Волшебная гора. Новый режим работы музеев и культурных центров Петербурга - Анастасия Курехина, Анна Соколова, Юлия Купина - Интервью - 2020-07-17
17.07.2020
Волшебная гора. Новый режим работы музеев и культурных центров Петербурга - Анастасия Курехина, Анна Соколова, Юлия Купина - Интервью - 2020-07-17
Скачать
Т. Троянская
―
Добрый день, в студии Татьяна Троянская, и я сейчас буду приветствовать наших гостей. Мы пока ещё в онлайне – то есть, наши гости не находятся в студии. Анна Соколова, директор Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Анна, добрый день.
А. Соколова
―
Здравствуйте.
Т. Троянская
―
И Анастасия Курёхина, художественный руководитель Центра современного искусства им. Сергея Курёхина. Анастасия, добрый день.
А. Курёхина
―
Добрый день.
Т. Троянская
―
Ну что, вас можно поздравить: вы уже работаете, и работаете в особом режиме, как сейчас это принято говорить. Маски и перчатки. Всё верно, да?
А. Соколова
―
Да.
Т. Троянская
―
Я думаю, мы сначала к Анне Соколовой. Анна, вы уже работаете и уже можете поделиться первыми результатами.
А. Соколова
―
Да, мы уже работаем две недели. Мы начали давно репетировать наше открытие, приобрели рекомендованные Роспотребнадзором защитные щиты на кассы, дезинфекторы, которые поставили везде в музее по ходу следования посетителей. Наши сотрудники принимают посетителей вот в таких масках. Мы пускаем в музей только, конечно, с масками, перчатками и предварительным бесконтактным измерением температуры. Если посетители приходят, не вооруженные средствами индивидуальной защиты, мы их выдаём бесплатно. И также нам пришлось ограничить количество посетителей до 4 человек в течение одного сеанса. Эти сеансы мы организовали раз в 20 минут, по предварительной записи онлайн.
Т. Троянская
―
Только онлайн, правильно я понимаю, можно записаться? Если ты проходишь мимо Музея Анны Ахматовой, вот так вот взять и зайти невозможно.
А. Соколова
―
Если очень сильно повезёт, потому что всего 4 человека могут одновременно находиться в комнате, в экспозиции. Мы записали аудиогид, который позволяет нам организовать бесперебойный поток, двигаясь по маршруту с определённым шагом. Постарались максимально включить в этот аудиогид и экспозицию, и американский кабинет Бродского. Но поскольку все изголодались по музею, желающих очень много, и поэтому практически всегда запись полностью закрыта на пару дней вперёд. Поэтому только если вдруг кто-то не пришёл, вы сможете случайно попасть на освободившееся место. Но шансов мало.
Т. Троянская
―
4 человека, вы сказали. А сколько сеансов в день?
А. Соколова
―
Через каждые 20 минут, начиная с 10:40. От 16 до 18.
Т. Троянская
―
Спасибо. Юлия Купина, генеральный директор Российского этнографического музея к нам присоединяется. Вы с сегодняшнего дня начинаете работу, я правильно понимаю? …Что-то у нас всё-таки какие-то проблемы со связью. Я ничего не слышу. Ладно, тогда я перехожу к Насте Курёхиной. У вас, с одной стороны, и музей тоже, но это центр современного искусства. Как вы работаете?
А. Курёхина
―
Мы, конечно, работаем и онлайн, и мы открылись 7 июля. Потихоньку народ ходит, все в масках. Мы тоже делали все эти правила, у нас всё есть: и дезинфекторы, и маски, температуру меряем. К нам посетители в основном приходят в масках и перчатках, надо сказать.
Т. Троянская
―
Вы их предупреждаете? И выдаёте ли маски, если их нет у посетителей?
А. Курёхина
―
У нас есть маски для посетителей, но их немного, поэтому они в основном приходят в своих. Во время пандемии мы, во-первых, сделали празднование дня рождения Сергея 16 июня. Мы сделали 24-часовой онлайн-показ архивных материалов. Я раскопала и свой архив семейный, и очень много концертов, которые никогда никто не видел. В день смерти мы повторили, только 12 часов. Люди благодарят, говорят, что все 12 часов просидели просмотрели, потому что материал уникальный, и это было интересно. Потом мы сделали «Стрим-Механику» 16 июня, где были живые диджей-сеты с музыкой Сергея. Были в Zoom встречи с друзьями Сергея и их рассказы. То есть, всё время что-то делаем, стараемся.
