Вятский квас - Владимир Маматов - Интервью - 2020-12-01
01.12.2020
Я. Розова
―
В студии Яна Розова, здравствуйте, на связи со мной журналист Владимир Маматов.
В. Маматов
―
Яночка, приветствую вас. Слышно меня?
Я. Розова
―
Мы продолжаем, да, рассказывать вам друзья о «Вятском квасе», и на прошлой неделе произошел инцидент, связанный с размещением этого напитка в торговых сетях, давайте с этого и начнем.
В. Маматов
―
Ну, давайте этого начнем. Вчера произошел анекдотический случай, когда генеральный директор АО «Вятич» Илья Николаевич Курагин зашел в один магазин, одной очень известной торговой сети, и по своей наивности, может быть простоте, решил помочь персоналу этого магазина, и начал бутылочки с квасом с Вятским просто выстраивать, они были чуть глубоко стояли, да? он начал их выстраивать ровно, так чтобы как мерчендайзер, да, подработать.
Я. Розова
―
То есть, они уже были в магазине?
В. Маматов
―
Естественно, конечно, но в ту же секунду… Ну, они плохо были выставлены просто, в отличие от других видов товара. Вот, и в этот момент к нему подбежала сотрудник магазина, и не зная его, не понимая кто перед ним, ну и собственно не интересуясь этим вопросом, и в ультимативной форме, с применением, ненормативной лексики, и угрожающей мимики, начала требовать немедленно покинуть магазин, и прекратить заниматься вот этой фигней.
Я. Розова
―
Самодеятельностью.
В. Маматов
―
Да, совершенно правильно. И произвел на Илью Николаевича потрясающее впечатление, потому что он, собственно говоря… Ну, человек растерялся, он не совсем ожидал такого поведения. И это еще раз говорит как бы о том, что из себя представляют торговые сети по сути, и как они относятся к маленьким, скромным региональным производителям.
Я. Розова
―
Ну, может быть как раз проблема в сотрудниках, а не глобально в торговых сетях?
В. Маматов
―
Ну, я… Честно говоря, нет… Потому, что несколько раз я замечал, и другая продукция «Вятич», в частности безалкогольное пиво, или так далее, и так далее… Она или выставлена очень плохо в этих сетях, ну, то есть… Один раз мене сообщили, что «Вятич» находится… В одной очень известной торговой сети, они сейчас слились, у них агломерация в прошлом году произошла, все знают, что это. Так вот, мне объяснили, что как ты мог купить «Вятич» в этой торговой сети? Он там есть, мы его продаем. Забегая в этот… Причем, я получил выволочку от того же Ильи Николаевича Курагина на тему того, как я мог не найти, и почему я взял другого производителя в итоге. Конечно, это был скандал. То есть, потому, что магазин расположен по дороге ко мне домой. Я забегаю в этот магазин еще раз, и после 15 минут поисков, я нахожу где-то в уголке на нижней полочке, задвинутые сиротливые бутылочки продукции «Вятича». То есть, и это повсеместно. То есть, я 100 раз замечал, что федеральные товары, те что собственно гонятся огромными потоками идут, да, крупный корпораций. Они выставлены… Это деньги, это просто деньги, которые зарабатывают торговые сети. Они прекрасно выставлены, на лучших местах, фасадом, и так далее. То есть, ну, вот…
Я. Розова
―
Ну, грустно слышать, кончено.
В. Маматов
―
Слушайте, грусть, это… Вот это называется только начало грусти, потому что чтобы ощутить ее в полной мере, надо на секунду погрузиться действительно в реальность. Ту реальность, которая у нас существует в торговли, в целом. Это был абсолютно вот прекрасный, чудесный случай, который в какой-нибудь стране с антимонопольным законодательством действующим, ну типа Соединенных Штатов, да? Он не возможен в принципе, потому что там бы полетели головы, огромные иски, разбирательства, на первые полосы, всё бы… У нас это происходит следующим образом: происходит заседание союза пивоваров России, из которых весной этого года выходят три крупнейших корпорации. Ну, не будем их называть.
Я. Розова
―
Не будем их называть, да.
