Цифровая маркировка сигарет. Эффекты для рынка, государства и потребителей - Александр Лаврентьев - Интервью - 2020-06-15

Я. Розова― В студии Яна Розова, здравствуйте, на связи со мной Александр Лаврентьев, советник Департамента по корпоративным вопросам и коммуникациям JTI в России.

А. Лаврентьев― Здравствуйте.

Я. Розова― Тема эфира: «Цифровая маркировка сигарет. Эффекты для рынка, государства и потребителей». И давайте начнем с истории вопроса, как ваша компания отнеслась к этому нововведению?

А. Лаврентьев― Компания JTI в своей глобальной операционной политике всегда придерживалась принципу нулевой терпимости ко всем видам незаконной торговли сигаретами, и другими видами табачных изделий. Надо честно признать, что этот бизнес достаточно выгоден, и он дает возможность быстро заработать большие деньги. Поэтому не только в России, но и везде и всегда, в любой стране мира мы к сожалению сталкиваемся с такими вещами, как незаконное производство, перемещение, включая контрабанду, и продажа табачной продукции со стороны не добросовестных предпринимателей. Такая противоправная деятельность, она лишает государство акцизных доходов, других налоговых поступлений, отъедает у легальных производителей их законную долю рынка, но самое неприятное, что потребители, покупая подобного рода сигареты, не могут быть уверены не в их безопасности, не в их качестве. Поэтому, когда мы увидели, что в Федеральном законе №15 появилась статья 18-я, которая в составе других мер «По охране здоровью населения от окружающего табачного дыма, и последствию потребления табака», - это название закона, предусматривает отслеживание оборота табачной продукции, мы сразу приняли решение поддержать концепцию цифровой маркировки.

Я. Розова― Ну, а чем отличается цифровая маркировка сигарет от других видов товарной маркировки?

А. Лаврентьев― Есть одно принципиальное отличие, связанное с тем, что государство пошло производителям на встречу, и с учетом очень высоких скоростей производства сигарет на нашей линии, а это может быть до 10 тысяч, и даже на нашей фабрике «Петро», до 20 тысяч сигарет в минуту, мы сумели в сотрудничестве с государством найти решение – так называемый метод прямой печати. То есть, нанесение кода непосредственно на пачку прямо на линии, в момент, когда она формируется. Чем это отличается от других видов маркировки? Тем, что подобного рода цифровой код можно дублировать, но невозможно подделать. Он защищен средствами российской криптографии, генерируется в момент производства, и тем самым обеспечивает индивидуальную, как бы цифровую историю каждой пачки сигарет. При этом мы помним, что табак, сигареты, являются товаром пожалуй номер один по оборачиваемости, по объему продаж среди категории так называемых быстродвижущихся потребительских товаров, ну потребительских товаров. И нам было приятно, что государство выбрало нас в качестве пионеров внедрения цифровой маркировки, мы сразу же еще в 2018 году включились в эксперимент, благодаря чему смогли отработать все технологические аспекты, и досрочно, не с 1 июля, а 1 марта 2019 года выпускаем на рынок России только маркированную продукцию. Мы готовы и впредь сотрудничать в этой области с государством, потому что это к выгоде всех участников легального рынка.

Я. Розова― Ну не секрет, что это в общем не дешевое удовольствие, наладить такой процесс.

А. Лаврентьев― Если честно, такой вопрос мы регулярно слышим со стороны многих других отечественных производителей сигарет. Но надо сказать, что это не самое дорогое удовольствие. Мы конечно же не знаем все детали соглашения о государственном частном партнерстве, которое подписано между Министерством промышленности и торговли РФ как государственным партнером, и Центром развития перспективных технологий, который выбран частным партнером в этом соглашении. Но, стоимость как раз конкретного кода – это естественно публичная информация, она рассчитана исходя из необходимости возврата в течении 15 лет тех инвестиций, которые под эгидой государства в проект маркировки вкладывает частный партнер, и она на протяжении этих 15 лет, составит 50 копеек за единицу кода, за каждый единичный код, без учета НДС. Если мы посмотрим на розничную цену сигарет в России сейчас, естественно я говорю о легальных сигаретах, то некая средняя цена будет порядка 100 рублей за пачку. Таким образом, это всего лишь полпроцента от стоимости пачки, и такая нагрузка, она не идет ни в какое сравнение ни с инфляцией, ни с влиянием роста акцизов.

