Магистрат: Смерть навигации в Петербурге - Юрий Кандиранда, Юрий Набатов - Интервью - 2020-06-25

25.06.2020

Магистрат: Смерть навигации в Петербурге - Юрий Кандиранда, Юрий Набатов - Интервью - 2020-06-25 Скачать

А. Веснин

―

Добрый день. Меня зовут Арсений Веснин. Это программа «Магистрат». В этой программе мы как всегда говорим о разных аспектах городской жизни. Последние месяцы все, безусловно, связано с этой пандемией, с коронавирусом. Пришло время нам с суши перебраться на воду… Поговорим про судоходство: как оно осуществляется. В первую очередь, туристическое судоходство. Понятно, что для Петербурга это дело очень важное. К тому же из Петербурга можно много куда уплыть. У нас сегодня в гостях Юрий Михайлович Кандиранда – один из опытнейших директоров круизов на реках России. Юрий Михайлович, приветствую вас!

Ю. Кандиранда

―

Добрый!

А. Веснин

―

Юрий Михайлович, у меня к вам сразу один вопрос, прежде чем представлять второго гостя. Что значит «директор круиза на реках России»? Вы в прошлом интервью сказали, что занимаетесь этим около 40 лет.

Ю. Кандиранда

―

Да, в прошлом году была 41 навигация, которую я провел на юге России: Волгоград, Саратов, Астрахань, Ростов-на-Дону. Директор круиза – это человек, который находится на теплоходе, и в идеале он отвечает за все: за размещение, культурную программу, питание, экскурсионную программу. Мало этого! Он еще должен быть режиссером и понимать, что круиз на теплоходе – это синкретическое действо, в которое надо вплести абсолютно разные, иногда прямо противоположные элементы. Директор круиза этим всем занимается. В силу этого, если он по-настоящему директор круиза, это человек, который от финансов и до конкретного туриста и его особенностей, которые бывают очень разные.

А. Веснин

―

Я вижу, что вы болеете своим делом. Уточню коротко: я правильно понимаю, что это, по сути, как директор санатория, только на воде и со своими спецификами?

Ю. Кандиранда

―

В принципе можно и так сказать, потому что сейчас есть теплоходы, которые являются пансионатами или санаториями наплаву.

А. Веснин

―

Теперь я представлю второго гостя. Это – исполнительный директор компании «Нева тревел компани» Юрий Андреевич Набатов. Приветствую вас!

Ю. Набатов

―

Добрый день!

А. Веснин

―

Ваша компания, как я понимаю, занимается как раз-таки тем, что организует поездки по рекам и каналам Петербурга, по Неве… туристы, поплавать, посмотреть салют с воды, все верно?

Ю. Набатов

―

Да, абсолютно верно. Мы занимается внутригородским флотом. Это экскурсии по рекам и каналам, по Неве, по Финскому заливу, метеоры из центра города в Петергоф, другие пригороды, то есть рейсы продолжительностью до 24 часов, фактически до 4 часов чаще всего.

А. Веснин

―

Первый вопрос вам по поводу внутреннего флота. Все видят, что привычных корабликов, особенно характерных для такой хорошей погоды, какая сейчас стоит в Петербурге, на реках и каналах нет. Я зашел на ваш сайт. У вас там большое объявление: «Посмотреть салют ко Дню Победы. Запишитесь». А внизу приписка: «Никуда записаться нельзя в связи с пандемией коронавируса». Как сейчас обстоят дела с этим традиционным для нашего города видом транспорта и отдыха?

