хвосты и обнаружил новость «Интерфакса» ещё от конца октября. Президиум Правительства Москвы на заседании в конце октября принял постановление о создании информационной системы поиска в городских больницах. То есть это организовано через московское Правительство. Дальше после того, как это всё было организовано – вернее, параллельно с продвижением этой идеи, – было объявлено голосование на проекте «Активный Гражданин». Я думаю, что мы его будем часто вспоминать, там очень много важных голосований проводится. И там спрашивали людей, одобряют ли они создание ресурса для размещения информации о пропавших людях такого рода. И большинство, естественно, одобрили (странно было бы, если нет). И в итоге власти Москвы санкционировали, и вот уже сейчас портал работает. Единственное – конечно, данных пока очень мало. Хочется верить, что действительно он будет всеобъемлющим, что не надо будет обзванивать больницы.
А. Голубев
―
И хочется надеяться, чтобы это было в итоге федерального масштаба. Давай пожелаем проекту удачи, а сами переключимся на другую тему.
А. Позняков
―
Ещё одна новость этой недели. Вы слышали, о ней уже говорили среди коротких новостей. Досмотр в метро у нас с 1 января заработал.
А. Голубев
―
Он заработал, там стоят рамки различные, сотрудники полиции, сотрудники определённых каких-то охранных структур. Я пока на себе это вообще никак не заметил. Меня никто не останавливал, и я не видел, чтобы кого-то останавливали.
А. Позняков
―
Так вообще заработал или нет?
А. Голубев
―
Заработал формально с 1-го числа. Я даже видел телесюжеты про эти работающие штуки. Но давай просто вспомним, нам уже Тоня Самсонова раньше как-то рассказывала, что в Лондоне работают не такие вещи. Поскольку люди живут как-то более компактно, там основываются на других факторах, когда люди просто друг друга в лицо идентифицируют:«Документы проверяют крайне редко. Это позволяет, например, многим нелегальным мигрантам годами жить в Лондоне, не имея документов и прав не пребывание, просто потому что они знают, что документы не проверят. С другой стороны, люди живут не в квартирах, а, скорее всего, живут в помещениях небольших, но с отдельным ходом, в соседних домах. Они знают друг друга в лицо. И возвращаясь домой, ты знаешь, кто идёт тебе навстречу, ты здороваешься. Люди больше разговаривают. Поэтому если в районе оказывается неизвестный человек, с ним, скорее всего, познакомишься. Ощущение того, что ты живёшь в маленькой деревушке, зная друг друга вокруг и имея телефоны всех соседей. Твои соседи за тобой приглядывают и, если что, действительно позвонят в полицию, можно быть уверенным. Полное ощущение безопасности. И ощущение безопасности, когда приходишь на свою станцию метро, потому что опять-таки эти маленькие разговоры на станции устанавливают доверие. И ты не можешь остаться незамеченным, скорее всего, ты не можешь быть агрессивным в такой среде.
С другой стороны, это всё становится жутко страшным, когда ты попадаешь, где эти маленькие разговоры уже не работают, когда люди огромной толпой подходят к метро, слишком много людей проходит. Это действительно страшно, и хочется побольше полицейских. Хочется, чтобы было, как в Москве, чтобы поставили немножко железных ограждений. Кажется, что это прибавляет безопасности. Но на самом деле безопасность прибавляет общение и постоянные разговоры, знание тех, кто находится рядом с тобой».
А. Позняков
―
Это была Тоня Самсонова. Людей узнают в лица. Кстати, в Москве тоже людей собираются узнавать в лица. «Московский метрополитен» за большие деньги закупил систему с видеокамерами, которые, по идее, должны распознавать лица, сравнивать их с полицейскими и прочими базами данных и отправлять сообщения, что такой человек на такой-то станции метро появился, и, может быть, его даже должны задерживать.Ещё отмечу, очень важно для пассажиров метро: теперь в этих досмотровых зонах будут выявлять людей, которые проносят запрещённые предметы. Помимо оружия, боеприпасов, ядовитых веществ и прочего, это, между прочим, незачехлённые коньки и лыжи, нескладные велосипеды, животные без клеток, переносок, а также легко бьющиеся предметы без чехлов. Теперь служба безопасности будет отслеживать таких людей именно у рамок металлоискателей.
