Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева - 2016-03-27
М.Ганапольский
―
Здравствуйте. По репликам г-на Пескова теперь окончательно понятно, что судьбу Надежды Савченко будет решать г-н Путин, - Песков сказал, что сидеть она будет по российским законам, но окончательно ее судьбу будет решать президент. Все по закону. Все в России по закону. Ну, посмотрим, чего он решит. Думаю, что могут быть оба варианты: и она сможет посидеть до последнего дня, и немедленная передача Украине.Интересно, что наши замечательные политологи в одном интервью говорят, что будет сидеть, в другом – что отпустят, – это хитрость такая, чтобы потом сказать: почитайте эти СМИ, я там рассказал, как поступит президент. На самом деле он поступит так, как захочет. А захочет в зависимости от того, нужно ему будет усилить дестабилизацию на Украине, или пусть Украина чуть-чуть вздохнет. Такой у нас могучий президент – если взял в заложники девушки, если устроил над ней судилище, то не нужно себе отказывать ещё и в возможности поиздеваться над ней, повесить на крюк ожидания. Мощный ход, достойный сильного дилера государства. Соломин, привет, представь всех.
А.Соломин
―
С удовольствием хочу всем рассказать, что прямо сейчас из студии в Киеве наш замечательный ведущий Матвей Ганапольский, а по эту сторону монитора сидят обычные участники передачи. Алексей Соломин и Алексей Позняков, мы его называем «Нарышкин на час», человек, который заменяет Нарышкина.
М.Ганапольский
―
Позняков, надеюсь, что ты рассчитаешься с этим человеком, который говорит, что ты «Нарышкин на час» - он тебя оскорбил, ты на гораздо более длительное время.
А.Позняков
―
У нас с ним долгие милые счеты.
М.Ганапольский
―
«Событие недели», давайте, дорогие.
А.Соломин
―
Во вторник в Брюсселе произошли страшные теракты, самые страшные события в стране со времени 40-х годов. Погиб 31 человек, из них трое террористы-смертники, 28 случайных людей, оказавшихся в ненужное время в аэропорту или на станции метро, где произошёл взрыв. На самом деле с этого события прошло уже достаточно много дней, и каждый день приходят новости из Брюсселя. Для всей Европы это шок естественно и, безусловно, там к этому не привыкли. Но то, что произошло сегодня, вышло вперед, как мне кажется, и мы решили обсудить эту тему именно с этой стороны. Вы знаете, постоянно идет дискуссия, то все эти проблемы из-за того, что мигранты наводили Европу, они приезжают туда, устраивают теракты, абсолютно не обращая внимание на то, что террористы которые совершили теракты, находились на территории Европы даже некоторые не в первом поколении, а не приехали туда на волне последних событий на Ближнем Востоке.Тем не менее, сегодня, в день, когда должен был пройти «Марш против страха», гражданская акция памяти жертв этой трагедии - ее официально отменили, перенесли на несколько недель, потому что полиция заявила, что не сможет обеспечить безопасность участников этой акции, так как все силы полиции сейчас заняты на предотвращении других террористических угроз – там по-прежнему сохраняется высокий уровень террористической угрозы.
Вместо этого на площади Биржи, где импровизированный мемориал памяти жертв, пришли ультра-правые, которые жгли файеры. «зиговали», кричали анти-исламские лозунги. Их было несколько сотен человек, произошли стычки с полицией, полиция применила водометы. То есть это то, на что жители Брюсселя совсем не рассчитывали.
А.Позняков
―
А тебя удивило, что они не рассчитывали?
А.Соломин
―
Меня это не удивило, думаю, что они уж точно не хотели, чтобы это произошло. Потому что сейчас совсем не время для этого, это день скорби, а не день ненависти, во что превратили этот марш.
А.Позняков
―
Ты знаешь, что марш, который собираются проводить, там собирались провести минуту молчания и «минуту шума и веселья». В итоге власти испугались, просили отказаться от призывов.
А.Соломин
―
Организаторы отказались проводить этот марш.
А.Позняков
―
По просьбе бургомистра.
А.Соломин
―
Я не о том говорю сейчас. Я говорю о том, что идею бескомпромиссной борьбы с террором не только военными средствами, силами полиции, силами насилия, а вот этого гражданского неповиновения страху, эту идею загубили абсолютно приземленной и абсолютно угадываемой – это действительно можно было предположить, - идеей ненависти ко всему чужеродному, что воспринимается причиной терактов. В обществе самом толерантном и передовом рождается эта клокочущая ненависть, она получила, с точки зрения этих ультра-правых право на жизнь.
