Свободный формат: Городская политика в условиях пандемии - Оксана Дмитриева - Интервью - 2020-06-08
В.Дымарский
―
Добрый день, это программа «Свободный формат». У микрофона Виталий Дымарский и сразу же представлю нашу сегодняшнеэфирную гостью. К сожалению, мы не можем принимать у себя в нашей студии. Она по-прежнему закрыта для гостей, бережем здоровье наших гостей. Поэтому мы на удаленке, как сейчас принято говорить, разговариваем сегодня с Оксаной Дмитриевой. Оксана Генриховна, добрый день.
О.Дмитриева
―
Добрый день.
В.Дымарский
―
Все. Связь хорошая, мы вас слышим хорошо. Надеюсь, вы сейчас услышите мой первый вопрос. Он с небольшим предисловием, сегодня вот я думал, о чем с вами, сегодня какую тему затронуть, и такая она совершенно общая. Понятно, что все темы сводятся к коронавирусу. Так или иначе. Или к эпидемиологическому аспекту, или к экономическому. Все идут обсуждения. Первый вопрос поэтому, можно вам задать без коронавируса. Вот скажите пожалуйста, я даже вот такую тему определил нам как «городская политика-» или «петербургская политика в эпоху пандемии». А кроме вот этих двух вопросов, я имею ввиду экономического и медицинского, скажем так, эпидемиологического. Чем-нибудь еще городская власть, городские депутаты еще занимались в это время? Или это занимает сейчас все головы и все время?
О.Дмитриева
―
Тем не менее, в любом случае, занимались, потому что что значит коронавирусная политика? Потому что экономическая политика, то, что мне ближе всего, ее все равно нужно определять в соответствие с текущим моментом. Если текущий момент это с одной стороны карантинный кризис, с другой стороны общеэкономический кризис мировой, связанный с падением цены на нефть, то так или иначе, мы должны определять политику. И бюджетную политику, и политику налоговую, и меры поддержки, исходя из текущей, из текущей ситуации. Поэтому это все равно основная задача парламента. Парламент – это кошелек нации. Или кошелек города. То есть он должен обеспечить контроль за кошельком. Ну, второй вопрос, это общие, общие условия, социальная политика. Она тоже, так или иначе, тесно все равно перекликается с коронавирусом. Потому что это и здравоохранение, это и позиция по отношению к пожилым, это и позиция по отношению к жилищным программам, которые вот сейчас резко сократились.
В.Дымарский
―
Дети
О.Дмитриева
―
Да, этим занимаемся. Но есть еще отдельный вопрос, который никак не связан с коронавирусом. Это вопрос выборов, это вопросы подготовки к будущим выборам, в том числе 21-ый год. И на фоне пандемии шла ожесточенная борьба при формировании ТИК. Потому что вот сейчас, как раз, не далее, как в пятницу состоялась окончательное уже голосование по поводу рабочей группы, голосование по поводу председателей ТИКов. И тут мы, конечно, активнейшим образом, и наши представители боролись за то, чтобы, все-таки, наконец, хотя бы независимые кандидаты, независимые представители оппозиции просто вошли в ТИКи. Они есть теперь, спасибо, в общем, Элле Александровне Памфиловой. Она на этом настаивала, и, действительно, во всех ТИКах теперь обязаны брать парламентские партии. А «Партия Роста», которую я представляю, является для Петербурга парламентской. Но мы добились, представляете, одного, одного председателя ТИКа, территориальной избирательной комиссии, из 34, одного председателя от оппозиционной партии. Это Ирина Игоревна Комолова. Вот недавно избрана, причем, большинством, практически единогласно.
В.Дымарский
―
Ну смотрите, у нас, раз уж мы заговорили об избирательных комиссиях. И вы похвалили Эллу Александровну за то, что она, там, добилась, да, хоть какого-то сдвига в продвижении оппозиционных, представителей оппозиционных партий вот в эти ТИКи. Но здесь и к Городской избирательной комиссии, как я понимаю, у ЦИКа огромное количество претензий. Которое кончилось тем, что Петербургу не дали, я так понимаю, как в наказание, электронное голосование. Но я не уверен, это вообще наказание? А может не наказание? Как вы это восприняли, это решение Центризбиркома?
