Марюс Вайсберг - Интервью - 2019-12-30
30.12.2019
Я.Розова
―
В студии Яна Розова и Марюс Вайсберг, режиссер фильма «Неидеальный мужчина», премьера которого запланирована на 16 января.
М.Вайсберг
―
Да, здравствуйте!
Я.Розова
―
Судя по трейлеру, это романтическая комедия. Почему зрителю нужно посмотреть ее или желательно посмотреть ее?
М.Вайсберг
―
Да, нужно, посмотреть ее нужно, потому что, честно говоря, получилось очень интересное, очень актуальное, свежее и неожиданное кино, при том, что там, конечно, не без комедии и не без романтики, но при этом поднимаются какие-то очень интересные социальные вопросы. И в финале есть очень интересный и неожиданный поворот.
Я.Розова
―
Не хэппи-энд?
М.Вайсберг
―
Скажем так, он такой, финал неоднозначный, он и не хэппи-энд, он очень лирический, но он немножечко грустный, то есть как бы он неожиданный.Меня, честно говоря, привлекло именно этим, потому что один из моих любимых финалов вообще такого мирового кинематографа - это «Трудности перевода», где она что-то ему говорит на ухо, Билл Мюррей, как раз НРЗБ, и мы не понимаем, не слышим, мы не знаем что она ему сказала…
Я.Розова
―
Остается только догадываться.
М.Вайсберг
―
Да, остается догадываться.
Я.Розова
―
Такое послесловие.
М.Вайсберг
―
И в этом такое безумие…
Я.Розова
―
Слушайте, напоминает советское кино, когда там тоже все время финал такой вот.
М.Вайсберг
―
Ну, да. Какой-то есть в этом во всем, в этом конкретном моем фильме…
Я.Розова
―
Ну, сюжетную линию может быть…
М.Вайсберг
―
Да, с удовольствием. Сюжетная линия там следующая. Девушка…
Я.Розова
―
Света.
М.Вайсберг
―
Молодая, да, ей 35 лет, она работала, продавала «Мерседесы», в дилерской, ее бросает парень, она вообще очень добрая, все прощающая, славянская, настоящая, прекрасно сыгранная Юлией Александровой. Я только что показывал фильм, все под впечатлением.Она хочет поменять немножко жизнь, стряхнуть все с себя и устраивается на работу в другое место, где продают роботов, там не айфоны, а айфренды, прям в коробках айфренд, продают, она приходит в такую дилерскую роботов работать. Одно из первых ее заданий – просто открывать коробки и оживлять этих роботов, отправлять их на диагностику. И с одним, как раз с нашим главным героем, одним из роботов, которую она открывает, молодежная модель Егора Крида, с ним что-то не то, он не хочет вылезать из коробки, не говорит свой номер, у не го ошибка какая-то.
Я.Розова
―
В программе.
М.Вайсберг
―
Да, какая-то с ним проблема. Он эмоциональный, он плачет, он боится, у него страхи. И она, естественно, к нему проникается. И когда его хотят уже окончательно сдать в утиль и обратно в Японию отослать, чтобы его пересобрали, перезагрузили, она…
Я.Розова
―
Покупает его?
М.Вайсберг
―
Да, не дает этого сделать, чтобы его спасти, покупает его. Он очень дорого стоит, 9 миллионов, как большая машина.
Я.Розова
―
Откуда деньги?
М.Вайсберг
―
Она берет взаймы у мамы, у подруг и берет ипотеку, берет кредит. И начинает жить…
Я.Розова
―
С этим роботом.
М.Вайсберг
―
С этим роботом, еще пока никакой романтики, но тем не менее, близкие, чувственная такая глава этого фильма, где у них потихонечку зарождается любовь, и дальше там прям интересные приключения.
Я.Розова
―
Надо посмотреть трейлер, чтобы какое-то создалось впечатление и возникло желание пойти, у меня возникло, честно признаюсь.
М.Вайсберг
―
Там есть это, там есть что-то, что мне кажется, интересно, поднимается такой вопрос…
Я.Розова
―
Там местами даже «Гарри встретил Салли».
М.Вайсберг
―
Да, да, да. Я обожаю «Гарри встретил Салли», для меня это прям мои такие детские, что называется, кумиры.
