«Свободный формат». Вакцины от коронавируса - Анча Баранова - Интервью - 2021-01-26
А. Петровская
―
Добрый день! У микрофона Александра Петровская. Это программа «Свободный формат». Я должна предупредить наших слушателей, что программа выходит в записи. По вашим, уважаемые радиослушатели, просьбам сегодняшняя программа посвящена вакцинации от коронавируса. Попытаемся ответить на все вопросы, которые беспокоят тех, кто хочет делать вакцину, и тех, кто выступает категорически против этого. Мы попытаемся развенчать все мифы и с научной точки зрения, с точки зрения доказательной медицины рассказать вам все о имеющихся на сегодняшний день вакцинах от коронавируса. В России пока иностранные вакцины не доступны, мы довольствуемся тем, что есть. Узнаем, радоваться ли нам этому или переживать. У нас в гостях Анча Баранова – доктор биологических наук, профессор Школы системной биологии Университета Джорджа Мейсона Соединенных Штатов Америки. Анча, здравствуйте!
А. Баранова
―
Здравствуйте!
А. Петровская
―
Начнем с разнообразных прививок, которые сегодня существуют в мире, которые сегодня доступны. Они отличаются не только названиями, не только страной происхождения, хотя мы зацикливаемся именно на этом, размышляем о том, какую вакцину нам сделать, руководствуясь тем, иностранная она или российская. На мой взгляд, этот фактор далеко не определяет качество вакцины. Куда более важно, что вакцины разные с биологической, медицинской точки зрения. Многие из них сделаны совершенно по-разному. Давайте попытаемся разобраться хотя в тех вакцинах, которые на слуху. То, о чем часто пишут, что знаю лично я – Спутник на аденовирусном векторе, еще есть вакцина новосибирского Вектора, есть Moderna и Pfizer. Есть еще китайская вакцина. Говорят, в ней содержится живой вирус. Такие тоже бывают. Расскажите нам поподробнее, чем они отличаются, что хорошо, а что плохо.
А. Баранова
―
Во-первых, хочу поздравить все человечество и россиян в том числе с тем, что мы научились разбираться в вакцинах, потому что представить себе, что всего лишь 10 лет назад или год назад мы бы обладали таким уровнем познаний про вакцины, невозможно. Во-вторых, я хочу поздравить человечество с тем, что у нас появились новые типы вакцин, которых раньше никогда не было. То, что они появились – это отлично. Коронавирус нужно благодарить за то, что у нас появился новый прорыв в технологиях, иначе он бы ещё долго-долго на полочках лежал и непонятно, когда мы эти вакцины бы достали.Вакцины есть самые разные. Они относятся к настолько разным классам, что сравнивать их напрямую, например, по уровню антител, по тому, как они действуют, мы даже не можем. Единственный способ, как мы можем сопоставить эти вакцины – в процентах защиты: у одной вакцины – 95%, у другой – 92%. Но я хочу, чтобы все понимали: те проценты, которые посчитаны в результате испытаний, которые для этих вакцин проводили (для Pfizer, Moderna, Спутник V), относительны – количество заболеваний в группе вакцинированных и не вакцинированных на том этапе, когда было проведено исследование, было таким небольшим с точки зрения биологических исследований, что уверенность, с которой мы определяем цифру тоже относительна.
Учёные говорят, что p-value у данного эксперимента не такой большой. Что это значит? Что вакцина не защищает? Нет, конечно. Она защищает. Но разницы между 92% Спутника и 95% Moderna, например, практически нет. Может оказаться, что при глобальном сравнении, тогда, когда мы уже получим результаты защиты в популяциях, эти цифры могут поменяться местами, припасть или подняться. Теперь о принципах работы вакцин. С точки зрения простого человека, который получает вакцину, никакой разницы между Pfizer и Moderna нет. Это две вакцины, которые похожи друг на друга как братья-близнецы, есть совсем небольшая разница в том, в какую именно оболочку завернута РНК, да и та оболочка тоже липидная, на основе липосом или по-модному нанолипосом – все равно это пирожок с начинкой.
