Магистрат: Новые законы по защите исторического центра - Михаил Амосов, Маргарита Штиглиц - Интервью - 2020-02-20
20.02.2020
Магистрат:
Новые законы по защите исторического центра - Михаил Амосов, Маргарита Штиглиц - Интервью - 2020-02-20
Скачать
А. Веснин
―
13 часов 5 минут в Петербурге. Всем добрый день! Меня зовут Арсений Веснин. Это программа «Магистрат». Сегодня мы будем говорить о сохранении центра города. В последнее время стали обсуждать и Минкульт подготовил определенные поправки к законам, которые могут обязать Петербург, видимо мы и так обязаны, но пока такого закона нет соблюдать специальную конвенцию ЮНЕСКО. В частности, там речь идет о согласовании нового строительства с ЮНЕСКО, и еще о некоторых охранных обязательствах. Сегодня мы это обсудим. У нас в гостях Маргарита Штиглиц, доктор архитектуры, член Совета по охране культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга, вице-президент Национального комитета ИКОМОС. Также еще у нас и Михаил Амосов, депутат Законодательного собрания Петербурга должен быть. Видимо он немного задержался. Звонил, что приедет, так кто ждем его в студии. Можно смотреть трансляцию на Ютубе. Маргарита Сергеевна, давайте пока поговорим вдвоем.У нас не в первым раз представители ИКОМОСа в студии, но расскажите еще что, что такое ИКОМОС и чем он отличается от ВООПИК и о всех этих «страшных» словах. К КГИОПу уже все привыкли, и к ВООПИКу тоже вроде – охрана памятников. А вот ИКОМОС по-русски не расшифровать.
М. Штиглиц
―
Есть еще одна такая солидная организация, которая занимается вопросами охраны нашего культурного наследия. Это – Международный совет по сохранению памятников и достопримечательных мест. А наш – национальный комитет. Международный совет состоит из множества национальных комитетов, всего их более ста и один из них – наш национальный комитет России. Это очень серьезная, давняя и авторитетная организация, основанная еще в 1965 году. Она объединяет людей, работающих в сфере охраны наследия, и отличается она от общества Охраны памятников тем, что у нас больше присутствие экспертов и специалистов. У нас работают историки, искусствоведы, архитекторы и чиновники, которые уже долгие годы работают в сфере охраны. Вот такое отличие, хотя заняты мы все одним и тем же делом. Ну и как вы понимаете, что в КГИОП – это чиновники и общественники, а здесь – эксперты. Считается, что это независимая экспертная организация, неправительственная и далекая от политических течений. Организация долгие годы поддерживалась нашим советским правительством, и финансировалась, и в плане организации.
А. Веснин
―
А сейчас?
М. Штиглиц
―
А сейчас – нет. В семидесятые и восьмидесятые годы это шло на пользу нашей реставрационной охранной деятельности, потому что все методики, которые вырабатываются международными экспертами и специалистами были у нас приняты. Мы участвовали в их разработке и это был крайне важный процесс и уровень наших реставраторов и работников сферы охраны наследия в эти годы был очень высок. На V ассамблее в Суздале ИКОМОСа был принят устав этой международной организации и Россия была полноправным и очень значительным ее членом.
В 90
―
м году Петербург стал первым российским городом, которой вошел в список объектов всемирного исторического наследия, исторический центр Петербурга и связанные с ним пригороды. Все прекрасно. Но постепенно все стало затухать и в середине двухтысячных годов затихло. А теперь мы возрождаем это. В 14-м году прошла новая аккредитация нашего нового национального комитета и с 2016-го существует наша межрегиональная организация России, в которой много членов. В Петербурге уже не меньше двухсот членов.
А. Веснин
―
И это все эксперты?
М. Штиглиц
―
Да, эксперты.
А. Веснин
―
К нам присоединился Михаил Амосов. Давайте теперь поговорим о Конвенции по охране всемирного, культурного и природного наследия в отношении Петербурга. Что это за документ?
