Александр Каян - Интервью - 2020-07-17
А.Нарышкин
―
Александр Каян, депутат Хабаровской городской думы и блогер «Злой дальневосточник». Правильно? Добрый день!
А.Каян
―
Сначала блогер «Злой дальневосточник», потом депутат.
А.Нарышкин
―
А вас сначала именно блогер…
А.Каян
―
Да, я из-за блога пошел в депутаты.
А.Нарышкин
―
Рассказывайте. Вот мы с вами в пятницу встречаемся накануне такого большого мероприятия. У вас называется в сетях такая, я не знаю…
А.Каян
―
Кормежка голубей — акция.
А.Нарышкин
―
Кормежка голубей акция — что это такое будет?
А.Каян
―
Ну, первое кормление мы видели уже в прошлую субботу. То есть это очень большая акция, и она одновременно совпадает с акцией в поддержку губернатора, которого арестовали и мы все видели, как. Люди возмущены этим. И получается, что они две этих акции совмещают в одну. То есть люди выражают, по сути, свой протест, если уже переходить в более серьезное русло, на задержание губернатора. Потому что, как он был задержан — такое чувство, что унизили каждого жителя Хабаровского края. Каждый чувствует на себе какой-то отпечаток. Если так арестовывают губернатора — кладут руку на голову, как преступнику матерому, — это ощутил на себе каждый житель.Я могу допустить и федеральные власти говорили о декриминализации Дальневосточного региона, могу допустить, что есть сценарий определенный, как это всё должно быть. Но тогда я также могу допустить, что силовики ошиблись в таком развитии событий. То есть нужно было сначала, если есть криминальные, преступные элементы, например, в краевой думе — мы же видели два ареста депутатов Кузнецова и Козлова, — то, возможно, силовикам нужно было начать снизу, и постепенно подготавливать людей к губернатору. А это видится, что сначала убрали голову. Сейчас краевое правительство — краевые депутаты и городские — немного обескуражены такими событиями, потому что губернатор являлся главой края, это был авторитетный человек, но и сейчас…
А.Каян: Фургал подкупал тем, что не замалчивал проблемы, не было такого, что здесь всё хорошо, как это было при Шпорте
А.Нарышкин
―
Все, с кем общаюсь, вот простые граждане, избиратели, в том числе, Фургала, когда я спрашиваю про дело, обычно говорят не про саму суть дела, не про само обвинение, а говорят: «Чего же вы 15 лет молчали? Он же в Государственную думу ходил. Почему же вы раньше всё это не вывалили?» Но я вас хочу спросить непосредственно про само дело. Вы в какой степени допускаете, что Фургал виновен в том, что ему предъявляют — вот эти организации убийств и прочее?
А.Каян
―
Я не могу даже ни в какой степени это даже допускать. Я полагаюсь на факты. Люди все хотят видеть, безусловно, суть дел. Они его не видят. То есть буквально вчера Следственный комитет опубликовал какие-то «неопровержимые доказательства». Там был текст, комментарии. Но, по-моему, в чем дело. Каждый житель Хабаровского края читал… ну, не каждый, много кто — и там эмоции. Вы же читали доклады Следственного комитета о подобных делах. Там сухие цифры, констатация фактов. А здесь, как будто вы прочитали сценарий какого-то гангстерского боевика. Люди всё это видят и понимают. То есть люди хотят узнать, правда виновен губернатор или нет? Это вполне нормально.
А.Нарышкин
―
Какие-то доказательства покажите.
А.Каян
―
Да. Поэтому люди здесь и требуют открытый суд, максимально открытое дело. То есть это желание людей узнать справедливость, узнать правду. То есть тут не хотят люди, правда это… а почему 15…? Люди хотят видеть, если это случилось, по этому требованию максимально открыто.
А.Нарышкин
―
Опять же, общаясь с горожанами, сложилось впечатление, что многие считают Фургала чуть ли не святым. Вот он ходит по воде, исцеляет детей. Откуда эта вера берется? На чем это основывается.
А.Каян
―
Вы мой следующий пост, наверное, прямо раскусили, потому что я готовлю его: почему Фургал своеобразный Иисус Христос для Хабаровского края? Прямо такое. Я объясню, почему так считает каждый житель. Это, действительно, так. Потому что мы все помним выборы 18-го года, которые были. Фургал на самом деле вопреки стал губернатором. Тогда, кстати, и появился блог «Злой дальневосточник». Тогда я появился. Я работал на паблик «Типичный Хабаровск». Я взял тогда интервью у кандидата в губернаторы совершенно случайно. Мне позвонил блогер из Комсомольска, говорит: «Давай возьмем». Я приехал, мы взяли. Я пришел монтировать, чтобы опубликовать в паблике. И мне позвонили и сказали — нельзя публиковать. То есть дали денег и так далее. Я отказался, потому что это неправильно.
А.Нарышкин
―
А кто звонил?
А.Каян
―
Много кто. Руководитель паблика мне конкретно говорил, потому что ему предложили деньги. Эти деньги предлагали мне, но я отказался. Я пожал руку Сергею Ивановичу. Он мне сказал: «Я знаю всю эту ситуацию в СМИ, как скупают паблики. Я уважаю твою позицию. То есть у меня чисто моральные принципы сработали. Я записал этот ролик. Этот ролик блогер опубликовал себе известный Камикадзе. Первые подписчики у меня появились тогда.Так вот, возвращаясь, все видели, что Сергей Фургал стал губернатором вопреки. Он и сам это заявлял, он не хотел. И одновременно он стал заложником той ситуации, когда люди подстегивали его на какие-то действия. Они видели его желание исправить ситуацию. Также видели, что, несмотря на то, что он губернатор, он не может повлиять на некоторые проблемы момента касаемо рыбы, вывоза ресурсов, хотя он неоднократно высказывался, что этого нельзя допускать. Все понимали, что это в полномочиях федеральных властей. И губернатор не раз заявлял, что он именно президентский человек, он поддерживает курс президента. И тут, получается, он стал заложником мнения людей, давления, что надо решать проблемы. А чтобы решать, надо идти на конфронтация с федеральной властью, как ни крути. И Сергей Фургал не мог предать жителей Хабаровского края. Все это увидели. Все увидели его конфликты — с Медведевым были, с Трутневым такие, напряженные отношения. То есть люди поняли, что он пошел за них. И сейчас, почему люди его возносят — потому что он их не предал. Они это понимают, они это чувствуют. Поэтому эффект такого Иисуса Христа, если в общих чертах.
А.Нарышкин
―
По воде не ходит.
А.Каян
―
По воде не ходит.
А.Нарышкин
―
Не исцеляет.
А.Каян
―
Нет, он даже в прорубе в Крещенье не купался. Это образно, если рассуждать…
А.Нарышкин
―
А Фургал верующий, вообще?
А.Каян
―
Да. Его в церкви видели, он крестился. Но именно по купанию в купели он заявлял, что «это не публичное дело, это мое личное, я не хотел бы выносит это на всеобщее зрелище». Хотя многие политики всегда в Крещенье выставляют это как достижение.
А.Нарышкин
―
Александр Каян, депутат Хабаровской городской думы и блогер «Злой дальневосточник». Есть понимание, почему сейчас вообще всё провернули с Фургалом, почему сейчас, что за такой момент важный?
