Свободный формат: Готов ли петербургский бюджет к реализации указов президента? - Андрей Васильев, Александр Скоробогатов - Интервью - 2020-01-27
27.01.2020
Свободный формат: Готов ли петербургский бюджет к реализации указов президента? - Андрей Васильев, Александр Скоробогатов - Интервью - 2020-01-27
Скачать
Т. Троянская
―
Добрый день. 13 часов и 6 минут в студии. Я Татьяна Троянская. Приветствую наших гостей - Андрей Васильев, заместитель председателя бюджетно-финансового комитета Законодательного собрания Петербурга. Здравствуйте, Андрей Валентинович.
А. Васильев
―
Здравствуйте.
Т. Троянская
―
И Александр Скоробогатов, профессор Высшей Школы Экономики в Петербурге. Александр Сергеевич, добрый день.
А. Скоробогатов
―
Здравствуйте.
Т. Троянская
―
Будем говорить о том, готов ли петербургский бюджет к реализации указов президента. Речь о послании Федеральному Собранию, где Владимир Путин говорил о том, что с материнским капиталом – увеличиваются суммы, и за первого ребенка получают – и говорил про специальные выплаты классным руководителям, про горячее питание в начальных школах. На следующий день вышли петербургские газеты, в частности «Петербургский дневник», с цитатами губернатора Беглова, что «мы готовы». Петербург готов к выплатам. Я скажу честно, мы пытались комитет финансов позвать в студию, но Смольный отказался приходить. Андрей Валентинович, придется законодателям отдуваться за исполнительную власть. Так готов ли?
А. Васильев: Мы пока не знаем до конца, что же правительство на основании послания президентам решит
А. Васильев
―
Готовы отдуваться и за исполнительную, а, точнее, сами за себя, все-таки утверждают бюджет Законодательное Собрание. Если необходимо будет вносить изменения в бюджет 2020 года, то это будет делать Законодательное Собрание. Надо сказать, что мы пока не знаем до конца, что же правительство на основании послания президентам решит, потому что решение это будет 11 февраля. Премьер-министр, господин Мишустин, озадачил правительство, чтобы они к 11 февраля подготовили полный расклад, что необходимо по деньгам в Федерации, в регионах для того, чтобы реализовать послание президента Российской Федерации.
Т. Троянская
―
Что они конкретно должны решить?
А. Васильев
―
Узнаем это 11 февраля.
Т. Троянская
―
Они должны решить, что Петербург может выплатить, а что – нет?
А. Васильев: Мы не можем сравниться по бюджету с Москвой, но вся остальная Россия не может сравниться с нами.
А. Васильев
―
Петербург сможет выполнить в полном объеме послание президента. Мы не можем сравниться по бюджету с Москвой, но вся остальная Россия не может сравниться с нами. Тот бюджет, который идет на социальную сферу в городе Санкт-Петербурге, он громаден. У нас более 3 миллионов 300 тысяч петербуржцев получают какие-то выплаты из бюджета города Санкт-Петербурга. Поэтому еще 3 года тому назад мы обращались и на чтениях, и при рассмотрении бюджета города Санкт-Петербурга, депутаты Законодательного Собрания, чтобы сделать горячее питание в начальной школе бесплатным. Тогда правительство города Санкт-Петербурга на это не пошло. Это унизительно.
Т. Троянская
―
Почему не пошло? Как объяснило? Нет средств?
А. Васильев
―
Как всегда, ноу коммент – без комментариев.
Т. Троянская
―
Правительство Смольного под губернаторством Полтавченко.
А. Васильев: Я лично считаю, что это унизительно, когда родителям необходимо собирать справки для того, чтобы накормить детей.
А. Васильев
―
Тогда не пошло. Я лично считаю, что это унизительно, когда родителям необходимо собирать справки для того, чтобы накормить детей. Это сколько надо унижения пройти, затратить сил для того, чтобы регулярно поставлять эти справки для предъявления, что у меня ребенок второго сорта. Это неправильно. Поэтому очень позитивно воспринимаю это послание президента, касающееся детского питания. В советское время такого не было. Как сейчас помню, хотя было давно, 16 копеек завтрак, 26 копеек обед.