М. Амосов
―
В конце прошлого года мы с Маргаритой узнали, что готовится изменение федерального закона, касающегося охраны объектов всемирного культурного наследия. Многое нас там не устроило и мы решили провести на эту тему большой семинар, которой прошел под эгидой ИКОМОС и движения «Демократическое обновление», которое я вхожу. Мы организационно помогали это сделать. Эта Конвенция существует с 72 года. Она была принята ЮНЕСКО. В 88 году Советский Союз ее ратифицировал и в 90-м году была удовлетворена заявка о включении центра Санкт-Петербурга, и связанных с ним объектов, Петергофа, Гатчины и даже областных объектов, в список всемирного и культурного наследия, который охватывает огромное количество объектов по всему миру. В России их тридцать. Это либо замечательные объекты природы, например я, как географ, неоднократно была в Горах Алтая или в Убсунурской Котловине, которая находится в Монголии, но чуть-чуть заходит и на территорию России. И есть культурные объекты: центр Петербурга, Московский Кремль, не центр Москвы, а именно Кремль. И таких объектов в нашей стране тридцать.И суть этой конвенции состоит в том, что те правительства, которые подают заявки на включение тех или иных объектов в этот список, они обязуются содержать их в нормальном состоянии, охранять, поддерживать, холить и лелеять. Я это выразил своими словами, но в этой Конвенции есть такая запись.
И поэтому у меня есть идея, и я ее всячески пропагандирую, и мы ее обсуждали на этом семинаре и я от специалистов получил поддержку, а там, кстати участвовали и заместитель председателя КГИОП, господин Михайлов, то есть там были не только независимые специалисты, но и люди, связанные с исполнительной властью. А идея состоит в следующем: что значит, что страна взяла на себя обязательства? Это значит, что она должна заниматься не только контролем, чему посвящен наш закон, который нас толкнул к его обсуждению, но она должна на это и деньги давать!
М. Штиглиц
―
Содержать.
М. Амосов
―
Она должна финансировать! Сегодня центр Петербурга… Бремя его содержания лежит на городских властях Петербурга и на его жителях. Жители Петербурга, владельцы квартир в центре города, должны содержать свои дома и тратить на это деньги и так далее. Конечно, должны! Но и Российская Федерация должна. Идея в том, чтобы федеральные власти каким-то образом участвовали в этом. Пафос нашего заседания был в том, первоначальная версия закона предусматривала, что с органом ЮНЕСКО в Париже нужно было согласовывать наши действия здесь, а это и не реалистично, а по большому счету и вредно.
А. Веснин
―
Конвенцию вы обрисовали. А что за закон сейчас разрабатывают в Министерстве культуры? И в связи с чем? И зачем он нужен?
М. Амосов
―
Правовая база не очень понятна. Как обращаться с объектами ЮНЕСКО? При включении Петербурга в список в 90-м году и границы были не очень четко прописаны нашего объекта, и скорее всего это было «ввязались в бой, а дальше посмотрим!» А когда принимался Генеральный план город, то там есть охранная зона, зона регулирования застройки. Мы посмотрели как это соотносится с границами объекта культурного наследия и увидели, что мягко говоря это не всегда совпадает. Министерство культуры правильно к этому подходит, и думаю, что и Маргарита Сергеевна это поддержит, что этот подход через объекты всемирного наследия ЮНЕСКО, там где это есть, в тридцати случаях в России, это должен быть главный документ и от него всё должно плясать: и контрольные механизмы, и деньги и прочие вещи. Они предлагали ужесточить контроль за проектами, которые осуществляются…
А. Веснин
―
За новыми стройками…
М. Амосов
―
Да, и посылать это в Париж, чтобы это окончательно похоронило бы здесь всякую инвестиционную деятельность.
А. Веснин
―
Потому что в итоге – это годы согласований.
М. Амосов
―
Да, и на этом совещании у нас был доклад, у нас вместе с Маргаритой Сергеевной была разработана другая схема, альтернативная: чтобы в течение 30 дней российский ИКОМОС мог отреагировать на проект. Если этой реакции нет – то добро, а если есть какие-то замечания, то тогда начинается процесс консультаций и корректировки проекта. Достаточно быстро после нашего семинара, хотя я не связываю это с нашей активностью, но и наши «пять копеек» видимо в этом есть, в Минкульте стали менять позицию. И последние идеи там, это все-таки новая редакция, где есть требования уведомлять ЮНЕСКО, но все-таки скорее речь идет об ИКОМОСе как об уполномоченном органе ЮНЕСКО, за что в принципе мы и выступали.Второй момент, но может быть о нем лучше скажет Маргарита Сергеевна, в этом законе есть такое понятие как «план управления объектом ЮНЕСКО». Для Петербурга это сложно, но думаю, что через это мы могли бы прийти к тому, чтобы мог прийти «план управления объектом», который бы предполагал федеральное финансирование.
