Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева - 2015-06-07
07.06.2015
М.Ганапольский
―
В сети появилась фотка Ксении Собчак – такое смешное фото, Собчак стоит в рясе, с прихлобученной бородой, - вообще-то это была народная традиция – смеяться над попами. Еще в ГИТИСе, на уроках истории искусства, мы изучали искусство, творчество скоморохов и площадного театра. И там описывались, как на площади ставили выгородку, из-за нее высовывались куклы и играли несложный спектакль. Среди персонажей наличествовал, даже был обязателен, толстый поп. У него было свое амплуа – он всегда был жаден и домогался местных красоток. И ничего, - народ смеялся, покупал сладкого петушка на палочке и шел домой. А в выходные шел в церковь, как полагается. И никаких проверок прокуратурой тогда не заводилось.Иногда начальство скомороху вырывало язык – если он ругал на площади конкретное начальство. Но абстрактный образ не преследовался – ведь фамилию не называли. А вот Собчак за фото преследуют и проверяют. Думаю, что наши «правдоборцуны» уже приблизились к ИГИЛУ, радикальному исламу, где изображать высший разум нельзя – за это убить могут. Россия опускается в Средневековье, держав руках айфон, и у нее это очень гибридно получается.
Это программа «Итоги недели без Евгения Киселева» И обязательный состав - Алексей Соломин, Алексей Нарышкин и Матвей Ганапольский. Хочу сказать, что я поздравляю вас с праздником, с Днем журналиста. В Украине, где я нахожусь, вчера был День журналиста – всех поздравляли, а я вас поздравляю.
А.Нарышкин
―
А подарки?
М.Ганапольский
―
Подарочек это я. Помните, как в «Ну, погоди». А пока лучший подарок для нас то, что мы имеем возможность в наше самое идиотское время запретов и уничтожения всего живого, - уничтожение высказать мысль, появиться в наряде, никого не оскорбляя, - а Собчак никого не оскорбляет в этом наряде, потому что это образ. Там не написана фамилия этого попа.
А.Нарышкин
―
Следственные органы разберутся.
А.Соломин
―
Доколе костюмы продаются в карнавальных магазинах.
М.Ганапольский
―
В связи с тем, что еще не на каждое слово журналиста существует открытие следственного дела и проверки Генпрокуратурой - вот с этим я вас поздравляю. Пока профессия существует.
А.Нарышкин
―
Это на Украине отмечают этот праздник, а в России уже и не отмечают.
М.Ганапольский
―
Ну, российская журналистика – не будем о грустном. Поехали - «Событие недели».
А.Соломин
―
Резкая активизация боевых действий на Украине, недалеко от Донецка, на Марьинку, в котором президент Порошенко обвинил российские войска. Сейчас все более или менее закончилось, хотя обстрелы продолжаются, но той атаки, которая происходила 3 июня, к счастью, нет. Стороны обвиняют друг друга, Киев говорит, что именно российские войска атаковали позиции украинских силовиков. Обвиняют друг друга в сокрытии реального положения, реального количества жертв – одни исчисляют десятками погибших, другие сотнями, третьи говорят, что вообще не было никаких жертв со стороны военных, и так далее. Это не единственный пример нарушения Минских договоренностей, а это ничто иное, как нарушение Минских договорённостей.Мы помним, что после заключения Минска-2 было Широкино, были другие инциденты, которые не прекращаются, но заговорить о том, что Минские соглашения сейчас под ударом заставило нас еще одно событие - Отставка представителя ОБСЕ, которая ожидается в ближайшее время, - она говорит, что она устала.
Сейчас вопрос стоит просто – будут продолжать следовать Минским соглашениям, либо не будут, потому что вся обстановка дискредитировала все договоренности – то есть. Год работы в разных составах, разных контактных группах, разных комиссиях, на уровне президентов, ни к чему не привел.
М.Ганапольский
―
Поскольку наши слушатели хорошо знают ситуацию, то я предлагаю задать им вопрос по этому поводу. И потом я вам одну загадку загадаю.
А.Нарышкин
―
Вопрос звучит следующим образом: кто срывает Минские договоренности - Киев, - 660-06-64 или пророссийские силы, - понимаете, о ком идет речь - 660-06-65. И загадка от Ганапольского.
