Волшебная гора: Есть ли жизнь в театрах во время коронавируса? - Алексей Платунов, Нина Сохор, Александр Малич - Интервью - 2020-03-27
27.03.2020
Волшебная гора: Есть ли жизнь в театрах во время коронавируса? - Алексей Платунов, Нина Сохор, Александр Малич - Интервью - 2020-03-27
Скачать
Татьяна Троянская
―
Добрый день. 13 часов 6 минут в Петербурге. Программа «Волшебная гора». И сегодня в студии заместитель директора театра «Мастерская» Нина Сохор, генеральный продюсер Новой сцены Александринского театра Александр Малич. И к нам по скайпу присоединится Алексей Платунов- куратор «спонтанной программы» фестиваля «Точка доступа».Тема нашей беседы – есть ли жизнь театров во время карантина и коронавируса. 19 марта в России были введены ограничительные меры, сначала количество зрителей ограничили до 1 тысячи человек, потом до пятидесяти. И как только это случилось, а у нас в студии представитель городского и федерального театров, театры стали проявлять свой креатив, возникли онлайн трансляции, и прочее. Нина, давайте начнем с вас.
Нина Сохор
―
Да, мы сразу включились в процесс, и 19 марта показывали тот спектакль, который был у нас в программе – «Иван и черт» на Малой сцене, и дальше работаем. Показываем спектакли, которые очищены от авторских прав. Получаем согласие от авторов для показа других спектаклей. У Григория Михайловича прекрасные есть записи. Это собственные записи. Наш руководитель сразу сказал, что работать при пустом зрительном зале он не считает возможным, потому что зритель, публика – это участник спектакля. У нас прекрасная придумана программа «У нас все дома» - ребята ходят в гости к актерам и записывают беседы с ними. Например, в ближайшие дни будет Арина Лыкова, двое детей, она будет рассказывать, как она переживает это время.
Т. Троянская
―
То есть по сути камера приходит в гости, без людей, и это такой проект «За стеклом».
Н. Сохор
―
Да, похоже. Потом мы хотим делать цикл лекций и он уже готовится, мы снимаем, посвященный процессу создания спектакля с художниками нашего театра, наш главный художник Леонид Николаевич Лободяник, и остальные. Мы будем делать лекции –рассказы Григория Михайловича, условно пока их назвали «Мои университеты». Он будет рассказывать, как пришел в режиссуру. Говорить о нашей уникальной студийности, благодаря которой «Мастерская» пользуется таким невероятным успехом у зрителей.Наша аудитория при крошечном зале в 250 мест, 50 тысяч – это наша рассылка, подписчики, 47 тысяч человек – аудитория ВКонтакте, почти 20 тысяч Инстаграм. Мы получаем очень горячие, наполненные эмоциями отклики на все наши активности.
Т. Троянская
―
Про проекты мы еще поговорим. А есть статистика, сколько человек смотрят трансляции, например, спектаклей?
Н. Сохор
―
Спектакли наши идут в записи и висят потом в течении суток. По первым показам это было порядка 20 тысяч. Но они могут набирать, люди к этому привыкли, они перестают работать, садятся за компьютер на карантин, и надеемся, что эта цифра увеличится.
Т. Троянская
―
Саша, Новая сцена Александринского театра и ты, когда стал генеральным продюсером, задача стояла сделать медиа пространство. И получается, что то, чем ты внезапно занимаешься, трансляциями, это твое прямое назначение или немножко не так. Поясни.
Александр Малич
―
Мы начали делать трансляции разных событий, которые происходили на Новой сцене. Это не я начал, это и до меня происходило. Новая сцена все время транслировала многое, что там происходило за те годы, которые Новая сцена существует. Там есть для этого технические возможности. Показывались лекции, концерты, что-то связанное с танцем, но прямых трансляций спектаклей было одна-две. А с исторической сцены, трансляций не было вообще никогда. Да, спектакли снимались, их потом монтировали и через пост продакшн их где-то показывали. Но тоже не в большом количестве.Если зайти в соцсети Александринского театра, там нет спектаклей в доступе, так чтобы вы могли от первого звонка до поклонов посмотреть, это невозможно было. И когда мы в самом начале разговаривали с Валерием Владимировичем Фокиным, одна из задач, которые он передо мной поставил, была – выход в медиа пространство. Но никто не предполагал, что мы будем делать то, что мы делаем сейчас. Даже месяц назад, еще никто не предполагал. Мы сориентировались немножко пораньше. Еще до запретов официальных, мы прикинули, что наверно, деятельность театров в привычном формате придется прекращать или как-то ее видоизменять.