О.Дмитриева
―
Ну оно знаковое просто. Потому что, действительно, Городская избирательная комиссия совершенно, ну, масса злоупотреблений, и на всех предыдущих выборах, и более того, очень сложно она даже подчиняется, не выполняет указания Центральной избирательной комиссии. То есть каждый раз все это проходит со скандалом, здесь, что называется: роль личности в истории. Роль господина Миненко в истории играет свою роль. Но по поводу наказание это или не наказание, ну, я думаю, что, власти, конечно, легче было бы организовать в данной ситуации поправки, голосование по Конституции. В том числе, с учетом электронного голосования, даже не с точки зрения организации выборов, а с точки зрения, что вот, все-таки, Санкт-Петербург отстает от Москвы минимум на две-три недели. И поэтому ситуация 1 июля в Санкт-Петербурге с точки зрения, опять же, коронавируса и пандемии, она не будет, ну то есть она еще…
В.Дымарский
―
Не будет благополучной абсолютно?
О.Дмитриева
―
Да, не будет благополучной, просто. Ну мы все теперь крупные вирусологи. Вот как бы, если отстаем на две-три недели, если Москва вот сейчас дает показатели ну все-таки относительного снижения и отрицательное…то есть спуск с плато, то Петербург еще спускаться не будет. Поэтому вот здесь понятна обеспокоенность, потому что электронное голосование оно все-таки…хотя я к нему отношусь в принципе с очень большой настороженностью…с очень большой. Потому что, ну мы каждый раз смотрим как это будут использовать для фальсификаций.
В.Дымарский
―
Ну знаете, как, у меня вот тоже такое же примерно отношение. Но с другой стороны я вот сам себе говорю, можно подумать, что без электронного голосования все у нас честно и без фальсификаций. Какая разница. Значит, если фальсифицируют, то сфальсифицируют любое, да? Просто надо добиваться, чтобы не было фальсификаций, да, а электронное голосование, я понимаю, все равно это наше будущее. От этого вряд ли куда-то деться.
О.Дмитриева
―
Хорошо бы, чтобы другие страны на себе это в начале поэкспериментировали.
В.Дымарский
―
Нет, ну уже ж есть эксперименты. У эстонцев там, да.
О.Дмитриева
―
Ну это отдельное. Потому что общенациональные выборы даже в системе, в странах с устоявшимися системами выборов пока электронные системы, насколько я знаю, ну не вводили.
В.Дымарский
―
Ну да. Нет, ну понятно, что это еще эксперименты нужны, еще нужно двигаться к этому. Да, это не то что завтрашнее.
О.Дмитриева
―
Насколько я понимаю, больше всего хотели в Петербурге именно с точки зрения эксперимента посмотреть, как это будет на голосовании по Конституции. Ну, на предмет, я не знаю, подготовки к выборам 21-го года. Если результат по Конституции, в общем результат голосования предрешен, и, собственно говоря, это вообще такое справочное голосование, это не решающее, то выборы в 21-ом году это уже, как бы, принципиально. Принципиально и для выборов и в Государственную Думу, и в Законодательное Собрание, где ситуация отнюдь не предрешена ни по каждому конкретному кандидату, ни по ситуации с партиями. Поэтому эта ситуация, ну как бы, чрезвычайно серьезна.
В.Дымарский
―
Оксана Генриховна, можно ли сказать, с учетом того, что как вы говорите, что вот вы сейчас активно занимались формированием ТИКов, да, что, в общем хотя еще до выборов с Госдуму, сколько еще, больше года, да? Это сентябрьские, да?
О.Дмитриева
―
Да, сентябрь, должны быть в сентябре.
В.Дымарский
―
Сентябрь 21-го года, то есть еще больше года, но вы уже, в общем, фактически можно сказать, готовитесь. Во всяком случае ваша партия. Ну, во-первых, вы, конечно, получили сильное пополнение в лице Сергея Шнурова, как я понимаю, да? Вот, но дело не в этом даже. В принципе, уже партия этим занимается.