А.Каян
―
Так вот именно, что у людей в основном понимания нету: как же так, 15 лет всё было нормально, он был в высших органах государственной власти, депутатом два срока, кандидатом неоднократно в губернаторы и губернатором. Не так давно полпред Юрий Трутнев заявил, что «мы не кандидатов не проверяем, а проверяем губернаторов, поэтому появились вопросы». Но извините меня, а у нас что, депутатов Государственной думы тоже не проверяют? Это тоже очень серьезный человек, который имеет непосредственное отношение к принятию законов. Я считаю, что их и надо проверять, в том числе. Непонятны разграничения. Тем более, депутаты — представительская власть, законодательная. А губернатор — исполнительная. Это по уровню, в принципе, совпадает. Поэтому непонятны эти тоже рассуждения, почему именно сейчас.Но если выдавать в подробностях, в том числе, я даже свой канала начинаю штудировать, прошлые ролики синхронизировать — это всё к этому шло. Причем каждый ролик… я их выделил пять — тогда всё началось с завода «Амурметалл». И Жириновский Владимир заявлял, что это банальный передел собственности. То есть если взять подноготную…
А.Нарышкин
―
«Амурметалл» или «Амурсталь»?
А.Каян
―
Он был сначала и так. Я сам путаю. Сначала был «Амурсталь», потом «Амурметалл». Все началось оттуда. Сначала завод был банкротом, его нужно было восстанавливать. И цель была перспективная, она и сейчас остается — строительство моста на Сахалин. А у нас единственный на Дальнем Востоке металлургический завод, который находился в то время в открытом состоянии.
А.Каян: Фургал своеобразный Иисус Христос для Хабаровского края. Это действительно так
Сергей Фургал сказал, что ему доверили его. Он его возродил. Появились рабочие места там до 3 тысяч человек. Ну, и, в принципе, всё началось. Я могу допустить, что там, возможно, была какая-то сделка. Но это политика, это не для кого не секрет, что, возможно «ты восстанови завод — а мы тебе и место в Государственной думе…». Что такое возможно было. Но когда Сергей Фургал стал губернатором, как бы не мог теперь же… То есть кто-то не выполнил договор, получается.
И мы тогда увидели — ну, не во время губернаторства, а за несколько лет до этого — в соучредители зашел Бальский — 50%, и по 25% стало у Мистрюкова, который сейчас проходит главным свидетелем по уголовному делу…
А.Нарышкин
―
С онкологией вот он сейчас в изоляторе.
А.Каян
―
Который и отказался от своих 25% после того, как попал в СИЗО. Это тоже очень странная ситуация. И получается, что собственником основным является Бальский — 75% и 25% у Стародубовой, которая является…
А.Нарышкин
―
Мы в экономические дебри ушли. А Фургал сейчас как к заводу относится? Семье доля принадлежит или через какие-то компании доля?
А.Каян
―
Получается «Торэкс» — владеет 25% жена Сергея Фургала.
А.Нарышкин
―
А «Торэкс» — это?..
А.Каян
―
То есть это фирма, которая выкупила «Амурметалл». То есть непосредственное отношение Сергей Фургал имеет к этому заводу, то есть не он конкретно, а его жена. Ну, и вдобавок: если завод находится на территории Хабаровского края, губернатором является Сергей Фургал, как ни крути, он имеет отношение ко всем делам, которые могут проходить на этом заводе.
А.Нарышкин
―
То есть конфликт интересов. А почему не продали?
А.Каян
―
Не ко мне вопрос, почему не продали.
А.Нарышкин
―
Но должен был продать, семья должна была отказаться от этой доли?
А.Каян
―
Есть такие подозрения, они озвучивались СМИ, что у кого-то было желание продать завод китайцам. То есть тут опять конфликт интересов. И, понимаете, такая ситуация интересная. Я никогда не поддерживаю предпринимателей, бизнесменов, у которых между собой какие-то противоречия. Это не мое дело. Я как-то пытался защитить одно предпринимателя, но понимаю: здесь правды не найти. Но со стороны губернатора я могу понять, почему так произошло. Он вступил в губернаторство — завод функционировал достаточно хорошо. Были рабочие места. Если допустить риск, что завод продадут, а потом продадут китайцам, а нет ли вероятности, что завод обанкротится? А кто будет виноват? Губернатор. То есть тут и политика и ответственность его. Но это вопрос рассуждений, почему не продали. Лично мои рассуждения.
А.Нарышкин
―
Про Трутнева расскажите, насколько он здесь человек влиятельный, боятся ли произносить его имя вслух?
А.Каян
―
Смотря о ком мы говорим: о политических людях — депутатах, членах правительства — или обычных гражданах.
А.Каян: Арестовывают губернатора — кладут руку на голову, как преступнику матерому. Это ощутил на себе каждый житель
А.Нарышкин
―
Давайте с обычных граждан начнем. Знают ли они, кто это такой?
А.Каян
―
Это правильный вопрос, потому что не особо-то и представляют, кто это. Знают, что полномочный представитель президента. Но что, как, какие у него полномочия и как он влияет — нет, очень смутно представляют люди.
А.Нарышкин
―
Но он и не слишком публичный, чтобы его…
А.Каян
―
Логично, да. Поэтому не знают. То есть никто не скажет, что боятся, просто не понимают, что это за должность и зачем она нужна.
А.Нарышкин
―
А политический истеблишмент Хабаровского края что думает про Трутнева?
А.Каян
―
А вот политический уже прекрасно понимает, что никаких высказываний против или противодействий делать не стоит. Во-первых, э то связь с первым лицом государства, президентом. Идти против в такой ситуации, которая у нас и вообще — это не совсем выигрышный вариант. Поэтому вот так примерно.Кстати, можно заметить, что у Фургала были конфликты, не то что конфликты, а напряженные отношения. И каких-то подтверждений этому и в СМИ вроде сложно найти. Но все как будто понимали это противодействие, что Трутнев неоднократно высказывал недовольство губернатором и его правительством.
А.Нарышкин
―
Вот в последний раз Трутнев вышел на этой неделе и сказал, что Хабаровский край при Фургале опустился в инвестиционном рейтинге на какое-то 60-е место условно. И, в общем, недовольны работой местного правительства. Насколько это соответствует действительности? Действительно, при Фургале как-то даже с точки зрения бизнеса всё пошло не очень?
А.Каян
―
Тут очень сложно рассуждать. Во-первых, это не моя компетенция. Я депутат городской думы. А если так разобраться, ситуация с пандемией, коронавирусом, безработицей, действительно, серьезно сказалась, в том числе, и на Хабаровском крае. То есть люди выходят в поддержку — кстати, момент интересный — не из-за того, что край лучше стал жит. Если мы посмотрим, кстати, крайний отчет, буквально за день, когда губернатора арестовали, можно увидеть там в основном сухие цифры предоставлены, то есть многим людям это не сосем понятно, что, куда, откуда идет. Я начинал разбираться, но не успел из-за ареста. И сравнивал их с 18-м, 17-м годами. Процесс пошел. То есть мы не наращиваем госдолг такими максимальными темпами, как это было при Шпорте.
А.Нарышкин
―
Регион, не город.