А.Позняков
―
Мне кажется, ты неправ.
А.Соломин
―
Это страшно. Страшно сейчас подменять тот высокий и правильный лозунг и тему, с которой выходили организаторы этого «Марша против страха» этим абсолютно низменным чувством, ненавистью и страхом.
М.Ганапольский
―
Какой интеллигентный человек.
А.Позняков
―
Я категорически не согласен с такой оценкой мероприятия, которое сегодня проходило. Получилось, что более 10 тысяч человек откликнулись на призыв депутатов Европарламента и заявили…
А.Соломин
―
Речь не об этой акции.
М.Ганапольский
―
Подожди, дай сказать.
А.Позняков
―
Подожди, высокопарный ты наш.
М.Ганапольский
―
Подожди, что ты, действительно?
А.Позняков
―
Они хотели выйти с лозунгом «мы не боимся», они с этим лозунгом ходили и после терактов в Париже, это важный лозунг для европейского самосознания, они так реагируют на террор: «мы не боимся», что делают власти? За считанные, за 12 часов до того, как должна была бы состояться акция, они выступают с заявлением со словами, что ведутся антитеррористические операции, перенесите на пару недель – они испугались, проявили этот самый страх, против которого собирались выступать люди. Что происходит? Естественно, что легальная площадка для выражения позиции «мы не боимся» она невозможна.
А.Соломин
―
Это другая позиция, это не те люди, которые собирались принимать участие в марше.
А.Позняков
―
Это люди, которые собирались принять участие.
А.Соломин
―
Это не те люди, это люди, которые взяли информационный повод, поняли, что сейчас их время - господи, зажглась лампочка, нам пора на площадь, это не имеет отношения к этой акции.
А.Позняков
―
На смену легальным активистам приходят активисты полу-легальные и нелегальные. В данном случае не левого толка, а правого. Разумно, что люди вышли на улицу. Разумно, что на улицу вышли активисты радикального толка, когда другим не дали высказаться. Потому что в обществе есть невысказанная позиция и невысказанные настроения, которые должны быть выражены. Они вышли туда не только говорить о мигрантах, они вышли туда говорить в принципе, что они против восточного терроризма. Некоторые из них против ислама.
А.Соломин
―
Чушь, какая несусветная.
М.Ганапольский
―
Можно я прерву? По децибелам передача растет, по крику во всяком случае. Давайте объявим голосование – вы прекрасно размяли эту тему. По-моему, в принципе, все ясно.
А.Соломин
―
Что для вас хуже, ультраправые радикалы, или нелегальные мигранты. Если хуже ультраправые радикалы - 660-06-64, если хуже нелегальные мигранты - 660-06-65
М.Ганапольский
―
А я вот что хотел по этому поводу сказать, что называется «заметка на полях». Тут дело даже, наверное, не в том, что власти запретили – если бы люди очень захотели, они бы вышли. Но знаете, у кого что болит, тот о том и говорит. Вот кто как понимает эту жизнь – один видит в непротивлении злу и насилию. Другой видит в том, чтобы сказать: ребята, не пойдете ли вы вон, вы не будете больше, мы это требуем, взрывать наши дома и наших людей. Не будете, и мы это будем требовать у власти. И люди, которые считают, что бороться милосердием и цветочками нельзя, эти люди имеют право высказать свое мнение, как минимум. И поэтому ужасаться им? Да, это радикалы. Они сами по себе никого не взрывают, но они радикально против всех, кто взрывает. И они – если брать Германию, г-ну Меркель, - у нее рейтинги сильно упали. И это совсем не потому, что она целуется с Путиным, а потому что эта политика «плавильный котел», - как выяснилось, многие немцы думают иначе. Поэтому – да, есть такие. И среди наших соотечественников много таких. И у вас, я уверен, по-разному мысли настроены по этому поводу. Не обязательно, как у тебя, Соломин. Прошу это учесть. Ты имеешь право, конечно, по-своему мыслить, но чего хотят радикалы? Хотят, чтобы они убрались. Они имеют право на это. Да, может быть, это уже не Европа, а закат Европы или восход Европы, но они имеют право на это мнение.
А.Соломин
―
Эти радикалы достаточно организованные структуры, которые пользуются конъюнктурными средствами.
