Реставрация здания Центрального телеграфа - Марина Руднева - Интервью - 2021-10-27
27.10.2021
О. Виноградов
―
В студии Олег Виноградов, здравствуйте. Тема сегодняшнего эфира, в ближайшее время, в самом центре Москвы на перекрестке Тверской улицы и Газетного переулка, должна начаться реставрация уникального и очень красивого здания объекта культурного наследия, и между прочим ордена Ленина, Центрального телеграфа. Все работы будут проводить девелоперы компании «Vos`hod». У нас на связи представитель совета директоров компании «Vos`hod», Марина Руднева. Марина, добрый день.
М. Руднева
―
Добрый день.
О. Виноградов
―
Ранее в СМИ сообщалось, что работы по реставрации Центрального телеграфа начнутся скоро, так вот расскажите, что сейчас происходит с проектом.
М. Руднева
―
Да, действительно мы надеемся, что работы начнутся в начале следующего года, а сейчас разработан проект приспособления и реставрации здания Центрального телеграфа, которое передано на согласование в соответствующие органы. А именно, это государственная экспертиза, и Департамент культурного наследия, который в общем-то является основным органом, который должен на этот проект внимательно посмотреть, и одобрить какие-то предложения, которые мы вносим в части представления реставрации.
О. Виноградов
―
Вот как раз на эту тему, на фоне серьезных каких-то изменений, когда столица наша преображается, вдруг глобальные какие-то проекты, в прямом смысле иногда фундаментальные, да? Когда здание до фундаментов реконструируется. Возникают какие-то активисты, не знаю, как даже назвать эту группу людей… Специалисты, и прочие товарищи, которые готовы хоть под эскалатор ложиться, под ковш, лишь бы ничего не делали реставраторы, строители ничего не трогали. Центральный телеграф, которому, кстати сказать, в 27-м году исполнится 100 лет, это историческое, уникальное здание, архитектурное наследие Москвы. Вот насколько бережно будет проведена его реставрация, сохранится ли внешний облик этого здания?
М. Руднева
―
Вы знаете, ну поскольку здание Центрального телеграфа, это как вы правильно заметили, объект культурного наследия, то в части реставрации ну, как бы не очень много работ можно провести. И не смотря на то, что зданию в 27-м году действительно исполнится 100 лет, это здание построено Иваном Рембергом, который был по своему образованию не архитектором а инженером, и изначально это здание носило ну, такой скорее производственный смысл, и как бы целью было всё-таки проводить там ну, так скажем такую деятельность, которая сейчас уже там не ведется, и навряд ли будет вестись, поэтому здание на самом деле построено очень качественно, очень хорошо, там прекрасные несущие конструкции, поэтому в этом смысле нам приятно очень с этим объектом работать, потому что нет никакой необходимости вносить какие-то серьезные изменения. И поскольку фасад является предметом охраны, и как бы ну, и в целом это такой облик Москвы…
О. Виноградов
―
Ну кончено, это одно из узнаваемых зданий города, конечно.
М. Руднева
―
Это да, это узнаваемое здание, это здание у которого люди раньше встречались, это здание, как бы которое знал каждый москвич, или даже не москвич, поскольку когда приезжал в Москву, обязательно шел на Центральный телеграф, и отправлял телеграмму родственникам. Поэтому, мы очень бережно относимся к фасаду, ко всем его элементам, к центральной входной группе, поэтому здание внешне никак не изменится. То есть, мы будем его только приспосабливать под как бы новые реалии, и там не будет функций телеграфа, там появится новые общественные пространство…
О. Виноградов
―
Ну, об этом мы чуть позже с вами поговорим, давайте пока с внешнего облика вовнутрь, что называется, зайдем. Вот в последние годы, как известно, Центральный телеграф уже не был телеграфом по своей сути, и по практике в нем был лишь музей телеграфа, а всё остальное это были арендаторы, мелкие фирмочки, которые творили там внутри, насколько вот я знаю… Ну, что хотели, грубо говоря. И евроремонты, и подвесные потолки, где-то там ну, всё что угодно, перегородки какие-то, городушки городили. Много ли хлама вам придется вывозить, чтобы восстановить и не только интерьер, но и экстерьер.
М. Руднева
―
Ну к сожалению да, вы совершенно правы, там в последние годы как после того, как уже перестал действовать телеграф, там действительно были офисные помещения, если их так можно назвать. Поэтому, мы сейчас очень аккуратно начинаем разбирать все эти перегородки, которые не имеют никакого отношения к оригинальному проекту Центрального телеграфа, и вывозить в общем мусор, его там действительно достаточно много. Что уж скрывать, в общем было много всего там произведено.
