Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева - 2017-10-15

М.Ганапольский― Примечательная история с фактическим нападением ведущего ток-шоу на постоянного участника этих политических баталий госканалов Майкла Бома. Вот эта вся история рождает несколько выводов. Во-первых, примечательно, что сам мистер Бом прокомментировал эту стыдобища весьма примирительно: «Ну, бывает» - как-то так, если говорить одним словом – в этом его позиция, - «все мы горячимся» - вот так он вывернулся в комментарии. Тем не менее. Я не буду мочить Бома, как сейчас модно в соцсетях. Его дело – участвовать в этих позорных ток-шоу, или не участвовать.

Кстати, у меня никогда не было претензий к его позиции - он, по сути, либеральный человек, который неприемлет российский антиамериканизм и антизападничество. Об этом, собственно, он в любом ток-шоу и говорит. Любой из нормальных и вменяемых людей говорил бы именно это. Да, он как-то втянулся в эти ток-шоу, получает за это какие-то деньги и даже хочет подать на российское гражданство, - как утверждает пресса. Но ничего плохого в этом я не вижу, я бы сам поехал в Америку, где на каких-то американских ток-шоу отстаивал идеи и позиции великой России, если бы это были человеческие позиции.

Точно так же, вы удивитесь. У меня нет никаких претензий к пацанам, назначенным украинцами в этих ток-шоу. Если они тупо повторяют, что Крым украден, а в Донбассе воюет российская армия, то мне все равно, платят им за это, или нет, - главное, что звучит правда. Ну, назначили таких разрешенных украинцев, разрешенных американцев – как в советские времена. Думаю, что люди среднего и старшего поколения помнят, что был доктор Хайдер, Анжела Девис, - вот таких американцев нам показывали.

Так вот, главное, что из их уст звучит правда. Даже если они карикатурные персонажи. Это как в церкви – даже если поп пьяный, но читает не от себя, а из священной книги, то считается, - и это правда, - что служба идет нормально. И пусть эти люди получают за это деньги. Сидеть среди этой интеллектуальной блевотины – за это кроме денег желательно, чтоб еще спецмолоко давали.

Другое дело, что ко всем этим людям окружающие относятся крайне презрительно. И понятно, почему: задача этих ток-шоу – унизить Бома и прочих, растоптать их. И это система – такая задача: унизить Бома, растоптать его, - стоит в каждой передаче. И Бом на это соглашается. То есть, у него ежедневная работа состоит в том, чтобы быть растоптанным. И он это делает за вознаграждение. То есть, это такая странная новая интеллектуальная проституция, когда ты ходишь куда-то, чтобы тебя изнасиловали. За это тебе дадут денег и гражданство.

Конечно, каждый сам определяет меру своего достоинства. Но как видим, гражданство, видимо, требует, чтобы на тебя нападал ведущий прямо во время эфира. Интересно, куда дальше двинется фантазия кукловодов и на какое новое изнасилование согласится Майкл Бом, - в общем-то неплохой, на мой взгляд, и умный парень.

Это программа «Итоги недели без Евгения Киселева» - Соломин, Нарышкин, Ганапольский.

А.Нарышкин― Да, здравствуйте. У меня только уточнение. Поскольку мы две недели назад с Майклом Бомом общались, хотел ясность внести: по поводу денег сам он категорически все отрицает, мы его пытались расколоть, по-моему, полпередачи – Майкл Бом отрицает, что он берет деньги за участие в этих программах. И он сам подтверждает, что действительно, хочет в России получить гражданство. А зачем он подвергается всем этим процедурам – это его дело. Он говорит, что важно, чтобы прозвучала позиция. Если хотите узнать на самом деле, что думает Майкл Бом, хотим вас отослать к нашей программе – там вся правда. Или не вся.

М.Ганапольский― Я не буду менять своего текста. Я хочу сказать другое. Тогда для меня еще более загадочно, как человек, в общем, американской крови, - американцы, насколько я знаю, для них человеческое достоинство не пустой звук. Это не наши анчоусы, как говорит Латынина. Зачем этот человек ходит на акт насилия над собой? И уже физического применения к нему физической силы? Это, - знаешь, как говорят – российская душа загадочная. Американская, наверное, тоже загадочная. Еще раз: не понимал и не пойму. Не понимаю. За деньги-не за деньги. Не за деньги – еще более странная. Еще раз – не понимаю. Мне кажется, что в человеке самое главное это достоинство. Ходить добровольно, тем более, без денег на это? – не понимаю. И какова мера, что он допустит в отношении себя? Мы видим, сейчас новая мода появилась – просто бить гостя. Потому что то, что делал этот ведущий – мне кажется, он должен быть арестован и против него должно начаться следствие.

А.Нарышкин― И сожжен еще. На костре.

М.Ганапольский― Не знаю. Это как определил российский суд, самый честный суд в мире.