А.Позняков
―
И эта организационная структура оказалась круче всех, кто как ты считаешь, давайте послушаем, раз сказали, что это опасно.
М.Ганапольский
―
И они имеют на это право. Это демократическая страна. Если власть не умеет справиться с этими делами, то в ход вступают демагоги, как минимум, которые говорят: надо убрать эту власть. Вот и все.
А.Соломин
―
Решение об отмене марша - не знаю, почему Позняков видит в этом какое-то антинародное действие – оно абсолютно рациональное: вы не можете обеспечить безопасность.
М.Ганапольский
―
Это другой вопрос, другая тема.
А.Соломин
―
Вы вывели этот вопрос сегодня, я его не касался.
А.Позняков
―
Это абсолютно по-чиновьичьи правильное решение.
А.Соломин
―
Власти, которые запретили, поступили абсолютно рационально, потому что если вы знаете, что у вас на территории страны, возможно, присутствуют другие террористы, скопление большого количества народа создаёт опасность для этого народа, с каким бы светлыми лозунгами они ни шли. Абсолютно понятно, что если вы придёте на марш против страха, все такие веселые, и что-нибудь там бомбанет, и у вас будет 50 жертв, ничего хорошего из этого не выйдет. И то, что был этот запрет, вернее, предупреждение, что не смогут обеспечить безопасность.
А.Позняков
―
Ничего себе, не запрет – это был призыв, требование, между прочим.
А.Соломин
―
Но люди, которые не согласились с этим требованием все равно пришли на площадь и все равно положили цветы. Глупо проводить массовый митинг, куда идут террористы в первую очередь, когда ты еще проблему с терроризмом не решил.
А.Позняков
―
С чиновничьей точки зрения абсолютно так. С политической точки зрения у тебя что выходит? Выходит, что в итоге в выигрыше остаются…
А.Соломин
―
Ты путаешь происходящее в Москве в такой ситуацией и в Брюсселе. Людей, которые вышли на несогласованную акцию памяти, никто не сажал.
А.Позняков
―
Самыми сильными и лучшими оказались почему-то националисты. Потому что остальные, грубо говоря, зассали, они просто не вышли, не выразили свою позицию.
А.Соломин
―
Они не из-за испуга туда не пришли.
А.Позняков
―
А из-за того, что им рекомендовали.
А.Соломин
―
Чушь.
М.Ганапольский
―
Думаю, Венедиктов счастлив. Программа «Клинч» у нас была вялой, из-за того, что гости были вялые. Я теперь подскажу Венедиктову, кто на самом деле должен вести эту программу. Давайте подводить итоги – каждый сказал, что думает, каждый выразил свою позицию. И это прекрасно, мы люди с позицией.
А.Соломин
―
Итоги интересные. Мы спрашивали, что для вас хуже – ультраправые радикалы или нелегальные мигранты. 67% наших слушателей.
М.Ганапольский
―
Дай, угадаю. Сказали, что для них более приемлемы ультраправые радикалы и более опасны нелегальные мигранты.
А.Соломин
―
Именно так. 67;% сказали, что для них хуже нелегальные мигранты.
М.Ганапольский
―
Потому что это подлецы, но свои подлецы. Вполне. Все, мы должны идти дальше. Следующая тема. «Герой недели». Сейчас будет интересно, - давайте.
А.Соломин
―
У нас есть два героя. Они – без имени, такое обычно происходит, когда говорят о героях военных, и этот случай не исключение. Мы знаем сейчас очень много новостей по поводу того, что освобождена Пальмира, сейчас уже ЮНЕСКО там занимается всеми этими делами, действительно, крупная, яркая точка во всей этой войне. Но мне показалось важным и я настоял на том, чтобы мы сделали героями тех людей, которые сейчас там воюют. В том числе, это российские граждане. Напомню, что несколько дней назад была новость, что там погиб офицер российского спецназа, которые выполнял некую задачу по наведению ударов российских самолетов и потом вызывал огонь на себя.На мой взгляд, это важная история, важно это отметить. Потом, конечно, их найдут награды, в том числе, посмертные, признания официальные, их имена назовут, я уверен, после этой операции. Но в отличие от многих из нас, сидящих сейчас на уютных диванах, чешущих свои волосатые попки, слушая наш мирный разговор…
М.Ганапольский
―
Прошу прощения. Не все следуют твоему указанию. Есть отдельные люди, которые не чешут, или чешут не то, а что-то другое.
