Вятский квас - Владимир Маматов - Интервью - 2020-12-08

Я. Розова― В студии Яна розова, здравствуйте, на связи со мной журналист Владимир Маматов.

В. Маматов― Яночка, приветствую вас, надеюсь слышно меня нормально. У меня ребенок обломил микрофон, но я как человек из провинции примотал его скотчем. Очень надеюсь, что звук из деревни, из моей далекой, до Москвы доходит, доброе утро.

Я. Розова― Доходит, продолжаем говорить о «Вятском квасе».

В. Маматов― Хорошо, естественно.

Я. Розова― Слушайте, ну вы хотели начать с пандемии, которая прямо нас захватила, и…

В. Маматов― Вот смотрите, на самом деле да, к пандемии мы вернемся минуты через 3-4. Я совершенно был удивлен, пришло письмо на завод, на имя генерального директора буквально сегодня. Я на него отвечал, как пресс-секретарь завода, естественно. В завод «Вятич» пришло письмо из Воронежа, абсолютно искренне простой человек пишет о том, что ребята, обежал половину магазинов в Воронеже, вас нету. То есть, есть вот это, вот это, вот это, вас нету.

Я. Розова― Вы меня не подготовили, я была не готова, не знала, что с этого начнем.

В. Маматов― Ничего страшного, я тоже был не готов. Потому, что я с одной стороны смеялся, с другой стороны лил горькие слезы, потому что ну, как бы Воронеж, это не так далеко от нас, почему нас там нету. Ну, к вопросу торговых сетей, к вопросу всего мы подойдем обязательно, в этой передаче тоже. А вот с пандемии, с которой вы начали очень своевременно, и хорошо. Смотрите, сейчас учитывая, что люди не говорят практически ни о чем, кроме пандемии, все обсуждают через одного там анализы на вирус, тесты, прохождение, и так далее, так далее. То есть, «Вятский квас» может поднимать только одну тему, это тема здорового питания. То есть, какие продукты в пандемию действительно полезны, по-настоящему полезны. Вот «Вятский квас» в этом смысле в пандемию, он абсолютно показан. За исключением, вот повторимся еще раз, чтобы не было так, что мы предлагаем панацею, да? «Вятский квас», это не панацея от болезни, ни в коем случае.

Я. Розова― И не лекарство.

В. Маматов― Не лекарственное средство, разумеется. Но, для людей с гастритом, язвенной болезнью, выраженными, понятными да, диагностированными. Все продукты брожения не показаны, не надо пить квас, если у тебя язва. Пожалуйста, родной, не бери. Вот во всех других случаях… А во всех других случаях, практически во всех, это замечательно. Замечательно, почему? Во-первых, то витамин-С, он там есть, и в очень приличных количествах. То есть, суточную норму ты восполняешь где-то… Мы говорили, по-моему 850 миллилитров. То есть, три стакана кваса в день, и никаких витаминов, содержания витамина С тебе уже не надо, у тебя естественное поступление. Ну, мало того, что он вкусный, вы пробовали…

Я. Розова― Да, подтверждаю.

В. Маматов― Подтверждаю… Я буду вас подначивать на эту тему каждый раз.

Я. Розова― Ну правда, мне понравился.

В. Маматов― Ну, раз Розова пробовала, кому-то из москвичей уде нравится, уже хорошо.

Я. Розова― А вы знаете, многим нравится. Я поспрашивала у людей, и стали обращать внимания благодаря вам, на этот продукт.

В. Маматов― То есть… Вот самый интересный момент, конечно отличают ли люди наш квас от других, вот этот вот всегда меня интересовал момент. То есть, сравнивали ли они с другими марками?

Я. Розова― Ну, вот я например, когда попробовала ваш, я поняла, что я другой квас больше не хочу пить.

В. Маматов― Яночка, это золотые слова, их надо выгравировать, и повесить как заставку нашей с вами передачи.

Я. Розова― Хотя, наверное по закону о рекламе, я не имею права этого говорить.