Т. Троянская
―
Родители давали деньги… И дети покупали.
А. Васильев
―
Рубль 52 на неделю. В понедельник сдаешь обязательно…
Т. Троянская
―
С любовью вспоминаете те времена, я чувствую. Тем не менее, я так и не поняла, кто будет платить?
А. Васильев: Надо отдать должное нашему президенту – он не очень сильно грузит регионы
А. Васильев
―
Надо отдать должное нашему президенту – он не очень сильно грузит регионы, понимая, что финансовое состояние большинства регионов России далеко от идеала, поэтому материнский капитал для первого ребенка и последующих – это все федерация в полном объеме. Это все она выплачивает. Доплата классным руководителям – как заявил президент и как я понял, это доплата федерации. Он сказал, что воспитание – это обязанность государства.
Т. Троянская
―
Государство в Петербурге – это тоже государство.
А. Васильев
―
Он считает, что это федеральная власть.
Т. Троянская
―
Вы считаете…
А. Васильев
―
Я не слышу между строк. Он прямо сказал.
Т. Троянская
―
Хорошо. За что будет платить Петербург?
А. Васильев
―
Горячее питание. Вы помните ту фразу президента, когда говорил про детские сады? О том, что вместо 375 из них получили лицензию только 33 – это в полной мере касается города Санкт-Петербурга, потому что сегодня 294 учреждения образования не хватает в городе. Задумайтесь, цифра какая громадная. Особенно это касается районов новостроек. У нас катастрофически отстает строительство инфраструктуры социальной – детские сады, школы, учреждения культуры, спорта. Не хватает.
Т. Троянская
―
Детскими садами займется Петербург?
А. Васильев
―
И поэтому сегодня в правительстве, в пятницу разговор был с Евгением Ивановичем Елиным, который отвечает, в том числе, за формирование финансов. Разговор зашел у нас с ним по поводу того, что надо делать апгрейд адресно-инвестиционной программы. У нас некоторые объекты более 330 лет числятся. Затрата финансовых средств идет на объекты, которые не строятся, которые в законсервированном виде находятся. Их не бросишь, потому что разрушится еще больше, но и не строится. Многие из них никогда не будут построены. Такая же ситуация у нас была со сбором арендной платы КИО. Там громадная дебиторская задолженность, которую никто никогда не выплатит. Таких предприятий давно не существует. А висят миллиарды. Мы пошли на то, что создали совместную комиссию Законодательного Собрания бюджетно-финансового комитета КИО, привлекли туда контрольно-счетную палату, контрольное управление губернатора и решили вопрос о том, чтобы убрать вот эту дебиторскую задолженность, ее НРЗБ и 8 миллиардов рублей. Это возможность. Если в прошлом году собираемость арендной платы была 57 процентов, то сегодня начала расти. То же самое надо сделать с адресно-инвестиционной программой. Надо направить будет эти средства именно на строительство детских садов.
Т. Троянская
―
Понятно. Спасибо. Хочу, чтобы Александр Сергеевич дал экономическую оценку предложению Владимира Путина. Решит ли это демографический вопрос? Который так волнует Владимира Путина.
А. Скоробогатов
―
Сами намерения и поддержать бедных, и людей с детьми, и как-то бороться в какой-то степени, пытаться выправить ситуацию с социальным, имущественным расслоением. Все эти намерения похвальны. В той или иной степени эти меры будут этому способствовать. Скажем так, здесь есть потенциал для улучшения. Возьмем простую вещь – то, что касается горячего питания. Об этом я могу говорить и как экономист, и как отец. Вот мои дети ходят в школу, я многодетный отец, и всегда у нас было право на бесплатное питание.
Т. Троянская
―
Может у вас какая-то специальная школа?
А. Скоробогатов
―
Нет. Многодетность. Еще раньше давала такое право.
Т. Троянская
―
Это как раз как нужно собирать справки.