Зрителей нельзя будет пускать в зал, нельзя находиться вместе. И так получилось, что мы примерно за неделю, с 19 марта уже нельзя было пускать зрителей, а у нас 19 марта стояла «Солнечна линия», и мы поняли, что некоторые люди опасаются идти в театр. И мы приняли решение, что спектакль будет проходить в театре, артисты выйдут на сцену, зритель придет в зал, но параллельно с этим в 19.30 мы включим запись спектакля «Солнечная линия». Мы играли спектакль и параллельно сделали обращение через соцсети, что мы понимаем опасения зрителей, и делаем такой подарок, параллельно с живым спектаклем мы совершенно безвозмездно запускаем видео версию спектакля, которая исчезнет в тот момент, когда актеры уйдут со сцены. Потому что хронометраж один и тот же.
В результате ситуация стала развиваться еще быстрее, чем я предполагал. И в день спектакля пришло распоряжение, что мы в силу карантинных мер, в силу ограничений, мы не можем пустить в зал людей. И мы вынуждены были закрыть двери театра. Зрителей, которые были уже в фойе, мы их попросили выйти.
Т. Троянская
―
Вернули им деньги за билеты?
А. Малич
―
Думаю, что это уже налаженная система. В зависимости от того, где вы покупали билеты. Если в кассе театра, это одним образом происходит, если через оператора – другим образом, я не очень владею этим вопросом. Но факт остается фактом, что мы это сделали. И на следующий день мы также показали «Солнечную линию», мы ее уже не играли в зале. И мы просто показали ее два раза.С этого момента началась более серьезная работа. Дальше художественным руководителем было принято решение, что мы можем играть премьеру Теодороса Терзопулоса «Маузер» в прошлые выходные, не отменять ее и играть при пустом зале в прямой трансляции. Дальше очень быстро, в авральном режиме у нас был сформирован репертуар до 30 апреля, предполагая, что до 30 апреля эта ситуация точно продолжиться. Это историческая сцена и Новая сцена, мы поменяли репертуар театра, исходя из того, что было. К сожалению. Не все возможно сыграть, но то, что возможно, мы сыграем.
Т. Троянская
―
Сколько спектаклей стоит до конца апреля?
А. Малич
―
Стояло, потому что опять все поменялось, мы на передовой. Стояло 12 или 14 названий, дублем, соответственно 26 или 28 показов, я точно не могу сейчас сказать.
Н. Сохор
―
У меня 80 спектаклей отменилось.
Т. Троянская
―
80 спектаклей?
Н. Сохор
―
Да, у нас были гастроли в Китай, которые полетели раньше. 72 спектакля мы закрыли, стали возвращать билеты. Многие зрители остались с нами.
Т. Троянская
―
То есть они не стали требовать билеты.
Н. Сохор
―
Не стали. 5 тысяч человек, при нашем зале на 250 мест, не вернули билеты, остались с нами, и мы благодарим их за поддержку. Мы их записываем на другие дни, мы открыли предварительную запись на май.
Т. Троянская
―
Можно просто подать заявку, забронировать место на май без оплаты.
Н. Сохор
―
И мы на это название, когда оно будет показываться, мы позвним и договоримся о билетах.
Т. Троянская
―
Система возврата билетов у вас налажена?
Н. Сохор
―
Кто хочет, тот может вернуть билеты, получит деньги, вопросов нет. Мы возвращаем, но может с задержкой. Театр возвращает без задержки. Операторы билетные задыхаются и не успевают обработать все заявления о возврате. Не надо волноваться, все, кто подал на возврат, деньги вернут, но просто по времени не успевают, не хватает мощности. Люди же настроены не на возвраты были, а на продажи.
Т. Троянская
―
Это понятно. Объясните мне, пожалуйста, я правильно понимаю, что все трансляции бесплатны. Вы, Александр, через Триколор показываете и не только. А вы, Нина, за счет собственных ресурсов. И активностей в театре стало гораздо больше. Но если раньше за спектакли театры получали деньги, то сейчас получается, что все работают, как волонтеры. А на что жить должны сотрудники?
