Вятский квас - Владимир Маматов - Интервью - 2021-01-28
28.01.2021
Я. Розова
―
В студии Яна Розова, здравствуйте, на связи со мной Владимир Маматов, журналист.
В. Маматов
―
Да, скромный журналист из далекой деревни… Ну, как далекой, 1000 километров от Кирова, то есть от Москвы, естественно. Да, здравствуйте Яночка, очень приятно вас слышать снова.
Я. Розова
―
Из Кирова.
В. Маматов
―
Да.
Я. Розова
―
И снова будем говорить о «Вятском квасе».
В. Маматов
―
У нас нет другого пути в этой жизни, только «Вятский квас».
Я. Розова
―
Но есть новость, город Слободской, 30 километров от Кирова, недавно вы там побывали.
В. Маматов
―
Да, и побывал с двойной целью, с одной стороны это была такая ностальгическая, краеведческая поездка, потому что я очень давно не был в районах Кировской области, очень давно. То есть, я как-то эпизодически выезжал к родственникам жены, но это достаточно дальний северный район. Но это отдельная песня, это семейные посиделки, это как бы… Людей там очень мало, учитывая, что это поселок, находящийся еще в 16-ти километрах от райцентра, и там фактически кроме лесорубов и дальнобойщиков никого нет.
Я. Розова
―
И с «Вятским квасом» это никак не связано.
В. Маматов
―
Не связано. А вот сейчас мы съездили, практически я там был два дня, руководитель предприятия был там неделю, мы изображали одновременно торговых агентов, которые просто проводили фактический аудит, как работается людям на Земле. С чем они сталкиваются, в чем их проблемы, как это устроено, как их видят естественно окружающие, как к ним относятся, что происходит вообще в целом, в городе. Чрезвычайно интересные впечатления, я буквально на той неделе, как-то в разговоре по-моему с таксистом обратил внимание, что москвич, или ленинградец, ну петербуржец как я, да? Не представляет себе, абсолютно не представляет, он представляет по каким-то очень смешным фильмам, типа там Кончаловского, или там то что Дудь снимал недавно… Он примерно где-то, как-то представляет себе жизнь российской глубинки. Причем кстати, хочется отметить, город Слободской, куда мы ездили, да? Я ездил в первую очередь, это всего лишь 30 километров от Кирова. И этот город, это старинный, прекрасный, я очень его люблю именно как турист вот опять же, да? То есть, удивительно уютная атмосфера, купеческие дома, вот мягкие холмы, то есть, никаких этих обрывов, ничего. Настроение, вот зимой особенно ты в Слободской приезжаешь, настроение совершенно чудесное.
Я. Розова
―
А с «Вятским квасом» как это связано?
В. Маматов
―
Ну, с «Вятским квасом», потому что мы им активно торгуем. Потому что его много, его берут хорошо… Нет, с «Вятским квасом» проблемы как таковой нету.
Я. Розова
―
А я думала потому, что это родина Анфилатова.
В. Маматов
―
Совершенно правильно. То есть, я вот как раз начал… Дело в том, что я-то прекрасно знаю, что это родина Анфилатова, то есть купца, который начал торговать с Америкой, первым из российских кстати, купцов. То есть, не государственная организация…
Я. Розова
―
Вятскую рожь продавал.
В. Маматов
―
Да. Первые несколько судов уходили в Штаты, именно с Вятской рожью, из Санкт-Петербурга они шли, кстати. То есть, совершенно потрясающий человек, он основал первый в России не государственный коммерческий банк. То есть, первый в России... Причем, 30 километров от Вятки, от Кирова. То есть как, чего, как ему в голову то взбрело. Тем не менее, то есть, вот такие прекрасные дела...
Я. Розова
―
А Вятская рожь, это основа «Вятского кваса».