В. Маматов
―
Не будем, мы не имеем… Ну, и желания рекламировать их у меня тоже нет, во-вторых все, кто более-менее в теме, они их знают прекрасно. Так вот, представитель одной из корпорации, который не доволен голосованием союза пивоваров по одному из вопросов, выходит на трибуну, и в процессе полемики он говорит: ребята, полка не резиновая в магазине, мы же за нее… То есть, не резиновая, вы туда не вставите. Его совершенно закономерно… Илья Николаевич Курагин, присутствующий как раз на этом… Он мне переслал это видео, я был в полном восторге. Присутствующий на этом съезде Илья Николаевич Курагин, вот с этой наивностью деревенской Кировской Вятской, да? Простотой, неискушенностью, хотя казалось, бы? Он встает, и говорит: «А вы что, платите за полки? Вы их покупаете, что ли»? И представители это мировой корпорации, одной из крупнейший, с совершенно чистыми глазами говорят да, конечно, мы так и делаем, всё правда, мы покупаем полки.
Я. Розова
―
Так может быть, Вятичу тоже имеет смысл купить полку?
В. Маматов
―
Дело в том, что это всё происходит практически кулуарно, вот в чём дело. То есть существует такая практика как ретро-бонусы, то есть возврат денег с товара. Ну, если… К этому лучше всего применимо русское слово откат.
Я. Розова
―
Понятно.
В. Маматов
―
Вот да, но это ещё более-менее законно, и это оформляется. А вот покупка полок, ой, это просто отдельная прелесть. И торговые сети, я неоднократно беседовал с их представителями, модель очень простая: мы зарабатываем деньги. Нас не интересует ничто другое, вообще ничто.
Я. Розова
―
Не качество продукции, да…
В. Маматов
―
Нет, нет, это всё… Никакое качество их не интересует, им нужна прибыль, они ее получают, разумеется всеми возможными способами. То есть, хочется спросить ау, где у нас там эти ФАСы страшные, и Роспотребнадзоры? Они кошмарят мелких каких-нибудь производителей, там ИПэшников каких-нибудь, ловят там за неуплату чего-то, а торговые сети, у которых оборот исчисляется миллиардами, причем не рублей… Я не слышал никаких серьезных вещей.
Я. Розова
―
Давайте вернемся к качеству продукции, и поговорим о качестве «Вятского кваса».
В. Маматов
―
Давайте поговорим о приятном, я полностью согласен. Качество «Вятского кваса», мы… Вот это мы будем повторять я думаю как мантру, как не знаю, как заклинание, вечное абсолютно. Составляющие «Вятского кваса» - это Вятская озимая рожь, и двойное брожение. Вот Вятская озимая рожь, повторюсь еще раз, не лишне будет, это уникальный сорт, как раз из-за произрастания в холодном климате. То есть, когда рожь выращена на севере, а Вятская рожь на самом деле с начала XIX века это абсолютно точно, потому что Михаил Илларионович Кутузов, тот самый, который у нас Наполеона то, да? Вроде как победил. Но он кстати не дожил… Очень жалко, он не дожил одного года до момента, когда русские вошли в Париж. То есть, он скончался в 1813, а русские вошли через год. Как в свое время восклицали французы: «Русские на Рейне, это невозможно совершенно». Жаль, Кутузов не дожил. Так вот, года за четыре, 1807-1808 годы, я просто смотрел эти биографические сведения, Кутузов был губернатором, я не помню провинции. То есть, то ли Вологодской губернии, вот что-то в центре России, по крайней мере. И он как губернатор, распорядился закупать для нужд населения Вятскую рожь. Вятскую озимую рожь высоким качеством, и в экспорте Вятская рожь в России на конец XIX века, это если я правильно помню, 80%. То есть, Вятская рожь экспортировалась… Ну, я рассказывал о купце Анфилатове, который совершенно потрясающая личность, потрясающая полностью. Вот жили как говорится, такие люди на нашей земле. То есть, которые мало того, что первым из русских организовал торговлю с Соединенными Штатами в 1809-м году из Вятки, то есть это дремучего там края какого-то, да? Как он это сделал, абсолютно не понятно. Но он направлял судами эту Вятскую рожь, в ту же самую Калифорнию, по-моему это шло всё.
Я. Розова
―
Да.
В. Маматов
―
Вот, это совершенно потрясающе. Так вот, там длинная огромная история Вятской ржи, включая и селекционера Руднинского, про которого тоже можно спеть определенную песню, потому что…
Я. Розова
―
Тот, который вывел этот сорт?
В. Маматов
―
Да, ну последние сорта. Но…
Я. Розова
―
А их там несколько, да, этих сортов?
В. Маматов
―
Ну… Нет, дело в том, что они совершенствовались все время, и Руднинский как раз в 1940… Боюсь ошибиться третьем, или сорок втором году уже во время войны, он как раз вывел этот сорт Вятская озимая рожь, а в 1947 году он получил за него сталинскую премию, орден Ленина, вот это вот всё, да? То есть, совершенно потрясающий человек, который…
Я. Розова
―
То есть, сорт так и называется «Вятская озимая рожь».
