Кому нужны офисы в эпоху дистанта? - Оксана Моисеева, Сергей Кузнецов - Интервью - 2021-10-25

25.10.2021

Кому нужны офисы в эпоху дистанта? - Оксана Моисеева, Сергей Кузнецов - Интервью - 2021-10-25 Скачать

Игорь Виттель

―

Ну, что ж? Добрый день, дорогие друзья! Это «Эхо Москвы», программа «Виттель. Реальность». Я, как вы уже догадались, Игорь Виттель. И сегодня мы беседуем о том, кому нужны офисы в эпоху дистанта. В студии у меня Оксана Моисеева, руководитель управления коммерческой недвижимости группы компаний «А101»; Сергей Кузнецов, операционный директор SOK. Здравствуйте, дорогие друзья! Ну, что? Мы сегодня, наверное, короткой заявкой тему все сказали. Ну, некоторые эксперты считают, что вообще рынок офисной недвижимости переживает оживление, что выходят вообще новые проекты в различных частях Москвы. Не знаю, это они вообще о рынке офисной недвижимости по стране или о Москве. И все это на фоне, в общем-то, и пандемии, и... которая привела к нарастающей популярности и home офисов и дистанционной работы. Разные проекты самые интересные реализуются. И даже на территории Новой Москвы, где, в общем-то, из-за самого локдауна как-то так странно относились и к офисным центрам и к другой коммерческой недвижимости. Вот давайте поговорим о том, кому вообще нужны новые офисы, на что рассчитывают девелоперы, когда вкладывают в наше неспокойное время деньги в новые проекты, да и не в самом очевидном месте, если уж говорить о Новой Москве. В общем, об этом мы с вами сегодня и поговорим. Ну, естественно, а правда ли, что идёт оживление? Вообще говорят, что там в существующих офисах вакансия в лучшем случае там 20% свободных мест, а то бывает, что и хуже. Я даже видел такие совсем пустые стоят коммерческие центры. И тут строят новые, и оптимизма не убавляется. С чем это связано?

Оксана Моисеева

―

Наверное, по тем данным действительно, которые мы получаем от наших коллег, консультантов, мы видим, что рынок достаточно динамичен. И в текущем предложении, оно порядка 18 миллионов метров сегодня на рынке, как бы это ни звучало, вакансия по факту 2-го квартала порядка 12% была. И это уже позитивно достаточно. И по результату 3-го квартала мы видим позитивную тенденцию. Это 8% всего вакансии, что на самом деле говорит о том, что рынок себя ведёт и проявляет как динамичный, как позитивный. И такие, наверное, данные мы видели только что в 2007 году. Поэтому...

И. Виттель

―

А Вы помните, что случилось после 2007 года?

О. Моисеева

―

Да, случилось очень сильно, грустно и больно.

И. Виттель

―

Вы понимаете, на самом деле я уже, честно говоря, устал повторять эту байку. Ну, приходится из эфира в эфир, когда приходит оптимист, они ко мне часто приходят. А был такой, Вы-то в силу молодости помнить не можете, такой старый вариант «Великолепной семёрки», не та, которая выходила несколько лет назад, а старая с Юлом Бриннером. И вот там был персонаж, который... про него рассказывали, что вот он упал с крыши дома и, пролетая мимо каждого этажа, повторял: «Пока все идёт хорошо». Но мы же с Вами не можем не учитывать, что вот в данном моменте рынок, может быть, оживился после какого-то сильного падения. Да? А сейчас вдруг оживился. Да? Ну, мы же понимаем, что завтра может быть совсем не так, и есть очень много факторов, которые свидетельствуют о том, что это может быть не так: и геополитические, и, к сожалению, вирус никуда не делся, а только новые штаммы прибавляются. И это всё говорит, на мой взгляд, в пользу того, что давайте резать косты и уходить на дистанционку. Вы понимаете, я... это моё личное мнение. Я же его не навязываю. Да? Вот лично я там как человек, в общем, многие годы ведущий экономический передачи, мне кажется, так.