Андрей Позняков, Алексей Голубев. Сейчас прервёмся на краткие новости и рекламу.
НОВОСТИ
А. Позняков
―
17.35 в Москве. Андрей Позняков, Алексей Голубев. Это программа «Воскресный городовой». Продолжаем говорить о самых наболевших темах московского мегаполиса и других крупных российских мегаполисов этой недели.
А. Голубев
―
Мы продолжаем говорить, но нам тут жалуются в SMS-сообщениях, что мы с тобой не общаемся с нашими слушателями по телефону! Мы исправимся, мы это сделаем обязательно. В заключительной части нашей передачи мы будем говорить о торговле в электричках: нужна она вообще нам или её надо запретить к лешему и вообще выкинуть?
А. Позняков
―
Кстати, сразу тогда давай напомним номер нашего эфирного телефона: 363-36-59. И мы его активируем в 47 минут где-то.
А. Голубев
―
А сейчас мы продолжаем трындеть с Андреем Позняковым, в частности о том, сколько стоит Новый год в Москве. Я думаю, многие заметили… Я лично обратил внимание (я не знаю, как ты) на то, что в этом году Москва была здорово украшена. Всё было очень красиво, со вкусом (почти всё) в плане и светового украшения, и каких-то таких поздравлений, обращений к народу, рекламных щитов и так далее.
А. Позняков
―
Очень важно, кстати, что появились запоминающиеся какие-то объекты, украшательские инсталляции. Например, этот огромный шар на Манежной площади, который уже попал в выпуски новостей по всему миру. И у этого Нового года есть своё лицо в Москве.
А. Голубев
―
Совершенно верно. Однако, бюджет этих новогодних декораций оказался более чем солидным. На украшение города было выделено более 650 миллионов рублей, из них, по данным сайта госзакупок, 366 миллионов стоило праздничное освещение города, и ещё в 285 миллионов рублей обошлись ёлки и инсталляции. Издание «Большой город» выяснило, что ещё можно купить на такую же сумму. Это правильно сделано, мне кажется, правильный ход, потому что только в сравнении можно понять, много это или мало.Так вот, за 375 миллионов, по данным «Большого города», можно отремонтировать участок в 8 километров автомобильной трассы «Хабаровск – Владивосток». За 208 миллионов рублей можно отремонтировать 13 километров дороги «Екатеринбург – Шадринск – Курган». В Уфе почти за 329 миллионов рублей планируют отремонтировать несколько улиц в городе. А в Москве за 294 миллиона рублей собираются вывести инженерные коммуникации из области строительства станции метро «Мичуринский проспект». В общем, много таких сравнений. За 300 миллионов «Росатом» планирует отремонтировать здание в Старомонетном переулке в Москве.
А. Позняков
―
На самом деле какие-то такие небольшие проекты. Там есть какие-нибудь серьёзные, глобальные, чтобы впечатляли? Я не знаю, трасса «Сочи – Адлер». Что-нибудь такое?
А. Голубев
―
Нет, видишь, я говорю: 8 километров трассы отремонтировать, 12 километров, где-то 15 километров трассы отремонтировать можно в России. Вот за 360 миллионов рублей можно застраховать от гибели или физических повреждений стартовые комплексы ракетоносителей типа «Протон», «Союз» и «Зенит». Это глобально тебе или нет? Я не знаю.
А. Позняков
―
Интересный такой вопрос. Давай обратимся к нашим слушателям уже, раз они так просят и ругаются на нас. Обратимся за оценкой.