А. Веснин
―
Маргарита Сергеевна, а ИКОМОС является уполномоченным представителем ЮНЕСКО?
М. Штиглиц
―
Да, является. Этот законопроект разрабатывается в связи с поручением президента РФ – соотнести требования Конвенции к нашей деятельности в охранной сфере.
А. Веснин
―
А если ИКОМОСу дадут какие-то полномочия, он с ними справится? Что для этого нужно? Дополнительное финансирование? Или что-то еще?
М. Штиглиц
―
Есть необходимость досье, когда номинируется объект всемирного культурного наследия, необходимо разработать досье. В 90-м году у нас была только декларативная заявка. И с тем пор мало что изменилось. Вот границы, с большим трудом были разработаны границы не всем понятные, даже экспертам. Но там нет самого главного – плана управления. Это – орган управления и механизмы, которые производят эти действия. А этого и нет. И еще один крайне необходимый компонент – буферная зона. От чего у нас произошло много градостроительных ошибок? От того, что казалось бы исторический центр охранными зонами и границами отделен, а вокруг… Например, правый берег Невы, он застраивается ужасно. И это все должно входить в буферную зону. Ни буферной зоны, ни плана управления у нас до сих пор в досье не разработано. Сейчас это поручено НИИ культурного наследия имени Д. Лихачева в Москве.Но мы, ИКОМОС, пока не видели этого и сейчас мы хотим, чтобы после нашей встречи важным шагом была бы встреча со специалистами НИИ имени Лихачева, и понять, что же это такое – план управления, как он работает и как в этом контексте в этом может участвовать ИКОМОС. Конечно, ИКОМОС, все-таки общественный орган экспертов, мы можем только рекомендовать и посылать сигналы в Париж, но все остальное должен делать тот орган, который назначен.
А. Веснин
―
А расскажите поподробнее про план управления.
М. Штиглиц
―
Не могу, я его еще не видела.
А. Веснин
―
А как вы его представляете? Что там должно быть?
М. Штиглиц
―
Я представляю, что там должны сходиться все результаты, все проекты и концепции строительства. Там должен быть какой-то фонд, который бы обеспечивал содержание объектов культурного наследия. Какие-то будут разработаны механизмы влияния и взаимодействия с общественными организациями и с Цетром – с штабом в ЮНЕСКО в Париже. Видимо так.
А. Веснин
―
А почему этим не может заниматься КГИОП?
М. Штиглиц
―
У него очень много работы. Очень!
А. Веснин
―
Но охрана памятников, это по сути же тоже самое!
М. Штиглиц
―
Может быть это и будет поручено КГИОПУ. Я пока не знаю.
М. Амосов
―
Очень может быть. Но на мой взгляд нужна и какая-то экспертная структура рядом, которая не была бы встроена в систему органа государственной власти.
А. Веснин
―
Есть же и Комитет по сохранению культурного наследия!
М. Штиглиц
―
Но он собирается раз в год. Ну почаще.
М. Амосов
―
Совет по сохранению культурного наследия формируется органами исполнительной власти, а ценность ИКОМОС в том, что это неправительственная структура.
М. Штиглиц
―
И независимая.
М. Амосов
―
И структура, связанная с ЮНЕСКО. И в этом тандеме органы государственной власти, уполномоченные на принятие решений в отношении памятников и ИКОМОС, в этом тандеме как раз и должна быть выработана структура управления, тот самый план управления, о котором мы сейчас говорим.
А. Веснин
―
Вы говорите про создание новой структуры, в которую войдет…
М. Амосов
―
Мне кажется что уже есть готовые структуры, как кирпичики или уже существующие блоки, их надо правильно между собой соединить и определить характер их взаимодействия. И КГИОП, структура давно работающая и много чего умеющая, но у нее есть недостаток – это государственная структура, и если ей скажут, что «Лахта-цент – это хорошо», она с этим согласится. Или Охта-центр. Кстати, он находился бы в границах объекта всемирного наследия, в отличие от Лахта-центра.
М. Штиглиц
―
А Лахта-центр был бы в буферной зоне, и то, что нет буферной зоны…
М. Амосов
―
А с другой стороны есть ИКОМОС – общественная структура, точнее неправительственная, которая состоит из специалистов.
А. Веснин
―
Давайте будем честны, вряд ли кто-то из чиновников в Минкульте, которые готовят закон сделают закон, который передаст от чиновников, других, не минкультовских, а кгиоповских полномочия общественникам, причем важные, которые касаются не только сохранения города, что для нас важнее, но и очень больших денег.