Ю. Набатов

―

В нашей отрасли конкретно в Санкт-Петербурге без преувеличения полная катастрофа. По навигации 2018, 2019 годов мы были довольно плодотворны, и были большие надежды на навигацию 2020 года, вкладывались серьезные деньги во флот, в продолжение его модернизации. С учетом аномально теплой зимы 2019, 2020 года, мы и технически, и организационно были готовы выходить и перевозить пассажиров уже 8 марта. К сожалению, коронавирус внес свои коррективы, и мы не вышли до сих пор. Сразу же отмечу две вещи, которые нас пугают больше всего. Первая – то, что, даже когда мы выйдем, возить нам будет практически некого. Туристов иностранных у нас не будет, гостей из других регионов мы возить не сможем, потому что они массово не поедут в Санкт-Петербург. Жители Петербурга и Ленобласти, конечно, будут кататься, но в меньших объемах. Особенно с учетом того, что, даже когда нам отроют навигацию, обслуживание гостей на борту наших экскурсионно-прогулочных теплоходов невозможно, потому что мы не можем ни свадьбы, ни корпоративы катать. Чисто экскурсионные услуги, прогулки по рекам и каналам, трансфер в Петергоф. Не более того. Пассажиропоток по сравнению с навигацией 2019 года по нашему оптимистичному прогнозу упадет на 70-80%. Может быть, будет еще хуже. И второе, что нас пугает, то, что по факту апрель, май, июнь уже закончились, март за скобками. У нас осталось два месяца навигации: июль, август. Если мы говорим про другие многочисленные пострадавшие отрасли экономики: парикмахерские, рестораны, торговые центры и прочие сферы услуг, то искренне надеемся, что они, когда им разрешать работать, начнут восстанавливаться. Месяц, два, три, пять… К Новому году, к 8 марта, определенно, будет ажиотаж. У них продолжится плановое, ровное восстановление. Мы, какая бы ситуация в городе и стране ни была, в октябре закончим свою работу и уйдем на простой до мая 2021 года. Здесь вариантов нет: лед встанет – мы без работы.

А. Веснин

―

Ситуация понятна. И понятно, что она не очень хорошая. Как обстоят дела с круизами дальнего следования? Я так понимаю, Юрий Михайлович, вы как раз с ними работаете. Все, наверное, довольно похоже?

Ю. Кандиранда

―

Почти. Хотя хотелось бы уточнить у коллеги: сколько было на каналах Петербурга на малом флоте иностранных, русских туристов и наших петербуржцев?

Ю. Набатов

―

По нашей статистике, плюс-минус 5%, мы считаем, что около 30% иностранцев: китайцев, индивидуалов, приходящих в Санкт-Петербург на больших круизных лайнерах. Еще 30% - жители других регионов: Москвы, дальних регионов. И 40% – это жители Петербурга и Ленинградской области. В эти же 40%, помимо экскурсий и прогулок, входит в том числе и свадьбы, корпоративы, выпускные…

Ю. Кандиранда

―

Понятно. Могу только одно сказать: мы с вами совпадаем практически полностью. В длинных круизах расклад практически такой же. И на сегодняшний день сегмента иностранных туристов нет от слова совсем, то есть вообще нет. Считаем 30% в минус. Дальше все делится именно таким же образом: 40% наши петербуржцы, кто садится на теплоходы либо на проспекте Обуховской Обороны, либо у Уткиной заводи. Остальные – это гости, которые приезжают отовсюду. Замечу, к нам в Петербург приезжают как для совершения большого круиза, так и для небольшого. Такие туристы тоже бывали у меня на борту. Например, семья из Тагила приезжает в Петербург, смотрим город, и у них только рейс на Валаам, где всего один день. Практически все то же самое. Единственное – забыл спросить, будет ли на малом флоте сокращение? На большом флоте ожидается в этом году очень большое сокращение по единицам: чуть ли не в два раза у каждого туроператора.

А. Веснин

―

Людей будут сокращать или сами суда?

Ю. Кандиранда

―

Теплоходы. Было у туроператора 26 теплоходов, а входят в навигацию только 14. Остальные остаются стоять в затоне. У ресторана работы нет, у экипажа работы нет. Но есть расходы на стоянку теплохода, от которых никуда не деться. Перспектива по количеству флота в эту навигацию очень печальная. Коллега, у вас будет сокращение флота или вы постараетесь выпустить все?

Ю. Набатов

―

Абсолютно бессмысленно выпускать все. У нашей компании сейчас 30 единиц флота. Мы готовим выпускать 15 единиц, но по факту будем выпускать в работу 12 и 3 будут на горячем отстое, чтобы могли подключиться в работу.

А. Веснин

―

Получается, люди остаются без работы?

Ю. Набатов

―

Огромное количество людей остается без работы, естественно.

Ю. Кандиранда

―

Это не то слово. И малый флот, допустим, это капитан, который и капитан-механик, матрос, официант, второй… И то еще неизвестно, когда разрешат еду на борту. Тоже же под вопросом нынче, можно будет или нельзя. На большом флоте же пакет услуг. Человек приобретает путевку, в которую включены проезд, проживание, питание, экскурсионное обслуживание. Все это сразу входит в стоимость путевки. Значит, туриста надо еще накормить. Не выходит теплоход, значит, экипаж без работы, ресторан без работы, но и без работы еще и инфраструктура в местах стоянок. Экскурсии кому-то же надо проводить. Тут тоже никуда не деться. Ситуация, как говорят на морском языке и как сказал мне один капитан-речник с Волги, у которого тоже порядка 50 лет стажа на реке: «Ну, что, Михалыч, однако ситуевина».

