Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева - 2016-09-25
М.Ганапольский
―
Здравствуйте. Прошли выборы. В Государственной думе оказались те же партии, все те же лица. Правда, добавилось еще несколько страшноватых персон, которые прыгали вокруг думы все это время, демонстрируя патриотическое охранительное поведение. Победила «Единая Россия». Рассказывают, что на участки приходили бабушки и спрашивали: «А где тут за Путина голосовать?» Вот так и победили.Но о прошлом, чего говорить? Тут бы спросить о будущем. Например, что будет страна делать, куда двигаться, куда развиваться? Я часто этот вопрос задаю. Знатоки Северной Кореи утверждают, что там непрерывно показывают по телевизору о войне. И если ты обычный северокореец, то у тебя ощущение, что страна с кем-то воюет. А на самом деле - нет.
Мне кажется, что Россия подошла к такой черте. Сейчас для людей почему-то главное слово – «выжить», и совсем непонятно, почему. Страны вокруг развиваются, появляются новее чудеса техники. Норвегия не знает, куда деть три миллиарда долларов, скупленных для граждан. А в России предлагают снова сидеть в окопах, снова предлагают туже затянуть пояса. Почему – непонятно. Чего их надо затягивать, если нет войны. Где наша экономика? Почему стоит? И что планирует новая старая власть, чтобы двинуть страну вперед? Да ничего власть не планирует. Путин сидит в окопе, в Кремле, пытается оттуда все развести и поссорить, а дума будет ждать его указаний и непрерывно предлагать что-то запретить или ужесточить – вот и вся жизнь.
А-а, вот еще: «Роснано» будет говорить, что если им дадут больше денег, то они сделают телефон лучше айфона. Это программа «Итоги недели без Евгения Киселева», в которой журналисты «Эха» выбирают наиболее значимые события последних дней для последующего голосования.
Алексей Соломин, Алексей Нарышкин, Матвей Ганапольский, звукорежиссер Марина Лелякова. Добрый вечер, коллеги!
М.Ганапольский: Явлинский виноват, потому что продолжает рулить своей партией, ничего не меняя. Вечный Явлинский
А.Нарышкин
―
Добрый.
А.Соломин
―
Добрый вечер. А чего вы такой расстроенный?
М.Ганапольский
―
Я не расстроенный. Просто, понимаешь, Соломин, для радости, как и для грусти, нужен повод. Я в своем обычном настроении. У меня нет повода для особого оптимизма. У тебя есть?
А.Соломин
―
Вы просто серьезный. У меня всегда есть повод для оптимизма. Меня из-за этого оскорбляют иногда.
М.Ганапольский
―
Значит, ты плохо информирован. Ты знаешь знаменитую поговорку.
А.Соломин
―
Наверное.
М.Ганапольский
―
Поехали!СОБЫТИЕ НЕДЕЛИ
А.Соломин
―
К событиям вы, в общем, нас подвели. Итоги выборов мы обсуждаем. Наверное, самое громкое было на этой неделе именно это. И подсчет результатов и то, что конституционное большинство получила партия власти «Единая Россия». И последовавшие после этого назначения, перестановки. О некоторых героях перестановок мы еще отдельно поговорим.В любом случае мы убедились, стали свидетелями тому, что «Единая Россия» вопреки многим прогнозам, что она уже скукожилась вся, сморщилась, она взяла лучший даже результат, чем в 11-м даже году и получила конституционное большинство в Государственной думе Российской Федерации.
Здесь, мне кажется, для обсуждения можно просто ахать, вздыхать, радоваться – кому как – мне кажется, интересным обсудить то, что должна делать оппозиция и какие ошибки, если там есть ошибки оппозиции – то какие ошибки оппозиция допустила.
Вот у меня сейчас под рукой список наблюдателей, который партии направили в Москве. Не поименный список, а количество. Из 3600 участков избирательных в Москве наблюдателей на этих участках было 1900 от всех партий и 1903 членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса – на 3600 участков.
Теперь смотрим непарламентские оппозиционные партии. «Партия Роста» вывела на участке наблюдателей в количество одного человека на 3600 участков в Москве и 10 человек членов избирательной комиссии с правом совещательного голоса.
«Яблоко» - 187 членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса и 141 наблюдатель на 3600 участков по Москве.
Партия ПАРНАС – 74 наблюдателя на 3600 избирательных участков в Москве. Если партия, второй номер в которой говорит, что у них невообразимая поддержка, а власти подтасовывают результаты, в результате которых большинство полученных голосов – вы же знаете, сколько у Мальцева подписчиков в интернете; неужели они не могли экстраполироваться в голоса? – то, наверное, она в состоянии найти людей, которые в состоянии прийти на участки и кричать о том, что подтасовывают голоса…
А.Нарышкин
―
О чем кричать?
А.Соломин
―
О том, что делают вбросы, о том, что везут целый грузовик военных для того, чтобы они проголосовали на этом участке. Почему не борется оппозиция?
М.Ганапольский
―
Да, почему не борется… Дмитрий Орешкин, который, ты знаешь, кроме того, что политолог, он еще и социолог, он довольно большую серьезную работу провел и посчитал, чего там получается, если бы абсолютно кристально честный результат. Правда, пишут, что 15% у «Единой России». Да помилуйте, какие 15%! Это самим себе лгать… Ну, он посчитал Там получается, минус 3-5 процентов. Вбросы же не носили массовый характер. Это было относительно честные выборы.