А.Соломин― Как нам сказал Александр Бастрыкин – сначала это должен определит референдум.

М.Ганапольский― Вы просто ребята долго сидите в России. Вы не понимаете, что вы видели на самом деле, если вы это видели Ведущий. В силу тех или иных причин…

А.Нарышкин― Не пересказывайте. Я видел эту картинку – она вирусная, ее многие уже видели. Это очень странно, что вас эти кадры удивляют. Потому что на российских политических ток-шоу там давно уже применяется насилие. И украинских экспертов в кавычках тоже бьют, и Бома теперь потревожили. Ничего удивительного нет.

М.Ганапольский― Как это - ничего удивительного?

А.Нарышкин― Да это нормально. Это телевизор, это шоу.

М.Ганапольский― Нормально для вас. Для меня это удивительно. Давайте когда-нибудь поезжайте куда-нибудь…

А.Нарышкин― Просто украинское телевидение в прошлом веке застряло. Новый век он должен диктовать именно вот это. Новая реальность. Вот через полчаса я Соломину двину – мы так договорились. А в конце программы он мне. И это будет нормально.

М.Ганапольский― Хорошо, переходим к теме. Первая тема у нас «Герой недели»?

А.Соломин― Да.

М.Ганапольский― Давайте.

А.Соломин― Это Нарышкин выбрал героя.

А.Нарышкин― А вы как будто не хотите со мной солидаризироваться. Милош Земан, президент Чехии, который выступал в ПАСЕ, предложил оставить Крым России в обмен на выплату компенсации Украине за потерянную территорию. По его мнению, присоединение полуострова к России, конечно же, была аннексия, однако это уже свершившийся факт и ситуацию невозможно вернуть в первоначальное состояние, - как мы знаем. Это не цитата, я просто напоминаю известную мудрость, что фарш обратно нельзя провернуть. Об этом же как раз Милош Земан: «В нынешних условиях конфликт можно разрешить путем компенсации Украине в денежной форме или нефтью и газом», - считает президент.

М.Ганапольский: Интересно, куда двинется фантазия кукловодов и на какое изнасилование согласится Майкл Бом

И, разумеется, обрушились на Земана и украинские официальные лица – Петр Порошенко отказался считать вопрос о принадлежности Крыма свершившимся фактом, в МИДе Украины сказали, что это откровенный цинизм.

А.Соломин― Важно, что сказал Порошенко – что он не торгует своей территорией. То есть, он воспринимает это не как сделку, точнее, ему это видится как сделка, против которой он горячо выступает.

А.Нарышкин― В Кремле устами Пескова сказали, что о компенсации не может быть и речи, потому что полуостров легитимно вошел в состав России. Ну а сам Земан, спустя несколько дней после своего заявления сказал, что извиняться за свои комментарии не будет. И почему Земан "герой" – потому что я с ним согласен: ни один российский правитель в здравом уме, если это действительно не будет какой-то умалишенный человек, не отдаст никогда Крым. Вы не берите только Россию, не думайте только о России – когда у вас есть определённая территория, кому в голову придёт ее отдавать? Какие есть прецеденты, когда кто-то отдает добровольно территории? Силой, наверное, можно отобрать.

А.Соломин― Прецеденты есть.

А.Нарышкин― Какие?

А.Соломин― Аляска.

А.Нарышкин― Это было давно. И там как раз вопрос с компенсациями. Но сейчас – вот взять отрезок в сто лет – никто добровольно сам никогда никому территории не отдавал.

А.Соломин― А Российская федерация в процессе урегулирования пограничных споров с некоторыми странами…

А.Нарышкин― Ну, Китай, какие-то два гектара, где никто не живет – их не жалко отдавать. Крым это не только площадь, не только земля, это человеческие жизни, судьбы, это еще и различные предприятия. Земан говорит то, о чем многие боятся сказать. Есть формула, по которой можно Украине от России хоть что-то получить. Хорошо, если деньгами совсем неприлично, давайте сделаем какие-то скидки, еще большие скидки на газ, нефть, на что угодно – пустим украинские продукты, закончим торговые войны, возобновим авиасообщение. Давайте сделаем что-нибудь, но забудем про то, что Крым перешел к России. Да, нелегитимно, да, это была аннексия, но не вернет вам никто, ребята. Это можно сказать и американцам, и украинцам, - правду говорю - Соломин чихает, значит, Нарышкин и Земан говорят правду. Крым российский это свершившийся факт.

А.Соломин― Это к вопросу о пьяном священнике, который интерпретирует волю Господа.

М.Ганапольский― Да-да. У нас есть вопрос?

А.Нарышкин― Давайте забабахаем голосование? Считаете ли вы разумным предложение о компенсации Украине за Крым? Если вы считаете, что это здравое предложение - 660-06-64, если это предложение неразумное, неверное - 660-06-65.

