Купить мерч «Эха»:

Как интернет помогает пострадавшим на Дальнем Востоке? - Митя Алешковский - Блог-аут - 2013-09-05

05.09.2013
Как интернет помогает пострадавшим на Дальнем Востоке? - Митя Алешковский - Блог-аут - 2013-09-05 Скачать

И. ВОРОБЬЕВА: 21-06 в столице. Добрый вечер. Меня зовут Ирина Воробьева. Это программа «Блог-аут». Она будет состоять из двух частей. До 21-30 я буду рассказывать вам о том, какие блоги и какие посты вышли в десятку рейтинга цитируемости блогеров за неделю, предоставленный компанией «Медиалогия», расскажу также, о чем пишут в блогах на других сайтах. После 21-30 в эту студию придет мой гость, это фотограф Митя Алешковский. Мы поговорим о том, как Интернет помогал пострадавшим на Дальнем Востоке. Призываю вас писать на номер смс +7-985-970-4545, аккаунт vyzvon, если вы пишете из Twitter, пишите из Интернета, если вы смотрите видеотрансляцию, организованную компанией «Сетевизор». А сейчас мы начнем с рейтинга цитируемости блогеров за неделю.

ТОП-10. ЛУЧШИЕ БЛОГЕРЫ

И. ВОРОБЬЕВА: Компания «Медиалогия» предоставляет каждую неделю рейтинг цитируемости блогеров за неделю. Я всегда забываю, как они считают этот рейтинг. Там не величину цитируемости влияет сразу несколько показателей, например, количество ссылок на блогеров, сообщение о них в СМИ, зависит от влиятельности СМИ, полосы издания, размера публикации и так далее. Очень интересно, как они это считают. Сейчас мы поделимся с вами этим рейтингом.

10-е место – это галерист Марат Гельман, который рассказывал о том, что полиция задержала директора питерского Музея власти Татьяну Титову. Марат Гельман написал об этом в своем Twitter со ссылкой на владельца учреждения Александра Донского. «Музей посетили сотрудники правоохранительных органов, которые изъяли по подозрению в экстремизме работы художника Константина Алтунина «Радужный Милонов», портрет спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко «Сосули», а также изображения президента РФ Владимира Путина и премьер-министра Дмитрия Медведева в женском белье. Позже стало известно, что Т.Титову около 6 утра 3 августа отпустили из отделения полиции - она провела там 3 часа». Объяснение полиции – это я уже от себя добавляю - было крайне занимательным. Полиция сказала, что там были подозрительные личности и они проверяли эти подозрительные личности на подозрительность личностей. Таким образом задержали, а через три часа все были отпущены. Там была задержана не только Татьяна Титова.

9-е место – лидер партии ЛДПР Владимир Жириновский, который считает Магадан наиболее удачным местом для российской столицы. «Вновь зазвучала идея переноса российской столицы. Философски, исторически выгоднее, чтобы столица России была на Дальнем Востоке. Магадана - подальше от китайской границы, на берегу Охотского моря», - написал политик в Twitter. Этот пост вызвал огромное количество ретвиттов, ответов, обсуждений, и он попал на 9-е место нашего рейтинга.

8-е место – теннисистка Мария Шарапова, которая столкнулась с рифовой акулой во время занятий серфингом в Карибском море. «Меньше всего я хотела увидеть рифовую акулу, плывя на серфинге со скоростью улитки. Должно быть, «неделя акул» скоро закончится», - написала теннисистка в своем Twitter.

7-е место – посол США в России Майкл Макфол, который заявил, что США не могут сидеть сложа руки, когда в Сирии гибнут люди в результате применения химоружия. «Нас заверяли неоднократно, что Асад обладает полным контролем над химическим оружием, - написал он в Twitter. - Так как объяснить смерть 1492 человек?» Надо сказать, что на прошлой неделе, когда все ждали выступления Барака Обамы по поводу Сирии, это было очень напряженно. Я помню, что и я, и мои коллеги – все очень прилипли к экранам, очень долго наблюдали пустую картинку в трансляции, картинку из Белого дома. Очень долго ждали. Вы знаете, что сказал Обама, когда вышел. Это, действительно, всех очень волновало. В любом случае пост Майкла Макфола, посла США в России, на 7-м месте нашего рейтинга.

6-е место – кандидат в мэры Екатеринбурга Евгений Ройзман, который заявил об обысках в основанной им ювелирной компании, об этом он написал в своем блоге. Он назвал происходящее акцией устрашения, в организации которой обвинил губернатора и правоохранительные органы. По словам Ройзмана, в настоящее время полиция осматривает принадлежащий фирме «Ювелирный дом» магазины. Ройзман уточнил, что компания была создана более 20 лет назад. По его словам, он был одним из ее основателей, но впоследствии сначала отошел от непосредственного участия в деятельности фирмы, а затем окончательно вышел из ее руководства, чтобы не подставлять коллег. Вот так развивается и проходит предвыборная кампания в Екатеринбурге, где Евгений Ройзман является одним из кандидатов в мэры этого города.

