Начался процесс, объединенный уже, и Ходорковского, и Лебедева. - Комментарий недели - 2004-06-19

И чем дальше дело идет, тем оно больше приобретает какой-то совершенно шизофренический характер. Во-первых, процесс был отмечен совершенно блестящим подъемом российского фондового рынка, который больше всего свидетельствует, в первую очередь, о состоянии этого рынка, умов, которые им управляют, и вообще российской финансовой системой. Значит, заявление президента о том, что государство не заинтересовано в банкротстве ЮКОСа, это, в общем, такое спокойное подтверждение факта, что дважды два - четыре, ничего нового президент, в принципе, не сказал. Было бы крайне странно, если бы он сделал любое другое заявление. И непонятно вообще, каким бы образом это он мог бы сделать. При этом рынок, значит, поднялся на 38%, после чего были закрыты биржи. И все это говорит о том, что такой рынок вообще, в принципе, работать не может, что лучше бы его вообще не было, как и очень многого остального. Второй момент говорит о том, что лучше бы, конечно, у нас не было бы прокуратуры вообще, да, вот, а как бы процесс этот шел каким-то более архаическим и примитивным путем, потому что возникает очень большое весьма сомнение, с самого начала оно нарастало, теперь достигло уверенности, что прокуратура способна сформулировать вообще какое-либо обвинение, какую-либо доказательную базу. Дело в том, что вообще проблема выставить обвинение кому бы то ни было из российского как крупного, так и среднего бизнеса, но проблема это маленькая, это проблема техническая, поскольку даже благожелательные к ЮКОСу комментаторы всегда говорили о том, что нарушали, мол, все, и везде была эта практика и т.д., но, мол, почему один ЮКОС? Т.е. эта проблема, действительно, существует, проблема так называемого избирательного применения права, да, но поскольку право никто применять не собирается, проблема с него снимается сама собой. И получается странная история, с одной стороны, казалось бы, были голоса, что неплохо было бы Ходорковскому изменить меру пресечения, потому что, с точки зрения государства, с точки зрения правосудия, с точки зрения вообще имиджа власти, с точки зрения прагматической, т.е. минимальное целесообразное применение репрессий, да, мера пресечения Ходорковскому в настоящий момент не обусловлена ничем, она бы освободила руки для правосудия. Но поскольку места для правосудия практически не остается, да, поскольку обвинения в том виде, в котором они предъявлены будут Ходорковскому, я уверен, что то же самое будет проходить и по остальным делам, связанным с ЮКОСом, даже таким, как дело Пичугина, где есть реальный уголовный состав, причем такой, тяжкое уголовное преступление в виде убийства, да, вот, значит, вот все эти обвинения будут сделаны так, что они толкают практически власть на применение репрессий, на применение, как бы сказать, на неправедный приговор. И получается, что вместо того, чтобы, действительно, укреплять институты власти, укреплять законность прокуратура деятельностью своей способствует просто расширению сферы произвола. И невозможно в этой ситуации проявить ни милосердие, да, ни рациональное использование меры пресечения.