А. Малич
―
Здесь я хотел бы пояснить, что те 24 названия, это мы сформировали онлайн репертуар. У нас у всех разные подходы. Как делает Александринский театр. Когда мы поняли, что должны существовать без зрителей. Начинается спектакль в 20.00. артисты реально выходят на сцену, играют спектакль без зрителей, в пустом зале, идет прямая трансляция. Артисты уходят со сцены, спектакль больше не доступен, он стирается. На следующий день артисты снова выходят на сцену и играют этот же спектакль, опять идет трансляция, а потом мы закрываем трансляцию. Все.
Т. Троянская
―
Только зрители не в зале, а дома.
А. Малич
―
Да, зрители должны включить трансляцию, сделать усилие. Что касается, что и где мы транслировали. Да, мы эксклюзивно транслировали с нашим партнером Триколором, и премьера Терзопулоса «Маузер» была только на Триколоре. Это было бесплатно, нужно было просто скачать приложение, так же как это делает ОК, ТНТ-премьер, Море ТВ, - то как делают все ОТТ платформы. Тем, кто является абонентом Троколора, он бесплатно открыл возможность смотреть, а это 40 миллионов телевизоров по стране, и они тоже имели эту возможность. И дальше будет продолжаться наше партнерство с Триколором. Но мы так договорились, что что-то мы показываем только в Триколоре, а что-то идет в открытом доступе, через сайт театра, через группу ВКонтакте, через сайт «Фонтанки» и онлайн фестиваль «Безантракта». У нас на сайте есть вся история, можно посмотреть весь репертуар со ссылками, где что можно будет посмотреть.
Т. Троянская
―
А театр «Мастерская» только на своих платформах?
Н. Сохор
―
Да, у нас идут переговоры с ОККО. С фестивалем «Фонтанки» мы договорились тоже на одну активность. А вообще работаем на своих ресурсах. Зрители наши подготовлены, любят наших актеров, и это такая жизнь.
Т. Троянская
―
Активность соцсетей здесь важна. Сколько у Александринки в соцсетях подписчиков?
А. Малич
―
ВКонтакте около 30 тысяч, я не помню, сколько Инстаграм, но можно посмотреть, и сколько Фэйсбук. В любом случае важно понимать, что этот прирост происходит, и сейчас мы видим это реально. Демаю, что и у вас это происходит.
Т. Троянская
―
Конечно, сейчас люди сидят дома. Понятно, что у вас были переговоры еще до коронавируса с Триколором и с ОККО. Вы федеральный театр, бывший императорский, национальный театр. Одно дело ты – генеральный продюсер новой сцены звонишь в Триколор и говоришь, что вы хотите подписать договор. Разве они скажут нет? А если просто городской театр «Мастерская» звонит с тем же предложением, а ему говорят: «Ну, ребята, мы лучше с федеральным». Как ты считаешь, все-таки влияет это?
А. Малич
―
Странный вопрос.
Т. Троянская
―
Ну почему?
Н. Сохор
―
ОККО к нам обратились сами. Это была их инициатива.
Т. Троянская
―
ОККО это другая история. Я про Триколор.
А. Малич
―
Надо понимать, что сейчас ситуация изменилась. И если неделю назад я шутил, что месяц назад ни одна большая платформа не хотела слышать ни о каких театрах, потому что этот контент считался не ликвидным. Для ограниченного количества зрителей.
Т. Троянская
―
Один процент ходит в театры или сколько?
Н. Сохор
―
Пять считается.
А. Малич
―
Хотя есть мнение и про 45%, это как считать.
Т. Троянская
―
Это видимо большие города подключаются.
А. Малич
―
Но факт остается фактом, что этот контент считался совершенно неликвидным, хотя мы действительно вели переговоры и с ОККО, и с Триколором заранее, но это было так…
Т. Троянская
―
Они не серьезно относились к вашему предложению?
А. Малич
―
Нет. Сейчас ситуация качественно изменилась, и сейчас для тех, кто дает контент – золотое время. Другое дело, что монетизировать это мы Ника не можем.
Т. Троянская
―
Вот это самый главный вопрос.
Н. Сохор
―
Я возражу вам. Смотря какой подход. Мы греем нашего зрителя, нас любят, мы получаем горячий отклик, наши зрители останутся с нами.
Т. Троянская
―
Главное не перегреть зрителя.
Н. Сохор
―
Это монетизируется, но только не таким прямым способом.
Т. Троянская
―
То есть это игра в долгую. А если придется греть полгода?
А. Малич
―
Посмотрим. Эта сетка вещания, которую мы выстроили до 30 апреля, и вчера он изменился в очередной раз, потому что следующая неделя объявлена нерабочей.
Т. Троянская
―
Нельзя играть живые спектакли.