Дальше. У нас периодически в этом рейтинге появляются блоги не только политиков, общественных деятелей, звезд, спортсменов. У нас еще иногда появляются Twitter, например, предметов. У нас был Twitter кота. Теперь Twitter предмета. Предмет называется ожерелье Германии. У ожерелья, в котором немецкий канцлер Ангела Меркель пришла на состоявшиеся 1 сентября предвыборные дебаты, появился аккаунт в Twitter. Украшение состояло из трех звеньев цветов немецкого флага (черный, красный и желтый). Цвета на ожерелье, однако, были расположены не том порядке, в результате чего получился флаг Бельгии. Уже через пятнадцать минут после начала трансляции у аксессуара появился аккаунт в социальной сети Twitter. Одна из первых записей в новом микроблоге высмеивала неправильное расположение цветов на ожерелье. «Она носит меня неправильно! Я не Бельгия», — сообщило «ожерелье» в Twitter. И этот пост аккаунта ожерелья в Twitter заслужил 5-е место нашего рейтинга.

4-е место – американский сенатор Джон Маккейн, который играл в покер на своем айфоне во время слушаний комитета сената по иностранным делам, где рассматривался вопрос удара по Сирии. Фотография этого действа была опубликована в газете «Вашингтон пост». На фотографии видны лишь руки игрока, однако вскоре после публикации изображения Маккейн написал в своем Twitter: «Скандал! Попался, играя на своем iPhone во время заседания в сенате, длившегося более трех часов». «Хуже всего то, что я проиграл», — добавил сенатор-республиканец. На эти посты тоже пошла волна возмущения, интереса.

3-е место – премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, который заявил, что поддерживает позицию президента США Барака Обамы, который сообщил о намерении предпринять военные действия против Сирии после того, как получит санкцию конгресса США. «Я понимаю и поддерживаю позицию Барака Обамы по Сирии», - написал Кэмерон в своем Twitter. Я обращаю ваше внимание, что у нас в рейтинге сегодня много Сирии. Это многих волнует, все по-разному оценивают как заявление Барака Обамы, так и в целом что происходит в Сирии, и позицию России. Действительно, очень живая тема, именно поэтому ее так много в нашем рейтинге цитируемости блогеров.

2-е место – глава комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков, который полагает, что одобрение конгресса нужно президенту США Бараку Обаме для придания легитимности удару по Сирии. «Война отложена. Обама принял решение об ударе, но ждет одобрения конгресса. Оно ему необходимо, чтобы придать войне хоть какую-то легитимность», - написал Пушков в Twitter. «Главная причина обращения Обамы в конгресс – военная операция не получила достаточной поддержки ни в мире, ни среди союзников США, ни в самих США», - отметил Пушков.

1-е место (и этот блог уже не раз занимал первое место в нашем рейтинге) – это глава Чечни Рамзан Кадыров, который сообщил о том, что республика переходит на сотового оператора «Вайнах Телеком» после того, как мечеть «Сердце Чечни» уступила лидерство в конкурсе символов России из-за сбоя в sms-голосовании. «Сегодня оператором для многих тысяч жителей Чечни стал «Вайнах Телеком»! Красивое имя, красиво звучит! И мы уверены, что будет надежно обеспечивать нас с вами устойчивой связью… Мы не намерены и далее кормить «Мегафон» и «Билайн», - написал Кадыров на своей странице в «Инстаграм». Вообще, эта история с «Вайнах Телеком» и с тем, как это всё происходило… Ведь сначала это было возмущение в адрес «Мегафона» и «Билайна», что нечестно. Потом эти два оператора просто перестали работать в Чечне. А потом раз – и появился «Вайнах Телеком». Вот какие тонкие методы ведения бизнеса. Тем не менее, пост главы Чечни Рамзана Кадырова на 1-м месте нашего рейтинга. Я еще раз благодарю компанию «Медиалогия», которая составляет этот рейтинг каждую неделю.

Я напомню, что 1-я часть программы состоит из всяких облетов, обзоров и так далее. Я хотела бы обратить ваше внимание на сайт родной радиостанции. Во-первых, меня поразила история, которая сегодня у нас идет как статья дня. Это статья в газете «Московский комсомолец». Она для меня странная, потому что она сильно жестокая.