В. Маматов
―
Совершенно пра… Сразу мы, чтобы подхватим эту тему… Чем характерна Вятская рожь? Это как мантра у нас с вами, как заклинание, как не знаю, как символ веры. Потому, что Вятская озимая рожь, самая её главная особенность, то, что она вырастает в холодном климате, в зоне рискованного земледелия. И, благодаря этому, вот редкий случай, когда наши (неразборчиво) культуры бьют по всем статьям всё, что выращено в теплом климате, редчайший случай. Вот как «Вятский квас» бьет сладкую газировку, точно так же Вятская озимая рожь бьет рожь, которая у тебя выращена где-нибудь в Краснодаре. Почему? Потому, что из-за холода, Вятская озимая рожь вынуждена… Ну, так устроена жизнь, вынуждена извлекать из почвы на порядок больше микроэлементов, витаминов и полезных веществ, чем она это сделает в теплом климате. 1Ей нужно выживать, она приспособилась, она использует по максимуму возможности. Уникальный совершенно сорт, предмет экспорта, и вот этот Анфилатов из города Слободского, где мы были, как раз начал торговать со Штатами в 1809 году это было, между прочим.
Я. Розова
―
А сейчас-то растет Вятская рожь там?
В. Маматов
―
Она растет, но не в самом Слободском.
Я. Розова
―
Ну, рядышком там.
В. Маматов
―
Да. Ну, три колхоза, которые в Кировской области, нам её поставляют, это отдельная песня. Но самое главное Слободское, совершенно вот потрясающая картина, это как сказать, вот мягкие какие-то выражения хочется подобрать. Это безысходность в глазах людей, как это не смешно. Это очень… Вот совершенно не рекламный кусочек, он вообще не рекламный, никак. То есть, маленькие зарплаты, отсутствие перспектив, абсо… Несколько заводов, которые были когда-то ну, гордостью Кировской области, да? Они закрыты. Работы нет в принципе, не видно её. Огромное количество объявлений сдается, аренда, сдается, аренда…
Я. Розова
―
Мне кажется, такая типичная для…
В. Маматов
―
Абсолютно верно. То есть, я еще раз говорю ни москвич, ни питерец, не представляет себе уровня жизни в глубинке. Дело в том, что когда ты приезжаешь туристом, ну вот как я например, да? Посмотреть, это одно. А теперь вот попытайтесь на секунду… Это не хорошее упражнение, такое не приятное, поставить себя на место человека, который там живет. Вот у него магазин, вот какая-то работа, ерундовая чаще всего, и полное отсутствие перспектив, и желание вырваться оттуда любой ценой. То есть то, что страна, я имею в виду Кировская область, она не развивалась эти годы, а только деградировала, это абсолютный факт. И мы, со своим вот этим прекрасным «Вятским квасом», со своей компанией Вятич, мы, конечно, там чувствовали себя вот чуть-чуть, чуть-чуть, чуть-чуть инопланетянами. По одной простой причине, то есть мы пытаемся внедрить вот… Мы добились на самом деле самое главное пожалуй. Мы с «Вятским квасом» добились абсолютно ясной, четкой, понятной технологии, и европейского качества. То есть, это уже ясно. Продукт, который мы выпускаем, он пёрфект. То есть я не скажу, что… Я не буду говорить, что это наилучший, там фантастический, прекрасный, это просто действительно качественный, хороший…
Я. Розова
―
Это вкусно.
В. Маматов
―
Это натуральный продукт, вот, в чём дело. У нас выкристаллизовывается потихонечку миссия компании, тут не надо торопиться, выдергивая растения из земли, помогать ему расти, это не надо делать, пусть само по себе. Так вот миссия, которая выкристаллизовывается, это по-настоящему натуральные напитки.
Я. Розова
―
Ну, «Вятский квас» всегда был натуральным напитком.
В. Маматов
―
Конечно, но мы всё, что мы будем делать, вот как бы мы не делали, чем бы мы не занимались, это будет натуральное. Всё.
Я. Розова
―
Тогда о планах, давайте.
