Вятский квас - Владимир Маматов - Интервью - 2021-10-11
11.10.2021
11 октября 2021 года.
В эфире радиостанции "Эхо Москвы" – Владимир Маматов, журналист.
Эфир ведет – Яна Розова.
Я. Розова
―
В студии Яна Розова, здравствуйте, на связи со мной журналист Владимир Маматов.
В. Маматов
―
Здравствуйте Яночка, вижу вас с огромной радостью в стольном городе Москве, а я по-прежнему в своей провинции глубокой… Хотя не очень глубокой, всего 1000 километров от Москвы, добрый день.
Я. Розова
―
Из Кирова, да, из Вятки. Хотели вы начать сегодня опять говорить о секте, об организации «Мужское государство», которое вы всё-таки победили, по-моему.
В. Маматов
―
Ну, победили не мы, а обстоятельства, это раз. Потому, что на самом деле, в конце августа Дмитрий Пеков, который у нас вечный пресс-секретарь заявил о том, что у нас правоохранители должны дать оценку деятельности мужского государства, а наши обращения, наши просьбы, они видимо скорее всего я предполагаю, были последней каплей. Потому, что «Мужское государство» наехало на «Вятский квас» из-за фотографий темнокожих моделей с… Ну, я не буду воспроизводить, потому что у нас все-таки достаточно официальное СМИ, и матерные определения, которые они выдавали в адрес кваса, моделей, сотрудников завода, руководства…
Я. Розова
―
Как посмели отдать квас темнокожим моделям!
В. Маматов
―
Нет, ни в коем случае не должны они пить… В общем, очень долгая история, дошло дело даже до звонков на завод непосредственно, я даже в них принимал участие, очень смешно было. Но смешно как бы мне, а по сути, ситуация тревожная, грустная и печальная. То ест, люди пытаются раздувать… Это действительно (неразборчиво), пытаются раздувать национальную расовую рознь вот на ровном месте, просто из-за того, что им в моем понимании, некуда деть тестостерон. Ну, не получается у них правильно его использовать, остается вот… Вот что-нибудь дайте нам, где оторваться. Ну, хорошо. Вот они оторвались на «Тануки», на «Вкусс Вилле», Бог с ними там, не будем касаться этих историй. Вот, потом перешли на нас. Но во-первых, у нас были всего лишь темнокожие модели, это раз. Не понятно, из-за чего весь сыр-бор. Во-вторых, мы русский национальный напиток, а не какое-то, что-то, где-то, как-то.
Я. Розова
―
И вообще я так понимаю, что эта реклама была больше обращена к американской аудитории, вы же хотели выходить на американский рынок.
В. Маматов
―
Ну, во-первых, эта реклама обращена к аудитории, во-первых, мегаполисов, конечно. Москвы и Питера, где настроения, связанные с разнообразием этого мира, они гораздо сильнее допустим, чем в Кирове, в Вятке. То есть, здесь эта реклама просто бесполезна. У нас существуют темнокожие, я несколько раз их видел даже на улицах города Кирова. Есть несколько студентов в ВУЗах Кировских. Да, они отличаются по цвету кожи, но это абсолютная достопримечательность, они крайне редки. Вот, и на самом деле, как раз у нас в Кирове, в Вятке, никаких расовых предпочтений или движений нет, и я о них никогда не слышал даже. Вот, но «Мужское государство», наконец-то к ним появился иск со стороны Нижегородской прокуратуры, которая по-моему дней 5 назад вышла с предложением признать эту организацию экстремистской, чему я откровенно говоря очень рад, я просто мысленно аплодирую Нижегородской прокуратуре, давным-давно пора. А вчера, готовя как раз этот материал, я увидел чудесный момент, всё-таки они не унимаются. То есть, 2 октября они наехали на «Таксовичков», есть такое такси в Питере. У этого такси была опция «Женщина водитель», и за нее доплачивали. Ну потому, что как бы женщин меньше, таксисты понятно, отдельная услуга. Они ополчились на эту тему, начали… Ну, и дальше пошел алгоритм тот же самый, который они применяли по отношению к торговой сети, к ресторанам, к нам применяли. То есть, они вызывают, отказываются от заказа, хейтят, рассылают угрозы. «Таксовичков» очень быстро прогнулся, то есть они тоже перестали взимать плату за женщин за рулем, да? Убрали эту опцию. Вот с нашей точки зрения, с точки зрения «Вятского кваса», так делать было не надо. То есть, мы не настаиваем, не советуем ничего «Таксовичкову», но никаких переговоров с террористами Соединенное королевство вести не будет.