Речь идет о женщине, которая в период чеченской войны выкупала русских солдат у Басаева, Радуева, влезала в долги. Это было в 1996 году в городе Хасавюрте. Женщину зовут Зоя Казиханова. У нее похитили ребенка. Она его держала на руках, подъехала машина, выхватили ребенка и сказали, что необходимо заплатить 100 тысяч долларов. Она собрала эти деньги, поехала в Грозный. Ее привели к Радуеву, она отдала деньги. Ей отдали ребенка.

Но пока она ждала там в столовой, она увидела низкие металлические клетки, где в полный рост нельзя встать. Там сидели двое русских солдат. Мальчишки еще, будто только вчера со школьной скамьи. Один взмолился: «Помогите нам!». Она попросила у повара разрешения подойти к ним ближе. Но ей сказали, что если сейчас не уедешь, сама с ребенком будешь в клетке сидеть». Она уехала. Пошла в ФСБ, рассказала обо всем. Просила солдат вызволить. Но ей сказали, что в Чечне нет закона, и они не могут ничем помочь. Она была в полиции, в администрации. Все отказывались помочь, говорили, чтоб она забыла об этом.

Тогда она поехала к Шамилю Басаеву, который на тот момент временно исполнял обязанности президента самопровозглашенной чеченской республики Ичкерии). Первый раз не попала к нему на прием, второй раз попала. Она ему всё это рассказала. Он сказал: 100 тысяч долларов – и отдают этих двух солдат и еще троих русских солдат, которые тоже сидели в тех клетках. Она собрала деньги, поехала к Шамилю Басаеву. Басаев написал письмо Магомеду Толбоеву, который в то время был секретарем совета безопасности Республики Дагестан. Басаев сказал, что по этому письму можно будет вернуть деньги, которые привезла Зоя на выкуп. В письме не была указана сумма, слова «выкуп» не было - просто написано, что солдаты будут освобождены на ее условиях.

Она поехала к Толбоеву, передала ему эту бумагу. Они сели в машину, поехали за солдатами. Деньги у нее забрали еще у Басаева. Действительно, произошел обмен, привели этих пятерых солдат, посадили в машину. Зою в машину не взяли, там не было места.

Дальше она начала обращаться к местным властям – хотя бы дайте беспроцентный кредит, чтобы погасить долг, который взяла на выкуп солдат. Ответом ей было полнейшее молчание. Дальше она пыталась выплачивать. Работала, выплачивала. Затем тяжело заболела. Потом были еще какие-то кредиты, какие-то выплаты. И каждый, кто так или иначе поучаствовал в этой истории, ничем ей не помог. Она писала в правительство РФ, Минобороны РФ, Военную прокуратуру, в Прокуратуру РФ, Госдуму, в Совет Федерации, в Министерство иностранных дел РФ, в Министерство финансов и Центробанк, ФСБ РФ... Больше 800 обращений... И футбол, футбол, футбол…

Сейчас эта женщина живет в том состоянии, в котором она живет: с кучей долгов, в нищете. Прочитайте эту статью, она висит у нас на сайте «Эха», она висит на сайте «МК», называется «Женщина, выкупавшая русских солдат у Басаева и Радуева, живет в нищете». Меня крайне поразила эта статья. Она очень жестокая, но ее нужно почитать, чтобы понимать и представлять себе. Я очень понимаю эту историю, когда ты размышляешь, думаешь и живешь очень человеческими понятиями о том, что у человека, во-первых, одна жизнь, во-вторых, эти мальчики, они тоже чьи-то дети. И когда ты живешь этими понятиями, тогда у тебя одно сознание. Когда ты живешь понятиями «да забудь ты об этих солдатах, ты им никто и они тебе тоже никто», тогда это совершенно другая жизнь. К сожалению, второй категории людей у нас в разы больше. Это что касается «Статьи дня».

Меня спрашивает Дмитрий из Екатеринбурга: «Как вам интервью Навального с Прохановым?» Мне очень понравилось. Был крайне неожиданный по стилистике Проханов. Даже больше – крайне неожиданный по стилистике Навальный. Я вам крайне рекомендую почитать, лучше послушать. Там интонации, особенно интонации Проханова – это надо слышать.

Я вам обещала рассказать, что у нас в блогах на «Эхе». Вы слышали всякие ДПСы наверняка. На что еще обращу внимание? На эфир с Алексеем Венедиктовым «Собчак живьем», который висит у нас на сайте. Посмотрите.

Честно признаться, если вслепую открывать любой сайт, где есть блоги, то там сейчас существуют три темы. Это выборы. Там звучат Навальный, Путин, Собянин, Ходорковский, еще что-то. Вторая тема – это наводнение, безусловно. И какими-то фрагментами – G20 в Петербурге, история про геев, Сирия кусками, еще что-то.