А. Веснин

―

Юрий Михайлович, вы, я так понимаю, из Петербурга ходили… Какие основные направления круизов из Петербурга?

Ю. Кандиранда

―

Я работал на всех реках России. Например, в 2017 году я работал на реке Обь на легендарном теплоходе «Ремикс» с таким сервисом качества, о котором питерским, московским теплоходам можно только помечтать. Это, например, каюты по 60 метров… Что касается Петербурга, безусловно, самые популярные, самые массовые направления – это направления выходных дней: на Валаам (ночь – туда, день – там, ночь – оттуда), Кижи и какой-нибудь поселок Свирьстрой на реке Свирь. Это буквально 3 дня либо 4 дня на воде, тогда еще включается Петрозаводск. Северное направление является самым популярным из всего того, что есть в Питере. В этом году многие операторы будут проводить невероятно интересные вещи, которые были еще при Советском Союзе, я их застал: 3 дня – по Ладожскому озеру, 3 дня – по Онежскому. С массой стоянок, когда забирается буквально все, включая новые стоянки, которых не было в Советском Союзе, такие как Старая Ладога, например, крайне интересная стоянка, все-таки древняя столица Руси. Это самые популярные маршруты. Но есть и длинные маршруты по 20 и более дней: в Астрахань, в Пермь, в Ростов-на-Дону.

А. Веснин

―

На Соловки, наверное, еще ходят через Беломорканал?

Ю. Кандиранда

―

На Соловки на сегодняшний день от нас ходит, во-первых, «Русь Великая». Они были самые первые застрельщики навигации большого флота. Они уже совершили один рейс на Соловки. Сейчас готовятся ко второму. Не все свершилось. К великому сожалению из-за этого коронабесия. От фирмы ничего не зависит: они вышли в рейс, а 19 июня Архангельская область запретила вход на Соловки. В этом году, между прочим, весь большой флот будет работать в режиме удельных княжеств. В каждом месте стоянки свой пакет ограничений. Все свое. Это надо будет учитывать, к сожалению. Ладно работки – они все-таки работники. А вот туристам каково.

А. Веснин

―

Круизы ходят сейчас, Юрий Михайлович?

Ю. Кандиранда

―

Нет, большая навигация в Петербурге не началась. На сегодняшний день существует запрет на движение теплоходов с пассажирами в черте Санкт-Петербурга. Причалы проспекта Обуховской Обороты – это черта города.

А. Веснин

―

То есть сейчас ничего не работает или работает за чертой города?

Ю. Кандиранда

―

Работает «Русь Великая». Они поступили следующим образом: с Соловков они пришли на причал «Невская дубровка», а это Ленинградская область. Ждем большие теплоходы в конце июня – начале июля.

А. Веснин

―

Юрий Андреевич, у меня вопрос к вам. Вы же, наверняка, следите за тем, когда же откроют навигацию и вы сможете работать. Есть какие-нибудь представления когда?

Ю. Набатов

―

В конце мая шли разговоры о том, что откроют до 1 июня, выходит постановление, готовьте флот. Потом 15 июня. Слухи идут от вице-губернаторов. Пресс-службы вице-губернаторов сообщают, что вот-вот готовится постановление. Мы эти слухи сейчас даже не комментируем. Флот готов выйти, начиная с марта месяца. Скоростной флот, метеоры уже спущены на воду, стоят у причала. Если завтра открывают, мы сразу готовы возить пассажиров. Навигацию не открывают. Москва открылась. Все регионы России, кроме Санкт-Петербурга, по моей информации фактически открыты.

А. Веснин

―

А вы можете понять почему? Мы сейчас выйдем на улицу, там огромное количество людей. Работают магазины, парикмахерские. Уже почти все работает, кроме баров, ресторанов и крупных ТЦ. В конце концов, поезда ездят. Можешь прийти в плацкартный вагон. Вас там 80 человек в одном вагоне, все спят друг на друге. А навигация запрещена еще.