Я.Розова
―
А эта история «Двухсотлетний человек» с Робином Уильямсом, это же такой фильм тоже про робота.
М.Вайсберг
―
Вполне тоже можно отнести к этой плеяде.
Я.Розова
―
Сценарий как к вам попал?
М.Вайсберг
―
Сценарий ко мне попал следующим образом, очень таким, мы давно с Александром Ефимович Роднянским хотели что-то сделать вместе, мы в хороших таких отношениях с ним, приятельских. И я собирался че-то другое, у меня проект был другой, и он мне позвонил, говорит, у меня есть сценарий Жоры Крыжовникова, он у меня остался, потому что я его, потому что Жора в итоге ушел снимать «Лед 2», вот у меня такой беспризорный проект, он, с финансированием отдельная история, в общем, нам надо срочно запускать, мы его будем срочно сейчас делать, ищем режиссера, я подумал о тебе, возьми, если тебе понравится сценарий, прям возьми и делай, что называется, мы тебе прямо отдаем. Я в итоге…
Я.Розова
―
Соблазнились, да?
М.Вайсберг
―
Да, вы знаете, почитал сценарий, мне прям реально сценарий понравился.
Я.Розова
―
Что-то меняли, правки вносили в него?
М.Вайсберг
―
Я абсолютно полностью поменял практически весь третий акт, весь финал, потому что я не понимал его в том виде, в котором он был написан, он был, на мой взгляд…
Я.Розова
―
А как работается в этом случае со сценаристом, наверное, все-таки сопротивляется автор?
М.Вайсберг
―
Я его просто сам переписал, так вот работает. Просто по-другому невозможно, вы понимаете, как бы это же, все же очень такая творческая история, люди за свое же очень борются. То есть я вполне могу себе представить, если бы Жора снимал это кино, и снял бы финал, который изначально задумывал, это был бы другой фильм, но он бы тоже имел совершенно прекрасное право на существование, он был бы просто другой. Но я этот финал не понимал как сделать, мне это казалось абсолютно…
Я.Розова
―
Неправильно.
М.Вайсберг
―
Неправильно и…
Я.Розова
―
А актерский состав как подбирали? Вот вы говорите в одном из интервью: «Фильм говорит сам за себя, все мои усилия, все, что связано с моей достаточно сложной работой на этом проекте, связаны с актерской игрой».
М.Вайсберг
―
Дело все в том, что по актерам, Юлия изначально должна была там играть, потому что Юля, не знаю, бывшая жена, жена Жоры и они это делали вместе, я получил абсолютное добро от Саши Роднянского менять полностью актерский состав, я попробовал ряд актрис, но Юля была, это было под нее написано, она просто была, на пробе она меня поразила и меня абсолютно было все равно чья она жена, абсолютно не имело никакого значения.
Я.Розова
―
Она на своем месте прям сразу?
М.Вайсберг
―
Просто влитая, просто невероятно она сыграла. И это что-то, для меня, я очень ей горжусь и горжусь, что она в этом фильме и так далее. Что касается робота, там было гораздо более сложно, потому что были уже унаследованы, должен был Риналь играть, были какие-то еще идеи, Саша Петров звучал, естественно, как, по-моему, нет такого фильма, где как-то не фигурирует его имя. Но я что хочу сказать, что в итоге я никак не мог сжиться с мыслью, что это будет какой-то актер, которого мы…
Я.Розова
―
Уже знаем.
М.Вайсберг
―
Уже знаем. На внутренне уровне это меня ломало. Вы знаете, это же по большому счету вся эта работа это серия компромиссов, ты, конечно, естественно, сживаешься с какими-то вещами иногда, когда тебе, что называется, тем не менее, внутренне я сопротивлялся, не хотел брать просто актера, я хотел брать либо неизвестного человека…
Я.Розова
―
Вам здесь ассистент по актерам помог? Они бродили, искали новое лицо или как это все происходило?
М.Вайсберг
―
Бродили, искали новые лица, достаточно были неплохие варианты у меня. Но моя жена, Наташа Бардо, сказала мне вдруг, а ты не хочешь Крида попробовать, Егора, я говорю, ну…
Я.Розова
―
Кто это?