Я. Розова
―
Так может вообще о них не говорить?
В. Маматов
―
Почему, нет. Вот на самом деле, позиция «Вятского кваса», отношение «Вятского кваса» к жизни, к людям и так далее, это надо озвучивать. Они просто нам дали возможность поговорить о себе на самом деле, спасибо им за дополнительный пиар.
Я. Розова
―
Ну что, ещё меня порадовала новость, вы выяснили, что оказывается огромное количество блюд можно приготовить с «Вятским квасом», делитесь.
В. Маматов
―
Давайте. Значит, мне прислали 20 рецептов блюд, которые можно приготовить с «Вятским квасом».
Я. Розова
―
Кроме окрошки.
В. Маматов
―
Ну, окрошку мы пока не трогаем, потому что мы ее…
Я. Розова
―
Не считаем.
В. Маматов
―
Там есть какой-то фантастический рецепт окрошки с бужениной, с чем-то ещё, ещё, ещё, ещё, ещё… То есть, там королевский вариант абсолютно, мы его отложим на потом. А сейчас, я с вашего позволения найду самый мне понравившийся, это раки или креветки, вареные в квасе. Значит, у меня упаковка креветок как раз валяется где-то, я, наверняка совершенно вернувшись домой, попробую. Потому, что я прочитал это 15 минут назад. Так вот, яблоки и лимон нарезать крупными дольками, добавить квас, специи, соль, довести до кипения. В кипящий квас положить раков или креветок, и варить до готовности, готовых раков или креветок выложить на блюдо. Рекомендуется подавать с бокалом охлажденного кваса. Это точно надо попробовать, и теперь количество. Надо взять килограмм раков или креветок, полтора литра кваса, 50 грамм соли, лавровый лист 2 грамма, перец горошком 5 грамм, укроп свежий 30… Чего так много укропа – не понятно. Лимон один, яблоко одно. Вот такой… Попробуйте, лично я, вот стати говоря…
Я. Розова
―
Слушайте, это очень любопытно.
В. Маматов
―
Слушайте, самый анекдот в том, что вот как бывает, да? Начинаешь о чем-то говорить, и вдруг обнаруживаешь, что сам пожалуй это сделаешь. То ест, я доеду до дома вечером, креветки у меня остались…
Я. Розова
―
Потому, что наверняка креветки пропитаются квасом, и всякими этими…
В. Маматов
―
Конечно, конечно, конечно.
Я. Розова
―
Особенностями.
В. Маматов
―
Это очень интересно, потому что варить раки, креветки в квасе, мне лично в голову никогда не приходило. Настоящий повар, молодец. И вот такой рецепт существует.
Я. Розова
―
Конечно, было бы интереснее, если бы вы что-то уже попробовали, и потом рассказали.
В. Маматов
―
Слушайте, вы меня поймали, действительно так было бы лучше. Давайте я попробую для начала креветки, и посмотрю, что там ещё есть. И, пожалуй, эксперимент… Старый, добрый медицинский вариант, врач попробует на себе.
Я. Розова
―
Да, да, и потом расскажете, что лучше делать с этим, и как это лучше употреблять. Давайте об особенностях кваса вашего Вятского.