М.Ганапольский
―
Здесь есть две загадки. Первая загадка широко обсуждается, а о второй вообще не говорят – потому что вроде так и должно быть. А мне кажется, что так не должно быть. Сначала коснусь первой загадки. Первая загадка – почему была эта эскалация, почему «сепары», ДНР и ЛНР, - почему они вдруг с большими потерями для себя напали на позиции украинских войск. Тут есть разные варианты, они обсуждаются, один из абсолютно иррациональных, но очень красивых вариантов – ну, первый вариант, что сошли с ума полевые командиры, второе – что они были пьяны, третье - что они были под наркотиками.А некоторые аналитики начинают искать связь между внешнеполитическими аспектами жизни России и этим нападением. Ну и «Семерка», которая сейчас закончилась не очень приятно для руководства России.
А.Нарышкин
―
Да мы все стерпим, ладно.
М.Ганапольский
―
Что стерпим – это понятно. Но вот это было такое, что вы нас туда не пускаете, а мы вот такое вытворяем, ну или делаем – вот такое делаем, вот такие мы. Поэтому вы либо разговаривайте с нами в том формате, в котором мы существуем, либо… - а то, что это такое?Это один вариант, а вариантов несколько – начиная от того, что в этом нет связи между военными силами ДНР, ЛНР и приказами высшего командования России до то, того, что есть. Тут вариантов много. Но никто не задает один вопрос, и это загадка. Вот ответьте мне – какая реакция Путина на эту историю, конкретно на то нападение? Вы что-нибудь слышали, чтобы Путин говорил?
А.Нарышкин
―
Пескова спрашивали?
А.Соломин
―
Спрашивали. Говорил, что это свидетельство нарушения Минских договоренностей. И это ведет к ослаблению надежд по отношению к Минским договоренностям. И призывает к ним вернуться, говорит, что Россия настаивает на том, чтобы вернулись к тем пунктам, которые были согласованы всеми этими сторонами.
А.Нарышкин
―
Соломин разгадал загадку.
М.Ганапольский
―
Не разгадал. Загадка в другом. Кто нарушает минские договорённости?
А.Соломин
―
С точки зрения официальной Москвы Киев, конечно.
М.Ганапольский
―
Хочу обратить внимание, что со стороны ДНР и ЛНР в этой истории погибло очень много, - внимание - граждан России. Начиная со следующей недели, кого они не успели убрать, появятся документы, - мы все это дело увидим. И хочу вас спросить. Конечно, мы видим такую позицию России – добровольцы туда спокойно едут, защищают русских, которых едят украинцы. А вообще вот это нормально – гибель русских людей, россиян, в необъявленной войне? Как президент страны должен к этому относиться? Это же не Крым.
А.Нарышкин
―
Россияне по зову сердца едут защищать братские народы против украинских фашистов – это же логично.
М.Ганапольский
―
Очень логично. Но в принципе, от украинских фашистов, - как к такой массовой гибели россиян должен относиться российский президент? Сформулируйте.
А.Нарышкин
―
Путин должен потребовать, попросить Совет Федерации право ввести войска на восток Украины, чтобы защитить тех российских граждан, которые едут туда воевать по зову сердца. Ну, какие еще варианты?
М.Ганапольский
―
Это эквилибристический вариант. Соломин, твой вариант?
А.Соломин
―
Я считаю, что любые поступки – вообще люди совершают поступки не потому, что они злые или хорошие, или добрые. В смысле, не потому, что они злые или негодяи. Если они могут их оправдать как-то, тогда они их совершают. Тогда даже злой поступок или негодный поступок в их глазах становится каким-то шагом к поставленной цели. Я полагаю, - это мое личное мнение, что вот это какая-то цель у Путина есть. Если он отдает приказы бросать туда войска, значит, он оправдывает этой целью потери российских войск, которые там есть.
М.Ганапольский
―
Вот ты и ошибся. В том-то и дело. Поскольку наша передача это в каком-то смысле летопись «гибридного существования» России, то есть, помесь лжи и фактов, - я не говорю лжи и правды, то знаешь, какая позиция Путина? Она простая: российских солдат там нет, российских граждан там нет, Украина все врет.
А.Нарышкин
―
Нет, извините, никто не отрицает, что граждане туда едут и воюют, берут в руки оружие. Другой вопрос, это наемники или добровольцы, за денежку или так.
