Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева - 2014-08-31

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В российско-украинской войне наметился важный перелом - российские матери начали получат похоронки. Повторяется немного Венгрия советских времен, немного Чехословакия, немного Афганистан, - Афганистан большей степени. Но. Во-первых, в стране был железный занавес и нет того самого лживого интернационального долга, который означал защиту коммунистических пайков и спецлечебниц. Теперь в связи с Украиной вообще что-либо трудно сказать, потому что официально на Украине войск нет, а значит, российские солдаты гибнут просто так, непонятно где, - по российскому хотению, по Путинскому велению.

Латынина, к примеру, в своей последней программе, касаясь похоронок считает, что и они даже на общественное мнение не окажут какого-то влияния, ибо телевидение лжет, а рейтинг у Путина запредельный. Кстати, может быть, впервые я с ней не согласен, - я так не думаю.

Понимаете, важная история: границы открыты. Я из передачи в передачу говорю: границы открыты, совершенно иная ситуация. Помните «Тараканище»? - «И какая же мать согласится отдать?» - дальше стих своего производства, хуже, чем у оригинального автора. «Своего дорого сына на пулю на Украине».

Нет, конечно, с патриотизмом и дальше у нас будет все в порядке, но валить за кордон станут еще больше. Молодёжь, естественно. А от армии косить будут еще энергичнее. Тут нет ничего государственного, - только личное. В земле, в тайной могиле лежать за Путинские прихоти - на это даже «нашистская» молодежь не пойдет.

В общем, циничные времена, господа. Скоро армия г-на Шойгу, о котором у нас, кстати, разговор еще впереди, ощутит явный недобор кадров.

Это программа «Итоги недели без Евгения Киселева».

А.НАРЫШКИН: Вы наконец-то вернулись из своих круизов и твердо стоите на земле – это отрадно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я написал много всяких записок про Канаду, где я был, но тема украинская все перебивала. И очень жаль. Может быть, за этой российско-украинской трагедией, которая развивается на наших глазах, кое-какие канадские прелести, которыми и должна была Россия заниматься, может быть, остались незамеченными. Но у России свое госстроительство, которео заключается в том, что она хоронит своих сыновей. Переходим к первой теме – «Событие недели».

А.СОЛОМИН: На этой неделе Путин и Порошенко встретились, провели двухчасовые переговоры, даже говорили с глазу на глаз. Встреча проходила в Минске с участием президентов стран Таможенного союза и европейских представителей. Вроде бы на этой встрече затрагивали в основном экономические вопросы и способы разрешения конфликта не обсуждали. Москва настаивает на том, что это внутреннее дело Украины.

Через несколько дней, правда, Киев, на уровне президента завил о том, что Москва ввела свои войска. Украинские СБУ еще российские грузовики с гуманитарной помощью называли прямым вторжением, но здесь все намного серьезнее – украинцы теряют позиции и на внутренние резервы ДНР и ЛНР это не очень похоже. НАТО тем временем всерьез обеспокоились таким положение дел, и в ближайший саммит 4 сентября готовят несколько радикальных предложений – как нам пишут СМИ – Прибалтика и Польша и без того очень истеричные в отношениях с Россией, требуют новых баз. Не исключается, что НАТО прекратит действие основополагающего акта «НАТО-Россия», которая ограничивает альянс в количестве размещаемых в странах, входящих в организацию Варшавского договора.

Шаг за шагом мы наблюдаем шаги, которые меняют нынешнюю модель мира, и никто не знает, что будет дальше, и как это дальше будет выглядеть. Россия сумела доказать, что мир больше не однополярный, но это будет стоить очень дорого, и заплатила она еще не всю цену, - об этом нам напомнило на этой неделе интервью Анатолия Чубайса со ссылкой на премьер-министра.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ты сказал, что Балтия и Польша «истерично реагируют» - где ты это слово подхватил?