Ю. Набатов

―

…А на прогулочном теплоходе на открытом воздухе час прокатиться нельзя. Это очень опасно для здоровья. Мы не понимаем, почему это происходит, и мы ничего с этим поделать не можем. Ассоциация владельцев пассажирских судов уже писала несколько десятков писем и в Санкт-Петербург, и в Москву, и в Минтранс, и в правительство. Большая часть этих писем проигнорирована. Даже никаких ответов нет. Те ответы, которые есть, абсолютные отписки наподобие «откроем, когда позволит эпидемиологическая обстановка». Просто отшивают. Никакой поддержки нашей отрасли нет вообще. Нас изначально забыли полностью. Потом в начале мае у нашего президента было совещание с министерством транспорта, на котором упомянули, что в стране все-таки есть внутренний водный транспорт. Президент дал поручение включить внутренний водный транспорт в перечень пострадавших областей. В конце мая уже на сайте Кремля появилось постановление: по поручению правительства водный внутренний транспорт включается в перечень пострадавших отраслей. Срок – до 10 июня. Сейчас июнь уже заканчивает. На днях Мишустин вроде как сказал: «Мы включим водный внутренний в перечень пострадавших отраслей». Конкретно на сегодняшний день такого постановления я не видел. Пока только на словах «да, включим». А что произойдет дальше? Даже если нас включат.

А. Веснин

―

Самое интересное – что вы получите?

Ю. Набатов

―

Что мы получим? Уже ничего, потому что субсидии по МРОТу на выплаты заработной платы за апрель, за май мы должны были подать уже давно. Мы на них рассчитывать не можем. Мы сейчас по допакведам пытались подавать заявки на льготные кредиты. Говорят, что уже все лимиты выбраны, вы ничего не получите. Потом нам рассказывали о том, что пострадавшие отрасли не будут платить арендую плату за пользование имуществом за второй квартал и получат льготы за третий и так далее. Мы являемся арендаторами государственного имущества: это набережная в Санкт-Петербурге. Но договор у нас не с правительством Санкт-Петербурга, а с «Мостатрест» – с подведомственном ему организацией. Нам говорят: «Нет, поскольку вы берете не напрямую у города, а у «Мостатрест», никаких льгот, обнулений по арендной плате нет». У нас офис находится в здании Морского вокзала на Васильевском острове. Здание Морского вокзала находится в собственности Санкт-Петербурга. «Морской фасад» управляющий, даже не арендатор, а доверительный управляющий государственным имуществом. Мы обратились в «Морской фасад» с просьбой дать нам скидку на аренду офиса. Нам сказали то же самое: «Мы не имеем право отменять вам платежи. Платите в полном объеме. Можете написать письмо. Возможно, мы его рассмотрим и дадим какую-нибудь отсрочку». Мы планируем метеоры в Петергоф. Обращались в Петергоф с просьбой льгот, скидок на подходы к причалам. То же самое: «Нет. Скажите спасибо, что мы оставляем ставки аренд прошлого года, мы их не повышаем». Вот, вся поддержка. А какая еще поддержка? Даже когда нас включат, поддержки больше никакой не будет.

А. Веснин

―

То есть вам не помогают и, даже если вас включат в список особо пострадавших отраслей, никакой пользы от этого не будет?

Ю. Набатов

―

Единственная польза – то, что будет закладка по налогам не 30%, а 15%, как у всех субъектов. По сути дела, мы сейчас мечемся, ищем, обращаемся в комитет промышленной политики. Есть у них сайты, на которых рассказывают о мерах поддержки, какие они молодцы: всем помогают. Ноль. Зато за последние два месяца в нашу компанию поступило уже семь запросов от прокуратуры: проверка по различным статьям, количество оформленных капитанов, где какое обучение прошли, а как вы боретесь с коррупцией, сколько у вас людей заболело коронавирусом, а какие меры поддержки вы получили, а если получили, то отчитайтесь за каждый рубль. Прокуратура нас заваливает. Все это началось еще в начале марта, когда мы не работали. В рамках выходных дней мы распустили практически весь штат. Даже ответить некому на эти письма, а у прокуратуры, как обычно, срок ответа максимум три дня. Нас просто гнобят. Других слов нет.

А. Веснин

―

Ситуация понятна, но неудивительна. Сейчас прервемся на несколько минут на московские новости, потом продолжим.

НОВОСТИ

А. Веснин

―

Возвращаемся в эфир петербургского Эха. Это Арсений Веснин, программа «Магистрат». Сегодня мы говорим о водном речном пассажирском транспорте. У нас в гостях исполнительный директор компании «Нева тревел компани» Юрий Набатов и директор круизов, теплоходов многочисленных Юрий Михайлович Кандиранда. Юрий Михайлович, только что Юрий Набатов рассказал, что государство никак никому ничем не помогает. В его бизнесе речь идет о реках, каналах, прогулках на метеорах, свадьбах и так далее. Большим круизам какая-нибудь помощь от государства дошла или нет?