О. Моисеева

―

Да, действительно бывают разные волны. И в мире, в общем-то, все периодически случается. Вверх-вниз - это нормально. Вопрос того, что спрос на площади, который сегодня есть, а он есть, это абсолютно новые форматы. Хотят ли люди ходить в офис, хотят ли люди вообще выходить из дома? Ну честно да, конечно, все хотят жить полноценной жизнью. То, что мы стали ценить во время пандемии, это как раз возможность экономить время и это время рационально использовать фактически. Поэтому сегодня места работы, место, куда мы, в общем-то, выходим из дома, проводим время, оно отличается качественно тем, что фактически это некий mixed use. Люди хотят абсолютно проводить время и в одном пространстве, обеспечивая себе полноценную жизнь. По последним исследованиям многие даже хотят с животными приходить на работу со своими для того, чтобы в обеденный перерыв была возможность с ними погулять. И мы говорим совершенно о каком-то новом формате, когда мы лечимся в одном здании, когда мы ходим в ресторан в одном здании, когда мы заводим новые знакомства, расширяем свои бизнес-контакты, и при этом у нас нет желания покинуть это пространство. У нас есть желание прийти снова.

И. Виттель

―

Люди устали сидеть дома. Допустим, я это понимаю. Не факт, что они хотят ходить только на работу. Да? И вот это... Хорошая, кстати, идея про одно пространство. Страшно мне нравится. А для самих компаний, - да? - вот для тех, кто даёт эту работу, им как лучше? Чтобы люди сидели дома или всё-таки исчезло какое-то такое взаимодействие, - да? - когда иногда люди говорят, вот у нас кластер. Да? Тут несколько компаний в одном месте, возникает эффект синергии. То же самое, когда люди сидят вместе, легче управлять, легче работать, легче рождать новые идеи. Вот как самим компаниям-то, на Ваш взгляд?

О. Моисеева

―

Работодатель однозначно хочет, чтобы более 50% персонала находились у него в прямом управления, и он их визуально наблюдал. Вопрос того, что сегодня тенденция сокращения рабочего места именно, то есть мы понимаем, что на одно рабочее место сегодня приходится две единицы. За счёт гибридного формата люди не ходят на работу каждый день. А есть ли эта оптимизация площадей? Да, в каком-то проценте есть. Но нужно понять, что он незначителен, потому что больший объем площадей ушёл под community. А это, возвращаясь к теме того, что офис больше неклассический. То есть нет такого, что я пришёл, меня поработили, 8 часов я должен там оттарабанить, а потом пойти домой счастливый, что миссия выполнена, все 8 часов я отработал. Люди стали приходить в офис, и это очень важно для работодателя, потому что достаточно затратно искать новый персонал, который качественно работает. И сегодня за IT-сферу люди просто бьются. И что делает работодатель? Работодатель изыскивает возможность при...

И. Виттель

―

Создаёт комфортную среду.

О. Моисеева

―

Создаёт комфортную среду. И эта среда должна обеспечить отсутствие выгорания у людей. Поэтому офис остановится территорией вдохновения, становятся территории драйва фактически. Когда люди приходят, ну, не может человек, сидя дома на диване, продолжать развиваться.

Сергей Кузнецов

―

Может.

О. Моисеева

―

... он смотрит... Но...

И. Виттель

―

Ну, хорошо, я понимаю. Сергей, Вы занимаетесь коворкингами, насколько я понимаю?

С. Кузнецов

―

Да. Мы занимаемся коворкингами. Больше... Чем я конкретно, наше направление занимается? Это непосредственно организация именно общественного пространства. То, что говорила Оксана, я на самом деле абсолютно согласен, потому что тренды, которые произошли за...

И. Виттель

―

Люблю гостей, которые сразу отвечают на вопросы, когда я их ещё не задал. Ну, давайте, давайте.

С. Кузнецов

―

Но я Вам скажу. Просто на самом деле то, что говорила Оксана, у меня тоже в голове какие-то мысли-то проходили...

И. Виттель

―

Давайте.

С. Кузнецов

―

... с этим согласен. И пандемия на самом деле довольно сильно поменяла не только сознание людей, ещё и поведение этих людей. И люди с одной стороны, наверное, кто-то устал сидеть дома, а кто-то не устал, но это большинство... как есть люди социальные, наверное, ходим всё-таки общаться. И много, которых... Сейчас мы общаемся с потенциальными заказчиками, даже с большими государственными структурами, вроде такими костными, неповоротливыми, они все хотят менять своё пространство, чтобы было непосредственно community, была непосредственно ассоциация не только офиса, но и то, что можно там ещё и осуществлять свои внутренние потребности, которые есть в реальной жизни.