А. Малич
―
Не в этом дело. А в том, что президент объявил ее нерабочей, там не в спектаклях дело, нельзя работать, надо поберечься. Исходя из этого, мы меняем эту сетку вещания, и мы поставим записи, чего мы не хотели делать изначально, чтобы зритель получал от нас контент. Но мы поставим «Чука и Гека», снова поставим «Солнечную линию», чтобы выполнить наши договоренности с Триколором. Нам кажется это правильно. Это совершенно альтруизм со стороны театров. В любом случае, на это тратятся ресурсы. Монетизировать это можно технически, эти способы есть, они довольно понятны. Не понятно, как это будет выглядеть в глазах зрителя, который сидит дома и должен за это платить.
Т. Троянская
―
Театр им. Вахтангова показывает платные трансляции. Ну, здесь наверно, вопрос к статистике. А «Маузер» много человек посмотрело?
А. Малич
―
330 тысяч. И это еще не окончательный подсчет. И важно понимать, что это 330 тысяч уникальных зрителей. Методики подсчета у всех платформ разные. Счетчики Вконтакте считают по другому.
Т. Троянская
―
Зашел и вышел – это просмотр.
А. Малич
―
Три раза вы прокрутили и у вас три просмотра. И так далее. У нас 330 тысяч уникальных зрителей. Трансляции, которые мы делали до этого, общее количество просмотров через ВКонтакте и Ютуб, с декабря мы сделали 11 трансляций и 2,5 миллиона просмотров общее количество. Но это не был театральный контент, это не были спектакли.
Т. Троянская
―
Это концерты, лекции.
А. Малич
―
Они продолжаются и сейчас. Важно понимать, что те артисты, которые нашли возможным приходить и продолжать свои лекции на Новой сцене, это не театральная программа, а программа Новой сцены. Вчера мы открыли «Дождливую резиденцию», вместе с лейблом «Rainy Days» был джазовый концерт, и мы просто его протранслировали, и ребята играли в пустой студии.
Т. Троянская
―
Нина, можно же было ограничиться спектаклями, а вы создаете свою продукцию собственными усилиями. Эти активности для чего?
Н. Сохор
―
Больше года назад мы организовали много активностей на сайте, чтобы подпитать наших поклонников, увеличить количество зрителей. Это очень хорошо успешно работает. На сайте у нас есть раздел «Мастерская зрителей». Там лекции известных театроведов, историков театра. Самые неожиданные блогеры рассказывают, как написать отзыв. Это то. Что очень интересно.
Т. Троянская
―
Это было до коронавируса.
Н. Сохор
―
Пока мы это не пускаем в эфир, считая что это можно посмотреть, жизнь заставит. Контент может закончится. У нас прекрасная инициативная группа, и мы подготовили своего зрителя. Они ждут от нас этих активностей, они востребованы.
Т. Троянская
―
Я видела у вас анонс экскурсий.
Н. Сохор
―
Да, сегодня прошла экскурсия в театре. Наши «звезды» Евгений Шумейко и Николай Куглин провели веселую экскурсию по театру, показали закоулки, показали то, что трудно было бы сделать, если бы театр работал, шутили, и таким образом отмечаем День театра. Вечером будет концерт нашего композитора Андрея Дидика. И готовим еще концерт Максима Студеновского. У нас два композитора, актеры прекрасные.
Т. Троянская
―
И это все будет в режиме онлайн?
Н. Сохор
―
Дидик в онлайне сегодня, а Студеновский уже в записи, потому что театр закрываем.
Т. Троянская
―
С субботы рестораны и театры закрываются. Павел пишет: «Посмотрел онлайн трансляции из «Мастерской» и театра Комедии. Конечно, хорошо, что сделали онлайн, но по компьютеру совсем не тот эффект. Только для общего развития». Может, вся эта история и заставит людей встать и пойти в театры, посмотреть, что там происходит? И изменить отношение к театру. Это шанс.
А. Малич
―
Понятно, что на этот счет идут разные разговоры. Конечно, магия происходит, когда артист на сцене. И хотелось бы, чтобы все понимали, что мы не от хорошей жизни это все запустили. Мы об этом не мечтали. Мы все пытаемся как-то выкрутиться в этой ситуации. Это то, с чего нужно начинать этот разговор. А не то, что Александринка решила эгегей! Нет, конечно. Но мы подумали, что это участие публики, если мы играем здесь и сейчас, у нас есть такая техническая возможность, я это тоже понимаю, поэтому мы так делаем. И вот здесь и сейчас они смотрят спектакль через экран, и поэтому нам кажется, что будет контакт.