О чем идет речь на сайте BestToday? В основном о выборах. Мне очень хочется, чтобы выборы поскорее закончились, несмотря на то, что мне очень нравится вся эта движуха, вся эта история. Хочу, чтобы закончились, по одной простой причине. По причине того, что мои друзья, мои знакомые и те люди, которых я читаю, начали, на мой взгляд, слегка сходить с ума. Одни кричат, и почти каждый день у меня в ленте появляются посты о том, как люди, поддерживающие Навального, уничтожают Россию. Вслед за ними посты людей, крайне агрессивно настроенных, которые кого-нибудь словесно бьют за то, что кто-то сказал что-то плохое про Алексея Навального. Третья категория крутит пальцем у виска и говорит «ни за что не пойду никуда». Четвертая категория говорит, что «нет, вы все должны идти». В общем, это дурдом. Мне хочется всех людей удалить из ленты и больше это не читать. Поэтому я очень рада, что выборы наконец-то состоятся в воскресенье. Я смотрю, сегодня это в основном Собянин, Навальный, Кадыров и так далее.

Есть также пост, посмотрите, это интересно – письмо блогера из СИЗО, Василий из Екатеринбурга, который сидит и ждет суда. Он рассказывает про свою судьбу. Он, как Ройзман, боролся в Екатеринбурге против наркотиков и прочего. Его обвиняют во всяких нарушениях. Он из СИЗО пишет большое письмо. Посмотрите, это интересно прочитать.

Что еще? Еще почитайте интереснейший пост Сергея Пархоменко про все эти чудесные и прекрасные диссертации, работы и так далее. Так он назвал свой пост – «Сергей Собянин: ничего личного. Всё чужое». Там есть ссылки, скриншоты, есть большая аналитика. Посмотрите. Судите сами. Сейчас мы прервемся на пару минут новостей, потом я приду в эту студию уже с гостем. Это Митя Алешковский, который вернулся с Дальнего Востока. Мы будем говорить с ним о том, как Интернет помогает пострадавшим от наводнения на Дальнем Востоке.

НОВОСТИ

И. ВОРОБЬЕВА: Продолжается программа «Блог-аут». У меня в гостях фотограф, блогер Митя Алешковский. Привет, Митя.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Привет-привет.

И. ВОРОБЬЕВА: Ты вернулся с Дальнего Востока.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Вчера.

И. ВОРОБЬЕВА: Я не буду устраивать программу «Своими глазами», но всё равно она у нас получится. Тема звучит так – Интернет, который помогает пострадавшим на Дальнем Востоке. Я так понимаю, что у вас всё начиналось с Интернета.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Всё началось с Гоши Куценко, с которым мы встретились, он стал двигателем по сбору денег, он сказал, что подключит всех звезд для распространения информации и сбора средств. После чего мы решили, что это нужно сделать через Интернет, создали специальный сайт amur13.ru, через него начали собирать деньги.

И. ВОРОБЬЕВА: А что кроме денег? Деньги собирает в Интернете много кто на разные нужды, у многих людей это получается. А что касается человеческого ресурса?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Волонтеров, которых мы туда завезли, мы собрали по знакомству. Все, кто там был, все были в Крымске, и это был основной критерий отбора людей туда. Мы взяли тех, кого мы знали, кто уже себя показал в Крымске. Хотя эта операция не имела ничего общего с Крымском. В Крымске люди занимались тем, что дома восстанавливали, а тут мы занимались тем, что ввозили тонны гуманитарной помощи в пострадавшие районы. В Москве тоже собирали гуманитарную помощь, собрали 200 паллет, это где-то 100 тонн.

Вернулись, потому что там ситуация настолько страшная и плохая, что делать там волонтерам больше нечего. Когда там был паводок, когда вода стояла – а это было три недели, в некоторых частях Амурской области вода стоит до сих пор, но в основном она уже ушла, можно во все места добраться, выехать из них, проблем со снабжением нет, - когда были проблемы со снабжением, мы как раз занимались тем, что доставляли туда гуманитарную помощь и помогали в этом вопросе государству. Мы не дублировали его нигде, не создавали свое МЧС. Мы просто понимали, что масштаб трагедии настолько гигантский, что сколько туда ни пригнать солдат и других сил, покрыть это невозможно. Поэтому мы приехали и за 15 дней, что там работали – завтра оттуда вылетает очередная группа волонтером, - мы доставили больше 65 тонн грузов. 26 населенных пунктов мы обеспечили гуманитарной помощью.

