Свободный формат: Приюты для домашних животных в период пандемии - Елена Боброва , Светлана Лось - Интервью - 2020-10-26
26.10.2020
Свободный формат: Приюты для домашних животных в период пандемии - Елена Боброва , Светлана Лось - Интервью - 2020-10-26
Скачать
Т. Троянская
―
13 часов 6 минут. В студии Татьяна Троянская. Ближайшие 30 минут будем говорить про приюты для домашних животных, про то, как животные живут в период пандемии, но и не только об этом, конечно. Я приветствую наших гостей. У нас на связи Елена Боброва – президент региональной экологической общественной организации «Балтийская забота о животных». Елена, добрый день!Е. Боброва
―
Здравствуйте!Т. Троянская
―
И Светлана Лось – председатель зоозащитной организации «Право на жизнь», организатор частного приюта. Со Светланой мы пока связываемся. Начнем. Мы поговорим, конечно, о том, как живут приюты в период коронавируса. Елена, в скором времени петербургская система работы с бездомными животными изменится. Этим будет заниматься Управление ветеринарии. Можете ли объяснить, это хорошая новость или, наоборот, стоит напрячься?Е. Боброва
―
Во-первых, Управление ветеринарией занимается этой проблемой, потому что в Санкт-Петербурге через Управление ветеринарией финансируется программа стерилизации.Т. Троянская
―
Раньше за организацию отлова и прочее отвечал Комитет по благоустройству Петербурга?Е. Боброва
―
Это две бюджетные строки. Стерилизацию финансирует Управление, а отлов и возврат Комитет по благоустройству. Насколько я понимаю, речь идет о невозврате. Или я не права?Т. Троянская
―
Думаю, нам сейчас может помочь Светлана. Она присоединилась к нам. Расскажите про эти изменения, о том, что системой работы с бездомными животными вскоре заниматься будет только управление ветеринарии. Что это значит?С. Лось
―
На сегодняшний день отлов по городу не производится, поскольку Комитет по благоустройству дорожного хозяйства не передал документы, не дал возможность ветеринарному госпиталю заниматься отловом собак. Насколько мне известно, это должно взять на себя Управление ветеринарией. Они хотят взять на себя функции отлова. Ни о каком убийстве речи не идет. Спецназ, который раньше убивал собак, не занимается этим вопросом. Отловом собак занимается директор ветеринарного госпиталя Юрий Петрович Никитюк. Не конкретно он, а его ребята, поскольку уже много лет подряд он заключает договора на лов безнадзорных животных как в городе, так и в Ленинградской области.Т. Троянская
―
Комитет по благоустройству теперь не занимается отловом животных, но он и не передал функции Управлению ветеринарией?С. Лось
―
Он саботировал и блокировал в течение этого года отлов безнадзорных животных, что, на мой взгляд, недопустимо.Т. Троянская
―
Сейчас животные и не отлавливаются, и не стерилизуются?С. Лось
―
В городе не отлавливаются и не стерилизуются. Исключение составляет Ленинградская область. Там по-прежнему животных отлавливают и стерилизуют, отпускают в естественную среду обитания. Приютов мало. Они не финансируются. Невозможно держать всех животных в приютах. Это и не к чему. Адаптированных животных, которых подкармливают, которые могут жить на улице, надо отпускать, потому что хотя на сегодняшний день приюты есть, но их мало, они не финансируются, животных там много, ничем хорошим это не заканчивается.Т. Троянская
―
Мы пытались связаться с ветеринарным госпиталем, но, к сожалению, они не откликнулись на наше приглашение. Но у меня есть комментарии, которые они дали коллегам из «Петербургского дневника». Процитирую комментарий замдиректора ветеринарного госпиталя Елены Мединцевой : «Проблема с животными, оказавшимися на улице, не может быть решена, пока процедуру чипирования не пройдут домашние животные. Ряды безнадзорных, как правило, пополняются за счет брошенных хозяевами животных». Это действительно так?С. Лось
―
Да, это действительно так. Многие заводят животных, не чипируют их, не стерилизуют. Поиграли – выбросили на улицу. Бедное животное на улице в шоке, в стрессе до тех пор, пока не забеременеет и не наплодит щенков.Т. Троянская
―