О.Дмитриева
―
Ну партии этим всегда вообще занимаются. Партии занимаются на следующий день после предыдущих выборов. Это такая просто текущая работа, она не всегда очень заметна, но тем не менее, борьба, ну собственно говоря, уже давно понятно, что основной результат выборов зависит от того, насколько защитим свои голоса. Неважно, как проголосуют, важно, как посчитают. Это для партии власти. А для нас это отстоять хотя бы большую часть голосов.
В.Дымарский
―
Ну да. Вы говорили, я думаю, что и на выборах в будущем году, еще, все-таки год, с одной стороны большой срок, с другой стороны – очень, очень небольшой. И я думаю, что экономический кризис, который переживаем, и о котором вы только что говорили, он еще будет кризисом. Я не думаю, что мы выйдем. И поэтому я думаю, что экономика будет одним из факторов, да, этих выборов будущих в Госдуму.
О.Дмитриева
―
В ситуации 21-го года все зависит, я внимательно занималась и отслеживала, и делала относительный прогноз. Значит, ситуация в 21-ом году зависит от того, как мир будет выходит из этого карантинного кризиса. Потому что здесь Россия находится вот в ситуации горнолыжника. То есть важно не только самому не сделать ошибку и не сорваться в пропасть. Но главное, чтоб на тебя не наехали и тебя не затащили в пропасть. Поэтому здесь, если страны при выходе из карантинного кризиса другие будут допускать ошибки, и будут вяло из него выходить, то это потянет за собой цену на нефть и, следовательно, рикошетом, бумерангом, вообще я не знаю, как это сказать, затронет…
В.Дымарский
―
Ударит по нашей стране.
О.Дмитриева
―
Ударит по России. Но поскольку кризис он карантинный, он не традиционный циклический экономический кризис, то если не будут делать ошибки, выходить из него можно быстро. Потому что это, действительно, ну такая… То есть мир может выходить достаточно быстро из карантинного кризиса, поскольку нет ну вот объективных причин, глубоких экономических, которые вызывают обычно мировые циклические кризисы. То тогда уже, если мир будет выходить, и начнется экономический рост, ну допусти, как в Китае после карантина, то есть надежда, что в 21 год уже не будет спада. И уже дальнейшего спада не будет. И по экономике он уже войдет в позитивную, ну, позитивную зону. Но с бюджетами по-прежнему будет ситуация сложная. То есть даже если будет экономический рост, то уровень бюджетных доходов в 21-ом году не восстановится. И, следовательно, будет дефицит и федерального бюджета, и дефицит региональных бюджетов, которые надо будет покрывать. И хорошо если будут…
В.Дымарский
―
Ну что печатать деньги?
О.Дмитриева
―
Ну, вы знаете, в данной ситуации лучше печатать, чем лезть в долговую петлю. Потому что мой опыт возглавления бюджетного подкомитета Госдумы в середине 90-х до 2000-х, да показывает, что эмиссия, эмиссионное финансирование дефицита бюджета, оно дает некоторый прирост инфляции, но до определенных пределов, до определенных пределов. Этим можно пользоваться, если это, ну, это, не зашкаливает. Ну где-то, я полагаю, что предел, до 30% от расходов бюджета. Но надо сказать, что трата средств Фонда Национального Благосостояния — это та же самая эмиссия. Она абсолютно ничем не отличается.
В.Дымарский
―
Ну да, это деньги лежащие, спящие.
О.Дмитриева
―
Просто ЦБ переписывает валюту на том же счете, просто то, что числилось на счете за правительством, теперь на счете будут числиться за ЦБ. А ЦБ на это, то есть на эту как бы передачу, которая никак не влияет, ну вот, на денежный рынок, это просто будет осуществлена эмиссия. Поэтому это одно и тоже, кто как может это называть. Кто-то называет тратой средств ФНБ, а кто-то называет это эмиссией.