В. Маматов― Вот давайте законы отдадим юристам, мы с вами в другой плоскости, в другой епархии. Так вот я не помню, рассказывал ли вам или нет эту историю, когда в 14-м году в декабре, сразу после пресс-конференции Путина через неделю, вот когда «Вятский квас» прославился, собственно. Меня позвали на телеканал «Перец», такой был тогда. И там во-первых я познакомился с сыном Макаревича, и во-вторых с парнем, который сейчас ведет «Бэк комедиан», замечательно совершенно вот это… Я с удовольствием его смотрю, в небольших дозах но с удовольствием. Вот, и на этой передаче была слепая дегустация, то есть ребята выставили… Я вам объяснил, честно, что я не дегустатор ни разу, то есть от слова совсем не дегустатор. То есть, меня не надо привлекать к таким вещам. Он говорит: нет, ты будешь. Я говорю, ну хорошо, раз командир сказал, мы будем. Вот, они поставили пять стаканов, я попробовал, и совершенно… Говорю да, вот это наш. В этот… То есть, там была заминка, суета вокруг рояля, но возвращаясь обратно в гримерку на телевидение, меня догоняет кавказец, армянин по-моему, который у них заведовал как раз бутафорией всей, да? То есть, в частности, он организовывал эту расстановку. И он говорит: как ты догадался? Я говорю, там не надо было догадываться. Потому, что всё остальное в этих четырех стаканах, это сладкая, подкрашенная газировка, а это наш квас. Это из-за кислого вкуса, вот этого привкуса. И запаха ржи, и кислинки, его не спутаешь вот с тем, что разливают крупные, очень большие…

Я. Розова― А давайте прямо сразу про то, чем отличается «Вятский квас» от других. Ну, пусть повторим.

В. Маматов― Да, повторим обязательно. Смотрите, у нас два отличия самых интересных, это Вятская озимая рожь, о которой мы будем говорить как мантра, вот эта чисто восточная. Гимн компании перед ее открытием, мы будем каждый раз запускать. То есть, Вятская озимая рожь – это уникальный продукт, именно северная рожь. Во-первых, она в России всегда считалась продуктом изысканным, уникальным, качественным, потому что шла на экспорт, в огромном объеме шла на экспорт. Я рассказывал в какой-то из передач, про потрясающее… На самом деле я узнал недавно, что… Совсем недавно с краеведами общаясь, что до революции в Вятской губернии, количество купцов-предпринимателей, которые вели дела с Европой, было очень велико. И оказывается, они начали уже в конце XVIII века торговать с Европой, в XIX, и были первыми, кто начал торговать с Америкой в принципе, и (неразборчиво). История замечательная, так вот Анфилатов первые суда, которые отправлял в Америку, он отправлял с Вятской озимой рожью, первые два судна шли. Совершенно замечательная история, то есть уже тогда, в 1809-м если я не ошибаюсь году, мы экспортировали в Соединенные Штаты Вятскую озимую рожь.

Я. Розова― Слушайте, а сейчас мы интересно экспортируем Вятскую рожь?

В. Маматов― Нет, сейчас мы экспортируем только «Вятский квас». У нас идут контейнеры только с «Вятским квасом», они идут из Питера, в Нью-Джерси. Ну, собственно в Вашингтон, да? Вот, не много, очень не много мы отправляем там, ну, фактически это расходится среди русской диаспоры в Штатах, да? То есть, это там один или два контейнера, я сейчас не помню, ну вот в этом районе. Как и в Китае, то есть тоже очень не большие поставки, там всего несколько вагонов в месяц, это капля в море для (неразборчиво). Ну как, это два контейнера для Соединенных Штатов, это ни о чем, в принципе, да? То есть факт есть, да, торгуют, его можно найти, в Вашингтоне его можно найти. Как и в Пекине, между прочим.

Я. Розова― В Воронеже нельзя, а в Вашингтоне можно.

В. Маматов― Вот золотые, абсолютно золотые слова. Объясните мне, простому деревенскому парню, каким образом мы можем доставлять это в Вашингтон, и там человек из Вашингтона нам звонит: «Да, нашел, спасибо». Или в Пекин, китайцы говорят, что тоже нашли там квас, да? А из Воронежа нам пишут, что ничего нету. Он оббегал Воронеж, он не может найти. Ну, какие-то не парламентские выражения просятся, там даже…

Я. Розова― Ну ладно, мы еще конечно к этому вернемся, давайте про особенности Вятского кваса.