О. Виноградов
―
С какими-то техническими сложностями уже столкнулись вот в этом смысле?
М. Руднева
―
Вы знаете, пока что нет, но это просто знаете, поскольку как бы ну, работать в здании, которое мы планируем сохранить, нужно очень бережно и аккуратно, поэтому вся сложность скорее всего связана просто с тем, что эта работа проходит ну медленнее, чем если здание не нужно сохранять.
О. Виноградов
―
Ну, несущие конструкции все живы-здоровы, потому что это же все-таки инженерное сооружение.
М. Руднева
―
Это инженерное сооружение, это сооружение, которое было рассчитано совершенно на другие нагрузки, там стояли телетайпы, там огромной высоты потолки, там сделано прекрасное усиление внутри. Ну, конструктивные все решения, поэтому в этом смысле там всё в порядке.
О. Виноградов
―
Вообще, в мире есть немало примеров того, как похожие на наш Московский Центральный телеграф здания были брошены в свое время за ненадобностью, ветшали десятилетиями. Ну, вот благодаря именно подобной реставрации, они обрели вторую жизнь. Вот что будет с нашим телеграфом после того, как закончатся реставрационные работы? И кстати, когда они закончатся?
М. Руднева
―
Вы знаете, вы совершенно правы, потому что перед тем, как провести конкурс, и приглашать архитектора на этот проект, мы изучили ну, фактически весь мировой опыт, в части зданий телеграфов, да? Потому, что действительно это всегда было такой центральной точкой притяжения в городе, потом утратило свою функцию, и стояло в каком-то заброшенном виде, и далее это всё было переосмыслено уже в новых реалиях. В Вене например был Центральный телеграф, был Центральный телеграф в Нью-Йорке, был Центральный телеграф в Лиссабоне. То есть, мы посмотрели огромное на самом деле количество подобных зданий, и изучили этот опыт. И что касается нашего Центрального телеграфа, там будет многофункциональный центр, который будет состоять из общественных пространств, частично из офисов класса А, частично из магазинов, поскольку это Тверская улица, наша в общем центральная торговая улица. Плюс скорее всего, останутся какие-то пространства… Ну если не музейные, то для какой-то экспозиции, там может быть временно каких-то выставок, может быть постоянных. Ну, в общем какая-то такая история, но наша задача основная заключается в том, чтобы вернуть как бы былую значимость зданию, и чтобы москвичи и гости столицы имели доступ к этому зданию, и в общем могли как бы наслаждаться и его архитектурой, и в общем его локацией. И для этого, мы конечно будем сильно думать про какое-то наполнение…
О. Виноградов
―
Наполнение, конечно.
М. Руднева
―
(Неразборчиво) лекториев, или возможно проведение выставок, каких-то может быть концертов для того, чтобы привлечь туда москвичей, и гостей столицы.
О. Виноградов
―
Площадь позволяет всё это обустроить?
М. Руднева
―
Да, кончено, это большое здание.
О. Виноградов
―
просто ну, с фасада, когда ты по Тверской едешь, ну, не кажется, что это огромное здание. На самом деле, там 4 этажа по-моему, они все высокие, как вы уже сказали, такие объемные.
М. Руднева
―
Два этажа высокие, остальные этажи стандартные. Здание на самом деле располагается на Тверской улице, на Никитском переулке, на Газетном переулке. Поэтому, оно так чуть-чуть уходит вглубь, поэтому возможно не вполне очевидно, что оно довольно существенного размера.
О. Виноградов
―
Известно, что по приглашению вашей девелоперской компании «Восход», к проекту реновации «Телеграф» подключилась известное британское архитектурное бюро Дэвида Чепперфильда, который вообще-то отличается умением ну, весьма деликатно работать с историческими зданиями, с историческим наследием. Расскажите, пожалуйста, вот подробнее об этом.