Пирожок доставляется в клетки. Затем клетки начинают экспрессировать РНК на очень высоком уровне. Они начинают делать из нее много белка. Это S-белок коронавируса. Что важно знать про вакцины Pfizer и Moderna – то, что производители вакцин специально закрепили вирусный белок в такой конфигурации, которая не дает антителам связываться с этим белком в тот момент, когда она находится на поверхности клетки. В наши клетки конструкция РНК проникает без проблем. Она специально сделана так, чтобы проникать, иначе у нас белок не выработается.
Но когда белок уже сделан, на него выработались антитела, то они вырабатывается на ту конфигурацию антигена, которая в свободно плавающем состоянии, которая просто будет связываться с вирусом, который в крови, в тканевой жидкости плавает между клетками. При этом на поверхности клеток он связываться не будет. Это нужно для того, чтобы предотвратить всех пугающий пресловутый АЗУИ, про который все посылают друг другу какие-то видео, которые уже с Ютуба удалены…
Всё человечество у нас уже знает про АЗУИ - антителозависимое усиление инфекции. Но при коронавирусе SARS-CoV-2 никто его ещё не показал. Все боятся. И ученые тоже. Специально вакцина сделана так, чтобы этого эффекта не могло быть, поэтому на этом месте, на этой большой пугалке всем просто нужно расслабиться и про все забыть. Ученые об этом позаботились ещё на самом-самом начальном этапе, когда вакцины собирались. Чем отличаются друг от друга вакцины Pfizer и Moderna? Отличаются они не для потребителя, а для того, кто эту вакцину раздаёт населению – для тех, кто проводит вакцинацию: для государства, для организаций здравоохранения – они отличаются транспортировкой.
У Pfizera, к сожалению, такой недостаток – жесткая транспортировка. Там нужно возить вакцину при -70 градусов. В США, в Европу и в другие места она возится специально зафрахтованными самолетами, где стоят огромные ящики с сухим льдом. В этих ящиках лежит вакцина. Самолет, прилетая, разгружается, вакцинные препараты заново попадают в условия -70 градусов – в огромные холодильники. Этих холодильников не очень много. Они дорого стоят. Мы не ожидаем, что у обычных медиков такие холодильники будут. Это вакцина по определению делается людям только в крупных госпиталях – там, где были исследовательские лаборатории, которые используют холодильники глубокой заморозки.
Обычные НРЗБ (07:53) или врачебная практика, куда люди просто приходят и говорят: «Доктор, у меня то-то и то-то» – не обладают холодильниками с такими низкими температурными режимами, поэтому Pfizer у нас остаётся зарезервированным как вакцина для крупных городов и там, где есть крупные госпитали. Вакцина Moderna отличается тем, что она чуть более дорогая, чем Pfizer. Если Pfizer на НРЗБ (08:20) выходит около 30 долларов за вакцину за производство, то у Moderna оно выходит примерно 37-43 доллара. Речь идет о себестоимости производства.
Для каждого отдельного человека, наверное, напрягшись, можно сделать. Но, поскольку у нас во всех странах процедура вакцинации бесплатна – государство решило покрыть расход на вакцинацию населения практически во всех странах – конечно, при сопоставлении получается огромный расход. Я посчитала, что для США, если мы возьмем просто стоимость вакцины, закупки будут стоить порядка 3 миллиардов долларов на один проход двухкомпонентной вакцины для всего населения. Если учесть, что нужно еще оплачивать труд медсестер, каким-то образом мы задействуем помещения, медицинский пластик, расходы составят примерно 5-6 миллиардов долларов. Эти дорогие вакцины для многих стран не совсем доступны.
С одной стороны, по холодовой цепочке, но, с другой стороны, по стоимости. У Moderna она чуть дороже. Но у нее меньшие требования к перевозке: -20 градусов, то есть ее можно возить в морозильнике. Если зимой для Европы перевозка в холодильнике при -20 еще нормально, то летом возить при такой температуре довольно проблематично. Я уже не говорю про Южную Америку, Африку, юго-восточную Азию и так далее. Мы видим, что с точки зрения обычных систем здравоохранения такая низкая температурная готовность – проблема.