В. Маматов― Да, значит Вятская озимая рожь, это первое. Уникальный сорт, шедевр абсолютный, который был создан, это был создан Рудницким, замечательным совершенно селекционером. И вот Вятка, Киров, это место ссылки в принципе, да? И сюда попадали огромное количество поляков, французов, и так далее, и так далее. Потрясающий швед сюда попал Видберг, который проектировал Храм Христа Спасителя. Ну не тот, который возведен в Москве, а тот, который Александр I предполагал возвести вот на Бородинском поле. Видберг абсолютно несправедливо обвинен… Ну, он не того полета был человек, не справедливо обвинили в хищениях, ему дали ссылку в Вятку, и здесь он построил потрясающий совершенно в итоге… То есть, он построил несколько здесь объектов, да? Но в итоге он построил совершенно потрясающий собор Александра Невского, его естественно взорвали большевики. Ну, вот эта утрата очень такая серьезная на самом деле, архитектурная. Так вот, Рудницкий был из ссыльных поляков, и он занимался селекционной работой с 1913 по-моему года, как вышел из Казанского университета, и вернулся на Вятку обратно. И в 1947 году он получает орден Ленина и Сталинскую премию как раз за ту самую вятскую озимую рожь. Вот она лежит в основе «Вятского кваса». Почему уникальна, опять эту мантру повторим, потому что рожь, выращенная на севере, в отличие от ржи, выращенной на юге. Парадокс, но благодаря холоду и климату, она впитывает из почвы на порядок больше питательных веществ, чем южная. То есть, южная рожь не интересна в принципе, ну на юге это знают все, на самом деле. А северная, крайне интересна. Я рассказывал о том, что Кутузов, до еще борьбы с Наполеоном, будучи губернатором, я видел эту записку, он просил Александра I закупить для нужд губернии, именно Вятскую озимую рожь. И вот сейчас, на этой Вятской озимой ржи, мы делаем «Вятский квас». То есть, это… Ну, варим естественно, то есть это сусло, это брожение, и так далее, и так далее.

Я. Розова― Двойное брожение.

В. Маматов― Вот, мы плавно переходим к двойному брожению. То есть, чем отличается…

Я. Розова― А, еще вода, конечно, мы не должны забывать.

В. Маматов― Ну, вода, мы говорили в связи вообще с пивоваренным производством, с квасоварением. То есть, от качества воды зависит поведение дрожжей, это знают опять все микробиологи собственно, которые существуют в природе нормальные, образованные. Вот, и точно так же, абсолютно все пивовары, квасовары в мире прекрасно знают, настоящие опять же. Они прекрасно знают, что на воде, которая, допустим в Санкт-Петербурге течет, ни при каких обстоятельствах ты не сваришь то же самое, что у тебя будет в Екатеринбурге. То есть, не может… На самом деле затея транснациональных корпораций, которые один и тот же продукт делают на всех заводах, она ошибочна в корне. То есть, нет таких условий, при которых она осуществима. В каждой местности свой продукт, это вот концепция (неразборчиво) бренда, да, то есть локального производства, местного бренда, который мы откристаллизуем в итоге, которой будем придерживаться дальше, дальше, я думаю годы еще впереди. Вот, то есть вода – раз естественно, которая придает «Вятскому квасу» качество, ну как и всей продукции «Вятич», совершенно определенно. Вятская озимая рожь, с которой мы начинали, и третий момент, это двойное брожение. Значит двойное брожение, это то, что отличает большинство квасов, вот от… То есть, от подделки. Ты можешь сразу понять, есть ли… Есть характерная кислинка, есть в составе у тебя молочнокислые бактерии, всё. То есть, это правильная вещь, потому что квас без молочнокислого брожения, это не квас, в принципе.

Я. Розова― Это напиток.

В. Маматов― Это напиток, совершенно правильно. То есть, под видом кваса сейчас продается огромное количество подделок, суррогата. Ну, как под видом пива, безалкогольного, разумеется, то есть, то же самое. То есть ну, если брать вообще отрасль пищевую в целом, то ситуация в ней в принципе такая же по всем продуктам, исключение составляют может быть, куриные яйца, потому что их категорически трудно подделать, да? А все остальное, это благодаря тому, что госты Советского союза были успешно преодолены, отменены, и так далее, похоронены. То разгуляево, которое творится сейчас на рынке, оно фантастично. Ну, мы говорили об этом не раз. «Вятский квас», это натуральный продукт. Молочнокислое брожение двойное, это означает, что в процессе будет участвовать молочная закваска. Она, кстати останавливает развитие обычных дрожжей квасных, то есть не дает перейти количеству спирта который выбраживается, определенные рамки, да? То есть, она притормаживает их. За счет этого, в квасе алкоголя минимум абсолютный. Ну, мы как-то могли посмеяться на эту тему, вы спрашивали на тему разницы между квасом, который с коротким сроком годности и Вятским, правильно?