М.Ганапольский
―
Добровольцы, конечно, безусловно, не наемники.
А.Соломин
―
Мы с Соломиным часто смотрим и слушаем российских пропагандистов и нас вы тут не переспорите.
М.Ганапольский
―
Не буду спорить. Хочу сказать – кто ответит за абсолютно иррациональную гибель российских граждан? С украинской стороны, как утверждает украинская пропаганда, погибло, - ну, в общем, это и подтверждается по разным независимым источникам – погибло порядка 7 тысяч человек. Было 5,5, - ну, где-то 6,5 тысяч. Кто-то ведет мартиролог, сколько погибло с российской стороны? Кто-то задаёт вопрос, за что погибли эти люди? Сначала это было типа «скоро российская территория», теперь вводные изменились – теперь это территория Украины, согласно Минским договоренностям, и вообще она должна быть составной частью Украины. Только вот эти безымянные и имянные могилы.
А.Нарышкин
―
Могилы? Если мы прикинемся наивными ребятами, то можно объяснить отсутствие статистики тем, что в Донбассе все стихийно – люди сами приезжают, нигде не регистрируются, берут в руки оружие и погибают. А если мы говорим, что Россия посылает туда свои войска, то, разумеется, у Минобороны есть какая-нибудь ведомость, где написано: отправили взвод туда-то, весь взвод погиб. Запишем и ведомость передадим Путину. Путин ужасается сейчас.
А.Соломин
―
Напомню, что на этой неделе был подписан указ о соответствующих изменениях в закон о гостайны, который подобную статистику, статистику потерь при выполнении спецопераций за рубежом выводит из разряда публичных. И теперь подобная статистика в любом случае появляться не будет. Но вы сказали по поводу того, кто ответит. Матвей Юрьевич, вот миллионы советских граждан, военных, причем, элита Российской армии в первые годы войны погибли. Миллионы по ошибкам, в том числе, из-за серьезных ошибок советского руководства. Ответил кто-нибудь за эти жизни, за миллионы людей, которых бросали в котлы, на отвлекающие операции? Кто-нибудь ответил за это?
М.Ганапольский
―
Вспоминаю песню: «Жестокий враг на наше счастье поднял руку. Иди, любимый мой, иди, родной» - это песня времен Великой Отечественной войны. Сравнивать ту войну, Великую Отечественную, - а она не зря так называется. В холодном названии Вторая Мировая война нет ощущения той величайшей трагедии. А здесь абсолютно цинично бросается в котел смерти люди. При этом им не будет поставлен памятник, хоронят их как собак.
А.Соломин
―
Им будет поставлен памятник – тогда, когда это будет возможно. Тогда им будет поставлен общий памятник.
М.Ганапольский
―
Знаешь, им будет поставлен памятник только тогда, когда Россия плюнет на все и отторгнет Донецк и Луганск. Тогда, если это будет присоединенная территория, тогда это будет территория России, и тогда эти люди будут называться «освободителями России», как, например, освободителями Крыма. А сейчас это территория, согласно минскому процессу, территория Украины. Поэтому светить своих вот этих гибридных замечательных ребят, которые погибли, уже не получается.
А.Нарышкин
―
Так вы сейчас упрекаете Путина в нерешительности? Определись, с кем ты и как ты?
М.Ганапольский
―
А мне все равно. Знаешь, какое величайшее преступление для любого лидера? Устроить необъявленную войну и хоронить своих солдат как собак в безымянной могиле.
А.Нарышкин
―
Это спецоперация. Будем исходить из этого.
М.Ганапольский
―
Понимаю. Но рано или поздно наступит время, когда с руководства страны, причем, не только с Путина, а с тех, кто науськивал Путина, кто говорил ему, что это будет как «два пальца» - такие выражения употреблялись, думаю, знают наши радиослушатели, - вот это все было на наших глазах. Я не знаю, в каком состоянии у них там помешательство, что они уже согласны, зализывая раны, оттуда уходить.Я поднял эту тему только по одной причине. Судя по всему – моя версия, ну, еще подкрепленная какими-то размышлениями разных политологов, - из-за того, что «Джи-6» без Кремля, - вот мы видим такое.