М.Ганапольский― Хотел обратить внимание радиослушателей на то, чтобы вы точно поняли вопрос. По сути, вопрос идет не о том, хорошее это предложение или нехорошее, а скажем другими словами – поддерживаете ли вы предложение Земана?

А.Нарышкин― Ну, о,кей, о компенсации.

М.Ганапольский― Да, о компенсации.

А.Нарышкин― А смысл предложения – еще раз – Кремль за Крым должен дать либо денежку, либо нефть или газ.

М.Ганапольский― Понятно. Это самое, Соломин, ты что-то хотел сказать?

А.Соломин― У нас в эфире был Станислав Белковский, и он нам сказал прямо в минутах, сколько протянет президент Украины после того, как согласится на это предложение. По-моему, полчаса. Это то предложение, на которое не согласится никто, потому что этого человека сотрут в порошок сразу же. Причем, неважно, в какой стране…

А.Нарышкин― По-моему, это сказал Денис Драгунский.

А.Соломин― Да, Драгунский. Все политики в рамках популистской игры все равно живут. Даже если не считают себя популистами, а считают себя реальными политиками. Такого не бывает. Проблема, к сожалению, отношений России и Украины с Крымом не решить, даже если закрыть проблему Крыма. А проблемы России и Украины настолько велики сейчас и всеобъемлющи – вы сами нам сказали в прошлый раз, что – все, Украина Россию потеряла. Или Россия потеряла Украину, - уж не знаю, как.

М.Ганапольский― Скажу несколько слов по этому поводу. Я все понимаю, но мы знаем знаменитую фразу «никогда не говори никогда». И я вас уверяю, что вот эта история, когда мы говорим «он никогда не вернется» - он вернется еще при нашей жизни.

А.Нарышкин― Ха-ха.

М.Ганапольский: Проблема Крыма заключается в том, что он был украден

М.Ганапольский― Подожди, не играй сейчас Голубева – мне Голубева одного достаточно.

А.Нарышкин― Привет ему. Алексей, наш дорогой друг.

М.Ганапольский― Да, я его очень люблю.

А.Нарышкин― Как и мы все.

М.Ганапольский― Просто эти «ха-ха» - тогда это продолжение спора, тогда мы должны сейчас уйти в спор.

А.Нарышкин― Тем более что это вечный спор. Не договоримся.

М.Ганапольский― Да, это спор на много лет. Значит, пункт первый: он вернется. Почему – сейчас объясню, это связано с пунктом вторым. Почему не проходит идея Земана? Если бы даже – вот об этом никто не говорит почему-то, а я хочу сказать. Даже если бы г-н Порошенко неожиданно согласился бы и более того, согласилось бы украинское общество, перепив крепкого самогона и заев варениками и салом, - давайте, чтобы уже все штампы были. Знаете, кто бы на это не согласился? Догадайтесь с трех раз?

А.Соломин― Россия.

М.Ганапольский― Нет. Вот Россия предложила, а Порошенко и украинские националисты, и «Свобода», и «Визитка» Яроша – все согласились бы. Кто бы не согласился?

А.Соломин― Европейцы?

А.Нарышкин― Кто – европейцы?

А.Соломин― Да никто бы не согласился.

М.Ганапольский― По одной простой причине. Проблема Крыма заключается в том, что он был украден. Были нарушены международные договоры. И ты верно сказал. Нарышкин – не впихнуть назад невпихуемое. Соответственно, что бы сказал остальной мир по этому поводу? – Да, ребята, мы понимаем, что вы договорились, на энергоносители, фа-фа-ля-ля. Только есть одно обстоятельство: вы своей договорённостью легитимизуете такие вещи.

А.Нарышкин― Вот я тоже об этом подумал.

М.Ганапольский― Любая сильная страна может забрать у слабой страны то, что она хочет, потом предложить расплатиться типа – все нормально? Но что тогда есть закон?

А.Нарышкин― А в судах бывают истории, когда кто-то кого-то изнасиловал, но потом заявление из полиции забирается, потому что стороны смогли договориться – некое досудебное соглашение – стороны помирились. И никакого разбирательства. Почему здесь не может использоваться этот же механизм?

М.Ганапольский― Видимо, потому, что изнасилование одного человека это не передел других стран, любой страны, если это будет санкционировано. Потому что тогда Америка позволит себе очень многое. Тогда германия может себе позволить очень многое. Вот тогда уже можно забрать Калининград. Подождать немножко санкций, а после этого договориться с Россией по поводу генераторов «Сименс».

А.Нарышкин― Получится история как в игре «Монополия» - у кого денег больше, тот может все скупить.

М.Ганапольский― Правильно.

А.Нарышкин― И мы проиграем США быстро.