А. Скоробогатов: Качество питания, которое предоставляется в школах, таково, что, извините, это в глотку не лезет.
А. Скоробогатов
―
Это вопрос не о справках. Не помню, чтобы с этим были проблемы. Дело в другом. Этим правом никогда не пользовались. У меня жена постоянно ходит перед школой и покупает детям то, что они будут есть. Качество питания, которое предоставляется в школах, таково, что, извините, это в глотку не лезет.
Т. Троянская
―
Дети рассказывали, чем?
А. Скоробогатов
―
Одного одноклассника моего сына, как он стоит перед этим пайком, условно говоря, и гамлетовский вопрос – есть или не есть? При том, что есть больше нечего. Это простой житейский опыт. А если посмотреть на это с высоты птичьего полета. Дело в том, что это достаточно закономерно. Если государство обязывает школы любые какие-то административные, какие угодно учреждения что-то делать – они это будут делать для галочки. У них нет стимула обеспечить качество. Если мы хотим, чтобы это было качественно, необходимо, чтобы была конкуренция. А конкуренции здесь не видно. Просто есть предприятия общепита, которым предоставляется право оказывать эти услуги. Им дается какая-то сумма.
Т. Троянская
―
Не должны проводить конкурс?
А. Васильев
―
Проводят.
Т. Троянская
―
Выигрывают одни и те же, как обычно бывает.
А. Васильев
―
Иногда случается, что строительные компании почему-то оказываются победителями этих конкурсов. Главы администрации перестают быть ими. В том числе, мы, депутаты, это отслеживаем.
Т. Троянская
―
Не всегда так бывает?
А. Васильев
―
То, что случилось не так давно в Красносельском районе, привело к тому, что заменили главу администрации.
А. Скоробогатов
―
Это то, что касается питания. Это самый простой пример. Потом что касается оснащения наших районов, особенно новых районов, различной инфраструктурой, включая детские сады и прочее. Здесь понятно, что это нужно делать, только у нас все это организуется таким образом: сначала появляются новостройки, где зачастую ничего нет, включая там не дорог, вообще ничего, люди живут несколько лет в таких условиях, потом только уже начинают соображать, что вроде бы еще что-то нужно здесь, тогда как по идее это нужно делать и как это делается в развитых странах – сначала обеспечивается инфраструктура, а потом строятся дома. Это можно сравнить с тем, как люди обустраивают свое жилье на уровне семьи. Семья же обычно не приезжает в квартиру, когда там нет унитаза, сантехники и никакого ремонта, просто голые стены, не мебели, ничего. Люди сначала обустраивают эту квартиру, а потом переезжают.
А. Васильев
―
У вас очень маленький жизненный опыт.
Т. Троянская
―
Логику строительных компаний можно понять. Квартиры можно продать.
А. Васильев
―
Я хочу вмешаться здесь. Вы совершенно правильно говорите. Это было у нас в 2015 году. Потом приняли законом города Санкт-Петербурга правила застройки комплексной. Без инфраструктуры, с прошлого года вообще, и пятно не предоставляется, если не планируется строительство инфраструктуры.
Т. Троянская
―
А что делать с уже настроенными?
А. Васильев
―
А вот. Я вам уже назвал цифру, сколько не хватает у нас социальных объектов. Этот вопрос мы ставим перед губернатором очень остро. Поэтому я говорил про апгрейд адресно-инвестиционной программы. Необходимо искать средства. Очень много этих объектов. Это в 2005 году было совершено вот такое упущение, когда впереди квадратные метры, а все остальное потом.
Т. Троянская
―
Полтавченко виноват?
А. Васильев
―
Валентина Ивановна.
Т. Троянская
―
Это еще Валентина Ивановна… Понятно.
А. Васильев
―
Через 7 лет мы начали это ощущать очень остро.
А. Скоробогатов
―
Насчет экономической оценки тех инициатив, безусловно похвальных, связанных с тех, чтобы обязывать строительные компании строить элементы инфраструктуры… Здесь тоже не все так гладко.
А. Васильев
―
Они это делают не бесплатно.