И. Виттель

―

Но у нас пионерами этого были такие интернет-гиганты, я не буду называть, но Вы знаете все, о ком идёт речь.

С. Кузнецов

―

Да.

И. Виттель

―

И как минимум парочку. У них вот действительно приходишь в офис, здесь зона отдыха, здесь лекторий, здесь можно поиграть в приставку, здесь что-то. И это не отвлекает от работы. Да, да. Я с Вами абсолютно согласен. Но Ваша отрасль - это именно отрасль коворгингов. Она пострадала? Это 1-й вопрос.

С. Кузнецов

―

Нет. Она.... Нет.

И. Виттель

―

Это 1-й вопрос. А 2-й вопрос вот общество и пространство. Я, например, тут с удивлением обнаружил новый проект, в котором... Не Ваш, по-моему. А, может, Ваш. Возникло очень много вопросов. Это коворкинг, объединённый с коливингом. Да? То есть вот так Оксана употребила слово «выгорать». Да? Это такой признак на новые... Ты... Нового поколения снежинок, как его называют.

О. Моисеева

―

Да.

И. Виттель

―

Да? Вот те, кто без психотерапевта вообще не могут. Вот они теперь, эта молодёжь открыла для себя общежития только в новом формате. Я с удивлением почитал правила там и, в общем, ты гостей не приводи, оставать... оставлять гостей там не чаще ты... чем 3 раза на ночь можно оставить. Там комендант строгий. Но тем не менее тенденция понятна. Да? А давайте мы ещё и жить здесь будем. Ну, давайте с 1-го вопроса. Да.

С. Кузнецов

―

Ну, да, я с 1-го вопроса начну. Пострадала ли отрасль коворкинга? Нет, она не пострадала. Она довольно бурно расширяется. Ну, какие я вижу причины в этом в основном? Безусловно это 1-я есть, это экономические причины как таковые, потому что как не смотрим, организация офисного пространства, всё-таки экономика, она превалирует над этим. И в коворкинге рабочие места расположены таким образом, чтобы количество персонала было максимально полезно использовать его. Ну, что я имею ввиду? К тому, что Оксана говорила о том, что на одно рабочее место у нас сейчас идёт 2 сотрудника, может быть, и 3 на самом-то деле. И, скажем так, 60%, которые находятся дома, ну, соответственно 50% арендуешь площади. Это безусловно чисто экономическое обоснование. Потом следующий момент идёт в том, что мы говорили всё-таки про психологическое состояние. Да, люди приходят туда и пытаются сделать, ну, не пытаются, они делают все возможные... свои потребности удовлетворить именно рабочим местом. Ну, я имею ввиду? Про собачек, ну, такое не так часто бывает. Но, наверно, бывает, что с животными можно приходить.

И. Виттель

―

Кошечек. Больше народ любит, к сожалению, больше кошечек. Вот я собачник. Мне это непонятно. А так с родной кошечкой прийти.

С. Кузнецов

―

Ну, я могу сказать про зоны, которые были... Сейчас есть зоны, например, фитнеса. То есть есть к коворкингах места, где люди приходят, могут занимаются спортом, есть тренажёры, гребные тренажёры, душевые кабины, есть зона для занятий йогой. То есть тоже есть такие тоже зоны. Есть зоны для психологической... то, что...

И. Виттель

―

Психотерапевты... Да.

С. Кузнецов

―

... психологической разгрузки и можно посидеть, там массажные...

И. Виттель

―

Массажные кабинеты, гостиницы. Да. И всё-всё.

С. Кузнецов

―

И по большому счёту то, что если работодатель пытается это сделать в своём, ну, скажем, офисе, это довольно затратная вещь как таковая, потому что предусмотреть одно, 2-е, 3-е, ну, это будет не самое, наверное, эффективное организация пространства непосредственно в твоей там компании. Если НРЗБ на зону коворкинга, что есть какая-то НРЗБ за это уйти, попадаешь вот в эти все плюшки, фишки, по-разному можно назвать, которыми можно пользоваться за непосредственно арендную плату. Плюс там же есть ещё в коворкинге... предусмотрены зоны coffee point. То есть люди могут пообедать, просто попить кофе, могут пообедать, там поужинать. Есть зоны общего пользования. Есть зоны при интернет. То есть когда компания переезжает в... переезжает в коворкинг, она не задумывается о том, что ей нужно сделать там IT какую-то структуру по организации непосредственно IT-систем. То есть коворкинг предоставляет эти вещи, поэтому с точки зрения экономики это выгодно. И делают офис под себя полностью или просто переезжают в коворкинг. Поэтому коворкинг, отвечая на вопрос, они идут в большой рост. И коворкингов, если брать Москву, московский рынок и и питерский, то их не хватает. То есть это рынок растущий и, скажем так...