Т. Троянская
―
Сейчас мы прервемся на московские новости, но останемся на Ютубе. А потом к нам присоединиться Алексей Платунов.НОВОСТИ
Т. Троянская
―
Мы продолжаем наш эфир. Еще раз представлю у нас в гостях Нина Сохор, зам директора театра «Мастерская», и генеральный продюсер Новой сцены Александринского театра Александр Малич. И вот уже к нам присоединился Алексей Платунов, куратор «спонтанной программы» фестиваля «Точка доступа». Леша, ты слышишь нас?
Алексей Платунов
―
Да, я слышу вас и даже вижу.
Т. Троянская
―
Отлично, мы тебя тоже видим. Леша, ты самоизолировался в Калуге, и та «спонтанная программа», о которой мы сегодня поговорим, тоже не требует личного присутствия. Фестиваль «точка доступа» решил выделиться на фоне всеобщих традиционных активностей?
А. Платунов
―
Во –первых, всем привет. Когда началась вся эта история, фестиваль «Точка доступа», с которым я давно сотрудничаю, сразу начала думать, а что мы такого можем придумать, ведь мы же фестиваль, который работает с разными нестандартными ситуациями театральными. И вот она, самая нестандартная, какую только можно представить ситуация. И начали думать, как же нам переводить активности в онлайн. А потом поняли, что есть небольшое разочарование, потому что онлайна становится слишком много. И нам показалось, что важно сделать проект, который свяжет нас. Не переведет нас всех в цифровую реальность в качестве пассивных наблюдателей, а наоборот посредством разных типов связи, нас всех соединит. На это «спонтанная программа» фестиваля «Точка доступа» и нацелена. На то, чтобы собрать такие проекты, которые сейчас людей объединяют, вовлекают в создание спектаклей, перформативных опытов, и таким образом создают новый продукт. Использовать онлайн инструменты, как творческое переосмысление, творческий инструмент.
Т. Троянская
―
Леш, это так звучит, как будто ты призываешь всех людей театральных, профессиональных, непрофессиональных сделать виртуальный спектакль. Это так? Или все таки это призыв к профессионалам? И мы потенциальные зрители, будем смотреть профессиональный спектакль?
А. Платунов
―
Я понимаю ваши опасения, у меня они у самого есть.
А. Малич
―
У нас у всех есть опасения по всем поводам, Леш.
А. Платунов
―
Но мне кажется в этой ситуации главное ничего не бояться. Это призыв не только к профессионалам театра. Любой может подать свой проект, если его формат нам подойдет, мы поймем, что его можно демонстрировать. Этот проект может быть включен в программу фестиваля «Точка доступа». Какие-то проекты уже готовы и профессионально сделаны. Их будет не самое большое число. А какие-то проекты, которые инициировал наш проект, они еще будут в полусыром, лабораторном виде. И на наших глазах эти проекты будут обкатываться, дорабатываться. Может быть, часть авторов поймет, что нет, это не работает. И эти проекты сами собой завершаться. А часть проектов мы к концу программы, мы не знаем когда она закончится, превратятся в классный, профессиональный продукт, который сможет существовать и вне нашей «спонтанной лаборатории». Мы надеемся, что наша инициатива приведет к появлению какого-то количества проектов, которые авторы смогут сами прокатывать.
Т. Троянская
―
А в чем участие фестиваля «Точка доступа»? Вы денег не даете на создание этого проекта. Человек присылает классную заявку, вы говорите: «О, классная заявка. Делай сам». Или вы как-то принимаете участие в создании этой заявки?
А. Платунов
―
Нет, Таня. Мы не обладаем сейчас таким ресурсом, чтобы помогать в создании продукта. Мы являемся некоей сводной афишей, мы помогаем собрать все проекты подобного рода в одном месте и дать к ним доступ зрителей, правильно их подать. Надеюсь, что первую версию программы мы опубликуем уже в начале следующей недели и запустим этот проект. У нас есть мотивационная составляющая. Мы объявляем о премии. У нас есть экспертный совет, который по результатам программы решит, кому вручить главный приз и три чуть менее главных приза. Это денежные премии.
Т. Троянская
―
А все-таки будут потом. Вы как субсидии, сначала сделайте, а потом мы вам дадим денег.