Я. Розова― Да.

В. Маматов― Да, был такой момент. Вот это я озвучил на одном телеканале, это был позапрошлый по-моему год. Там, правда, это всё кончилось интереснейшим скандалом, о котором как-нибудь расскажем нашим радиослушателям… А может быть не расскажем, чего ворошить старое. Но там ситуация была следующая, то есть если ты берешь квас с коротким сроком, который…

Я. Розова― Ну, сразу скажите, короткий срок, это что? Три месяца?

В. Маматов― Нет, нет, 14 дней, там месяц, полтора, вот не больше, это короткий срок годности. Если ты берешь квас с этим коротким сроком, то у тебя возникает следующая опасность: он во-первых должен храниться только категорически в холоде, то есть при 4 градусах. Как только температура поднимется выше, дрожжи что называется живут, и они начнут бродить, бутылка лишь бабахнет, это один вариант. Второй вариант, она выдержит, но при этом квас перебродит, и количество алкоголя там вырастет на порядок. Ну, не знаю, процентов на 70 точно, совершенно.

Я. Розова― Ну, это будет уже конечно не квас.

В. Маматов― Это будет категорически не квас, да? И подлянка, западня, в которую может попасть человек, купивший этот квас с коротким сроком, это одна. Это нарушение температурного режима, он не думая ни о чем, кладет эту бутылку под стекло на машине, едет 2 часа в московской пробке, потом ничтоже сумняшеся выпивает, там ну вроде бы что-то есть, да? То есть, ну как ты определишь там? Никак, скорее всего, дегустаторов, как профессиональных…

Я. Розова― Попадает к инспектору ГИБДД.

В. Маматов― Совершенно правильно. Вот штраф, лишение прав, здравствуй, вот за небольшую бутылочку кваса, у тебя перспектива…

Я. Розова― С другой стороны, короткий срок годности говорит о натуральности продукта.

В. Маматов― Да, да, безусловно. То есть, иными словами, если у вас нет в магазине «Вятского кваса», и у вас все что есть, это вот с коротким сроком, пожалуйста, храните в холоде, пожалуйста, употребляйте сразу, не откладывая никуда, да? И пожалуйста, ни в коем случае, не выставляйте на свет. То есть, масса предосторожностей для того, чтобы употреблять продукт. Вот тогда это всё будет замечательно, и хорошо.

Я. Розова― А долгий срок годности, это от получается полутора месяцев и выше, да?

В. Маматов― Да, да, да, совершенно правильно.

Я. Розова― А достигается за счет чего, за счет канцерогенов каких-нибудь?

В. Маматов― Нет, Яночка, вы меня пугаете, канцерогены - это вещества… Нет, даже не хочу говорить.

Я. Розова― Ну я оговорилась, прошу прощения.

В. Маматов― Вы сейчас уведете тему в такие дебри и кошмары, в которых разговоры о пандемии покажутся просто детским лепетом. Нет, давайте вернемся, как раз… За счет чего, вот вопрос, за счет чего у «Вятского кваса» долгий срок хранения, 90 дней по-моему. Только за счет ледяной фильтрации. То есть, это технология такая передовая, абсолютно уникальная, это когда жидкость прокачивается через фильтры с температурой ниже нуля. Она сама не замерзает, не успевает просто, но благодаря этой прокачке, все дрожжи, которые присутствуют живые, да? Они осаждаются. То есть, у нас остается продукт, где живых клеток, которые вызывают брожение вот это опасное самое, их нет. То есть, все питательные вещества сохранены, все дрожжевые препараты сохранены, и микроэлементы, витамины, все остается, но живые дрожжи ледяную фильтрацию пережить не могут, всё. Это единственный способ для того, чтобы во-первых безопасно, во-вторых длительно этот квас хранился, всё, другого способа нет. Вот так вот устроено на Вятиче, это что с пивом, безалкогольным, разумеется, что с квасом, это одна и та же технология. Ну, как и все технологии, мы взяли у европейцев, конечно, понятное дело, что завод у принципе существует… Ну, это европейского уровня, европейского качества производство…

Я. Розова― Ну при этом, сохранив традиции, которые были заложены Шнейдером.