Т. Троянская
―
Ну да. Настя, вы уже начали говорить о том, что было до. А сейчас по сколько человек вы пускаете к себе, и нужно ли обязательно в электронном виде покупать билет для того, чтобы к вам попасть?
А. Курёхина
―
У нас полегче с посетителями. Как-то регулируем. Тоже 4 человека где-то примерно, но так строго, чтобы расписано всё… У нас всё-таки заходят и готовы подождать или прийти в другое время. Кто хочет, тот попадает.
Т. Троянская
―
У нас какие-то технические неполадки со связью с Музеем этнографии. Серёжа, наш звукооператор, говорит, что с нашей стороны всё хорошо. Я не знаю, если нас слышит Музей этнографии – пожалуйста, проверьте. Может быть, вам отключиться и перезайти попробовать. Мы же возвращаемся. Про жизнь в музеях: скажите, пожалуйста, некоторые галереи и музеи приняли решение пока не открываться. Это личное решение, то есть, вы могли бы в принципе до конца августа не работать или до сентября? Или вы обязаны были открыться сейчас?
А. Соколова
―
Официально мы могли, конечно, не работать. Просто уже соскучились и мы, и посетители. И здесь, видимо, во многом зависит от того, насколько организация может обеспечить вот это безопасное нахождение на территории музея. Мы пока до сих пор не открыли наш филиал, Музей-квартиру Льва Николаевича Гумилёва, и откроем только 11 августа. Мы уже отработали все подводные камни, поняли, с какими сложностями мы можем столкнуться, и готовы выделить ресурсы, прежде всего человеческие и организационные, для того, чтобы открыть наш филиал. Это зависит, конечно, во многом от воли руководства и от готовности к приёму посетителей, потому что это очень сложно, это требует постоянных усилий, организации нескольких контрольных точек, обеспечивающих безопасность, очень сложного планирования.Это действительно не так просто. И я думаю, что это не так просто как для наших супергигантов – очень больших музеев, потому что действительно, как им справляться с таким потоком посетителей и экскурсиями; так и наоборот, для совсем маленьких. Мы пошли по пути записи специальной аудиоэкскурсии и выдаём посетителю на входе аудиогид в одноразовом чехле, который потом он, пройдя всю экспозицию, может вернуть. Мы дезинфицируем и меняем опять.
Т. Троянская
―
Я говорила с посетителями Центрального выставочного зала «Манеж», который тоже достаточно рано открылся. В последние дни работала выставка агентства Magnum, и люди, побывавшие на этой выставке, очень печалились. Говорят, замечательная выставка, но это невозможно – маски и перчатки. Встреча с искусством в масках и перчатках – это неприятно. Вы какие-то недовольства слышите от посетителей, или все так соскучились и настолько счастливы, что на это даже не обращают внимание?
А. Курёхина
―
Нет, мы не сталкивались. На самом деле наши посетители на редкость организованные, ходят в своих красивых масках. И для современного искусства, я думаю … А тем более, у нас сейчас выставка Люды Беловой – она сама по себе тоже вся интересная, про искусственный интеллект. И наоборот, даже очень классно.
Т. Троянская
―
Она созвучна нашей пандемической истории?
А. Курёхина
―
Да, вы знаете, мы её просто открыли прям накануне карантина и продержали весь карантин. Конечно, обидно было её закрывать, поэтому мы сейчас поскорее её открыли, потому что в августе у нас уже следующие планы и выставки, фестивали. «Арт-Стену» никто не отменяет, она будет на свежем воздухе, будем красить стены. В общем-то у нас единственное по сравнению с Музеем Ахматовой – что мы даём нашу аудиогид-экскурсию скачивать. Все с какими-то телефонами, девайсами, поэтому мы просто делаем так, чтобы не делать одноразовых чехлов. Ну, это у нас своя специфическая публика, конечно.