А.Соломин
―
А мы не знаем, потому что там не было независимых наблюдателей на большинстве пунктов.
А.Нарышкин
―
Верь на слово Памфиловой.
М.Ганапольский
―
Я понимаю. Послушай меня. Сейчас кто только не ищет виноватых. Явлинский виноват, потому что ему 500 лет, и он продолжает рулить своей партии, ничего не меняет в ней. Такой вечный Явлинский. Можно ли иметь к нему по этому поводу претензии, если у нас вечный путь? Наверно, нет. Не одному же Путину быть вечным. Может быть, и Явлинский… И заметь, почему-то Явлинский мешает партии, а вот Путин, например, «Единой России» не мешает, хотя он тоже вечный.
А.Нарышкин
―
Просто Путин не в «Единой России». Понятно все.
М.Ганапольский
―
Давай договорю. Потом обвиняют Навального, потому что Навальный активно призывал не голосовать. Говорят, что он поссорил партии. Знаешь, есть знаменитое, что если любишь, то любишь, а если не любишь – то попа холодная, то батарея горячая. Вот не складывается, не складывается. И Россия показывает себя так, как она показывает себя. Это абсолютный Советский Союз: одна партия, один телеканал, даже второго не нужно. Вот и всё. Плюс все сцементированы.
М.Ганапольский: Что бы ни говорили, это в массе должен быть запрос. А запроса нет
Чего задавать вопрос, почему выиграла «Единая Россия»? Да, потому что власть повязала всех Крымом; потому что как только ты начинаешь думать, что будет какая-то другая власть, то возникает два вопроса. Первый: что будет с Кадыровым, которому надо будет, если будет другая власть, либо отделяться… то есть, если это будет не «володинская» власть, а какая-то власть «навально-какая-то», то либо ему надо со своими ребятами приезжать в Москву с автоматами, пистолетами и защищать власть, то есть свое присутствие в ней, либо отделяться?
Значит, Чечня – раз. А самое главное – Крым. Народ радостно принял Крым, радостно принял. И все разговоры оппозиции, что «мы пересмотрим», «мы подумаем» натыкаются на «ну, с одной стороны, как-то воевать с Украиной не очень хорошо», а с другой стороны, «ну, чего – они ж хотят Крым отдать, а Крым наш, всегда был наш». И это будет надолго и независимо от оппозиции.
Вот будут следующие выборы. И если даже появится сильная оппозиция, то она разделится. Все равно будут голосовать за тех, кто будет говорить: «Крым никогда ни за что не отдадим». Точка! Вырезано в граните. Как там… отлито в граните. Вот власть это замечательно использует.
Украли Крым, сказали: «Крым ваш, друзья! Был их – стал ваш». Всё! И обеспечили себе при нижайшей явке запредельный процент. И как бы вы, проклятые либералы – Нарышкин и Соломин – его не занижали, все равно это высокий результат, конституционное большинство, потому что народ вполне устраивает Крым, «шо он наш».
А.Соломин
―
Безусловно. Мы это поняли, что страшная вина…
М.Ганапольский
―
Да я это не вам…
А.Соломин
―
Мы поняли, что страшная вина в победе «Единой России» лежит на «Единой России». Это понятно. Хочется понять, виновата ли оппозиция, несет ли оппозиция ответственность за провал на этих выборах, и этот вопрос мы адресуем нашим слушателям.Если вы считаете, что оппозиция несет ответственность за провал на этих выборах, тогда ваш телефон: 660 06 64, если она не несет ответственности за провал на этих выборах, тогда -666 06 05.
А.Нарышкин
―
Я могу точно сказать, что не несут ответственности за провал оппозиции на этих выборах люди, потому что люди не могут сами по себе прийти на участок – их нужно мотивировать, им нужно объяснить, что выборы – это интересно, это важно. Этого не сделала ни власть, ни оппозиция. Власть нельзя обвинять в том, что оппозиция получила низкие результаты, потому что такая оппозиция. Оппозиция фиговая, дурацкая, но власть всегда в нашем представлении накручивала себе сколько хотела. И Государственная дума по качеству не очень будет отличаться от того, что мы видели предыдущие пять лет.Я просто хочу на примере «Яблока» объяснить, что у оппозиции большие проблемы. Вот, что нужно сделать, например, партии Григория Алексеевича Явлинского? Ему нужно в первую очередь отправиться в отставку. То, что вы говорите – он равняется на Путина, он сто лет сидит в этой партии – это очень плохо. Ребрендинг партии должен начинаться с этого.
Да, у них было много вирусных роликов и много разной ерунды. Я до сих пор вижу, что по Москве висят какие-то бумажечки, что «это будет самая дерзкая кампания ever». Да, это, конечно, очень круто. Ты как будто с избирателем говоришь на их языке и адресуешь это все молодому поколению. Это все чушь. Подожди! Видишь, пошло у меня… Явлинский – в отставку. Чистки в партийных рядах. Всю вот эту шушеру надо убрать, весь их старый актив. Надо почистить ряды.