И. ВОРОБЬЕВА: Насколько это эффективно? Например, есть у вас проблема – не хватает машин, еще что-то. Ты пишешь в Twitter – нужно вот это. Насколько это имеет отклик? Насколько это помогает решить проблему?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Когда это был Крымск и мы через Интернет координировали наши действия, собирали деньги и гуманитарную помощь, тогда это было значительно проще. Я писал в Twitter: «Ребята, нужен автобус до Крымска», - и он находился за 5 минут. А сейчас мы очень-очень долго раскачивали всю эту ситуацию.

Мы туда притащили Гошу Куценко, который съездил в эти затопленные села, чтобы поднять интерес у Москвы к этой истории, мы писали все в блоги, давали без остановки интервью, причем сами звонили в разные радиостанции, телеканалы, говорили – давайте-давайте, срочно-срочно, тут полный ужас, ад-ад. И люди немножечко отвлеклись от выборов в Москве. Но как только мы перестали это делать и начали с утра до ночи заниматься развозом гуманитарных грузов, конечно, из повестки дня эта тема начала уходить.

Но Интернет – это очень эффективное средство. Благодаря тому, что мы начали вести такую кампанию в Интернете, во-первых, к нам подключилось огромное количество звезд, которые раньше вообще в этом не участвовали. Например, Миша Галустян написал про нас в Twitter. Это было мега-эффективно. Потому что когда он написал, его твитт собрал тысячу ретвиттов, за тот вечер мы собрали 200 тысяч рублей. Это было супер. В следующий раз Миша Галустян, я думаю, будет одним из основных хедлайнеров.

И. ВОРОБЬЕВА: Но вы тоже долго раскачивались, вы тоже не сразу поехали. Или не сразу был понятен масштаб трагедии?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Масштаб трагедии был понятен сразу, но не сразу было возможно туда попасть. После принятия решения о том, что мы завариваем всю эту историю и туда едем, мы поехали на следующий день. Мы понимали, что поехать туда и собрать деньги с нашим ресурсом, с ресурсом 30 тысяч подписчиков в Twitter нереально, нереально собрать деньги, чтобы там быть эффективными. Поехать попиариться – это можно было сделать, но у нас были совершенно другие цели, поэтому мы поехали туда, только когда мы заручились поддержкой.

Эта поддержка была в лице Гоши Куценко, которому гипер-спасибо. Я ни когда не думал, что человек может настолько проникнуться желанием помочь. Он просто как заведенный бегал по Москве, звонил всем. Он сам пошел ко всем генеральным директорам телеканалов. Он пришел в «Останкино» и прошел всех. После чего НТВ про нас сделал сюжет, Первый канал. И это было очень здорово. Это в комплексе дало фантастический эффект. Мы бы никогда не смогли такого добиться, если бы просто начали писать свои блоги, как это было в Крымске, когда гигантская тусовка в Интернете сначала долгое время раскачивала эту тему, а потом подключилась вся остальная Россия.

Сейчас случилось так, что мы параллельно это всё сделали, и это очень хорошо сработало. Действительно, мы очень-очень эффективно там поработали. Мы могли бы и дальше работать, если бы в этом был смысл. Но смысла нет, потому что продолжать оказывать там волонтерскую помощь – это значит вычерпывать море ложкой. Потому что там помощь нужна всем, каждому и во всем. Т.е. у человека нет дома, нет одежды, нет еды, нет работы, и поля, на которых он засадил сою… Например, в деревне Касаткино Архаринского района детский сад засадил сою, для того чтобы ее продать и купить набор музыкальных инструментов.

Сейчас весь соевый посад уничтожен, не только у этого сада, а вообще, там полмиллиона гектаров сельскохозяйственных земель уничтожены. В общем, там нужна помощь всем и во всем. Это, конечно, государственная задача, совершенно не волонтерская, волонтерам сейчас там делать нечего. Т.е. им можно приезжать и помогать единицам.

И. ВОРОБЬЕВА: Иначе туда нужно везти армию.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Там есть армия, она работает.

И. ВОРОБЬЕВА: Армию волонтеров я имею в виду.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Да. Либо создать там свое государство.

И. ВОРОБЬЕВА: Я тоже периодически прошу помощь в Интернете, вижу какое-то количество ретвиттов, в зависимости от того, что ты пишешь, от 10 до 500-1000 ретвиттов. Вот эти люди, которые жмут на кнопку ретвитта, есть ли шанс, что когда-нибудь, помимо ретвитта, они поднимут пятую точку от стула и что-то сделают?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Эта конверсия очень мала, и она, действительно, очень сложная. Чтобы заставить людей действовать, нужно быть большим профессионалом влияния на мозги. В какой-то момент у нас оставалось 250 тысяч на счетах, а у нас закупок только продуктов (без воды, без одеял, полотенец, бытовой химии) в планах на следующий день на 230 тысяч. И в этот момент мы поняли, что мы разворачиваемся такими темпами, что нам нужно больше денег для закупки гуманитарной помощи, а мы их не получаем. И в этот момент мы все написали слезные тексты в Интернет, и это был искренне слезный текст. И это подействовало очень мощно. Моментально открылась смотровая площадка, на которой начали собирать помощь. И мы начали получать какие-то деньги. Сразу в медиа это всё хорошо начало работать. Потому что до этого было так, что ну да, ну наводнение…

И. ВОРОБЬЕВА: Но никто же не погиб.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Да.