Т. Троянская
―
У вас да, у вас, я так понимаю, хипстеры в основном.
А. Курёхина
―
Наверное, много, да. Совершенно разные люди приходят из разных поколений, интересуются, что такое современное искусство.
Т. Троянская
―
Неделю назад у нас в эфире был Михаил Пиотровский, директор Эрмитажа, и он сказал, что эта жизнь онлайн им показала людей, которые по-настоящему любят музей и для которых посещение музея очень важно, как лекарство. Он сказал, что «мы отныне будем заботиться именно о таких людях и прислушиваться к остальным». Работа ваша в онлайне выделила группу людей, для которых центр тоже является таким лекарством?
А. Курёхина
―
Вы знаете, это очень индивидуально. На самом деле у нас значительно увеличилось количество посетителей наших онлайн-мероприятий. В дальнейшем я уже буду делать большую платформу для будущего на всякий случай, и это интересно. Конечно, при всём при том, что все говорили, что вот, молодое и среднее поколение уходят от живого общения, все уходят в сеть – карантин показал, что на самом деле нет. Что все настолько скучают по живому общению, что оно настолько важно для нас всех. Это меня порадовало – что уход в сеть пока полный не предвидится. У нас сотрудники теперь как на праздник приходят, пользуясь каждым случаем, чтобы появиться, пообщаться и уйти из квартиры в мир.
Т. Троянская
―
Я надеюсь, что это не только в первое время будет, потому что сейчас соскучились, пришли, а потом всё вернется на круги своя. Анна, как у вас?
А. Соколова
―
Мы надеемся, что, конечно, это не только первое время. Всё-таки у нас постоянно достаточно большой поток живых посетителей. Здесь сложно говорить о том, что мы выделили какую-то специфическую аудиторию. Скорее, нам удалось сохранить нашу аудиторию, совершенно разновозрастную и в том числе семейную. И мы для себя открыли какие-то новые способы работы, которые мы постараемся сохранить и в послекарантинное время: целый ряд онлайн-мастерских себя очень хорошо зарекомендовали, виртуальных экскурсий, от которых, в принципе, даже после снятия ограничений мы можем не отказываться. Они востребованы, они пользуются популярностью.
Т. Троянская
―
Получается, извлекли вы пользу.
А. Соколова
―
Да, мы многому научились, многие приёмы и активности мы для себя освоили.
Т. Троянская
―
Что касается сада у Музея Анны Ахматовой, сейчас там активность наблюдается какая-то или пока ещё нет?
А. Соколова
―
Нет, и видимо, какое-то время она не будет наблюдаться, потому что сад открыт как часть музейной территории, люди по нему проходят для того, чтобы попасть в музей, показать билеты. И мы должны были сегодня, завтра и послезавтра проводить фестиваль «Бродский DRIVE» в саду Фонтанного дома. Рассчитывали до конца, что нам удастся сделать это в живом режиме. Сегодня вынуждены перед всеми извиниться и ограничиться исключительно онлайн-форматом, вернуть деньги за билеты тем, кто уже успели их приобрести.Мы до конца рассчитывали, что нас удастся согласовать с Роспотребнадзором небольшое количество аудитории, которую мы хотели впустить в сад, но такова сейчас ситуация. У вас в новостях она тоже прозвучала перед нашим выпуском. Она, к сожалению, не становится лучше в Санкт-Петербурге, и мы приняли решение ограничиться онлайн-форматом. Важно было его провести, чтобы сохранить эту традицию фестиваля в саду Фонтанного дома, но, к сожалению, не в таком массовом варианте.
Т. Троянская
―
Это будет происходить в реале?
А. Соколова
―
Да, у нас уже установлены сцена, радиорубки. У нас именно сейчас в саду чекаются наши музыканты. Всё пройдёт по графику.
Т. Троянская
―
Но сад будет закрыт.
А. Соколова
―
Будет несколько сотрудников, несколько гостей от музыкантов – просто для того, чтобы они играли не впустую, а всё-таки глаза в глаза. Вы понимаете, как это важно. Но массовая аудитория сможет посмотреть эти события только онлайн.