Ю. Кандиранда

―

Во-первых, начнем с того, что у нас удельные княжества, то есть везде все по-разному. Например, в Казани все достаточно открыто. В то же время Саратов, Волгоград – все очень тяжело и трудно. Роспотребнадзор Нижнего Новгорода при подаче заявления на выход теплохода в навигацию лютует по страшной силе. Ситуация везде на сегодняшний день, благодаря разрывам по регионам, очень разная. Но то, что творится в Петербурге, на мой взгляд, совсем запредельно. Коллега умолчал. В принципе я даже понимаю почему. А я-то могу сказать. У нас позавчера невероятно огромное количество бизнесменов Петербурга, порядка тысячи по моим данным, могу ошибаться, но там и туризм, и ресторанный бизнес, и арендаторы, написали прямое письмо президенту.

А. Веснин

―

Мы в нашем эфире про это рассказывали, не умалчивали.

Ю. Кандиранда

―

Главное, о чем уже сказал мой коллега – полная непонятность по срокам. Возьмем большой теплоход. Чтобы его запустить в рейс, для того чтобы провести так называемое вооружение, нужно минимум пять дней. Например, сегодня говорят «все», а ответ большого теплохода: «Только через пять суток мы будем готовы взять туриста на борт». Малый флот чуть поменьше, но ведь и им тоже надо готовиться. Надо знать конкретные даты. Хотя бы с точностью плюс-минус 1-2 дня. У нас этого нет. Это есть даже в Волгограде и Саратовской области, где достаточно тяжелая ситуация. У меня знакомые практически во всей стране. Я молчу про Краснодарский край и про тамошние вспышки и круизы по Енисею. Там тоже все не так просто. Но про помощь… Думал, наверное, я ошибся. Дай-ка, залезу в интернет и все-таки проверю. Коллега сейчас, наверное, посмеется и очень сильно, потому что помощь выделили и, наконец, сказали: «Пассажирские перевозки по рекам России, эти, длинные, это все! Они системообразующие. И они в убытке. По самым скромным подсчетам, в этом году количество туристов на реках России уменьшится на 75%». Это скромные подсчеты. Первые рейсы уже идут, например, у «Руси Великой». Людей настолько зашугали. Боятся. Так вот, деньги выделили. Смешно сказать: 300 миллионов на почти 90 с небольшим круизных теплоходов России. Надо думать, какую часть тела прикрыть?

А. Веснин

―

А надо было?

Ю. Кандиранда

―

По самым скромным подсчетам… Навигация будет практически у всех убыточна. Считаем, что планово убыточная навигация. Только избранные рейсы будут введены в ноль. Избранные. А так, думаю, крупные операторы в этом году потеряют около 100 миллионов. Это будет чистый убыток.

А. Веснин

―

В смысле каждая компания?

Ю. Кандиранда

―

Да, каждая компания. Поэтому нужны миллиарды.

А. Набатов

―

Вы назвали очень скромную цифру – 100 миллионов.

Ю. Кандиранда

―

Попросили умерить аппетит. Хотя я думаю, что цифра будет в два-три раза больше. Теперь коренное отличие малого флота от большого флота – это предварительная работа на берегу, а именно продажа. Малый флот торгует с колес. Человек приехал в Питер, у него вдруг появилось желание прокатиться, он пришел к Аничковому мосту. Вау, кораблики. А пойду-ка я куплю билет. Постоял немного в очереди, купил билет и отправился. И правильно сделал, потому что Петербург с воды выглядит совершенно не так, как с улицы. Если житель Петербурга никогда не катался на трамвайчике по рекам и каналам, он не видел Петербурга вообще. Большой флот: продажи на навигацию 2020 года некоторыми компаниями начались в 2018. Торговали в 2018, 2019. Куда пошли деньги? На ремонты, на зимнее содержание. Большой флот очень старый. Средний возраст большого флота – 46 лет. Надо менять двигатели основные, надо менять помдвигатели. Я молчу про дизель-генераторы, про все системы трубопроводов и прочее…

А. Веснин

―

Понятно. Дорого и сложно.

А. Кандиранда

―

Это деньги. Но, допустим, вы турист. Купили в 2018 году путевку на 2020 год, потому что было дешево, вот вы и поддались. А тут – навигации, выручки нет…

А. Веснин

―

И вы мне должны вернуть деньги.