В. Маматов
―
Конечно. Мантра, бесконечная прекрасная мантра. Для слушателей «Эха Москвы», для москвичей… Ну всё равно, в 11 часов все равно в Москве где-нибудь, да есть пробки. Стоящий в пробках, итак, почему «Вятский квас» уникальный продукт, который так надо пить жителям мегаполиса? Потому, что он основан на трех основных вещах, то есть это Вятская озимая рожь. Что же такое Вятская озимая рожь, та, которая лежит в основе «Вятского кваса, и ни один квас в России на Вятской озимой ржи больше не делается. Поэтому, в опросе «НТВ» мы заняли первое место по насыщенности. Имеется в виду, что Вятская озимая рожь, которую мы используем, она благодаря своему произрастанию в холодных климатических условиях, из почвы забирает вот всё, до чего могут дотянуться ее корни. То есть, максимум микроэлементов, и витаминов. И это ее отличие от ржи, которая высаживается в черноземных теплых краях, где так хорошо и здорово, делать ничего не надо…
Я. Розова
―
Напрягаться не надо, да.
В. Маматов
―
Напрягаться не надо. А на севере, где рожь вынуждена зимовать под снегом, для того чтобы выжить, она вынуждена напрягаться. Её выводили (неразборчиво) на самом деле. То есть, ещё раз, я люблю этот пример, мы начали торговать Вятской озимой рожью с Америкой первыми. Вообще, первыми в России, начали торговать с США, в 1807 году. И первый суда, которые отправились в США, они отправились груженые Вятской озимой рожью. А потому, через 150 лет, или 140 точнее, селекционер Рудницкий получил орден Ленина и Сталинскую премию за сорт «Вятка-2». Это вот окончательная селекционная работа проведена над Вятской озимой рожью, та, которая используется сейчас в «Вятском квасе». То есть, это уникальное сырье, которое произрастает только на Вятке. Ну, Вятская губерния была до революции огромная на самом деле, она была второй по численности в российской империи, после Киевской. То есть, она охватывала кусок пермского края, нынешнюю республику Коми, Ижевск… То есть, здоровенная, совершенно.
Я. Розова
―
И вообще, это больше по-моему сельскохозяйственный регион, да?
В. Маматов
―
О, вот тут самое интересное. Когда я смотрел летописи… Ну, то есть собственно говоря, фото-летописи в первую очередь Вятки до революции, то бурное развитие, бурное абсолютно. Вот первые десятилетия буквально XX века… То есть, конец 90-х… Ну, как? Собственно, как Николай II зашел на престол в 1896 году. Вот эти 15 лет до войны, они были отмечены небывалым всплеском. То есть, на Вятке начинает строиться бурно… Купечество строит очень много, Вятское пароходство, судоходство по Каме, по Волге. Наши товары уходят в Ев частности тот же Шнейдер, основатель завода отправляет дрожжи в Берлин, дрожжи в Париж.
Я. Розова
―
А сейчас вы как раз из Германии везете дрожжи.
В. Маматов
―
Ну, вот тут да, тут ничего нельзя сказать, потому что действительно, мы везем дрожжи из Мюнхена, потому что они настолько проверенные качеством… Биохимическая вот эта отрасль в России, она к сожалению у нас немножечко подкачала. То есть, так же как у нас не выращивается хмель хороший, да? Мы его… Мы точно так же берем хмель… Ну, Приальпийские районы, короче. Вот, то же самое и дрожжами, дрожжи из Мюнхена, а хмель Приальпийский.
Я. Розова
―
Ну, теперь возвращаемся обратно в Вятку старую, древнюю.
В. Маматов
―
Да. Так вот, древняя Вятка появляется… Ну, вот понимаете, появляются автомобили на улицах Вятки до революции, появляется освещение. То есть, резкий рост, и в городе огромное количество всевозможных промыслов, всевозможных валок. Лобовиков, то Вятская тоже знаменитость, выдающийся фотохудожник, он получает на Парижской выставке золотую медаль. Выдающийся мастер, к сожалению погиб во время блокады в 41-м году. И за пределами Вятки он ну, мало достаточно известен, и это печально. Потому, что это персонаж, который заслуживает внимания. И вот этот рост предвоенный, предреволюционный, да? Он естественно был фактически погублен. Ну, минимум остановлен, но и погублен в общем весь, правильно говорить.