Возможно ли заставить всех чипировать домашних животных?Е. Боброва
―
У нас с 2016 года есть большое благо, оно только в Санкт-Петербурге. Любой житель города с регистрацией в городе ежегодно может прививать и чипиовать свое животное на любой государственной ветеринарной станции. Я лично сама пользуюсь этим, потому что это большое достижение. Вакцины они используют хорошие. И это бесплатно. Тем самым снизили уровень заболеваемости щенков и молодых собак. Редко встретишь у плотоядных чумку. Олимпийка, скорее всего, есть до сих пор, но случаев заболевания намного меньше. К сожалению, в законе не прописана разница между регистрацией и чипированием, хотя это две разные процедуры. Регистрация – на бумаге, чип – в теле. По чипу можно установить владельца животного и спросить с него, почему его собака бегает без присмотра, почему она на кого-то напала, почему она попала под машину... Мы судим собак, вместо того чтобы спрашивать с людей.Т. Троянская
―
К сожалению, у нас толком не работает закон. Спросить у людей что-либо очень сложно, узнать, как он обращается с животным, соответственно, тоже.Е. Боброва
―
Закон очень хороший. Действительно хороший. Он не работает по другой причине: к каждому из положений закона писали нормативные акты, они касаются диких животных-невольников, и бездомных, и хозяйских животных, и так далее. Эти нормативные акты писало Правительство, точнее Министерство культуры и Министерство природных ресурсов. Каждый из этих нормативных актов написан настолько безобразно, что перечеркивает весь закон. По поводу приютов, вообще, нет никаких норм, рекомендации, методические указания, то есть это не нормативный акт. Дальше – конфискация диких животных. Он и переписали это с промтоваров: животные указаны в штуках, не прописывается ни окрас, ни пятна, ни отметены, просто 7 лисиц взяли – 7 передали. Каких передали: бурых или рыжих? Это создает простор для злоупотреблений. Посмотрим положения, касающиеся невольников. Министерство культуры писало о содержании животных в цирках. Они писали это, похоже, под диктовку циркачей. Как можно написать нормативный акт, предполагающий, что медведей содержат в клетке полтора на полтора и не может поменять своего положения? Я входила в команду защитников и организаций, которые давали свои предложения. Мы очень много работали, семь или восемь раз встречались и в Министерстве, и в Госдуме. Люди там грамотные. Но ни одного из наших предложений не взяли.Т. Троянская
―
По факту с такими актами закон не работает?Е. Боброва
―
Верно, закон блокирован нормативными актами. Сейчас закон получен Россельхознадзору, который пока недостаточно осведомлён, что ему это поручено. Контроль за содержанием диких животных в природе поручен Россельхознадзору. Я к ним недавно обратилась по поводу содержания медведя благотворительным фондом «Сирин» в жутких условиях в Левашово. Третий год медведь сидит без берлоги. Она разрушена. Нет ни пола, потолка. Он сидит в фекалиях. Мое заявление пересылали-пересылали, потом Федеральное агентство по Северо-Западу Росприроднадзор за подписью заместителя руководителя Золотова мне пишет: «по факту пола нет, потолка нет, берлога разрушена, доступа к питьевой воде нет, но в законе не написано, что это все должно быть». В законе, значит, нужно прописать, что должен быть потолок. «Там не написано укрыть от снега и дождя», – пишет мне Золотов. У меня эта бумага сохранилась. Как работать с такими чиновниками? Полиция и муниципальные чиновники должны следить за выгулом. Нельзя, чтобы животное было без присмотра. Это опасно и для животного, и для пешеходов, и для автомобилистов… Никто этого не делает. Если уж у нас не возбуждают уголовные дела при наличии преступлений по жестокому обращению с животными, то привлекать к ответственности за неправильный выгул выше их достоинства. Они этим не занимаются. В результате собаки убегают, собак выбрасывают. Это стресс для собаки, но и появление новых животных, которые плодятся. Несколько лет назад в Европе в десять раз увеличили штраф за выброс животного на произвол судьбы. Зарплата в среднем от одной до пяти тысяч евро – от плохой до хорошей. А штраф – две с половиной тысячи евро. Сейчас 25 тысяч евро нужно будет заплатить, если вы выбросили собаку. Привлечь собственника можно только тогда, когда животное чипировано.Т. Троянская