М.Ганапольский― Поэтому дело не во фразах Порошенко и не в его позиции «мы территорией не торгуем» - это все правильно, что он говорит. Просто это неприемлемо. За это, собственно, и санкции – мир не может, чтобы его как Майкла Бома выставили дураком. Мир не может это позволить.

А.Соломин― Но ведь Украина независимое государство – что ей эти европейцы?

М.Ганапольский― Да, но она объявила курс евроинтеграции. Ни у кого не будет подобных вопросов, например, к среднеазиатским странам, например. Они пусть даже меняются – они играют по своим правилам. Но если вы говорите, что будете играть по общемировым правилам, боюсь, что это не произойдет. Поэтому прав был Дмитрий Анатольевич Медведев – санкции навсегда. К сожалению.

А.Соломин― Итоги голосования: 45% наших слушателей считают разумным предложение о компенсации Украине.

А.Нарышкин― 45 процентов!

А.Соломин― И 55% считают его неразумным. Переходим к следующей теме. «Событие недели».

А.Нарышкин― На режиссера Юрия Быкова обрушились с критикой за фильм, который показали в эфире Первого канала «Спящий» - там про все – про оппозицию, про доблестную Федеральную службу безопасности, из нашей четверки - Ганапольский, Соломин, Нарышкин, Киселев, только Евгений Киселев успел посмотреть сериал полностью и считает, что это такой шедевр-не шедевр – ну, можно считать пророчески. Послушаем его комментарий, потом вместе с вами обсудим.

Е.Киселев― Честно отсмотрел все восемь серий сериала «Спящие», вызвавшего столько гневных откликов среди представителей либеральной общественности, от которой я себя вовсе не отделяю. Но не скрою – видимо, из-за своего хорошего отношения и к талантливому режиссеру Юрию Быкову, и к некоторым актерам, снимавшимся в главных ролях, к тому же Петренко, которого я все еще вспоминаю в совершенно другой главной роли, в фильме «Водитель для веры» и из-а моей, возможно наивной, но все еще теплившейся в душе надежды на то, что руководитель Первого канала Константин Эрнст какие-то вещи делает, держа в кармане фигу - по принципу «чем хуже, тем лучше»: ах, вы хотите больше пропаганды? – ну, тогда получайте полный трэш.

Вот из-за всего этого поначалу мне показалось, что этот сериал какой-то тонкий троллинг. Особенно когда я увидел сцену, где один из главных героев, журналист «Независимой газеты» вступает с другим героем, твердокаменным чекистом, в спор о ценностях. И весьма эмоционально и убедительно говорит о том, о какой России он мечтает – о свободе, правосудии, о равенстве возможностей, о стране, в которой 21-й век побеждал бы Средневековье. И прочее, прочее, прочее.

М.Ганапольский: За это, собственно, и санкции – мир не может, чтобы его как Майкла Бома выставили дураком

И вот тут я подумал: может быть, ради этого все это делалось, может быть, это и не так плохо, - по крайней мере, и такая точка зрения озвучивается для многомиллионной аудитории Первого канала.

Ах, как же наивен я оказался, когда чуть ли не под конец той же серии выяснилось, что этот самый журналист не просто главный отрицательный герой, а негодяй, преступник, организатор всех жестоких убийств невинных людей, происходивших на протяжении предыдущих серий, человек, который готовит массовый теракт в Москве и, разумеется, работает на ЦРУ.

И вообще – кругом одни агенты. И в правительстве, ив прессе, и в правозащитных кругах, и в преступном мире и даже внутри самой ФСБ.

Знаете, если на самом деле, то это далеко не первый случай, когда в кино, сериалах изображаются вот такие ходульные персонажи и такие конспирологические истории. Но, пожалуй, это действительно первый за долгое время пример, когда художественное высказывание на подобные темы делается в таком концентрированном виде.

И вот тут у меня возникает вопрос, - возможно, самый главный: а кому это выгодно? И ответ на этот вопрос совершенно однозначный: выгодно это тем политическим силам. Которые, как сейчас уже многие начинают говорить, после следующих президентских выборов, весной 2018 года, готовят новую волну закручивания гаек, и возможно, репрессий в России. И те люди, которые могут стать жертвами этих репрессий, уже весьма четко обозначены в этом сериале.

А.Нарышкин― Это Евгений Киселев в программе «Ганапольское», продолжим через 5 минут. Напомню только, что Юрий Быков сообщил своим зрителям, подписчикам, что он, в общем, с кино завязывает, потому что типа не оправдал надежд. Можно ли ему верить? – об этом через пять минут.

НОВОСТИ

М.Ганапольский― Продолжаем. Те же в студии и давайте перейдем к следующей теме. Но вы хотели сказать что-то по поводу фильма?

А.Соломин― Не столько про фильм, наверное. Потому что действительно не с руки разговаривать о том, чего мы не видели, хотя так любят делать у нас в стране.

