Глобально ОПЕК совершенно прав, потому что страны ОПЕК это в основном страны Персидского залива производят нефть самой дешевой себестоим - Комментарий недели - 2001-11-16

Когда они нам говорят, в первую очередь России, что "ребята, вы же больше всех заинтересованы в поддержании высокой цены, наверное, вам это надо больше, чем нам. Почему вы нам мешаете?" В странах ОПЕК объективно растет недовольство постоянными снижениями цен, потому что получается, что они снижают объемы, а эти объемы заполняются странами не членами. Во-первых, это снижает эффективность ценового контроля, а самое главное, что это просто прямой грабеж получается. Это вообще, в целом.

В частности нам это, конечно, с точки зрения наших сугубо национальных интересов всегда было очень выгодно. Кроме того, в России практически нет механизма снижения добычи, и когда говорят: "а, чисто символическое, на 1%", - это вообще-то революция. И я бы на месте всех игроков этого рынка уцепился, в плюс к тому, у нас все время все, включая нашего премьера замечательного, не могут отличить почему-то добычу и экспорт. Россия экспорт сократит, никуда она не денется. У нас зима, между прочим. Мы можем это посчитать и включить в наши обязательства, хотя бы на первое полугодие, самое сложное. Почему этого не делается, мне непонятно. Такое впечатление, что у нас не существует ни единого центра принятия решений, ни единой нефтяной политики, а какое-то шараханье из стороны в сторону. Это еще связано с тем, что у нас только, буквально несколько месяцев назад, начало возрождаться ведомство под названием "ментовка". Сразу этого сделать невозможно, но есть, в конце концов, на мой взгляд, глобальная проблема, которая заключается в том, что, вообще, если сейчас мы действительно, более или менее, ведем себя адекватно в наших создавшихся условиях, потому что в действительности у нас очень маленькие возможности для маневра, реальные, то в целом есть хороший повод поменять нефтяную стратегию, а вообще, не поменять, а, в конце концов, ее получить. Россия может быть очень крупным игроком, более крупным, чем арабы, на рынке нефти. Потому что она является все-таки гораздо более индустриальной страной, она является страной, которая может разыгрывать комбинацию между странами основными потребителями и странами производителями, то есть ее ценность политическая резко повышается.

И кроме того, мы просто можем использовать эту ситуацию для развития собственной экономики, потому что эта идея, которая с самого начала казалась несколько экзотической, то есть когда Россия предлагала инвестировать в энергопотребляющие отрасли собственной экономики тем, кто заинтересован в поддержании стабильной цены на нефть. Если инвестировать в эти сферы, то можно получить очень высокое увеличение энергопотребления, страна получит те же доходы, только не за счет экспорта, а за счет внутреннего производства. И, в конце концов, эта идея становится реальной. Но самое главное, что для того, чтобы играть на рынке, Россия должна уметь контролировать объем. Для этого нужно иметь, даже необязательно государственную какую-нибудь структуру нефтяную, а нужно иметь стратегический запас. Причем в пропорции не меньше, чем у США. Я не знаю, насколько у нас существуют, сейчас уже, в настоящий момент, объемы просто для хранения резервов нефтяных, но я уверен, что они есть, зная тягу советской власти накапливать во всех областях совершенно колоссальные стратегические резервы на случай чего угодно, ядерной войны. Вот эти объемы надо, может быть, увеличить, может быть, их и сейчас уже хватит. Нефтяные компании обязаны, должны и могут откредитовать государство сейчас дешевой нефтью, падающей, для того чтобы, когда ее цена повысится, государство могло бы с ними расплатиться, продать эту нефть и получить доход. Это дилерская позиция, это постоянный доход. Такая либеральная страна как США почему-то может себе позволить иметь колоссальный резерв, нефтяной, от состояния которого, в принципе, зависят мировые цены на нефть, это главный показатель. А мы почему-то не можем. Причем я не вижу причин, по которым бы наши национальные нефтяные компании посмели бы уклониться от такого предложения. Это то самое предложение, от которого нельзя отказаться. Тем более, что оно формально не безвозмездно, и, кроме того, стабилизирует их собственный рынок, их собственную ценовую ситуацию.