За каждый градусик идет битва. Если температура была бы -19 вместо -20, уже было бы лучше. -18, -17 и так далее. Один из параметров, по которым российская вакцина Спутник V выигрывает – это то, что у нее более расслабленные параметры перевозки. В пределах России мы все равно возим на -20. Но, во-первых, -20 не самая низкая температура, допускается падение температуры до -15-12 в зависимости от длительности падения температуры. Во-вторых, в самом начале, когда спутник разрабатывался, была предусмотрена специальная лиофильная формула – сухая форма вакцины, она везется в сухом виде в любое место на обычной температуре +4 или даже чуть выше и затем она уже на месте разводится из сухого раствора в мокрый медиками.
Хотя в России лиофилизированная форма вакцины сейчас не применяется, применяется обычная замороженная, потому что лиофильная форма немного более дорогая, но можно себе представить, где-нибудь в африканских странах или в южной Америке лиофилизированная форма может стать очень хорошим выходом особенно для вакцинации удалённых районов.
А. Петровская
―
Мы сами разобрали вопрос с точки зрения денег и холодовой цепи. Но а все-таки если Moderna и Pfizer – это РНК-вакцины, то наш Спутник V на аденовирусном векторе. Какая разница между ними? Я видела огромное количество мифов, начиная от того, что РНК-вакцины не очень изучены, у них много недостатков до того, что российский аденовирусный вектор – не самое идеальное, что могло быть. Где правда?
А. Баранова
―
Правда – везде. В каждом слухе есть доля правды. Зачастую доля правды искажается, вместо того чтобы она светила в одном направлении, она превращается во что-то иное. Конечно, МРНК-вакцины изучены гораздо меньше. Но аденовирусные вакцины тоже довольно-таки новые. Да, они у нас разрабатываются уже давно, но в гражданском обороте, так, чтобы население вакцинировалось вакцинами на аденовирусных векторах – первый крупный случай. Эти вакцины создавались в течение долгого времени, лежали на полочке или вакцинировались небольшие группы населения, потому что они создавались против экзотических заболеваний – эболы, например.Были сделаны вакцины против старых коронавирусов SARS и MERS, но они вдруг исчезли, поэтому массовая вакцинация людей против этих вирусов не пригодилась, потому что они были более опасны, чем то, что существует сейчас. Но то, что платформа была уже готова, была испытана, тоже стало преимуществом, потому что поменялся внутренний компонент – S-белок MERSA был заменен на S-белок текущего коронавируса. А так платформа была уже испытана. Что она из себя представляет? У нас есть аденовирусы – вирусы, которые вызывают не такие уж и страшные заболевания в организме человека – насморк, гриппоподобная ерунда, понос.
Аденовирусов больше сотни разновидностей, я бы сказала, что часто встречающихся штук 60, остальных мелких набросана ещё сотенка другая. Есть специальные ученые, которые занимаются классификацией аденовирусов. Когда мы болеем аденовирусной простудой, мы обычно не имеем понятия, что это за вирус. Но шансы, что каждый из нас в течение нашей жизни переболел тем или иным аденовирусом, составляют 100%. Когда-нибудь в детстве или потом все подобное подхватывали. Дальше игра заключается в том, какими аденовирусами вы болели и когда.
Если так получилось, что вы недавно болели аденовирусом 26 или 5, на которых смонтирована платформа Спутник V, то тогда мы не можем гарантировать, что вакцина Спутник V именно для вашего организма будет являться эффективной. Может получится так, что ваш иммунитет возьмет и порвет этот вирус доставки на ленточке раньше, чем вы получите от него какой-то эффект. Второй компонент вакцины – аденовирус 5 – в ситуации, что вы раньше болели аденовирусом и у вас такая конфигурация системы, что именно на этот аденовирус 5 ваша иммунная система будет склонна отреагировать как на что-то сверхъестественное, как будто инопланетяне высадились, и поднимет в бой все ресурсы, то у вас поднимется температура в ответ на вакцину в ответ на аденовирусную вакцину. Это происходит у абсолютного меньшинства. Но если такая история происходит, то температура может подняться до 39-40 и денечек-другой подержаться. Такой риск есть. Он небольшой, но существует. Тут нужно не путать – многие говорят: «Ой, нам раздают вакцину, а я слышал, что тете Дусе с соседней улицы дали вакцину и у неё температура потом началась. Так это ей специально коронавирус привили в больнице вместо вакцины». Конечно, это не так. Так получилось, что данная тетя Дуся болела аденовирусом и ее иммунная система была приведена в боевую готовность именно в связи с этим вирусом. Поскольку на этом вирусе была смонтирована доставка, он попал в организм и вызвал такую температурную реакцию.
