Волшебная гора: Секрет популярности Альбины Сексовой - Артемий Троицкий, Альбина Сексова, Александр Ионов - Интервью - 2021-03-15
Т. Троянская
―
Это программа «Волшебная гора», меня зовут Татьяна Троянская и я приветствую гостей. Сначала в нашей студии: напротив меня певица Альбина Сексова. Альбина, добрый день.
А. Сексова
―
Добрый день.
Т. Троянская
―
Александр Ионов также у нас в студии, продюсер и создатель петербургского клуба «Ионотека». Александр, добрый день.
А. Ионов
―
Добрый день, здравствуйте.
Т. Троянская
―
И по Zoom у нас Артемий Троицкий, журналист, музыкальный критик. Артемий, добрый день.
А. Троицкий
―
Привет.
Т. Троянская
―
Будем разбираться сегодня в секрете популярности Альбины Сексовой. Надо сказать, когда я спросила Александра, как представить Альбину, он сказал: «Звезда и королева русского андеграунда, легендарная дива современной параллельной эстрады». У меня вопрос к Артемию — а как бы вы представили Альбину?
А. Троицкий
―
Я думаю, что все эти эпитеты, которые только что прозвучали, в общем-то вполне уместны. Альбина Сексова на самом деле звезда российского андеграунда, в первую очередь, петербургского. Ну и вообще, значительное, я бы сказал, хотя и не вполне типичное явление современной российской культуры. Кстати говоря, явление, имеющее глубокие исторические традиционные корни.
Т. Троянская
―
Про корни мы наверняка ещё поговорим. Но Альбина, сколько лет назад вы начали петь? Это же 10 лет!
А. Сексова
―
Уже 11.
Т. Троянская
―
Уже 11 лет. Но популярность случилась совсем недавно, да?
А. Сексова
―
Нет, у нас сначала выстрелил небольшой альбом в количестве 50 экземпляров, это было начало пути, 2010 год. Это всё в Санкт-Петербурге, естественно, случилось. И я стала выступать, давать кратенькие выступления сначала, это не были большие концерты. Меня стали приглашать знакомые, друзья, появляться фанаты. Вот так росло, росло, как ком. А потом, в 2016 году уже, появился альбом «Золотые хиты», потому что я познакомилась с очень хорошим, талантливым музыкантом. Он сам из Лебедяни, мы познакомились в Питере в гостях у знакомых и решили вместе поработать. Я дала ему тексты и закрутилось. На основе старых хитов он сделал музыку получше, качество улучшилось и так далее. Потому что поначалу со мной работали тоже такие… самородки.
А. Ионов
―
Я хочу добавить, что взлёт популярности Альбины напрямую связан с развитием социальных сетей в России. Если в 2010 не у всех был Instagram, не было TikTok, то сейчас любой школьник в 11 классе — а музыку во всём мире слушают именно школьники, вспомните Beatles и кричащих фанаток…
Т. Троянская
―
То есть, неважно, о чём музыка?
А. Ионов
―
Конечно, важно. Но техническая поддержка огромная. У каждого молодого фаната в кармане есть прибор — телефон, по которому он может посмотреть маленький ролик Альбины и, конечно, это, как снежный ком, по всей России распространяется.
Т. Троянская
―
Знаете, я не уверена, что все, кто нас слышит (кстати, нас можно ещё и видеть на YouTube, подключайтесь, здесь можно общаться и задавать вопросы), слышали Альбину и предлагаю сейчас послушать одну из песен. Сложно было найти песню без нецензурной лексики.
А. Ионов
―
Это трек с последнего альбома. Я, как продюсер, специально попросил сделать несколько треков без ненормативной лирики. Это весёлая шуточная весенняя песня про котиков.ПЕСНЯ
Т. Троянская
―
Песня про котиков из последнего альбома Альбины Сексовой, и сейчас я хочу обратиться к Артемию. Давайте про корни, откуда они?