Я. Розова― Но за счет производителя, естественно.

А. Лаврентьев― Естественно, да. Производитель заказывает коды, получает от ЦРПТ, и наносит на пачки самостоятельно под свою ответственность. Маркировка, особенно в том решении, которая существует в России цифровой маркировки, она не в безвоздушном пространстве, она существует одновременно с другим государственным решением об обязательном применении онлайн касс при розничных продажах, и позволяет она, такая маркировка, во-первых за счет гашения на кассе в момент продажи каждой пачки сигарет зафиксировать этот факт, соответственно и налоговые органы получают извещение о такой продаже, и могут рассчитать правильно налоги. И самое главное, и вся цепочка сбыта до розницы– 1 июля текущего года будет видеть движение, маршрут, по которому эта пачка к ним попала. Таким образом, объективно, технически возникает возможность быстро обнаружить попадание в розницу контрафактной продукции, или нелегальной продукции всех видов. Причем, это не всегда злая воля добросовестного розничного торговца, иногда люди просто могут и не понимать…

Я. Розова― Что продают не то, что нужно.

А. Лаврентьев― на каком-то этапе к ним попала в легальную розницу, такие случаи тоже бывают, и расследуются. Так вот, благодаря тому, что код позволяет мгновенно понять историю движения товара, обнаружение и обращение правообладателя товарного знака в полицию, и последующая реакция полиции становится гораздо быстрее. Ну учитывая, что с 1 июля текущего года легальной становится продажа на территории России только продукция, маркированная кодами Data Matrix, только теми кодами, которые получены через ЦРПТ. Важно, чтобы все наши коллеги по рынку, включая оптовые предприятия, многочисленные розничные точки, перешли на электронный документооборот. Само по себе, это решаемая не сложная задача, но зато она гарантирует честных добросовестных участников ранка от любого попадания нелегальной продукции в их сбытовые каналы.

Я. Розова― Из ваших слов я могу сделать вывод, что цифровая маркировка дело нужное, но поконкретнее давайте объясним, почему это так важно именно для вашей отрасли?

А. Лаврентьев― Вы знаете, это важно не только для нашей отрасли, но для нашей отрасли это важно в том числе и потому, что мы являемся очень крупным поставщиком налоговых доходов в федеральную казну. Примерно 3% налоговых доходов государства формируют табачная отрасль в целом, около 1% только наша компания. Какие выгоды всех участников этого процесса от цифровой маркировки? Всех, я имею в виду государства, это безусловно налоговый контроль, и пресечение незаконной деятельности по продаже нелегальных сигарет. Но выгода для добросовестного бизнеса в том, что мы можем очень точно планировать свое производство, и можем отказаться от бумажного документооборота, что дает серьезную экономию. Плюсом для государства еще является и то, что оно получает инструмент контроля производства и всех цепочки сбыта сигарет. Это большое подспорье в борьбе с нелегальными сигаретами, которые, к сожалению, показывают достаточно высокие темпы роста, и согласно недавнему исследованию журнала «Эксперт», примерно 15% табачного рынка составляют нелегальные сигареты. Увы, этот показатель растет от года к году, и в результате только в 2019 году Федеральный бюджет недополучил более 100 миллиардов рублей из-за наплыва такой продукции.

Я. Розова― Можно ли предположить, что цифровая маркировка решит все проблемы с оборотом незаконных сигарет?