В. Маматов
―
Давайте о планах. Ну, вот со Слободским все-таки это впечатление я закончу. Вот, и мы чувствовали себя немножко инопланетянами потому, что мы внедряем как бы стандарты… Абсолютно европейские стандарты: и поведение людей, и отношение к работе, и качество. А сталкиваемся с тем, что окружающие, они живут по каким-то другим вещам, у них абсолютно на уровне подножного корма, да? И это… Вот это действительно резкое впечатление, и у нас всё время возникал вопрос на тему того, а что же фактически вот несет «Вятский квас», ну, за исключением вкуса, за исключением качества, за исключе… Мы несем на самом деле понимание того, что такое технологически правильные вещи. То есть, продукт, который сделан так, и сделан вот с таким отношением к людям, что абсолютно за него не стыдно, приятно его выпускать, приятно его рекламировать, это хорошо. Вот с этим настроением, вот самое главное то, чего очень многие не понимают. Одно место, рабочее место в квасоварении, в пивоварении, это шесть смежных рабочих мест. И не упущу этого случая, я думаю, что и слушателям это будет забавно услышать. Вот Яна, как вы думаете, сколько стоит создать одно рабочее место?
Я. Розова
―
Я не знаю, ну совсем не знаю.
В. Маматов
―
Ну навскидку, ну примерно, ну вот первая мысль.Я. Розова
―
Ну, зависит же от производства, это очень знаете, такой…
В. Маматов
―
Да, ну Ян…
Я. Розова
―
Не корректный вопрос. Хорошо, возьмем 50 тысяч рублей.
В. Маматов
―
Яночка, да, значок в конце поменяйте, рубли на доллары.
Я. Розова
―
Ага, понятно.
В. Маматов
―
Да, и всё будет абсолютно правильно. Дело в том, что создание низко технологичного рабочего места – 20 тысяч, высокотехнологичного – от 100.
Я. Розова
―
Долларов, не рублей.
В. Маматов
―
Да, естественно. То есть, для того, чтобы создать огромной количество мест, чтобы занять людей, а у нас проблемы то все эти протесты, волнения, и так далее. Одна, у людей нету работы. Настоящей работы у людей нет, у них нет предприятий, нет заводов. Там, где действительно у тебя есть достойные условия труда. Ну, это уже политическая дискуссия.
Я. Розова
―
Ну подождите, вы туда ездили с возможностью… Рассматривали вопрос о строительстве завода, или что?
В. Маматов
―
Нет, нет, нет, завод у нас прекрасно совершенно обеспечивает потребности Кировской области, я надеюсь, что он сможет обеспечивать и потребности всей России в итоге. Ну, мы построим еще парочку для того, чтобы это состоялось. Но мы хотели просто посмотреть реально, вот с чем мы идем, как нас встречают, вот почувствовать до конца, да? Мы это поняли, почувствовали, сделали выводы. Совершенно прекрасная поездка, с одной стороны она очень печальна, потому что мы увидели фантастические совершенно здания старого пивоваренного завода заброшенного, на берегу Вятки стоит. Это еще Александров, у которого начинал работать основатель завода Вятич – Шнейдер. Гигантские трубы, с потрясающими вот этими чугунными флюгерами…
Я. Розова
―
Разрушается, наверное, да?
В. Маматов
―
Купцы… Представляете, без подъемных кранов, без механизмов, шестиэтажные кирпичные здания, вот с этой…
Я. Розова
―
Это я всё поняла, в фонд музею, когда откроется.
В. Маматов
―
Ну, там всё такое, там такое количество вещей, такое… Если бы это было туристическим… Ну, ладно.
Я. Розова
―
Фонд музея… Я имею в виду, фонд музея завода «Вятич».
В. Маматов
―
Ну, дай то Бог, посмотрим. Лучше бы там построили какое-нибудь винокуренное производство, делали бы там виски какое-нибудь…
Я. Розова
―
Давайте к планам перейдем, а то у нас эфир закончится.