М. Амосов
―
Только что первый вариант этого федерального законопроекта предполагал передачу неких управленческих функцию ЮНЕСКО! Со штаб-кварирой в Париже! И поэтому – это обсуждается. Сама логика списка всемирного наследия такова, что страна обращатеся в ЮНЕСКО и говорит, что «мы, мы страна, беремся охранять некий объект, который имеет всемирное значение и мы заявляем всему миру, что мы это будем делать». И поэтому в истории, о которой я упомянул – с Охта-центром, с переводом башни в более отдаленную позицию, ЮНЕСКО там сыграла свою роль. Те люди, которые выступали против строительства небоскреба на Охте, и я был в их числе, мы апеллировали к ЮНЕСКО. Генеральному секретарю ЮНЕСКО было передано обращение. Этот вопрос рассматривался в ЮНЕСКО. Поэтому некие прецедент, что важна и международная составляющая, и если ЮНЕСКО передает доверяет и передает свои полномочия ИКОМОСУ, то почему бы в эту систему не включить ИКОМОС? Я не вижу здесь проблемы. И поскольку это специалисты, а не просто люди с улицы, то определенный уровень компетентности здесь будет обеспечен.
А. Веснин
―
А вы сами будете вносить какие-то предложения? Или уж отправили?
М. Амосов
―
Сейчас мы изучим новый текст и не исключаю того, что мы будем этим заниматься.
А. Веснин
―
В парламенте будете поднимать этот вопрос?
М. Амосов
―
Думаю, да.
А.Веснин
―
Возможно даже будете выходить с какой-то федеральной инициативой?
М. Амосов
―
Возможно, да. Объекты ЮНЕСКО, о которых мы говорим, 30 объектов в России – многие из них очень маленькие, небольшие. А есть такой объект как центр Санкт-Петербурга, он очень большой. И управлять им очень трудно. И поскольку он самый большой, то он и требует самого большого внимания. Петербургским властям и жителям должно быть не безразлично, что происходит с этим объектом.
А. Веснин
―
Когда примерно ожидается, когда закон будет принят? Пока неизвестно?
М. Амосов
―
Пока только ведется его обсуждение. Он вывешивается на разных ресурсах, где на них можно с ним познакомиться.
А. Веснин
―
Я открыл список этих объектов. Их даже не тридцать, а двадцать девять.
М. Амосов
―
Тридцатый объект – в Крыму.
А. Веснин
―
Ах да, это Херсонес.
М. Амосов
―
ЮНЕСКО по понятным причинам не может назвать его российским. Они дале ему номер не российский, и не украинский, а какой-то свой номер. Но по факту, кто сейчас на него может влиять только Российская Федерация.
А. Веснин
―
А ИКОМОС будет выходить с кем-то на связь? Делать свои предложения?
М. Штиглиц
―
Естественно, с Министерством культуры.
А. Веснин
―
А у вас хорошие отношения с Министерством культуры?
М. Штиглиц
―
Вполне, нормальные. Профессиональные, такие, какие они и должны быть. Бывают и дискуссии, бывает и взаимопонимание. Всё бывает. Нормальные рабочие отношения.
А. Веснин
―
А вы не опасаетесь, что если вы получите полномочия, то на вас гораздо серьезнее будет давить строительное лобби?
М. Штиглиц
―
Не знаю, пока мы этого не ощутили. Пока мы достаточно независимые. Единственно, наши сигналы не всегда принимались. И поэтому мы и хотим повысить роль ИКОМОС. Сейчас наше совместное заявление, ИКОМОСа, Союза архитекторов и ВООПИК о необходимости сохранения СКК пока не возымело никаких последствий, но…
А. Веснин
―
Это естественно, там такие фамилии…
М. Штиглиц
―
Мы послали из ИКОМОС в Париж сигнал тревоги с требованием воссоздания той уникальной конструкции, которая была разрушена.
А. Веснин
―
Маргарита Сергеевна, могли бы вы по пунктам перечислить те полномочия, которые вы бы хотели, чтобы они были переданы ИКОМОСу? Согласовывать, или во всяком случае рекомендовать новое строительство, это раз?
М. Штиглиц
―
Да. Но не рекомендовать, о определять влияние на универсальную ценность. Это самое главное. Здесь вопрос и о сохранении того, что есть и о приведении в надлежащее состояние.