Я. Розова
―
Грустно, да.
В. Маматов
―
Да, это грустно. Вот и те традиции завода, которые… Завод сохранился, это пожалуй вот то предприятие, которое перенесло традиции дореволюционные, (неразборчиво)…
Я. Розова
―
Слушайте, по-моему это единственное в городе и в регионе предприятие, которое с тех времен ни разу не закрывалось, и доживает, и процветает, я не боюсь этого слова, и сегодня.
В. Маматов
―
Я не слышал честно говоря, ни об одном Кировском предприятии, которое бы да, сохранилось с дореволюционных времен. Да, скорее всего, вы правы. То есть, с 903-го года как основал Шнейдер этот завод, так он и работает, действительно не закрываясь ни на час, ни на день.
Я. Розова
―
Даже во время войны, вы квас производили.
В. Маматов
―
Да, мы производили квас, и самое главное, в Ленинград… Ну, в Ленинград тогда ещё, поставляли дрожжи сразу после снятия блокады. Масса интересных страниц, связанных как раз с историей завода, это да.
Я. Розова
―
Ну, и в связи с этим вы обещали, что появится памятник Шнейдеру, и не откладываете…
В. Маматов
―
Откладываем, мы все-таки поставим его 28 марта, это день рождения завода. То есть, мы будем ставить его всё-таки весной. Очень надеемся, что и все эти локдауны, все эти пандемийские ограничения, они сойдут на нет. Ну, есть надежда всё-таки, что хотя бы к весне начнут снимать, возможность собраться на открытие, да?
Я. Розова
―
Слушайте, а мне показалось, что выговорили, что его печатают на 3D принтере?
В. Маматов
―
Да, его печатают на 3D, мы уже согласовали модель 1 к 100 на 3D. Они сейчас будут печатать 1 к 1, а вот на отливку это пойдет уже в ноябре, в декабре. То есть, мы получим готовый памятник соответственно к концу Февраля, началу марта, ну там какое-то время потребуется на установку, ну на площади перед заводом он появится.
Я. Розова
―
И здесь вы почти впереди планеты всей, с учетом (неразборчиво) страны, круто.
В. Маматов
―
Да, это единственный вообще памятник пивовару, который по-моему существует в России, в принципе. Потому, что есть единственный я знаю близкий вариант в Самаре у завода, который производит «Жигулевское» безалкогольное разумеется пиво, там стоит памятник пивовару, которому приданы… Значит ремарка от создателя, приданы черты Фон Вакана, это 1877 год, тоже немец, основатель этого завода. Ну приданы черты, это не памятник Фон Вакану, это просто памятник пивовару. А у нас будет действительно памятник Шнейдеру.
Я. Розова
―
И основателю завода, да.
В. Маматов
―
Да.
Я. Розова
―
В прошлый раз мы с вами не успели поговорить, а меня это заинтересовало. Расскажите, как выглядит теперь ваш цех… Цеха, даже. Что там внутри завода?
В. Маматов
―
О, вот начинается трудность, потом что словами передать то, что ты видишь, всегда трудно на самом деле. Пересказать фильм, это ну, как ты можешь пересказать фильм, да? Синопсис, это синопсис, это не кино.
Я. Розова
―
Нет, ну вы сказали, там у вас стоят цистерны с пятиэтажный дом, или что, или мне показалось?
В. Маматов
―
Нет, они с девятиэтажный…
Я. Розова
―
С девятиэтажный.
В. Маматов
―
С девятиэтажный дом, и 120 тонн напитка в каждой. То есть, 20… Это называется не цистерны, это называется. Цистерны, это железнодорожная, горизонтальная.
Я. Розова
―
Я прошу прощения, да. А это вертикальная.
В. Маматов
―
Да, это называется танки.