И вообще, для меня самая большая проблема, что то же самое «Яблоко», она просыпается за несколько месяцев до выборов. Многие об этом говорят. Так нельзя делать. Я сколько лет работаю на «Эхе» в службе информации, я помню: каждый месяц есть некое мероприятие от партии «Яблоко» в Москве. Это мероприятие маргинальное, на него приходит 2-3 человека. И все годы, которые работал, на эту акцию приходил Сергей Митрохин, тогда лидер «Яблока» и еще несколько человек, которым нечего было делать. Ну, нельзя так раз в месяц устраивать маргинальные мероприятия, какие-то пикеты, залезать в автозак, а потом вылезать из шкафа, стряхивать из себя пыль и говорить: «Вот мы сейчас устроим самую дерзкую кампанию!»
А.Соломин
―
А что надо делать?
А.Нарышкин
―
Пожалуйста, следующие пять лет, если вы, действительно, хотите чего-то добиваться, если вы хотите, чтобы избиратели хотя бы пришли на участки – бог с ними, с голосами за вас – не уходите вы в подполье какое-то, не уползайте, Григорий Алексеевич! Мы говорили с ним об этом в программе нашей на «Эхе» A-Team. Не надо уползать после выборов никуда, не надо прятаться.Он говорит, что у него трибуна есть в Петербурге. Никто не слышит вас там. У них хорошая была инициатива. Тот же Митрохин возглавляет ну их в партии некую… антикоррупционное бюро, по-моему, это называется. Отлично! Он несколько раз за последние два месяца прыгнул на чиновников столичной мэрии. Это отлично, это хорошо. Это то же, что делает Навальный. Это запоминается людям. Люди это в Фейсбуке репостят, это уходит в новости.
Что делает Явлинский – ничего. Явлинский прячется, а потом за 2 месяца появляется: «Я кандидат в президенты», «Мы кандидаты в депутаты…», - и ни хрена не получается. Вот и сидите!
А.Соломин
―
Я не согласен с тобой категорически. Когда выдвигают лидеров в избирательной кампании, все-таки пользуются социологией. Насколько я знаю, «Яблоко» тоже пользуется. И присутствие Григория Алексеевича Явлинского, может быть, многим не нравится, но для основного избирателя партии «Яблоко» его присутствие является обязательным. И рисковать - убирать центральную фигуру в надежде, что проснется какой-то новый избиратель «Яблока» для них очень опасно. То же самое было с партией ПАРНАС, когда они включили Мальцева. Для них это был риск. Они хотели расширить аудиторию. В итоге они потеряли свою консервативную аудиторию, свою основную аудиторию. Видишь, это типичный пример того, как могла партия «Яблоко» поступить, но не поступила.
М.Ганапольский
―
Давайте еще. Вот смотрите, помните, как-то был Советский Союз, все было мутно-мутно, а потом – раз! – и появился Ельцин. И Ельцин, черт побери, появился таким образом, что он сразу всё раздвинул, и стало понятно – вот этот вот человек, это Ельцин… Ну, и потом произошли всякие разные события, которые можно по-разному расценивать. Там была такая штука под названием харизма, что-то вот это… и так далее.Понимаешь, тут в Украине, где я сейчас нахожусь, тоже решили вычистить, только под другим соусом: старая власть Януковича и так далее…
А.Нарышкин
―
Люстрация и все дела.
М.Ганапольский
―
Давайте уберем всех. Давайте сделаем новую полицию, - решили. Сделали новую полицию. Преступность – раз! – и прыгнула вверх. Почему – потому что вымели следователей опытных и так далее. То есть, как говорит Жванецкий, тщательнее надо.Вот уйдет Явлинский. Давай только соскочим, Нарышкин с привычки им помогать. Они недостойны того, чтобы мы им помогали – мы, журналисты.
А.Нарышкин
―
Я им помогаю тем, что план им составил?
М.Ганапольский
―
Ну, ты болеешь за них. Не надо за них болеть. За труп болеть не надо – он холодный.
А.Нарышкин
―
О! так вы признали, что Явлинский с партией – это труп.
М.Ганапольский
―
Не, ну я не про Григория Алексеевича.
А.Нарышкин
―
Партия, его партия – труп.
М.Ганапольский
―
Значит, выбрасываем мы Григория Алексеевича из нашей жизни как такого вот… всё уже – труха сыплется и так далее. Назови мне, пожалуйста, фамилию, кто занимает его место, только не формально, как какой-нибудь Тютькин или Пупкин в «Единой России», а появляется менеджер партии, он же лидер партии, политический лидер яркий и так далее. Нет такого, понимаешь?
А.Нарышкин
―
Хорошо. Это проблема «Яблоко», которая не выдвинула достойных…
А.Соломин
―
В «Яблоке» есть люди, которые, безусловно, являются яркими личностями…
М.Ганапольский
―
Ребята, если бы в «Яблоке был такой человек, он бы давно сместил Явлинского, или бы он сделал какую-то свою партию. Если у человека есть честолюбие, если у человека есть, знаете, такое: «Я сделаю, я достоин этого», - то никакой Явлинский…Вот все называют фамилию Мальцева. Хороший он, плохой… Просто появился Мальцев, раздвинул всех. И теперь все говорят: «Слава Мальцеву!» Другие говорят: «Боже, что за чудище!» Надо быстро его выкинуть на помойку.
Человек появляется и раздвигает, но кроме лидера должны еще две вещи быть, вы же знаете: низы должны не мочь, а верхи не хотеть (или верха). Народ… нет запроса на Явлинского, Навального. И что бы ни говорили, это в массе должен быть запрос. А запроса нет.