А.Нарышкин
―
«Джи-7»? вы еще кого-то выкинули?
М.Ганапольский
―
Да, «Джи-7» - без Кремля. Вот этим вся штука и объясняется.
А.Соломин
―
«Джей Севен». У нас 30% проголосовали за то, что в срыве Минских договоренностей виновен Киев. И 70% возлагают ответственность на пророссийские силы. Это показательное голосование - проголосовали более 500 человек.
А.Нарышкин
―
Либеральная аудитория «Эха».
А.Соломин
―
Мне кажется, пока мы ищем ответственных сейчас, что, безусловно, надо делать, абсолютно правильно, - мы не даем ответы, и не пытаемся найти ответ на вопрос, что сейчас делать. Мы видим, как Минские договорённости постепенно летят в корзину. А мне кажется, что альтернативы им все равно нет. Точнее, альтернатива есть – объявленная война. Объявленная друг другу война, которая не нужна никому – ни Украине, ни России. Поэтому, на мой взгляд, альтернативы Минским договоренностям быть не должно. И поэтому нужно вновь, как это ни глупо звучит уже, ни импотентно, ни странно, нужно сесть вновь за стол переговоров, посмотреть на пункты соглашений и вновь начать им следовать.
А.Нарышкин
―
Минские договоренности это соглашение о мире. То есть, худой мир лучше доброй ссоры.
А.Соломин
―
Да. Сделать развод войск. О чем договорились уже, все подписано сторонами, там уже нет предмета для споров, то есть, есть детальные вещи, которые контактные группы решают. Ну, доведите до конца эту работу, осталось чуть-чуть. 16 часов сидели в Минске.
А.Нарышкин
―
Алексей, это к кому призыв, - доведите до конца работу?
М.Ганапольский
―
Хочу вам напомнить - вот это последнее нападение войдет в историю, вот эта последняя странна войнушка. Все военные аналитики отмечают одну важную вещь – вот эта битва, которая была, в которой России крепко пришлось, и пострадали многие, и погибли люди, - там проблема была в том, что она была абсолютно иррациональна. В ней не было никакого смысла – говорят военные эксперты.
А.Соломин
―
Если она была иррациональна, значит, это не российские военные, значит, это не стратегия и не тактическая операция даже.
А.Нарышкин
―
Частная инициатива на местах.
М.Ганапольский
―
Она была иррациональна в том смысле, что это показательно было для «Джей севен», - что у нас есть силы. Вот мы хотим – будем воевать, хотим – не будем воевать. Вы нас презираете, не считаете субъектом.
А.Нарышкин
―
Понял. То есть, это такая игра мускулами? Если мы хотим, можем на запад продвинуться, южнее?
М.Ганапольский
―
Мне кажется, - для чего я сказал все это. Мне кажется, что существует одна важная вещь - то, что мы сейчас видели, вот эту битву – она абсолютно иррациональна, и в ней погибло большое количество людей. Конечно, то, что я говорю, это «зряшные фантазии», как принято сейчас говорить у молодых. Но эта битва должна стать серьезным, - могла бы стать, - серьёзным разбирательством в наших законодательных органах, что произошло, кто там погиб, по какой причине на ровном месте, на фоне минских договоренностей, состоялось это наступление, кто инициировал это наступление, кто настаивал, кто погиб, - там погибли граждане России. Если нашей законодательной власти, всем ее крыльям, подножкам, частям, все равно, то беда. Но беда уже давно.
А.Нарышкин
―
И все, и ушел Матвей Юрьевич. Уходим на новости, а затем продолжим.НОВОСТИ
М.Ганапольский
―
Продолжаем программу.
А.Нарышкин
―
Вы говорили про иррациональность, - что за этими боевыми действиями стоит Россия, все это выглядит бессмысленно и иррационально. Я могу поиграть немножко в российского пропагандиста и могу вам на это сказать, что иррационально все, что делалось на Украине последние два года, начиная с Майдана, что хотели на Майдане? Чтобы украинцы шли в Европу, чтобы страна была целой, дружной, единой. И что получили? Два года прошло после Майдана, там погибло 100 человек, теперь 7 тысяч украинцев погибло, в Европу пришли? Не пришли. Страна в заднице. Вы с этим моете поспорить? Никаких санкций нет, но все равно кризис, война продолжается. Кто начал иррациональность?