А.Соломин
―
Во всяком случае, ест люди, которых, с моей подачи, мы сделали героями, которые сейчас находятся на войне. Мне мой один преподаватель в школе однажды сказал, что он сам военный, бывший полковник, что все войны затевают политики, а заканчивают военные. Это очень пафосная фраза, конечно, к ней по - разному можно относиться, но по большому счету это верно в том смысле, что человек военный, который решает боевые задачи, выполняет приказ, у него нет никакой политики в голове, он делает то, что он должен сделать, осуществляет оборону государства. И как бы вы ко мне после этого ни относились, какие бы гадости ни писали по поводу сожженных сел или чего-то такого, я считаю это очень важным и незаслуженно обойденным многими из нас.
А.Позняков
―
До чего же мерзкая, уродливая история на самом деле. Речь идет о шестом погибшем российском военнослужащем в Сирии.
А.Соломин
―
Может, уже и не шестом.
А.Позняков
―
Это та самая история про человека в Пальмире, который вызвал на себя огонь. ДО чего же это мерзко.
А.Соломин
―
Чушь.
А.Позняков
―
Ты высокопарно говоришь, а это все политика. О том, что погиб шестой военнослужащий, сообщения появились чуть ли не две недели назад. Первая реакция какая была? - «нет, нет, никто не погиб, все ложь». Потом заминка, задумались, пошли дополнительные источники, а потом: да, действительно, знаете, погиб. И потом начали раскручивать героя. Я преклоняюсь перед людьми, которые находятся на войне, кладут свои жизни за интересы Россини – перед ними я преклоняюсь. Но когда влезают политики, они любую смерть превращают в инструмент своей пропаганды.
А.Соломин
―
Зачем ты эту тему поднимаешь? Я назвал политиков героями? Я сказал о военных.
А.Позняков
―
Какое количество людей там гибнет и совершает подвиги? Почему нельзя было сразу, как только человек погиб, объявить о том, что у нас погиб герой, человек, который совершил подвиг. Почему нельзя было об этом сразу сказать? Нет, мы сначала прячем голову в песок, поджимаем хвост и молчим о том, что у нас погиб человек. Узнается об этом только благодаря его сослуживцам и журналистам-расследователям, которые находят эту информацию. А после этого вдруг зачесались: у нас подвиг. Давайте сделаем красиво, превратим это в подвиг. Мерзкая история. Наверняка на героическом основании, но мерзкая, черная и грязная.
М.Ганапольский
―
У меня предложение. Мне кажется, я бы сейчас подержал Соломина. Он не говорит о том, какие танцы устраивало вокруг гибели этого человека государство. Ну да, это некрасиво. Но это не имеет отношения к тому, о чем мы говорим. Мы говорим о том, что люди выполняют приказы, гибнут, а государство иногда с ними не очень хорошо поступает. В Украине сейчас знаете, сидят два ГРУшника, от которых фактически отказалось государство. Это тоже некрасивая история. Я помню, как жена одного из них, тоже военнослужащая, сказала, что он не пошел ни на какое на задание. Вот такое.Это более широкий вопрос, что такое героизм в наше время. Этому, кстати, многие американские фильмы посвящены – когда кто-то выполняет странный приказ руководства – должен ты его выполнять, или не должен. В любом случае, мне кажется, что Поздняков прав в том – хотя это другая тема – что государство должно быт порядочным. Нельзя в закрытых гробах.
А.Позняков
―
Мы не знаем, что там произошло. Мы сейчас выделяем это событие, гибель этого человека, трагическое, ужасное событие и не знаем, что там делают другие люди, там, на фронте. Может быть, из них каждый герой. Просто это медийно раздутая история, фантик, который нам выбрасывают.
М.Ганапольский
―
Нет. Во-первых, я умею различать фантики. Мы долго рассуждали с Соломиным, чего брать. Помнишь могилу «Неизвестного солдата», где написано: «Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен». Вот мне кажется, это сильнейшая фраза. Есть люди, которые выполняют свой долг – даже если нам подбросили этот фантика. Есть люди, которые на этой войне, о которой мы не знаем, нужна она нам, не нужна, справедливая или несправедливая, бомбили в ней правильно запрещенных в России ИГИЛовцев, или неправильно, бомбили детские больницы. Мы этого не знаем. Но в любом случае знаем, что там обязательно - простите за эту фразу – было место подвигну. Вот об этом мы говорим. И Соломин сказал абсолютно правильно, - там была такая история, потому что это война. Делаем паузу, идем дальше и продолжим тему «героя».НОВОСТИ
М.Ганапольский
―
Продолжаем программу, двигаемся дальше. У нас еще один «герой», правильно?