А. Лаврентьев― Сама по себе нет конечно. Она уберегает потребителей от продукции непонятного происхождения, а законопослушную торговлю от риска случайного попадания в оборот нелегальных сигарет, и от последующего наказания со стороны государства, которое теперь будет всю цепочку видеть и проверять все быстрее и гораздо проще. Естественно, что вне маркировки может остаться другой крупный сегмент табачного рынка, который на грани законопорядка… Это продажи мимо кассы, на открытых рынках, через социальные сети, там, где эта деятельность ведется с прямым нарушением действующих законов. В принципе, в российском законодательстве уже сейчас достаточно санкций, эффективное применение которых способно подавить подобную деятельность. Тем не менее, есть определенные пробелы, которые в ходе законодательного процесса постепенно закрываются, и таким образом все меньше и меньше шансов у недобросовестных поставщиков нелегальных сигаретдобиться какого-то коммерческого успеха. Но здесь многое зависит от активности правоприменителей, особенно низового звена полиции и Роспотребнадзора, которые должны себе поставить в приоритет борьбу с присутствием нелегальных сигарет.

Я. Розова― Пандемия, она отразилась на многих отраслях и экономики, и жизни в целом. И учитывая, что маркировкой занимаются многие производители заранее, несколько лет назад началась эта история. Как-то эта вот пандемия отразилась на процессе?

А. Лаврентьев― В начале самом нашей беседы мы говорили о том, что есть разные варианты маркировки продукции. Действительно, существуют на рынке и бумажные марки, и голограммы, и радиочастотные метки, но в нашем случае, в случае табачного производства, применение кодов Data Matrix не подразумевает за собой использование какого-то физического носителя. Коды формируются генератором непосредственно на производстве, защищенные контролируемым оператором системы ЦРПТ в виртуальной среде. И поэтому никакие вирусы, не цифровые, не физические, нашей маркировке не страшны. Чрезвычайно важно другое, что полноценное функционирование этой системы цифровой маркировки и прослеживания подразумевает такую же полную прослеживаемость в оптовым и розничных звеньях. И с 1 июля 20-го года, это означает подключение к системе десятков тысяч, в буквальном смысле десятков тысяч предприятий торговли - к электронному документообороту, к применению усиленных квалифицированных электронных подписей. К сожалению, данные процессы сложно организовать без непосредственных контактов между людьми. У нас нет сомнения, что крупная сетевая розница, дистрибьюторы, крупные оптовые компании сумеют соблюсти все предписанные законодательством сроки, но, к сожалению, нельзя уверенно сказать то же самое про мелкие, средние розничные точки. Поэтому хотелось бы, чтобы государство учитывало это конкретное обстоятельство, в ходе своих контрольно-проверочных мероприятий. Мы выступаем за разные условия рыночной конкуренции для всех и за нормальную работу в малых и средних предприятиях. Считаем это важным условием обеспечения нормальной работы рынка. Малым предприятиям, как показывает наш опыт общения с ними, особенно на региональном уровне, труднее всего отличать контрафакт, или контрабанду от легальной российской продукции. Например, внешне белорусские сигареты могут выглядеть практически так же, как и сигареты российского производства, особенно локальных марок. Цифровая маркировка, и прослеживание дадут в частности и этой категории бизнеса простой инструмент приложения для смартфона, его достаточно просто скачать так же, как мы скачиваем любые приложения для смартфонов, и вы сразу сможете понять происхождение продукции и проверить ее подлинность.

Я. Розова― Можно ли усовершенствовать весь процесс, связанный с маркировкой? Или он уже налажен настолько, что теперь он останется в будущем, навсегда?

А. Лаврентьев― Он останется в будущем навсегда, потому что этот процесс… Ну, не один процесс вообще-то нельзя назвать идеальным навсегда в совершенном виде. Но генерация кодов, она чем хороша? Она хороша тем, что она позволяет легальному производителю быть уверенным в том, что он тоже сможет видеть движение собственной продукции по рынку. По крайней мере, российским законом о торговой деятельности, такая возможность производителям предоставлена. Видя движение своего товара по рынку, вы можете не только помогать правоприменительным органам бороться с нарушениями какими-то да, на рынке, но можете также и оптимизировать свою собственную работу. Это чрезвычайно важно, и не один другой носитель информации, не одна прочая подобная система маркировки не дает возможности получения столь подробной рыночной информации. Поэтому, много остается сделать практически для того, чтобы система, простите за разговорное слово, «взлетела».Многое потому, что она подразумевает участие большого количества компаний, десятка тысяч розничных точек, безупречную работу поставщиков услуг электронного документооборота, IT компаний. То есть, это целая отрасль цифровизации.