А.Каян
―
Да, регион. Регион не наращивает госдолг, как это было при Шпорте. В прошлом году была, действительно, угроза, что Хабаровский край перейдет под внешнее управление. Такого не случилось. Там, действительно, сухие цифры, которые не каждому человеку понятны. Но если в сравнении брать — я просто сейчас не помню цифры — 17-й, 18-й года, видно улучшение, видно, что показатели пошли вверх хоть ненамного. И тут ситуация с пандемией, с безработицей. Кстати, в Хабаровском крае не самая сложная ситуация с безработицей даже по сравнению с другими регионами, хотя безработица действительно есть.То есть проблем в Хабаровском крае очень много, тут никто не спорит. Но Сергей Фургал подкупал именно тем, что он не замалчивал эти проблемы, то есть у него не было такого, что здесь всё хорошо, как это было при Шпорте. Он показывал, что да, это проблема, друзья, мы должны ее решить. Это на правительстве обсуждалось. Это подкупало людей.
Даже если посмотреть первые дебаты, которые состоялись, Шпорта и Фургала, если так разобраться, на Фургала в предвыборную кампанию было очень мощное давление, я о нем знаю, и он не должен был выиграть эти дебаты. Все понимаем этот политический строй и систему. И когда все смотрели дебаты, Шпорт говорил: «Да у нас все хорошо, ребята». То есть ведущая задает вопрос: «У нас есть такая-то проблема». Отвечает, на то время действующий губернатор Шпорт: «Да у нас нет этой проблемы, всё хорошо». Фургал говорит: «Да, она есть и вот так-то нужно решить». И так продолжалось на протяжении всего часа. То есть люди поняли, кому нужно верить, а кому нет. То есть те дебаты тоже были ключевыми, почему у Сергея Фургала была такая поддержка людей.
А.Нарышкин
―
Фургал, он политический труп уже, или как-то можно его в чувство привести, вернуть, например, сюда на какую-то политическую должность?
А.Каян
―
Вот политический труп с точки зрения опять-таки власти, не с точки зрения поддержки людей. С точки зрения поддержки людей это не то что труп, это Феникс, наверное.
А.Нарышкин
―
Ну, это же вера. То, что сейчас люди выходят за Фургала — это вопрос веры. Христос тоже умер довольно давно, но люди продолжают в него верить.
А.Каян: Такое чувство, что унизили каждого жителя Хабаровского края. Каждый чувствует на себе какой-то отпечаток
А.Каян
―
Насколько мне известно, сейчас задача — посадить. То есть она прямо задача. Даже видно и ощущается. Какие могут быть варианты? Я тоже делал прогнозы. Я допускаю, что такие все аресты без ведома президента не проходят. Я допускаю, что президент не мог быть в курсе всех нюансов в Хабаровском крае. Ему на стол кладут доклады с отчетами и так далее. То есть, возможно, ему сказали, что декриминализация, надо убирать губернатора, так-то и так-то и всё будет хорошо. Но никто не предвидел такой реакции людей. Реально ее даже сами люди не предвидели, что могут выйти столько людей на площадь в поддержку губернатора.
А.Нарышкин
―
Это же на самом деле беспрецедентная история для России, никогда такого не было.
А.Каян
―
6 дней подряд?
А.Нарышкин
―
Нет, вообще, в принципе. У нас губернаторов раз в год как минимум сажают, снимают с формулировкой «Утрата доверия». Почему в Хабаровске все-таки люди выходят, что здесь такого? Я не знаю, может быть, здесь у вас менталитет какой-то особый, климат.
А.Каян
―
Если рассуждать… мы вначале примерно об этом говорили, об этой ситуации…
А.Нарышкин
―
Губернаторов-то вроде везде выбирают. Во всех регионах есть выборы. Выбирают губернаторов вроде с хорошим результатом, единороссов, в том числе. Но когда их снимают по разным преступлениям — по экономическим, по УПГ, как это было с Гайзером в Коми, — как-то не наблюдается такой массовой акции.
А.Каян
―
Я понял. Мы уже этот момент, вопрос обсудили…
А.Нарышкин
―
Все равно непонятно.
А.Каян
―
В частности, Фургал — Иисус Христос. Но и одновременно каждый житель Хабаровского края после избрания Сергея Фургала видел, как федеральный центр недоволен этим. То есть унизительный перенос столицы из Хабаровска во Владивосток. Это тоже люди поняли: им в отместку сделали за Фургала. Все видели, скажем так, и уровень жизнь на Дальнем Востоке, в Хабаровском крае оставляет желать лучшего. У нас регионы северные, они тоже встали за Фургала. Почему? Там очень нехорошо живется, очень нехорошо. Но за первый год Сергей Фургал объездил весь регион, побывал в тех местах, где не ступала нога Шпорта за 10 лет. Это смешно, но это так. То есть он пытался вникнуть.Мое мнение, что у всех есть определенные вопросы к Сергею Фругалу на должности депутата Государственной думы.
А.Нарышкин
―
Например.
А.Каян
―
О работе. То есть если бы, например, если арестовали Фургала, депутата Государственной думы в 15-м году, скажем, разве такой был бы эффект? Нет. Никто бы даже и не увидел бы. А, там где-нибудь узнали. Но здесь, потому что Сергей Фургал почти познакомился, утрированно, но с каждым человеком лично. То есть открытость его всегда удивляла, поражала.Я сам лично в качестве блогера, депутата присутствовал на заседаниях, где обсуждались проблемы обманутых дольщиков. Он вскрыл все проблемы, которые утаивались. Он пытался разобраться во всем сам. Команды у него особой не было. То есть было очень жесткое давление со стороны партии «Единая Россия», когда пришел депутат от ЛДПР. Вроде бы и системная оппозиция, но дума единороссовская. А все понимают, что в Москве, в Кремле все партии договариваются между собой, как-то есть такое. Но в регионах всё по-другому. Здесь именно вопрос о личности встает, какой человека. То есть Москва далеко, а мы здесь каждая партия — свои интересы, каждый депутат, каждый член правительства определенные интересы представляет. Здесь договориться было невозможно.
Я сам лично, когда ходил, снимал — в сфере ЖКХ там были определенные у Сергея Ивановича вопросы — он приходил, дословно, не на камеру, ничего: «Ребята, я знаю, как у вас работает эта схема по отмыванию денег. Избавляйтесь, я вас очень прошу». Уходил и через неделю психовал — но работало всё так же. То есть он психовал: «Ну как? Я же попросил». Потому что люди по-другому не умели. Система была отлажена за десятилетия. Очень сложно было перестраиваться. И всё это видели. Люди стали более политически грамотные. Кстати, я считаю, что здесь и моя небольшая заслуга в этом есть. То есть мой блог был направлен в сторону политики. Они никогда этим не интересовались, что там, как, какие заседания. Тут появился интерес. После того, как были выборы, все видели эту грязь, которая выливается на губернатора. Люди пошли отстаивать свой выбор. И вот мой блог, он достаточно мощный, популярный.
А.Нарышкин
―
Больше 100 тысяч.
А.Каян
―
Да. И у меня позиция достаточно интересная. Я депутат. Я имею право критиковать людей. То есть я критикую людей в своем блоге. А критикую в том плане, что я неоднократно говорил до выборов, после: я иду в депутаты, я не буду решать за вас все проблемы, я лишь буду способствовать этим решениям. Если люди поймут, что большинство проблем они могут лишить сами, достаточно поднять пятую точку, написать хотя бы жалобу — жизнь изменится. Я это вдалбливал на протяжении почти двух лет в головы. И, возможно, это сработало. Потому что на моем даже округе люди организовываются, создают ТОСы, как-то вопросы с управляющей компанией решают. Для многих было откровение, что, оказывается, собственники могут контролировать управляющие компании.У меня даже в статусе есть цитата. Надо ее вспомнить… «Наказанием за гражданскую пассивность является власть злодеев». То есть я вдалбливал людям, что нельзя быть пассивными. Сергей Фургал примерно в таком же ракурсе работал.