В.Дымарский
―
Ну смотрите, Оксана Генриховна, тем не мене, это вот дополнительная масса денег, с которыми чего-то надо делать. То ли они из фонда, то ли она напечатана. Дело не в этом, да?И вот тут, я так понимаю, может быть я ошибаюсь, но Россия пошла не по тому пути, по которому основные экономики. Там действительно, в прямом смысле, заливают деньгами людей, да. Раздают, да, такая сплошная раздача денег. Ну там с некоторыми нюансами. Мы, я так понимаю, отказались от этого метода. И у нас как-то мы сделали, мы не столько решили помогать малым и средним предприятиям, ну то есть, фактически среднему классу, то есть основной массе наших жителей и наших предпринимателей нашего бизнеса. Действительно, видно, что помощь получат крупные компании, государственные, здесь никаких проблем не будет, правильно ли это? Почему мы пошли другим путем?
О.Дмитриева
―
Ну не совсем пошли другим путем, пошли каким-то комбинированным путем, поскольку (НРЗБ) всем нельзя
В.Дымарский
―
Да, согласен
О.Дмитриева
―
И если совсем в целом оценивать, то в этот кризис, моя оценка, ведут себя и вообще оценка экономической власти, финансовой власти несколько лучше, чем обычно. Несколько лучше, чем обычно, и несколько более разумно.
В.Дымарский
―
И федеральные и городские вы хотите сказать?
О.Дмитриева
―
И федеральные, и городские, да. Более, более разумно. Ну в частности, не стали повышать ключевую ставку, а стали снижать. Это очень принципиально. Действительно сделали целый ряд мер по освобождению от налогов и снижение налогов. А не так как в кризис 2008-2009 года, вот нас Кудрин теперь очень любит учить, но тогда он был вице-премьером, и они не шли ни на какие налоговые послабления до тех пор, пока G20 просто, ну вот, усиленно не рекомендовала. Порекомендовала странам действительно воспользоваться налоговыми, налоговым стимулированием.Значит, что сделано правильно, что сделано неправильно. Ну первое правильно, что дано малому бизнесу определенные рекомендации по освобождению от налогов, но опять же, дело в том, что касается малого бизнеса, это все субъекты федерации. Субъекты федерации должны принимать эти решения. И есть федеральный бюджет для того, чтобы гарантировать что федеральные власти, что субъекты примут это решение. Они должны четко сказать, что мы вам профинансируем из федерального бюджета выпадение доходов.
В.Дымарский
―
А этого нет, да?
О.Дмитриева
―
А этого нет. Более того, я бесконечно задавала этот вопрос и в Петербурге, и губернатору, и вице-губернаторам, что нужно требовать, обращаться с тем, чтобы федерация, то есть федеральный уровень гасил дефицит огромный регионального бюджета Петербурга, который образовался, это 114, ну вот сейчас, миллиардов рублей. А, поскольку, ну никто, как бы так жестко этот вопрос не ставит, то пока это все запланировано заимствованиями. Заимствованиями, за которые, то есть это дорогие деньги. А у регионов печатного станка и фондов национального благосостояния, как у федерации, нет. Поэтому здесь, вот опять же, из тех требований, которые были, в том числе, и Алексей Навальный, и оппозиция, широко разная оппозиция использовала: «Всем выдать по 10 тысяч, там, по 20 тысяч». Значит, прежде всего надо было не этот вопрос ставить, вот даже использование средств ФНБ. Прежде всего надо было ставить вопрос покрытия дефицита региональных бюджетов. Потому что главное – сохранить, во-первых, сохранить те расходы, которые уже запланированы в бюджетах: социальные, жилищные, жилищные субсидии, фонд капремонта и так далее; и дать возможность региональным бюджетам поддержать малый и средний бизнес.
В.Дымарский
―
Ну да, то есть получается, что федеральная власть раздает обещания, но выполнять их должны регионы?