Я понимаю, есть проблемы. По телевизору рассказали, уголовные сроки навешали, контрпропаганду сделали – всё понимаю. Просто – не важно, почему – запроса нет.
А.Соломин
―
Итоги голосования я подведу. 45% наших слушателей говорят, что оппозиция несет ответственность за провал на выборах, и 55% не видят никакой ответственности.
М.Ганапольский: Будут голосовать за тех, кто будет говорить: «Крым никогда ни за что не отдадим». Точка!
А.Нарышкин
―
Насчет «Яблока» еще думаю, последняя мысль. Извините, что я прицепился к этой партии…
А.Соломин
―
Но «Партия Роста» тебя не беспокоит вообще.
А.Нарышкин
―
«Партия Роста» меня не беспокоит, потому что они в парламенте не были и госфинансирования у них не было. Но «Яблоко» этого государственного финансирования лишилось. Вот без этого, извините, пайка очень хорошо сейчас будет «Яблоку». Вот Григорий Алексеевич повертится, покрутится. Посмотрим, как он кампанию сделает не на государственных деньгах, а на каких-то собственных. Взносы будет искать, может быть, сам будет бегать с протянутой рукой. Хорошо. Может быть, это встряхнет.
А.Соломин
―
Как будто он тебя лично обидел чем-нибудь.
М.Ганапольский
―
Хочу сказать, что ты как-то мстительно говоришь по отношению к Явлинскому. А Явлинский ничего такого плохого никому ничего не сделал…
А.Нарышкин
―
И хорошего тоже ничего не сделал.
М.Ганапольский
―
Если бы это была нормальная европейская страна, он был нормальный европейским политиком. Просто сложно быть антилопой среди крокодилов. Ну, они играют на другом инструменте. Он играет на лире европейских традиций в политике, а они играют кувалдами.
А.Нарышкин
―
ОК. Пусть в Европу уезжает, если не получается. Если 20 с лишним лет…
М.Ганапольский
―
Соломин, стукни его, пожалуйста. Чемодан – вокзал – что – Германия?
А.Соломин
―
Слушайте, у меня тут нет кувалды. Я не такими методами работаю.
А.Нарышкин
―
Тут выхода два есть. Либо надо менять весь этот оркестр, который помимо лиры, либо надо ехать куда-то к единомышленникам.
А.Соломин
―
Я предлагаю к следующей теме перейти, начать ее, во всяком случае.
М.Ганапольский
―
Давайте…ГЕРОЙ НЕДЕЛИ
А.Нарышкин
―
Тоже отчасти связана эта наша кандидатура с предыдущей темой, потому что не было бы выборов, не было бы новой Государственной думы – не было бы там и Вячеслава Володина, который в Кремле последние пять лет уже находится. Первый зам главы президентской администрации и отвечает за внутреннюю нашу политику. Вот теперь он, непонятно: то ли разжалован в думу, то ли повышен до Государственной думы. Он, кстати, там был три созыва. Вот отправляют его на эту должность. Уже, судя по всему, он станет спикером и вице-спикеры тоже будут из «Единой России». Все хорошо.Вот это для меня ключевой вопрос: Из Володина что-то пытаются сейчас сформировать, как-то протестировать, готовят ли его к президентским выборам, к президентской кампании? Может быть Володин – преемник? Мы же не знаем. Может быть, будут досрочные выборы, и Володин вот так выстрелит скоро. А, может быть, это Володину наказание. Может быть, это ссылка для Володина. Потому что вот сидел Путин с ним в Кремле несколько лет и смотрел, все, что делает Володин, все эти законы, которые принимались в России: какие-нибудь иностранные агенты, «Димы Яковлева», самое последние – «законы Яровой». Ну, это же все при участии непосредственном Вячеслава Володина. Когда говорят, что этот законопроект спущен депутатом из Кремля. Но он спущен от кого? Не от Путина же, не Путин же ночью сидит, буковки выписывает.
А.Соломин
―
Путин дает задание.
А.Нарышкин
―
Путин дает задание, а пишет это Володин.
А.Соломин
―
Там есть НРЗБ управление…
А.Нарышкин
―
Хватит защищать.
М.Ганапольский
―
Вы видите, как он пишет.
А.Соломин
―
Володину можно много навешать, кстати…
М.Ганапольский
―
Извините, давайте начнем с того, что мы не знаем, кто там что пишет. Мы не знаем, что пишет Володин, мы не знаем, что пишет Путин. Может быть, Путин буковки пишет, может, Володин. Собственно, какое это имеет значение?
А.Нарышкин
―
Володин назначен был человеком, который отвечает за внутреннюю российскую политику. Да, я считаю, справедливо его обвинять или благодарить за то, что он делал.
А.Соломин
―
Ты его сделал героем.
А.Нарышкин
―
Он герой для меня, потому что я связываю определенные надежды с тем, что Володин сейчас уйдет в Государственную думу, и там у него будет меньше возможности влиять на Путина. Потому что то, как он вел себя последние пять лет, было не очень хорошо.