И. Виттель

―

Перспективный.

С. Кузнецов

―

Перспективный. Ну, перспективный лет ещё 30-40 даётся. Отдаёт она...

И. Виттель

―

Да подожди. Куда 30-40? тут ближайшие полгода не знаешь, что будет. А Вы сразу...

С. Кузнецов

―

Понимаете, это дают аналитики. Аналитики...

О. Моисеева

―

Так это ж гибкие пространства.

С. Кузнецов

―

Гибкие пространства. Они... Аналитики тоже гибкие.

И. Виттель

―

А Вы, кстати, вот не... Неприятный, наверное, вопрос. А Вы аналитиков своих используете или чью-то стороннюю аналитику, потому что ведь иногда аналитики хотят выдать желаемое за действительное и потрафить клиенту. Такое слово я вспомнил, которое...

О. Моисеева

―

Если говорить о нашем подходе, то у нас есть и внутренняя аналитика своя точно так же, как и проектный институт. То есть у нас своя большая полноценная команда, с которой мы работаем. Но было бы странно, если бы мы в том числе не использовали данные консультантов. И все с большим уважением относятся к тому, что делает четвёрка. Поэтому, конечно, мы смотрим на весь рынок целиком, но в том числе имеем свои аналитические данные и делаем исследования как внутри локаций, так и по всему рынку.

И. Виттель

―

Оксана, давайте об экономике поговорим, об экономике этих проектов. Ведь мы понимаем, что, наверное, что вот это вот всё, новые тенденции, которые безусловно приятны и хороши, и нам бизнесменам, наверное, тоже хочется действительно комфортное пространство и офисные, и другие, но это же все требует новых технологий, новых затрат. А в эпоху, когда режут косты, говорят, да, мне вот голую коробку дайте, вот был офис категории А+, а мне бы вот теперь С, вот только лишь бы продолжать работать. Не все же готовы там, я понимаю, что наш интернет-гиганты, уж простите за выражение, наверняка, жируют, сейчас у них все хорошо, и вообще все уходит в интернет.

О. Моисеева

―

У них другие проблемы.

И. Виттель

―

У них другие проблемы. Да.

О. Моисеева

―

Да.

И. Виттель

―

Ну, богатые тоже плачут. Но тем не менее экономика тех планир... проектов для тех, кто их развивает, и для тех, кто их, в общем, приобретает.

О. Моисеева

―

Ну, на самом деле исторически ничего не изменится. У нас останутся те же капексы, опексы. И, собственно говоря, нужно сказать, что со стороны девелопера есть некоторая нестабильность, которая, наверное, за историю рынка впервые настолько явно сейчас. Те проекты, которые вошли вот в проектирование уже в период пандемии, они явно находятся в выигрыше, потому что была возможность встроиться в этот процесс, не потерять на редевелопменте потом. То есть выстроить проект, так как диктует сегодня необходимость и меры. Но все это ещё обусловлено тем, таким неприятным сегодня моментом, который никто не мог учесть, это повышение себестоимости строительства. Это рост фактически строительных материалов до 30%. То есть здесь никто этого не мог учесть. Поэтому в любом случае девелопер сегодня финмодель свою корректируют уже в процессе.

И. Виттель

―

Вот. И наверняка как бы и раз выросли затраты на стройматериалы, то пытается подкорректировать, где-то ужаться в другом месте. Ну, простите, опять-таки резать косты.

О. Моисеева

―

А я думаю, что скорее это меняется стратегии реализации и именно в целевой аудиторией конечным пользователе. Но по итогу наш вывод следующий: маленькие предприятия, - да? - они будут, скорее всего, использовать всё-таки гибкие пространства. Это как раз...

И. Виттель

―

А что такое гибкие пространства?

О. Моисеева

―

А мы...

И. Виттель

―

То есть которые адаптируются под...