В. Маматов― Ну, заложены были то же самое, европейцы. Ну, то есть, как бы мы тут с одним товарищем ругались на тему того, что как так, не правда, мы русские значит ничего не копируем… Мы ничего не копируем, мы гении дзюдо. Но если посмотреть на всю нашу науку, технику, историю культуры, постоянно видно, что мы что-то у кого-то брали, там доводили до ума, как всегда, да? И запускали в производство. И получалось, очень часто получалось лучше, чем у тех ребят, у которых мы это взяли, вот самое интересное, да? Но Шнейдеру мы признательны крайне, и вообще, во-первых, немцам, которые по зову опять же Александра II освободителя царя, значит который, во-первых, отменил крепостное право, во-вторых, он озаботился вопросом алкоголизации населения. Потому, что по всей… У Руси, когда…

Я. Розова― Борьба с алкоголизацией.

В. Маматов― Совершенно, да, конечно. Он понимал, он уже прекрасно понимал, он был европейски образованным монархом всё же. И собственно и хотел, чтобы Россия вошла как бы в европейскую семью. Так вот, он мало того, что отменил крепостное, он пригласил кучу немцев, позвал их из Европы, в первую очередь немцев для того, чтобы они организовывали пивоварение в России. Где-то это в 70-е годы XIX века началось, вот Шнейдер это был буквально последней ласточкой, его переманил собственно из Англии, не из Германии. А из Англии, где Шнейдер работал тоже по пивоварению, его переманил купец Александров… Ну, магнат, основатель огромной империи Александрова. Там от Казани, по-моему до Петербурга у него заводы стояли. Очень серьезный такой товарищ, Шнейдер у него проработал, потом подумал, что пожалуй с его немецкой пунктуальностью и пониманием бизнеса, и вообще знаниями, он и сам справится. И приехал на Вятку, здесь была вода. То есть, он сюда попал именно из-за воды, которую он оценил как крайне пригодную для классического пива в первую очередь, да? Вот, и ну квас прибавился естественно, потому что квас, медовуха, всё это начали варить на заводах Шнейдера в том же 1903-м году, котором… Ну, там очень много смешного, потому что когда ты читаешь исторические хроники, и в 1905-м году они сварили первые 100 тысяч ведер, то есть вот… Да, да, и измерялось ведрами, конечно же. Ну, там очень интересно, и торговля сама как она налаживалась, но Шнейдер действительно был молодец, он был талант, и в предпринимательстве действительно талант. То есть, он организовал коммерцию таким образом, что через 7 лет с момента основания завода… Да, 7-8 лет с момента основания завода, там 1910-1911 год, продукция этого предприятия была в Берлине, Париже и Лондоне.

Я. Розова― Слушайте, ну «Вятич» в том же здании сейчас находится, что и…

В. Маматов― Да, да, совершенно правильно. То есть, там есть маленький музей, в котором созданы собственно все регалии, все реликвии, старые рецепты, какие-то оставшиеся еще со времен Шнейдера, оставшиеся с советских времен, там есть несколько интересных вещей, действительно. Но моя мечта, грандиозная совершенно, это дело в том, что остались старые подвалы на заводе. То есть, еще с советских времен, вот тот завод, который получили собственно приватизация всё остальное, да? Получили его по-моему, в 98-м году. И когда я слышу…

Я. Розова― Ну, модернизировали… Просто у нас остается 30 секунд, я боюсь, что сейчас сложится впечатление, что старое здание, старые цеха.

В. Маматов― Нет, там не просто модернизация, там перестроено всё. Остались вот эти подвалы только. Я мечтаю там провести экскурсию нормально. Знаете, как тропа в прошлое такое, как у (неразборчиво). И там повесить старые советские картинки, и показать людям что было, и что стало. Вот «Вятский квас» делают действительно на выдающимся предприятии.

Я. Розова― Очень интересно, спасибо, журналист Владимир Маматов был гостем «Эха», счастливо.