А.СОЛОМИН: Я работаю 6 лет в информационном поле и вижу, как это происходит на политическом уровне. Я же не говорю, что нас ненавидят поляки и прибалтийцы. Но реакция руководства этих стран всегда была очень яркой, острой и критичной.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Видишь, какие ты синонимы нашел? Сразу видно журналиста. А слово «истерично» - это больше «Россия-1».

А.СОЛОМИН: Здравствуйте, приехали. Это упрощенное понимание.

А.НАРЫШКИН: Соломин, признайся, что ты неаккуратно высказался. Болезненно эти страны реагируют на все, что связано с Россией, - так же лучше?

А.СОЛОМИН: Нет, от своих слов я открещиваться не буду. И по нынешнему кризису это заметно. Именно они сейчас нагнетают истерику в НАТО, и именно они, - судя по тому, что пишут СМИ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Г-жа Грибаускайте, которая настроена очень анти-путински – не анти-российсски - ты видел ее? Респектабельная дама средних лет. Ты представляешь ее в истерике?

А.СОЛОМИН: Конечно. И много раз. Истерить не обязательно брызгать слюной. Но мы можем отдельно обсудить г-жу Грибаускайте и ее многочисленные заявления.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давай дальше.

А.СОЛОМИН: В общем, эти события идут друг за дружкой, но все они очерчивают какие-то определенные этапы и мы смотрим на мир какими-то другими глазами, видим, что будущее меняется на наших глазах. Были еще несколько событий, - Казахстан вдруг задели, Путин, выступающий на Селигере, хотевший похвалить Нурсултана Назарбаева, сказав, что это тонкий политик, человек, которому удалось создать государство там, где государства никогда не было, - вот эта фраза была очень неосторожной. И в Казахстане появились люди, которые увидели в этом угрозу

А.НАРЫШКИН: Украинский сценарий претворится в жизнь на восточном фронте.

А.СОЛОМИН: Президент Казахстана, обласканный Путиным, правда, не от комментировал напрямую его слова, но почему-то сразу после этого появилось его интервью, где он сказал, что если что-то будет угрожать суверенитету его страны, то Казахстан вполне может выйти из евразийского экономического союза, который с 1 января начнет свое существование. В общем, много событий. Война не нужна никому, но у меня сложилось ощущение, что сейчас Киев, с одной стороны, прижат в угол пророссийскими сепаратистами и российскими десантниками, и он уже как зверь загнанный себя ведет и может наделать очень много больного и неприятного нам. С другой стороны. Россия загнана в угол.

А.НАРЫШКИН: Киев загнан в угол?

А.СОЛОМИН: Киев загнан нами.

А.НАРЫШКИН: И нам же может плохо сделать?

А.СОЛОМИН: Когда ты пойдешь на медведя и ранишь его, оцарапаешь ему мордочку, то ты получишь такого…

А.НАРЫШКИН: Если мы перешли на животный мир, не надо говорить, что Украина это медведь. Это Россия медведь, а в представлении нашего руководства Украина какой-то зайчик, которого можно взять, трепать как угодно, отбрасывать, он подбегает…

А.СОЛОМИН: Ты не понял, в чем разница. Украина загнана Россией и может повести себя очень агрессивно, причинить нам какой-то вред из-за этого. Различными путями, не только напрямую.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Какой-то вред» - смешная фраза. Ты жжешь сегодня.

А.СОЛОМИН: А Россия тем временем загоняется в угол странами Европы и США. И кстати, тоже очень может печально это все закончиться. Потому что явно Россия будет действовать агрессивно, и, стремясь не потерять лицо, - ну, Путин не решится потерять лицо. Россия вообще на протяжении всей своей истории это страна, которая демонстрировала себя в доминантной роли, альфа-самцовой. И нынешнее руководство не посмеет от этой рои отступить – она не им придумана и написана, она произрастает тысячелетиями.

А.НАРЫШКИН: Посмотри на Матвея Юрьевича. Ты понимаешь, что он хочет тебя размазать? Он внимательно слушает твой монолог.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Совсем невнимательно слушал, так как монолог не имеет отношения к предмету политическому. Все это домыслы, - чего хочет Россия, кто там оскал какой делает. У нас есть одна реальность: некоторое время назад российские матери не получали похоронок, теперь они начали их получать.