Это происходит у меньшинства людей. У большинства никаких эффектов нет – укололся и пошел. У некоторых людей как будто бы немножечко колбасит по поводу подобного заболевания. И у очень небольшого количества людей повышается температура. При Pfizer и Moderna у нас тоже есть эффекты, которые все называют побочными. Но я не выношу этого слова, потому что это не побочные эффекты, а нормальные эффекты вакцины. Каждый раз, когда мы делаем вакцину, мы покупаем себе защиту за счет того, что у нас в организме появляются мелкие неприятности.
Те люди, кто провакцинировались, отчитываются. Про Pfizer и Moderna говорят, что рука страшно болит два дня там, куда был сделан укол. У некоторых еще появляется температура. Температурные реакции при Pfizer и Moderna более частые, чем при Спутнике V – это можно уже сейчас можно точно сказать.
А. Петровская
―
К ним мы сейчас перейдем, еще один вопрос про спутник – вы сказали о том, что в силу того, что мы все болели тем или иным аденовирусом, если так совпадет, то для нас вакцинация может оказаться неэффективной или может вызвать температуру. Возникает несколько вопросов. Первый – значит ли это, что, если так случилось, что человек недавно перенес ту или иную аденовирусную инфекцию, на базе которой сделана вакцина Спутник V, то на него вакцина вообще не будет работать? Означает ли температура, которая может возникнуть после вакцинации, что человек болел и работать вакцина дальше не будет? Или комфортность вакцинации для конкретного человека чуть ниже, чем для других, но работать вакцина для него тоже будет?
А. Баранова
―
Температура в этом случае хороший показатель. Она демонстрирует серьезный иммунный ответ. Если мы провакцинировались на фоне того, что была предыдущая инфекция аденовируса, у нас будет повышенная защита: как будто было бы не два укола препаратом, а как три. Уровень антител может быть при такой вакцинации даже больше. Но такие случаи, когда человек получил укол Спутник V, у него нет температуры, все нормально, а на самом деле его организм обошелся с этим аденовирусом нехорошо и коронавирусный белок так и не дошел до клеток, для того чтобы там наработаться – такая ситуация бывает. Надо сказать, что все вакцинационные программы работают в среднем на население. Мы если имеем 1000 человек провакцинированных, у них будут разные антительные ответы: у одних – выше, у других – слабее, у одних антитела останутся на более длительное время, у других – на менее длительное. При любой схеме вакцинации будут и такие люди, которые вообще не ответят на вакцинный препарат. Они получат вакцину, но реально у них не будет защиты после вакцины. Это встречается не только после Спутника V, но и после МРНК-вакцин, тех же самых Pfizer, Moderna.Я много общаюсь по этому поводу с людьми и уже знаю 2 случая, знаю людей, которые совершенно точно участвовали в испытаниях вакцины Pfizer, а после того как они поучаствовали в испытаниях, они пошли сделали титры антител. У них количество антител было равно нулю.
А. Петровская
―
Может быть, у них сработал эффект плацебо?
А. Баранова
―
Нет. Дело в том, что у нас все эти исследования уже вскрыты, все участники вакцинационных испытаний получили индивидуальных письма, в которых написано: «Поздравляю, Вы были в вакцинационной группе, у Вас есть защита». Я знаю по крайней мере одного человека, кто, получив такое письмо, повторно пересдал тест, увидел ноль, сложил два предыдущих теста с такими же результатами, позвонил в Pfizer, с трудом дозвонился и говорит: «Я ваш вакцинированный кандидант. У меня ноль антител. Что делать? Вы ничего не напутали?».Они ответили ему официальным письмом, что, пардон, так бывает, вы попали в такую группу, которая не вызвала у вас иммунного ответа, у вас, скорее всего, нет антительной защиты, может быть, есть внутриклеточный ответ. Такой был ответ от Pfizer.