А. Голубев
―
Давай. Я хотел бы спросить (я думаю, ты тоже ко мне присоединишься), что наши слушатели думают по этому поводу. Уместно ли тратить на украшение наших городов, наших мегаполисов российских столько денег, когда в стране существует немало проблем бытового характера? То есть лучше эти деньги потратить на украшение новогоднее города или, грубо говоря, на дороги, на ремонт дорог?
А. Позняков
―
Я даже обострю. У нас за «крымнаш», как вы признаётесь, наши радиослушатели, приходится иногда пояса-то поджимать. Причём не все согласны с этим «крымнаш», но пояса приходится поджимать всем. Что лучше – деньги на украшения или увеличить траты на дороги? Если считаете, что украшения всё-таки на праздник должны быть самые лучшие и самые здоровские в нашей столице, звоните по телефону 660-06-64. Если, по вашему мнению, лучше не было бы никаких украшений, а эти деньги направили бы на улучшение дорожной ситуации в городе, например, или на ремонт больниц, ваш телефон – 660-06-65.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Голубев
―
Итак, повторяю вопрос. Если вы считаете, что уместно деньги направлять на украшение города – 660-06-64. Если вы считаете, что эти же деньги лучше направить на ремонт дорог, больниц и так далее – 660-06-65.
А. Позняков
―
Буквально пару минут у нас будет идти голосование. А тем временем мы предлагаем послушать интересные статистические данные, которые для нас озвучила Лилия Сафина. Речь идёт о самых «гуляющих» городах мира.
А. Голубев
―
У нас Москва не только самый дорогой город в плане украшений, она ещё и самый «гуляющий» город мира:«Жители Москвы и Санкт-Петербурга дольше всех засиживаются в новогоднюю ночь, – подсчитали исследователи, работающие в сфере носимых гаджетов. Информация о том, жители каких городов и стран дольше всех празднуют Новый год, была собрана на основе анонимных данных, полученных с помощью фитнес-браслетов. Эти устройства отслеживают физическую активность, а также время сна своих владельцев.
На первом месте находится Москва, которая гуляет дольше всех – почти до 4 утра. Второе место делят Санкт-Петербург и украинская столица Киев, чьи жители отмечают праздник до 3.30. За ними следуют Буэнос-Айрес, Мадрид и Сантьяго в Чили. Между тем, самые скромные торжества проходят в Китае и Израиле, где жители ложатся спать менее чем через час после полуночи. В Австралии и США граждане тоже едва дотягивают до часа ночи, – пишет «РИА Новости» со ссылкой на компанию «Jawbone».
А. Позняков
―
Это была Лилия Сафина, она озвучила для нас статистику о самых «гуляющих» городах мира. А тут шокирующие итоги голосования…
А. Голубев
―
А я сейчас озвучу другую статистику, не менее шокирующую лично для меня, потому что 90% радиослушателей считают, что эти деньги, которые были отправлены на украшение наших городов (в данном случае Москвы), лучше было бы пустить на ремонт дорог, больниц и так далее, и тому подобное. То есть мы бы лучше отремонтировали 8 километров дороги где-нибудь, но…
А. Позняков
―
13. Нет, подожди, 13 – это за 290. 30.
А. Голубев
―
Там 8, здесь 12 километров, понимаешь, отремонтировали бы и отмечали, встречали бы Новый год и Рождество в абсолютно сером зимнем городе без этих огоньков, иллюминаций, дедов морозов.
А. Позняков
―
Слушайте, вы слишком практичны, мне кажется. Я солидарен совершенно с Алексеем Голубевым (произнесу это в эфире, не испугаюсь). Просто я в шоке, честно говоря. Ну, практичность – это прекрасно. Если вы боитесь, что воруют больше…
А. Голубев
―
Я скажу, как Андрей Позняков обозвал вас, пока Лилия Сафина читала плёнку. Он обозвал вас, дорогие радиослушатели, «похитители Рождества».