А.Соломин
―
Мы сейчас сделаем короткую паузу. Я предлагаю на этой теме чуть-чуть задержаться. Матвей Ганапольский, Алексей Соломин, Алексей Нарышкин. Программа «Ганапольское. Итоги без Евгений Киселева». Сейчас новости, реклама. Продолжим.НОВОСТИ
М.Ганапольский
―
Продолжаем. Алексей Соломин, Алексей Нарышкин, Матвей Ганапольский, звукорежиссер Марина Лелякова. Я сразу хочу что сказать. Вот погано будет, если мы увлечемся тем, кого на кого меняют, что этот сказал, что тот.Вот Володин, например. Вы даже скажете сейчас, что про него хвалебные какие-то вещи всякие люди написали, как он там решает вопросы и так далее. Вот человек с каменной физиономией. Вот у него такая суровая физиономия очень высокопоставленного чиновника. Вот этого человека, который то ли бился с либералами. Придумал идеально, чтобы либералы проиграли. Придумал, как говорят сейчас, вот эту низку явку – это тоже он придумал. Вот всё он придумал, теперь уже его стали называть, что это «серый кардинал». И вдруг его сейчас бросают на Государственную думу. И мы даже задаем вопрос… ты задал вопрос: это, фактически, понижение или повышение?
А.Нарышкин
―
Не-не, давайте запустим, мы же еще не запустили.
М.Ганапольский
―
Давай запустим голосование, оно хорошее, очень интересное голосование.
А.Соломин
―
Я слушал Венедиктова. Я не помню, правда, на кого он сослался. Появилась такая интересная метафора про перевод Володина в спикеры.
М.Ганапольский
―
Это он сам придумал. Все хорошее Венедиктов сам придумывает.
А.Нарышкин
―
Просто скромничает, да?
М.Ганапольский
―
Я прогнулся?
А.Нарышкин
―
Жаль, Венедиктов не слышит вас.
М.Ганапольский
―
Но вы передадите.
А.Соломин
―
Перевод Володина в спикеры для него - Байконур или мусоропровод? Если вы считаете, что Байконур, тогда 660 06 64, если вы считаете, что это мусоропровод, тогда – 660 06 65.
А.Нарышкин
―
Если кто не понял эту метафору, поясним. Байконур – это повышение для Володина, то есть его куда-то готовят выше…
А.Соломин
―
660 06 64.
А.Нарышкин
―
А мусоропровод – это понижение – +7 985 970 45 45.
М.Ганапольский
―
У меня такое предложение: пока идет голосование, задать нам друг другу простой вопрос. Вот его перевели. Говорят, что Кириенко очень достойный человек, может там чего-то тоже занять…
А.Нарышкин
―
Его называют либералом.
М.Ганапольский: Низы должны не мочь, а верхи не хотеть (или верха)
М.Ганапольский
―
Да. Ну, либерал, не либерал…
А.Нарышкин
―
Это важно.
М.Ганапольский
―
Вот вопрос: а что меняется в стране от перемены этих слагаемых?
А.Соломин
―
Многое меняется. Дело в том, что люди, которые окружат Владимира Путина, так или иначе, влияют на повестку самого Владимира Путина.
М.Ганапольский
―
Это тебе сам Владимир Путин сказал?
А.Соломин
―
Это чувствуется. Можно проанализировать по тем или иным действиям. И, когда мы видим, что Владимира Путина начинают окружать откровенные мракобесы и если это происходит, это очень серьезный сигнал, это очень серьезный повод задуматься. Если мы видим, что Владимира Путина окружают люди, которые мракобесами не являются, а являются… да, они не выступают за оппозицию, они давят в себе какие-то оппозиционные нотки, даже если они у них есть, но они профессионалы в своем направлении. Тогда становится уже чуть-чуть спокойнее. И очень хорошо, что некоторых таких людей Владимир Путин все еще слушает.
М.Ганапольский
―
То есть, оказывается, на Владимира Владимировича Путина кто-то оказывает влияние, правильно?
А.Нарышкин
―
Это нормальная история. Тут не надо считать, что Владимир Путин…
М.Ганапольский
―
Хорошо. Тогда ответьте мне на один вопрос, если вы ковыряли в ухе, когда я читал вступительный текст. Смысл вступительного текста был простой: почему ничего не меняется в стране с точки зрения не продвижения либералов во власть? Да бог с ними, с либералами. Вот партия «Единая Россия» получила конституционное большинство. Там есть комитет по науке. Где наука? И был комитет по науке.
А.Соломин
―
Конституционного большинства не было у «Единой России» с 11-го года.
М.Ганапольский
―
Да. Там были люди, которые занимаются бизнесом. У нас даже есть Титов, омбудсмен по бизнесу.
А.Соломин
―
Да не хрена там не было, ничего там не было. У нас был военный бюджет, который раздули до невозможности и потом начали две войны.
М.Ганапольский
―
Об этом и идет разговор. Я задаю тебе, Соломин, простой вопрос. Это такое персональное твое голосование для тебя: Считаешь ли ты, что с новой думой, которая имеет конституционное большинство, Россия… давай так, не с точки зрения либеральных свобод – да горят они огнем, эти либеральные свободы; они сами появятся, если пенсионеры будут получать по 2 тысячи долларов пенсию. Тогда либеральные свободы сами появятся автоматически.
А.Соломин
―
Ничего подобного! Ничего подобного не будет.
М.Ганапольский
―
Ты не ответил на вопрос.
А.Соломин
―
Задайте вопрос.
М.Ганапольский
―
Поменяется ли жизнь, кроме… давай отодвинем в сторону отношение к либералам – поменяется ли жизнь? Будет ли работать промышленность активнее, свобода бизнесу и так далее?