Т. Троянская
―
Понятно. Анастасия, у вас в момент так называемой самоизоляции очень раскручивались стримы Фёдора Курёхина. Сейчас они продолжатся? Когда всё вернётся, и театры будут открыты, это изменится? То есть, будет выглядеть как театр, как стендап, может быть, или стримы останутся стримами?
А. Курёхина
―
Мы назвали этот проект «Стрим-Механика», и он включает в себя не только «Душниллу», а ещё очень много разного. Конечно, мы будем опять же работать вживую с ди-джеями, сделаем живые сеты и очень много чего ещё. Но мы готовим большую новую платформу (к сожалению, она требует длительной подготовки), где будет вся наша деятельность, которую мы вообще планируем и делаем. Это будет большая онлайн-программа, потому что на самом-то деле она нужна очень. У нас же не то, чтобы постоянная экспозиция. Я вообще за всё живое, чтобы всё менялось, даже постоянные экспозиции всё время жили, преображались.Собственно, люди во всей нашей большой стране имеют возможность только через интернет это увидеть, потому что не все могут приезжать, когда у нас месяц идёт выставка, именно в этот месяц в Санкт-Петербург. Рано или поздно, конечно, наверняка все бывают в Санкт-Петербурге, потому что это невозможно – не приехать в такой город волшебный. Но бывают потрясающие выставки даже в больших музеях, которые идут месяц-два, и вот мне даже в Москве не успеть посетить иногда бывает – дела. Я очень жалею. Потому что понятно, сколько в эти выставки было вложено сил, средств, чтобы всё это собрать, привезти, сделать прекрасную экспозицию. Через онлайн можно донести всей стране и новые выставки, которые останутся, и всё остальное. В этом как раз есть смысл. Просто форма онлайна, мне кажется, будет меняться. Нужно призадуматься, как сделать.
Т. Троянская
―
Ну да, всех застали врасплох. Потому что в тех же театрах выяснилось, что записи спектаклей только технические даже в самых крутых театрах, и никто не понимал вообще, как демонстрировать выставку. И сначала, когда всё только началось, народ с жадностью смотрел экскурсии. Потом немножко подустали, как мне кажется. Вот вы замечали активность весной и уже спад с наступлением лета?
А. Курёхина
―
Нет, потому что у нас не было вот таких каких-то скучных просто технических онлайн-трансляций. Мы всё снимаем, во-первых, все свои мероприятия. У нас огромный архив. И SKIF – ещё с третьего есть записи. Я старалась всегда, конечно, ни одной технической камеры. Хотя были и такие фестивали, когда мы ставили на балкон в бывшем «Прибое», и снимали всё подряд. Но это требует, конечно, обработки, монтажа серьёзного, и просто так выкладывать в онлайн, я думаю, особенно спектакли – это не очень интересно. Это же должно быть с тремя или двумя камерами снято, смонтировано, сделано как-то. Просто так смотреть, действительно, не очень.
Т. Троянская
―
Анна, а что вы можете сказать по вашим онлайн-событиям, менялся интерес?
А. Соколова
―
Я соглашусь с Анастасией. У нас аудитория онлайн не уменьшилась абсолютно, и мне кажется, это действительно связано с качеством продукта, который мы выкладываем. В том числе мы сделали специальные художественные видеоверсии наших спектаклей, которые проходили в рамках проекта «Музей плюс театр». Мы воспользовались карантинной ситуацией для того, чтобы профессионально создать маленький фильм-спектакль в саду Фонтанного дома «Анна», посвящённый Анне Ахматовой, режиссёра Светланы Озерской, и тоже запустили онлайн. Мы записали видеоэкскурсии, которые срежиссированы как специальный продукт, который просто размещается на этой платформе.Безусловно, очень многие ограничиваются просто трансляциями, и это всем надоедает. Это не представляет никакой художественной ценности, и люди перестают смотреть. Мы многому научились за это время и по сути дела подняли наши виртуальные продукты на какой-то новый уровень.
Т. Троянская
―
Теперь очень важно, чтобы люди, которые приходили к вам виртуально, те, которые до этого не бывали ни в центре Курёхина, ни в Музее Анны Ахматовой, пришли к вам, что называется, офлайн.
