Искусственный интеллект - Аркадий Сандлер - Интервью - 2020-09-16

И. Воробьева― 11 часов и 09 минут в столице, всем доброе утро, у микрофона Ирина Воробьева, и у нас сейчас прекрасный эфир, который мы посвятили такому понятию, как искусственный интеллект. Мы обязательно поговорим о том, что это, что является искусственным интеллектом, а что им не является. У нас в гостях директор Центра искусственного интеллекта МТС, Аркадий Сандлер. Аркадий, здравствуйте.

А. Сандлер― Доброе утро.

И. Воробьева― Ну, так что, что такое, давайте в терминах разберемся, что наши слушатели и зрители, которые к нам присоединяются на канале «Эхо общества», могли ориентироваться. Что такое искусственный интеллект в данном случае, или вообще?

А. Сандлер― Ну, с одной стороны искусственный интеллект – это такой класс систем, который выполняет работу, присущую человеку, в плане использования когнитивных способностей человека. То есть понимать текст, слышать звук, каким-то образом распределять этот поток, это с одной стороны. С другой стороны искусственный интеллект довольно во многом является термином больше маркетинговым, потому что в тот момент, когда какие-то системы, которые в момент разработки исследования называются системами искусственного интеллекта, получают какую-то свою стабильную бизнес-модель, и ясную пользу и ценность, которую они приносят человечеству. Они почему-то из своего названия резко теряют словосочетание «искусственный интеллект», и становятся просто навигатором, просто системой проверки орфографии, просто разговорным автоматизированным интерфейсом, и так далее.

И. Воробьева― То есть, всё то, что мы сейчас перечислили, это искусственный интеллект всё-таки, или нет? Давайте, где тут маркетинг, а где нет?

А. Сандлер― Если считать искусственным интеллектом класс систем, выполняющий работу, присущую человеку, то да, это система с элементами искусственного интеллекта, наверное так правильнее всего это называть. Если говорить о том, что искусственный интеллект – это маркетинговый термин… Ну, нет, давайте лучше все-таки оставим это называть, и будем называть это искусственным интеллектом.

И. Воробьева― Хорошо. Просто, чтобы тоже как-то разобраться. Еще есть машина обучения, есть нейросеть, все вот эти слова, это всё то же самое, или это какие-то другие вещи?

А. Сандлер― Нет, нет, системы на базе искусственного интеллекта, они строятся на разных технологиях, и машинное обучение искусственные нейросети, это некоторый математический инструментарий. Он используется в разном применении, и не всегда это системы искусственного интеллекта, автоматизирующие когнитивные функции. Ну, это примерно как не знаю, современная арифметика.

И. Воробьева― Ладно. Смотрите, у вас должность даже звучит как директор Центра искусственного интеллекта МТС. То есть, у МТС есть целый центр искусственного интеллекта. Расскажите, почему компании МТС так плотно этим занимаются, и в чем это проявляется, в чем ваша работа?

А. Сандлер― Ну, для компании МТС достаточно естественно заниматься системами на базе искусственного интеллекта, потому что компания МТС, что называется, естественно рожденная изначально для того, чтобы люди обменивались информацией голосом, и поэтому конечно, эта тема для нас очень важная, и мы делаем разные системы, которые связаны с передачей информации на естественном языке. И наверное, это наша, я бы сказал, основная ударная фокусная компетенция, это разнообразные системы на обработки естественного языка. Поскольку компания МТС не чужда маркетинга, то в названии этого центра мы использовали словосочетание «искусственный интеллект».

И. Воробьева― Хорошо, мне нравится. Ладно, а если мы говорим про применение… Давайте остановимся, хорошо, пусть будет искусственный интеллект, мы будем так его и называть. Не важно, маркетинг это или нет, так проще, мне кажется, просто.

А. Сандлер― Давайте.

И. Воробьева― Хорошо, если мы посмотрим вокруг нас, и вы посмотрите вокруг себя в своей работе. Искусственны интеллект, где мы его не видим, не замечаем, но где он есть. Вот я беру мобильный телефон, правда не МТС, простите, но тем не менее это мобильный телефон, тут куча всего.

А. Сандлер― Там куча всего, и он полон разнообразных систем, которые надо бы называть «с элементами искусственного интеллекта». Когда вы печатаете, и телефон помогает вам выбрать правильное написание какого-то слова, это оно.

И. Воробьева― Т9, пресловутый.