А. Троицкий
―
Для начала я хотел бы сказать, что мы, конечно, попали в довольно тяжёлую ситуацию. Потому что, скажем, вот эта песня котики – она ни о чём, это не то, что адекватно характеризует творчество Альбины Сексовой. То, что, напротив, могло бы открыть глаза слушателям «Эха Петербурга» на Альбину Сексову — это песни, которые в эфир давать нельзя. Я уверен, что 99% слушателей «Эха Петербурга» (насколько я себе представляю в целом возрастной и образовательный ценз этого контингента) не знают и даже никогда не слышали про Альбину Сексову. Послушав песни про котиков, они решат, что это какая-то детская, подростковая штука, что-нибудь из области Ольги Бузовой или рэпера Моргенштерна, что-то для 13-14-15-летних. В меру неприличное, при этом сугубо безобидное и подростковое.На самом деле всё не так. Альбине Сексовой, насколько мне известно, лет уже довольно много, далеко за 50, скажем так. Мы с ней общались один раз и было это довольно давно, на заре её творческой карьеры. Поскольку я дружу с её друзьями, скажем, с нашей известной подпольной поэтессой Наташей Романовой и её мужем Гришей Ющенко, или с Пахомом, нашим московским фриком. Она из этой же компании, такой закалённой старой, можно сказать даже «экс-советской» питерской богемы. И вся история Альбины Сексовой — абсолютно не подростковая.
То, что она стала, как сказал Александр Ионов, популярным хитовым исполнителем, королевой андеграунда и так далее, в первую очередь заслуга самого Александра Ионова. Он хитрый малый, раскрутил уже некоторое количество других занятных исполнителей, типа Гречки. Ну и слава богу. Я очень рад, что в число его клиентов вола и Альбина Сексова. Но это явление гораздо более серьёзное на мой взгляд. Тут я уже перехожу к ответу на ваш вопрос, если говорить про корни.
Если копать совсем глубоко, то в России имеется многовековая, а может даже и тысячелетняя традиция юродивых. Это странные эстрадные люди, сами знаете, что это такое. На мой взгляд, лучший юродивый — это персонаж Ролана Быкова из кинофильма Андрея Тарковского «Андрей Рублёв». Естественно, вы помните сцену с юродивыми, которые были абсолютными маргиналами и при этом блаженными. Они могли ходить абсолютно голыми, ругались, никого не жалели, материли, наезжали на всех, включая бояр и царей. Но при этом люди их уважали, именно за эту их отчаянность, полную, абсолютную фриковость. И Альбина Сексова как раз продолжает эту традицию, с одной стороны.
С другой стороны, если мы посмотрим на какие-то более современные аналоги, то Питер всегда славился, скажем так, эпатирующими богемианцами. Это мог быть Барков, это мог быть коллективный Козьма Прутков; если говорить о ХХ веке — это обэриуты, Даниил Хармс и так далее. То есть, традиция такого маргинального дендизма, замешанного на похабстве и социальной сатире тоже — это питерская история. Замечу, именно питерская, потому что в Москве этого нет. Точно также, как слово стёб и вообще само понятие стёба, это питерское слово, питерская школа. В Москве не было таких людей, как Сергей Курёхин или Владик Мамышев-Монро.
Т. Троянская
―
Но у вас был Лаэртский, он же москвич.
А. Ионов
―
А как же перформансы Петра Мамонова?
А. Троицкий
―
Пётр Мамонов мой старинный друг, в группе «Звуки Му» я играл и потом ещё был солистом группы «ОтЗвуки Му». Да, в принципе, это в ту же сторону. Но Пётр Мамонов — именно типичный юродивый, стёба в нём практически нет, в отличие, скажем, от того же Курёхина или Мамышева-Монро.
Т. Троянская
―
А Лаэртский?
А. Троицкий
―
Я вообще не поклонник Лаэртского, честно говоря. Не того масштаба фигура, как мне, по крайней мере, представляется. Так вот, если говорить о корнях песенного творчества Альбины Сексовой, то можно там откопать множество всяких благородных и значительных фигур. Кстати, не так давно вышла отличная питерская книга на эту тему, «Шизореволюция» Андрея Хлобыстина, там можно и про похабов, и про денди питерских очень много всего занимательного прочесть.