Я. Розова― а не могли бы вы расшифровать, и поподробнее рассказать, как это должно вообще работать с момента начала производства продукции? Вот условно, на фабрике сделали партию.

А. Лаврентьев― Перед тем, как сделали партию, мы запланировали, что, конкретно какой бренд, под каким названием, по какой цене мы хотим выпустить на рынок. Это наше свободное, никак не регулируемое государством коммерческое решение. Собственно, риск. Составив такой как бы заказ, мы отправляем этот заказ в ЦРПТ ( в Центр развития перспективных технологий), и он как операторв соответствии с этим заказом формирует код. В составе кода есть описание этой продукции, указывается максимальная розничная цена в соответствии с требованием налогового законодательства, и указывается некая дополнительная информация, которая привязывает генерацию кода к конкретному местопроизводству, в буквальном смысле к адресу предприятия, а в будущем и конкретной линии. После чего, код защищается российскими криптографическими решениями, и соответственно возвращается обратно в формате Data Matrix, который уже печатается на пачку. Причем разрыв во времени, оптимальный разрыв, который сейчас достигнут на производстве, между моментом генерации и нанесением кода может составлять не более 15 минут. В идеальном мире, это фактически ну, онлайн всё происходит, и возможности исказить код, и нанести что-то другое, нет ни у кого. Поэтому, с точки зрения защищенности, это первый плюс. Дальше продукция отгружается обычным порядком, но в сопровождении электронного документооборота, и в электронный документ, он ведь в отличии от бумаги практически безразмерен, записываются коды, и тем самым каждый участник последующих торговых операций, при совершении сделки купли-продажи может проверить вплоть до единой пачки, что конкретно к нему идет. И финишный этап системы маркировки - это продажа в онлайн кассе, когда кассир сканирует. Это уже люди видят, это работает с 1 июля 2019 года. Сканирует этот код на пачке, соответственно формирует фискальный чек с указанием, что там есть.

Я. Розова― А где могут возникнуть проблемы, если тогда все в общем довольно четко? На каком этапе, и почему?

А. Лаврентьев― Принципиальных проблем возникнуть не может, могут быть человеческие ошибки, или попытки недобросовестных участников рынка, к сожалению, мы это видим, воспользоваться поддельными кодами. Нет, вы знаете, деньги тоже подделывают, можно напечатать бумагу, так сказать которая внешне для не специалиста будет выглядеть так же как нормальная купюра, но пардон, на кассе это будет обнаружено сразу. Здесь та же самая ситуация. Система уже сейчас видит, фиксирует такие попытки, и на них реагировать можно очень быстро.

Я. Розова― Ну, просто изымать из оборота, я так понимаю?

А. Лаврентьев― Да, конечно, такая продукция не законна, она не может находиться в обороте. Вопрос санкций, это отдельная история, потому что с 1 июля мы рассчитываем, что статус кода будет приравнен к статусу бумажной марки, ну и тогда соответственно вплоть до уголовной ответственности, в зависимости от объемов продаж.

Я. Розова― Если маркировка дает 5 десятых процента надбавки к стоимости, к себестоимости товара, то насколько вырастит цена для потребителя?

А. Лаврентьев― Это не себестоимость, это 0,5% как раз от конечной цены, поэтому потребитель в общем-то уже не почувствовал, можно совершенно точно сказать.Мы же ведь получаем платные коды с 1 июля 2019 года, и рокового какого-то..