А. Курёхина
―
Вы знаете, я хотела сказать, что у нас музей и центр посвящены большим личностям. И конечно, притягательно здесь ещё и имя, которым назван музей или центр. К нам приходили очень многие поклонники музыки Курёхина, чтобы просто посмотреть, и конечно, в этой связи мы, например, делали много документации и рассказов. То есть, мы так выкрутились. Но сейчас мы серьёзно работаем над контентом для дальнейших онлайн-трансляций.
Т. Троянская
―
Мы сейчас сделаем паузу и потом вернёмся. И я надеюсь, что к нам всё-таки присоединится музей этнографии. Спасибо. Встретимся после новостей.НОВОСТИ
ЗАСТАВКА
Т. Троянская
―
Мы возвращаемся в эфир. У нас Анна Соколова, директор Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Анастасия Курёхина, художественный руководитель Центра современного искусства им. Сергея Курёхина. И, к сожалению, Музей этнографии пока у нас не появился, что-то у них с техникой проблема. А это федеральный музей, между прочим, и я как раз хотела их спросить о льготах, которые, например, Эрмитаж, и вы об этом слышали, отменил. То есть, у них есть федеральная льгота на посещение пенсионерам и студентам – 1 день в месяц бесплатно. И Эрмитаж самостоятельно делал льготу: для студентов и пенсионеров бесплатно. «Но сейчас такое время, – сказал Михаил Борисович, – что мы не можем себе позволить, и мы будем искать какие-то средства для того, чтобы всё вернулось». Как у вас со льготами в Музее Анны Ахматовой и в центре? Давайте, Анна, вы начнёте.
А. Соколова
―
У нас также пока нет льгот. Единый входной билет, который включает обязательное использование аудиогида, который заменяет собой экскурсию, и позволяет нам организовать поток посетителей. Мы пошли умышленно на это, потому что, во-первых, нам просто невозможно обеспечить проверку льготных билетов и их оплату сейчас. А во-вторых, всё-таки это немножечко позволяет сократить поток желающих и искусственно ограничить число посетителей. Как только режим самоизоляции изменится, как только у нас будет свободный доступ, и мы сможем принимать большие группы – конечно, мы вернём обратно все эти льготы.
Т. Троянская
―
А какие у вас льготы в принципе? Кто у вас имеет право на бесплатное или, может быть, льготное посещение?
А. Соколова
―
На льготном посещении пенсионеры, учащиеся, студенты, ветераны. То есть, как обычно, как во всех муниципальных музеях. Полный спектр. Но сейчас этого ничего нет. Сейчас у нас единый входной билет.
Т. Троянская
―
Сколько стоит входной билет?
А. Соколова
―
300 рублей. Мы по-прежнему рассматриваем обращения, которые нам адресуются, связанные с организацией специального посещения для малоимущих или инвалидов, и это решается в индивидуальном порядке по письму. И конечно, такие группы мы принимаем, бронируя для них специальное время, убирая его из общего расписания.
Т. Троянская
―
То есть, в принципе можно обращаться, но это уже личное письмо в музей.
А. Соколова
―
Да, это адресное обращение. Не свободный поток посетителей. Я хотела ещё вернуться, может быть, к тому вопросу, который у нас был до перерыва – не боимся ли мы потерять наших офлайн-посетителей. Мне кажется, что здесь совершенно не нужно этого опасаться, потому что никакие онлайн-экскурсии, комфортное времяпровождение за экраном компьютера не заменят общение с музейным подлинником и с этой атмосферой, в которую погружается посетитель, посещая мемориальную экспозицию, вступая во взаимодействие с какими-то предметами, с подлинниками, с хранителями памяти.
Т. Троянская
―
Знаете, привычка – вот, в чём дело. Я просто на прошлой неделе общалась с Евгением Гришковцом, и он рассказал о том, как после долгого перерыва они вернулись на съёмочную площадку, и во время этих съёмок переругались все, наступали все друг другу на ноги, и люди раздражали людей. Поэтому гораздо же проще включить компьютер и погружаться в искусство, что называется.
А. Соколова
―
А что делать? Люди в период самоизоляции теряют многие социальные навыки. Надо же с этим как-то бороться и противостоять этому.