О. Моисеева

―

Да. Мы говорим о коворкингах, потому что коворкинги и гибкие пространства, в общем-то, размещают у себя небольшие компании до 20 человек. Все остальные, гиганты, - да? - о которых мы говорим, для них это не комфортное пространство. И как раз здесь появляется модель, которая для них приемлема, интересна в том числе с экономической точки зрения. Там Сергей более подробно расскажет как раз про build-to-suit. Я к этому веду. В чем большое преимущество...

И. Виттель

―

Расшифруйте для наших радиослушателей.

О. Моисеева

―

Built-to-suit - это case, который фактически реализуется под заказчика. То есть полностью выполняется под ключ с учётом технического задания лица, который будет конечным пользователем. Здесь операторы как раз built-to-сьюта для корпоративных больших клиентов реализуют проект и берут косты на себя. То есть фактически корпорация становится арендатором. У неё остаются операционные расходы, и где-то эти косты в операционных расходах также формируются в модели в длительный период какой-то. Для корпораций это достаточно комфортно. И это сегодня такой must have на самом деле, отвечая на вопрос, почему корпорации вообще в принципе идут сегодня на built-to-suit. А за полгода, наверное, 5 дел - да? - громких мы слышали, когда крупные именно такие лидеры мнений зашли именно в case built-to-suit. Ну, здесь, наверное, Сергей по...

И. Виттель

―

Да, Сергей, расскажите.

С. Кузнецов

―

Ну, безусловно рынок интересный. И действительно то, что Оксана говорит, там 5 было больших сделок на рынке, когда компании, разрабатывая своё техническое задание, ну, формируют фактически про... просто полностью своё пространство под свои нужды. Ну, то есть мы должны ещё понять то, что компании все довольно быстро растут, рынок меняется. Соответственно когда компании говорят «техническое задание», они говорят о том, что они в принципе есть сейчас. Они в принципе панируют свою деятельность на несколько лет вперёд и те технологии, которые должны, ну, скажем так, сейчас вот новинки, мы понимаем то, что там через 3-4 года...

И. Виттель

―

Они устареют.

С. Кузнецов

―

Они устареют. Либо будут стареть, либо будут неким стандартом, который должен быть. Соответственно компании это учитывают и в технических заданиях прописывают. И, скажем так, плюс в техническом задании может быть прописано то, что должен происходить периодический upgrade этих технологий. То есть можно же это то есть учесть в принципе в техническом задании там при выполнении работ.

И. Виттель

―

Ну, что ж? Прервёмся на несколько минут. Буквально сейчас вернёмся в студию. Оставайтесь с нами. Не переключайтесь. Будет интересно.

**********

И. Виттель

―

Ну, что ж? Как я обещал возвращаемся в студию. Напомню, что это «Виттель. Реальность». Я Игорь Виттель, как вы могли догадаться. Сегодня беседуем на тему: «Кому нужны офисы в эпоху дистанта?» И в гостях у меня Оксана Моисеева, руководитель управления коммерческой недвижимости группы компаний «А101», и Сергей Кузнецов, операционный директор SOK. Ну, я всё-таки занудно хочу про Новую Москву. Кто из Вас рискнёт 1-й? Оксан, наверное, всё-таки Вы. Значит, почему, в чем особенность, во-первых, этих офисных пространств в Новой Москве? И вот которые сейчас появляются. И, честно говоря, для меня вот Новая Москва стала открытием. Да, если раньше я как-то проезжал там по Калужскому, по Киевскому шоссе, видел, ну, какие-то - да, - пространства. Особенно по Калужскому тяжело ехать. Стройки вечные. Всё. А тут я побывал в гостях, ну, в районе Новый Москвы и увидел... Ну, да, конечно, это то, что называется «человейники», человеко-муравейники такие. Но они сделаны по... хорошо, как мне кажется.

О. Моисеева

―

Вам надо побывать внутри районов. Я думаю...

И. Виттель

―

Я побывал внутри районов, увидел действительно общественный...

О. Моисеева

―

Все равно...

И. Виттель

―

Нет. Наоборот. Это хорошее впечатление от Новой Москвы осталось. То есть как бы да, это, конечно же, человейники, но общественные пространства внутри районов...

О. Моисеева

―

Хочется начать отстаивать сразу.