М. Руднева
―
Ну, мы ставили перед собой задачу, когда выбирали архитектора, в первую очередь найти архитектора, у которого есть подобный опыт. То есть, опят работы с памятниками, пусть не с памятниками, которые находятся в Москве или в России, но с памятниками, которые находятся в других городах и странах. И в этом смысле мы посмотрели и повстречались с огромным количеством архитектурного бюро, и остановили свой выбор на Дэвиде Чепперфильде, и очень этому рады, потому что так бережно из… Ну, с таким осознанием ценности как бы исторической нашего здания, как Дэвид Чепперфильд, ну мне даже сложно представить кого-то лучше. Этот человек получил более 100 международных премий в области архитектуры, он приспособил под новые реалии некоторое количество музеев, построил некоторое количество музеев, какие-то исторические здания, например там бывшее здание посольства, которое сейчас под его руководством обрело новую жизнь в виде отеля. Ну, мама на самом деле таких общественных пространств сделано им. То есть не коммерческих, а больше общественных. Поэтому он понимает, как работать с объектами культурного наследия, он понимает, как работать с экспертами в этой области, что тоже очень важно. И ну, мы надеемся на самом деле, что… Потому, что ещё же очень важно, понимаете, можно как бы ничего не менять, но тогда навряд ли оно заживет новой жизнью, это здание. Поэтому, очень важно с одной стороны сохранить, а с другой стороны приспособить здание под сегодняшний день, и сегодняшнюю реальность. Вот, и пока наш весь опыт работы с Дэвидом Чепперфильдом, и его коллегами, он кончено показывает, что они супер-эксперты в этом вопросе.
О. Виноградов
―
Сам Дэвид приезжал, смотрел, ходил, трогал руками? Что-то ох, вот это мне нравится, вот это вот к сожалению увы, не сохранилось… Какая-то такая его оценка эмоциональная была?
М. Руднева
―
Вы знаете, ситуация следующая, к сожалению мы работаем всё время в локдауне, поэтому…
О. Виноградов
―
Мы с вами тоже сейчас ну, не в живую как бы, не в студии.
М. Руднева
―
Да, поэтому Дэвид не приезжал, но Дэвиду мы проводили массу там всяких видео показов, приезжали его коллеги в самом начале, мы были в Лондоне, когда вот это ещё в общем было возможно. Меня поразило… У него довольно большое бюро, и там работают много, там работают больше 150-ти архитекторов. Вот, и меня поразило в офисе в его, когда мы приехали, что пол этажа офиса было отдано под наш проект. И они изучили все архивы, то есть мы совершенно не ожидали такого подхода. То есть, мы приехали к нему в офис, а у него на стенах были развешены архивные чертежи, и архивные фотографии здания Центрального телеграфа. И периодически, они нам приносят какую-то информацию, которую даже мы, люди, которые очень погружены в проект, и находимся в общем-то в нашей стране, имеем тоже доступ ко многим вещам, не видели. Вот, и он очень… То есть понимаете, он радеет за сохранение таких вещей, которые даже ну, на самом деле может и нецелесообразно сохранять просто в силу того, что зданию ну, так или иначе, завтра там 100 лет, и всё равно есть и деревянные какие-то элементы, ну в общем и ну, вы понимаете.
О. Виноградов
―
Да, какая-то конкретика есть, там может быть ну, действительно уникальная лепнина, что-то такое сохранилось от Ремберга?
М. Руднева
―
Там нету лепнины, но всё, что там есть… Мозаика, хотя она на самом деле не оригинальная 27-го года это очевидно, но тем не менее она довольно интересная с точки зрения дизайна, мы ее точно сохраним. Там есть часы, там есть глобус, там есть до сих пор инженерные окна на первом этаже, которые открываются специальным инженерным механизмом, и он прекрасно работает. То есть, мы это тоже всё кончено, сохраним.
О. Виноградов
―
Лестницы, пролеты какие-нибудь там, и вот это всё, внутренности какие-то.
М. Руднева
―
Ну…
О. Виноградов
―
Чего нам ожидать, кстати 24-й год, да? Закончится реставрация ну, по плану.
М. Руднева
―
Конец 24-го года, да.
