Мегаполис - Оксана Кравцова - Интервью - 2021-03-04

Добрый день, уважаемые радиослушатели! Меня зовут Оксана Кравцова, и мы продолжаем цикл передач об исторических зданиях в центре Петербурга. Сегодня поговорим о таком важном вопросе как ответственность девелопера перед горожанами. Охранное законодательство в нашем городе одно из самых строгих в мире. Но как быть, если здание находится в упадке и продолжает разрушаться? В связи с этим, допустимо ли девелоперам вмешиваться? Ведь зданий, находящихся в не лучшем виде сегодня в центре Петербурга несколько сотен, большинство из которых – жилые. Как правило девелоперы пытаются приспособить такие строения под современное использование: разместить в них квартиры, апартаменты, рестораны или общественные пространства. Однако зачастую такой подход критикуется общественностью. Поэтому здесь четко нужно провести границу того, что мы понимаем под «вмешательством». Если историческое здание находится в собственности частной компании, которая строго выполняет возложенные на нее охранные обязательства и которая также, как и любой петербуржец, хочет сохранить дом-памятник для потомков, то что в этом плохого? Допустимо ли менять функциональное назначение исторического здания при сохранении внешних архитектурных элементов? Если взглянуть на историю, то мы увидим, что функции большинства построек в нашем городе менялись за более чем 300 лет не единожды. Восхитительный музей «Фаберже» сегодня расположен в отреставрированном здании дворца Нарышкиных-Шуваловых, ресторан и культурное пространство «Бенуа 1890» находится там, где в начале XX века была молочная ферма, а на месте американского консульства в доме Зингера после революции был открыт Дом книги. Правда, встречались и исключения. Например, один из первых в России кинотеатров на Невском проспекте функционировал почти 100 лет. Но именно сегодня этот функционал является главным минусом помещений: без окон и специальной конфигурацией залов продать их в частные руки практически нереально. Особняком в этом списке стоят доходные дома, где квартиры сдавались в аренду и которые стали уникальным символом Петербурга. Как правило, такие постройки принадлежали частным лицам – купцам и представителям аристократии. И если бы арендатор захотел приобрести квартиру в собственность – это было невозможно по законодательству того времени. Доходные дома всегда были жилыми и не потеряли своего назначения и сегодня – после революции «барские» квартиры были превращены в «коммуналки». Есть примеры того, когда бывший доходный дом занимало государственное предприятие или институт. На мой взгляд, сегодня в Петербурге должно быть отреставрировано как можно больше доходных домов, а части из них можно вернуть жилую функцию. И законодательство должно стимулировать приход инвесторов на такие объекты.