А. Позняков
―
Вот на этой оптимистичной ноте перейдём к совсем неоптимистичной теме. Неоптимистична она вот почему. Мы все знали (кто-то лучше знал, кто-то хуже), что следственные изоляторы, исправительные учреждения и учреждения временного содержания заполнены очень сильно. И вот появились данные на этой неделе: лимит наполнения столичных изоляторов, как выясняется, превышен более чем на 20% – на 21,6%. Об этом в интервью агентству «Москва» рассказал зампредседателя Мосгорсуда Дмитрий Фомин. И он признал, что это проблема.Я цитирую: «Нам говорят о переполненности в следственных изоляторах. Мы серьёзно занимаемся этой проблемой, хотя это совсем не задача судов, это задача ФСИН, задача следственных органов. Органы должны понимать, каким образом размещать лиц, которые обвиняются в совершении преступления. Однако, к сожалению, – я подчёркиваю, – никто не задумывался, сколько мест должно быть в следственных изоляторах такого огромного мегаполиса, как Москва». По словам Фомина, от 27% до 30% из тех, кто содержится в московских СИЗО – это жители Москвы и области. Остальные 70% – это не только не жители столицы, но и не жители России очень часто оказываются в этом числе.
Читаю я эти данные, которые приводит в интервью агентству «Москва» зампредседателя Мосгорсуда Дмитрий Фомин, и у меня возникает, конечно же, вопрос: зачем у нас тогда по первому же требованию следователей человека заключают в следственный изолятор, если там для него нет места? Я помню нашумевшие истории (кажется, даже у нас проходили в программе «Кейс») о людях, которых выпускали из тюрьмы, просто потому что: «Ну, извини, чувак, тебя не могут принять, нет для тебя здесь места. Ну, совершил ты кражу с взломом и ещё кого-то избил – придётся тебе подождать времени заключения». Достаточно распространённая история, в том числе в Соединённых Штатах, в некоторых штатах.
А. Голубев
―
У меня другой вопрос. Наверное, в воздух вопрос. То есть что, раньше этой проблемы не было? Сейчас по какой-то причине растёт количество людей, которых помещают в следственные изоляторы? То есть раньше хватало мест, теперь не хватает. Как так? Почему?
А. Позняков
―
На самом деле раньше была проблема, и правозащитники очень хорошо знакомы с этой ситуацией, с этой проблемой. Я предлагаю послушать, что нам рассказала Зоя Светова, участница наблюдательных комиссий. Она не понаслышке знает о том, что происходит в следственных изоляторах. Она объяснила, как эта переполненность сказывается на условиях содержания:«Если в камере на 18 человек находится 22 человека – значит, у людей нет спального места. Значит, они будут спать по очереди или спать будут на раскладушках, которые им принесут. Был, например, недавно случай такой. Из СИЗО-5 перевели внезапно довольно много народу в другие СИЗО, несколько десятков человек, разбросали их по другим московским СИЗО, и они туда переехали без раскладушек, то есть без спальных мест. Естественно, уже и те СИЗО были переполнены, куда их перевели, и люди там оказались в переполненных камерах. Насколько я понимаю, сейчас перед Новым годом очень много людей освободилось. Точную цифру я не знаю. Может быть, чуть-чуть количество людей сократилось.
Естественно, в основном перенаселённые камеры – это камеры большие, там, где находится по 15-18 человек. Если в них ещё добавляют 2-3 человека, у которых нет спальных мест или она спят на раскладушках, то людям очень трудно двигаться по камере. Днём эти раскладушки убираются, и те люди, которые хотели, может быть, днём лежать, отсыпаться, спать – они этого делать не могут, и это создаёт неудобства. Переполнение на 200-300 человек – это происходит из-за того, что суды берут совершенно всех под стражу. И второе: там, в этих следственных изоляторах постоянно идут ремонты. А когда идёт ремонт, естественно, они людей раскидывают по камерам – и получается это переполнение».
А. Позняков
―
Это была Зоя Светова. В общем, достаточно яркую картинку представил я себе. Так и вижу эти залы на 18 человек, куда ещё запихивают, запихивают и запихивают.