И. Виттель

―

Нет, я наоборот... Вы зря... Вы зря... Я... Это не наезд, а наоборот. Меня это приятно удивило. Да? Ну, я в принципе как... С одной стороны как житель мегаполиса стремлюсь к мегаполису, мне хочется вот этого вот, жутких муравейников. Кто-то не любит. Но дело в том, что есть муравейники, в которых там вот, где я живу, там крупная тоже застройка, но нет вот этой общественной зоны, нет инфраструктуры нормально так, чтобы уютном было в магазины, аптеки в каждом доме. Я побывал в Новой Москве, и меня приятно удивило. Я сейчас не буду называть, а то вдруг окажется, что это Ваш проект вообще. Вы воспримете как обиду или, наоборот, как комплимент. Ну, я не буду, хотя примерно знаю, кто строил. И вот мне страшно нравится, что да, Новая Москва развивается, может быть, и очень плотно, но я про жилую сейчас недвижимость говорю, но не забывают и про общественное пространство, про школы и про соответственно другую инфраструктуру. Что с офисными? То есть кто туда едет? Что компенсирует некую удалённость и так далее?

О. Моисеева

―

Спасибо большое. Я надеюсь, что сильно впечатлили Вас именно наши проекты. Ну, а в целом...

И. Виттель

―

Не знаю. Не знаю.

О. Моисеева

―

Ну, а... Я почти уверена. Но в целом на самом деле 5 лет назад я, наверное, также рассуждала, и для меня Новая Москва стала тоже открытием. Сегодня я просто вижу большой город. И за спиной у нас уже миллионы реализованных метров. И действительно очень круто, что это не просто жилые метры, которые понастроили в высоту и так далее. Изюминка Новой Москвы - это благоустройство действительно, это развитие локации и это современное пространство. Вы, наверное, слышали, Новую Москву теперь молодой, молодой Москвой.

И. Виттель

―

Нет, не слышал.

О. Моисеева

―

Да. Достаточно молодое поколение - на самом деле целевая аудитория Новой Москвы, - да? - которые проживают. Это люди, которым фактически от 25 до 35 лет. Они являются основной целевой аудиторией, которая приобретает сегодня квартиры в Новой Москве.

И. Виттель

―

Меня удивило, простите я Вас перебью, что это ещё и с инвестиционной целью делается, потому что мне казалось, что вот этот бум инвестиционных квартир с рынка ушёл. А тут я честно скажу, раскрою тайну, мне иногда нужно поработать в тишине, студию... И каждый раз снимать студию - это там для съёмок, для записи подкастов не очень. Я как-то посмотрел, ну, а чтобы мне, вот поскольку я недалеко живу, а почему бы мне вот не снять какую-нибудь студию в Новой Москве и не использовать её для работы? Так вот люди, которые мне говорили, да у нас там дёшево, я посмотрел на цену: не дешевле, а то и дороже, чем студии в центре Москвы. Так что, видимо, люди покупают, хотят отбить свои затраты на инвестиции. Поэтому это становится популярным местом. И естественно наверняка возникает вопрос, а офисные пространства там, может быть, действительно эти молодые тут подумают, решат, зачем нам ездить куда-то в Москву. Вот у нас тут мы можем как-то перенести свою работу и жить здесь, и работать здесь.

О. Моисеева

―

Да, это абсолютно точно и важно, потому что город динамично развивается, растёт. И если мы говорим о той стороне там Калужского шоссе, где находится наш проект, то это фактически сегодня 100 тысяч жителей населения и 16 тысяча рабочих мест, которые мы можем создать в рамках только данного проекта. И на самом деле в соотношении-то это мало, немного, учитывая тренд того, что больше никто не хочет ездить на работу. Все хотят ходить на работу. Все хотят возвращаться домой. А при этом очень сильно хотят, чтобы они не отрывались от своих детей, которых могут отвести в детский сад. Внутри...

И. Виттель

―

То есть все в одном месте.

О. Моисеева

―

Абсолютно.

И. Виттель

―

То есть Вы говорите... сначала я... Вы говорили, что вот там... Я говорил, что люди не хотят на работу. Говорит, нет, они хотят именно на работу, но хотят ходить, а не ездить.

О. Моисеева

―

Да.

И. Виттель

―

То есть, чтоб все было в одном месте.

О. Моисеева

―

Ну, может быть, хотят ездить на велосипеде, но не трястись где-то там на электричках, в поездах. Вот. И такая возможность, она обеспечена именно новыми территориями.