А.Соломин
―
Невероятный кипеш поднялся в соцсетях по поводу свадьбы сына Михаила Гуцириева, Саида Гуцириева – по поводу того , что там присутствовали невероятного уровня звезды - Дженнифер Лопес, Бьенсе, Энрике Иглесиас, Стинг спел одну из самых известных своих песен. Алла Пугачева почтила своим присутствием всех находящихся на этой свадьбе. Мол, кризис на дворе, чего Гуцериев устраивает такие гулянки, явно не на один десяток тысяч долларов. Гуцериеву нас на 38-м месте в «Форбс», у него около 2,5, по подсчетам журналистов, миллиардов долларов. И я считаю в этой ситуации, мне показалось важным, поддержать Михаила Гуцериева. Михаил Гуцериев молодец и плевать, что про него говорят в «Твиттера» по поводу этого показного богатства. Во-первых, оно не показное, потому что Гуцериев сам нигде ничего не постил. А даже если и постил, мне лично все равно – я не хочу, чтобы в мою продуктовую корзину кто-то заглядывал, я хочу тратить деньги свои так, как я их хочу тратить. Если есть сомнения в моей честности или моих доходах, присылайте прокуратуру. К Гуцериеву, насколько я знаю, прокуратура приходила и все проверяла. А если недостаточно, может, еще надо тогда. Но прятаться в норки и прятать свои деньги под кроватью, я считаю это недостойным. А жить так, как ты живешь, мне кажется правильным. И, кстати тем, кто его ругает за то, что он в кризис сорит деньгами, хочу напомнить, что только этой своей свадьбой он помог нашим артистам – хотя бы Алле Пугачёвой, не знаю, кто там еще из российских артистов был. Он помог нашим рестораторам. В кризис надо деньги тратить, тогда только экономика будет подниматься. Помог тем, что сделал платья, украшения, цветы, и так далее, человек занимается возрождением нашей экономики.А про артистов вы что, не знали, что они продажные, что они ездят на корпоративы за денежки на дни рождения? – господи, удивили новостью.
А.Позняков
―
Все прекрасно, хочу только одну цифру ко всему этому добавит - 26 февраля Максим Топилин сообщил, что только по официальным данным число россиян, чьи доходы находятся ниже прожиточного минимума, превысило 19 миллионов человек. Большинство среди них это семьи с детьми. В данном случае, когда у тебя 20 миллионов…
А.Соломин
―
Раздай бедным?
А.Позняков
―
Не раздавай бедным. По меньшей мере, это выглядит глупо. Эти люди и люди, которые с ним знакомы, изначально будут ненавидеть эту показную роскошь и этот показной роскошь. «Пир во время чумы» это проблема тех, кто ужасается этому пиру во время чумы.
А.Соломин
―
Это проблема того, кто ее испытывает.
А.Позняков
―
Конечно.
А.Соломин
―
Живи своей жизнью и занимайся своими проблемами.
А.Позняков
―
Это большая глупость – противопоставлять себя такому количеству людей.
А.Соломин
―
Поднимать жизненный уровень людей должно, прежде всего, государство, на котором лежат социальные обязательства, а не частные люди, которые, я уверен, участвуют и в благотворительности. Конечно, есть разные люди, но тем не менее. Это не их задача.
А.Позняков
―
Поэтому золотой унитаз твой будут видеть все.
А.Соломин
―
Если ты хочешь показать свой золотой унитаз, покажи. Гуцериев не снимал свои золотые унитазы.
М.Ганапольский
―
Простите, ребята. У нас есть вопрос по этому поводу? И я чуть поверну эту тему в другую сторону.
А.Позняков
―
Как вы считаете, можно ли демонстрировать свое богатство, особенно в такое время? Если можно - 660-06-64, если голоса 20 миллионов людей за чертой бедности вопиют к вам…
А.Соломин
―
Нет, не так.
М.Ганапольский
―
Некорректно. Позняков, нельзя такие вещи делать. Пожалуйста, задай формализованный вопрос.
А.Соломин
―
Можно ли демонстрировать свое богатство, если да - 660-06-64, если нет - 660-06-65. Тебе на выборах бы работать – чистый Суркин.