А. Голубев
―
Да. В общем, не секрет, что места лишения свободы, ограничения свободы у нас в России, так сказать, не курорт. И должны ли они быть таковыми, я не знаю, я не уверен. В связи с этим возникает вопрос к вам, к слушателям: как вы считаете, должно ли фигурантам уголовных дел, собственно, быть так уж комфортно?
А. Позняков
―
Я напомню, что мера пресечения в виде ареста избирается, как правило, людям, которым грозит реальное заключение. Речь идёт о крупных суммах, о похищении и прочем, экономических преступлениях. Всё-таки у нас всё ещё помещают под арест нередко. Но речь идёт также о нападениях, об убийствах, об избиениях – то есть люди, которых подозревают в совершении преступлений против личности, в совершении преступлений, которые оборачиваются трагическими последствиями.Если вы считаете, что фигурантам уголовных дел, чья вина ещё не доказана, должно быть комфортно, звоните по телефону 660-06-64. Если вы считаете, что им не должно быть комфортно и они должны в какой-то мере испытывать лишения, звоните по телефону 660-06-65.
ГОЛОСОВАНИЕ
А. Голубев
―
Повторю вопрос. Если вы считаете, что фигурантам уголовных дел должно быть комфортно в СИЗО – 660-06-64. Если вы считаете, что это далеко не главное условие – 660-06-65.
А. Позняков
―
На номер 8 (985) 970-45-45 вы можете писать нам SMS-сообщения. Евгений делится с нами такой мыслью: «На залог денег нет у граждан?» Понимаете, Евгений, я помню… Это резонансные, конечно, дела, за которыми мы следим. Но неоднократно сталкивался с тем, что предлагали рекордные залоги, и под рекордные залоги людей не выпускали из-под стражи в Москве, столичные суды рассматривали эти дела. Так что не в деньгах счастье, как известно.
А. Голубев
―
Но здесь важно понимать, что у нас же ведь просто так людей свободой не ограничивают. Если человек подозревается, например, в нападении на кого-то, его важно изолировать от общества. В том, что у нас немало таких людей – это уже другая проблема. Важно его действительно просто куда-то поместить, чтобы он не совершил ещё одно преступление.
А. Позняков
―
Я уже, наверное, остановлю голосование, потому что результаты говорят сами за себя и вряд ли здесь что-то серьёзное изменится. Да, быстрое у нас голосование прошло. 95% с тобой не согласны. 95% считают, что фигурантам уголовных дел должно быть комфортно (мы именно так сформулировали вопрос). И лишь 5% считают, что фигуранты уголовных дел должны испытывать лишения. И это, мне кажется, хороший, позитивный результат, потому что если твоя вина не доказана, то как можно называть тебя преступником, как ты можешь нести наказание? А вдруг ты невиновен? Имеет ли смысл… Ну, это вопрос выбора между тем, что лучше – отпустить виновного или наказать невиновного?
А. Голубев
―
Да. На самом деле мне несколько неприятно играть в эту игру. Есть у нас такая пословица, и она не просто так возникла: «От сумы и от тюрьмы не стоит зарекаться». Туда может попасть совершенно любой. В нашей действительности и в наши дни это по-прежнему, к сожалению, так. Туда могут посадить совершенно невиновного человека и ограничить свободу. И когда он находится в таких невыносимых, нечеловеческих условиях – это в корне неверное, в корне неправильно. И если у нас уж так происходит, хотелось бы, чтобы человека подозреваемого помещали в какие-то человеческие условия.
А. Позняков
―
Я закончу эту тему цитатой из SMS-сообщения от Надежды: «Зачастую в СИЗО сидят просто так, по рейдерству, а через годы дела разваливаются». Очень много сообщений, в которых люди не доверяют следственным органам, которые настаивают на заключении наших сограждан и граждан других государств.И переходим, наконец, к разговору со слушателями.