А.Нарышкин
―
Александр Каян, блогер «Злой дальневосточник», депутат Хабаровской городской думы.Как относятся в Хабаровском крае, в регионе в целом к Путину, не совсем понял отношение. Но то, что Фургал здесь популярнее, чем Путин, это я усвоил. Является ли Путин для жителей каким-то врагом или, по крайней мере, человеком, который забил на ваши здесь интересы?
А.Каян
―
Общаясь с жителями, если взять именно личность Путина, то я могу вам сказать, 50 на 50. Кто-то говорит, что Путин как президент — никто, кроме него. Кто-то, наоборот, с критикой. То есть такого разделения нет. Даже если взять в процентном соотношении 50 на 50 и доверие Фургалу — да, Фургал по доверию выше, потому что он наш, потому что он здесь. Все видят, как федеральная власть, да и федеральные каналы — мы это видим — нас не слышат. То есть мы выходим. А куда здесь?.. Москва нас не слышит. То есть очень много проблем, а Москва не слышит.
А.Нарышкин
―
Например?
А.Каян
―
Например, давайте возьмем недавний вопрос и для нас уже ставший проблемой — это дальневосточная ипотека в 2%. То есть ситуация такая. Когда президент приезжал на Дальневосточный форум во Владивостоке, никто не знал, что там будет, что он скажет. Он там заявил, что дальневосточникам нужна ипотека в 2%. Я могу сказать, это стало откровением для всех губернаторов Дальневосточного федерального округа. Объясню, почему ипотека 2%. Значит, спрос увеличивается, значит, должно быть и строительство жилья. Но ипотека вступает сейчас, а строить жилье надо долго. И никто к такому не был готов. И эта ипотека обесценилась буквально за месяц. То есть риелторы очень хорошо сориентировались и подняли цены сразу, по сути, на миллионВот у нас Хабаровск, в центре города по дальневосточной ипотеке, которая подходит 2-комнатную квартиру 44 квадрата, скажем, можно приобрести как минимум за 5,5 миллионов рублей. Голые стены. И вдобавок 20% первоначальный взнос, то есть ты должен положить миллион банку. И, получается, что это ипотека для богатых. Не каждый житель может первоначальный взнос — это раз. Во-вторых, в других городах, где нет новостроек, допустим, в Комсомольске, Советская гавань, ипотека в 2% подразумевает покупку жилья в городах только в новостройках, но там нет нового строительства жилья.
И люди пытались объяснить, и я, в том числе, в своем блоге, что как-то не совсем работает. А те люди, которые старше 35 лет, которые не попадают под эту дальневосточную ипотеку…
А.Нарышкин
―
Они только для молодых.
А.Каян
―
Да. Цены на квартиры-то и для них увеличились. То есть ко мне обращались люди: «А как нам-то быть. Мы готовы были купить — а тут цены скакнули. У нас и первоначальный взнос и всё остальное…». То есть вроде бы полезная инициатива от президента, действительно, она хорошая, если разобраться, но вот исполнение вызывает очень много вопросов, подготовка…
А.Нарышкин
―
А Фургал?
А.Каян
―
Фургал так же, для него это было шоком. И в прошлом году он заявил, что для Хабаровского края 2020 год будет годом строительства. То есть были спешные решения, которые, я считаю, были необдуманные. Предложены были варианты, чтобы эту ипотеку использовать, строить кооперативы… Но если этим заниматься, мы возвращаемся к проблеме обманутых дольщиков. То есть это очень резко, необдуманно было. Регионы не подготовлены. И сейчас вроде хабаровчане, жители Дальневосточного региона имеют возможность получить ипотеку в 2%, что, в принципе, неплохо, но она обесценена. То есть то же самое, что и раньше было. Мы пытаемся донести, что или стройте нам или снижайте первоначальный взнос, но что-то делайте. Но прошел год почти с ее ввода и так всё остается. То есть цены на квартиры выросли, приобрести ипотеку невозможно. Да, она приобретается, мы видим много заявок по этой ипотеке. Но я могу сказать, что эта ипотека для богатых, не для обычных граждан. Это один из моментов, который тоже немаловажный.
А.Нарышкин
―
По Хабаровску средняя зарплата сколько?
А.Каян
―
Если мы учитываем зарплаты членов правительства…
А.Нарышкин
―
Не надо.
А.Каян
―
Давайте я так скажу. Вот продавец этого киоска, я думаю, получает максимум 20 тысяч. Специалист… я лично получаю как работник ТЭЦ — я депутат на освобожденной основе — 55. То есть у меня работа требует достаточно квалификации…
А.Нарышкин
―
Авы на ТЭЦ менеджер?
А.Каян
―
Нет, я рабочий.
А.Каян: Все депутаты от ЛДПР испытывают давление, моральное даже просто из-за того, что был арест губернатора
А.Нарышкин
―
Прямо рабочий-рабочий?
А.Каян
―
Я рабочий, машинист турбин. Тут надо учитывать аспект, что дума не в целом, конечно, но в большинстве тоже народная. Меня называют народным депутатом. Я, действительно, хожу на работу. По вторникам прихожу в думу занимаюсь работой на округе. Но это чисто моя обязанность. Мне нравиться это делать. Средняя зарплата, я бы сказал — это 30, действительно, это так.Еще проблема, что нас не слышит федеральный центр. Нужна помощь. Все знают, что у нас идет огромный отток населения, люди уезжают. И меня поражает: уезжают молодые люди, специалисты — эту проблему столько ле обсуждают, какие-то решения… Да вы дайте молодым семьям жилье здесь — я вас уверяю, люди останутся. То есть большинство уезжают, потому что не могут купить квартиры. Условия климатические даже суровые. Все едут в Краснодарский край, туда… потому что там квартиры дешевле.
А.Нарышкин
―
Отсюда в Краснодарский край?
А.Каян
―
Отсюда, да. У нас очень большой отток.
А.Нарышкин
―
Краснодарский край — это другой конец света.
А.Каян
―
Отток населения туда идет очень большой. В Краснодаре вы не видели: «Хабаровчане, уходите!» плакаты были? Да, в Москву, в Питер. У меня много одноклассников уехало в Москву, в Питер, потому что не могут купить жилье. Та снимают, там перспективы и так далее.То есть проблема. Дайте молодым людям жилье доступное — не будет оттока. Хватит придумывать что-то такое, как остановить отток. Нет. По жилью вроде придумали, но это не работает. На Совете Федерации одобряем законопроекты, которые позволяют не только инвесторам получать упрощенный вход на Дальневосточный регион, но и рабочим и членам их семьи. И наш сенатор Сергей Безденежных заявлял: «Как же так? Что, у нас не хватает своих сварщиков и других?» Члены семей — это же дети, в том числе, достигшие полового возраста, то есть это замещение как бы. То есть есть проблемы, которые не могут услышать.
А.Нарышкин
―
Про преемника давайте поговорим. Вроде как, я так понимаю, есть договоренность у Жириновского с Кремлем, что регион оставят за ЛДПР.