М.Ганапольский
―
Ты это сказал для чего, воздух нагреть?
А.Нарышкин
―
Немножко подогреть. Ну, зачем мы обвиняем Путина и его команду в том, что он поступает иррационально по Украине? Украина сама поступает иррационально. Может быть, Путин боится, что эта иррациональность…
М.Ганапольский
―
Ты согласишься со мной, что Украина другое государство, или все-таки зуд в одном месте существует, что это…
А.Нарышкин
―
Ну, хорошо, нас, Путина не должно волновать, что творится на Украине, что у нас экономические связи и мы, братские народы?
М.Ганапольский
―
Путина, прежде всего, должна интересовать жизнь своих граждан. Давай закончим эту тему вот, чем: представь себе глубокую пропасть. Кто хочет, подходит к краю этой пропасти, российские граждане, и прыгают вниз, и разбиваются об острые камни внизу. А когда поворачиваешься к президенту и спрашиваешь: г-н президент, почему? А он говорит: у нас свобода, если хочешь, можешь разбиться, а хочешь, можешь не разбиться. Такова политика Путина в отношении этой ДНР и ЛНР.
А.Соломин
―
Он как тот парень, который бегал во ржи и спасал.
М.Ганапольский
―
Мне кажется, что задача президента, говоря словами Солженицына, - хотя эта доктрина Солженицына не принята официально в России, - это сбережение собственного народа.
А.Нарышкин
―
Путин должен стать встать на границе Украины и России и сказать: братья, остановитесь, не бегите к ним, хватит воевать?
М.Ганапольский
―
В тебе много детского, что меня радует. Так по-детски считать умение влиять на аудиторию? Достаточно будет, когда в передаче Киселева-Соловьева один раз выступит странный хмурый человек, который скажет, что будут большие неприятности у того, кто едет в Донецк и Луганск, у них будут очень большие неприятности – у этих людей и их семей, будет уголовное преследование. И тут же мгновенно все прекратится. Но президент спокойно смотрит на гибель российских граждан в необъявленной войне, называя это свободой. Все, переходим к следующей теме – «Герой недели».
А.Соломин
―
Мы решили сделать на этой неделе героем Игоря Каляпина.
М.Ганапольский
―
Глава Комитета против пыток, Нижегородской правозащитной организации, под эгидой которой в Чечне работает Мобильная группа правозащитников.
А.Соломин
―
И героями делаем не только Каляпина, но и тех правозащитников, которые работают в Чечне и офис которых разгромили беспардонно, не изящно, абсолютно ужасно, отвратительно и унизительно для Кадырова сделали это прямо в центре Грозного.
М.Ганапольский
―
Ты меня сразил - «неизящно»? Можно разгромить изящно?
А.Соломин
―
Можно разбираться с оппозиционерами изящно.
М.Ганапольский
―
Как с Навальным, например. Такой легкий уголовный срок, домашний арест.
А.Соломин
―
Я не оправдываю и не говорю, что «изящно» обозначает так, как нужно.
А.Нарышкин
―
Кстати, это не оппозиция, не оппоненты. Это правозащитники.
А.Соломин
―
Есть тонкие ходы, а есть такие - с плеча, когда щепки летят и попадают в глаза всем окружающим.
А.Нарышкин
―
да, убийство Немцова, например, - мы можем сюда приплести? Тоже расправились.
А.Соломин
―
Расправились. Но мы решили сделать Каляпина героем, потому что он сказал, что, несмотря на это они будут продолжать работать и будут продолжать работать в Чечне. Возможно, у них не будет там офиса, потому что они его восстанавливали уже второй раз.
.Нарышкин
―
После пожара в декабре.
А.Соломин
―
тем не менее, они там останутся. Ну. Не знаю, - когда на тебя идут с «болгаркой», в руках держат лом, биты, громят машину и вдалбливаются в квартиру – не знаю, какими стальными нервами надо обладать, чтобы после этого продолжать делать то, что ты делаешь, то, из-за чего к тебе пришли. Эти люди подписываются под тем, что они все равно будут там работать.
А.Нарышкин
―
И будут рисковать.
М.Ганапольский
―
Печально, - у нас героизмом называется обычное наличие гражданской совести и смелости.