―
Как раз с этим там вопрос решен? А хорошие хозяева домашних животных тоже не спешат чипировать своё животное? Например, я подобрала своего кота в подвале, мне идти в ветеринарку и чипировать, хотя я точно знаю, что я его никуда не отдам и не брошу?Е. Боброва
―
Обычно обсуждают собак, поскольку многие люди их боятся. Кошки, в основном, дома. Но если кот породистый и его украли, то можно предъявить претензии. Что касается собак – я чипирую за государственный счет, почему бы и нет? Да, это моя собака, я гарантирую ее хорошее поведение. Тем более, что на государственных станциях чипирование бесплатно. В Москве такого нет.Т. Троянская
―
Если говорить о ситуации с домашними животными в целом и сравнивать Петербург и Ленинградскую область, вы считаете, что в ЛО дела обстоят лучше?Е. Боброва
―
Нет, я так не считаю.Т. Троянская
―
Об этом говорила Светлана…С. Лось
―
Да, я считаю, что в Ленинградской области дела обстоят неплохо, во всяком случае лучше, чем это было – сейчас никто животных не убивает. Бывают единичные случаи, бывают и чиновники, которые нанимают живодера, который убивает и которого никак не привлечь к уголовной ответственности. По сравнению с тем, что было… Возьмем даже 2012 год. Даже промежуток в 10 лет – большая разница. День и ночь.Т. Троянская
―
Я сейчас вспомнила ужасный случай, произошедший в пандемию, когда все еще сидели по домам. По-моему, это было летом. Я имею в виду историю с убийством кошек во второй городской больнице. Вы знаете, наказан ли кто-то?С. Лось
―
Никто не наказан. Никто не понес ответственности, хотя и заказчик, и исполнитель известны.Т. Троянская
―
Почему? Здесь нормативные акты, вроде, ни при чем. Или все снова упирается в них?С. Лось
―
Нет. Здесь не все упирается в нормативные акты. Я могу отметить то, что ситуация зависит в первую очередь от желания правоохранительных органов решать или не решать этот вопрос.Т. Троянская
―
То есть просто не захотели заниматься этим?С. Лось
―
Да, как часто это происходит – не захотели заниматься, как чаще всего и бывает.Т. Троянская
―
Давлением эту ситуацию не исправить? Это же закон.С. Лось
―
Все дело в том, что закон не работает так, как хотелось бы нам, зоозащитникам. Мы знаем заказчика. На него управы не найти. При желании найти можно, но есть множество нюансов – необходима бы была экспертиза, а ее негде было проводить, кошек убрали.Т. Троянская
―
По факту есть закон, есть идиотские нормативы и этот закон не исполняется? 17:00С. Лось
―
Да, не исполняется. В этом законе не прописаны механизмы ответственности за жестокое обращение с животными. Какой бы закон ни был, механизмы должны быть прописаны.Е. Боброва
―
Мы путаем два закона. Есть Федеральный закон об ответственном обращении, который прописывает, что такое жестокое обращение. Он расширил понятие, в частности не кормление, содержание без воды, то есть не только убийства. Привлечение идет по Уголовному кодексу статья 245. Закон об ответственном обращении здесь ни при чем.Т. Троянская
―
В случае со второй больницей – уголовная ответственность?С. Лось
―
Да.Е. Боброва
―
Есть статья №140 УПК – Уголовно-процессуального кодекса, по которому полиция обязана по каждому факту признаков преступления возбуждать уголовное дело. Они этого не делают. У нас огромные претензии к российской полиции и к российской прокуратуре. Это уголовное преступление. Оно считается преступлением средней тяжести. В развитых странах это преступление считается тяжким. Лицо, которое так расправляется с беззащитным животным, потом, как правило, переходит на беззащитных людей – на стариков и детей. Вспомните, хабаровских живодерок, которых осудили не только за жестокость к животным, но и за то, что они избивали бомжей. Грань стирается, когда можно управлять силой, а не разумом. Не только по кошкам. У нас есть целые группы лиц, которые делают деньги на убийстве животных. Так по всей России. Возьмите ИП «Колесников», с которым мы боремся уже не один десяток лет. Он не может сейчас отлавливать и убивать, он перерегистрировался на ИП спецперевозки. Его услугами пользуются муниципальные власти вне закона. Они не имеют права его нанимать, потому что отлов и стерилизацию проводит только те лица, в частности ветеринарный госпиталь, правильнее будет его назвать ветеринарной клиникой имени Айвэна Филлмора, эта клиника просто по документам ветеринарный госпиталь. Это исполнитель муниципального контракта. Никакой ИП «Колесников», никто другой не имеет права отлавливать животных.Т. Троянская