А.Каян
―
Я тоже слышал это в СМИ. Даже называлась конкретная фамилия Дягилева.
А.Нарышкин
―
Дегтярев.
А.Каян
―
Дегтярев.
А.Нарышкин
―
Видите, вы его даже не знаете. А это же большая проблема. Вроде бы ЛДПР, вроде бы вас будет однопартиец. Как, в принципе, отнесетесь к тому, что вам из Москвы пришлют человека?
А.Каян
―
Честно сказать, по моей информации там, в Москве, в Кремле не знают, что делать здесь, потому что ситуация нестандартная. Я считаю, что сейчас прорабатываются определенные ходы, в том числе, про Дегтярева. Возможно, это был определенный взнос с целью послушать, может быть, если элдэпээровца ставят, регион успокоится? Но реакция была не совсем положительная. Может быть, временно исполняющий обязанности нужен, но люди, пока не будет доказана вина Сергея Фургала, то есть в суде, официально, люди хотят видеть его губернатором.
А.Нарышкин
―
Ну, это утопия.
А.Каян
―
Почему?
А.Нарышкин
―
Будет дело Фургала слушаться год. Все равно кто-то должен управлять регионом.
А.Каян
―
Врио, обязательно. То есть люди требуют, такие требования. Президент может уволить губернатора в связи с утратой доверия.
А.Нарышкин
―
Скорей всего, так и будет.
А.Каян
―
Но, я думаю, люди Хабаровского края доказали и показали, что они доверяют своему губернатору. А президент у нас неоднократно заявлял, что мнение людей для него очень важно. В том числе, и поправка в Конституцию. Не случайно были голосования, потому что он именно учитывал мнение людей.
А.Нарышкин
―
А вы за поправки голосовали. Давайте честно, у нас откровенный разговор.
А.Каян
―
Нет.
А.Нарышкин
―
Нет. А у вас же фракция вроде поддерживала — ЛДПР.
А.Каян
―
Давайте так. Я депутат городской думы, которая никакого отношения к поправкам не имеет.
А.Нарышкин
―
Я вас как гражданина спрашиваю.
А.Каян
―
Как гражданин да, я могу ответить. Как гражданин я голосовал против. Я приводил даже пример, почему. То есть это было у нас в городской думе. Было изменение в градостроительном кодексе. Там было очень много поправок у нас — 20 с лишим, очень много хороших было, но было из них две или три, которые не очень. В частности, это изменение зоны Р-3, то есть рекреационные, парковые — разрешить там строительство жилых домов многоэтажек. А прецедент у нас — вот в парке «Динамо» убрали бараки. Инвестор заходил с целью построить там гостиничный комплекс или торговый центр. Это возможно там строить. Но вдруг он перехотел и сделал такие предложения поменять зону Р-3…
А.Нарышкин
―
Мы от поправок ушли.
А.Каян
―
Нет, я приведу. Он вдруг захотел строить там жилой дом. Депутаты высказались против пакета этих поправок, несмотря на то, что там были хорошие поправки, то есть мы отклонили пакет.
А.Каян: Давайте обнулим сроки Фургала, потом заново губернатором. Это нелогично просто. Это была шутка
И здесь моя личная позиция примерно следующая: я не поддерживаю поправки, которые были там. И почему я должен был голосовать пакетом? Я считаю, неправильно голосовать было пакетом. То есть вот моя позиция.
А.Нарышкин
―
Давайте сейчас из вас федерального политика сделаем, такого, крупного…
А.Каян
―
Я бы не хотел.
А.Нарышкин
―
Обнуление Путина.
А.Каян
―
Обнуление я считаю нелогичным решением. Я не понимаю, как президент… Давайте сейчас обнулим сроки Фургала, просто обнулим и всё, потом заново губернатором. Это нелогично просто. Это была шутка.Дальше — федерализация определенных территорий смущает. То есть лично для меня, например, получается, завод «Амурсталь» находится в Комсомольске. Его можно объявить федеральной территорией. А он приносит огромные налоги в Хабаровский край. Получается, он будет приносить налоги напрямую федеральному центру.
А.Нарышкин
―
Про преемников спрошу еще. Насколько в Хабаровском крае сильны, что ли, такие сепаратистские настроения? Вот Москва далеко, Москва не понимает, чего здесь хотят, какие у людей чаяния. Может быть, не вы конкретно, жители, может быть, здесь иногда тихо на кухне думают о том, что « у нас, может быть, свой собственный путь должен быть»?
А.Каян
―
Нет, такого нет настроения. Я еще раз говорю 50 на 50, если мы говорим о поддержке президента, я допускаю. Но мы все понимаем, что президент не особо внимания уделяет внутренней политике, потому что у него в основном внешняя. А внутренняя политика — это премьер-министр и так далее. Теперь вопросы в основном к нему идут, а не к президенту.
А.Нарышкин
―
Я прямо спрашиваю: сепаратизма здесь нету?
А.Каян
―
Нет, я могу сказать с уверенностью. Я видел все эти шествия, митинги. Это идут люди, можно сказать, народ, толпа, но толпа — это неразумное. А этот митинг, он с каждым днем учится. Если в первые дни мы замечали такие возгласы: «Долой Путина!» и нелицеприятные слова, то на следующий день люди в мессенджерах, в соцсетях проанализировали: «Как так? Фургал говорил неоднократно, что он поддерживает президента.А тут люди выходят в поддержку Фургала и выкрикивают что-то в поддержку президента. Это нелогично, неправильно». Люди проанализировали, кто взял эту повестку, и там были сторонники Навального, которые с громкоговорителем пришли. И в соцсетях я даже делал этот пост, который одобрили граждане, что если мы идем за Фургала, мы должны идти за Фургала, не против Путина. Если есть люди, которые против Путина, собирайте свои митинги, свои шествия, идите туда.
А.Нарышкин
―
А это разве не звенья одной цепи: вы за Фургала, но против Путина? Потому что мы же с вами говорили, что дело-то на самом деле курируется на самом верху. И кто, в конечном счете, сажал и арестовывал Фургала.
А.Каян
―
В конечном счете, сажали у нас силовые органы.
А.Нарышкин
―
Ну, умоляю! Слушайте…
А.Каян
―
Я понял вашу мысль. Я же начинал говорить, что президент у нас занимается в основном внешней политикой…
А.Нарышкин
―
Не-не, мы с вами говорили о том, что Путин все равно в курсе.
А.Каян
―
В курсе обязательно.
А.Нарышкин
―
Санкцию-то кто давал?
А.Каян
―
Без какого-то одобрения, я думаю, вряд ли, что могло быть без президента. Но я также допускаю, что наш президент доверяет определенным людям в своем окружении. Я могу допустить, что эти люди сказали ему: «Владимир Владимирович, мы изучили все риски, проанализировали. Сделать нужно так-то». Пример можно с Хорошавиным, губернатором Сахалина привести. И если президент был уверен, что обвинения, действительно, серьезные, весомые, что ему так донесли, то я могу тоже…
А.Нарышкин
―
Просто подытожим про акцию. Акция, она не против Путина.
А.Каян
―
Да. То есть она сейчас в СМИ обсуждается. То есть я говорю, митинг сам учится. Если в первый день были крики против Путина. Потом это убрали сами люди.
А.Нарышкин
―
Надо сконцентрироваться именно на поддержке Фургала.