А.Нарышкин
―
Думаю, не обошлось без денег Госдепа.
А.Соломин
―
А я бы с вами не согласился. Мы делали «героями» разных людей, называя их героями за то, что они делали то, что должны делать. Кто-то спасал детей под партами, кто-то еще что-то. А эти люди находятся в необычной ситуации - они делают, что должны делать, но условия совсем другие, необычные, - когда на тебя идут с «болгаркой».
М.Ганапольский
―
Есть знаменитая фраза у Жванецкого: «Героизм одних это всегда преступление других». Почему они стали героями? Вместо обычного мониторинга прав человека, отсутствия или наличия пыток, они стали героями, потому что пришли ребята, и все разгромили, подожгли и изуродовали. Поэтому они герои. А так они просто обычные и честные люди. Это же не работа, это в каком-то смысле волонтерство. Но в одном конкретном субъекте РФ за это можно не только с зубами расстаться, но и с жизнью.
А.Нарышкин
―
Поэтому работа в одном конкретном регионе это подвиг?
М.Ганапольский
―
Получается, что да. Я бы не рискнул ни за какие деньги работать в Чечне.
А.Нарышкин
―
Каляпин в интервью «Немецкой волне» говорит, что не может прекратить работу в Чечне: «Не можем их бросить сейчас, их просто убьют, если мы не будем помогать».
М.Ганапольский
―
Парень знает дело. У нас тут есть голосование?
А.Соломин
―
Нет. Мы просто еще раз хотели всем напомнить, кто в России является «героем». И не только на этой неделе, а вообще.
М.Ганапольский
―
Будет интересно смотреть, как это дело спускается на тормозах. Это будет великолепно, классика жанра – как не будет ни виновных, ни состава преступления, - ничего. Это будет интересно. Мы внимательно будем с вами следить за отсутствием развития событий. Идем дальше. «Редиска недели». Кто у нас плохой?
А.Нарышкин
―
Варвара Караулова, студентка МГУ, которая на этой неделе покинула семью.
А.Соломин
―
Симпатичная, умная девушка, оказалась такой.
А.Нарышкин
―
Какой?
А.Соломин
―
Такой ужасной.
А.Нарышкин
―
Уехала сначала в Турцию, а потом в Сирию. Якобы ИГИЛ каким-то образом ее привлекло. Она увлекалась всякими разными радикальными идеями, при том, что училась на втором курсе МГУ, и училась хорошо. Но каким-то чудесным образом Варвару Караулову на границе с Сирией поймали турецкие пограничники. Сейчас девушка находится в миграционном лагере, туда приехал ее папа. Понятно дело, что семья переживает всю эту ситуацию. Я в эфире спросил нашего депутата, не считает ли он, что в этом деле есть промах наших спецслужб? Девушка общается со сверстниками «ВКонтакте», читает литературу. А у спецслужб много инструментов, чтобы все это выявить.
А.Соломин
―
Ответ был: как это плохо работают? Посмотрите, сколько у нас иностранных агентов в реестре есть.
А.Нарышкин
―
Есть более насущные дела.
А.Соломин
―
Все работает как часы. И вся переписка ваша у нас, и все, что вы делаете в неурочное время мы тоже знаем, и телефоны мы все ваши слушаем, - все нормально работает. Но почему-то агитаторы работают даже со студентами в главнейшем вузе страны.
М.Ганапольский
―
Ну, кто сказал про агитаторов? Она могла ходить не на аэробику, а к агитаторам. И не факт, что в главном вузе страны работают агитаторы ИГИЛ.
А.Соломин
―
Я не говорю, что агитаторы приходят в вуз. Но работают со студентами главного вуза страны. Неужели студенты, образованные люди, у которых есть какая-то цель в жизни, - почему они идут на это, как это можно объяснить?
А.Нарышкин
―
Мне представляется, что эта девушка самостоятельно начала изучать историю ИГИЛа? Господи, что это за история? Хотела понять, что это за ребята, начала читать, блуждала по сайтам. Она же даже знает арабский. А потом увлеклась, ей стало интересно.