А. Сандлер― Да, когда вы общаетесь в телеграмме с каким-то ботом, дающий вам какой-то сервис, это оно. Когда в каком-то приложении, там в навигаторе вы прокладываете маршрут, то маршрут строится тоже по сути с элементами искусственного элемента, точно на машинном обучении. Когда сотовая сеть вычисляет, как лучше вас обслужить, сфокусировать сигнал, чтобы у вас был быстрее интернет мобильный, и лучше качество связи, а так же собирает много-много разных данных для того, чтобы улучшать свои сервисы, там тоже очень много, где используется машинное обучение. Когда вы на телефоне ходите по сайтам, и видите рекламу контекстную, она тоже у вас появляется, благодаря системам с машинным обучением, и так далее. То, что мы называем искусственным интеллектом, и тем более машинным обучением, окружает нас очень-очень много, где. Когда вы связываетесь с друзьями, с помощью… Не знаю, скайпа или зума, и используете размытие фона, или замену фона, это тоже система на базе машинного обучения, по сути искусственного интеллекта, который выделяет вас, который отделяет картинку, и заменяет эту картинку. Мы окружены этими системами каждый день, мы находимся как… Те, кто занимается этой темой плотно, мы говорим, что мы находимся внутри основной турбулентности, четвертой промышленной революции. Когда всё меняется, меняется модель потребления, меняется модель занятости, меняется вообще жизненная модель, что для нас становится естественным. Современные дети не представляют себе жизнь без того, что мы называем интернет и мобильные телефоны, но они на самом деле не представляют себе жизнь без тех самых систем, которые работают на базе искусственного интеллекта, и которые делают их жизнь намного более комфортными.

И. Воробьева― Вы так просто всё это рассказываете, это вокруг нас, особенно в телефонах… Ну правда, каждый раз, когда любой человек мне кажется, слышит про искусственный интеллект, сразу вспоминает фильм «Терминатор», «Скайнет», «Захват», «Роботы», вот это всё. Ну, это же не настолько искусственный интеллект, чтобы этот телефон мог взбунтоваться против меня, правда же?

А. Сандлер― Очень часто я слышу эту ассоциацию.

И. Воробьева― Ну естественно, конечно.

А. Сандлер― Это фантазия.

И. Воробьева― Потом еще будете человеком, который скажет, что вы создали «Скайнет». Ну, вы же директор центра.

А. Сандлер― Ну…

И. Воробьева― Это фантазия, фильм…

А. Сандлер― Не страшно. Это фантазия, это фильм. Для того, чтобы произошло то, что описано в этом фильме, должен произойти такой научный скачок, который мы пока… Те, кто занимается этой темой, мы пока не знаем, когда он произойдет, и как это сделать. Поэтому, не надо пока бояться терминаторов.

И. Воробьева― Ну, терминаторов возможно нет, но все равно есть ощущение, особенно когда у людей например там «умный дом», колонка такая, колонка сякая, она тебя слышит, включает тебе музыку, не знаю, что-то еще делает наверное, да?

А. Сандлер― Да.

И. Воробьева― И ты окружен всеми этими гаджетами, этими системами, которые подгадывают что тебе нужно, и предлагают тебе. И ощущение, что в какой-то момент ты просто свою жизнь им отдал, и они управляют ей. Нет, такого нет у вас ощущения?

А. Сандлер― Нет, они просто пытаются сделать нашу жизнь намного более комфортнее. Нам же всем намного больше нравится спать не на мешке с сеном, а на мягком матрасе. Этот матрас при этом не захватил нашу жизнь, и не управляет нами.

И. Воробьева― У меня есть иногда такое ощущение, сговорился с одеялом и полушкой.

А. Сандлер― Да, ну то есть, они нам помогают лучше отдыхать. Все эти системы, которые нас окружают, они стараются делать так, чтобы наша жизнь была комфортнее, и за это мы платим своим вниманием.

И. Воробьева― Хорошо, я напомню нашим слушателям, что это прямой эфир, и у нас в гостях сегодня директор Центра искусственного интеллекта МТС, Аркадий Сандлер. Нас можно смотреть в Ютубе на канале «Эхо общества», и там задавать вопросы. Ладно, если мы не боимся, что у нас будет бунт телефонов, но опасение, что все эти умные штуки заменят реальных людей, которые выполняют ту же самую работу, они наверное чуть менее фантазии.