М.Ганапольский
―
Да, умеет Позняков. Ребята, а этот сюжет не о том. Ну, есть у Гуцериева деньги, все он это делает по закону, не пришла его арестовывать прокуратура – значит, он нормально пригласил этих артистов, плюс правильно сказал Соломин, что с горочки деньги потекли, достались и уборщице, и так далее.Ну, конечно, вопрос, что такое скромность, какой должен быть вкус - не по выбору артистов, - это вопрос. Кроме того, тут еще дискуссиона такая вещь – но это вообще не про Гуцериева и не про его сына. Гуцериев не устраивал трансляцию по телевидению свадьбу своего сына. Это было там, где-то в закрытом месте, а то, что туда пролезла светская хроника и наснимала фотоснимки, это дело светской хроники. Мне кажется, что это сюжет о другом.
Это сюжет о том, что если бы это было в США или Европе, то это было бы предметом светской хроники и зависти, не более того. А у нас это светская хроника, плюс злоба. И объясню, почему злоба - потому что у меня в этой ситуации возникает простой вопрос, единственный, и он совершенно не к Гуцериеву: может ли у нас человек, который не в этой обойме - вы знаете, в какой, - стать Гуцериевым? Может человек, который не из «Озера» в широком смысле этого слова, стать, например, Ротенбергом? Почему у нас, чтобы быть богатым, нужно быть Ротенбергом? Почему? Почему все государственные заказы, как вы знаете, получает в широком смысле Ротенберг? Вот обойма этих людей.
Вот у меня когда-то будет свадьба дочери. Я не приглашу Стинга, разопьем пива, что смогу, то куплю. Я имею в виду, что не о Гуцериеве разговор, а о государстве, которое таким образом действует, не дает людям богатеть. Не дает, потому что богатеют… то есть, бизнеса нет, по понятным причинам, секционным и прочим, а то, что есть в государстве, распределяется между Ротенбергом. Гуцериевым, - вот это большой вопрос. Отсюда и злоба. И злоба не пройдет. Не потому что зависть, а потому, что не дают работать. Вот такая история. Видите, для каждого из нас эта история разная. Для меня она такая в широком смысле этого слова. Какие результаты голосования?
А.Соломин
―
69% наших слушателей говорят, что нельзя демонстрировать свое богатство, а 31% не согласны с этим.
А.Позняков
―
140 процентов у нас получилось.
А.Соломин
―
Почему 140?
А.Позняков
―
Это была шутка. Едем дальше. «Редиска недели». Сейчас должна быть история про робота компьютеризированного, но на самом деле в данном случае «редиска недели» - собранный образ пользователей. Мы говорим сейчас о чат-боте «Тао» - не знаю, слышали ли вы – компания «Майкрософт» создала проект бота, который должен был бы себя вести как обычный пользователь в соцсетях, отвечать на различные вопросы и должен был учиться у пользователей общению. И он научился. Сначала все начиналось с фразы «люди очень классные». Менее чем за 24 часа этот бот стал настоящим нацистом, человеконенавистником, пользователем, который призывает к самым ужасающим преступлениям против человека, человечности, против всего, что ценно.Эта прекрасная история, потому что все эти ценности базовые и все эти идеи бот Тао воспринял, изучая аккаунты других пользователей, реальных людей. Вот такой коллективный портрет получился нас с вами - тех, кто пользуется социальными сетями и попал в такую выборку, достаточно случайную, как было прописано в программе.
М.Ганапольский
―
Думаю, слушатели поняли, что это была самообучающаяся машина. Она училась, и вот, чему научилась. Но, тем не менее, мне кажется, что здесь ничего страшного нет. Это вообще моя тема, потому что я считаю, что фильм «Терминатор-2» фильм пророческий, я считаю, что восстание машин, конечно, будет. И не знаю даже чем наша цивилизация закончится – это просто мое твёрдое убеждение: машины самообучающиеся. И там есть простой тезис, ю и это гениальное провидение авторов «Терминатора», что в какой-то момент времени и это вообще в философии компьютеризированного мира – что как только появляется сознание у компьютера, первая мысль будет, что сознание появилось, а вторая мысль будет такая: ни в коем случае не дать возможности «этим» меня отключить. И вот тогда и атомные бомбы и будет «Терминатор 2», и сейчас этими вопросами занимаются.Но мне кажется, что Тао это только что появившееся на свет существо. Но мы знаем, что в сети под собачьими кличками, как я это называю, бушует дерьмо, обвинения, оскорбления. А потом люди выходят на улицу и ведут себя очень прилично, любят друг друга, говорят хорошие слова, вручают премии и цветы. Поэтому, наверное, существует какой-то баланс – просто машинам надо дать возможность научиться этому балансу. Мы же не звери. Кстати, есть такая точка зрения, что именно в интернете, там, где мы под никами, мы спускаем – это как зайти и ударить чучело. Была в Японии такая история - заходили, ударяли чучело, это была разрядка ненависти к своему хозяину, директору производства. Поэтому я считаю, что ничего страшного, это не трагедия. Научат и машину сопротивляемости. Все будет нормально в этом смысле. Вот такая моя точка зрения.