А. Кандиранда

―

Да! На лицо – то, что называется «кассовый разрыв». Деньги-то уже истрачены. Топливо желательно приобрести заранее. Оно так дешевле: если я его покупаю зимой на лето. У нас же Кировский комбинат нефтеперерабатывающий все лето работает на теплоходное топливо, на большие теплоходы и на малые, потому что до сих пор мазут, до сих пор немецкие движки… Так вот, человек приходит и говорит: «Я не поеду, деньги отдайте». А турфирма ему говорит: «Миленький, а мы те откуда их возьмем? Мы можем только твой круиз перенести». Человека это не устраивает. Тут начинается свистопляска в полном смысле этого слова. Кто во что горазд. Правительство у нас же опять: все на откуп губернаторам, им на местах виднее. Так и тут. Но, ребята, закон о защите прав потребителей никто не отменял. Гражданский кодекс никто не отменял. И тот договор, который подписали – это гражданский договор правовой, который тоже никто не отменял. На сегодняшний день эта самая ситуёвина на большом флоте с точки зрения денег даже не катастрофическая, она еще хуже, потому что пока денег брать неоткуда. Большие компании решили 28 июня выйти в навигацию, но из Москвы, из Казани, откуда угодно, только не из Питера. В Питере первые теплоходы мы ждем в начале июле. Только лишь. Вопрос – какая будет загрузка? Не откажутся ли люди, напуганные этим коронабесием и всем остальным? И вопрос – что делать? Авиация пролоббировала, все себе пробила. Теперь все считают: раз авиация дает ваучеры вместо денег за авиабилеты за рейсы, которые не состоялись, наверное, также сделать нужно и с теплоходами. Но маленький нюанс – средний круиз в этом году – 10 дней на воде. На комфортабельном 4-хпалубном теплоходе средняя стоимость такого круиза – 225 тысяч рублей. Еще раз подчеркну: на борту российского теплохода, с российской инфраструктурой. Вы представляете, какие деньги зависли у людей? А турфирм их нет: все уложено в зимний отстой, в ремонт, в эстетику, в топливо.

А. Веснин

―

Юрий Андреевич, у меня к вам вопрос. Раз мы стали говорить про убытки, вы посчитали уже, сколько вы денег потеряли? И увольняли ли вы уже людей или сколько вы их будете увольнять?

Ю. Набатов

―

Для начала я полностью соглашусь с коллегой. Единственное – добавлю про экскурсионно-прогулочный флот: не всегда покупают с колес, пришли и купили. 25-30% продаж – это предпродажи онлайн через наш сайт, сайты партнеров. Те же самые турфирмы, которые у нас бронируют услуги, присылают график еще в январе-феврале. Когда мы говорим про свадьбы, корпоративы, у нас огромное количество запросов и предоплаченных аренд уже в январе-феврале. На выпускные, свадьбы теплоходы бронируются с прошлого года. У нас в феврале, пока еще все было, вроде, хорошо, иностранцы покупали через наш сайт билеты на метеор в Петергоф на июнь, на июль. Глубина продаж все-таки есть. Нам все эти деньги пришлось возвращать. Мы влезали в коммерческий кредит, благо есть хороший банк, который нас поддерживает, под высокий процент под залог нашего флота, чтобы вернуть деньги нашим заказчикам, чтобы продолжать платить людям зарплату и прочее. Поэтому касательно увольнений – мы никого не увольняли, мы выполняли предписание президента и сохраняли штат. Но у нас большинства сотрудников: капитанов, мотористов, кассиров, администраторов – сезонные договоры. Мы никого не уволили, но мы несколько сот человек не взяли на работу. Они сидели с ноября месяца и ждали, когда мы их в марте месяце вызовем. Сейчас мы их кормим завтраками: вот-вот возьмем. И даже сейчас, когда откроется навигация, мы возьмем в лучшем случае половину из них, потому что больше половины флота не вводится в эксплуатацию.

А. Веснин

―

В общем, совсем не радостная картина… На этом нам надо уже заканчивать. Будем надеяться, что все-таки навигация откроется. У нас в гостях был Юрий Кандиранда – один из опытнейших руководителей круизов на реках Росссии, и Юрий Набатов – исполнительный директор «Нева тревел компани». Спасибо вам! Будем надеяться, что это как-то разрешится, что все выживут, переживут, что все будут плавать, ходить по нашим рекам, каналам.

Ю. Набатов

―

Надеяться только и остается.

Ю. Кандиранда

―

Спасибо вам! До свидания!