А.Каян
―
И от Путина люди ждут какой-то поддержки, чтобы президент услышал жителей Хабаровского края. То есть это нелогично будет какие-то сепаратистские настроения высказывать именно сейчас.На второй день митинга были замечены пьяные провокаторы и так далее. Люди их убирали. То есть сами сдавали полиции. То есть он учится. Люди идут с конкретными мирными целями. То есть нет желания громить что-то — машины, окна. Это наш город. Мы хотим конструктива, мы хотим справедливости.
А.Каян: Нас не слышит федеральный центр. Нужна помощь. Все знают, что идет огромный отток населения, люди уезжают
А.Нарышкин
―
А Навальный здесь на каком счету? Скажем, идеи Навального, ФБК — вот эта повестка, которая для жителей Москвы, Петербурга, наверное, лучше знакома.
А.Каян
―
Здесь я бы не сказал, что движение настолько прямо активное. Не так много волонтеров или людей, которые бы могли организовать какие-нибудь массовые митинги. 30 человек может быть на каких-нибудь акциях быть замечены.
А.Нарышкин
―
ЛДПР главная здесь сила политическая.
А.Каян
―
Да. Если мы говорим о навальнистах, у нас есть Ворсин, который курирует штаб. Здесь в основном идет борьба против администрации города. И мы могли видеть эти видео про Соколова…
А.Нарышкин
―
Бывший мэр.
А.Каян
―
Да, бывшего мэра, про Андрюшина, про нынешнего мэра. То есть у них идет противодействие администрации города. А мэрия, по сути, администрация — это последний оплот «Единой России» в Хабаровском крае. Примерно так это выглядит. То есть я не сказал бы, что у нас навальнисты имеет какой-то определенный вес.
А.Нарышкин
―
Про преемника еще раз. Вам, например, присылают Дегтярева. Реакция вы можете спрогнозировать? Реакцию тех, кто сейчас стоит за Фургала.
А.Каян
―
Я могу сказать, что любой врио воспримется здесь как инородное тело — это мое мнение.
А.Нарышкин
―
Ну, любой врио, который из Москвы, например, приедет?
А.Каян
―
Да.
А.Нарышкин
―
Просто разница то есть, будет варяг или будет здесь врио, но местный.
А.Каян
―
Любой врио из Москвы воспримется как инородное тело, то есть люди его не примут.
А.Нарышкин
―
Не важно, какая партия: ЛДПР, «Единая Россия»?
А.Каян
―
Я понимаю, что даже элдэпээровец может не справиться с такой ситуацией. Потому что Сергей Фургал — дальневосточник, депутат был от этого региона. И мы прекрасно понимаем, чтобы вникнуть в суть проблем региона, он целый год просто ознакамливался, объезжал. Тут нужно врио просто объезжать целый год.
А.Нарышкин
―
Местный должен быть.
А.Каян
―
Это, безусловно, должен местный быть. Другое дело, после снятия губернатора, скорей всего, федеральный центр захочет поставить своего ставленника, то есть оттуда чтобы и контроль был и взаимодействие и связь и так далее. А как это сделать?У меня есть информация определенная, что сейчас прорабатывают кейс, давайте назовем это Аркадия Паровозова. Есть такой мультяшный персонаж, который везде успевал, всем помогал. Этот кейс можно было наблюдать в Приморье, когда были скандальные выборы. Там тоже в первый тур не прошел, потом кандидат снялся. Назначили врио Кожемяко, и он тоже за этот срок был везде: на мосту, на дороге, на зарядке… Это я называю так, образно. Потом столицу опять-таки во Владивосток перенесли. Это тоже ему приписали.
А.Нарышкин
―
Вот отлично. Кожемяко если вам сюда назначат, перенесут из соседнего региона, как отнесутся?
А.Каян
―
Были такие шутки, что Кожемяко не был еще губернатором Хабаровского края. То есть Сахалин, Приморье…
А.Нарышкин
―
Собирает, да.
А.Каян
―
Я считаю, что единоросс здесь точно не приживется.
А.Нарышкин
―
Кожемяко-то опытный. Вы отпустите его политическую…
А.Каян
―
Как можно отпустить? Я понимаю, о чем вы говорите.
А.Нарышкин
―
Опытный управленец.
А.Каян
―
Если убрать все эмоции, да, согласен, здесь нужен опытный управленец, который должен прийти, вникнуть и так далее. Если убираем эмоции. Но эмоции убрать невозможно. Вот в данной ситуации эмоции просто нужно учитывать.Я общаюсь с Москвой, с некими политтехнологами, которые работали у нас здесь, в Хабаровском крае. Там ситуация такая почему в Москве происходит — он работал на единороссов, он приехал в Москву. Всё проиграли, конечно. Он сделал отчет, доклад на 20 листов об обстановке, настроении, как, почему…
А.Нарышкин
―
На Шпорта работал здесь.
А.Каян
―
Шпорта уже не было. Не единороссов. Выборы в краевую думу. Он сделал отчет, принес в Москву. Ему сказали: «Ты уволен. Такого не может быть. Ты продался ЛДПР, всё, ты уволен». И вот после первого скандала он позвонил мне и говорит: «Меня позвали просто там люди и попросили узнать, как там, на Дальнем Востоке: Ну, расскажи. Доклад остался?» То есть там, в Москве не поверили, что здесь такое могло произойти, и, может быть, до сих пор не верят, что люди выходят 6 дней подряд к зданию Белого дома, которое сзади нас находится, каждый вечер, проходят большой круг 11 километров с детьми, с колясками, на велосипедах. Каждый день. И машины сигналят в поддержку, несмотря на то, что не могут проехать. Там не верят в такое.
А.Нарышкин
―
Но выходят не много, давайте честно признаем. В субботу было много, но в рабочие дни не много.
А.Каян
―
Надо понимать, что рабочие дни и то человек 400–500 в любом случае выходит.
А.Нарышкин
―
Вы сказали, что вы народный депутат.
А.Каян
―
Ну это не я, я так не могут сказать.
А.Нарышкин
―
Хорошо. Статус у вас такой есть, я понял, по крайней мере, с учетом вашей поддержки в YouTube. У вас там подписчиков много. Если вас внезапно предложат в качестве врио с дальнейшей перспективой на избрание, пойдете или нет?
А.Каян
―
Если такой прямой вопрос — нет, конечно. Я просто не готов.
А.Нарышкин
―
Как? Вы же народный.
А.Каян: Фургал здесь популярнее, чем Путин, это я усвоил
А.Каян
―
Это недостаточно. С точки зрения опыта.
А.Нарышкин
―
Вы местный.
А.Каян
―
Это недостаточно. Вы же правильно сказали про управленца. У меня политический опыт, если разобраться. Составляет…
А.Нарышкин
―
Боитесь просто, потому что выяснится через 2 года, что где-нибудь на ТЭЦ у себя вы какую-нибудь трубу неправильно завинтили.
А.Каян
―
Я могу сказать, мне вчера поступил телефонный звонок. Я разговаривал по телефону, и тут вторая линия. Я обычно записываю звонки. Мне говорят: «Здравствуйте Александр, я сотрудник». Я говорю: «Сотрудник чего?» — «Не важно. Александр, а вы уверены, что у вас в роликах там годичной давности нет каких-то экстремистских высказываний или разжигания, понимаете?»
А.Нарышкин
―
Как интересно.