А. Голубев
―
Поедем по этапу, мы из СИЗО на электрички пересаживаемся с Андреем Позняковым. Власти вводят списки разрешённых к продаже в электричках товаров. Что это такое, я понятия не имею, не понимаю. Прошу рассказать тебя, Андрей.
А. Позняков
―
На самом деле речь идёт об инициативе столичного Департамента транспорта. Замглавы ведомства Гамид Булатов рассказал об этой идее в интервью «Известиям». Он пояснил, что юристы департамента сейчас занимаются подготовкой документа и уже весной могут направить его в Минтранс. Речь идёт о целом ряде поправок. Во-первых, могут наконец-то упорядочить торговлю в электричках. Эти женщины и мужчины с баулами, некоторые ходят со специальными какими-то документами на груди, значками, как будто они более легальные. Другие, менее легальные, ходят безо всяких жилетов и опознавательных знаков.
А. Голубев
―
А с недавних пор, кстати, и в метро.
А. Позняков
―
В метро, кстати, особенно на открытых участках московской подземки ходят, тоже торгуют. И среди этих регламентирующих норм предполагается ввести перечень товаров для продажи. Пока подробности не раскрываются, но издание приводит мнения экспертов, которые настаивают на том, что надо полностью исключить из продажи в электричках алкогольную продукцию, товары, которые приводят к засорению вагонов. И вообще даже бытует мнение, что надо в рамках регламентации торговли просто отказаться от неё вовсе. Ну, этот вопрос…
А. Голубев
―
А как же вот это? Едешь летом в июне на дачу с друзьями, заходит бабушка с тележкой, а у неё там холодное пивко. И ей запретят это делать?
А. Позняков
―
Представляешь, да, ей могут запретить продавать холодное пивко, если действительно эта инициатива превратится в какое-то постановление, закон.
А. Голубев
―
А детям – мороженое. Давай тогда мы просто банально спросим наших слушателей: стоит ли такую торговлю вообще запретить? Вот то, что ходят продавцы в электричках и продают, торгуют чем ни попадя. Давай спросим.
А. Позняков
―
Непонятно какими булочками и порошками. Давай. Если вы считаете, что торговлю в электричках надо запретить полностью, звоните по телефону 660-06-64. Если нет, ваш номер – 660-06-65. Код Москвы – 495.ГОЛОСОВАНИЕ
А. Голубев
―
Запретить торговлю в электричках – 660-06-64. Нет, оставить торговлю – 660-06-65.
А. Позняков
―
Раз уж мы обещали, запускаем наш эфирный телефон 363-36-59. Будем сейчас разговаривать с вами и выяснять, как нам быть с электричками.
А. Голубев
―
Я бы с удовольствием, знаешь, что запретил? Может быть, не торговлю, это добавляет какой-то такой железнодорожной атмосферы в поездке. Вот запретил бы музыкантов, которые ходят, поют и часто будят.
А. Позняков
―
А это ведь тоже отчасти торговля, такое предложение услуг.Здравствуйте, вы в прямом эфире. Представьтесь, пожалуйста.
Слушательница Анна
―
«Добрый день, уважаемые пассажиры. Всем ещё раз добрый день. Я предлагаю вашему вниманию…» И так далее, и так далее, и так далее. Чем бы они ни торговали, лишь бы молчали. Лишь бы молчали! Зовут Анна, я живу в Москве. Я их ненавижу. Иногда я думаю, что десяток лиц мог бы решить проблемы. Только я не уверена в своей меткости, и могут пострадать ни в чём не повинные.
А. Позняков
―
Неужели вы никогда ничего не покупали?
А. Голубев
―
И даже лупу, с которой можно читать книжку или газету?
Слушательница Анна
―
Принципиально! Не помогают беруши, не помогают наушники. Кто им разрешил нарушать моё аудиопространство?
А. Позняков
―
Спасибо большое. Такое негативное мнение.
А. Голубев
―
Радикальная позиция.