А. Скоробогатов
―
Хочу сослаться на один пример в свое время нашумевший. Это школа в Мурино. Там строили школу. Это как раз на таких началах…
А. Васильев
―
Это другой субъект федерации…
А. Скоробогатов
―
Сейчас неважно. Пусть это другой субъект, но, по сути дела, это Петербург, Петербург там через дорогу. То есть там пройти, даже минуты не пройдешь от Петербурга до этой школы. Подобные случаи можно представить себе в том числе и в нашем регионе. Так что там происходит? Обязывают строительные компании, вот должны предоставить то-то и то-то, включая школу. И как это все делается? Школа уже должна быть сдана. И вдруг она обрушивается. Там гибнут люди. Потом уже сдача этой школы откладывается еще на год. Это же не случайность. Это закономерность. Это явление примерно того же порядка, что вот сказать «вы должны предоставлять горячее питание», ну хорошо, мы будем это делать для галочки.
А. Васильев
―
Я в прошлый понедельник вместе с губернатором открывал 219 школу в Красносельском районе. Это дворец. Это храм науки. Это школа, в которой 2 бассейна, большой и малый спортивные залы, великолепные аудитории, актовый зал – это концертный зал в лучшем европейском понимании слова.
Т. Троянская
―
Сколько таких школ в Петербурге?
А. Васильев
―
Они сейчас строятся. Все такие. Это требования. Так же, как и детские сады.
Т. Троянская
―
С бассейнами все?
А. Васильев
―
Все новые школы с бассейнами.
Т. Троянская
―
А со старыми что делать?
А. Васильев
―
Вопрос. Если старые школы… Мой округ, шестнадцатый, это Двинка, Канонерский остров, Нарвский, Автово, юго-запад и южно-приморской до балтийской жемчужины – это весь спектр, начиная с советского союза, первое – лицей в виде серпа и молота, соответствует всем нормам сегодняшним. Гимназия Старовойтовой, которая построена в 37 году. Те школы, которые построены после войны, даже моя родная 386, я хотел помочь закупить кабинет физики, но я не смог, потому что не влезает. Что с этими школами делать – непонятно. Хуже обстоит дело с теми школами, которые построены в 70-80-ых годах. Они без капитального ремонта, они рушатся.
Т. Троянская
―
Так и что делать?
А. Васильев
―
Мы предусмотрели на базе 369 лицея строительство двух лабораторных корпусов, которые разгрузят существующие классы и создастся инфраструктура, которая позволит давать современные знания. Спортзал будет с бассейном.
Т. Троянская
―
Это пристройки к существующим школам?
А. Васильев
―
Это отдельно стоящие здания.
Т. Троянская
―
По сути новая школа. А не проще старую отремонтировать?
А. Васильев
―
Не хватит все равно. Не разместите.
Т. Троянская
―
У вас стремление построить что-то новое. А, как известно, строительство – это коррупционные схемы.
А. Васильев
―
Экономист не даст соврать, что перестраивать дороже, чем построить новое.
Т. Троянская
―
Ну…
А. Васильев
―
Мы хотим этот опыт сделать. Посмотрим, просчитаем. Это такой пионерский проект. Попробуем это сделать.
Т. Троянская
―
В плане демографии… У нас был профессор Заостровцев, который сказал, что предложение Владимира Путина по поводу увеличения численности россиян – оно бредовое, потому что таким образом демографию не поправить. Демография развивается по своим законам. И в целом, Александр Сергеевич, к вам вопрос, как к многодетному отцу. Представим семью, которая планирует детей. Они планируют вне зависимости от того, Путин даст денег или нет, распорядится дать денег или не дать. Или посмотрим семью, которая не планировала и вдруг этот указ «о, давай рожать, не думай, как воспитывать этого ребенка, главное – получить капитал». Разве это правильное решение проблемы?
