23 мая - Ну и денек - 2012-05-23

«Это был какой-то гипноз, непостижимо. Своими руками отдать счастье и надежду, отказаться от обновления и как всегда из-за боязни призраков», - вот великие слова, и если на самом деле я вам не скажу откуда они, уверена, вы не сразу и отгадаете. «Покровские ворота». Сегодня 23 мая. О гипнозе и не только поговорим в ближайшие несколько минут, с вами Анна Трефилова, здравствуйте.

Цитата, что называется на злобу дня, ну а мы перенесемся в далекий 1733-ий, 23 мая, в тот год на свет появился человек, который долго не мог найти себя. Будущий доктор и создатель учения «о животном магнетизме» - Фридрих Антон Месмер. Он мечтал стать музыкантом, потом философом, потом адвокатом, ну а стал великим врачом, впрочем, теперь многие хоть что-то знают про гипноз, да далеко не все знают, что начало всему положил Франц Антон Месмер. Современники его вообще так и не поняли. Он дружил с Глюком и Моцартом, но музыкантом, как я уже говорила – так и не стал. История сохранила нам важную дату. 28 июля 1774-го года, Месмер после попыток найти себя на другом поприще, вернулся к врачебной практике и сразу столкнулся со странным случаем. Не будем вдаваться в подробности, скажу лишь, что несмотря на скептическое отношение к экспериментам Месмера в академическом мире, поклонниками доктора были сам Людовик XVI и Мария-Антуанетта, впрочем, они довольно быстро охладели и назначили комиссию, чтобы проверить действенность «животного магнетизма», комиссия принимает решение, что все зависит от того, кто магнетирует пациентов, то есть… от магнетизера. Похожее слово, да? Эффекты определяются силой внушения, последствия ужасны, животного магнетизма не существует. И еще там было интересное, до боли знакомое, цитирую: «при теперешнем состоянии знаний и измерительной техники…, - писали члены комиссий, ну и дальше про то, что быть такого не может, потому что не может быть. Надо сказать, что почти все члены комиссии в итоге познакомились с изобретением доктора Гильотена, но это так – ремарка. Месмер бежит в Австрию, на родину, в Париж не рвется, хотя революции симпатизирует, и в итоге незаметно живет до кона своих дней в небольшом городе неподалеку от Цюриха. Так незаметно, что многие считают, что доктор уже давно ушел в мир иной. А он… Оставил врачебную практику и, наконец, как следует занялся музыкой.

Наш следующий герой, тоже оказался буквально в гуще исторических событий, хотя, прямого отношения к ним не имел совершенно. Игорь Аничков, советский лингвист, появился на свет в этот день в 1897.

Он происходил из известной дворянской семьи, его отец был филологом, профессором Петербургского университета (кстати, один из преподавателей Александра Блока).Детство Игорь Евгеньевич Аничков провел в Швейцарии, Франции и Великобритании, но филологическое образование получал все в том же Петербургском университете. Он воевал, принимал участие в Гражданской войне, сражаясь то за красных, то за белых, затем преподавал, разумеется, сидел, отбывая срок на Соловках, потом находился в ссылке и в родной город вернулся лишь в 1953 году. Известен он прежде всего как теоретик идиоматики, дисциплины, изучающей сочетания слов.

Пора переходить к поздравлениям. И для начала – спортсмен, в котором, кроме всего прочего, явно есть еще нечто гипнотическое. Рубенс Барикелло, пилот Формулы 1, родился 23 мая, в 1977.

Иногда величие человека в профессии определяется не яркостью карьеры и масштабом достижений, а сроком. Барикелло – самый опытный пилот в истории Формулы-1. Он выходил на старт 322 раза – намного больше, чем любой другой гонщик. Рубенс гонялся вместе с Сенной и Простом. А во время того трагического Гран-При, когда погибли Сенна и Роланд Ратценбергер, именно Барикелло был первым пострадавшим и ему повезло выжить там, где другие расстались с жизнью. Рубенс входит в десятки лучших по числу очков, подиумов, финишей, но свою первую победу он одержал только на восьмом году участия в чемпионатах мира. Рубенс подавал очень большие надежды в младших «формулах», где выиграл почти все, что можно. Но в Королевских гонках он стал жертвой обстоятельств. После гибели Сенны он невольно рассматривался как его наследник. Но как бы ни был талантлив Рубенс, повторить Сенну ему было совершенно не по силам, хотя очков он в сумме, как ни парадоксально, набрал больше Айртона. А лучшие годы карьеры Барикелло провел в «Феррари» рядом с Шумахером, превзойти которого тоже не мог, а когда такая возможность появлялась, он, следуя субординации, работал на немецкого чемпиона. 11 выигранных Гран-При, 2 вице-чемпионства и репутация честного гонщика и хорошего человека, очень и очень долго присутствовавшего на главных гонках планеты – это и есть итог карьеры Барикелло.

Хочется, конечно, напоследок воскликнуть, как опять же в «Покровских воротах» - «Грядут перемены!», но что-то окраска этого возгласа сегодня вовсе не так, что в фильме. Как впрочем, и в истории про гипноз…