В. Маматов
―
Ну, планы у нас простые, мы во-первых будем выпускать нишевые продукты, мы начали с ягодных квасов, да? То есть… И вот ситуация, которую я не уста… Да, она с одной стороны смешит, с другой стороны бесит, с третьей ты понимаешь, что вот так устроена жизнь. Потому, что ты приходишь, вот ты выпускаешь ягодный квас… Мы говорили, что в составе у нас действительно экстракт смородины, который мы покупаем… Уберем матерную фразу длинную, мы покупаем этот экстракт в Бельгии, в Бельгии, Карл!
Я. Розова
―
И самолетом доставляется вот…
В. Маматов
―
Нет, это бочки всё равно, это экстракт. Так вот, мы покупаем это в Бельгии, везем сюда, и не… У нас нет в России производств экстракта из смородины, нету в принципе. И в Бельгии это выгодно. Но это часть истории, очень смешная такая, вот демонстрирующая экономическую ситуацию в стране, в очередной раз, и наши проблемы в очередной раз, а с этим прекрасным квасом на смородине, который любят дети, который нравится подросткам, который шерят, как они говорят везде, где только можно эти фотографии где купить, где купить? Окей, мы идем с предложением к торговой сети. Вот во время пандемии, Яндекс-доставка этого смородинного кваса прыгнула там раз в 10, по-моему. То есть по Яндекс-доставке там лавина заказов.
Я. Розова
―
Нарасхват, да?
В. Маматов
―
Нарасхват. Так я вам как-то в редакцию отправлял, по-моему людям понравилось. Так вот, он действительно вкусный. То есть, вот мне к сожалению нельзя сахара, но все, кто любит сахарные штуки, вообще они в восторге. Ну, там гораздо меньше, чем в очень известной иностранной газировке, гораздо меньше, то есть поэтому более щадящая, абсолютно вещь. Но при этом, ты приходишь с данными Яндекс-еды в торговую сеть… Ну, не будем называть, мы же не имеем право это делать, да? По законам РФ.
Я. Розова
―
Да.
В. Маматов
―
Вот, мы приходим в торговую сеть, они говорят а чего это данные ваши это вот… Вот это как это, чего… Это Яндекс, это вот еда какая-то доставка. А вы покажите продажи в сети. Говорим подождите, у вас же сеть. Нет, так вы нам когда покажете продажи в нашей сети, мы тогда у вас возьмем. Вот это заставляет… Ну, какой-то когнитивный диссонанс.
Я. Розова
―
Слушайте, а вот это такая политика руководства сети, или каждого отдельного директора, представляющего сеть?
В. Маматов
―
Нет, ни в коем случае, это безусловно политика сетей. И сети, вот анекдот в чём? Мы сотрудничаем с ними, мы вынуждены это делать, у нас нет никакого выхода. Потому, что доставить наш прекрасный продукт «Вятский квас»… Доставить потребителю по стране, минуя торговые сети, мы не можем, просто не можем, физически это не возможно никак. И при этом, торговые сети – наш злейший противник просто. Потому, что они делают всё для того, чтобы и просто извлекать прибыль, всеми возможными способами. А ребята, которые производят суррогатные, на мой взгляд, продукты… Подделки под квас, подделки под пиво, без разницы, подо что. Ну, это мы много раз говорили о том, что любой из этих продуктов, это результат технологии. Как только ты их технологии выдергиваешь… Это кстати касается любого момента: политики, обучению языку… Не знаю, любой вещи. Медицины, всё что хочешь, возьми. Как только ты из технологии выдергиваешь пару звений, и такой лепишь на коленке массовый продукт, он вроде бы ну, делает что-то похожее. Ну похожее, да? Но реального эффекта, на который рассчитаны технологии, ты не получишь никогда, это не серьезный разговор. То есть, ты получишь суррогат. Суррогат, как результат. Ты суррогатом потчуешь людей, и суррогат на… Вот это то, что касается так называемого экспресс-пива, то что касается ребят, которые пишут: квас, ну там живого брожения… Ну, ты смотришь состав, и там