А.Соломин
―
Нет.
М.Ганапольский
―
Вопрос: почему?
А.Соломин
―
Потому что в составе новой Государственной думы, в том самом конституционном большинстве очень мало людей, которые могут не то, что что-то изменить - которые вообще могут думать. В большинстве своем, это люди, которые воспитаны уже новой российской пропагандой, которые сами не прочь в этой самой пропаганде поучаствовать, и которые очень много говорят, горланят и горлопанят, но мало что делают всерьез и мало что понимают в том, на что они поставлены. Это мое личное мнение.
М.Ганапольский
―
Я не согласен с тобой в причинах, но следствие ты сказал точно. Вот, как я прочитал вначале, так оно и будет. Не потому, что я придумал новую реальность, я просто эту написал. Вот просто-напросто так будем жить в окопе. Вот всё.
А.Соломин
―
И… да.
М.Ганапольский
―
Что – и?.. При чем здесь Кириенко, при чем здесь Володин? Слагаемые меняются, а дума остается та же.
А.Нарышкин
―
Подождите, подождите. Вот дума конкретно в нынешней России, 2016 год, старый созыв, новый созыв – дума ничего не решает. Большинство простое, конституционное…, сто мест у «Единой России» - это не важно .Дума такой орган, который ничего не может сделать, потому что делает все Кремль.Но человек, как правильно говорит Соломин, который находится рядом с Путиным, человек, который отвечает за внутреннюю политику, человек, которые что-то, возможно, шепчет Путину в ухо, он, действительно, может влиять на то, что происходит в стране.
А.Соломин
―
У нас сейчас выбор не между тем, сидеть в окопе или не сидеть в окопе, а у нас сейчас выборы другой: между тем, чтобы сидеть в окопе и уезжать из страны на хрен. Потому что сидеть в окопе для на сейчас является лучшим вариантом - сидеть и ждать у моря погоды. Другого варианта для нас нет.
М.Ганапольский
―
Не понимаю предмета разговора. Не понял.
А.Соломин
―
И вот эти самые штурмовые отряды будут бродить по улицам, будут иметь монополию на насилие, вернее, монополии на насилие не будет никакой. И нам с вам – мне в данном случае – придется отсюда уезжать. Я этого не хочу. Поэтому мне очень интересно, кто окружает Владимира Путина. Если туда приходят люди в духе «нодовцев», я естественно, буду делать выводы.
М.Ганапольский
―
Ну, хорошо. Делай. Нас с тобой интересуют разные вещи. Позиция у нас с тобой все-таки разная. Кто бы там рядом с Путиным не стоял - а за эти 15-16, скоро 17 лет, сколько он там уже сидит – рядом с ним стояли разные люди, и все было в одну дуду.Мы можем идти дальше, ребята.
А.Нарышкин
―
Голосование давайте… По-моему, еще не говорили. 37% считает, что Государственная дума для Володина – это Байконур, то есть его готовят к некому повышению, а 63% считают, что для Володина Государственная дума – это мусоропровод. То есть его куда-то на свалку истории, видимо, Путин определил.
М.Ганапольский
―
Ладно. Давайте идем дальше.РЕДИСКА НЕДЕЛИ
А.Нарышкин
―
Целый мини-огород на этой неделе из редисок. Антон Цветков, Анна Кузнецова и Елена Мизулина – вся эта дружная кампания буквально вчера озаботилась тем, что происходит прямо в самом центре столицы, в Центре фотографии братьев Люмьер. А там выставка Джокас… вот написали мы неправильно… я фамилию забыл. Помоги мне!
А.Соломин
―
Стерджес.
А.Нарышкин
―
Стерджес, да. Извините, одну букву упустили… Хватит! Как дурак…Выставка американского художника. Черно-белые фотографии. Там обнаженная натура. Там бывают на фотографии подростки, они тоже обнаженные.
А.Соломин
―
Надо сказать, что это нудисты, что это не просто обнажающиеся для него натуры…
А.Нарышкин
―
Это нудисты, да. Даже те дети, которых фотографировали обнаженными, они фотографировались с разрешения родителей, и родители рядом стояли. В США, на родине Стерджеса эта история закрыта. Педофилия, не педофилия… Были обвинения, там решили, что нет, это все-таки искусство. Но здесь у нас мракобесное государство. Здесь у нас появляется сначала Мизулина, которая говорит: «А! Стойте! Что такое? Как это возможно прямо в центре Москвы. Мы пропагандируем педофилию! Я обращусь к прокурору».Кузнецова Анна, омбудсмен. Вот мы все ждали, где будет ее первый шаг – она как-то должна себя зарекомендовать. И вот она говорит… как же она сказала… то ли мрачно, то ли шокировала ее, в общем, она тоже пообщалась с органами прокуратуры.
Но круче всех, мне кажется, Антон Цветков, который вроде как правозащитник, но, по крайней мере, он в Общественной палате, он возглавляет общественно-наблюдательную комиссию. Это люди, которые ходят по СИЗО, следят за тем, как соблюдаются права тех, кто оказался в изолятора. Вот этот Антон Цветков пришел на эту выставку с какими то «Офицерами России» (организация, которую он возглавляет). Такие здоровые мужики в камуфляже. Какие-то еще тощие ребята пришли, и они заблокировали вход в эту галерею.