Т. Троянская
―
Альбина, а как вам оценка и сравнение Артемия, она вам льстит, или наоборот, вы не вполне согласны с этим?
А. Сексова
―
Я сейчас впервые слушала такое мнение. На самом деле я себя ни с кем не отождествляю и всем понятно, что это всего-навсего моя роль на сцене, в жизни я другой человек, но сейчас не об этом. Все эти роли, образы, появляются из нашей жизни, и я считаю себя больше лирическим образом.
Т. Троянская
―
В жизни?
А. Сексова
―
И на сцене. Я более мягкий образ вообще-то. Нужно бывать на моих концертах. Мне кажется, Артемий не был ни на одном моём концерте, а только слушает записи и всё.
А. Троицкий
―
Я подтверждаю. Я на самом деле ни на одном концерте Альбины Сексовой не был. Но может быть, это и к лучшему.
А. Ионов
―
Есть видеозаписи, если что.
Т. Троянская
―
Можно отправить.
А. Сексова
―
Вообще есть записи концертов, да, перформансы наши на все эти песни и так далее. И если говорить о песнях, то я могу рассказать конкретно. Появляются социальные тексты — «Пенсия», например. Почему молодёжь приходит на концерты? Они знают, что придёт когда-нибудь старость, и начнётся скучная нудная жизнь, бытовуха. Сейчас они развлекаются, но понимают, что и они будут старыми, правильно?
Т. Троянская
―
Вы считаете, они задумываются?
А. Сексова
―
Я думаю, очень, потому что когда собирали подписи против пенсионной реформы, то очень много в этом участвовало молодёжи. Потому что это их будущее. И когда они знают, что у них потом может быть скудная жизнь под старость, они приходят на концерт и согласны подпевать мне под этот трек, и это даже любимый их трек, они его заказывают и просят: «”Пенсия”, ”Пенсия”, исполни, пожалуйста!» Вот это удивительно, потому что это для них не всё равно и очень важно.
Т. Троянская
―
Хорошо. «Пенсия», допустим — это понятно. А вот есть ещё песня, которая называется… «Пенис таджика», скажем так. То, о чём вы поёте — это же для 12-летних какая-то непонятная параллельная реальность.
А. Сексова
―
Но она же не писалась для 12-летних.
Т. Троянская
―
А слушают-то…?
А. Сексова
―
А это уже от меня не зависит. Всё, что происходит вокруг, эта популярность и так далее — в этом я не участвую. Я думаю, что эта песня прежде всего шуточная, это собирательный образ наших приезжих — таджиков, узбеков. То, что я где-то наблюдаю: хожу в магазины, они живут в нашем городе, их дети учатся в наших школах. И моё отношение здесь совершенно не по национальным признакам, что вот такой вот тупой узбек или таджик. А просто описывается в юмористической форме их поведение, как они ведут себя с женщинами здесь и так далее. Это жизненные наблюдения.
Т. Троянская
―
Вы сказали: «Я наблюдаю». Это значит, что тексты ваши? Кто пишет тексты для Альбины Сексовой?
А. Сексова
―
Тексты… У нас, если честно, группа, я не одна. И они складываются, можно сказать, всё равно от меня.
А. Ионов
―
Это коллективное творчество анонимной группы андеграундных поэтов.
А. Сексова
―
Некоторые хотят остаться в тени, понимаете. Я вот на поверхности. Понятно, что со мной работает, естественно, коллектив. Он не огромный, конечно же, а просто близкие друзья, и все довольно-таки творческие талантливые люди.
Т. Троянская
―
Альбина, когда вы начинали, вы сказали, что приходили друзья слушали. А это были взрослые друзья? Сейчас уже понятно — когда вы выступаете в «Ионотеке», там молодёжь. А вот начинали это взрослые люди, или всегда вас слушали молодые?
А. Сексова
―
Нет, собирались писатели, поэты взрослые.
Т. Троянская
―
То есть, питерская интеллигенция, богема.