О. Виноградов: 24
―
й год, ну вот уже надо привлекать наше внимание к тому, чтобы всех приглашать на открытие. Ну, тьфу, тьфу, тьфу, что называется, да? Ну, вот такой аспект, что привлечен специалист мирового масштаба, британец, бюро Дэвида Чепперфильда. Это действительно говорит о том, что Москва в последние годы становится таким, ну серьезным Европейским городом… Кстати, вот недавно выиграла Москва международную премию «Тревел вордс», как лучшее туристическое направление, в бизнесе у нас тьфу, тьфу, тьфу, тоже все не плохо. Но давайте всё же успокоим вот тех скептиков, о которых я говорил ранее, что конечно же реставрация, это не британский проект, это всё-таки не чисто британский проект, да? Это будет под контролем наших специалистов, наших экспертов, историков, культуроведов, Департамента культуры Москвы…
М. Руднева
―
Конечно, конечно, Департамент культурного наследия, (неразборчиво) работают, работают так называемые адаптанты. Это российские архитекторы, которые всё равно анализируют с точки зрения законодательства все решения и предложения, которые делает британское бюро Дэвида Чепперфильда. Это огромная команда, кончено. И мы очень плотно со всеми в этом смысле работаем. Но давайте во-первых так, это Тверская улица, ну навряд ли на Тверской улице, в центре Москвы, в ста метрах от мэрии, может произойти что-то плохое. И потом, на самом деле нет такой задачи ни у кого, есть задача максимально сохранить, потому что это действительно очень качественное, очень красивое, и очень знаковое для Москвы здание.
О. Виноградов
―
После того, как Центральный телеграф уже окончательно останется таким вот досуговым местом, название то сохранится, Центральный телеграф? Мы так же будем говорить: «Встречаемся у телеграфа»?
М. Руднева
―
Да. Нам кажется, это очень как бы сильный бренд, с которым точно нет никакого смысла спорить. Мне кажется, это очень наоборот придает значимость зданию, и в общем, как бы сразу… Все же знают, где находится Центральный телеграф.
О. Виноградов
―
Ну, да. Говоря опять же о наполнении этого здания, высказали, что там будут… Музей, сохранится? Вот я к чему, собственно. Там сейчас ведь музей, насколько я понимаю, это уникальный музей этого самого телеграфа.
М. Руднева
―
Да, это уникальный музей телеграфа, мы изучаем на сегодняшний день все архивы, все как бы материалы, которые есть в этом музее. Делать мы это планируем совместно с привлеченными экспертами, поэтому да, естественно это всё никуда не пропадет, естественно всё сохранится. Кончено вопрос, какая это будет экспозиция, постоянная, временная, может мы какую-то сделаем уникальную выставку к открытию, и дальше будет постоянная экспозиция. Пока мы вот находимся в процессе.
О. Виноградов
―
Какие-то… Вот сейчас уже можно говорить о каких-то уникальных таких вехах прошлого? Насколько я помню, там и первые радиостудии были ещё до Пятницкой, 25 на радио. Нам, как радийщикам, это вообще всегда актуально.
М. Руднева
―
Нет, вы знаете, там мне кажется, был телеканал какой-то, когда вот недавно. Я, честно говоря, про радио ничего (неразборчиво)…
О. Виноградов
―
Там насколько я помню, там Центральный телеграф, там были радиостудии, Левитан оттуда выходил в эфир, по-моему, чуть ли не…
М. Руднева
―
Вы знаете, это да, это…
О. Виноградов
―
Или это какие-то уже легенды обросли?
М. Руднева
―
(Неразборчиво) легенда, которая ну, к сожалению, нам бы очень хотелось, чтобы это было правдой, но я вот со стопроцентной уверенностью, как бы, говорить этого не хочу. Ну да, есть легенда о том, что действительно там в эфир выходил Левитан.
О. Виноградов
―
Ну, вот вы такие, хорошие, зацепки действительно, которые дороги все москвичам, но и гостям столицы тоже это привлекательные такие обстоятельства. Значит, будем приглашать туда в гости всех нас. 24-й год, конец 24-го года… Ну, вот всегда опять же реставрация, сохранение, консервация. Всё ли будет к 24-му году закончено, или это все-таки какой-то проект, который нас ещё как-то будет ждать в плане сохранения и дальше этого культурного наследия? Поставили и бросили, или как-то дальше…
М. Руднева
―
Нет, ну как, все же охранные обязательства (неразборчиво) сохраняются…
О. Виноградов
―
Вот!
М. Руднева
―
И на самом деле, как бы нужно регулярно следить за ним, и содержать его в должном виде, поэтому… Поскольку мы как бы занимаемся девелопментом, мы… Как бы, нет никаких планов по продажи части помещений, или ещё чего-то.
О. Виноградов
―
Ну, то есть…
М. Руднева
―
Поэтому, как бы все охранные обязательства, они в любом случае на собственнике здания так же останутся, как и были, и по сохранению фасада, и по сохранению общих зон каких-то, и холлов, и остальных предметов охраны.