А.Нарышкин― Я начал смотреть сериал, сегодня с утра посмотрел две серии, сначала, первые 10 минут я изучал фильм как исследователь. Подумал – надо же, надо будет говорить с вами об этом фильме, надо понять, о чем вообще идет речь. Но я втянулся в этот процесс. Мне нравится сериал. Я уважительно отношусь к Юрию Быкову и «Майор» и «Дурак», так же, как и фильмы Звягинцева, они заставляют меня чувствовать себя фигово, когда я смотрю – потому что это про российскую действительность. Я когда гляжу на это, вижу, как там выводят кривых, действительно наших российских персонажей, я каждый раз сижу и думаю: твою мать, вот ты это снимаешь, а это даже не художественный фильм, это документалистика. И это что-то во мне перепахивает. И мне интересно этот фильм смотреть. Да, вот я уже смотрю – каждое СМИ сделало отдельный обзорный материал - я видел уже «Новую газету», «Афишу», кто-то пишет какие-то гневные рецензии на сериал, кто-то выбирает самые жесткие цитаты про оппозицию, про свободу, и прочее.

А мне как кино этот фильм нравится. Я терпеливо досижу еще полтора в эфире, а потом пойду домой и буду смотреть Мне понравился сериал и мне не нравится, что Быкова полощут. Ну, снял он кино, ну, оно при поддержке Министерства культуры – относитесь проще к этой истории. Он же даже специально говорит, что все персонажи вымышленные. Да, там увидели Навального - человек, который там занимается антикоррупционными расследованиями, которому сливали информацию. Да, там говорят, что за всеми нехорошими делами стоит США и это вселенский заговор. Ну, проще относитесь – это просто кино.

Вот Киселев считает, что это прямо пророчество, что показали это перед выборами, а после того, как Путин отправится на четвёртый срок, начнут завинчивать гайки. И этих персонажей, на которых нам как бы указывают авторы фильма, их начнут мочить. Но это кино, успокойтесь, пожалуйста.

А.Соломин― Мне кажется, что надо и проще относиться к заявлению Юрия Быкова, что он, возможно, уйдёт из кинематографа. Потому что в моем представлении человек, большой художник, на самом деле не сможет без своего дела. И не он движет своими желаниями снимать кино, а желание все-таки движет им в этом вопросе. Вот и все. А по поводу фильма – никто не сказал, что художественное произведение должно быть абсолютным отражением действительности. В художественном произведении можно и сотрудника спецслужб идеализировать и представителя оппозиции демонизировать - это его право как художника. А право зрителя не обращать на это никакого внимания, если ему это не нравится – зайти в кнопоиск и поставить фильму два балла из 10.

М.Ганапольский: Это называется свобода, которая в России существует, к сожалению, только в интернет

М.Ганапольский― Я фильма не видел, поэтому скажу то, что вокруг него. Две важные вещи. Во-первых, меня удивило то, что г-н Быков написал такой свой комментарий, где он сказал странную фразу по поводу того, что не оправдал чьих-то надежд. Мне кажется, тут он троллит аудиторию, потому что не представляю себе режиссёра, который должен оправдывать чьи-то надежды. Мы не в сталинское время, когда надо было оправдывать надежды тов. Сталина и политбюро. Поэтому это для меня большой вопрос – вот эта мысль сейчас звучит в Фейсбуке – что это такой тонкий троллинг. Значит, он сделал такой фильм. Нравится – не нравится.

А второе - хочу сказать, что рад. Во-первых, я удивлен, Соломин, твоей фразе, что надо посмотрев фильм расслабиться спокойно. Этот фильм, возможно, многих оскорбил. Еще раз повторю: фильма не видел, но просто предполагаю. То есть давай так скажу – не оскорбил, а про него пишут несогласные, потому что не согласны с той идеологической нагрузкой, которую несет этот фильм.

А.Соломин― Вы на самом деле верное слово употребили – «оскорбил». Вот те люди, которые начинают полоскать г-на Быкова как раз похожи на тех людей, которые очень часто много оскорбляются. Нет, я сейчас абсолютно не против того, чтобы люди выражали свое мнение и писали о фильме, если он им не понравился, что он отвратительный. Но делать из этого долгоиграющую историю типа…

М.Ганапольский― Как хотят, так и делают.

А.Соломин― Так я имею право с этим не согласиться, я с этим не соглашаюсь.

М.Ганапольский― Я понимаю. Они не согласны с фильмом, а ты не согласен с ними. Это будет длиться ровно столько, сколько они захотят.

А.Соломин― На этом построено взаимодействие людей.

М.Ганапольский― Это называется свобода, которая в России существует, к сожалению, только в интернете. Понимаешь, нельзя в России снять и показать по Первому каналу альтернативный фильм про уродов, которые тянут Россию в Средневековье – нет таких фильмов. Вот почему это вызывает озлобленность нормальной публики.