А. Скоробогатов
―
Насколько я понимаю, эта мера, связанная с материнским капиталом, часто обосновывается тем, что у нас проблемы с рождаемостью, сокращение населения и все прочее. Если так подходить, то действительно очень сомнительна взаимосвязь между материальной помощью и рождаемостью. Почему сомнительна? Первое простейшее соображение заключается в том, что мы наблюдаем скорее отрицательную корреляцию и в мире, и в истории, и на уровне отдельных семей, между материальным обеспечением семьи и количеством детей. Мы прекрасно видим, что самая большая рождаемость в бедных странах. В богатых странах она низкая. В истории, если посмотрим, когда страны были бедными, 200 лет назад, рождаемость была больше, чем тогда, когда та же самая страна стала богатой. Это мы видим на уровне отдельно взятых семей. Если просто отталкиваться от этого всем известного факта, весьма сомнительно, что с помощью денег можно кого-то побудить рожать.
Т. Троянская
―
Раньше детей использовали как трудовую силу рабочую. Можно и так подойти.
А. Скоробогатов
―
Изменилась экономика. Если раньше дети представляли собой потенциально выгодную инвестицию в будущем, еще одни рабочие руки, кормилец в старости, то на сегодняшний день детей… Дети фактически это некий элемент личностной реализации для человека. По большому счету, он представляет собой просто затраты. С материальной точки зрения это нельзя назвать инвестицией. Это элемент потребления. Я бы сказал так: дети — это счастье, безусловно, но…
А. Васильев
―
А счастье за деньги не купишь.
А. Скоробогатов
―
Да. Я как раз в данном случае хочу сказать, что купишь.
Т. Троянская
―
Получается, да.
А. Васильев
―
У меня тоже трое детей. Я тоже могу считаться…
Т. Троянская
―
Вы же не по путинским законам их рожали.
А. Васильев
―
Нет, конечно. Это было наше обоюдное желание с женой. Это еще и Боженька дал. У меня между старшей и младшей дочерью разница в 18 лет. Уже не думали, что будет… Мне уже 45 лет было, когда родилась младшая дочь. Но хочу сказать другое. Это все-таки помощь. Потому что, как ни странно, когда двое собираются заводить детей, они у них рождаются, материальное их положение мгновенно ухудшается. Остается работать один работник. Мама до 3 лет, скорее всего, до школы, не может вносить в бюджет семьи…
Т. Троянская
―
Сейчас прервемся. Останемся на YouTube. Продолжим после московских новостей.
Т. Троянская
―
Продолжаем наш эфир. Я напомню – Андрей Васильев, заместитель председателя бюджетно-финансового комитета Законодательного Собрания Петербурга у нас в студии и Александр Скоробогатов, профессор Высшей Школы Экономики. Мы говорим о том, как будут исполняться указы Владимира Путина. Как раз говорили о детях – появится ли больше детей в Петербурге в связи с этими указами. Затронули тему, что сумма выплат ощутима в регионах, в провинции, где за 2-3 детей можешь купить квартиру.
А. Скоробогатов
―
Прервались немножко на другом вопросе о взаимосвязи между материальной помощью и рождаемостью. Я сказал, что простые статистические факты говорят о том, что вряд ли это поможет. Я здесь хотел еще обратить внимание, что будет какая-то доля людей, которые под влиянием этих материальных стимулов, может быть, как-то отреагируют и будут рожать, но, когда речь идет о первом ребенке, как нужно воспринимать влияние этой меры? Насколько я понимаю, в нашей стране на сегодняшний день подавляющее большинство людей не планируют остаться на всю жизнь бездетными, хотя бы одного ребенка…
Т. Троянская
―
Есть движение чайлдфри.
А. Скоробогатов
―
Есть, но все-таки это небольшое количество. Подавляющее большинство людей хотят рано или поздно стать родителями. Каков эффект от этой меры? Какие-то люди, которые планировали завести ребенка через несколько лет, заведут его прямо сейчас. Именно за счет этого статистика может показать нам вдруг всплеск рождаемости, будут говорить «да, мера влияет». Но на деле это простой перенос.
Т. Троянская
―
Просто чуть раньше.