А. Позняков
―
Может быть, у нас есть кто-то, кто любит. 363-36-59 – телефон нашего прямого эфира. Здравствуйте. Как вас зовут, откуда вы звоните? И пользуетесь ли вы услугами таких торговцев в электричках?
Слушатель Андрей
―
Добрый вечер. Андрей зовут меня.
А. Голубев
―
Здравствуйте.
Слушатель Андрей
―
Я считаю, что надо разрешить продавать. В любом случае торговля есть, и это факт, от этого никуда не денешься. Вакуум в любом случае заполнят.
А. Позняков
―
Но каким образом? Смотрите, Андрей, если возьмут и запретят, и полиция будет контролировать – вот и всё, никто не сунется торговать.
Слушатель Андрей
―
Полиция, думаете, не контролирует? В любом случае контролирует. Что так, что так.
А. Голубев
―
А торговать можно всем? Вот алкоголем, например?
Слушатель Андрей
―
Всем – нет.
А. Позняков
―
Так, алкоголь – нет. А что ещё запретить?
Слушатель Андрей
―
Мороженое, вода. Ну, кому-то плохо стало – надо.
А. Позняков
―
Мороженое и воду можно, да?
Слушатель Андрей
―
Почему бы и нет?
А. Позняков
―
А всякие пирожки, которые при жаре портятся?
Слушатель Андрей
―
Смотрите, летите в самолёте – вас ведь кормят? Кормят. Почему бы и нет? На законных основаниях.
А. Голубев
―
Но во время полёта не пускают бабушек.
А. Позняков
―
Во время полёта бабушка не войдёт в самолёт, непонятно откуда и непонятно с чем.
Слушатель Андрей
―
Вот именно, что там торгуют легально продукцией продуктовой. Почему бы и нет? Пусть контролируют.
А. Позняков
―
Понятно. Спасибо большое. У нас, к сожалению, ещё качество связи не очень хорошее оказалось.
А. Голубев
―
Знаешь, кстати, в связи с тем, что сказал Андрей, вспоминается дорога от железнодорожного вокзала до аэропорта на «Аэроэкспрессе». И там совершенно всё это приятно организовано, когда человек в форме – всё красиво, аккуратно, чисто – везёт тележку с продуктами и предлагает тебе…
А. Позняков
―
Вот эта пластиковая реальность красивая с пластиковыми яблоками, с пластиковыми отбивными?
А. Голубев
―
А ты хочешь домашний пирожочек с капустой, да?
А. Позняков
―
Я в своё время в студенческой молодости сопровождал профессоров-историков из Франции. И я помню, что для одного из них поездка на электричке в Подмосковье, в Сергиев Посад – это было, может быть, самое яркое впечатление вообще за всё его пребывание. Потому что у него были огромные глаза, когда он видел этих людей, эту ярмарку настоящую, которая была развёрнута в электричке. Это особая культура, которая является частью, мне кажется, нашего культурного достояния отчасти.
А. Голубев
―
Безусловно, может быть, и так. Но зачастую «культурное достояние» приводит к кишечным инфекциям серьёзным.
А. Позняков
―
Культурное достояние – опасная штука. Пора подводить итоги голосования, времени осталось совсем мало. Нет, нельзя сказать «50 на 50». 36% считают, что надо запретить торговлю в электричках. 64% считают, что торговлю в электричках запрещать не надо. Тут нам SMS солидарности с двумя слушателями, которые до нас дозвонились. Пишут: «Согласен со звонившей женщиной. Пусть молчат!» Мне, кстати, интересно – как бы они торговали, если бы молчали?
А. Голубев
―
Ну, идут просто, и ты, пожалуйста, зовёшь: «Эй! Давай мне мороженое». «В электричках полный беспредел с торговлей, при этом торговля запрещена», – Надежда из Москвы нам пишет.
А. Позняков
―
Андрей Позняков, Алексей Голубев. Это была программа «Воскресный городовой». И сегодня она завершена, но вернётся в эфир через неделю.