А. Платунов
―
Да, практически, как Комитет по культуре. Но сейчас у нас нет ресурсов, чтобы сейчас помочь. И более того, мы не ждем проектов супер-сложных, которые требуют больших материальных затрат. Нам кажется, что сейчас главное должны выстрелить идеи. Если идеи будут классные и их авторы получат деньги, они смогут их развить в еще более классные. Поэтому здесь важна лабораторная составляющая.
Т. Троянская
―
Проект уже запущен. Заявки, которые ты получаешь, тебя радуют или печалят?
А. Платунов
―
Сейчас у меня порядка 30 заявок, которые я обработал. Есть уже готовые продукты, которые бери да делай. Мы просто включим их в афишу. Есть заявки, которые меня совсем не радуют. Например, такая: «Дорогие друзья, у нас есть спектакль для детей, мы поставили камеру и снимаем наш спектакль». Нет, это нам не подходит. Это совсем другой формат. Вот здесь большие институции, Александринский театр, с такого рода продуктом справляется на порядок лучше. Зачем конкурировать в этом поле?Нет. Нас интересуют проекты, которые включают зрителей. И есть часть проектов, где классная идея, но мы просим доработать ее, направляем ее. Моя позиция как куратора не только в том, чтобы выставить фильтр, а в том, чтобы направить идею в русло нужное, чтобы включить ее в программу. Идей классных очень много. Я давно занимаюсь разработкой подобного рода проектов, но есть идеи, о которых я даже не думал.
Т. Троянская
―
А люди, которые эти заявки подают, вы их знаете или есть приятные неожиданности? Ждать нам театральных открытий? Или это все одна большая, в хорошем смысле, театральная тусовка, хорошо нам знакомая?
А. Платунов
―
Я был бы счастлив, если бы вся наша хорошо знакомая театральная тусовка оживилась и все бы прислали проекты. Таких людей процентов 20. И они будут составлять костяк программы, которая выйдет на следующей неделе. Но остальные 80 % неизвестные имена, часто не из театральной сферы: перформеры, люди, которые занимаются фотографией вдруг поняли, что могут перформативность повысить своей деятельностью. В этом и плюс этой программы, что мы услышим новые имена. Может,/ не все они нам понравятся, но надеюсь новые звезды мы откроем.
Т. Троянская
―
Спасибо. Я отмечу, что вы инициируете академию, лекции от людей из театрального мира.
А. Платунов
―
Да, первая лекция будет уже 28 марта. Прекрасный режиссер, инсталлятор, дизайнер, Тассати из Италии. Мы пока об этом официально не заявляли.
Т. Троянская
―
И где это можно будет услышать, на вашей платформе?
А. Платунов
―
Да, мы сегодня все объявим.
Т. Троянская
―
Спасибо, Леша. Алексей Платунов, куратор «спонтанной программы» фестиваля «Точка доступа» был у нас по Скайпу на связи. У нас осталось полторы минуты, давайте озвучим анонсы. Нина уже сказала про концерт Дидика. А экскурсию вы не удаляете, она остается?
Н. Сохор
―
Остается.
Т. Троянская
―
Наверно, на сайте театра «Мастерская» будет проще посмотреть.
Н. Сохор
―
Да, есть расписание на сайте. Из интересного: встреча с Ариной Лыковой «У нас все дома». Концерт Дидика, готовим концерт Максима Студеновского.
Т. Троянская
―
Потом все это остается в течение дня?
Н. Сохор
―
Да, в течение дня спектакли мы убираем, а все остальное остается.
А. Малич
―
Мы покажем, если все будет хорошо, 5 апреля премьеру спектакля Андрия Жолдака «Нана» в 20.00. Это действительно премьера. Надеюсь, это произойдет. Заранее прошу прощения у всех слушателей, если что-то мы меняем это не по нашей вине, а просто меняются обстоятельства.
Т. Троянская
―
Я поясню, что до 5 апреля никто не имеет возможность вживую играть спектакли. С этим связан этот перенос.
А. Малич
―
Сейчас не очень понятно, когда можно. Мы пока не понимаем.
Т. Троянская
―
Но 5 апреля на Триколоре это все можно увидеть.
А. Малич
―
Мы надеемся, если будет возможность это сыграть.
Т. Троянская
―
Сейчас мы будем говорить – если ничего не изменится. Надеюсь, что не станет хуже и партия и правительство оценят труд театров во время карантина и до и после. Спасибо. Нина Сохор, замдиректора театра «Мастерская» и Александр Малич, генеральный продюсер Новой сцены Александринского театра были у нас в студии, Алексей Платунов по Скайпу. Спасибо.