А. Сексова
―
Не знаю, богема, не богема — но они даже известные были дяди и тёти. Я же с детства дружу с поэтами, так вот у нас и идёт дружба до сих пор, кто не помер. Кто жив, мы так же и общаемся с 18-19 лет. Много их, как собак нерезаных. Не перечесть даже, с кем я дружу.
Т. Троянская
―
Артемий, а как вам кажется, в Москве Альбина могла бы так же развернуться, как в Питере? Поскольку вы сказали, что это чисто питерское явление.
А. Троицкий
―
Нет, очень многие питерские артисты, в том числе и те, кого я называл, и поэты, и музыканты, и перформансисты и так далее в Москве прославились тоже. Скажем, тот же Владик Мамышев вообще из Петербурга уехал, в конце концов.
А. Сексова
―
Кстати, я их всех помню, и Мамышева.
А. Троицкий
―
К тому же, в Москве есть… Не назову их артистами, деятели, скажем так, потому что «артисты» было бы слишком узко, которых можно каким-то образом сравнить с Альбиной Сексовой. Но я думаю, в первую очередь это Пахом, разумеется, с которым, как мне кажется, Альбина должна быть знакома. Я в своё время даже выпустил два или три его альбома. Так что я думаю, что конечно же, и в Москве, да и вообще повсюду в России Альбина Сексова может иметь успех. Да и я думаю, что уже имеет, если говорить, скажем, о каких-то скачиваниях, кликах в интернете и так далее. Это связано в первую очередь с тем, что в общем-то Альбина поёт откровенно о том, о чём практически никто кроме неё петь не берётся. И это, конечно, очень привлекает людей, особенно людей молодых, и так достаточно радикально настроенных.
А. Сексова
―
Им важно, что кто-то об этом спел и сказал. О свободе.
А. Троицкий
―
Да, этот радикализм необязательно политический. Это радикализм экзистенциальный, я бы употребил громкое слово. Потому что, естественно, вся наша попса, вся эта Лобода и так далее — это опять же всё о сексе, но при этом секс-то там загримированный, завуалированный, загламуренный и так далее. И это скучно, потому что в этом есть огромная доля фальши. В песнях Альбины Сексовой фальши очень мало. Мне, кстати говоря, не понравился её последний альбом под названием «Киска».
А. Сексова
―
Я расскажу, почему он появился.
А. Троицкий
―
Это такая EP-шка, и мне показалось, что тут явно компромиссный, опопсовленный альбом и в плане текстов, и в плане музыки. Мне показалось, что это не то, что на самом деле имело бы какой-то смысл. Может быть, для 12-летних это действительно то, что надо. Но для людей, которые привыкли смотреть на это как нечто более серьёзное, я считаю, что это большой шаг назад. Но предыдущий её альбом «Королева Тик Тока» — там уже всё в порядке. И опять же, имея в виду то, что слушатели «Эха Петербурга» не знают продукцию Альбины Сексовой, если говорить о песнях насчёт таджиков и так далее — тут надо сразу сказать, что это совершенно не песни с каким-то ксенофобским или расистским уклоном, наоборот. Её самая известная песня по поводу хачей…
Т. Троянская
―
Артемий, мы сейчас перейдём на Youtube-трансляцию, поскольку у нас московские новости. Оставайтесь с нами.НОВОСТИ
Т. Троянская
―
Мы вернулись в эфир, и я рекомендую всем, кто нас слушает в аудиоформате, потом посмотреть на Youtube, потому что Альбина как раз рассказала о новом альбоме — что это ещё одна грань Альбины Сексовой, она может быть и вот такая «Киска». Артемий, скажите, Альбина Сексова — это всё-таки явление культурное или социальное, на ваш взгляд?
А. Троицкий
―
Я думаю, что это в большей степени культурное явление, нежели социальное. Кстати, по поводу альбома «Киска» могу сказать, что меня как раз совершенно не смущает то, что нет каких-то мрачных песен на социальные или политические темы. Абсолютно нет. Я считаю, что это не самая сильная сторона Альбины Сексовой.Если выбирать между социальным и сексуальным, то второе у неё получается значительно лучше. Более того, в этом она намного, скажем так, уникальнее, потому что каких-то и писателей, и поэтов, и рокеров, и рэперов, которые поют мрачнейшие песни с социальными и политическими комментариями, огромное количество. Начиная с ветеранов типа того же Шевчука и Гребенщикова и кончая всякими юными рэперами и группами типа «Порнофильмы», «Дайте танк (!)» и так далее. Социального у нас полно, и это, кстати, очень убедительно всё звучит.