Я. Розова
―
Танки.
В. Маматов
―
Вот, в этих танках, 21 танк высотой с девятиэтажный дом, нержавеющая сталь, производство компании «Кронос», это немецкая компания. Вот, и при температуре примерно между 4 и 6 градусами… Ну, 6 можно считать, как главный (неразборчиво), происходит брожение, это вот безалкогольное пиво как раз, да? У нас. И брожение происходит…
Я. Розова
―
Там же холодно очень!
В. Маматов
―
Да, конечно, конечно.
Я. Розова
―
И людей там нет внутри, естественно?
В. Маматов
―
Нет, естест… Они заходят проверять оборудование, но там играет музыка, и больше ничего нет.
Я. Розова
―
И операторы в отдельной комнатке следят…
В. Маматов
―
Нет, операторы на своих мониторах… Это всё компьютеризировано, это всё магнитные пропуска, это всё одноразовые шапочки, халаты, это тапочки, бахилы то есть. Ну, вот всё вот это, то есть у тебя дезинфекция такая же, как не знаю на космической станции, примерно. Я рассказывал, потому что одной из характерных особенностей продуктов брожения, это гораздо более тонкий биохимический процесс, чем просто вот изготовление там сиропа, чего-то развели, намешали, газировали, и запустили в продажу. А при продуктах брожения очень важно, чтобы одна культура дрожжей, расса, да? Ни в коем случае не контачила с другой. Потому что как это не смешно, но квасные дрожжи, они гораздо агрессивнее, чем пивные. И если у тебя квасные дрожжи вдруг попадают в пивной цех, ничего хорошего и интересного из этого может не получиться.
Я. Розова
―
То есть, это брак всей продукции.
В. Маматов
―
Конечно, конечно, поэтому…
Я. Розова
―
И чистка всего цеха.
В. Маматов
―
Мне кто-то говорил, что у нас на протяжении вот процесса технологического, пробы берутся 247 раз.
Я. Розова
―
Ух, ты!
В. Маматов
―
Да, я не знаю откуда эта цифра, то есть (неразборчиво) постоянно идут замеры вот пока бродит, пока варится сусло, пока фильтрация идет, пока фарфасы сливаются в напиток. Фарфасы, это на окончательном этапе уже перед фасовкой остается какой-то время, хранится в этих танках, да? И каждый раз лаборатория замеряет, она измеряет и количество вещей, и смотрит на рисунок бактериальный, уже там, что там происходит…
Я. Розова
―
На то, как ведут себя дрожжи, да?
В. Маматов
―
Да, кончено, конечно. Потому, что от того, насколько технологически точно ты всё это выставил, ты получаешь гарантированное качество. То есть, ты каждый раз вот открывая эту банку, бутылку, ты получаешь тот же самый напиток, который у тебя был месяц назад, полгода назад, 5 лет назад, всё то же самое. Вот это основа деятельности на самом деле правильной, хорошей европейской компании. Ну, а в моем понимании «Вятич», это ну, такой странный оазис, то есть основатель немец, немецкое оборудование, немецкая технология, и в русской (неразборчиво).
Я. Розова
―
Традиционный, да.
В. Маматов
―
Абсолютно.
Я. Розова
―
Отечественный напиток.
В. Маматов
―
Да, да, да.
Я. Розова
―
А как создаются новые сорта, что для этого делается?
В. Маматов
―
Экспериментально, то есть берется мини-пивоварня, это маленькое помещение с несколькими маленькими танками, ну и самое главное с толковыми, интересующимися энтузиастами-технологами, которые пробуют добавить, пробуют изменить рисунок самого напитка, пробуют найти…
Я. Розова
―
Имеется в виду, новый какой-то штамм дрожжей добавляется, или что?