возникают вопросы. Так вот они, благодаря удивительной дешевизне продукта, и самое главное доступу, это же иностранные компании. Это Норвегия, Швеция, это Германия. Германия в меньшей степени кстати, их очень не много, а вот Соединенные Штаты… Очень, очень, очень большой кусок российского рынка занимают они сейчас. Так вот, они, благодаря доступу к очень дешевым деньгам, чрезвычайно дешевым, и благодаря гигантским бюджетам, и благодаря тому, что им не надо отчитываться за долю прибыли. Ну, она может упасть по России, они могут эту песню демпинга, да? То есть, продавая ниже себестоимости, они могут петь годами. Никаких ограничений в законодательстве нету, а торговым сетям это великолепно, они делают свою фантастическую наценку. Дешевый товар, притом, что наши люди не знают, чем отличается настоящее от не настоящего. Ну, это вот беда глобальная, так сказать. Я понимаю, что проблемы индейцев шерифа не волнуют, да? Вот эта позиция, да? Но как бы мы всё-таки не совсем индейцы, то есть у нас какая-то такая… Ну, более приличная страна, мне кажется. Мы как-то пообразованней…
Я. Розова
―
Слушайте, я вот никогда вас не спрашивала, мне любопытно стало. Почему вы вообще так заинтересовались этой темой?
В. Маматов
―
Вы имеете в виду квасом?
Я. Розова
―
Ну, «Вятским квасом» в том числе, да.
В. Маматов
―
Ну, вы знаете, не так много вещей на самом деле, с которыми интересно. То есть, это продукт во-первых, который пошел на Россию, он действительно пошел. А в Кирове, в Вятке предприятия или компании, которые выходят на российский рынок, по пальцам. И в большинстве случаев это машиностроение, это оборонные заказы, ну частично лес, и химия, всё. То есть, для массового потребителя, для широкой известности ничего нету. Когда-то здесь была «Вятка автомат», были мотороллеры «Вятка». Это всё погибло, потеряно, там неизвестно, растворилось.
Я. Розова
―
Только «Вятич» остался?
В. Маматов
―
Конечно. «Вятич», «Вятский квас», это во-первых визитная карточка региона, это однозначно совершенно. Но самое главное, это показ того, что русские купцы остались оказывается, не все значит как бы, остались, есть. То есть, действительно ответственные, русские предприниматели, они есть.
Я. Розова
―
То есть, вы такой патриот прямо, да? Поэтому и решили продвигать.
В. Маматов
―
Яночка, абсолютно. Я не буду лукавить, мне интересно во всех смыслах работать над этим продуктом, во всех абсолютно смыслах. Мне нравится, я считаю, я убежден, что люди должны понимать, насколько наши региональные продукты, насколько ценности, которые у нас есть в стране, они могут составлять успешную во-первых конкуренцию, а мы смело совершенно можем конкурировать. Вот когда вопрос сезо… Вот я начинаю злиться. Когда вопрос с сезонностью будет решен… Потому, что до сих пор торговые сети говорят а всё, сезон закончился, мы брать не будем. Мы объясняем, что ребята, у вас всем известные газировки одной компании, и второй компании, их две всего, все разнообразные…
Я. Розова
―
Они внесезонные, а «Вятский квас», это сезонный.
В. Маматов
―
А «Вятский квас» - это сезон. Горячий «Вятский квас» выпустили, ребят, его можно… Вот идеально… Вот затея была идеальная, то есть греть зимой, это как взбитень в свое время, прекрасная вещь. А нет, зачем? Ну да, зачем популяризировать свои вещи, зачем? Лучше американцы нам поставят, совершенно прекрасно. Мы наценим, уходить, это уходит. Бюджет у них огромный, скидки, которые они представляют, они больше, чем мы можем дать, всё. Антимонопольное законодательство, насколько я понимаю, в нашей стране не существует. Оно если даже и существует, оно не работает.
Я. Розова
―
Ну, вы же ориентируетесь на иностранную торговую сеть, а если обратиться к нашим торговым сетям?