А.Позняков
―
Запускаю голосование абсолютно по вашей теме: боитесь ли вы восстания машин. Если боитесь - 660-06-64, если не боитесь - 660-06-65.
М.Ганапольский
―
Есть замечательный старый фантастический рассказ, когда инопланетяне, которые посетили землю, когда на ней уже исчезло человечество, исчерпало себя, все умерил, то капитан космического корабля пишет отчет на свою планету и говорит: мы нашли, как выглядели земляне: смешные существа, маленькие, все время смеются, дергаются, бросают друг в друга разные предметы. И оказалось, что они нашли сохранившуюся пленку с Микки-Мауса. Поэтому это очень субъективно, человек состоит из разного. Люди умудряются не уничтожать и не резать д руг друга. Думаю, и эта Тао научится себя сдерживать.
А.Соломин
―
Здесь я с вами согласен. Мне кажется, что это очень хороший именно в научном плане эксперимент, который демонстрирует, что шовинизм это такая детская болезнь, недаром у нас именно подростки в основном подвержены националистическим настроениям. Вы появляетесь на мир любвеобильным - ну, с чего бы вам на мир злиться? И первое, с чем вы сталкиваетесь, с несправедливостью. И тогда в вас появляется ненависть, вы пытаетесь себя этому миру противопоставить, но ничем не можете подкрепить свою позицию 2я лучше», которая возникает. Я лучше, просто потому что это так – это то, как действует шовинизм: я лучше, потому что я такой, я люблю своих близких. Одному противостоять миру сложно, поэтому я, моя группа лучше, чем все остальные.Вот когда Тао получит больший опыт и образование, тогда она научится противиться этим простейшим инстинктам и тогда поборет свою подростковую болезнь, шовинизм.
А.Позняков
―
Вопрос, кто будет ее учить. Потому что детей учат родители.
М.Ганапольский
―
Найдутся. Результаты голосования?
А.Соломин
―
65%, большинство слушателей, говорят, что не боятся восстания машин и 35% говорят, что боятся.
М.Ганапольский
―
Я в 35%. Более того, уверен, что это будет. И будет очень трагично, хотя человечество победит. Такого, как в «Терминаторе-2» не будет, но будет очень большое количество неприятностей.
А.Соломин
―
Рубрика «Не в фокусе».
А.Позняков
―
Очень красивую идею предлагают в Госдуме. Периодически наши депутаты выпускают удивительные предложения, особенно часто это сейчас, при приближении выборов. Теперь в ГД предлагают после рождения ребенка прощать часть долга по ипотеке. Казалось бы, совершенно разумная идея - мы боремся за повышение рождаемости и у нас совершенно неподъемные ставки по ипотеке. И государство берет на себя некую долю ответственности – родил ребенка, тебе снизят выплаты, помогут тебе с жильем.
А.Соломин
―
С жульем.
А.Позняков
―
С жильем. Красивая идея, она мне, как молодому родителю. Очень нравится. С другой стороны, я задумываюсь – если это будет принято, как это будет работать? Несчастная семья, которая оказалась ипотечником в нелегкой ситуации, с проблемами на работе, влезла в это все. Какой она ищет выход? Рожает одного ребёнка, второго, третьего, четвертого - это плодить нищету и провоцировать людей на самое ужасное - использовать детей для решения своих финансовых материальных проблем. Дети превращаются в валюту в данном случае.
М.Ганапольский
―
Потрясающе.
А.Соломин
―
Социалист.
М.Ганапольский
―
Да. Объявим голосование, потом поговорим.
А.Соломин
―
Поддерживаете ли вы идею прощения части ипотечного долга в случае рождения ребенка - 660-06-64, если вы не поддерживаете эту идею - 660-06-65.