Я. Розова― Цены уже выросли я так понимаю, то есть компания уже …

А. Лаврентьев― Они намного больше выросли из-за роста акцизов, чем люди, так сказать, могли бы заметить эти 0,5%. Почему мы столь большое внимание в своей деятельности обращаем на борьбу с незаконной торговлей сигаретами? К сожалению, в России часто под словом контрафакт, прячется достаточно разнородные явления. По-сути да, результатом этих разных видов деятельности является попадание в розничную торговлюили сбыт через незаконные каналы нелегальных сигарет. Поэтому, выглядит все как бы одинаково, с точки зрения конечного результата, потери доли рынка производителями, и утраты соответствующих доходов государства. Но с точки зрения структуры, если так округленно посмотреть, незаконного продукта, что из себя это представляет: примерно треть у нас приходится на перетоки продукции из стран Евразийского экономического союза, просто в силу того, что у нас разные до сих пор ставки акцизов, разные условия производства между разными странами, разные издержки, и нет таможенных границ. Вот эта треть, она интересна тем, что это может быть на самом деле продукцией легальных производителей, купленная где-то в розницу условно, я никого не хочу конкретно сейчас обвинять, допустим на территории Казахстана, и привезенная обычным путем на территорию России. Никаких ограничений в этой связи нет, и пачка будет легальная, но на ней будут предупреждающие надписи на казанском языке. Люди часто не понимают, что это означает незаконность этого продукта к продаже на территории России. Когда, и если, аэто будет с 1 июля текущего года, продажа без проверки кода цифровой маркировки будет запрещена, достаточно будет отсканировать код, и мы увидим, что эта продукция не предназначена для реализации на территории России. Второй крупный поток незаконной продукции, это чистая контрабанда. К сожалению, она попадает тоже в Россию разными путями, и доставкой отдельными мелкими партиями челноками, и ложное, недобросовестное декларирование, и использование схем так называемого прерванного транзита, когда якобы легальный груз идет через территорию России, и якобы выходит потом, за пределы российской территории, и даже за пределы единой таможенной границы Евразийского экономического союза, а на самом деле это все делается только по бумагам. Реальный товар опять-таки падает и попадает куда-то в российскую розницу. Это тоже можно перекрыть благодаря маркировке. Ну и наконец, есть нелегальное производство на территории России. К сожалению, мы сталкиваемся с тем, что эта доля тоже растет, и она связана с махинациями с бумажными марками, с использованием сложных систем подставных лиц, которые эти марки доставляют на мелкие, иногда кочующие производства. И выпускаются малоизвестные бренды, естественно подделки крупных брендов уже мало кто практикует в наше время, это очень быстро ловится. Но так называемые местные марки, они могут появляться, при этом на них будут вполне законные, официальные российские бумажные специальные марки. Вот отследить это в настоящий момент практически невозможно. Но когда будет требование в полном объеме предъявлять на каждом этапе сделок с сигаретами факт перехода права собственностиот производителя к дистрибьютору, от дистрибьютора к оптовику, от оптовика к рознице, продажа подобного рода продукции будет крайне затрудненной.

Я. Розова― Планы на будущее.

А. Лаврентьев― Цифровизация относительно новое слово, и пока многими, в том числе и мной, на слух воспринимается с трудом. Но между тем, при всех оговорках, которые мы сейчас слышим, каких-то неудачных локальных решениях, применение цифровых технологий реально выводит российскую экономику на передовые позиции в мире. Вот такого решения, которое внедрено у нас, нигде больше нет. Цифровизация, это безбумажная технология, это не просто прямая экономия участников рынказа счет упрощения отчетных процессов, повышения эффективности этой работы, это косвенное снижение нагрузки на природу. Мы получаем одновременно возможность работы с большими массивными данными, это эффективное планирование производства, расходов производственных материалов, логистики. Следовательно, это экологически меньшее давление на природу. Но и мы понимаем, что рано или поздно отказ от бумажных акцизных марок станет естественным средством перехода к цифре.

Я. Розова― Александр Лаврентьев, советник Департамента по корпоративным вопросам и коммуникациям JTI России.

Реклама. 6+