М.Вайсберг
―
Ну, я как бы понимал кто такой Егор, но у меня не…
Я.Розова
―
Не ассоциировался…
М.Вайсберг
―
У меня не было такой прямой, что я понимаю, вот Егор, вот его творчество, я потом, когда я уже немножко стал, ознакомился с его работами, я понимал, что я эти песни где-то слышал, в общем, я это все, и его где-то видел, естественно. Просто у меня это не было таким, то есть для меня не было…
Я.Розова
―
Прямой связи.
М.Вайсберг
―
Но я когда увидел его фотографию, я понял, что фактурно это мой человек.
Я.Розова
―
Ожидания оправдали себя?
М.Вайсберг
―
Более чем. И вы знаете, Егор очень непростой человек в работе, требовательный очень, со своим мнением. Но у нас с ним в итоге сложилось доверие, он мне в какой-то момент доверился…
Я.Розова
―
И стал слушаться.
М.Вайсберг
―
И стал слушаться. И произошло чудо на самом деле, потому что он в фильме просто буквально на уровне всех наших…
Я.Розова
―
А вы любите снимать прям с первого дубля или…
М.Вайсберг
―
Вы знаете, люблю снимать с первого дубля это, наверное, любой режиссер скажет да, потому что это по определению, если у тебя все получилось с первого дубля, то и время экономится, и все, но не всегда.Например, в случае Егора первый дубль вообще никогда не был рабочим, никогда, в случае Егора это на удивление, но это третий дубль.
Я.Розова
―
Это еще хорошо.
М.Вайсберг
―
Я даже в монтаже уже понимал, что надо идти в третий дубль, то есть я отсматривал все, но я понимал, что вот в районе третьего дубля всегда. И это очень интересно, потому что он абсолютно непрофессиональный актер, но талантливая личность сам по себя. У него занимало несколько дублей просто отсмеяться, что называется, отстыдиться от, ему 25 лет, вообще все это, мы чего тут играем, и вроде как все серьезно с ним говорят, Юля плачет, он никак не мог понять что это такой процесс, что тут какой-то любительский театр прямо здесь. И он пару дублей входил, а на третий он вдруг оказывался ровно в…
Я.Розова
―
В обстоятельствах.
М.Вайсберг
―
Обстоятельствах. Происходил какой-то абсолютный.
Я.Розова
―
А «Любовь в большом городе 1» вы снимали, по-моему, за 25 дней, вторую «Любовь» за 35 дней, здесь сколько времени ушло?
М.Вайсберг
―
26.
Я.Розова
―
А почему так мало вы себе даете времени? Сроки поджимают или что?
М.Вайсберг
―
Вы знаете…
Я.Розова
―
Или это связано с тем, чему вы научились в Голливуде?
М.Вайсберг
―
Вы знаете, конечно, я по большому счету все, что я умею профессионально делать, я, конечно, научился в киношколе в Голливуде, в Лос-Анджелесе, я имею в виду с технической точки зрения. Но то, чему я научился в процессе съемок своих многих фильмов, это то, что самый основной процесс происходит, как ни странно, до съемок, когда все садятся со сценарием и говорят, окей, поехали, мы запускаем кино.
Я.Розова
―
Читка или подготовительный момент, когда ищешь пространство, реквизиты?
М.Вайсберг
―
Нет, даже раньше, когда утверждаются вот эти 90 страниц. То есть я хочу сказать, что самый мой большой опыт как раз пришел в том, что я начал по-настоящему понимать точно, что мне из этого надо снять, потому что я сам монтирую кино свое, то есть я отдаю монтажеру…
Я.Розова
―
То есть вы присутствуете во время монтажа.
М.Вайсберг
―
Нет, я его монтирую физически, я его монтирую сам, физически.
Я.Розова
―
Почему? Не доверяете?
М.Вайсберг
―
Нет, не собирают…
Я.Розова
―
Просто не нравится.
М.Вайсберг
―
Не делают сборку, мне в Америке мой очень хороший монтажер в основном и здесь есть такой, хороший, в общем, я с ними работаю, они мне собирают, а потом я беру сам кино и его довожу полностью сам, перемонтирую многие сцены, делаю, ну, в общем, делаю там сам монтаж. Потому что я после первого своего фильма, еще в Лос-Анджелесе, я понял, что я не могу просто сидеть с человеком и говорить ему, нет, нет, нет, кадр сюда, нет вот сюда.