А. Скоробогатов
―
Кстати говоря, на это надо смотреть с социальной точки зрения. Почему люди откладывают рождение ребенка? Существуют весьма похвальные решения, связано с тем, что люди хотят сначала получить образование, встать на ноги, обзавестись жильем. Теперь они, какие-то из этих людей, не все, естественно, но какая-то часть этих людей, вероятно, откажется от этих планов и решит «ну ладно, потом образование, все это сделаем потом, чтобы сейчас получить помощь – родим сейчас». Какие-то из этих людей, возможно, не реализуют свои планы. Из-за этого будет хуже и им, и их ребенку.
Т. Троянская
―
Могут остаться без образования, скажем так.
А. Скоробогатов
―
Речь о каких-то долях. Когда говорим о миллионах людей, то можно представить, что какая-то доля изменит свое решение относительно планирования семьи под влиянием новой политики.
А. Васильев
―
У Александра чисто теоретические знания в этой сфере. У меня – практические.
Т. Троянская
―
Какие у вас?
А. Скоробогатов
―
Можно я закончу? Это я сейчас сказал как раз гипотетически. Теперь к вопросу о практике. У нас уже был материнский капитал, только относительно большего количества детей, чем один. Мы уже имеем некую историю. По этому поводу уже есть исследования относительно причинной связи, то есть взаимосвязи, как стимул влияет на людей. Люди, которые планировали завести второго, третьего ребенка, в принципе, просто переносили опять же это решение во времени. Эффект заключается не в том, что мы получили большую рождаемость, а в том, что эта рождаемость была бы там через два года была сейчас. Зато условно через два года эти же самые люди уже не родят. Если смотреть в долгосрочном периоде, по сути дела эффекта никакого нет.
Т. Троянская
―
Картину не поменяет?
А. Скоробогатов
―
Да. Это касается второго, третьего. С первым ребенком тем более это будет так. Почему? Второй, третий ребенок… Гораздо меньше людей планируют стать родителями двух, трех детей. Но хотя бы одного родить планируют почти все. Тут тем более будет эффект переноса, чем объективное увеличение рождаемости.
Т. Троянская
―
Но, тем не менее, вы говорите, что статистика есть. Всплеск определенный был, когда было объявлено, что за второго, за третьего?
А. Скоробогатов
―
Был. Но дело в том, что экономисты, изучающие статистику, смотрят не просто на корреляцию, как вот часто журналисты, как журналисты рассуждают «вот такая политика» и после того, как политику ввели, статистический показатель увеличился или упал. Сразу делают вывод, что политика вызвала такой результат. Сама по себе эта картинка ни о чем не говорит. Экономисты пользуются специальными статистическими методами установления именно причинной связи. Это гораздо более нетривиальная вещь, чем простая картинка на графике, что есть нулевой момент, есть первый. Нулевой – это ввод политики, а первый – статистический показатель изменился.
А. Васильев
―
Я хочу сказать, что вот, смотрите, у моих бабушки, дедушки, причем они в разных регионах, мама родилась во Владивостоке, а папа – в Ленинграде, было трое детей у отца, и у мамы еще брата сестра во Владивостоке. Они, мама и папа, с 29 года. И у всех, кого я знаю, всех моих родственников, было нас по одному ребенку. По одному. У меня трое детей. Старшая дочка, 35 лет, родила только что внука. Средняя, ей почти 30, и не собирается еще и замуж пока, не говоря уже о младшей, она заканчивает 11 класс. Это волнообразное развитие демографической ситуации наглядно показывает, в какой период жизни в стране, как происходит демография. Мои дети родились тогда, когда был или поздний социализм, или в перестройку, 90-ый год рождения. И дальше по одному.
Т. Троянская
―
Следующие будет по трое?
А. Васильев
―
У внуков.
Т. Троянская
―
У внуков будет по трое. Это можно считать, как вариант, наверное.
А. Скоробогатов
―
Если даже так и будет, по крайней мере, это будет не благодаря этому указу президента.
А. Васильев
―
Надо рассматривать это как помощь. Это очень большая помощь семьям.