А. Сандлер― Конечно, меняется структура занятости. Как в любой промышленной революции, во всех предыдущих, структура занятости очень сильно поменялась. Но если возьмем уроки вот этой самой истории про промышленные революции, то мы увидим, что рабочих мест во время и после каждой промышленной революции становилось больше, они менялись. На поля вышли комбайны, обувь большую часть стали делать на фабриках, а сапожники, которые делают полностью руками, это стало такое уникальное, не побоюсь этого слова, маргинальное занятие, которое мы на самом деле очень ценим. При этом очень дорогое, то есть результат очень дорогой. Здесь происходит ровно то же самое, появляется невероятное количество новых профессий. Что очень важно? Очень важно понимать, что те, кто собираются продолжать продуктивно работать в следующие 10, 20 и так далее лет, должны понимать, что технологию не остановиться, а выполнение условно шаблонных когнитивных функций будут брать на себя системы и роботы всё больше и больше, и наша… Ну, не то, чтобы задача, наше комфортное состояние, нам не нужно будет это объяснять детям, но вот тем, кто уже сейчас не дети, наверное нужно это как бы, осознать. Нам нужно научиться работать в симбиозе с этими системами, использовать их правильно, обучать их правильно, и так далее. То есть, это совершенно понятно. Во время предыдущей, там третьей промышленной революции мы научились работать вместе с системами, которые заместили людей в тяжелом физическом труде. И в общем-то этот труд, тяжелый, физический, человеку больше не очень нужен. Станки, там машины, и так далее. Сейчас монотонный, рутинный, псевдо интеллектуальный труд заменяет машины, а человеку остается очень много пространства для творчества, для того, чтобы использовать грамотно вот эти самые машины и роботы. Я очень жду, когда например малый и средний бизнес начнет внедрять себе такие вещи, такие системы, потому что сейчас это всё-таки больше удел крупных корпораций. Но мы уже приближаемся к точке, когда малый и средний бизнес массово начнет внедрять себе такие системы, потому что стоимость внедрения становится всё ниже, и ниже. Это становится доступно и для такого рода бизнеса, и для людей вокруг себя настраивать эти системы, ну, то есть нам с вами не по работе, а в жизни. И здесь мы увидим конечно очень большое изменение, повышение эффективности человеческого труда, увеличение творчества. Мне кажется, очень будет много… Появится очень много малых предприятий, которые делают какие-то интересные творческие локальные продукты. Вот это самое… Я даже не побоюсь сказать слово ремесленничество, оно на совершенно новом уровне. Если мы сейчас посмотрим, даже очень можно… Например, среди украшений, очень модно не большие серийные компании, а вот именно крафтовые вещи, что есть ремесло, да? Я думаю, что мы вот все идем в эту сторону. И там у меня есть разные там загоризонтные фантазии на эту тему, как это всё будет развиваться. Но в целом я думаю, что это промышленная революция несет нам очень и очень много всего хорошего, и очень много того, чего мы не могли себе позволить в состоянии условного индустриального общества, когда всё было очень сильно шаблонизировано.

И. Воробьева― Давайте, про МТС поговорим. Вот вы говорите, что малый и средний бизнес рано или поздно, тоже начнет пользоваться этими системами. Где… Ну, я не знаю, не конкретно, а вот пользователи, у которых МТС, где они могут увидеть вот этот искусственный интеллект? Чат-бот, или что?

А. Сандлер― Да, у нас есть робот, который обслуживает запросы наших клиентов, когда они обращаются за помощью, и мы здесь уже обслуживает ну, порядка 80% всех запросов роботом. То есть, вы открываете приложение, и если у вас есть вопрос… Если информации из приложения вам не хватило, то вы заходите в чат, и там пишите, и вам отвечает робот в первую очередь. У нас есть система, которая позволяет как раз малому и среднему бизнесу упорядочивать свой документооборот, создавать документы необходимые для ведения бизнеса. У нас есть виртуальный ассистент, и колонка умная, которую можно поставить себе дома, и вокруг нее накрутить всякий «умный дом», и общаться с нашим Марвиным, голосом.

И. Воробьева― Марвин? Его зовут Марвин?

А. Сандлер― Да, его зовут Марвин. Он там ставит музыку, он ставит аудиокниги. У этой колонки например есть аккумулятор, поэтому я иногда отношу, просто отключаю эту колонку от питания, отношу в детскую, и моя младшая дочка выбирает, какую она хочет сказку на ночь, и он там рассказывает какую-то сказку на ночь. Потом можно забрать, и обратно поставить на зарядку. То есть, мы конечно делаем довольно много всего, еще больше мы делаем того, что происходит внутри компании для того, чтобы повышать эффективность бизнес-процессов компании, чтобы сервис становился лучше.

И. Воробьева― А можно вернуться к вот этому помощнику, чат-боту. Всегда было интересно, как это работает. То есть, человек же задает вопрос не по той форме, которая забита в какие-то шаблоны. Каким образом условно там бот понимает, о чём идёт речь?

А. Сандлер― Здесь включается искусственный интеллект.

И. Воробьева― Наконец-то!