А.Нарышкин― А зачем про это фильм снимать, если мы итак это видим.

М.Ганапольский― Да? А тогда зачем снимать это?

А.Нарышкин― У меня претензии и к Быкову и к Звягинцеву – они снимают кино о том, что есть.

М.Ганапольский― Снимают, потому что есть заказ. Но у Звягинцева это про другое.

А.Нарышкин― Но это про жизнь, про нас.

М.Ганапольский― Нет.

А.Нарышкин― Тут можно долго спорить, так же, как с Голубевым про Крым.

М.Ганапольский― Нет, жанры разные. У Быкова это практически – ну, как? - «Семнадцать мгновений весны», «Место встречи изменить нельзя». Он может тысячу раз писать. Для этого не надо даже фильм смотреть Он тысячу раз может написать, что фильм не имеет ничего общего с людьми реальными, но он показывает героев и показывает обстоятельства, которые такие, типологические – вот почему люди обижаются. Они обижаются из-за того, что это игра в одни ворота, вот и все. Игра в одни ворота. Это как наши выборы, как сейчас будут выборы президента – вот точно так же у нас делается кино.

Поэтому – сделал он, ну и сделал. Конечно, все переживут этот фильм, как-то успокоятся. Ложечки найдутся, но осадочек останется. Вот и все. Идем дальше?

А.Нарышкин― Давайте.

А.Соломин― «Не в фокусе».

А.Нарышкин― У нас две темы в этой рубрике, начнем с того, что в Австрии проходят парламентские выборы и там первое место занимает австрийская «Народная партия», у которой очень молодой руководитель, который уже в свой 31 год, возглавляет Министерство иностранных дел. Когда он эту должность занимал, все уже порадовали, поохали, повозмущались – как так, такой молодой человек, 31 год. Вот Соломину и мне 29, а ему 31, он дипломат, самый главный дипломат в своей стране. Себастьян Курц, судя во всему, как только итоги выборов будут объявлены, станет премьер-министром Австрии. И вопрос в компетенции на самом деле – человек молод, он, наверное, хорошо представляет свою страну на международной арене, но так ли он хорош, например, как зрелые политики?

Хотя есть же тенденции в разных странах – например, есть интересная тенденция, что правые силы становятся все популярнее. Потому что в той же Австрии, в принципе, такая же ситуация, как в Германии с недавними парламентскими выборами. Потому что в Австрии на втором месте сейчас идет «Партия свободы», которая тоже считается ультраправой – это одна тенденция.

Вторая тенденция, общемировая, - крупные политические фигуры молодеют. Возьмите Макрона, которому меньше 40, или канадского премьера Джастина Трюдо, которому тоже 30 с чем-то лет. И в этой же компании Себастьян Курц, видимо, будет - новый премьер Австрии.

М.Ганапольский: Игра в одни ворота. Это как наши выборы

Между тем у нас есть гораздо больше стран, где проверенные временем, скажем так, такие мастодонты остаются во власти. Ангела Меркель, которая сидит уже больше 10 лет.

А.Соломин― Не говоря уже о президенте Зимбабве.

А.Нарышкин― И России. Ну, и Тереза Мей – то есть, взрослые, опытные политики, к которым доверия гораздо больше - в силу возраста у них управленческого опыта больше. И вопрос зададим слушателям – думая о России, кому вы доверяете больше в плане управления страной? Политикам зрелым, проверенным, опытным - 660-06-64, или политикам молодым, амбициозным, но в некотором смысле таким еще неизведанным до конца - 660-06-65. И каждый подумал о своем любимом персонаже – ты, например, о Явлинском.

А.Сломин― Ну да. Я считаю, что в этом нет никакой проблемы.

М.Ганапольский― Ну, подождите, так нельзя. Дайте людям вырасти. Во-первых, присутствие Навального на политической арене это уже серьезная история.

А.Соломин― Да, но только присутствие Навального на политической арене уже давнее, его вполне можно записать в отряд мастодонтов.

М.Ганапольский― Это не имеет значения. При чем тут «мастодонты»? Он давно в политике и это только делает ему четь. Сколько лет Навальному? Я не знаю просто – сколько?

А.Нарышкин― Ну, под 40.

М.Ганапольский― Хорошо, под 40. Но это же не та разваливающаяся труха, которая сейчас руководит страной, с которой сыплется все.

А.Нарышкин― Про какую труху вы говорите сейчас, про какую страну?

М.Ганапольский― Я говорю про руководителей страны, про всех их скопом. Я не имею в виду Путина. Г-н Путин моральная труха. Он физически крепок, безусловно.

А.Нарышкин― Да, крепок, тут никто не поспорит.