В. Маматов
―
Да, да, это вот основа «Вятского кваса» и есть.
Я. Розова
―
И с тех самых пор, с 40-х годов прошлого века, так и ничего не меняется.
В. Маматов
―
Нет, ничего не меняется, и дай Бог, ничего меняться не будет. Вот маленький оффтопик, меня буквально час назад спрашивало местное СМИ о том, как вы относитесь к изменению времени новогодних каникул, вот плюс, минус, наше правительство там чего-то хочет, не хочет… Я говорю ребят, а можно не трогать, вот просто не трогать. Потому, что когда наши пытаются улучшать, вот что-то такое, да, понятное и ясное, что легко улучшить. У них получается что-то обратное, совершенно. Ну, такой парадокс национального сознания. Правительству есть чем заняться в Кировской области – тем более, мне кажется, там дорогами, воровством леса, крахом медицины… Ну, есть, есть над чем работать. Вот когда они все эти вопросы отработают, занимайтесь новогодними каникулами, давайте. Вот когда всё сделаете, и отчитаетесь, и тогда давайте, приступайте. Вот с «Вятским квасом» то же самое, технология не менялась, дай Бог, не поменяется. Мы единственное что делаем, это мы вводим новые вкусы. Вот помните, я говорил про смородину, и сейчас выпустили лесные ягоды, это с малиной. Тоже, буквально это было… Боюсь ошибиться, это летом еще было, да? То есть, выпустили смородинный, выпустили малиновый. Это продолжение, это на самом деле не изменение технологии, а просто продолжение того, что делалось до революции. Я говорил как-то о том, что до революции было то ли 200, то ли 400 сортов кваса, самые разные. То есть, там на чем только люди не ставили его, на чем… Что только не добавляли, там мята, хрен, там лавина совершенно вариантов, смородина и малина там была.
Я. Розова
―
Тоже, да?
В. Маматов
―
Конечно, конечно, конечно. Ну всё, что крестьянин мог найти вот в округе, все что он мог собрать, естественно, добавлялось. И там получались очень интересные вещи.
Я. Розова
―
Ну, из отечественного сырья насколько я понимаю, только одна озимая рожь, больше ничего. Все остальное вы привозите, закупаете где-то за рубежом.
В. Маматов
―
Нет, вот с квасом это национальная идея в полной мере, потому что с квасом… В отличие от пива, безалкогольного разумеется, где и хмель, и солод, они ведь действительно везутся из-за рубежа. То есть, мы покупаем их хмель, это приальпийские сорта… Ну да, в основном это приальпы, и солод, там Швеция, Финляндия, та же Германия. Есть довольно большая порция, это Курский солод. Но всё, что привозится для кваса, это все местное. То есть, здесь нет никаких иностранных ингредиентов.
Я. Розова
―
Ну подождите, а вот экстракт смородины?
В. Маматов
―
А, ну да, поймали, поймали. Вот всё, поймали, я же вам говорил, да, озвучивал это, конечно. Поймали на факте. К сожалению величайшему, грандиозному сожалению, мы его закупаем в Бельгии, и по очень-очень приличной цене.
Я. Розова
―
Ещё какие-то грибы специальные, которые должны во время брожения работать.
В. Маматов
―
нет, нет, это молочнокислая закваска, а вот дрожжи, вот с дрожжами ситуация интересная. Потому, что квасные дрожжи, насколько я понимаю, мы опять-таки покупаем в России, а пивные дрожжи каждую недельку… Вру, вру, каждые две недели, вру, самолетом пробирочка с дрожжами из Мюнхена, из института Дёменс прилетает в маленький, заснеженный, затерянный в лесах город Вятка, он же Киров. Вот характернейшие отличия нашей продукции, от продукции так называемых транснациональных корпораций… Ну, все кто в теме, они понимают эту степень иронии на самом деле, потому что там слово продукция даже не очень применима уже. Так же, как и в торговых сетях назвать продуктами можно далеко не всё. Так вот, отличие допустим отношения Вятика к производству в качестве товара, вот дрожжами иллюстрируется прекрасно. То есть, вот когда ты запускаешь дрожжи, они размножаются, да? То есть, там… Мне однажды показывал, рассказывал технолог как это делается, как эта генерация дрожжей выращивается. Это не тот вариант, что тебе привезли пробирку, ты влил, и сразу всё пошло. Там одна, другая, третья, четвертая, разная температура. Вот я даже не запомнил детали, да? Так вот, когда эти дрожжи разводятся, и они остаются после первой варки. То есть, они отфильтровываются, и остаются на следующую. Но больше четырех раз, больше четырех варок, эти дрожжи из Германии мы не используем. Потому, что ну после четвертой они начинают мутировать, и искажать вкус продукта. А прекрасные… Да, да, да, ой что вы, там столько технологических хитростей, загадочных совершенно вещей для обывателя, для простого человека с улицы, да? А вот транснациональные корпорации делают потрясающе. Я знаю, опять не буду называть, к сожалению не могу озвучить этих прекрасных людей. Ну, вам маленькую подсказку могу дать, у них есть заводы, производящие пиво, разумеется безалкогольное, в Турции. И вот они, эти дрожжи выбраживают 12 раз.