И. ВОРОБЬЕВА: В Крымске же всё дело было в том, что там были погибшие.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Тут жесть абсолютная, потому что это гигантское наводнение. Когда мы прилетели туда на самолете, было ощущение, что мы садимся в море. Амур и Зея разлились до ширины Амазонки. В какой-то момент у них было 15 км русло. Мы переезжали через Зею на машине. Обычно русло ее по ширине моста, который через нее перекинут, а дальше идут поля. И мы ехали, и это русло не прекращалось 15 минут. Т.е. ты выезжаешь из Благовещенска, и ты едешь по дороге, которая как будто находится в море, но периодически торчат крыши, на которых сидят люди.

И. ВОРОБЬЕВА: Про людей, которые делают перепост, еще хочу спросить. Чтобы они что-то сделали физически, куда-то поехали, это, действительно, очень сложно. А что касается пожертвований денег, ведь сейчас огромное количество технологий, которые позволяют, не просто не выходя из дома, а не кладя мобильник, сделать банковский перевод – или Яндекс-деньги, или Qiwi-кошелек, масса всего? Как это происходит? Человек через телефон переводит, или через банк? Как это обычно?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: На самом деле технология очень сложная. Это кажется, что для того чтобы сделать пожертвование смс-кой, ничего не нужно. На самом деле это очень сложная технология. Мы и для нашего благотворительного фонда смс-пожертвования подключаем, и для этого проекта мы тоже об этом думали.

Но это гиперсложная система, потому что нужно со всеми договариваться: во-первых, с мобильными операторами, во-вторых, нужно, чтобы у тебя был зарегистрированный благотворительный фонд, у которого должно быть в уставе прописано, что есть эти цели, на которые ты собираешь деньги.

Мы пытались это сделать в Крымске – не успели. Здесь, слава богу, мы смогли использовать счет «Гражданского корпуса», его устав подходит для этого. Но в основном мы собирали деньги просто на карточку «Сбербанка» и Яндекс-кошелек, потому что это самый быстрый и доступный способ перевода. «Сбербанк» есть в каждом городе, Яндекс-кошелек можно пополнить с любой карточки, с любого банкомата. И эти деньги мы могли сразу обналичивать, на них покупать помощь. Это был супер-эффективно.

Вообще, к этому нужно готовиться заранее. Если бы я был человеком, который специализируется на ликвидации последствий ЧС – это просто так случилось, что я несколько раз этим занимался, обычно я занимаюсь другими вещами, - то я бы придумал систему, чтобы можно было собирать базу людей, которые готовы пожертвовать, может быть, хранить какое-то количество денег заранее, собирать готовых волонтеров. К сожалению, этого не было.

И. ВОРОБЬЕВА: Еще вопрос доверия. Интернет же кишит разными объявлениями, просьбами о помощи. Я сталкивалась с тем, что ориентировки на пропавших людей, которые мы с «Лиза-Алерт» распространяем, люди, которые к нам в отряд уже потом приходили, они говорили: «Я первое время думал, что это спам, никогда в жизни перепост не делал». Вопрос доверия, если ты делаешь именно через Интернет перепост и просишь перечислить денег, т.е. хочешь от людей что-то конкретное и материальное.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Этот вопрос можно разделить на две части. Я никогда никому не советую переводить деньги кому-либо, кого вы не знаете. Если вы видите пост с просьбой перевести деньги какой-нибудь девочке на лечение, если вы не знаете лично эту девочку, либо если вы не знаете лично этот фонд, который помогает этой девочке, никогда не делайте перепост, тем более не переводите деньги.

И. ВОРОБЬЕВА: Почему?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Потому что в большинстве случаев это мошенничество. Потому что нужно быть гипер-уверенным в том, кому ты переводишь деньги. И именно поэтому очень важно, если ты просишь кого-то пожертвовать деньги и ты никогда до этого не просил никого пожертвовать деньги ни на что, кроме того, в чем ты можешь быть уверен, то люди тебе верят в этом плане. Это первое. А второе – это к вопросу о том, как же можно людей заставить встать с дивана. Это результаты. Ты видишь результаты работы. Мы у себя в штабе отмечали флажками деревни, которым мы помогли. А потом мы поняли – а чего мы это в штабе на карте делаем? Давайте мы это выложим на карту Яндекса. Еще на каждой точке написано: сюда довезли 200 тонн воды, вот чек. Люди видят: так они действительно довезли сюда 200 тонн воды, они не просто в Twitter про это пишут.