И руководство галереи, этого Центра фотографии братьев Люмьер, которые вчера вечером говорили и даже, может быть, смеялись в душе – «ну, какая педофилия? Это же искусство; ничего мы не будем закрывать» - он сегодня, увидев эту картину, сказали: «Мы от греха подальше выставку свернем». И одна из организаторов Наталья Литвинская, она объясняет: «Мне поступают угрозы. Мы закрываем выставку, потому что мы хотим дальше работать.
Для меня самое ужасное в этой истории то, что полиции здесь, сегодня на этой акции, на этом сборище какой-то гопоты, титушек – там полиции не было почти. Там была одна полицейская легковушка. То есть полиция, правоохранительные органы Москвы никак не отреагировали на то, что, возможно, может быть погром. Они с радостью приходят, когда есть где-то ярдом с Кремлем одиночные пикеты, они задерживают вдесятером одного какого-то вшивого пикетчика, но они абсолютно не хотят смотреть на то, что могло произойти здесь, на этой выставке.
Мы помним прекрасно, как громили выставку Сибура на Манеже, как пришел Энтео тоже со своими гопниками, и дело теперь расследуется. Сегодня этого не произошло. Сегодня решили просто выставку закрыть. Это грустная история.
М.Ганапольский
―
Это не грустная, Не относись к этому эмоционально. Во-первых, я хочу сказать тебе комплимент. Ты растешь, ты… Вот я, как Явлинский, я отошел в сторону. Я периодически в передаче отхожу в сторону…
А.Нарышкин
―
Только не называйте меня Митрохиным, пожалуйста.
М.Ганапольский
―
Меня назови Митрохиным. Тут есть еще один момент интересный. Понимаешь, они пришли требовать, они не обратились в суд. Они просто пришли и сказали: «Чуваки, закрывайтесь!»
А.Нарышкин
―
Да, это тоже важно. Нет, здесь не абсолютно участия государства. Государства здесь нет.
М.Ганапольский
―
Это не просто важно. Перед нами внеправовые методы давления на общество. Просто, легко и элементарно. Никаких исков, ничего. «Просто кошмар и ужас», - один написал. Ну, чуваки это увидели, сказали: «Зачем это нам надо?» Взяли и закрылись. Завтра сделают… что-то там цветочки будут и так далее.«Бульдозерная выставка» в Манеже – там это всё серьезно было. Там генсек орал, топал ногами, давал какую-то оценку. Там не было никакого суда. Но там пришло первое лицо, которое все это дело посмотрело и взбесилось. Но это было первое лицо. Вот я себе представляю: пришел Владимир Владимирович Путин, сказал, что «ребята, ну что это такое, у вас тут порнуха?» - я тогда понимаю: первое лицо - суда не надо.
А пришли… как это сказать, кто они по размеру?
А.Нарышкин
―
Бугаи.
А.Соломин
―
Кто?
М.Ганапольский
―
Имеется в виду… никто, дед Пихто! Пришли в трех видах деды Пихто и сказали: «Закрывайте!» Вернее, они не сказали – закрывайте, она сказали – ужас-ужас-ужас! И эти быстро все поняли.А ну, объявите голосование!
А.Нарышкин
―
Вот смотрите, выставка поскольку закрыта, но никаких решений судебных нет, не было ни прокурорской проверки, Роскомнадзор ни к кому не приходил. Это собственное решение организаторов выставки – ее закрыть. Вот вопрос: должны ли были все-таки организаторы бороться за эту выставку? Если должны были – 660 06 64, если не должны были – 660 06 65.Я считаю, что здоровье дороже все-таки. При условии опять же, что там не было полиции никакой. Это на самом деле, был беспредел, это могло закончиться просто какими-нибудь серьезными увечьями для организаторов. Организаторы оказались наедине со своей бедой. Наверняка они публиковали призыв в Фейсбуке – просто к зрителям, к какой-то аудитории: «Придите, нас поддержите». Наверняка полиция видела это сообщение. Наверняка полиция, если не кретины там сидят, догадывались, что может быть какая-то буча. Одна полицейская машина. Всё. Поэтому, наверное. Организаторы думали о своем здоровье, о том, чтобы сохранить. Дальше работает фотоцентр. Ну и всё, и выставку сдали.
С другой стороны, я думаю… как это выражение есть: дашь – палец откусят, а потом и руку откусят. Вот здесь может быть то же самое. Те же самые «Офицеры России» поймут, что «вот таким образом мы можем решать дела». У нас уже есть казаки, которые могут куда-нибудь прийти и кого-нибудь нагайками высечь, у нас есть «Офицеры России». У нас есть замечательная организация НОД, которая обливает писателей зеленкой, которые что-то орут. Вот сегодня, кстати… Один из их методов – облить мочой кого-то. Замечательные у нас организации есть, которые непонятно кому подчиняются, непонятно, в интересах кого работают. И полиция на это все закрывает глаза.
М.Ганапольский
―
Давайте результаты голосования.
А.Соломин
―
64% наших слушателей говорят, что организаторы должны были бороться за выставку Стерджеса, и 36% считают, что не должны были.