А.Каян
―
Я говорю: «Нет, я таких высказываний никогда не допускал». Он говорит: «А мы нашли. И уже нотариально их заверили, даже если вы их удалите». Я говорю: «Это угроза». Он говорит: «Да нет, это шутка. Профессиональные издержки». И разговор закончился. Он был короткий. Это небольшое давление.
А.Нарышкин
―
Это шутки или это на самом деле ФСБ?
А.Каян
―
Я не знаю. Как я могу узнать?
А.Нарышкин
―
Ну, как вы думаете? Вы же знаете, что на самом деле ролики проверяют в разных регионах.
А.Каян
―
Вы знаете, все депутаты сейчас от ЛДПР испытывают давление, моральное даже просто из-за того, что был арест губернатора. Я лично для себя испытываю такое моральное давление. Да у меня есть знакомые сотрудники в ФСБ, МВД может быть, высокие, может быть, нет, которые мне звонят после ареста губернатора. Позвонили, сказали: «Александр. Молчи, не лезь сюда. Лучше отмолчаться. Дело серьезное». Я говорю: «Я понял, я услышал». Я за час собрал информацию, я понял, что морально я не могу об этом молчать. Я все время поддерживал губернатора. И тут арест — и кем я буду, местным в глаза смотреть? То есть моя позиция, как и раньше, то есть пока я в нем не разочаруюсь — я раньше это говорил, — я его буду поддерживать.
А.Нарышкин
―
Вы не переобуваетесь на ходу, на лету.
А.Каян
―
Да. То есть я не имею такого морального принципа. Вопрос. Мы ушли… про мне предлагали стать губернатором, да? Тут вы правильно сказали о хозяйственнике, в том числе.
А.Нарышкин
―
Пока нет еще мускул таких.
А.Каян
―
Да, это очень большой нужен опыт.
А.Нарышкин
―
У Фургала тоже опыта не было.
А.Каян
―
У него был политический хотя бы опыт, не такой, как у меня — год. Он был два срока депутатом Государственной думы. То есть это очень серьезная работа, это не просто так.И давайте разберемся… Дегтярев, у него есть опыт?
А.Нарышкин
―
В Государственной думе.
А.Каян
―
Он там комитет по физкультуре…
А.Нарышкин
―
Молодой. Вам сколько лет?
А.Каян
―
31.
А.Нарышкин
―
А ему под 40.
А.Каян
―
Не в возрасте дело. Он в комитете по физкультуре…
А.Нарышкин
―
Какая разница?
А.Каян
―
Вот я как житель Хабаровского края, если мне сейчас назначат врио Дегтярева, я не знаю, кто это, что он делал…
А.Нарышкин
―
Познакомитесь.
А.Каян
―
Отлично, прекрасно. Я понимаю, что здесь нужен просто грамотный управленец, который вникнет сразу, резко, которому не нужно будет объезжать Хабаровский край.
А.Нарышкин
―
В Хабаровском крае есть такой человек?
А.Каян
―
Сложный вопрос. Очень сложный вопрос.
А.Нарышкин
―
А то, получается, что мы с вами сейчас ищем непонятно кого. Москва не устраивает, а здесь-то у вас скамейка запасных…
А.Каян
―
Как один из вариантов — это из числа заместителей. Хабаровский край — это нестандартное что-то для России. Поэтому выход, я считаю — назначить врио из местных заместителей, в том числе: Золочевский, Хлапов был.Но помощь Хабаровскому краю нужна именно управленца. И здесь уже те люди, которые могли бы стать врио, они по санкции президента, по указу могли бы занимать вторые должности, но брать на себя всю ответственную работу. То есть тут нужно понимать и грань, то есть и ситуацию нужно стабилизировать и далее как бы решать вопросы, которые есть, рождаются — там с ковидом и другие. То есть не потерять нить управления. Сейчас очень сложно.
А.Нарышкин
―
Последнее я вас спрошу… Александр Каян, депутат Хабаровской городской думы и блогер «Злой дальневосточник». В субботу — вы это называете кормлением голубей коллективным, — но на самом деле это будет акция политическая, судя по всему большая. Она несогласованная. Ваши ожидания, что будет?
А.Каян
―
Я хочу через вас сделать обращение к сотрудникам полиции, нашим правоохранительным органам. По моим прогнозам акция состоится. Я не знаю, насколько массовая. Может быть, такая же. Это тоже немаловажно.
А.Нарышкин
―
Такая, как в прошлые выходные. Сколько вы насчитали?
А.Каян
―
Назывались цифры от 5 тысяч до 10. Я лично понимаю, что здесь было тысяч 50. Потому что если в Хабаровске вот отсюда люди пошли и до Комсомольской площади. То есть расстояние было достаточно большое. И это была полностью дорога…
А.Нарышкин
―
Колонна.
А.Каян
―
Да, колонна. И вдобавок люди некоторые присоединялись, некоторые отсоединялись. Это как «змейка» игра была. То есть их надо тоже учитывать. Мы круг прошли 11 километров. И люди постоянно то приходили… и с балконов скандировали, бабушки, которые не могли пройти больше километра, то есть их тоже надо учитывать. Или мы учитываем только здесь? Я считаю, что тысяч 50 было по моим подсчетам с учетом приходов, уходов.И я могу допустить, что завтра будет нечто подобное. Потому что с теми людьми, с которыми я общался, которые были здесь, они все говорили: «Я в следующую субботу приду».
А.Нарышкин
―
Винтить будут?
А.Каян
―
И здесь главное — обращение к сотрудникам правоохранительных органов. Я как депутат городской думы обращаюсь: возможны провокации. Мы в будние дни видели 1–2 провокатора, и с ними очень легко было справиться. А представьте, что мы увидим 50 провокаторов, которые сделали целенаправленно, чтобы дискредитировать акцию протеста,
А.Нарышкин
―
Провокаторы с чьей стороны?
А.Каян
―
Давайте так. На федеральных каналах вышли репортажи про Сергея Фургала не так давно, где его показали исключительно с плохой стороны, и — мое мнение, — даже нарушив презумпцию невиновности. То есть мы понимаем, какое мнение у федеральных каналов.
А.Нарышкин
―
То есть власть подошлет провокаторов, чтобы как-то дискредитировать всё движение.
А.Каян
―
Можно допустить, что власть сделает так, что… нужно же показать эту информацию на федеральных каналах. Пока они молчат. Никто не говорит. Соловьев сказал: «Зачем показывать маргиналов и алкоголиков?» Это оскорбление жителей Хабаровского края. Это реально оскорбление, провокация даже.
А.Нарышкин
―
Не слушайте Соловьева.
А.Каян
―
Я не слушаю. Мне просто 10 секунд прислали. Я не имею такой вредной привычки Соловьева слушать. Но иногда это оскорбление как бы, это провокация.
А.Нарышкин
―
Вот мэр говорит — только что с ним общался, — что, вообще, за деньги тоже выходят.
А.Каян: Я опасаюсь, что возможны провокации, нападения на сотрудников полиции, и это покажут по федеральным каналам
А.Каян
―
Ну, если мэр такое сказал, то, получается, это тоже провокация, потому что люди выходят не за деньги, я это знаю.
А.Нарышкин
―
Точно.
А.Каян
―
Да. Вот с кем я общался — не за деньги. Как вы думаете, сколько бы денег шло бы, каждому раздать по 100 рублей?
