Самым важным событием недели было, естественно, первое заседание Госдумы. - Комментарий недели - 2004-01-17

Но, правда, не в том смысле, в котором мы привыкли видеть такие события последнее десятилетие, распределение думских портфелей и так далее. Все было распределено, как известно, четко монопольно, точнее говоря, все в одни руки. Что здесь самое важное и интересное? Фактически Путин сыграл ва-банк, взяв все полномочия в законодательном процессе в свои руки, в руки своих людей, он действительно получил полную власть в стране, поскольку фактически возглавляет и исполнительную власть и может таким образом готовить любые законы, принимать и воплощать в жизнь любые законы. Но такая полнота власти как всякая игра ва-банк, крайне рискованна, потому что как минимум под такую полноту власти нужна очень амбициозная в прямом и переносном смысле программа реформ, потому что иначе непонятно зачем эта полнота власти. И будет непонятно избирателям через некоторое время, если такие реформы, причем гарантирующие свой успех, ибо неуспех реформ в полноте власти означает просто крах, возможно, не только режима, но и страны. Мы видели это в конце советского периода. Но помимо этой амбициозности задач, содержательных целей реформ и самих реформ речь идет о том, что полнота власти, имеющаяся в одних руках, по мере всего прочего означает полноту противостояния самой мощной политической силе страны, которая называется бюрократия. Безусловно, тут не может быть никаких сомнений, в настоящий момент в стране из значимых политических сил самых мощных остались три: президент во главе этой власти, о которой я говорил, и не только я, естественно в последнее время, народ население, избиратели, большинство из которых доверяют президенту, большинство из которых довольны в целом жизнью, а те, кто недоволен, их тоже много, но они ведут себя пока очень пассивно и даже каких-либо забастовок или иных легальных способов выражения недовольства мы не видим. И можно на какой-то период времени этот политический субъект проигнорировать. И третий российская бюрократия. Это очень активный субъект внешне, он активный каждый день. Президент может спать, может уехать за границу, может заболеть, бюрократия не уезжает за границу, не болеет, не спит, она работает днем и ночью. Если засыпает московская бюрократия и то не до конца, то просыпается бюрократия на Дальнем Востоке, в Сибири, она живет постоянно. И откровенно говоря, реформы можно придумывать очень умные, законы под них сочинить очень интересные и попробовать реализовать с тем аппаратом властным, который есть, тоже можно попытаться. Но поведение этого бюрократического субъекта предсказать абсолютно невозможно. Как он будет реагировать на это всевластие, какие реформы, я даже не говорю о плохих, мы говорим только о тех реформах, какие он будет принимать, какие не будет принимать. Бюрократия не выходит на забастовки, иногда она устраивает дворцовые перевороты, но чаще всего она действует тихим надежным способом - саботажем. И нет возможности повторения какого-то фронта из многочисленных сил против этой бюрократии. Президент встал перед миллионами лиц российской бюрократии фактически один. Возможности всех сил, которые стоят за ним, часть из которых являются тоже бюрократическими и включена в лагерь противника фактически, возможности этих сил еще далеко не ясны, а вот возможности той силы крайне ясны. Короче говоря, полновластие в Думе это игра ва-банк, это громадный риск и громадная ответственность. Готов ли Путин, наверное, считает, что он готов к этому. Уже первые весенние схватки, например, формирование нового правительства, коллизии, конфликты с региональными лидерами покажут, кто сильнее в этой борьбе. Народ, повторяю, будет стоять в стороне, а значимых политических сил, которые могут участвовать в борьбе на стороне президента, их просто нет.