Абсолютно прав Соломин, когда говорит, что войска вводятся туда и сюда, а дальше их будет, вероятно, все больше и больше, чем больше их будет, тем больше будет похоронок. Потому что представить себе, что украинцы как зайчики куда-то уйдут и растворятся, - это трудно себе представить.

Я вижу настроения – здесь народ не очень хочет воевать, но его вынуждают. Потому что тут есть самоуважение, понимание того, что страна есть страна Украина, - может, кому-то не нравится, что есть такая страна, но она есть.

А.НАРЫШКИН: С кем украинский народ хочет воевать? С Россией? Но у России объективно больше ресурсов. Никакие ЕС и НАТО Украине ничем помочь не могут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я только что сказал, что воевать не хотят. И вообще я не готов рассуждать, кто и с кем хочет воевать. Я сказал: главное политическое событие, - российские матери начали получать похоронки, а их детей стыдливо где-то хоронят, без почестей. Оставим почести в стороне – выкопают, - у нас и такое делается, вы знаете: таблички снимают, ставят, - это дело г-на Шойгу – пусть он этим занимается.

Главное другое – непонятно, на какой войне их дети гибнут и они получают похоронки. Это принципиально новая ситуация, которой раньше не было. Раньше воевало это отребье - ой, прости, герои, - ЛНР и ДНР, - их можно было, - помните братскую могилу у забора? - их можно было как собак. Но когда у тебя есть мама и папа, а почти в каждой семье есть папа, и представить себе, что в 2014 году мама и папа согласятся на это: был сын – и нету. Ну, умер-шмумер, вы знаете, ради чего эта война ведется, - ради того, чтобы была туристическая дорога, красивая, с пальмами и рекламой.

А.СОЛОМИН: Ничего подобного.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, ты считаешь, что по другой причине. А я считаю, что иметь Крым без этой дороги бессмысленно, и в этом смысл именно этой военной кампании. Еще раз - у вас есть что-то сказать по этой теме, которая меня волнует больше всего? По поводу похоронок?

А.СОЛОМИН: Думаю, что пройдет время. Завтра, кстати, переговоры контактной группы о перемирии. И если все-таки все сдвинется с мертвой точки, будет заключен какой-никакой мирный договор, юго-восток получит какой-то статус, будет каким- то Гонконгом на ближайшие 50 лет, - вот через 50 лет Россия признает жертвы и заявит, что эти жертвы были оправданы. Потому что на 50 лет на Украине установился мир. Если это произойдет. Н мой взгляд, это будет так.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что ты этим хотел сказать?

А.СОЛОМИН: 50 лет и мы признаем эти жертвы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не понимаю. Ты кто, Павловский или Бялковский?

А.НАРЫШКИН: Сатановский.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Наверное. Не от прекрасного и замечательного человека Сатановского, политолога, а от слова «Сатана». Или тебе по барабану?

А.СОЛОМИН: Вы что из меня сейчас пытаетесь сделать? Я Сатановский потому, что я рассказал, как мне кажется, что будет дальше. Вы у меня мнение спросили, я вам ответил. Я вам что должен сейчас сделать? Слезинкой капнуть? Я капну. Спасибо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Может и слезинкой.

А.СОЛОМИН: Чего вы от меня хотите?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Правды.

А.СОЛОМИН: Я вам сказал, как будет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Через 50 лет?

А.СОЛОМИН: Вот прошли десятки лет после Афганистана. И что, и мы увидели все, и признано было все, что мы не просто помогаем местным режимам, что мы воевали, что были похоронки. Да, мы признаем эти похоронки, все это действие оправданным на государственным уровне. Да, есть люди, которые считают это ошибкой – пусть считают. Но у нас есть определенная позиция. Все будет точно так же через 30-50 лет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А до этого ничего?

А.СОЛОМИН: Ну, это должно закончиться.

А.НАРЫШКИН: И, по-твоему, погибшие солдаты это та цена, которую нужно заплатить за мир.