Я. Розова
―
Какой кошмар.
В. Маматов
―
Нет, до тех пор, пока собственно говоря, не сдохнут.
Я. Розова
―
Ну, это ужасно.
В. Маматов
―
Так вы поймите, что извлечение прибыли, когда оно бесконтрольно… Ну, вот мы все это знаем на самом деле, мы это прекрасно понимаем. Но когда бесконтрольное извлечение прибыли главенствует, когда у человека ничего не остается кроме зарабатывания денег… То есть, ни традиции, ни гордости за технологию, не понимание, что с этими людьми, которые их поют и кормят, ему еще жить. Вот у «Вятича», мне чем нравится собственно, да? Вот при всех недостатках, там ошибках, вот несуразности, которую я встречаю на заводе, да? И в производстве, и в торговле это есть, и от этого никуда не деться, в совершенных явлений, вообще я считаю.
Я. Розова
―
Ну естественный процесс, конечно.
В. Маматов
―
Да, да. Но есть прекрасная, совершенно ясная позиция. Всё-таки мы местный завод, который в первую очередь поит население Кировской области. И нам с этими людьми сталкиваться в тех же магазинах, на тех же улицах, и они знают, кто владельцы, и кто руководители этого завода, и они могут их увидеть на улице, вот, в чем дело.
Я. Розова
―
То есть, у вас есть совесть, я поняла.
В. Маматов
―
Ну, вот давайте без громких слов только, у нас есть правильное… Более-менее, с моей точки зрение, правильное понимание…
Я. Розова
―
Слушайте, ну получается, что «Вятский квас», это эксклюзивный продукт.
В. Маматов
―
абсолютно верно, это полностью верно, это эксклюзивный продукт на российском рынке. Сравнимых с «Вятским квасом»… Ну, я не скажу, что совсем уж нету, и вы нигде во всей необъятной родины не найдете ничего похожего. Найдете. Вот есть, есть на самом деле образцы, которые подтягиваются, которые близки к «Вятскому квасу», но это не «Вятский квас». То есть, «Вятский квас» конечно уникален, абсолютно уникален. И я мечтаю, вот сейчас мы расширяем эту вкусовую линейку, и я говорил о смешных трудностях с тем, чтобы поставить смородиновый квас, квас лесные ягоды на малине поставить в торговые сети. Сумасшедшая история, когда торговые сети говорят, покажите нам рост продаж, покажите нам цифры. Мы говорим, а как мы вам покажем, если у вас еще нету этого кваса? Ну, вот и разговор окончен, спасибо. Не можете показать, значит и ставить вас не будем. А как вы найдете эти цифры? Ну не знаю, кто-то вам должен помочь, наверное. Ой, вот горемычные мы, горемычные, но мы будем продолжать эту тему расширения вкусов. Я говорил о том, что у нас до революции было там 200-400 сортов, да? Я очень удивился, когда мы вели переговоры с индийцами как раз о строительстве завода, о дегустации, о поставках, и так далее. Ну, вот пандемия пока перечеркнула эти планы, надеюсь, что мы хотя бы ну, в 21-м дай Бог вернемся году к этому вопросу, это очень интересно. Я с удивлением узнал, что в Индии прохладительных напитков порядка 500, самых разных разновидностей. Причем там такие штуки, которые нашему человеку в голову не приходят. Там смесь молока, сока, еще чего-то, еще чего-то коктейли они… Неимоверные коктейли.
Я. Розова
―
Но им квас должен был понравиться, так в теории.