В. Маматов
―
Яночка, Яночка…
Я. Розова
―
Да? Я что-то не то спросила?
В. Маматов
―
Я боюсь, мы сейчас начнем проводить ликбез на тему того, что, а какие наши торговые сети вы знаете? Яна, вы посмотрите, где находятся учредители, кто является владельцем торговых сетей, и так далее.
Я. Розова
―
Не будем их рекламировать.
В. Маматов
―
Да, да, да, не будем их ни в коем случае рекламировать, но вы увидите там оффшоры, Голландию…
Я. Розова
―
В общем, вариантов нет, да?
В. Маматов
―
Нет, вот на данном этапе мы вынуждены существовать в этих условиях. Мы будем продолжать движение, вот единственное, что. Но во-первых, это новинки, во-вторых, это новые сорта. Мы будем всеми способами пытаться достучаться до потребителя. Вот так же, как Вятская озимая рожь выбирает благодаря холоду гораздо больше, вот точно таким же… Руководствуясь этим живым примером мы точно так же будем действовать.
Я. Розова
―
Медленно, поступательно.
В. Маматов
―
Во что бы то ни стало, потому что логика жизни на самом деле за нас. То есть да, вот можно заработать очень большие деньги, но это не самая главная задача в этой жизни. Самое главное то, чтобы люди, и продукт, и перспективы оказались действительно долговечными. То есть, мы могли бы там сказать своим внукам, правнукам, ну, (неразборчиво) доживем конечно до правнуков. Вот мы могли сказать, вот вы смотрите, вот это делал я. Вот этого сделал я, вот этого добился я. Вот так это работает, вот «Вятский квас», который знают все, вот это сделали мы.
Я. Розова
―
У нас остается 3 минуты, давайте, в чем главное отличие «Вятского кваса» от большинства марок, напомним.
В. Маматов
―
Ну, совершенно элементарно, две составляющие. О Вятской озимой ржи мы уже говорили, не лишне будет повторить и про двойное брожение. Это наличие, это второй этап, когда добавляется молочнокислая сыворотка, и благодаря этого, первоначальное количество спирта резко снижается, то есть содержание алкоголя в квасе минимальное совершенно. Ну, за исключением отдельных случаев, когда с коротким сроком, и когда любой температурный нагрев приводит к дополнительному брожению, и повышению. Ну, это рискованно для автомобилистов, которые в основном, да? мы приводили этот пример, когда квас с коротким сроком брожения не надо в машине класть под стекло, под солнце. А то можно потерять права, когда сотрудник ГИБДД померяет тебе содержание алкоголя, выдыхаемого в воздухе.
Я. Розова
―
Ну понятно, Вятская рожь, двойное брожение…
В. Маматов
―
Брожение, да. Нет, и вода, конечно же. Идеально… Нет, ну Ян, мы можем, за три минуты мы ничего не успеем.
Я. Розова
―
Минута.
В. Маматов
―
Да, технология, всегда, всегда, всегда, это технология. Идеальная очистка воды, немецкое оборудование для брожения, первоклассное сырье, которое мы подготавливаем в полном соответствии с рекомендациями специалистов иностранных, которые практически его ставили в 2000-х годах. То есть, идеально отлаженный процесс, идеально отлаженное сырье, и соблюдение старого правильного рецепта. Тот, который делали как раз еще в Слободском, которое мы посетили. Вот это всё и делает «Вятский квас» абсолютно конкурентоспособным, великолепным региональным продуктом, полезным… Полезным для здоровья, мы не имеем права поднимать…
Я. Розова
―
Мы не можем так говорить, хотя там есть витамины.
В. Маматов
―
Там есть вита… У нас есть справка, что есть витамин С в «Вятском квасе». Ну, там витамин В1 и В2 там тоже есть. Вот, и дрожжевой естественно, состав. «Вятский квас» - это не результат какого-то архаичного рецепта, это результат того, что мы можем дать людям.
Я. Розова
―
Спасибо большое, журналист Владимир Маматов.