А.СОЛОМИН: Я сказал, что так будет, я не сказал, что так нужно. Сатановский Алексей. Сейчас то, что добивается Россия - выигрышной позиции на переговорах. Все знают со времен других многих войн – на переговоры о мире нельзя идти, когда ты проигрываешь и отступаешь. Потому что ты потеряешь больше. Сейчас стороны хотят идти на переговоры о мире, совершив определенное наступление, определенные победы. Демонстрация силы, как хотите, что замолчали?

А.НАРЫШКИН: Ганапольский осмысливает то, что ты сказал. Я тоже под впечатлением.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я не осмысливаю, я уступил место в политической дискуссии. Мальчик растет, мною любимый.

А.СОЛОМИН: Сегодня будет интервью на Первом канале, думаю, все смогут его увидеть, - в эфире Путин сказал, что сейчас должны идти переговоры, и он бросил такую фразу: для урегулирования ситуации нужны переговоры о государственности востока. Эта фраза породила большую дискуссию.

А.НАРЫШКИН: Что же имел в виду Путин? Независимость, «Новороссию»?

А.СОЛОМИН: А что такое государственность? Государственный суверенитет, значит, объявление этой части государством, - насколько мы можем понимать это слово. Но потом пресс-секретарь Путина, Песков, пояснил, что речь идет исключительно о внутренних переговорах

А.НАРЫШКИН: О госустройстве самой Украины, чтобы участвовали те и те.

А.СОЛОМИН: Короче, вопрос федерализации. Но, в общем, признано было, что эти регионы подразумеваются как составная часть Украины, - по крайней мере, пока Москва не идет на их официальное признание независимыми. И хочется спросить у слушателей – чего хочет российский президент - действительно ли независимости «Новороссии», - как он случайно, как мне показалось, оговорился, - 660-06-64, или исключительно контроля над Порошенко, а Новороссия и ЛНР, ДНР России не нужны - 660-06-65?

А.НАРЫШКИН: Кстати, мне очень понравилось на эту тему то, о чем написал Марат Гельман в журнале «Новое время», украинском. Там он пересказывал свой диалог с Владимиром Лукиным, и Лукин говорил, что, конечно, в Кремле никто не хочет ЛНР и ДНР, речь об этом не идет, поэтому Бородая и Стрелкова устранили, потому что они начали думать не в том ключе. А Путин вообще там чуть ли не первый европеец в Кремле, и все это для того, чтобы воздействовать на Порошенко. И война будет продолжаться до тех пор, пока Порошенко не будет более податливым.

А.СОЛОМИН: У меня есть знакомые, которые были на этой встрече Порошенко, Таможенного союза и ЕС. Там на самом деле был абсолютно экономический спор, Россия предложила Украине внести изменение в договор о евроассоциации – продлить сроки фито-санитарных норм, введение европейского техрегламента. Но европейцы категорически против. Не Украина, а европейцы. И это очень сильно раздражает Москву. Москва видит, что Киев как-то может уступить, но у Киева есть и другие люди, которые на них влияют, с которыми они ведут переговоры, и это Москву очень раздражает.

А.НАРЫШКИН: Матвей Юрьевич, вы уже не будете участвовать в передаче?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Там было действительно много интересных моментов. Сделаем паузу, а после этого я выскажу пару своих соображений, что привлекло мое внимание.

А.НАРЫШКИН: Подведу итоги голосования. 25% радиослушателей считают, что Путин искренне хочет независимости «Новороссии», а 75% считают, что Путин добивается контроля над Порошенко и киевской властью. Делаем перерыв.

НОВОСТИ

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Продолжаем программу. Сразу возьмем следующую тему, потому что она продолжает предыдущую – «Редиска недели». Впервые у нас «редиска» совершенно невероятная. Объясню, почему я молчал, когда ты все это говорил. Каждый из вас видит ситуацию по-своему. То, что ситуация критичная – мы ощущаем вроде бы одинаково. Просто маркер критичности для каждого свой. Для меня, например, ничего важнее похоронок нет. Когда начинают приходить похоронки, - может быть, сценарий будет таким, как ты сказал, люди вытерпят, что им приходят похоронки 30 лет. Но ты не обратил внимание на текст, который я читал в начале.

