Я просто хочу поговорить о личном. - Комментарий недели - 2000-12-22

Может быть, это редкий случай, когда хочется сказать о мелком событии, но которое коснулось лично меня и лично моих друзей и коллег по холдингу "Медиа-Мост". На прошлой неделе мы вместе с Евгением Киселевым, Алексеем Венедиктовым и Сергеем Пархоменко были в Мадриде с одной простой целью - рассказать нашим испанским коллегам то, что мы думаем о ситуации с, так называемым, делом Гусинского. Естественно, Мадрид - город большой, красивый, и там есть и наши российские журналисты, большинство из которых даже если и не разделяют нашу точку зрения, то вполне адекватно ее передают. Вместе с нашими коллегами там работает корреспондент "РИА-Новости" Хуан Кобо. Для многих российских газет, которые не в состоянии содержать своего штатного корреспондента в Испании, он является немонопольным источником информации. Я не буду сейчас повторять грязные намеки относительно того, каким образом и почему Хуан Кобо работал на "РИА-Новости", в прошлом это было АПН, а АПН известна тем, кто составлял ее основу кадрового состава в советское время. Сейчас я хочу лишь сказать об одном маленьком сообщении, которое на прошлой неделе прислал славный корреспондент "РИА-Новости" в Москву по поводу нашего визита, то есть, по поводу той ситуации, о которой я знаю все и, естественно, могу сравнивать эти события с тем, что сообщает Хуан Кобо и его работодатель "РИА-Новости". Так вот, Хуана Кобо, во-первых, не было на той пресс-конференции, о которой он потом написал. Ну, что ж, это советская школа - обо всем рассказывать заочно, твердо и ни в чем не сомневаясь. Итак, Хуан Кобо не был на конференции, но о ней сообщил своему агентству, а также в небольшом сообщении передал в Москву два вранья. Первое вранье касалось того, что прибывшие в Испанию руководители средств массовой информации компании "Медиа-Мост" не добились разрешения от испанских властей на свидание с Владимиром Гусинским. И второе, генеральный прокурор Испании не получал письма, о котором говорили прибывшие на пресс-конференцию, то есть, мы. Г-н Кобо в этом коротком сообщении умудрился поместить две, на первый взгляд, безобидных и мелких лжи, но меня настораживает то, что он является мощным мультипликатором информации. С помощью агентства "РИА-Новости" его весьма успешно распространяют и размещают. Но г-н Кобо ни с кем из нас даже по телефону не говорил, но, тем не менее, так твердо и уверенно сообщает о том, что мы делали, а чего мы не делали. А если бы он побывал на пресс-конференции или хотя бы позвонил одному из нас, он бы узнал, что мы не обращались к испанским властям с просьбой о свидании с Владимиром Гусинским, потому что прекрасно осведомлены о правилах, которые не предусматривают свидание с человеком, находящимся в том положении, в котором находился до вчерашнего дня Владимир Гусинский. То есть, никакого свидания быть не могло. Поэтому обращаться с такими бессмысленными просьбами просто нелепо и странно. Но г-ну Кобо, видимо, нужно перед своими хозяевами показать безуспешность поездки главных редакторов "Медиа-Моста", поэтому он выудил свою первую ложь. Вторая ложь, в принципе, тоже достаточно безобидная. Цель у нее, видимо, та же - показать несостоятельность действий руководителей "Медиа-Моста", которые говорят, что писали письма, а письма не дошли, на почте затерялись. Если бы Хуан Кобо был журналистом, он бы поинтересовался о том, на какие адреса эти письма отправлены. Мы говорили об этом на пресс-конференции и сказали бы лично г-ну Кобо о том, что письма были отправлены по трем адресам: премьер-министру, министру юстиции и судье Гарсону. К генеральному прокурору мы не обращались. Также я могу сказать, что наши письма не получал цветочный магазин в центре Мадрида, не получала какая-нибудь центральная станция метро или главный вокзал по одной простой причине - мы к ним не обращались.