А вот о сексе у нас практически никто, называя вещи своими именами, не поёт. И в этом смысле я считаю, что Альбина Сексова хороша, и она скорее представляет собой, на мой взгляд, явление культурное. Но явление примерно того же порядка, что проза Купряшиной или поэзия Наташи Романовой. Это такая мощная, предельно откровенная женская история. И этим она интересна для меня, по крайней мере, в первую очередь. Причём история как бы высказанная на тех уровнях откровенности, которые обычно мы не замечаем. Имеется у нас ещё одна такая очень женская артистка, недавно тоже у неё вышел альбом, по имени Земфира. Тоже абсолютно женская лирика, мужчине её переживания, как мне кажется, не особо близки. Но у неё это всё на сугубо эстетском уровне. У Альбины Сексовой это всё идёт на уровне практически физиологическом.
Т. Троянская
―
То есть, боль Земфиры, вы считаете, не совсем искренняя?
А. Троицкий
―
Нет, я не говорю о том, что она неискренняя. Я говорю, что кому-то это близко, кому-то нет. Вот я честно говорю, что мне это не близко. Я не чувствую никакой эмпатии, слушая песни о терзаниях Земфиры. Кому-то это лучше понятно, чем мне. Но, слава богу, Земфира и моложе меня на 20 лет, и пола другого. Так что мне как 65-летнему мужчине эти переживания не близки. Я не могу сказать, что они мне не интересны. Интересны, она хороший поэт, и я считаю, что послушать её всегда полезно. Но опять же, есть случаи, когда лирика тебя захватывает и ты себя с ней полностью ассоциируешь. А есть случаи, когда ты смотришь на это сугубо со стороны. Вот у меня с Земфирой именно такая история.
Т. Троянская
―
Вы так легко сравнили Земфиру и Альбину. Это же, мне кажется, немножко другие, разные планеты?
А. Сексова
―
Это разные планеты, да.
А. Троицкий
―
Нет, мы все живём на одной планете. Мы все люди.
А. Сексова
―
Это понятно, один дом. Но я хочу сказать, в чём ещё успех у молодёжи. Например, песня о соседке в коммуналке. Все когда-то бывали в коммуналках, живут в них до сих пор или рассказывают какие-то истории про коммуналки. И вот эта соседка — тоже комический собирательный образ, он очень жизненный, люди узнают. Это не значит, что это напрямую о какой-то конкретной женщине было написано. Это собрано из разных историй: «Мою новую дублёнку подпалила на огне, карбофосом, дихлофосом мне набрызгала под дверь». Это разные истории людей. И когда молодёжь приходит на концерт, она приходит поржать и узнаёт какие-то события, связанные с такими коммуналками. Я по молодости даже умышленно поселилась в коммуналке, и у нас там был молодёжный коллектив, и там все творили, писали, рисовали.
Т. Троянская
―
Видимо, начинающие поэты и художники.
А. Сексова
―
Да-да-да. С ними я до сих пор дружна. У нас была коммуна, мы там даже готовили совместно по очереди и так далее, собирались поэтические вечера. Но я к чему хочу сказать. У меня у самой не было никогда коммуналки, я жила всегда в отдельной квартире, но мне почему-то захотелось это всё прочувствовать, понимаете. Я специально завела себе мастерскую, сняла её у одного поэта, Владимира Кучерявкина, и он жил за городом, а я — в его коммуналке. Вот поэтому эти наблюдения, кто там жил и так далее, всё это у меня осталось в памяти.
Т. Троянская
―
Здесь, кстати, вам Москва признаётся в любви и спрашивает, почему вы такая скромная? Несостыковка вашего образа на сцене и в студии.