Тогда был СССР, «железный занавес», был интернациональный долг. Я бы молодым человеком, верил, что где-то существует интернациональный долг, хотя не очень понимал, в чем он состоит. Сейчас у России нет никакой идеи. Созидающей. Тогда была идея – коммунизм. Сейчас коммунизм закончился. Поэтому никакой созидательной идеи нет. Есть идея что-то забрать, патриотизм. Поэтому каждый гражданин в этой ситуации взвешивает: его устраивает возможность похоронки, или нет. Его устроит, что через 35 лет изрядно постаревший Путин чего-то там?

Для меня то, что собственные граждане во имя ничего, во имя пустого места, коим является бой и наше руководство, к сожалению, и наша политика, наша стратегия, только тактика – называется война, - то, что начали получать похоронки, для меня это принципиальный перелом ситуации. Мне кажется, что сейчас люди захотят спасать детей. Слава богу, у меня нет детей призывного возраста, Саше пока 11, но надеюсь, до его 18 это безумие закончится. Поэтому все это ерунда – даже то, что отключат «Свифт», что они будут делать какие-то санкции.

Как видим, санкции никогда не меняли и не меняют – это признал и Запад и все на свете. Россия может измениться только изнутри. Может быть, эти похоронки кого-то приведут в сознание, а может, и не приведут. Для меня они принципиальная вещь.

А.НАРЫШКИН: А зачем вы говорите, что сейчас, в отличие от СССР, нет идеи? Мне кажется, для Путина это довольно обидный упрек. Как нет идеи? 15 лет во власти.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я буду счастлив, если ты сформулируешь эту идею.

А.НАРЫШКИН: Есть много вариантов. Можно пройтись по поверхности, что Путин такой евразиец.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Именно поэтому у нас кампания против Америки, и мы закрываем «Макндональдсы»?

А.НАРЫШКИН: Но это же идея. Если это сейчас не называется конкретным именем, давайте назовем. Раньше бы коммунизм – назовем «Путинизм» - вот вам глобальная идея.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Для тебя он состоит из чего-то, а для меня одна из составных частей «Путинизма» - похоронки, которые, должны, по логике «Путинизма», получить российская семья. Путин не мой президент, я никогда за него не голосовал. Его логика, - тактика, - стратегии у него вообще никакой.

А.НАРЫШКИН: Вы живете среди людей, которые за него голосовали.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне все равно. Они смотрят другие каналы, слушают другие радиостанции. У нас, слава богу, свободная страна – слушай и смотри, что хочешь. Мне людей жалко, мам жалко. Я маму свою похоронил и понимаю, что это такое, когда у тебя старенькая мать и ты за ней ухаживаешь. Я за ней ухаживал и проводил ее достойно. И когда думаю о том, что этих мам некому будет достойно проводить, и никто им не сможет помочь материально, а их дети сдохнут за упырей, которые ведут эту немыслимую войну, непонятно, за какую идею, чтобы укантрапупить Украину, - мне жалко по-человечески. Вот почему я молчал, слушая правильные слова Соломина. Но они такие - от ума. Холодные. Правильные слова - через 35 лет признают, положат цветочек, сделают аллейку. Мне это глубоко противно. Не Соломин, а эта идея «Путинизма» мне противна до тошноты. Перейдем к еще одному герою идеи «Путинизма». Упомянем одного человека.

А.НАРЫШКИН: Сергей Кожугетович Шойгу, министр обороны на этой неделе, как ни странно, заявлений никаких особо не сделал, в этом - то и проблема. Потому что на этой неделе много кейсов, связанных с военными. И ни по одному из них лично я вразумительного ответа не услышал.