А.Нарышкин
―
Никогда не занимался этим вопросом.
А.Каян
―
Нет. Ну вот дети с колясками… Здесь проснулись протестующие не те, которых в Москве мы видим агрессивно настроенных…
А.Нарышкин
―
Да ладно! Умоляю вас, приезжайте в Москву, поглядите, кто там агрессивно настроен.
А.Каян
―
Я к тому, что здесь проснулись люди, вышли на протест, этот глубинный протест, когда мамы с колясками выходят, бабушки, пенсионеры — вот какие вышли на улицу. И это нужно понимать. И я опасаюсь, что возможны провокации, нападения на сотрудников полиции, и это покажут по федеральным каналам.
А.Нарышкин
―
А ответная реакция полиции? Просто у вас, Александр, по сравнению с другими регионами и с Москвой Хабаровск выглядит как такой островок вседозволенности. Вот вы можете провести несогласованное шествие, вы можете выходить каждый день к Белому дому, к администрации, и вам ничего за это не будет. И это удивительно.
А.Каян
―
У нас никогда такого не было. То есть здесь ситуация неординарная. В субботу это было в первый раз. Люди когда шли, я лично, когда шел… То есть мне позвонили опять из органов, говорят: «Александр, сиди дома, нельзя». Я смотрю в Инстаграм: один вышел в прямой эфир, второй… Я понимаю, что морально я не могу оставаться.
А.Нарышкин
―
А, то есть вы сначала сидели по совету.
А.Каян
―
Мне позвонили утром, сказали: «Не ходи».
А.Нарышкин
―
Это ваши знакомые?
А.Каян
―
Из правоохранительных органов: «Не ходи — мой тебе дружеский совет». Это было утром, часов в 8–9. Я говорю: «Хорошо, я услышал». Начал проверять соцсети, Инстаграм, вижу один прямой эфир, второй прямой эфир. Я думаю: я просто не могу морально остаться дома. Хотя бы как блогер показать людям интересную ситуацию. Я гражданин, я не мог остаться.И когда припарковали машину возле кинотеатра «Гигант». Выхожу на дорогу и вижу эту колонную. Первое видео даже в YouTube. Ну, это реально слезы наворачиваются на глазах. Никогда такого не было, чтобы люди выходили. Островок вседозволенности здесь — такой случай, неординарный. Унижение жителей, жесткий, арест, не показывают эти «неопровержимые доказательства», все строится на показаниях свидетеля Мистрюкова. Суды закрытые.
А.Нарышкин
―
Винтить будут, как вам кажется? Если мы опустим эту историю с возможными провокациями, в принципе, есть понимание, как вам кажется?
А.Каян
―
Если без провокация обойдется? Я думаю, нет.
А.Нарышкин
―
Наоборот ощущения, то Москва хочет или местные власти оставшиеся хотят навести порядок и показать, кто здесь…?
А.Каян
―
Не такими методами. Я считаю, что если протест будет мирный, даже многочисленный, винтить никого не будут. У нас Хабаровск — 600 тысяч населения. То есть, по сути, у каждого человека можно найти общих знакомых, в том числе, в органах. Вот у меня двое, которые мне постоянно что-то говорят, рассказывают интересное.По слухам — я не могу подтвердить эту информацию — у нас есть сотрудники ОМОНа или Росгвардии из других регионов.
А.Каян: Я не имею такой вредной привычки Соловьева слушать. Но иногда это оскорбление как бы, это провокация
А.Нарышкин
―
Приехали, да.
А.Каян
―
Да, приехавшие. Я понимаю, что это инструкция. Когда регион выходит в протест, то по инструкции это нужно.
А.Нарышкин
―
Смысл в том, что местные омоновцы, местная полиция разгонять своих не будет.
А.Каян
―
Нет, не в том случае. Незачем.
А.Нарышкин
―
Поэтому якобы прислали как раз подкрепление из других регионов.
А.Каян
―
Чтобы исключить провокации, в том числе, если будут они массовые. Ну, представьте, сейчас могут воспользоваться такой ситуацией, в том числе, какие-нибудь экстремистские, действительно, группировки. То есть загнать сюда, сделать провокацию не 1–2, а 50 человек. Здесь помощь защиты мирного митинга нужна. Вот я прошу помощи правоохранительных органов: защитить мирный митинг.
А.Нарышкин
―
Давайте под занавес напомним о требованиях, чего будут просить завтра участники.
А.Каян
―
Требования уже сформированы. Это, во-первых, чтобы губернатора Сергея Фургала не сегодняшнее время привезли в Хабаровск, он был в Хабаровске в СИЗО, потому что у нас преступники должны сидеть по месту преступления. Логично. Что за суд, вообще, Басманный? Это городской же? Губернатора в городском суде… это как-то странно.
А.Нарышкин
―
Всех губернаторов возят в Москву. Что вы для себя эксклюзивных прав требуете.
А.Каян
―
Ну, не Басманный суд городской какой-то. Он супер-пупер у вас?
А.Нарышкин
―
Нет, он просто ближайший к Следственному комитету.
А.Каян
―
Я не в курсе этих нюансов. Это то, чтобы губернатор был в Хабаровске по месту преступлений, в которых его обвиняют.
А.Нарышкин
―
Чтобы сидел здесь, по крайней мере, дожидался. Наверное, домашнего ареста как минимум тоже будут требовать, если уж привезут. А в Москве не будете домашний арест требовать?
А.Каян
―
Если домашний арест, он будет жить в какой-нибудь хрушевке двухкомнатной. Ну, это не важно.Далее люди требуют открытый суд, то есть хотя видеть эти неопровержимые доказательства, то есть вникать в суд дела, брать комментарии у юристов, экспертов и так далее. Это очень важно Сейчас почему такой протест — люди считают, что дело шито белыми нитками, непонятно, как что построено. Поэтому опасения есть за губернатора. Есть, конечно, тербование суда присяжных, но это не основное. Помощи партии простят, но это тоже не основное требование.
А.Нарышкин
―
А нет ощущения, что Жириновский как-то слился и забыл вас с этими его заявлениями… Их даже сложно как-то однозначно сформулировать. Он же не зовет людей на акцию, он же не поддерживает эти ваши кормежки. С одной стороны, говорит, наверное, что акции — это хорошо, но вот такого, четкого типа «Идите и боритесь!» — этого же нет.
А.Каян
―
Тут партия ЛДПР в сложном положении. Например, я как депутат городской думы, не имею права просить людей нарушать закон. Я могу их, наоборот, призывать не выходить на митинг, потому что это нарушение закона. Далее у нас сложная ситуация с пандемией. То есть как депутат я обязан говорить это так же, как и все члены фракции. То есть я не понимаю, как руководитель фракции или краевой, городской или Государственной думы говорить людям: «Молодцы, что вы нарушаете закон. Выходите дальше». Это неправильно. Поэтому что Жириновский, что другие, они высказывают слова благодарности и понимают жителей, но они не могут говорить противозаконные вещи. Такая ситуация. Может быть, поэтому и создается такое впечатление, что Жириновский сливает Фургала. На самом деле это не так.
А.Нарышкин
―
Не сливает.
А.Каян
―
Я считаю, что наоборот.
А.Нарышкин
―
Всё, спасибо большое! Александр Каян, депутат Хабаровской городской думы и блогер «Злой дальневосточник». Спасибо!