Т. Троянская
―
В общем, вставайте, заставляйте себя и идите. Настя, как у вас с билетами? Были ли у вас льготы и как сейчас?
А. Курёхина
―
У нас льготы были, есть и будут. Билет стоит 150 рублей, а для студентов 100 рублей. Я просто хотела сказать, что люди пострадали от этого карантина не меньше, если не больше, чем мы.
Т. Троянская
―
У меня ощущение, что у вас какой-то сайт работает параллельно с эфиром, потому что идёт какой-то фон. Про цены на билеты я поняла.
А. Курёхина
―
У нас небольшое пространство, небольшое учреждение пока. Поэтому у нас легче.
Т. Троянская
―
Анна, про выставки хотела спросить. Всё-таки планы верстаются обычно задолго до, и на весь сезон. Что-то пришлось совсем убирать или все запланированные в этом году выставки всё-таки пройдут, может быть, немножко в другом формате? Или от чего-то пришлось отказаться?
А. Соколова
―
Мы сейчас подошли к точке невозврата, когда уже максимально всё постарались сместить, сгруппировать, и если режим изоляции продлится на осень, то, конечно, от чего-то придётся отказываться. Прямо за день до объявления карантина мы открыли прекрасную выставку Ирины Бируля «Время собирать», два месяца она у нас стояла, мы организовали несколько онлайн-презентаций, экскурсий по ней, и сейчас мы её придержали. До завтрашнего дня она у нас ещё будет работать, входит в маршрут посещения, и потом мы её будем демонтировать, для того, чтобы работу над монтажом новой выставки, посвящённой Булгакову и Ахматовой.Мы рассчитываем открыть эту выставку 13 августа. В каком формате мы её откроем, сможем ли полноценно принимать посетителей – пока непонятно. Пока снятия ограничений на проведение массовых мероприятий мы не получили. Поэтому если всё-таки это произойдёт, то мы постепенно, чуть сократив продолжительность выставок, выйдем в какой-то нормальный режим. Если нет – то, конечно, нам придётся дальше от чего-то отказываться.
Т. Троянская
―
Поскольку и Центр Сергея Курёхина и Музей Анны Ахматовой – это городские музеи, как-то финансово город оказывал поддержку и наши вы друг у друга понимание?
А. Соколова
―
Надо сказать, что да, здесь мы благодарны комитету по культуре и городскому правительству, потому что нам не сократили финансирование, нам не пришлось расставаться ни с кем из наших смотрителей, которые попадают в категорию риска. При необходимом уводе части сотрудников на дистанционную деятельность нам даже удалось сохранить их зарплаты и практически весь штат. То есть, мы абсолютно не понизили эти показатели, и я надеюсь, что в будущем сможем это продолжать. Пока мы ощущаем только поддержку. В том, что касается нашего музея, я могу в этом заверить со стопроцентной уверенностью.
Т. Троянская
―
Настя, как у вас? То же самое, город поддерживал, и самоизоляция никак не сказалась на финансовом положении центра?
А. Курёхина
―
Слава богу, и спасибо большое комитету по культуре. Мы чуть-чуть урезали надбавки на некоторое время, но незначительно.
Т. Троянская
―
А что со зданием на Васильевском острове? Там идёт, продолжается стройка? И когда уже будет открытие? Сроки какие-то понятны или всё так же замерло в связи с пандемией?
А. Курёхина
―
Нет, с пандемией ничего не замерло, бюрократический процесс не останавливался. Много проблем с разными согласованиями всяких сетей.
Т. Троянская
―
Ну а сроки понятны, Настя? Какой год? Двадцать какой?
А. Курёхина: 2022
―
й. Мы даже что-то усовершенствовали за это время в проекте.
Т. Троянская
―
В общем, ожидание принесло какую-то пользу центру.
А. Курёхина
―
Да, в чём-то.
Т. Троянская
―
Виртуальная связь сегодня нас немного подвела, один боец выбыл, Анастасия боролась со звуком. Анна героически продержалась до конца. Спасибо большое. Анна Соколова, директор Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме; Анастасия Курёхина, художественный руководитель Центра современного искусства им. Сергея Курёхина сегодня были у нас в студии. Спасибо, что уделили нам время, и удачи.