Т. Троянская
―
Возвращаемся. Помощь одна в Петербурге и Москве. В Москве эта помощь как капля в море. В Петербурге… Ну, может, первоначальный капитал, смотря, где квартира.
А. Васильев
―
Уже много лет занимаем самое последнее место в России по плате за детский сад родительской. Она составляет 10 процентов. Самое последнее место в стране. Удерживаем это уже на протяжении 6 лет.
Т. Троянская
―
Если бы детских садов еще хватало… Попади еще в детский сад – только по блату.
А. Васильев
―
Ну не только по блату.
А. Скоробогатов
―
Это та самая закономерность, которая была в советское время. В советское время многое было дешево, но это нельзя было купить.
Т. Троянская
―
Давайте про регионы. Для регионов это реальная поддержка. Можно купить квартиру даже. В Петербурге и Москве – нет. Чем тогда петербуржцы и москвичи хуже жителей регионов?
А. Васильев
―
И доходы больше же. Основный закон капитализма: стоит столько, за сколько купят. Я в свое время… Юрий Свердлов, хозяин «Северной» птицефабрики. Я говорил: «Юр, как ты формируешь цену?», а он говорит: «окна кабинета выходят на проходную, где стоят машины. Сколько машин стоит – от этого зависит цена бройлера. Покупают за цену, за которую платят». Если в Москве и Петербурге за жилье платят такие деньги, значит, это кто-то покупает. Мы больше 3 миллионов квадратных метров жилья в год строим. Больше 3 миллионов.
А. Скоробогатов
―
Это да. Действительно, здесь можно подходить так, что просто человек любой свободный вполне может принимать решение, где ему жить. Если человек решает жить в Петербурге, в Москве, несмотря на то что есть альтернатива поехать куда-то в провинцию, где жилье сможет купить на несколько зарплат, такая альтернатива у любого человека существует, независимо от того, есть жилье у него или нет. Если нет жилья, он может поехать туда, где он сможет это жилье легко купить. Или есть жилье, он может продать и поехать в другое место, купить там на какой-то процент цены своего жилья, а на остальные деньги жить. Если люди продолжают жить в Москве, значит, есть причины. Зачастую экономические. Выгода, которую они получают в Москве, просто перекрывает те издержки, которые несут в связи с жильем и не только жильем – пробки и так далее.
Т. Троянская
―
Ну да, с любыми другими неудобствами. Давайте подытожим. Я правильно понимаю, весь материнский капитал оплачивают федералы?
А. Васильев
―
Да.
Т. Троянская
―
Петербург отвечает только за питание и детские сады?
А. Васильев
―
Да. Мы не знаем, потому что только 11 февраля правительство опубликует решение, как будет обеспечиваться послание президента.
Т. Троянская
―
И передаст Законодательному Собранию, вы уже будете разбираться, откуда брать деньги, как и что.
А. Васильев
―
Запланирована у нас в апреле месяце корректировка бюджета. Если что-то будет необходимо оплачивать из городского бюджета – это будет мгновенно сделано.
Т. Троянская
―
Много у нас возможностей оплачивать из городского бюджета? Есть деньги на это? Или перекинете с одного на другое?
А. Васильев
―
Перекинем.
Т. Троянская
―
Понятно. У театров заберете. Как Елин это сделал. На социальные. И живите театры как хотите.
А. Васильев
―
Я не знаю, что будет предлагать правительство. Не могу за него отвечать. Постараемся, чтобы не так это было сделано. Тем более, что это в процентном отношении от бюджета города Санкт-Петербурга, который почти 700 миллиардов рублей…
Т. Троянская
―
А сколько примерно сумма, можете сказать?
А. Васильев
―
Ну, 200 миллионов.
Т. Троянская
―
На все?
А. Васильев
―
Да.
Т. Троянская
―
Хорошо, будем ждать 11 февраля. Спасибо, что пришли к нам. Андрей Васильев, заместитель председателя бюджетно-финансового комитета Законодательного собрания Петербурга. И Александр Скоробогатов, профессор Высшей Школы Экономики были у нас сегодня в эфире. Спасибо. До свидания.