Реплика Черкизова - 2003-11-03

Очень похоже на правду предположение, высказанное во вторник газетой "Коммерсант": "очевидно, что, сделав свое заявление из "Матросской Тишины", Михаил Ходорковский подписал первый протокол из серии протоколов, предъявляемых властью олигархам в таких случаях. Напомним, для Владимира Гусинского истинный протокол, описывающий его новый порядок взаимоотношений с Владимиром Путиным и властью вообще, был шестым и секретным - в дополнение к пяти официальным и открытым".

Как кажется, у Ходорковского было как минимум две цели: первая - отвести угрозу от ЮКОСа и вторая - получить свободу.

Удивительно, но факт: уже во вторник стало известно, что Мосгорсуд будет рассматривать дело об аресте Ходорковского не 13-го ноября, как планировалось, а 11-го.

Однако, рискну предположить, что у отставки Ходорковского был еще один смысл; скажем так - потаенный.

Уйдя из ЮКОСа, то есть из бизнеса, Ходорковский развязал себе руки: теперь он может заниматься политикой совершенно откровенно.

Похоже на то, что у Путина появился сильный конкурент - до марта уже недалеко, меньше полгода.

Денег у Ходорковского хватит на избирательную кампанию любой степени напряженности.

А состояние умов российских элит нынче таково, что слоган Надеждина: "пора Путина валить!" - не кажется ни чудным, ни истеричным.

Правда, для пользы избирательного дела Ходорковского ему только на руку было бы продолжение ареста вплоть до президентских выборов: в таком случае 10-15 процентов голосов, что называется, лежали бы на блюдечке с голубой каемочкой.

Ежели 11-го ноября Ходорковского все-таки отпустят на волю, то те же самые 10-15 процентов ему придется добывать с большим трудом.

Но вполне под силу.

Под силу еще и потому, что арест Ходорковского и арест части акций ЮКОСа вызвали в России сильнейший политический кризис.

Внутренние противоречия в правящей элите вырвались на поверхность.

К примеру, Путин призывает не устраивать истерик, в частности, призывает правительство, а Касьянов, уехав из Москвы, выступает тут же с резкой критикой Генпрокуратуры.

Волошин уходит в отставку, которую Путин публично называет "ошибкой". Новый глава администрации Медведев немедленно дает интервью двум федеральным каналам, в котором говорит, аккуратно читая по суфлеру: "административные органы, включая и правоохранительные, - это серьезный инструмент, который вызывает мощную реакцию в различных сферах, и в какой-то момент в их деятельности может возникнуть некий административный раж. Это опасная вещь. Последствия не до конца продуманных действий незамедлительно скажутся в экономике, вызовут смущение в политической жизни".

Предполагать, что Медведев дал такую оценку действиям устиновского ведомства без согласования с Путиным - я даже в порядке бреда не буду.

Внимательные зрители путинского интервью итальянским журналистам не могли не видеть степень раздражения, с которой Путин отвечал на вопросы, связанные с Волошиным и Ходорковским.

Политический кризис такой силы за месяц до парламентских выборов и накануне выборов президентских - очень опасное явление, чреватое далеко идущими последствиями.

В частности, - серьезнейшим расколом между и внутри правящих элит.

В таких случаях проигрывают всегда те, кто откровенно нервничает.

А Михаил Борисович Ходорковский откровенно спокоен и внимательно читает Конституцию.