―
Они отлавливают животных, и что дальше?Е. Боброва
―
По факту это лицо вместе со своей женой их убивает, очень много информации в интернете. Он и меня в свое время чуть не убил. Убил щенка. Мы судились НРЗБ (19:53). Он убивает десятилетиями и не привлечь к ответственности. Почему этого нельзя делать, если у нас по всей России строят муниципальные приюты-концлагеря, где животных содержат в холоде, без корма, если чиновникам можно пилить бабло из бюджетных средств, почему рядовым гражданам нельзя, если ничего не наказывается? Нам удалось довести несколько дел до суда в начале 2000-х, были наказаны лица за убийства, издевательства. Сейчас у нас дела возбуждают только, если бросить пластиковый стаканчик в полицейского. А если НРЗБ (20:38) щенка в пермском приюте – это ничего, если кого-то убивают – ничего, если людям не возвращают их родную собаку – тоже ничего, хотя нарушаются их имущественные права. Попробуйте защитить беззащитных животных в стране, где нарушаются человеческие права.Т. Троянская
―
Это правда. Здесь ценность человеческой жизни мы знаем какая.Е. Боброва
―
Чем больше издевательств и пыток, о которых вы говорите, тем больше развязывают руки лицам, которые склонны к садизму. Любой вам сейчас скажет, какую работу они выберут – ту, где можно издеваться либо над людьми, либо над животными. Психиатр НРЗБ (21:20) как раз писал экспертизу, в которой утверждал, что подобные лица будут искать соответствующую работу. Они не будут этого делать во Франции или в Германии, поскольку там последует наказание, оно будет неотвратимо, а у нас это безнаказанно, вот и убивают, а мы ничего не можем сделать.Т. Троянская
―
Мне кажется, если говорить о воспитании глобально, иногда, общаясь с людьми, можно услышать: «Все равно это же животное, а не человек». С таким подходом и с таким отношением все возможно, по-моему.Е. Боброва
―
Во-первых, и мы представители животного мира. Это мы сами себя выделили и считаем себя вершиной творения с нашим убогим в общем-то мозгом. Крысы тоже себя важными считают, мне кажется. Мне нравится, как чиновники говорят: «Этот город – для людей». Думаю, что вороны и голуби тоже считают, что Санкт-Петербург их город. Мы должны жить, имея в виду, что планета земля создана не только для нашего вида и не только для наших детей, но и для детей других видов, других представителей животного мира. Их нужно уважать. Когда говорят о патриотизме, часто подменяют его милитаризмом или мотивами его. Любовь к природе, к родной земле намного шире. Мы, прежде всего, земляне. Березка растет и на нашей территории, и за столбиком, обозначающим границу Российской Федерации. Мне одинаково жалко, когда горят сибирские леса и когда пожары в Австарлии, когда вырубают индонезийские леса.Т. Троянская
―
Пора обсудить, как жили приюты во время самоизоляции. Насколько изменилась ситуация? Понятно, что приютам никогда не было особо хорошо. Но продолжим после новостей. НОВОСТИТ. Троянская
―
Мы продолжаем наш эфир. Светлана Лось – председатель зоозащитной организации «Право на жизнь», организатор частного приюта. Елена Боброва – президент региональной экологической общественной организации «Балтийская забота о животных». Изменились ли доходы приютов и сумма пожертвований?С. Лось
―