В. Маматов
―
Ну нет, нет, дрожжи у тебя не варьируются с такой силой, дрожжи, это достаточно прямолинейная конструкция. А вот солод, вот хмель, их сорта, время закладки, температурный режим, всё это… Ну, это как игра на рояле, вот я к сожалению не умею. Варить пиво, и играть на рояле я не умею. Это старый-старый анекдот, когда студент учиться акупунктуре, и говорит: «Профессор, я выучил все точки, но у меня не получается лечить». Он говорит: «Слушайте, я вот тоже 7 нот знаю, а вот на рояле как Рахманинов, вот не получается у меня». Вот то же самое и с производством кваса, с производством пива безалкогольного, конечно же. Технология подразумевает владение ею. То есть, умение пользоваться ей уже… Вот на кончиках пальцев у людей должно быть ощущение продукта, вот тогда что-то будет получаться.
Я. Розова
―
Про сорта, и где попробовать. В Москве, я знаю место.
В. Маматов
―
Ну да, это бар, кончено же на Маросейке 15, где продукция «Вятича» в полном ассортименте. И одна из самых крупных, и самая не крупная торговая сеть всё-таки смилостивилась, пустила «Вятский квас» по всей стране, он есть, он называется «Традиционный», и он есть только у них, вот там можно попробовать. Квас с вендинговых аппаратах, и в «Яндекс еде» можно заказать, они доставят. Вот к сожалению, мы пока скованы по рукам и ногам тем, что торговые сети, они не заинтересованы в отечественном производителе вообще. То есть, им никакие бонусы от того, что они размещают нас, не прилетает, им что мы есть…
Я. Розова
―
Не интересны вы им.
В. Маматов
―
Что мы есть, что мы нету, то есть заработок такой же, а в то же самое время транснациональные компании, они совершенно открыто покупают у них полки, покупают у них места. Ну, делается это очень просто, они допустим платят по бумагам… Формально это за маркетинговые исследования. Или они у них покупают рекламу в таком количестве внутри магазина допустим, в таких объемах, которых мы конечно не можем потянуть. Я рассказывал это… Потрясающие вот эти американские (неразборчиво), американские компании. Потрясающие ребята, у них есть акции на бирже, есть совет директоров, есть отчетность, их волнует доля рынка. А убыток 100 миллионов, 500 миллионов, ну Бог с ним, какая разница, они так готовы работать десятилетиями, мы не можем.
Я. Розова
―
А вы когда-нибудь встречались с ними, разговаривали?
В. Маматов
―
Конечно, конечно. Более того, я… Когда разговор шел о том, чтобы поставить «Вятский квас» в «Макдоналдс»…
Я. Розова
―
Зря вы это сказали.
В. Маматов
―
Ну не страшно, ладно, В крупнейшую фаст-фудную сеть. Я даже добрался до директоров этой сети, и переговорил с ними. А американский директор мне на свеем не плохом английском, американском правда объяснил, что: «Спасибо (неразборчиво) что ты пришел к нам со своим квасом, мы тебя выслушали, но пока белый Сагиб не готов принять твое предложение, мы будем его рассматривать». А другой директор он россиянин с фамилией Хасбулатов, он объяснил, что: «Слушай, ну если один человек попросит, мы поставим». Он имел в виду естественно одного человека, который уже один раз помог с «Вятским квасом». Ну на самом деле, в вопросе постановки «Вятского кваса» в сети фаст-фудные, у нас опять надежда только на этого человека. Ну, может быть…
Я. Розова
―
Нет, там приятное… Там интересное было объяснение, а вы сироп поставляете? И вы развели руками, потому что сказали, что никакого сиропа…
В. Маматов
―
Ну, это бред… Они хотят концентрат. Нет, этот разговор был 15-го или 16-го года, ещё не с директорами, а с топ-менеджерами. Она говорит да, да, интересно, ну давай, вот хорошо, ты можешь поставить концентрат? То есть, они даже не понимают разницу между продуктом брожения и сладкой газировкой, которую они продают. Там да, там концентрат, там ничего живого нет.
Я. Розова
―
Прощаемся, спасибо.
В. Маматов
―
Всё, Яночка, удачи, удачи, всего доброго.