А. Сексова
―
Я хочу сказать, что Альбина Сексова — это прежде всего роль, образ. Я себя должна разграничивать. Я-то в жизни другой человек, это всего-навсего роль, которую я играю. Это должно быть понятно. Опасно, когда себя начинаешь отожествлять с тем человеком, которого играешь на сцене. Когда выходишь в магазин, то тебе нужно как будто бы продолжать играть эту роль даже в жизни. И это опасно — отождествлять себя с наркоманкой, пьяницей…
Т. Троянская
―
Вам неприятно, когда вас та же молодёжь… Ведь она же не задумывается.
А. Сексова
―
Она меня очень любит и обожает.
Т. Троянская
―
То есть, она разграничивает образ ваш и вашей героини?
А. Сексова
―
Мне кажется, сейчас вопрос задан тем человеком, который как раз не очень это понимает. Актёры, которые играют в театре, в жизни другие люди.
Т. Троянская
―
Актёры да. Но вы всё-таки представитель, скажем, эстрады.
А. Сексова
―
Ну и что? Я же в жизни художник и совсем другой человек.
А. Троицкий
―
Извините ради бога, можно, я скажу словечко? Я бы хотел Альбину в этом деле поддержать. Я потому и сказал, что это скорее явление культурное, а не социальное. И это явление очень литературное, помимо всего прочего. Вот сейчас меня осенило, кто является своего рода аналогом Альбины Сексовой — это величайшая, на мой взгляд, писательница и драматург из всех, что в России живут сейчас, Людмила Петрушевская. Естественно, никто не ассоциирует Людмилу Стефановну со всеми её героями. Такая же история с Альбиной Сексовой. Это очень похожие вещи.
Т. Троянская
―
Но Петрушевская в жизни достаточно фриковатая. Я сейчас под словом «фрик» подразумеваю всё прекрасное, что есть. Она же безумна в жизни тоже, в хорошем смысле этого слова.
А. Троицкий
―
Нет. Мы с Люсей дружим очень близко. Я могу сказать, что если не считать манеры одеваться и её безумных шляпок, она себя в жизни ведёт совершенно нормально. Она не какой-то безумец, не блаженная, не юродивая. Она очень спокойная, интеллигентная женщина. Да, приодеться она любит, но во всём остальном никаких выкидонов.
А. Сексова
―
Я не хожу по улице в эротических костюмах, колготках в сеточку и так далее.
А. Ионов
―
Но, конечно, фанаты путают иногда и пишут письма, предлагают чёрт знает что онлайн Альбине, не понимают, не разграничивают образы.
Т. Троянская
―
Вот я о чём и говорю. Александр, а хочется, чтобы Альбина вышла уже за пределы «Ионотеки» и, может быть, собирала большие залы?
А. Ионов
―
Ну конечно, мечта любого продюсера — чтобы массовым стало.
Т. Троянская
―
А это возможно?
А. Ионов
―
Я думаю, да. У нас в стране, где Сергей Шнуров осуществил невозможное, где он собирал стадионы с такой ненормативной лирикой… Крепкое словцо может прийти очень по душе народу. Но тут нужно как-то лавировать и иногда убирать ненормативную лирику.
Т. Троянская
―
Для того, чтобы ротироваться на радио.
А. Ионов
―
Да. Собственно, этот альбом в том числе был задуман для радио. И мы здесь. То есть, что-то удалось. У нас скакнули цифры скачивания онлайн, нам позвонили с «Дорожного радио» и сказали: «Хорошо бы у вас какой-нибудь трек, но мы не можем сыграть».
Т. Троянская
―
С запикиванием!
А. Ионов
―
Ну, удачи им с этим.
Т. Троянская
―
К сожалению, у нас уже совсем не осталось времени.
А. Сексова
―
Очень жаль.
Т. Троянская
―
У нас на связи был Артемий Троицкий, журналист и музыкальный критик. Альбина Сексова, звезда параллельной эстрады. И Александр Ионов, продюсер и создатель петербургского клуба «Ионотека». Спасибо и удачи.
А. Ионов
―
Спасибо всем.