Аресты это великая прерогатива стоящего у власти, сверхэффективный метод ведения дел, который по определению не доступен никому, кроме вл - Комментарий недели - 2001-01-26

Сегодня хочу представить некоторые соображения относительно эффективности арестов, они же заключение под стражу, или, мягче, нейтрализация. Я, конечно, не историк и роль арестов в истории государства, наверное, представляю себе недостаточно отчетливо. Ученые, несомненно, могут развить предлагаемые тезисы. Я же как журналист лишь наблюдаю за фактами текущей жизни, которые подталкивают меня к следующим выводам. Идея арестов освежается всякий раз, когда сменяется власть. Это не обязательно должна быть смена режима, и не обязательно идея посещает пришедшего к власти. Идея не умирает в принципе, она всегда где-то рядом с правителем, и всегда найдутся те, кто ему о ней напомнит. Вспомните приход на пост премьера страны Евгения Прямакова, ему немедленно подкинули "черный список". Как только он обмолвился о 90 000 свободных мест для экономических преступников, почти шутя, он так и вошел в историю под названием "список Примакова". Так вот, словосочетание "произвели серию арестов" давно стало устойчивым в исторических текстах и в современных хрониках тоже. Часто это звучит совершенно обыденно, совсем как "произвели структурную перестройку в промышленности". Многое заставляет полагать, что аресты это лишь один из инструментов государственной политики. Может быть, не слишком тонкий, но очень эффективный. Аресты позволяют на разных этапах деятельности государства, во-первых, сократить численность противника, причем, без физического уничтожения, совершенно бескровно, а значит, сосредоточить силы на созидательной деятельности. Позитивный фактор, не правда ли? Во-вторых, аресты качественно меняют отношения с противником: его загоняют в угол, он деморализуется, начинает суетиться, совершает от отчаяния непродуманные ответные действия, слишком резкие, включая противозаконные, и тем подталкивает власть к новым арестам на все более законной основе. В-третьих, аресты демонстрируют повышенную активность государственной машины, люди видят, что все в стране далеко не прекрасно, если государство решается на такую крайнюю меру, для блага общества, разумеется. Мы работаем на износ и с риском для себя, для своей репутации, говорит власть, производя аресты. Четвертое, аресты добавляют в мир граждан элементы тревоги, меняют атмосферу в обществе, придают ему высокий тонус напряженности, не дают расслабиться, а, напротив, заставляют сконцентрировать волю, быть бдительными и т. д. На этой неделе открылась новая, довольно неожиданная сфера применения арестов. Арестованные даже не люди, а акции медиа-холдинга, арестовано ровно столько акций, чтобы в массе оставшихся один из акционеров, другой медиа-холдинг, получил большинство, чем тот намерен немедленно воспользоваться, чтобы коренным образом переменить характер действия медиа гиганта. Видите, аресты это не только метод политической, но и экономической деятельности. Под арест можно взять что угодно и кого угодно, хоть на трое суток. За 72 часа можно успеть многое. Укажем на одно важное обстоятельство. Аресты это великая прерогатива стоящего у власти, сверхэффективный метод ведения дел, который по определению не доступен никому, кроме власть имущих. И грех им не воспользоваться. Напротив, отсутствие арестов в государстве признать расхоложенности, нестабильности системы, общественного балагана, неясности ближайших перспектив. И уже в порядке совершенно ненаучного подхода отметим символику того, что "арест" - слово, стоящее среди первого в алфавитном порядке, в нем скрыт соблазн первоочередного применения этого деяния. Суды, следствия, санкции, прокуроры стоят далеко во второй части алфавита, да и стоит ли к ним обращаться, когда аресты уже начались?