А. Веснин
―
Давайте про это как раз и поговорим после перерыва.НОВОСТИ
А. Веснин
―
Вы начали говорить про то, что нужно менять способ и структуру охраны Петербурга согласно Конвенции ЮНЕСКО. Ваше предложение, чтобы ИКОМОС получил определенные полномочия, например, рассматривать новые проекты и так далее. Их нужно обсуждать и выносить решения. И в итоге, какая структура в этой схеме будет выносить решения? Делаем или не делаем. Вот сейчас Охтинский мыс, Газпром хочет там что-то сделать. Непонятно что, концепции нет. Будем надеяться, что когда-нибудь они ее представят. А кто в итоге может решать, можно строить или нельзя? Или надо что-то менять?
М. Штиглиц
―
Во-первых, мы должны увидеть эту концепцию.
А. Веснин
―
Сейчас на видим, но будем ждать, что нам ее все-таки покажут.
М. Штиглиц
―
Будет дискуссия, будет обсуждение.
А. Веснин
―
А кто будет должен поставить подпись?
М. Штиглиц
―
Пока у нас нет плана управления, в данном случае поставит подпись КГИОП.
А. Веснин
―
А вы бы хотели, чтобы ИКОМОС ставил подпись?
М. Штиглиц
―
Ничего подобного! У нас сейчас голос совещательный, рекомендательный.
А. Веснин
―
А вы хотите, чтобы ИКОМОС плотнее бы включился в эту историю?
М. Штиглиц
―
Плотнее? Да. А кто там в результате обсуждения поставит подпись…
М. Амосов
―
На определенном этапе такие вопросы должны подлежать обязательному рассмотрению ИКОМОС, который мог бы выдавать обязательные рекомендации. Окончательное решение за государством, хотя бы в силу того, логика Конвенции об охране памятников всемирного наследия в том, что государство берет на себя ответственность. Но есть и определенный механизм, который должен гарантировать, что это решение с самого начала не будет противоречить подходу ЮНЕСКО. И здесь обязательно должно найтись место ИКОМОС.
А. Веснин
―
Я не очень понимаю эту структуру. ИКОМОС выдает заключение, что не надо строить на Охтинском мысу, а чиновники скажут: «Спасибо! Мы вас услышали». И всё.
М. Амосов
―
Нет, так быть не должно.
А. Веснин
―
Это должна быть какая-то интересная схема.
М. Амосов
―
Да, и ее надо прописать в этом федеральном законе и в том «плане управления».
А. Веснин
―
Вы сами будете предлагать эти варианты и юридические механизмы, хорошо, тогда мы за этим посмотрим. Кроме нового строительства, большая проблема – это сохранение хотя бы в нормальном состоянии нашей исторической застройки. Памятники федерального значения еще более-менее, наши дворцы и церкви они еще в каком-то нормальном состоянии, во всяком случае ничего особо не разваливается в центре Петербурга. А рядовая застройка, в чем его и уникальность, на большой площади Петербурга столько хороших и дореволюционных зданий, и многие из них разваливаются. Я думаю, что это видят все. По Петроградской стороне пройдитесь, сейчас опубликовали карту проходных дворов Петроградской стороны (очень, кстати интересная карта, я по ней ходил и много новых проходных дворов нашел. Посмотрите ее в интернете), фасады нашего хорошего Северного Модерна еще в приличном состоянии, а во дворы зайдешь – там такие трещины! Кошмар! С шестого этажа до низу. Здесь что можно сделать?
М. Амосов
―
Сейчас идет нащупывание механизмов привлечения дополнительных средств. Пример, в прошлом году был принят за основу городской закон, инициатором разработки которого была Оксана Генриховна Дмитриева. Она меня попросила поучаствовать в подготовке этого документа. Там несколько авторов из разных фракций. Это закон, который касается ремонта исторических зданий в центре города. Именно жилых зданий. Он нацелен на то, чтобы привлекать инвесторов, чтобы они могли расселять коммунальные квартиры, приводить их в порядок и потом получать компенсацию из бюджета Санкт-Петербурга. Он принят в первом чтении и к нему много замечаний. В том числе и технические замечания, наверное правильные. И мы должны в той или иной форме этот закон поддерживать, чтобы создавать благоприятные условия для инвесторов.Есть деньги, которые собираются в рамках система платы за капитальный ремонт. Но для центра их будет не хватать. Должны быть гранты, который выдает Санкт-Петербург. И федеральные деньги, о которых я говорил.
А. Веснин
―
А пока федеральных денег не предвидится?