И. Виттель

―

Ну, а я вынужден жить, например, в районе не потому, что мне там сильно нравится район, а потому, что вот очень многие привязываются к школам для детей. Хорошие школы - это...

О. Моисеева

―

Я как мама Вас абсолютно понимаю.

И. Виттель

―

... залог того, что вот типа и многие снимают. Да? И я, когда я сейчас стал со своими друзьями, живущими в Новой Москве спорить на тему, а собственно, ну, хорошо, вы все равно ездите в Москву. Хорошо. А дети в школу? Они говорят, да у нас тут вот сейчас прекрасную школу там одну..., то ли две...

О. Моисеева

―

У нас, наверное, не то, что прекрасная школа, а самые прекрасные школы, в которые уже можно без стеснения говорить, стоят директора в очередь. И когда... Надо как-нибудь Вам устроить экскурсию в нашу школу. А и...

И. Виттель

―

Лучше сразу преподавателем возьмите. Я шучу. В основном в университетах меня зовут преподавателем.

О. Моисеева

―

На самом деле...

И. Виттель

―

Детей я плохому научу.

О. Моисеева

―

Я абсолютно искренне Вам сейчас об этом говорю, потому что меня просто вот впечатлила, когда попала впервые, и впечатляет до сих пор. Очень продуманное пространство. У детей есть абсолютно все. И когда ты встречаешь малышей в районе, они тебе говорят, мы в школе до 4-х часов и не хотим уходить, это говорит о том, что мы делаем все круто, мы делаем все правильно и не просто строим дома, а всё-таки создаём социальную инфраструктуру. И это в шаговой доступности от дома, от офиса, от полноценной инфраструктуры, фитнес-центров. Ты получаешь...

И. Виттель

―

Вы всё-таки палитесь. Видимо, это всё-таки Ваши проекты, потому что как бы говорите о ней. Я-то... Я-то говорю в целом о Новой...

О. Моисеева

―

Я горжусь.

И. Виттель

―

Но я...

О. Моисеева

―

Это Разные вещи.

И. Виттель

―

Я нет. Я просто о том, что мы всё-таки в целом о потребностях рынка, а не конкретно о заслугах какой-то одной, хоть и самой замечательной компании. Сергей, коворкинги в этом аспекте. Вот хотелось бы поговорить о том, что Оксана сказала, работа рядом с домом.

С. Кузнецов

―

Ну, это новый тренд - жилье и коворкинги около дома.

И. Виттель

―

Коворкинг... Я даже знаю новое слово умное. Правда, не знаю, что оно означает. Lifeworking.

С. Кузнецов

―

Соответственно это новый тренд. Люди, как она правильно сказала, люди хотят ходить. То есть выйти в жилом комплексе, чтобы было всегда пространство, чтобы можно было пойти и поработать. Там просто дома тяжеловато работать, если маленькие дети, то хочется выйти и поработать полноценно и желательно не весь день, а на несколько часов, чтобы была возможность прийти и где-то поработать. То, что говорим про Новую Москву, Новом Москва, молодая Москва. Мы понимаем, что есть поколение так называемое Z, которое через 3-4 года будет основным, скажем, источником... Ну, может, рабочей силой грубо скажу. Но это будет основное поколение, которое будет работать в офисах. Поэтому сотрудники поколения... этого поколение любит цифровые технологии, оно любит свободу, оно не привязанность к одному месту, и соответственно они любят себя, они любят делать то, что они привыкли делать, и жёсткие рамки для них, как Оксана говорила в самом начале нашей беседы...

И. Виттель

―

Простите, я Вас перебью на секундочку. А вот работодатели-то, они любят такую свободу, чтобы работали, но не из дома, а из коворкинга? А есть ли просто крупные компании, которые говорят, а вот мы хотим в Новую Москву, там удобно, и сотрудникам будем отдавать предпочтение, живущим в Новой Москве?

С. Кузнецов

―

Да, есть. Безусловно такие есть.

И. Виттель

―

А! Есть.