М.Ганапольский― Два слова хотел по этому поводу сказать.

А.Соломин― Придется.

М.Ганапольский― Нет, хорошо, что появляются такие молодые люди. У этого человека небольшой управленческий опыт, он был до этого, занимался проблемами адаптации иммигрантов в страну. Но дело не в этом. Трамп вообще не имел никакого политического опыта. А если ты канцлер, то много зависит от того, кто тебя окружает. Самое главное мы видим, что происходит кардинальное омоложение. Почему? – это запрос общества, общество хочет быстрее меняться.

А.Нарышкин― Нам подсказывают - Навальному 41 год. Спасибо большое. Ада.

М.Ганапольский― 41 год – это молодой политик. И должен сказать что, наверное, он президентом станет, когда ему будет 70, когда уже все истлеют.

А.Нарышкин― Когда он сам в труху превратится.

М.Ганапольский― Нет, он не превратится в труху, он психологически человек другой формации.

А.Нарышкин― Ой, вы не знаете, что с Навальным будет спустя 30 лет. Станет он моральной трухой, или нет.

А.Соломин― Я с вами не соглашусь.

М.Ганапольский― Минуточку. Путин ведь не Брежнев, правда? Да, Путин ведет себя как Брежнев с точки зрения того, как он держится за власть. Но ведь, согласитесь, Путин не Брежнев, правда? Это более современный политик. Да, абсолютно патологический, но современный политик. И успех, - ну, хотя бы, если брать Крым, военную операцию, устроить кровавое побоище на Донбассе, которое не имеет ни конца, ни края, влиять на выборы в США – это что, могло бы старое политбюро?

А.Нарышкин― А это все Путин, что ли?

М.Ганапольский― Путин. Это его идеологема, это его поручения, но он мог бы, например, бросить атомную бомбу на Запад – это один ход. Но он понимает, например, значение, предположим, интернета, и так далее. А «фабрика троллей» - это что? Ну, правда, во времена Брежнева не было интернета. Понимаете, просто надо подождать до 2024 года. В 2024 году, я повторяю это все время, торжественно умрут все, его электорат упокоится. И тогда, наверное, наступит время Навального.

А.Соломин― Кстати, сегодня открывается в Сочи форум молодежи, поэтому думаю, что его электорат не только упокоится, но еще и подрастет к тому времени. Я с вами не согласен вот, в чем - молодой, популярный политик это все замечательно. Действительно, хочется видеть во главе государства человека, устремленного в будущее. Но не надо забывать о том, что публичный политик это всегда искусство договариваться с другими интересантами, с другими странами.

Представьте себе даже на позиции министра иностранных дел этого молодого 31-летнего человека, который встречается с Сергеем Лавровым. Как все эти истории будут заканчиваться? « Who are you? You, chicken, will you teach me?» - вот зачем? Я понимаю, что надо приобретать опыт, но не в то время. Когда государство в это время теряет что-то, что оно могло бы получить. Мне кажется, здесь нужно очень внимательно подходить.

Да, Трамп не имеет политического опыта, но он с Путиным на одной ноге. А вот этот господин, за его плечами, конечно, будет куча советников и масштаб европейского современного государства, но один на один с Путиным – ну, ему просто будет очень тяжело и не факт, что он справится.

А.Нарышкин― И дзюдо он не учился.

М.Ганапольский― Мы забыли еще одного молодого политика – г-на Макрона.

А.Нарышкин― Я о нем сказал.

М.Ганапольский― Я имею в виду с точки зрения того, что я категорически не согласен. Понимаешь, у политиков типа этого молодого, о котором мы сейчас говорим . у Навального, у Макрона – у них нет никакого пиетета перед этими старперами. Понимаешь, они их оценивают по тому, вредят ли они его стране или не вредят.

А.Нарышкин― Я с тобой, Соломин, не согласен – ты говоришь, что Трамп и Путин на одной волне в силу возраста. Но возраст точно не способствует сближению наших стран в данном случае. Был бы в США лидер помоложе, хотя, по-моему, там не такой был выбор – возможно…

А.Соломин― Сближению Росси и США не способствует не возраст их лидеров, а категорические разногласия в принципе обществ.

А.Нарышкин― Вот я об этом и говорю, - возраст не самое главное.

А.Соломин― Давайте перейдем к следующей теме.

М.Ганапольский― А голосование?

А.Нарышкин― За «труху», за опытных политиков, зрелых - 30% слушателей. За молодых и амбициозных - 70%. В общем, дай дорогу молодым – считают наши слушатели.

А.Соломин― Второе «Не в фокусе» связано с историей в подмосковной школе, где учитель показал ученикам фильм «Оно» про клоуна-убийцу, который питается страхами детей. А его из-за этого попросили со своего места – он написал заявление. Сегодня за него заступилась детский омбудсмен Подмосковья, которая посчитала ситуацию странной. Думаю, что она таким образом хотела найти контакт с детьми, показать, что у них есть общие интересы. Мой приятель, журналист и кинокритик Антон Долин сказал, что этот фильм очень даже подходит для такого возраста, - заявила омбудсмен.