Во-первых, пленные десантники, которых сегодня Украина передала России. Они сами рассказывают, как их забрали, из Костромы отправили в Ростов-на-Дону, потом они неожиданно, чуть ли не ночью, куда-то ехали и потом оказались на Украине. А российская сторона, Минобороны сказали, что они случайно заблудились. Хорошо, что эти история закончилась без крови – хотя бы 9 человек мы вернули назад. Надеюсь, что эти молодые люди, хотя и контрактники, больше себя с нашей армейской системой связывать не будут.

История с нашей военной техникой, военным вторжением, как это описывали западные журналисты и Киев признал, что Российская армия захватила Новоазовск. Правда, Порошенко сказал, что ситуация контролируемая, - но нет вразумительного ответа от Минобороны. И похоронки - солдаты куда-то пропадают, уезжают на какие-то внезапные сборы поближе к границе с Украиной, потом от них нет ответа, проходит несколько дней, матери приходят к их частям, требуют ответа. Официальных комментариев нет, а неофициальный сводится к разному: да, действительно, поехали на Украину, и все. И здесь же тайные похороны, за которые, похоже, проламывают головы, здесь же снимают таблички с могил, а Минобороны ничего не говорит.

С другой стороны, что должно сказать минобороны в этой ситуации?

А.СОЛОМИН: Тут два момента. Во-первых, по поводу комментария. Знаете, ситуация, когда главнокомандующий все это комментирует, я не представляю себе, чтобы министр обороны что-то мог добавлять, - наверное, субординация не позволяет. Есть человек, который стратегически определяет все, поэтому сам на все отвечает.

Минобороны может сделать только такие комментарии – я видел фейковый комментарий Минобороны: на снимки со спутника НАТО: на это мы вам имеем ответить, что у вас горизонт завален. То есть, отшучиваться, отбрыкиваться, отнекиваться, - это то, чем сейчас может заниматься ведомство, когда президент отвечает на глобальные вопросы.

А.НАРЫШКИН: На самом деле у Шойгу незавидное положение. Как я себе это представляю? Идет война, которую ведет не Шойгу, а Путин.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В связи с этим скажу два слова. Лучше бы мне было с Шойгу лично не знакомиться. Но так получилось, - когда Шойгу пригласил ряд наших сотрудников – там были Венедиктов. Ворьбьева, когда он еще был министром МЧС. Мы сидели за столом, выпивали, закусывали, говорили друг другу хорошие слова. Он произвел на меня – не удивительно, что к нему всегда позитивный рейтинг доверия, - мне он показался честным и порядочным человеком. Я понимаю, что эта война не его, - во всяком случае, надеюсь, но жизнь так устроена, что с него спросят. Возможно, Путин, лет через 300 или 580 решит, чтобы кто-то погрел ему кресло на очередной президентский срок. И может быть, это предложит не Медведеву, а Шойгу. И вот тогда возникнет вопрос - а честный ли он и порядочный ли. И что в этой ситуации, когда - еще раз: начали приходить в этой непонятной войне похоронки родителям российским, - за солдат, погибших, непонятно где, на какой войне, - то возникает вопрос. Так кто же вы, Сергей Кожугетович?

Я понимаю, что ему непросто - да, это не его война. Но если он участвует в этом, так не его ли это война? Значит, и его. Он же министр обороны, Он же молчит и отшучивается. Очень жаль. Я в своем возрасте достаточно циничный человек, но кого-то же надо считать во власти честным и порядочным человеком? Не пришлось – в очередной раз. Боюсь, что так. Есть что-то еще по поводу Шойгу, или идем дальше?

А.СОЛОМИН: Давайте к следующему. «Не в фокусе».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, тут несколько тем.

А.СОЛОМИН: Начну с той, которая пришла за час до нашей программы – президент «Роснефти» Игорь Сечин дал интервью немецкому изданию «Шпигель», в котором сказал, что не исключает, что бывший глава ЮКОСа Михаил Ходорковский и его партнер Леонид Невзлин, - знакомые лица, - могут вынашивать планы мести, в том числе, в отношении лично Сечина: «Пора бы объективно посмотреть на эти вещи, Ходорковский сотоварищи не были белыми и пушистыми ион иен стали таковыми. Это люди, которые не остановятся ни перед чем. У наших правоохранительных органов есть информация, что они по-прежнему вынашивают планы мести, в том числе, возможно, против меня». Сечин также сказал, что российский суд доказал связь представителей ЮКОСа с уголовными преступлениями, отметил, что впрямую причастность ходорковского к убийствам доказать не удалось, но суды посчитали доказанной вину подчиненных, в том числе ближайшего партнёра, Невзлина.