А. Петровская
―
Анча, как работает МРНК-вакцина? Почему не срабатывает там? С аденовирусом вы нам объяснили – возможно, человек болел, и сразу, на этапе, когда аденовирусная платформа к нему попадает, он блокирует и до свидания вся вакцинация. Как это работает в случае Pfizer и Moderna?
А. Баранова
―
Это хороший вопрос. Я сама его не до конца понимаю. Я думаю, если мы доставляем нормальную РНК в нормальной заворотке, доставляем тот самый пирожок, то он должен попасть в клетки и проэкспрессироваться в клетках. Здесь потенциальную проблему я вижу в том, что, поскольку у вакцины очень жесткие условия сохранения, она при повышении температур до нуля портится, но не в смысле, что она становится тухлой, у нее просто эффективность падает. Если в дороге вакцина разморозилась и это никто не заметил, ею вакцинировали человека, он укол-то получил, а антител у него нет. Это бывает редко-редко. Но я могу представить, что при -70 нарушить холодовую цепочку гораздо легче, чем при -15 или -18.
А. Петровская
―
Мы сейчас сделаем перерыв на московские новости и продолжим сравнивать вакцины.НОВОСТИ
А. Петровская
―
Снова здравствуйте! Мы продолжаем программу «Свободный формат». Я напоминаю, что сегодня у нас в гостях Анча Баранова – доктор биологических наук, профессор Школы системной биологии Университета Джорджа Мейсона Соединенных Штатов Америки. Мы говорим о вакцинах, сравниваем те, которые сегодня нам доступны. Мы же жадные нам сначала одну подавайте, теперь выбирать хотим. Мы остановились на том, что МРНК-вакцины, на которых работает Pfizer и Moderna должны были бы с большей вероятностью гарантировать нам иммунитет, но так не всегда происходит.Еще один момент – кроме эффективности вакцины, наверное, многих беспокоит ее безопасность. Вопрос о том, что Спутник был зарегистрирован до окончания 3 фазы испытаний, поэтому первое, что предъявляют Спутнику: «А вы нам еще не сказали, что он безопасный». По Pfizer и Moderna сообщения, которые пришли за несколько недавних дней – это случаи 23 смертей в Норвегии после вакцинации Pfizer и в Израиле больше десяти случаев паралича лицевого нерва у тех, кто был привит этой же вакциной.
А. Баранова
―
Начнем с вакцин Pfizer и Moderna – я хочу сказать, что данные из Норвегии забеспокоили, конечно, всех. Данные из Израиля и тот факт, что, по-моему, во Флориде после вакцинации погиб доктор, тоже всех встревожили. Но в каждом конкретном случае у этого было объяснение. Самое главное, что каждый должен понять – это объяснение больших цифр. Норвегия не такая маленькая страна, как кажется. Там довольно много пожилых людей – 82-85 лет +. В случае погибших – это люди были люди в домах престарелых. Они общим образом получили вакцину. Если бы они не получили вакцину, то какой-то количество этих старичков тоже бы погибло в эти две недели, потому что в этой возрастной группе у нас происходит гибель людей.Я бы сказала, что повлияли на исход даже не сам биологический факт, что в организм попадала вакцина, а стрессовая встряска. Допустим, человек сидит целый год в изоляции, потом прискакали, сказали: «Наконец появилась вакцина. Завтра делаем укол». Такой стрессовый момент может повлечь за собой обострение внутренних процессов, которые могут привести к НРЗБ (02:33) и, соответственно, человек мог от этого погибнуть. Действует закон больших чисел. Здесь нет никакой доказанной связи с вакциной. Эти люди погибли бы все равно, Норвегия в такой форме нам об этом сообщила, поэтому мы и заволновались. Что касается паралича Белла – это паралич лицевого нерва. На глазу бывает тик, а здесь то же самое только не с глазом, а с большой частью лица. Ничего приятного в нем нет, но это давно известное состояние. Оно транзиторное: в течение 3-6 месяцев состояние восстанавливается. То, что оно возникло именно после вакцинации – это факт. Но паралич Белла не редкое явление, он может стать реакцией на любые медицинские процедуры. Можно пойти к врачу, сделать фиброгастроскопию и получить паралич Белла.