В. Маматов
―
Кваса в Индии нету, мы его туда привезем. То есть, с Китаем у нас плохо идет Транссиба, а индийцы предложили нам все-таки строить там завод. Это изначальное предложение, это очень интересно. Ну, будем посмотреть, что называется, как говорят в Одессе. Будем посмотреть.
Я. Розова
―
Про расширение вкусов не закончили мысль.
В. Маматов
―
Нет, расширение вкуса очень просто, вот мы сделали смородиновый, сделали малиновый фактически, лесные ягоды. Мы будем двигаться дальше к тому, чтобы вот эти два сорта, и смородиновый, и лесные ягоды, это конечно же молодежные сорта. Они поданы ярко, как говорится, прикольно, там с каким-то хайпом, да? Ну, вот то, что на слуху у молодняка, да? Это будет вот это, может быть мы вытащим ретро-сорта, которые именно…
Я. Розова
―
О, это интересно, расскажите про них.
В. Маматов
―
Да, ну это пока на уровне идей и разговоров, на тему того, чтобы сделать линейку, которая бы работала на дореволюционные вкусы. То есть на те сорта, которые были у пра-пра-пра- наших, еще до прихода так сказать…
Я. Розова
―
Ну, хоть один какой-то приведите пример. Что тогда пили, нет, не помните?
В. Маматов
―
Нет, нет. Я вам говорю, там моченая брусника, хрен, еще что-то…
Я. Розова
―
А, даже так.
В. Маматов
―
Нет, мы даже не обсуждали еще выборку, мы просто обрисовали, что это возможно, не исключено. Это не исключено потому, что это интересно, это движение.
Я. Розова
―
Это интересно. А откуда вообще в «Вятском квасе» витамины? Это же не лечебный продукт.
В. Маматов
―
Нет, нет, нет, это не лечебный продукт, ни в коем случае. То есть единственное, что подтверждено анализами, что там они присутствуют эти витамины, и в очень приличных количествах. Они образуются в первую очередь, конечно, само сырье. То есть из солода, из которого делается квас, да? Извлекается в первую очередь это витамин С, конечно. То есть, его больше всего. Витамины группы В там тоже присутствуют, это очень важно. Недаром, квас называли…
Я. Розова
―
Госпитальным?
В. Маматов
―
И госпитальный, его варили, совершенно правильно, вы запомнили, вот прекрасно как. Варили его в госпиталях, совершенно правильно, и он специально больным подавался, он прописывался им.
Я. Розова
―
Это в дореволюционное время, да?
В. Маматов
―
Да, это в дореволюционное. Дело в том, что из-за веществ, которые содержатся в квасе, он обладал, это знали все, он обладает обеззараживающим свойством, да? То есть, и он на микробные формы влияет. Ну, это как бы очень известно, это можно открыть Википедию, и прочитать, да.
Я. Розова
―
Ну, вот остается у нас с вами примерно полторы минуты, и еще раз я прошу вас напомнить, что должно быть на этикетке. Я может быть, даже каждый наш эфир буду об этом просить, чтобы люди знали.
В. Маматов
―
Вот вы абсолютно правы, потому что это тоже как мантра, читайте этикетки. Я поймал себя на том, что я наконец сам себя приучил каждый из товаров просматривать. Вот это странная такая занудливая, но чертовски полезная вещь. Так вот, на этикетке кваса не должно быть во-первых… Ну, если это квас вы собираетесь покупать, а не что-то как-то употребить. Так вот, на этикетке кваса не должно быть квасного продукта ни в коем случае, это должен быть квас, это первое. Хитрые люди это обходят, и так далее, так далее, тогда смотрите сырье. Если там есть кислоты, или добавки, это не квас. Потому, что единственный вариант, при котором это квас, там должно быть ржаное сырье обязательно, солод, рожь, да? И это обязательно должно быть молочнокислое брожение. Там будет указание на молочнокислое брожение, будет указание в самом крайнем варианте молочная кислота, она искусственно не добавляется никогда, она естественно вырабатывается. Всё, вот если есть…
Я. Розова
―
Пусть еще будет стоять ГОСТ,
В. Маматов
―
О… если там стоит ГОСТ… Ну, только если это ГОСТ действительно.
Я. Розова
―
Ну, да.
В. Маматов
―
Потому, что написать, как известно, на сарае все что угодно можно написать, а там дрова. Вот то же самое и здесь, читайте этикетки…
Я. Розова
―
Мы прощаемся.
В. Маматов
―
Всё, Яночка, спасибо вам.
Я. Розова
―
Спасибо, Владимир Маматов, журналист был гостем «Эха».