Хотел бы у слушателей спросить – что они думают. Ходорковский и Невзлин белые и пушистые и не будут мстить ни Сечину, ни кому-то другому - 660-06-64, если вы считаете, что они не белые и не пушистые и будут. Скорее всего, мстить, - 660-06-65.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давай уберем «белые и пушистые?» - будут или не будут мстить.

А.НАРЫШКИН: Хорошо, обойдемся без эпитетов от Сечина.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Просто смешиваем две сущности – насколько они преступники «руки по локоть в крови» и насколько они за то, что у них отобрали компанию, - известно, как, за то, что Ходорковский отсидел 10 лет, - что они все-таки будут мстить. Будут или не будут.

А.НАРЫШКИН: Хорошо. Если не будут мстить Сечину, - 660-06-64, если будут - 660-06-65.

А.СОЛОМИН: У вас есть какие-то сомнения?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вы вдруг потеряли свое мнение?

А.СОЛОМИН: Нет, пасую вам мяч.

А.НАРЫШКИН: Дайте сказать, что мне нравится? – мы можем посмотреть на ситуацию с Сечиным, Ходорковским и Невзлиным с правовой точки зрения. Суды решают иски ЮКОСа, принимают решения по искам ЮКОСа не в пользу России. С этой стороны получается месть. Но эта месть находится в правовом поле. А Сечин говорит про месть. И упоминает убийства, дорогу ЮКОСа, которая была устлана трупами, - Сечин серьезно полагает, что его собираются физически устранить. Как-то это странно, мне кажется, это какая-то паранойя.

А.СОЛОМИН: А видишь, как слушатели голосуют. Это массовая паранойя? Наверное, нет. Есть люди, которые думают, что, несмотря на ореол нравственности…

А.НАРЫШКИН: Только треть, 33% считают, что Ходорковский и Невзлин будут мстить Сечину. Большинство, 67% считают, что никто мстить Сечину не будет, ион может спать спокойно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я считаю, что, конечно, только не убийство, - мы знаем, что Путин даже хлеб-соль не пробует. Сколько поваров у Сечина, даже трудно себе представить. Думаю, что у каждого будет своя Гаага, и безусловно, Сечин будет в результате уничтожен. Уничтожен не в смысле сам Сечин, - он проживет долго и замечательно. Но, наверное, всегда надо помнить, - вы знаете мой тезис: в нынешнее время никто никого не может победить. Только убить. Вот почему и российская агрессия обречена на провал, потому что сразу поднимается механизм компенсаторный, - помогают Украине. Если Украина на кого-то напала, - вы знаете, там то же самое получилось, Украина не разобралась с русским языком, и вот в результате получился Донецк, Луганск и прочее. Так и здесь. Как называлась рюмочная, где продали за 5 копеек ЮКОС?

А.СОЛОМИН: Нет, мы тогда мультики смотрели.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, давно это было. Но это важный сигнал: Сечин пытается что-то сказать на опережение, на всякий случай. Но дело в том, что от него уже мало это зависит сейчас. Я не говорю про Ходорковского, - не знаю. Когда я его видел в Киеве, передо мной сидел абсолютно мирный и расслабленный человек, который говорил о создании каких-то гуманитарных структур, о системе образования, которую надо построить.

А там сидели наши ребята - Таня Фельгенгауэр, Сакен Аймурзаев, и мы хотели выведать, когда он пойдет войной на Кремль. Ничего подобного не было. Он сидел и спокойно разговаривал. Как мне показалось, для него этот этап истории перейден и забыт. И я даже удивился, подумал - 10 лет отсидел человек. Уничтожили по щелчку дело его жизни, а он так спокоен? Поэтому, думаю, «волки-волки» г-н Сечин кричит на всякий случай.