Единственный случай, который меня, как ученого, беспокоит – это случай во Флориде: когда доктор получил вакцину, на трехдневном горизонте после вакцинации развелась так называемая тромбоцитарная пурпура. Его собственная иммунная система начала подавлять тромбоциты, разрушать их. Когда он через несколько дней попал в больницу, оказалось, что у него тромбоцитов совсем нет. Почему меня это беспокоит? Такое осложнение наблюдалось и при некоторых других вакцинациях, соответственно, в данном случае это также может быть связано с вакцинацией. Но это единственный случай, который был зарегистрирован, и мы пока не можем сказать, по крайней мере я не видела рапортов, которые бы говорили о том, что есть доказательства, что у него это состояние уже было, вакцина ему проявиться.
А. Петровская
―
Что касается Спутника – что там с 3 стадией, которую должны были, вроде, завершить, но я никаких сообщений не видела. Что там на данном этапе? Были какие-то смертельные случаи со Спутником, когда можно было сказать, что смерть наступила вследствие вакцинации, а не после нее случайным образом?
А. Баранова
―
Про это не знаю. Единственное, что могу сказать – это широко обсуждаемый случай о том, что человек получил вакцинацию Спутником, потом у него сильно-сильно поднялась температура, она была выше 40 градусов несколько дней подряд, а когда он пришел в себя после такого длительного температурного состояния, то у него прежде существующие повреждения сердца усилились, ему стали ставить более высокую степень сердечной недостаточности. Я не сомневаюсь в том, что температура у него была из-за Спутника. Такое может быть. Но в том, что сердце ему повредил Спутник – это опосредованно.Да, ситуация ужасная, конечно. Но если вызвать у человека поднятие температуры, которая бы держалась выше 40 градусов в течение недели, не Спутником, а любым другим образом, то она, конечно, повредит органы, причем именно те, которые уже были повреждены: небольшая недостаточность каких-то клапанов переросла в более серьезную недостаточность в результате температурной реакции. Я надеюсь, что с человеком все хорошо и он восстанавливается. Но в данном случае можно сказать, что он пострадал в результате вакцинации. Он попал в небольшое число людей, которое своим ухудшением здоровья вероятностно заплатили за коллективный иммунитет. А данных про 3 фазу я не видела, поэтому ничего сказать об этом не могу.
А. Петровская
―
Их нет или мы их не видели?
А. Баранова
―
В теории 3 фаза должна была быть у нас прекращена, потому что при промежуточном анализе там предусматривается такой этап: если вакцина точно работает, это и на другие препараты распространяется, если препарат точно работает, то испытание останавливают, чтобы контрольная группа могла получить вакцину, потому что иначе получается так, что мы людей специально держим 6 месяцев и не вакцинируем. А если они в это время начнут болеть коронавирусом и погибать, это будет на нашей совести. Насколько я знаю, было принято такое решение.Но анализ должен был тем не менее проходить. Я его в деталях не видела. Но представьте себе футбольный чемпионат, где соревнуются представляющие разные странны команды, которые проводили испытания по коронавирусу. Каждая команда чинно выходит на поле, и вдруг на поле выходит команда России. Не просто чинно, а танцуя лезгинку: испытания были проведены не совсем так, всё-таки они были проведены, статья в The Lancet вышла, но сообщество других футбольных команд российских игроков осудило, поскольку для них важно выходить так, а не как вы, не подпрыгивать.
Но прошло 3-4 месяца, на поле выходит команда Англии. Она выходит на поле полностью голая. В этой ситуации все уже перестают вспоминать о лезгинке, которую танцевали 3 месяца назад. Появился новый прецедент. Что сделала Англия? 30 декабря в Англии было объявлено, что, во-первых, у нас будет только один вакцинный укол, второго не будет, потому что мы сейчас раздадим по первому уколу как можно большему количеству людей. Было решено получить половинную вакцинную дозу для большего количества населения, а для второй пока не было резерва, потому что вакцина просто-напросто еще не произведена, проблемы с тем, чтобы обеспечить быстрое производство вакцины.