О.Дмитриева
―
Выполнять их должны регионы, а позиция требует совсем другого, то есть вообще идет перпендикулярно, по сравнению с тем, что реально надо. Реально надо вот это, чтобы четко оценить. Моя оценка, это выпадение доходов, только выпадение доходов региональных бюджетов около 2х триллионов рублей. В общем, мои оценки абсолютно точные, я Петербургу сказала, что у вас будет не менее 100 миллиардов, они месяц считали, и в итоге получили ту же сумму. Москва. Собянин сказал полтриллиона, 500 миллиардов. Но в целом по стране около 2х триллионов рублей. Конечно, это надо гасить из бюджетов, из федерального уровня, залезая в Фонд Национального Благосостояния, либо эмиссию. Это ну вот первое.Далее, у субъектов появляются другие расходы. То есть все равно, расходы на карантин, ну на борьбу с пандемией, только лишь частично профинансированы из федерального бюджета. Они не запланированы, они тоже должны быть учтены.
И, наконец, следующий вопрос. Вот мы говорим выпадение, у нас экономика снижается. Но ведь у Пенсионного фонда, у Фонда медицинского страхования, у всех у них тоже сокращаются доходы. И у них нет печатного станка, и нет источников, для того чтобы это гасить. Поэтому, то же самое, это тоже минимум 1 триллион. Поэтому, прежде чем вообще говорить о том, что мы должны что-то давать дополнительно, надо полностью обеспечить возможность сохранить то, что есть. А то у нас в Петербурге, ища деньги, уже срезали жилье, расселение коммуналок, жилье молодым семья, программу капитального ремонта, потому что сократили ее практически всю субсидию, и еще там по целому ряду других направлений, но из наиболее болезненных - вот эти. Поэтому вот, что надо делать, и здесь большие возможности.
В.Дымарский
―
А вообще у регионов есть такая возможность, я не знаю, какое-то лоббирование, лоббистские какие-то возможности, чтобы уговорить федеральный центр дать эти деньги? Я так понимаю, что, если там… все в их руках. И если
О.Дмитриева
―
Ну, концентрироваться на этих вопросах. Опять же я не зря упомянула оппозицию, вот эти, как бы постоянные требования 10-20 тысяч, они мало… ну то есть, на мой взгляд, не очень грамотные, потому что если это в дополнение к мерам, так на это не хватит, а если это вместо мер, ну которые нужно предпринять и которые я вот сейчас некоторые перечислила, то это ну в общем это цинизм, и существенно меньше того, что нужно.Поэтому нужно… здесь есть еще помимо губернаторских, ну вот исполнительной власти, есть и Законодательное Собрание, которое должно анализировать бюджеты, которое должно четко совершенно ставить эти вопросы. Потому что это судьба регионов, и судьба всех социальных выплат на уровне регионов, и возможности регионов поддерживать малый и средний бизнес.
Потому что то же самое, например, федеральный уровень: Мишустин заявлял о том, что нужно стимулировать частных арендодателей, чтоб они давали отсрочку по аренде для малого и среднего бизнеса. От малого и среднего бизнеса, они все работают на арендованном имуществе, преимущественно. Для малого бизнеса три вопроса, три: аренда, налоги и кредит. Вот три вопроса. Из них только налоги зависят от регионального бюджета, и причем зависят, в основном, от регионального бюджета. Все остальное, так или иначе, требует четкой технологии ниспущенной, спущенной с федерального уровня. Потому что вот по арендодателям…
В.Дымарский
―
То есть технология компенсации этих затрат?
О.Дмитриева
―
Технология компенсации. Значит мы, у нас весь малый бизнес на арендованном имуществе. Никто им отсрочку по аренде по частным, частные арендодатели не дают, и освобождения, и так они просто не дадут. Значит их надо каким-то образом с одной стороны простимулировать, с другой стороны заставить. То есть употребить кнут и пряник.Неоднократно мы вносили, уже внесен законопроект разными, и (НРЗБ) вносила, и Амосов, и еще есть по закону у «Справедливой России» разные такие предложения и разные механизмы о том, чтобы стимулировать, налоговое стимулирование, чтобы арендодатели давали отсрочку малым арендаторам и освобождения. Не проходит. Что говорит власть? Она говорит о том, что у нас огромное, вот питерское, огромное выпадение доходов, это, в основном, рантье и крупные торговые центры, которые связаны, значит, с банками, пусть они, типа, сами этот кризис исходя из солидарности переживают. Ну с оценкой рантье я согласна, вообще, что очень часто арендодатели – это рантье. Но вы можете что угодно, вы же скажете: - «а ну рантье, дайте освобождение»
В.Дымарский
―
А мы вам не дадим.