Приюты, как правило, частные. Я не говорю про свой приют. Мы с мужем справляемся, содержим животных за свой счет. Многие приюты, где значительно больше животных, им, конечно, тяжело не только в период пандемии, но и всегда. Государство не помогает приютам и никогда не помогало. На мой взгляд, это недопустимо, это преступление, поскольку частные приюты берут животных с улицы, вместе с этим берут на себя и заботу об этих животных. Они помогают государству, но государство смотрит на это сквозь пальцы, закрывает глаза. По большому счету ему наплевать, что делается в этих приютах. Помощи никакой. Я не забуду, как однажды мы с Ириной Субботникой, которая тоже содержит приют для домашних животных, поехали просить у администрации Выборгского района, чтобы они погасили задолженность по электричеству, они нас вытолкнули взашей, там была драка. Недопустимо такое отношение к зоозащитникам и к тем, кто помогает животным. Конечно, финансирование должно быть. Но, к сожалению, по факту люди, как могут, так и выходят из этой ситуации.Е. Боброва
―
Могу сказать, что вначале весны и летом, в период пандемии во многих приютах разобрали животных, в частности в Купчинском приюте. Было очень много волонтеров, ими стали те, кто не работал, не учился из-за карантина. Они помогали. Но наступила осень, как всегда за городом много брошенных животных. Их подбирают либо люди, либо приюты. Что касается помощи – многие приюты выигрывают гранты. Но я всегда выступала и до сих пор выступаю против муниципальных приютов. Это концлагеря, на которых отмывают бюджетные деньги, а животные голодают. Приюты должны быть частными, принадлежать разного вида НКО.Т. Троянская
―
Верно, важно, чтобы было НКО. Когда я говорила с депутатами нашего законодательного собрания, они говорили: «Мы не можем просто так выделять деньги. Должна быть организация».Е. Боброва
―
Кому вы будете выделять, если организации нет? Но они выделяют. В свое время мы купили передвижную операционную, за которую ходатайствовали депутаты. Мы начинали стерилизацию в 90-х годах. Она вошла в силу в 2004 году. С гениальным хирургом Юрием Петровичем Никитюком, который много лет занимается стерилизацией и кастрацией, проводит уникальные операции, у которого роскошная клиника, одна из лучших в России, мы начинали на передвижном мерседесе. Потом создали еще одну передвижную операционную. Потом он взял отлов, который был оторван как лакомый кусок от спецтранса. Отлова по Петербургу нет, поскольку здесь реализовано лучшее решение проблемы с животными по всей России. Мы образец. Чиновники и зоозащитники из других городов едут к нам учиться организации работы, как решить проблему с бездомными животными. Отлова нет еще и потому, что ситуация блестящая. Когда убивали животных, то в численности было другое соотношение между кабелями и суками. Это биологическая теория, которая стала практикой. Тогда на одного кабеля было от пяти до двенадцати сук. Сейчас на одного кабеля 1,5 суки. Это блестящий результат за многие годы. Популяция не восполняется, умирает. Я хотела бы еще обратиться к тем людям, которые ненавидят животных. Если они не хотят видеть на улицах бездомных собак, они должны выступать за кастрацию. В конце концов, бездомные животные живут недолго – два-три года. Потом они умирают. Если их не будет совсем, тогда в город пойдут дикие животные. Лондон наполнен лисами. По американским городам ходят койоты. У нас лисы на окраинах и в Выборге. Это результат кастрации. В Германии лисы тоже ходят. За лисами пойдут кабаны, лоси, потом медведи. Так что, уважайте бездомных собак. Потом неручных собак нельзя держать в приютах. НРЗБ (30:18). В Мурманской области сделали муниципальный приют, объявили неручных собак агрессивными, их держат в течение шести месяцев в бетоне, в темноте, в голоде. Мы вывозили, спасали оттуда собак. Если бы они брали ручных, это было бы логично. Но никто не выбрасывает потерявшегося пуделя. Та же клиника работает с приютами, НРЗБ (30:45). Все устраивается. И дворняжки тоже добрые. Бездомные собаки бывают разных групп. Потерявшиеся или выброшенные собаки не выживают. Их гонят злые люди и злые собаки, которые были рождены на улице и которые не боятся ее. Что касается других бездомных собак – они тоже делятся на разные группы: есть neighbour’s dog, то есть собаки, которые живут по соседству у гаражей, на промзонах и предприятиях, они ласковые, возьмут у вас