Реплика Черкизова - 2002-10-10
Он предпочитает, чтобы его называли: Джимми. Именно так, - Джимми - он и подписывал все документы, покуда служил 39-м президентом США.
Вообще-то - Джеймс Эрл Картер, арахисовый король из Джорджии, убежденный баптист.
Теперь - лауреат Нобелевской премии мира 2002-го года.
Надо признаться, что премия его догнала через 24 года. Именно в сентябре 78-го он сделал один из важнейших шагов в послевоенной истории: усадил за один стол Менахема Бегина и Анвара Садата и заставил подписать Кэмп-Дэвидское мирное соглашение между Израилем и Египтом, и как посредник поставил свою подпись сам.
За год до этого, только став президентом США, завершил переговоры о передаче суверенитета над Панамским каналом правительству Панамы.
А в июне 79-го года он подписал Договор между СССР и США об ограничении стратегических наступательных вооружений, так называемый ОСВ-2.
"Надо обязательно договариваться" - я думаю, это могло бы стать слоганом картеровской политики.
Впрочем, не единственным слоганом.
Когда в конце декабря 79-го советские войска вторглись в Афганистан, миролюбию Картера пришел конец.
23 января 80-го года он выдвинул "доктрину Картера", согласно которой США могли для "обеспечения своих жизненных интересов" использовать любые средства, "включая военную мощь".
Кстати, как мы видим, вполне работающую и сегодня
В сентябре того же года была утверждена "президентская директива номер 59", предусматривавшая возможность "ограниченной ядерной войны" против СССР.
Картер был активным сторонником бойкота Олимпийских игр в Москве, потому как совершенно не понимал, как их можно проводить в стране-агрессоре.
Бойкот - получился; СССР, тем не менее, воевал в Афганистане много лет.
Образно говоря, шею Картер сломал себе на Иране, когда не сумел спасти от заложничества американцев.
Но - не сломался сам. Проиграл выборы Рейгану, создал Центр Картера и все последние годы выступал в качестве неофициального миротворца, добившись на этом поприще определенных успехов. За вклад, внесенный им в установление мира в Гаити, в Корее, Либерии, Боснии, Руанде Картеру в 94-м году была присуждена ЮНЕСКО премия мира имени Феликса Уфуэ-Буаньи.
Нобелевскую премию ему присудили за "десятилетия усилий в поисках урегулирования международных конфликтов".
Получается, что внутри одного политика уживаются представления и о возможности ограниченной ядерной войны и о необходимости решения конфликтов переговорным путем.
Наверное, с возрастом политики умнеют. Наверное, они еще больше умнеют, когда с политической карты мира исчезает очередная "империя зла".
Георгий Арбатов, основатель и почетный директор Института США и Канады РАН, сказал в нашем эфире, что Картер "не был мыслителем, нельзя назвать его и новатором во внешней политике".
Если насчет мыслительства судить не могу, то уж насчет внешней политики с Арбатовым не соглашусь: как раз Кэмп-Дэвидское соглашение между Израилем и Египтом было совершенно новаторским подходом к ближневосточному конфликту. Как раз гуманитарный бойкот Советского Союза за агрессию в Афганистане был новаторским подходом. Никогда прежде, ни за какую агрессию, страна Советов не получала так чувствительно по морде, как от Картера в 80-м.
Собственно, наверное, именно в этом и заключается самое главное, из того, что сделал Картер: права человека, соблюдение гуманитарных основ именно при Картере стали такой же движущей силой мировой политики, как и опасность ядерной войны.