О.Дмитриева
―
А мы вам не дадим. - «а ну рантье, проявите солидарность»
В.Дымарский
―
Обзывайтесь хоть рантье, хоть не рантье. Оксана Генриховна, мы сейчас прервемся, мы сейчас прервемся на выпуск новостей, после которого мы продолжим разговор с Оксаной Дмитриевой.
В.Дымарский
―
Мы продолжаем программу «Свободный формат». Напоминаю, сегодня у нас в гостях Оксана Дмитриева – депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, лидер петербургского отделения «Партии Роста». Меня зовут Виталий Дымарский. Мы продолжаем, собственно говоря, нашу беседу. Так или иначе, мы выяснили, от коронавируса никуда не уйти. Поэтому так, то напрямую, то косвенно мы его все время упоминаем, конечно, да. Потому что он сильно повлиял на нашу жизнь. И вот, в частности, правильно ли я вас понял, Оксана Генриховна, что, в связи с тем, с новыми, с дополнительными и довольно большими затратами, к которым вынудил нас вот этот вот кризис, что фактически на городском уровне бюджеты маленькие, на все денег не хватает, но вот на нашем городском уровне петербургском все другие программы, а их много, будут или остановлены, или сокращены, в общем это довольно сильно повлияет на с одной стороны помощь, с другой стороны эта помощь обернется или закрытием , или сокращением других там программ инвестиционных, социальных и так далее и тому подобное, инфраструктурных?
О.Дмитриева
―
Я не могу вот так сказать, что все программы…
В.Дымарский
―
Ну не все, конечно, но так или иначе затронет
О.Дмитриева
―
Из бюджета, который представлен, вот те направления, которые были сокращены, и которые, в принципе, можно было не сокращать. Потому что я внимательно анализировала весь бюджет, еще когда мы делали альтернативный бюджет, и там, конечно, наскрести, еще миллиардов десять, по разным статьям, в том числе, прежде всего, выплаты концессионерам по Западному скоростному диаметру, и по трамвайной концессии «Чижик». Если говорить о солидарности…
В.Дымарский
―
Послушайте хорошо уважаемые слушатели. Концессионерам. Просто мне сначала показалось пенсионерам, вы сказали.
О.Дмитриева
―
Концессионерам. Владельцам концессий. Которым вот эти расходы, это компенсация их недополученной прибыли, которая рассчитана на определённый транспортный поток. Когда мы возмущались против этих концессий, против того, как рассчитано, мы не думали, что будет коронавирусный кризис, когда существенно ограничивают транспортный поток. А теперь, они же рассчитывали на хороший транспортный поток, а транспортный поток мал. Поэтому получается, что мы должны компенсировать любой форс-мажор. На самом деле, это неправильно. И, если говорить о солидарности, социальной солидарности, пожалуйста, мы с вами. Вообще добровольно откажитесь от недополученной прибыли. Это первое.А второе: есть все юридические основания в случае форс-мажора не выплачивать выплаты концессионерам, а это, на мой взгляд, где-то около 6 триллионов рублей. 6 триллионов рублей, которые полностью позволяют профинансировать и не сокращать программы «Молодежи – доступное жилье», программы расселения коммуналок, помощь молодым семьям и частично восстановить, частично восстановить, частично, субсидию на капремонт домов. Поэтому, конечно, на все, на что заявляли вот разные люди о том, что нужно там всем по 10 тысяч раздать, и все это бюджет выдержит, это, конечно, бюджет не выдержит, и даже ставить вопрос, на мой взгляд, ну это просто чистейший и агрессивный популизм. А вот четко поставить вопросы о том, что, пожалуйста, вот эти программы не сокращайте, и вот у вас источники. Плюс можно насобирать по различным направлениям. Потому что там есть программы развития патриотизма, патриотизма.