М.Ганапольский
―
В данном случае я рад тому, как сработало наше государство. У нас живет 140 миллионов , 145 миллионов человек. Но у нас не СССР, и она не член комсомольской организации, никто за ней не следит 24 часа. Девушка увлеклась этими идеями – это может произойти с каждым, - но была задержана и ее вернули.Мне нравится то, что кому-то, в том числе, в России, оказалось не начхать. И в этом смысле государственная вертикаль работает. По всей видимости, Кремль и соответствующие структуры заботит, чтобы наши граждане не очень-то уж попадали в ИГИЛ. Вот это я отмечаю как позитивное.
А.Соломин
―
Напомню, что у этой девушки есть родители, которые подняли тревогу. У других девушек или юношей, которые едут в ИГИЛ, может быть, нет такого факта, как родители, люди, которым интересно, куда их дети уезжают.
М.Ганапольский
―
Ты говоришь не о том. Дело в том, что матери, дети которых воюют в Украине, выдавая себя за трактористов и шахтеров, эти матери даже поднять тревогу не имеют права. А здесь можно поднять тревогу, и, слава богу. Потому что могла и здесь быть невозможность поднять тревогу.
А.Нарышкин
―
Здесь было все открыто, никто ничего не скрывал.
М.Ганапольский
―
Вот эта открытость меня радует, радует, как сработало государство. Потому что ее бы грохнули. И на одну Караулову было бы меньше. Уж не знаю, является ли Караулов его родственником, но мог бы и всплакнуть.
А.Нарышкин
―
Но всплывают же истории про матерей – что сын куда-то уехал, или с Украину вернулся гроб. Другой вопрос, что на уровне государства это не выливается ни в какое решение, в Кремле в очередной раз говорят, что мы не воюем на востоке Украины, и все.
М.Ганапольский
―
Если бы вдруг, неожиданно, на Красной площади появились полторы-две тысячи матерей, то сразу бы выяснилось, что воюем. Но, по всей видимости, у нас матери особенные уже стали. Их устраивает компенсация за смерть кормильца. Вот такая вот печальная история у нас происходит, даже с матерями.
А.Соломин
―
Я вернусь вас к контролю ФС.
А.Нарышкин
―
Всех спецслужб.
А.Соломин
―
Да, хочу спросить радиослушателей - вопрос хрестоматийный, в связи с деятельностью экстремистов, терактами, - вы согласны с усилением контроля спецслужб для противодействия агитации ИГИЛ? Если согласны - 660-06-64, если не согласны с усиле5нием контроля для противодействия ИГИЛу - 660-06-65.
А.Нарышкин
―
Кстати, хочу оправдаться – я в начале напрыгнул на наши спецслужбы, дескать, они проморгали Варвару Караулову, которая спокойно улетела из Москвы и читала литературу с радикальными идеями. С другой стороны, кто объявил Варвару в международный розыск по линии «Интерпола»? Разумеется, Россия, значит, они это не допустили.
М.Ганапольский
―
И это прекрасно. Я и говорю, что меня радует, что государству без разницы, что люди уходят гибнуть на Украину, но важно, чтобы люди не погибли в ИГИЛе. По всей видимости, смерть от украинца больше ложится на душу кремлевскому руководству, чем смерть от американской ракеты в Сирии в рядах ИГИЛ.
А.Соломин
―
Только напомню, что о пропаже Карауловой читал весь «Фейсбук» до того, как соответствующие лица подавали запросы. Это не спецслужбы отследили агитаторов, которые ведут своих жертв. Это люди подняли тревогу. И хорошо, что была такая быстрая и мощная ответная реакция и такая результативная. Это хорошо. Но позволю себе крамольную мысль. Отставим Караулову – это девушка, у которой есть родители, у которой отдельная судьба.Но давайте подумаем – нужны ли России эти тысячи людей, которые являются экстремистами, у которых уже голова работает определенным образом - они России нужны внутри своих границ? А Европе нужны их экстремисты, которые едут воевать за ИГИЛ, и которые боится, что эти тысячи людей вернутся назад и будут устраивать теракты на территории Европы? Им эти люди нужны? Что-то я сильно в этом сомневаюсь.