И. ВОРОБЬЕВА: Прозрачность важна в этом смысле.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: В благотворительности прозрачность – это основной принцип. Каждый раз, когда я прошу Антона Носика сделать перепост, он с присущей ему… не знаю, как сказать, ладно – занудностью (со всем уважением, Антон), он говорит: «А почему вот здесь счет зарегистрирован в Екатеринбурге?» Я ему объясняю. «А почему вот здесь PayPal такой зарегистрирован?» Я ему объясняю. И он говорит: «Убедил, делаю репост».

И. ВОРОБЬЕВА: Т.е. человек, у которого есть определенная аудитория, делая перепост твоего поста, он отвечает за это.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Конечно. Именно поэтому я еще раз прошу всех никогда не делать перепост того, в чем вы не уверены. Не нужно беспокоиться, что какая-то девочка не получит лечение, если вы не нажмете перепост. Нужно беспокоиться, что какая-то девочка не получит лечение от того, что вы нажмете перепост и деньги уйдут мошенникам. Это основное правило поведения в Интернете в случае с благотворительными целями.

Если ты или кто-то собирает деньги на лечение, нужно спросить, а почему этот человек хочет лечиться за границей, не может ли он вылечиться в России по квоте, в какие фонды этот человек обращался, почему он собирает на свой Яндекс-кошелек, а не на какой-либо специализированный фонд, какие у него есть документы, особенно когда создаются всякие группы в FaceBook – поможем Настеньке, поможем Коленьке. В большинстве случаев это либо мошенничество, либо жутко непрофессиональные люди, которые истерикуют и пытаются собирать деньги таким образом. А это неправильно. Потому что в большинстве случаев вместо того, чтобы собирать 10 млн. на лечение в Германии, можно написать одно письмо и сделать по квоте в Москве.

И. ВОРОБЬЕВА: Хорошо. Что делать родителям, которые вообще не знакомы с Интернетом? У них заболел ребенок, они знают, куда обращаться. Им соседка говорит – давайте сделаем перепост в Интернете. Вот они это сделали – группа «Поможем Настеньке».

М. АЛЕШКОВСКИЙ: За сегодняшний день мне позвонили два человека с просьбой собрать деньги: на лечение ребенка с ДЦП и на лечение молодого человека с переломанным позвоночником. Обоим я дал четкий ответ: ребята, по лечению детей в ДЦП фондов в России гигантское множество. Просто в Гугл – фонд лечения ребенка с ДЦП. Если вы не верите неизвестным фондам, можно зайти на blago.ru, где все фонды, которым можно доверять, отмечены, или vsevmeste.ru, где тоже есть гигантское количество фондов. В любом случае практически всегда найдется какой-то фонд, который занимается этой проблемой, если это не совсем уж узкоспециализированная проблема. Но тогда еще больше вероятности, что есть фонд, который занимается именно этой проблемой.

И. ВОРОБЬЕВА: В целом как ты принимаешь решение, когда люди пишут – помогите. Каким образом принимать решение, что вот этим помогать, а этим не помогать?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Что касается нашего фонда, это довольно просто, потому что мы всегда помогаем только тем, кем мы занимаемся, всех остальных мы отправляем к профильным фондам. Мы не занимаемся сбором денег не лечение, сбором денег на реабилитацию. Мы занимаемся именно тем, что пытаемся развивать волонтерство и благотворительность, давать импульс новым проектам.

Что касается того, как принимается решение помочь или нет лично мной, то если я вижу, что кто-то из моих друзей… Мне сегодня позвонил мой товарищ и сказал: «У меня друг, я знаю его всю жизнь, он сломал спину. Помоги, пожалуйста, собрать деньги». Я ему сказал: «От того, что я напишу в Twitter, ты денег не соберешь. Нужно пойти в специальный фонд, который этим занимается». Конкретно нужно пойти в фонд «Предание», который специализируется именно на том, что он собирает много денег под лечение людей.

Очень важно, что нужно отдавать это профессионалам, нельзя самим этим заниматься. Мы четко придумали, почему мы должны использовать карточку «Сбербанка» и Яндекс-деньги, одновременно с этим банковский счет «Гражданского кодекса». Потому что для оказания помощи в чрезвычайных ситуациях нужны были именно наличные деньги. Одежду на китайском рынке ты не купишь за безналичный расчет никак. А одежда – это одна из самых необходимых вещей. Но в любом другом случае это всё должно идти через официальные каналы, потому что по-другому это обязательно будут мошенники.