В.Дымарский
―
Ну куда же мы…
О.Дмитриева
―
Да. Но 40 миллионов можно сэкономить, и патриотизм либо развивать на безвозмездной основе, либо подождать лучшей ситуации. Тоже самое – развитие гражданского общества. Ну либо опять же безвозмездно, либо потом. Государственная тайна. Выделяются дополнительные средства на сохранение государственной тайны. Ну государственная тайна, может, вопрос важный, но все равно мы сейчас все воспользовались Zoom-ом, воспользовались скайпом, воспользовались всеми этими платформами, которые готовы. Поэтому давайте приступим к государственной тайне уже потом.А, есть еще какие-то аферные такие, причем аферы старые-старые, четырехлетней давности. Как, например, Фонд продовольственный. Был Продовольственный фонд, который, значит, ничего…предполагалось, что он будет закупать и делать интервенции. Это кризис 2014-го года.
В.Дымарский
―
Это санкционный кризис, видимо. В связи с санкциями?
О.Дмитриева
―
Да. Просто ничего не получилось, у него куча долгов. Это изначально было обречено на неудачу, поскольку… Но тем не менее, теперь никто не хочет сокращать это финансирование, потому что нужно возиться, выяснять, привлекать к ответственности, и в итоге легче каждый раз давать около 200 миллионов рублей, и, значит, все это финансировать.Еще такие статьи как событийный туризм. Я вообще критиковала их и в спокойной ситуации. Зачем Петербургу еще создавать события? Сам Петербург - это событие. Новый год – это событие, 9 мая – это событие.
В.Дымарский
―
Ну это имеется в виду, видимо Петербургский форум экономический?
О.Дмитриева
―
Нет, Петербургский форум — это отдельно. Это плюс еще отдельно ко всяким вот этим событиям, которые идут сами по себе.
В.Дымарский
―
Культурный форум, да?
О.Дмитриева
―
Нет, это отдельное создание событий. В общем полная чушь. И какое теперь событие собираются создавать. Вот отмена коронавируса и коронавирусных ограничений это само по себе событие. И не надо на это дополнительно тратить 200 миллионов.
В.Дымарский
―
Надо туристов к делу привлечь.
О.Дмитриева
―
Да. Короче говоря, таких можно вот насобирать. Конечно это не 100 миллиардов, я уже говорила, что выпадение 100 миллиардов, больше даже. Ну и дополнительные расходы оцениваются минимум в 30 миллиардов, думаю, что больше. Ну, вот насобирать внутри, чтобы не резать по живому, по некоторым программам, можно еще порядка 10 миллиардов, и мы такие поправки давали. Поэтому, конечно, возможна экономия, но четко понятно, что пределы ее не ограничены. Это не значит, что это не надо делать.
В.Дымарский
―
Оксана Генриховна, еще такой вопрос, вот мы говорили сейчас вообще о программах других, да, но я хотел конкретно. У нас, по-моему, ни один с вами эфир не обходился без вашей программы. Кстати в каком состоянии программа, которой вы особенно сильно, особенно активно занимаетесь? Она тоже будет сокращаться или что? Я имею ввиду расселение коммуналок.
О.Дмитриева
―
Ну она пока, она пока…то есть закон принят, сейчас отрабатываются нормативные документы и, собственно говоря, возможность реализации пилотов. Но дело в том, что эта программа, она же - средства инвесторов. Она на 75% должна финансироваться за счет инвестиционных средств.
В.Дымарский
―
Так и у инвесторов тоже нужно чтобы у них были деньги. Они все пострадали же
О.Дмитриева
―
Ну, я думаю, что в таком, ну как бы, объеме и, собственно говоря, там возможности банков. У банков сейчас особо заемщиков тоже нет. Поэтому, с точки зрения финансового кризиса, пока мы, ну то есть я не знаю, пока не вижу оснований, почему она, ну, не должна пойти. Другое дело, что для города это очень выгодно. Потому что инвестор финансирует и расселение коммуналок, и реставрацию, капитальный ремонт, а получает компенсацию частично с города. Во-первых - частично, и когда он уже все сделал.
В.Дымарский
―
Еще не скоро.