С. Кузнецов

―

Есть такие компании. Да. Потому что все зависит от стратегии компании, что компания хочет. То есть если компания вырабатывает стратегию жить с поколением, которое развивается и делать упор на более молодое поколение, конечно, им логично вывести это за Новую Москву и организовывать там пространства. В принципе я думаю, что многие компании пришли к тому, что не обязательно работать в центре, как раньше это было престижно. То есть чем ближе к центру, тем престижнее. Многие компании очень крупные уходят за территорию МКАДа и благополучно, и комфортно себе обеспечивают среду, рабочую среду в той же самой Новой Москве. Причём, если мы посмотрим на вообще карту Москвы, Новую, скажем, и старую Москву, то центр где-то находится в районе вот, скажем, проектов, которые сейчас Оксана, скажем, представляет. То есть это примерно самый центр, если географически смотреть, то это так.

О. Моисеева

―

На самом деле в 20-м году мы попали в этот тренд - рабочее место в шаговой доступности от дома. Мы запустили два собственных проекта в составе наших жилых комплексов. И особенность этого проекта как раз - это бесконтактной доступ. То есть фактически это шаговая доступность к коворкингу маленького формата внутри жилого массива. То есть максимум идти из любой точки района менее 10 минут. Ты приходишь, скачиваешь приложение, приложением открываешь ночью, днём, утром, когда тебе удобно работать. Все люди работают абсолютно в разном режиме. Что мы видим? Данный формат очень востребован. И сегодня, говорю среднесуточное, потому что работаем 24 на 7, это заполняемость порядка 70%, что очень хороший показатель для такого формата на самом деле пространства.

И. Виттель

―

Ещё могу подсказать идею. Сейчас очень многие строят коворкинги, ориентированные на какую-то непосредственно деятельность. Да? Например, музыкальные студии, в которых люди... То есть уже стоит вся аппаратура, люди приходят, им надо записать альбомы. Там у них вся инфраструктура. Им и аппаратура, и звукорежиссёр и так далее. Радиостанция тоже может...

О. Моисеева

―

Мы уже начали воплощать Вашу идею.

И. Виттель

―

Да? Серьёзно?

С. Кузнецов

―

Можно дополню? Вот даже НРЗБ есть в Екатеринбурге, я просто добавлю, там есть коворкинги: столярный коворкинг, там слесарные, швейный коворкинг. То есть, видимо, прийти, поработать непосредственно, ну, там что делать. То есть мы не говорим только об офисных вещах. Есть ещё вот по направлениям, ну, там ремесленного, скажем так, ещё. Причём вот в Москве я лично не встречал это, а в Екатеринбурге... Екатеринбурге...

И. Виттель

―

Не, Екатеринбург - более ремесленный, более рабочий город.

С. Кузнецов

―

Ну, вот там это... Там это воплотилось. И есть же ещё другие вещи, там мероприятия, которые проводят кампании, которые сближают, там team-билдинги и так далее. То есть это принципе это... Вот эта сфера, она никуда не ушла. А нахождение в офисе это не прививает корпоративную культуру.

И. Виттель

―

Team-билдинги, субботники.

С. Кузнецов

―

И часто, когда вот если про свою сферу больше сказать, рабочее пространство организовалось таким образом, чтобы люди не были как раньше зажаты каждый в своём кабинете в отдельном. То есть раньше отдельный кабинет - это своя маленькая там... маленькое государство в государстве со своими правилами. Сейчас это большое, довольно-таки открытое пространство, очень много зон, где люди непосредственно общаются между собой. И с моей точки зрения, что гибкие пространства, они точно не уничтожают корпоративный дух, корпоративную культуру. Они её более усиливают, потому что люди становятся даже больше общаться, чем раньше.

И. Виттель

―

Спасибо большое. Ну...

О. Моисеева

―

Велика, правда, опасность, что у тебя могут сханитить сотрудников в гибком пространстве.

И. Виттель

―

Вот! Вот. Но об этом в одном из следующих эфиров, потому что время-то наше подошло к концу. Напомню, что это программа «Виттель. Реальность» на «Эхе Москвы». Я Игорь Виттель. Мы сегодня беседовали на тему: «Кому нужны офисы в эпоху дистанта?» А беседовали мы с Оксаной Моисеевой, руководителем управления коммерческой недвижимости группы компаний «А101», и Сергеем Кузнецовым, операционным директором компании SOK. Ну, и прежде, чем попрощаться с вами на сегодня, хочу очередной раз сказать: бушует, бушует ковид, так что всё-таки соблюдайте социальную дистанцию, носите маски, дезинфицируйтесь, а главное - прививайтесь, прививайтесь, репрививайтесь, ревакцинируйтесь и, пожалуйста, берегите себя. Пока!