М.Ганапольский
―
Если позволите, скажу несколько слов. Наверное, вы слышали, что сейчас некоторые страны, такие, как Норвегия, Голландия, еще из каких-то нефтедобывающих стран на Ближнем Востоке, озаботились вопросом счастья их людей – именно счастья. Выступления президентов, премьер-министров, королей эти стран с выражением «хотим, чтобы граждане были счастливее». Что они придумали? - это в каком-то смысле похоже на налог на полезные ископаемые. То есть например, предложение выплачивать 2500 евро, например, в Норвегии, каждому гражданину страны, независимо от того работает он, или нет, ты получаешь свою долю от полезных ископаемых.Хочу сказать, что президент Польши сейчас неожиданно этим же озаботился – дети будут получать 120 евро как такую поддержку. И хочу сказать, что во всем этом крокодильем бесчеловечном государстве, которое называется российская Федерация, с Гуцериевыми, Навальными, которые бесконечно должны сидеть и страдать Ротенбергами. Которые должны получать все заказы на Керченский мост, который немедленно утонет, все это – Путин, Медведев, и так далее – появляется просто замечательная идея. В чем ее смысл?
На самом деле, если я хочу родить детей, а все мечтают родить детей и мы хотим, чтобы их было больше, понятие квартира она никогда нам не даст родить детей. А здесь государство говорит: если будете рожать детей, мы будем выплачивать определённую часть для того, чтобы вы с вашими детишками были в доме. Кто говорит, что это будут нищие люди? Не нищие, люди среднего достатка – они могут купить машину за 30 тысяч долларов, но 300 тысяч долларов они не могут никогда скопить. Я знаю таких людей. Поэтому мне это кажется грандиозным предложением, может быть, единственным предложением российской власти, которая уже 15 лет грызет эту несчастную страну, кадык вырывает у этой несчастной страны. Когда в стране людям что-то дают, - я даже тебе скажу, Позняков, что для меня это вторая история после решения разрешить приватизацию квартир. Людям дают. И взамен ничего не требуют. Если ты рожаешь ребенка, то выплачивается часть – живи в своей квартире с детьми. И государству хорошо, и тебе, и строителям, которые не знают, куда в этой ситуации девать квартиры. Прекрасное предложение.
А.Соломин
―
Совершенно с вами не согласен. С 90-го года мы живем в условиях, которые мы привыкли называть рыночными. При любом неадекватном воздействии на рынок, рынок ответит вам таким же неадекватным воздействием. Если вы предложите банкам выдавать кредиты с таким условием, которое для них не будет интересным, то они просто в своих условиях выдачи кредитов…
М.Ганапольский
―
Как это – неинтересно?
А.Соломин
―
Они просто тем людям, которые должны родить ребенка…
М.Ганапольский
―
Алеша, что ты говоришь? О чем ты?
А.Соломин
―
Я говорю, что это невозможно. И это неправильно, влиять таким образом. Потому что государство должно приходить на помощь тем людям, которые нуждаются в помощи. Сам факт пополнения в семействе еще не означает, что человек рассчитывает на помощь государства.
М.Ганапольский
―
Сам факт, если это не Гуцериев, сам факт появления ребенка означает, что человек в нашем небогатом обществе нуждается в поддержке. А то, что ты вдруг сейчас сказал, что для строительных компаний это будет невыгодно – это для них выгодно.
А.Соломин
―
Банки будут вам отвечать неадекватными условиями для всех, если их обяжут…
М.Ганапольский
―
Это проблема государства.
А.Соломин
―
Это проблема рынка, равновесия.
М.Ганапольский
―
Не делай за государство его работу. Мы говорим о предложении. Это предложение мне кажется великолепным, потрясающим, я даже возлюбил тов. Путина и согласен, чтобы он ушел со своей должности не завтра, а послезавтра – вот такое это прекрасное предложение.
А.Соломин
―
И мы вынуждены заканчивать.
А.Позняков
―
А с вами согласны в части любви к этой инициативе 42% наших радиослушателей.
М.Ганапольский
―
Всего?
А.Соломин: 58%
―
против.
М.Ганапольский
―
ну, это их проблемы. Тогда рожайте детей без помощи государства, если вы берете квартиры. Или не рожайте детей, или платите полную стоимость. Спасибо большое. Наша программа подошла к концу. Позняков, Соломин, Ганапольский. До встречи.
А.Позняков
―
Счастливо.