Пусть у большего количества населения будет 65% защиты, нежели у меньшего количества населения 95%. При этом эти 65% шапкой меряны. Примерно прикинули, ученые сказали: «Мы думаем, что 65% мы наскребем». Регуляторы сказали: «Ну и ладно, давайте наскребать». Но это еще не все! Дело в том, что в Англии еще одобрена вакцина AstraZeneca, которая по своему составу очень похожа на Спутник V: она тоже на аденовирусах, только на аденовирусах шимпанзе. У этой вакцины в испытаниях был полупровал: она показала эффективность на 65%, но были вопросы, потому что были странные эффективности на разных частях исследования, но не суть. В Америке вакцина пока не одобрена, но она одобрена в Англии.
Англия сказала следующее: «Граждане, вы сейчас все получите по одной прививке, а потом, когда вы придете на вторую прививку, будут возможны два варианта. Первый – ничего не будет: прививок не хватит. Второй вариант – будем прививать тем, чем есть». То есть человек первую прививку получил МРНК-вакциной Pfizer, например, а вторую прививку, допустим, Oxford – тем, что было. Комбинация вакцин из двух разных классов – МРНК-вакцина плюс вакцина на аденовирусе вообще не была испытана ни-ког-да. Нет никакого смысла засовывать маленькие пальчики в процесс по вакцине Спутник V, потому что в любом крупном исследовании, в том числе в исследовании вакцин, что Pfizer, что AstraZeneca, что Спутник можно вытянуть непонятку, вопрос, и начать долбить разработчиков. Это можно сделать с любой вакциной.
А. Петровская
―
Тогда последний вопрос, касающийся эффективности вакцинацией любой из разработанных на сегодняшний день вакцин – мы до конца не понимаем, хотя вы, учёные, уже понимаете, как долго эти антитела, которые мы зарабатываем в результате болезни или в результате вакцинации, будут сохраняться?
А. Баранова
―
Я сразу сделаю предсказание, что натуральная инфекция коронавирусом не будет давать длительного иммунитета, мы это видим сейчас: люди на горизонте около полугода теряют иммунитет. Мы понимаем, что натуральная инфекция не дает длительного иммунитета. Была надежда, что вакцинация даст более прочный иммунитет. В принципе мы не можем судить о длительности иммунитета после вакцинации, потому что мы не отнаблюдали этот период времени еще. Для того чтобы сказать, что вакцина работает два года должно пройти два года. Они еще не прошли.Разработчики Спутника V нам обещали два года, но они базируют это на каких-то своих предыдущих представлениях о том, как вакцина работала в случае в случае MERS на небольшой группе испытуемых. Это перенос ретрансляция знаний, не прямое выкапывание знаний и не статические данные. Я думаю, что МРНК-вакцины дадут прочненький иммунитет. Может быть, более прочненький, чем при Спутнике V. Я надеюсь на этой. Если в случае Спутника два года примерно, то в плане МРНК-вакцин у нас два года тоже, но более уверенные два года.
По скорости накопления мутаций мы можем представить, что у нас будет ослабление иммунитета после вакцины именно из-за того, что вирус будет создавать новые варианты. Иммунитет не лампочка, которая работает или не работает. Иммунитет как регулирующийся по мощности свет: горел на 85%, теперь будет гореть на 92%. Потихонечку стяжение приведет к тому, что нам антигены нужно будет заменять. К счастью, и МРНК-вакцины, и одновирусные вакцины – модульные: ген вынули, ген вставили. Нужно ли будет проводить новые испытания? Регуляторы сами решат.
А. Петровская
―
Спасибо! На этом мы сегодня заканчиваем. С нами сегодня была Анча Баранова – доктор биологических наук, профессор Школа системной биологии Университета Джорджа Мейсона Соединенный Штатов Америки. Спасибо вам!