курочку, облают машину, но с человеком жить они не станут, поскольку они вольные птицы, а есть совсем дикие собаки, которые не подходят на 25 метров. Заслуга Петербурга – мы выловили и стерилизовали именно таких собак. Они все плодятся, а генетика передается на поколения. Тогда диких собак становятся очень много. Сейчас той же глупостью занимается Пермь. Они убрали с улиц всех ручных собак. Там не доказано, но понятно, что они возвращают их: они умирают от голода, их убивают или не убивают – это открытый вопрос. А за дикими, неручными никто не бегает. В результате популяция мультиплицируется. Они делают зло – создают плохую НРЗБ (32:08) обстановку. Люди берутся за дело, которое не изучили и не знают, таким образом ухудшая ситуацию с животными. Нельзя их так бездумно убирать из среды.Т. Троянская
―
Мы все время говорим о собаках, но город наводнен и бездомными котами…Е. Боброва
―
Котов тоже надо кастрировать. НРЗБ (32:35) можем доставлять любых бездомных кошек и собак. Стерилизация продолжается. Нет отлова. Но любой гражданин может любое бездомное животное принести на стерилизацию, предварительно нужно записаться по телефону, потому что время врача и так далее. Пожалуйста – welcome! Что касается Ленинградской области – там финансируется и стерилизация, и отлов, поэтому животные доставляются машинами от ветеринарной клиникой имени Айвэна Филлмора, ее юридическое название ООО «Ветеринарный госпиталь». Это делается через районные комитеты по благоустройству. Любой человек может туда позвонить: «Здесь собачка. Заберите ее». Я так тоже делаю. Они приезжают, забирают собаку. Прекрасные ребята, все гуманисты. Они отвозят собак, потом звонят и привозят на следующей неделе, поскольку есть постоперационный период.Т. Троянская
―
Светлана, как работают частные приюты? Нам пишут слушатели: «Частное – значит, речь идет о прибыли». Но всё-таки частный приют для бездомных животных – это совсем другое.С. Лось
―
На сегодняшний день у нас практически все приюты частные. Знаю, что один полугосударственный. Он на Большом Смоленском. Даже выделяются какие-то денежные средства. Но туда не пройти, никак не проконтролировать их деятельность. Что касается частных приютов – мне не приходилось сталкиваться с такими приютами, которые получали бы финансирование и тратили бы эти деньги исключительно на себя. Я знаю, что приютам всегда не хватает денег. Как можно на себя при этом тратить, я не представляю. Может, какие-то приюты зарабатывают деньги на Яндекс.кошельках и тратят их на себя, а не на животных. Можно часто в интернете можно встретить информацию о том, что собирают деньги на лекарства, на вымышленные операции, хотя они, может, и правда проводятся. Я не берусь ничего говорить, поскольку не отслеживала ситуации. Могу сказать о своем приюте – мы никаких НРЗБ (35:23) денег не собираем на своих животных. Мы с мужем содержим их за свой личный счет. Никакой помощи никто нам не оказывает. Другой вопрос – у меня есть знакомая, у которой в Выборге огромный приют. У нее там и собак там 300 голов, и кошек полно. Ей помогают финны. Этот приют находится недалеко от границы. Сейчас не знаю, как помощь осуществляется из-за того, что перекрыты границы. Но, может быть, как-то и помогают. Все равно очень тяжело по деньгам. Она продала свою квартиру. Все деньги тратит исключительно на животных. Содержит приют, ничего себе не забирая. Она фанат своего дела.Т. Троянская
―
Действительно, приюты, в основном, содержат люди, которые любят животных и не могут прийти мимо бездомного кота.С. Лось
―
Люди, которые не могут пройти мимо чужой беды. Я приглашаю вас. У меня все доступно. Посмотрите, как мы живем, как мои собаки и кошки содержатся.Т. Троянская
―
Спасибо! Хочу попросить наших слушателей – пожалуйста, помогайте бездомным животным и приютам.С. Лось
―
Последняя ремарка – хотела бы обратиться к тем, кто наш слушает и слышит, и сказать, что большое и страшное заблуждение – считать, что животные тоже болеют ковидом. Это неправда. Животные не болеют ковидом. Берегите, любите животных, помогайте им, как можете.Т. Троянская
―
Спасибо!Е. Боброва
―
Спасибо!