А.НАРЫШКИН: Ну, в тихом омуте черти водятся. Сечин не последний человек в государстве. Если он говорит, что у правоохранительных органов есть информация, значит, какая-то есть. Мне не хватает заявлений Следственного комитета.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот. Если Игорь Иванович говорит, что у Следственного комитета есть информация, значит, у правоохранительных органов никакой информации нет.

А.СОЛОМИН: Мне кажется, что здесь идет не о физической мести, - с этим я с вами согласен.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, физическая месть уже есть. Вы что, не видите?

А.СОЛОМИН: Ну-ка?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сечин невыездной. Количество солнечных лучей, которые греют его бока, стало значительно меньше.

А.СОЛОМИН: Да ладно, в Новой Зеландии можно бока погреть и выйти в море с белыми акулами. Там много его можно найти. Сечин очень крупный человек, крупный бизнесмен, но это все-таки не уровень Ходорковского. Если месть будет, то она будет не физической, а политической и месть не Сечину, а Путину. Путину не как частному лицу, а как верхушке этой политической системы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Каждый получит свое – уверяю вас. Надо перечитать «Граф Монтекристо». Это люди больших цифр, и Ходорковский и Сечин. Больших цифр и планов – это стратеги. Про Сечина не знаю, какой он стратег – видимо, хороший, если полгосударства держит за горло. Но и Ходорковскому палец в рот не клади.

А.СОЛОМИН: Это не так.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нам еще предстоит много интересного узнать.

А.СОЛОМИН: Я не согласен, что Сечин полгосударства держит за горло, а в остальном – пожалуйста.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как? Он сейчас попросил помощь в полбюджета государства для его компании? Это что, он не держит государство?

А.СОЛОМИН: Нет. Потому что ему Минэкономразвития уже в полном размере отказало.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И это Игорю Ивановичу тревожно. То ему отказывают, это отказывают. Он был царем и богом 15 лет, и вдруг как-то сейчас все трещит. Плюс невыездной. «Тяжело на свете пастушонку Пете». Давайте последнюю рубрику. На «Писке хомячков» попался главный редактор сайта Виталий Рувинский, которого я люблю читать, особенно, когда он пишет о собственной семье, читаю:

«Запалился тут давеча старший сын на курении. Ну, 16 лет – дело житейское, не смертельное. Разумеется, была ему прочитана лекция о пагубности этого порочного занятия для молодого организма. Вроде проникся, обещал не курить хотя бы дома. Но речь не о том, В числе прочего мы заинтересовались, где он сигареты берет. Выяснилось, что сперва покупал в одном магазине с весьма лояльными продавцами, но потом там штат сменился, начали паспорт спрашивать. Тогда он стал ходить к другому магазину, где просил взрослых прохожих купить ему сигарет. Просить просил, но они отказывали. И тогда он нашел безотказных - сигареты ему покупали гастарбайтерами. Нужны какие-то очевидные выводы, но тут достаточно самой констатации факта, - итак все ясно».

Я прочитал эту заметку, - да, то, что покупают гастрабайтеры это плохо. Хочу сказать о том, что хорошо, что в магазине не продают, что лояльные продавцы исчезли, что взрослые - отказывались. Вот это мне очень понравилось. И я благодарю всех, кто слушает нашу программу и всех, кто отказывает.

А.СОЛОМИН: Обычно они говорят так: папа сломал ногу, лежит дома, попросил купить сигарет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И есть ответ: принеси ногу. Правильно делают, что не покупают. А то, что обязательно найдется если не гастарбайтер, то кто-то – это понятно. Вопрос не в этом, а в тенденции. А здесь видна тенденция, понимают – молодым курево покупать нельзя.

А.НАРЫШКИН: Общество исправляется. Заканчиваем передачу на хорошей новости.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Только те, кто не курит, те свалят. Потому что главное событие – похоронки, которые стали приходить российским семьям. До свидания.