У меня лично противоречивое чувство вызывает этот фильм. Мне вообще он кажется очень смешным и даже вовсе не страшным. Там проблема в другом - у него маркировка «18+», но омбудсмен говорит, что эта маркировка рекомендательная мера.

А.Нарышкин― И это правда.

А.Соломин― То есть, одного ребенка в кинотеатр не пустят, если ему нет 18 лет, но если он придет с родителями, то для него сделают исключение, потому что родители ответственные за своего дитя. Учитель на самом деле имеет такую же ответственность, отвечает за детей, которые приходят к нему в класс и, следовательно, сам расставляет приоритеты – можно смотреть этот фильм, или нельзя.

В фильме «Оно» - не знаю, почему «18+» - разве что шутки там скабрезные - больше ничего такого я там не увидел - как говорят. В отличие от книги. Но книгу учитель ученикам не читала. Я тут целиком на ее стороне, несмотря на то, что мне не так сильно нравится этот фильм.

А.Нарышкин― Неформальный подход – это хорошо.

А.Соломин― Да. Ученики продолжили посмотреть этот фильм на уроке, она согласилась. Из фильма можно много че7го важного извлечь – и то, что твои страхи управляют тобой на самом деле, страхи материализуются, и что, прежде всего, нужно не бояться и сохранять хладнокровие – можно массу интересного и важного оттуда вычленить. Но еще и просто потому, что учитель с учениками будет на короткой ноге, и когда ученику понадобится принять действительно сложное и важное решение, а у подростков много проблем – очень много случаев суицидов, подростковых депрессий, много разных проблем. И это важно, когда у подростка есть взрослый ответственный, который сможет его спасти. Даже в том случае, если у него этого контакта нет с родителями.

И то, что сделал этот учитель, на мой взгляд, правильно. Даже если это пошло вопреки школьной программе – если они смотрели это на уроке. Но один раз это возможно, в этом нет ничего страшного.

М.Ганапольский― Интересно. Я большой любитель американских сериалов, адвокатских сериалов. И в них часто оказывается, что происходит в американской школе, если учительница позволила себе подобную историю. Кроме того, что ее вышвыривают из школы, школа платит миллионы долларов – ну, не сама школа, а комитет образования американский – платит за моральные травмы. Может быть их и нет, но за моральные травмы, которые получили некоторые ученики. Которые рассказали дома, расплакались, им вдруг стало страшно, и так далее.

Вы даже не представляете себе, какие санкции. При этом на суде идет интересный разговор. Учитель говорит: ученики сами меня попросили. На что встает обвинитель, говорит: скажите, в ваших должностных инструкциях написано, что вы должны или имеете право смотреть с учениками кино? Вот эта девочка – он показывает на девочку – побоялась сказать, что у нее мания преследования, что у нее разведенные родители, что ее пытался изнасиловать мальчик из старшего класса. А сейчас она не может спать. И поэтому – плати миллионы долларов.

Это наш подход: «да ладно, посмотрели, ну и ради бога». Я ни к чему не призываю, не призываю ни к какому суду. Просто школа регламентирована. В школе есть то, что разрешается и то, что не разрешается. Или не то, что не разрешается, но это противоречит твоим школьным служебным обязанностям. Поэтому – дай бог, чтобы с этой учительницей все закончилось хорошо. Но просто как назидание другим, советую: посмотрите любой американский адвокатский сериал, где из серии в серию адвокаты защищают кого-то. Вы увидите, что развитое общество это развитые параметры того, что каждый з нас может делать. А так сказать – пойдем, ужастик посмотрим…

А.Нарышкин― Если смотреть ужастик это выход за регламент – значит, это фиговый регламент. Я за неформальный подход. Не тот, который был в 57 школе, который пахнет уголовщиной.

М.Ганапольский― Да ради бога. Только если потом какая-то ученица говорит, что она не может спать?

М.Ганапольский: Это не та разваливающаяся труха, которая сейчас руководит страной, с которой сыплется все

А.Нарышкин― Тогда надо не омбудсмена спрашивать, а школьников – хорошая была учительница у вас, вы хотите, чтобы ее вернули? Пусть как он скажут, так и будет.

М.Ганапольский― Соломин, Нарышкин, Ганапольский. Вроде бы нас смотрело большое количество народа - чуть ли не две тысячи человек. Как Шендеровича. Для меня это почетно. Или ты соврал?

А.Соломин― 2500 сейчас.

М.Ганапольский― Это значит, что наша передача интересна. Спасибо вам за ваше доверие. До свидания, до следующей недели.