А. Сандлер― Да. Дело в том, что мы обслуживаем очень много запросов. У нас МТС компания очень большая, и существует давно, и контактный центр, который помогает клиентам, тоже существует очень давно. История обращений у нас очень большая, и мы ровно на этом и обучаемся. Мы знаем, когда вы обращаетесь к нам за помощью, для вас это уникальный случай обращения, а для нас это один из десятков тысяч, полученных за эти сутки, или миллионов. И мы умеем классифицировать эти обращения, потом из вашего обращения достать необходимые данные, информацию извлечь, чтобы связать конкретно ваше обращение с конкретно вашим аккаунтом в системе. Оттуда мы берем данные собственно про ваш профиль, что у вас за тарифный план, какой у вас баланс, что подключено, что не подключено, и комбинируя данные, которые мы взяли из вашего обращения, где сформулирован ваш запрос и ваша боль, с информацией, которую мы про вас знаем, мы комбинируем и формируем для вас ответ, который надеюсь сильно помогает. Это система на первом слове, она работает с естественным языком, его разбирая, понимая, и доставая разнообразную информацию, а внутри она проинтегрирована с десятками разнообразных внутренних систем, внутри МТС. Именно для того, чтобы обогатить знания про то, что вы спрашиваете, и эта система, она например умеет вам какие-то тарифные опции переключать, она умеет не только рассказать вам, что с вами происходит, она может выполнить какой-то ваш запрос, который есть. Именно для того, чтобы вам было быстрее или комфортнее, либо подсказать, где это сделать. Но если вдруг мы встречаемся с какой-то очень сложной задачей, или например такого рода сценарий обслуживания обязательно должен включать человека, потому что кто-то должен взять на себя какую-то там ответственность за какое-то сложное решение, то здесь мы понимаем, здесь нужно переключить на человека, и переключаем это на оператора. Но не больше одной пятой таких запросов на самом деле, даже меньше.

И. Воробьева― То есть, с подавляющим большинством справляется…

А. Сандлер― Да, с подавляющим большинством запросом справляется робот. Но этот робот – это часть большой, разнообразной, очень продуманной и развивающейся системы обслуживания. То есть, вы открываете приложение, и там очень много разной информации. Почти наверняка, большое количество ваших вопросов будет покрыто просто тем, что вы посмотрите на первый или второй экран приложения. Но если он останется вопрос, добро пожаловать в чат.

И. Воробьева― Ну ладно, вы этого не скажете, я скажу. Большинство людей просто не будут искать информацию, а сразу побегут спрашивать, вот мне пожалуйста, и так далее. Это тоже нормально, может быть у кого-то нет времени. У нас тем временем 2,5 минуты остается, давайте еще про работу компании, чем… Ну я не знаю, искусственный интеллект лучше, в каких процессах он лучше человека? Потому, что какую-то работу вы уже назвали псевдо интеллектуальной, которую проще отдавать машинам, и соответственно какие процессы компании лучше отдавать роботу? Ну, кроме вот этого чат-бота?

А. Сандлер― Вы знаете, когда меня спрашивают, я немножко переверну этот вопрос. Меня иногда спрашивают, где начать внедрение искусственного интеллекта, в первую очередь. Я всегда говорю следующим образом, представьте себе, что у вас есть армия совершенно бесплатных сотрудников, которая умеет работать одной когнитивной функцией. Ну например, они могут читать документы, и раскладывать их по папочкам, или они могут услышать в телефонной трубке что им говорят, и нажать какие-то кнопки. То есть, какая-то когнитивная функция сработала, и дальше выполнение одного сценария. Вот представьте себе, что у вас есть армия бесконечного количества таких людей, и они все бесплатные тотально, вам ничего не стоят. В какой процесс вы таких людей примените в первую очередь? Ну, то есть где для вашего бизнеса будет наиболее ценность, применение такой армии людей? Вот то что вы выбрали, это и есть зона первичного куда вам нудно пойти, и начать внедрять систему искусственного интеллекта, а потом повторить. Ну, то есть сделав в этой области, выбрать следующее.

И. Воробьева― Ну, это же армия однозадачных людей. Ну, я не знаю там, узкозадачных. Это же не армия людей, которые могут много всего делать.

А. Сандлер― Ну да, поэтому я и сказал, что это такое допущение, это такое интеллектуальное упражнение.

И. Воробьева― Упражнение, да? Я поняла. Полминутки, короткий вопрос из чата. Правильно ли я понимаю, спрашивает наш зритель, что программа-переводчик (неразборчиво) с вашей точки зрения является примером искусственного интеллекта. Не (неразборчиво) сетью, а именно искусственным интеллектом.

А. Сандлер― Искусственные нейронные сети, это математический аппарат, который использует систему искусственного интеллекта. Все лучшие сегодняшние системы переводчиков, они строятся на машинном обучении с использованием искусственных нейронных сетей. Поэтому да, искусственный интеллект, да, с нейронными сетями.

И. Воробьева― Спасибо большое, я напомню нашим слушателям, что у нас в гостях сегодня в прямом эфире директор Центра искусственного интеллекта МТС Аркадий Сандлер, поговорили, рассказали. Если кто-то пропустил, послушать и посмотреть можно нас на сайте, и в Ютубе на канале «Эхо общества», спасибо.

А. Сандлер― Спасибо большое.