И. ВОРОБЬЕВА: Возвращаемся к истории с наводнением. Вот я захожу на этот сайт amur13.ru. Зачем нужно было делать отдельный сайт? Сайт, который сделали по Крымску, был не очень актуален.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Это, наверное, был не я. Потому что сайт, который мы делали, он так и не запустился. А этот сайт очень важен. Вместо того, чтобы давать ссылки на 300 тысяч разных постов, мы сделали единую точку входа. Распечатали тысячи листовок, здесь все давали баннеры на этот сайт, рекламировали звезды в своем Twitter, по телевизору. Т.е. это удобно. Он никому не принадлежит, он не персонализирован, он не является ничьим пиаром. Это просто общий сайт о ситуации там. На нем можно посмотреть результаты нашей работы, там есть карта, и там есть варианты пожертвований. Сейчас мы будем продолжать работу, тоже будем собирать деньги через этот сайт уже на дальнейшее развитие проектов, которые мы там будем делать.

И. ВОРОБЬЕВА: Я смотрю, у вас на главной странице видео-обращения звезд, спортсменов, журналистов, их много. Вы молодцы.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Это огромное спасибо моей сестре, которая этим занималась, гигантское спасибо Гоше Куценко, который был двигателем всего этого дела. Если бы не они двое, мы бы вряд ли смогли найти такое количество звезд для этого сайта.

И. ВОРОБЬЕВА: Здесь написано: остаток на электронных счетах такой-то, в настоящее время сбор средств прекращен. Почему?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Сбор средств прекращен, потому что мы закончили волонтерскую операцию. Сбор средств продолжается на сайте фонда «Предание», мы на нашем сайте объявим, что мы через «Предание» будем дальше действовать. Потому что дальнейшие действия - это уже будет не волонтерская операция. Мы будем оказывать помощь той группе населения, которой помощь действительно нужно оказывать. Там есть гигантское количество людей, которые не получат никакой помощи от государства, потому что они застроились в нелегальной зоне, у них юридические проблемы с документами. Им государство просто не сможет помочь юридически.

И. ВОРОБЬЕВА: Таких много?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Да, к сожалению.

И. ВОРОБЬЕВА: Еще волонтеры поедут туда? Я уже поняла, что там настолько огромный масштаб, что это капля в море, но тем не менее.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Туда поедут волонтеры, которые будут заниматься организационной работой. Мы туда посадим человека, который будет координировать распределение денег, консультироваться с местной администрацией, как облегчить им жизнь, как нам правильно действовать. Мы уже пообещали, что целых два детских сада, которые затопило, обеспечим всем необходимым. Этим будет заниматься Оля Романенко, которая и в Крымске этим же занималась.

Сейчас, пока я ехал на машине сюда, позвонила еще одна крупная фирма, которая предложила дать денег на строительство фельдшерского пункта, вернее они предложили дать денег и спросили на что. Я сказал, что в поселке Касаткино смыло фельдшерский пункт, его срочно нужно построить. Вот такие вещи мы будем реализовывать. Потому что государству не хватает сил это всё сделать. У них есть деньги, для того чтобы отремонтировать один детский садик. Но чтобы купить туда кровати, у них денег нет, они не заложены в бюджет.

И. ВОРОБЬЕВА: Это страшно слышать. Последний вопрос. Люди, которые пишут «я готов помочь», «я хочу поехать», как проверять их на то, что они нормальные, вменяемые люди, не будут там тырить гуманитарку и так далее?

М. АЛЕШКОВСКИЙ: По опыту, во-первых, т.е. брать людей, с которыми ты знаком, с которыми ты работал.

И. ВОРОБЬЕВА: В Крымске же было огромное количество никому не знакомых людей.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Именно поэтому в Крымске было довольно большое количество неприятных случаев и с пропажей гуманитарной помощи, и с тем, что народ бухал повально, лентяйничал, не было никакого подчинения. Мы в этот раз сказали - жесткая субординация. И опыт Крымска, чтобы обязательно знали, куда вы едете. И страховка.

И. ВОРОБЬЕВА: Остается 10 секунд. Ты обещал передать привет бабушке.

М. АЛЕШКОВСКИЙ: Бабушке привет. От бабушки привет. Очень рад, что вы меня слышите.

И. ВОРОБЬЕВА: Очень трогательно. Спасибо больше. Блогер, фотограф Митя Алешковский был в эфире программы «Блог-аут». Я с вами прощаюсь.