М.Ганапольский: Фамилия Мизулиной… ну, она фактически клон президента, она управляет государством
К тому, что сказал Нарышкин остается добавить только то, что я не очень понимаю, почему Мизулина стала публично рассказывать об этой выставке. По-моему, если, с ее точки зрения, там детская порнография, то распространение детской порнографии – у нас это, в общем, уголовно наказуемое преступление. Почему она втихаря не стала обращаться в органы, если ей кажется, что там что-то есть. Второе: если ей кажется, что там что-то такое есть – а, насколько я знаю, там просто фотографии обнаженных нудистов, нудисток – то тут надо дальше разбираться. У нас очень плохо с законами в этом смысле, которые плохо кодифицируют, что такое порнография, а что такое уже искусство, например. Это в принципе-то сложно понять, а по закону еще сложнее разбираться.
Если там нет никаких намеков на сексуальные действия, то по идее говорить об этом, что это порнография можно только в том случае, если человека, который смотрит на данную фотографию, данная фотография возбуждает. Так если эти фотографии, которые представлены на этой выставке, возбуждают госпожу Мизулину. То это очень большие вопросы к самой госпоже Мизулиной – почему ее возбуждают такие фотографии; или к тем людям, которые сообщил ей об этом. Не знаю. Мне кажется, что у организаторов выставки и в мыслях не было ни о каком сексуальном подтексте к этим работам.
Я не большой специалист по Стердежсу, может быть, он и педофил, понятия не имеют. Может быть, у него и есть педофильские фотографии. Если они есть, конечно, его надо отовсюду гнать и сажать. Но пока то, что было – им занимались ФБР, им занимались разные спецорганы. И пока на данным момент он выставляется в музеях испанских, американских, европейских, каких угодно.
М.Ганапольский
―
Знаешь, радиослушатели, которые слушают нашу программу, они могут сказать: «Ребята, а где задор?» Ребята, задор – у Задорного. Вот по этой истории, я думаю что фамилия Мизулиной, и к ней приближается уже Кузнецова и Цветков – вот фамилия Мизулиной… ну, она фактически клон президента, она управляет государством.
А.Соломин
―
Это она вязала на себя такую функцию. Не надо так говорить.Они с подругой сделали закон, который поверг в ужас интернет-сообщество и теперь непонятно, нужно ли покупать на миллиарды долларов оборудование, чтобы записывать весь трафик – чего там российских народ говорит, пишет.
Вот она пришла на выставку… Вот поймите, кто она? Ответ: никто. Вот вообще никто. Я себе представляю, как в Украине на какую-то выставку приходит… давай возьмем не шелупонь всякую – ну, например, Юлию Владимировну Тимошенко. Я почему говорю, Тимошенко, потому что, наверное, радиослушатели знают, что она такой важный депутат, у нее рейтинг хороший и так далее. Есть еще и другие, но не важно. То есть она весома. Ляшко ¬ это украинский Жириновский, он кричит, но у него весь маленький как бы политический, он весь в голосе, как и у Жириновского. А она, действительно…
Ну вот, представим себе, что она приходит на какую-то выставку, и вот она говорит: «Это что за безобразие! И вообще, я напишу…» - и выставка закрывается. Значит, ребята, такого просто не может быть, потому что такого не может быть никогда. Ей скажут: «Кто ты?» И она, плача, уйдет теребя косу. Всё.
Здесь Мизулина рулит государством. Пишет законы, которые стоят государству миллиарды, закрывает выставку. Она может сказать: «А я и не закрывала». Закрыла!
А.Нарышкин
―
Ей нечего теребить.
М.Ганапольский
―
Ей есть чего теребить. Лучше бы она это теребила. Мы можем идти дальше.
А.Соломин
―
У нас все-то две минуты времени осталось.НЕ В ФОКУСЕ
А.Соломин
―
Палата представителей Конгресса США допустила поставку летального оборонительного вооружения для Украины. Это случилось 21-го на заседании. Теперь решение еще должен принять Сенат, еще Обама, который, как известно, не всегда подписывает законы, одобренные Сенатом. Не все, как в России там происходит. Но, тем не менее, это очень важный шаг, и очень важные не в положительном или отрицательном смысле, а та вещь, над которой следует очень серьезно подумать.И давайте я сразу голосование запущу, потому что времени минимально. Считаете ли вы справедливым в этом случае, если Россия в этом случае будет официально поставлять оборонительное летальное вооружение ДНР и ЛНР. Если вы считаете это справедливым, тогда – 660 06 64, если вы не считаете это справедливым, тогда ¬ 660 06 65. У нас буквально 50 секунд.
М.Ганапольский: Американское оружие – важная история, это формат НАТО. Будут обученные совершенно по-другому военные
М.Ганапольский
―
Ты хочешь, чтобы я что-то по этому поводу сказал.
А.Нарышкин
―
20 секунд. На Украине приветствуют это решение?
М.Ганапольский
―
Я ничего не буду говорить. Я лицо заинтересованное. Я против этой войны как таковой. И считают ДНР и ЛНР бандитскими организациями.
А.Нарышкин
―
Ну, хорошо. Это решение американцев приблизит финал, развязку какую-то?
М.Ганапольский
―
Оно сделает, видимо, невозможной дальнейшую агрессию, которую, возможно, в каких-то кремлевских кабинетах обдумывают. Потому что американское оружие – это важная история, это уже формат НАТО. Это будут более обученные совершенно по-другому военнослужащие…
А.Соломин
―
35% наших слушателей говорят, что справедливо, и 65% - что несправедливо. Мы должны заканчивать. Спасибо.
М.Ганапольский
―
Хорошо. Спасибо вам большое, ребята. Смотрим дальше. Пока!