М. Амосов
―
Пока такой полочки «деньги на объекты всемирного наследия» в федеральном бюджете нет. Этой строчки нет. Но это должно появиться. И Петербург от этого выиграет больше всех, потому что у нас самый крупный объект всемирного наследия в России.
А. Веснин
―
А в законе, который сейчас обсуждает Минкуль есть такие предложения?
М. Амосов
―
Пока этого нет. И идея в том, чтобы цепляться за этот закон и за то, что там есть «план управления». А какой «план управления» без денег? И эту идею надо продвигать. Нашему петербургскому социуму нужно говорить о том, что не только Петербург должен отвечать за сохранение объектов всемирного культурного наследия, но и Российская Федерация, которая как правопреемник Советского Союза продолжает нести ответственность перед мировым сообществом за сохранение тех тридцати объектов, которые находятся в списке всемирного культурного и природного наследия ЮНЕСКО.
А. Веснин
―
А о каких суммах может идти речь?
М. Амосов
―
Пока этот вопрос преждевременный. Сейчас мы находимся на стадии постановки вопроса. И наш с вами разговор – это копейка или две копейки в этом процессе. Мы должны внедрять это в головы политиков и чиновников, тех, кто занимается этой работой, среди общественников, среди специалистов КГИОПА и так далее. Когда мы этот вопрос поставили на круглом столе, то со стороны КГИОПА было сказана, что эта идея заслуживает внимания, но это уровень федеральной политики. Но город должен это отстаивать.
А. Веснин
―
Но чиновники КГИОПА наверное тоже могут отправить это заключение в Министерство культуры? В теории. Но будут ли они это делать? Маргарита Сергеевна, вы профессионально занимаетесь промышленной архитектурой. А она входит в состав этого списка ЮНЕСКО? И охраняется ли она?
М. Штиглиц
―
Частично. Некоторые объекты действительно находятся в пределах исторического центра, и большей частью в буферной зоне. В буферной зоне, которой пока еще нет, но она должны быть. И здесь меня беспокоит состояние некоторых ценнейших объектов. Если о жилищном фонде каким-то образом должны заботиться и город, и государство, то они все уже находятся в частном владении и почему-то собственники застраивают всю промышленную территорию жилыми домами, а сам ценный комплекс, которые находится в середине, он теряет и свою градостроительную роль и с этим никто не считается и доводится до крайне аварийного состояния.Так «Солодовня-Бавария» - великолепный комплекс архитектуры Модерна, ретроспективный, стоит заброшенный. Вокруг его сжало кольцо жилых зданий. Смотреть им на это неприятно, но владелец этим не занимается. Наверное чего-то ждет.
Мясокомбинат имени Кирова, архитектор Троцкий, выдающийся архитектор. Это комплекс получил гран-при в Париже в 37-м году. Вокруг сдвинулись жилые дома и он стоит в ужасном состоянии. И таких объектов можно назвать множество. И на это городу тоже надо обратить серьезное внимание. Это объекты международного значения! И Мясокомбинат имени Кирова, или канатный цех «Гвоздичка» архитектора Черникова. Всенародная известность – и такое ужасное состояние.
Или бани, не промышленный объект, но все равно, авангард – в ужасном состоянии. Хотя эта архитектура ценится и котируется во всем мире – архитектура советского авангарда.
А. Веснин
―
А депутаты не хотят поднять этот вопрос?
М. Амосов
―
Он поднимается жизнью. Есть промышленные площадки, которые не являются ценными, такие есть и в северной части Петроградской стороны, и на Васильевском острове. Их вполне можно использовать под жилую застройку, потому что промышленность отодвигается в окраинные части Петербурга. И это естественно. Но надо, чтобы эти новые комплексы не нарушали общую ткань Петербурга.
М. Штиглиц
―
Не душили!
М. Амосов
―
И это охраняет Конвенция ЮНЕСКО. В каждом случае надо подходить индивидуально. Выявлять такие памятники промышленной архитектуры, брать их под охрану и заниматься этим всерьез. И ИКОМОС – это та организация, которая может этому способствовать.
А. Веснин
―
На этом мы должны закончить. Это лишь начало разговора, надеюсь, что он продолжится в конструктивном русле и не только в плане обсуждения идей, но и в плане прописанных инициатив, и возможно в плане каких-то конкретных шагов.
М. Амосов
―
Будем стараться.
А. Веснин
―
Будем ждать. Спасибо, до свидания.