М.Ганапольский
―
Вот это проблема. И проблема не только России. Дело в том, что в Украине сейчас идет очень жесткая дискуссия – нужен ли Украине Донецк и Луганск. И очень разные мысли по этому поводу высказываются. Конечно, не хочется отдавать свою территорию, но украинские граждане задают вопросы, спрашивают, - зачем нам население, которое нас ненавидит? Украинская власть, в лице проклятого Порошенко, продажного Яценюка, говорит: если у вас есть дети, дети плохие, вы этих детей бросаете, чтобы они сдохли, или попытаетесь вернуть к жизни, даже если они заболели сифилисом, раком или даже «исизом»? для чего нужен институт государства в отношении своих граждан? Роль государства не выражается словом «свобода делать все, что хочешь». Да, так говорится, что через запятую – «не нарушая законы». А эти законы препятствуют гибели граждан, объявлению несанкционированных тайных войн, поездку в ИГИЛ. Сбережение народа – в этом роль государства. Каким бы хилым, продажным оно ни было. И если люди делают, что хотят, то суть этого государства – ноль. Вот почему все нужны – это твои дети. Нельзя относиться к собственным гражданам как к «этот ребенок хороший, а этот плохой». Нельзя.
А.Соломин
―
45% наших радиослушателей согласны с усилением контроля спецслужб для противодействия ИГИЛу. 55% - против. Удивительный результат.
М.Ганапольский
―
А что тебя удивило? Мы спросили про противодействия ИГИЛу.
А.Соломин
―
Можно поставить себе грандиозную цель, и отслеживать всех.
А.Нарышкин
―
Очень уместно сравнение отправки россиян, добровольно или принудительно, в Сирию, где ИГИЛ и на Украину. И реакция тоже показательна российских властей: для одной девушке сделали все сразу, чтобы ее вернуть, и это показывает, что ИГИЛ это серьезная угроза. Ну, если бы вернулась – взорвала бы себя, и может быть не одна бы вернулась. А с другой стороны, сколько людей отправляется на Украину, и ничего, - и это доказательство того, что это не война, а хрень собачья, и никакой страшной угрозы для России в этом нет.
М.Ганапольский
―
Давайте следующую тему – «Не в фокусе».
А.Соломин
―
История совершенно удивительная произошла 6 июня. Вице-мэр Сочи пострадал, Евгений Горлов, как утверждает ТАСС, - попал в больницу с черепно-мозговой травмой, потому что во время рейда по подключению новостройки к центральной канализации, по улице Молодогвардейской, получил от одного жителя по голове. Версии произошедшего разные, судя по всему, целый микрорайон оказался отключен от водоснабжения, поскольку выливали все свои сточные воды в ливневые стоки.
А.Нарышкин
―
Ходишь в ведерко, а потом вышел на улицу и в люк слил.
А.Соломин
―
Мы не знаем позицию человека, который ударил мэра. Говорят, что люди вознегодовали, и отреагировали таким образом. Это страшно. Это серьезное уголовное преступлений - применение насилия к представителю власти, сейчас идет проверка и может быть уголовное дело. У меня вопрос слушателям - сочинский житель поступил, по-вашему, достойно - 660-06-64, или глупо - 660-06-65. Я считаю, что поступил глупо.
М.Ганапольский
―
Напомню, - на Западе, если дерьмо разливается – не фигуральное, ареальное, - такое часто я наблюдал в Италии. Там приезжают местные итальянские колхозники и выливают тонны дерьма прямо у городской Мэрии. Они никого не бьют.
А.Нарышкин
―
Вот это изящно.
А.Соломин
―
То, о чем мы говорим.
М.Ганапольский
―
Да, по-итальянски. Выходят Дольче и Габбана. На одном тракторе Дольче, на другом – Габбана. Выливают дерьмо. И если не работает канализация…
А.Нарышкин
―
То канализация идет к вам. Прекрасно.
А.Соломин
―
И итоги голосования - 63% слушателей говорят, что человек, ударивший мэра, поступил достойно. 36% говорят, что поступил глупо.
А.Нарышкин
―
Закончили. Прощаемся.
М.Ганапольский
―
Прощаемся - Алексей Соломин, Алексей Нарышкин, Матвей Ганапольский.
А.Нарышкин
―
Дивная компания.
М.Ганапольский
―
Давайте наблюдать, - пройдет неделя, сколько сумасшедших предложений от Госдумы, Совета Федерации, сколько будет у нас возможностей рассматривать. А что-то созидающее будет, какое-то предложение? Вот об этом мы через неделю узнаем. Счастливо.