О. Виноградов
―
Ну, чтобы дальше это здание ещё нас ни одну сотню лет радовало, и находилось и финансирование, не смотря ни на что. И главное, ваши заботливые архитекторы-инженеры, которые за этим бы за всем следили, чтобы нашим детям действительно досталось это здание в полном сохранном виде. Но основное то, что будет реконструировано, всё-таки я так понимаю, внутренности, и мы увидим…
М. Руднева
―
Да, да. Ну как, (неразборчиво)…
О. Виноградов
―
Фасад… Ну, вот я специально…
М. Руднева
―
(Неразборчиво).
О. Виноградов
―
Прошел мимо здания, и посмотрел. Сейчас ну, фасад более-менее такой аккуратненький, чистенький, и внешне то ничего не происходит, хотя вот уже вот-вот начнется глобальная реконструкция.
М. Руднева
―
Но все равно вы знаете, там надо реставрировать и окна, и сам фасад в общем, и власти Москвы от нас этого ждут, поэтому как бы может быть так кажется, но на самом деле там по фасаду тоже довольно много работы, но это реставрационные все работы.
О. Виноградов
―
Именно реставрационные и никакой такой глобальной перестройки… Это я всё успокаиваю тех самых людей, которые готовы бросаться с транспарантами под экскаваторы. Я всё про них… Заботят они меня, вот честное слово. Ну что же, будем подводить итоги. Значит, реконструкция Центрального телеграфа ордена Ленина, мне очень нравится, что он ордена Ленина. Но это надо было заслужить в советское время, звание. Начнется вот до конца года, и мы будем ждать от вас каких-то новостей о том, что и как проходят эти работы. Потому, что действительно всё это очень дорого. Напомню, что о предстоящей реставрации Центрального телеграфа нам в эфире рассказывает Марина Руднева, представитель совета директоров компании «Vos`hod». Той самой компании, которая собственно и будет проводить реставрационные работы. Хотел вот, ещё что у вас спросить, Марина. А кто-то готов вам помогать из вот ну, общественности скажем так, или из тех, кто не равнодушен.
М. Руднева
―
Вы знаете, но что приятно, нам точно готовы помогать музеи, вот в части изучения коллекции, и её систематизации, и подготовки какой-то выставки. И мы сейчас находимся в очень плотном как бы взаимоотношении… Ну, не могу пока называть, но с очень важными музеями нашей страны, и города в том числе. Вот, поэтому в этой части мы как бы очень благодарны, потому что мы обратились за помощью, и в общем все откликнулись, и мы сейчас вот как бы проводим совместную какую-то работу, вот в части музея. А что касается реставрации приспособления, Департамент культурного наследия безусловно помогает нам, дает нам экспертов, дает нам архивы, дает нам доступ к информации для того, чтобы мы могли в полной мере всё изучить, и в общем найти какие-то оптимальные решения.
О. Виноградов
―
А это к информации, это те самые оригинальные чертежи Ивана Ремберга, да?
М. Руднева
―
В том числе, да. И оригинальные чертежи, и старые какие-то фотографии, и в общем…
О. Виноградов
―
Оформлением по-моему занимался его родной брат Федор, там тоже эти уникальные часы… Там же второй его проект, насколько…
М. Руднева
―
Да, часы уникальные, они работают прекрасно, и в общем (неразборчиво).
О. Виноградов
―
Второй проект Ремберга, это Киевский вокзал насколько я помню, да? Эти часы уникальные только сохранились на Киевском вокзале, и вот на Центральном телеграфе.
М. Руднева
―
Да. Ну, они так высоко, что… Хорошо, что они сохранились. Только через крышу возможно, видимо поэтому не все дошли.
О. Виноградов
―
Вы сами там были?
М. Руднева
―
Да, кончено, я там бываю регулярно, я вам хочу сказать.
О. Виноградов
―
Постоянно, ну естественно. Так, ещё раз благодарим Марину Рудневу, это представитель совета директоров компании «Vos`hod», той самой компании, которая будет проводить работы по реставрации Центрального телеграфа Тверская, дом 7. Самое сердце родины моей, поэтому мы за это действительно искренне совершенно переживаем. Спасибо вам огромное, Марина.
М. Руднева
―
Спасибо вам большое, за интерес к проекту. Спасибо, очень приятно.
О. Виноградов
―
Спасибо, всего доброго.
М. Руднева
―
Всего хорошего, до свидания.
О. Виноградов
―
До свидания.