О.Дмитриева
―
То есть вот эта отсрочка городу крайне выгодна. Просто оказалось, что вот этот закон, который делался в мирное время, с учетов коронавируса, он просто оказался именно кстати. Что все сделают, а когда потом появится…ну вот ситуация улучшится, тогда как раз город и будет выплачивать компенсации. Еще вот что я хотела сказать, ну другое дело, что коронавирусная пандемия, она выявила то, что немедленно надо расселять коммуналки. Немедленно. Потому что это были сплошные очаги. Сплошные очаги, если в квартире, у нас квартиры такие есть, где проживают по 20 человек. Один человек заболел – все сидят на самоизоляции. И потом, это вероятность, конечно, заболеваемости гораздо выше. Это ненормально. Петербург, 21 век, коммуналки по 20 человек. Ну что ж это такое, это же нигде уже.
В.Дымарский
―
Вообще коммуналка, по 20, по 5 - это неважно. Коммуналка — это конечно…
О.Дмитриева
―
Коммуналка – коммуналке, но это вообще совершенно немыслимо. И вот что я хотела сказать, что еще нужно было сделать. Законы мы внесли соответствующие в Законодательное Собрание, это возвращение к старому пенсионному возрасту: 55 и 60 лет. Это решило бы все проблемы, многие. Не все проблемы, но очень многие. Потому что то, что сейчас предлагается досрочно выходить на пенсию, ну так это вас должны уволить, вы должны доказать, что вы не нашли другой работы. То есть это очень сложный механизм, и он очень травматичен и для работников, и для работодателей.
В.Дымарский
―
Это нужно, наверное, регистрироваться на бирже труда
О.Дмитриева
―
Это нужно регистрироваться. С одной стороны, работодателям, их поощряют, чтоб они сокращали занятость, а если они уволили, ну допустим, пенсионера, пенсионного возраста…
В.Дымарский
―
То это плохо.
О.Дмитриева
―
То они автоматически лишаются помощи, поэтому они будут делать все, что угодно. Отправлять его в неоплачиваемый отпуск, ну то есть если они хотят получить помощь, то будут каким-то образом по-другому решать эту проблему. И дальше мы сталкиваемся…мы будем сталкивать две меры, которые предпринимает правительство на федеральном уровне. С одной стороны, досрочный выход на пенсию, а с другой стороны, помощь предпринимателям по сохранению занятости. А когда просто досрочная пенсия, то это просто разгрузит, не досрочная, а просто возвращение прежнего пенсионного возраста, то это разгрузит, с одной стороны, разгрузит рынок труда, потому что люди просто будут уходить на пенсию без каких-то обязательств со стороны предпринимателя и службы занятости, а с другой стороны, позволит и сохранить рабочее место, поскольку работодатель в этом случае отправит в неоплачиваемый отпуск, либо сократит заработную плату, зная, что уже есть гарантированная пенсия. То есть это такая социальная мера, которая всех, с одной стороны разгрузит ситуацию, с другой стороны, даст, все-таки, дополнительные деньги. Да, это дополнительные деньги. Ну дополнительные деньги - прямые выплаты из бюджета, из пенсионного фонда, прямые, которые пойдут реально людям.
В.Дымарский
―
Оксана Генриховна, у нас буквально полминутки, если хватит 10 секунд. Вы мне скажите, когда ту или иную отрасль записывают в особо пострадавшие, как это сделали со СМИ, кроме формального, что это дает практически?
О.Дмитриева
―
Кроме формального…
В.Дымарский
―
Долго говорить? Если долго, тогда на следующий раз перенесем этот вопрос.
О.Дмитриева
―
Это дает основания обращаться за освобождениями от уплаты налогов.
В.Дымарский
―
Налогов, грубо, да, и все. Понятно. Никаких доходов это дополнительных доходов это не дает. Это была Оксана Дмитриева, «Партия Роста», петербургская «Партия Роста», петербургское отделение «Партии Роста». Оксана Генриховна, спасибо за ваш такой анализ…
О.Дмитриева
―
Спасибо.
В.Дымарский
―
И до следующей встречи. А мы сейчас передаем слово новостям нашим петербургским.
О.Дмитриева
―
Спасибо.
В.Дымарский
―
Всего доброго.