Я.Розова
―
Легче самому.
М.Вайсберг
―
Намного легче самому и это просто издевательство над человеком.
Я.Розова
―
А вы работали с утра прям с раннего до вечера позднего?
М.Вайсберг
―
12 часов рабочий день. Мы в переработку практически не выходили.
Я.Розова
―
А почему вы выбрали для себя жанр комедия? Практически все ваши фильмы — это комедия.
М.Вайсберг
―
Вы знаете, я вообще, честно говоря, без комедии не вижу, я вообще без юмора не вижу, для меня, грубо говоря, потрясающая драма, это, например, «Билборды» американская, но она в меня заходит очень сильно, только потому что там есть юмор. Я прямолинейную драму и вообще прямолинейные другие жанры я вообще не воспринимаю никак. У меня просто так с детства. Я как бы вижу мир, я вижу мир через улыбку вообще.
Я.Розова
―
То есть даже если вдруг в руках окажется сценарий драматический какой-нибудь, вы может быть возьметесь, если вас это заинтересует, но обязательно туда элемент комедии какой-то, юмора…
М.Вайсберг
―
Да.
Я.Розова
―
Нет такого, что я буду снимать только комедии.
М.Вайсберг
―
Нет, конечно.
Я.Розова
―
Пока просто так получалось.
М.Вайсберг
―
Пока так получалось, потому что я тяготею к этому материалу. И все, что я сам придумываю, это все, в этом во всем присутствует юмор и такое легкое.
Я.Розова
―
А кино должно окупаться?
М.Вайсберг
―
Послушайте, кино, если вы меня спросите, как человека, который прожил в Голливуде 25 лет, то однозначно ответ да, по-другому быть не может, кино не может не окупаться, просто потому что это такой бизнес. Если кино не окупается, то это…
Я.Розова
―
Плохая работа.
М.Вайсберг
―
Большая проблема для вообще всех.
Я.Розова
―
Ну, это плохая работа или просто так сложились обстоятельства? Или это все-таки прямая связь?
М.Вайсберг
―
Вы знаете, бывает так, что хороший фильм не окупается, такое бывает, но очень редко. Это исключение из правил. В основном это плохая работа.
Я.Розова
―
А почему вы решили вернуться в Россию и работать здесь теперь?
М.Вайсберг
―
А вы знаете, у меня какая-то странная получилась в этом смысле история, потому что я не собирался возвращаться в Россию, у меня, к сожалению, умер мой папа, который был легендарным продюсером…
Я.Розова
―
С Тарковским работал.
М.Вайсберг
―
Да, картины в советской киноиндустрии. Работал с Кончаловским много, ну, со всеми, и с Гайдаем, кстати, в том числе. Они все были у нас дома. И он у меня умер, и я приехал на похороны. Тут мама у нас была, мы с братом приехали на похороны. И на похоронах я встретил всех людей, с которыми с детства, включая Никиту Сергеевича, всех, и мне Сергей Ливнев, тогда знакомый мне по Лос-Анджелесу, сказал, не хочешь здесь чего-то снять, сними что-нибудь здесь, я тебе просто даю карт-бланш, дам бюджет, чего ты хочешь. Я говорю, слушай, я бы вообще, потому что мама здесь, надо с мамой побыть, я бы, почему нет, и давно хотел снять что-то типо «Совершенно секретно!» братьев Цукеров. Вот, давай, отлично, я говорю, да, прекрасно, Штирлиц бы. И вот так сложился у меня «Гитлер капут!», я его писал, что называется, у меня через трагедию, потому что я очень близок был с отцом, я как-то выливал это все через юмор, я каким-то образом отрывался, отрывался от страницы, я делал, то есть у меня такого никогда не было, чтобы мне сказали, делай что хочешь.
Я.Розова
―
А потом вернуться обратно в Лос-Анджелес?
М.Вайсберг
―
Я собирался, я поехал обратно в Лос-Анджелес, у меня там был проект еще один, но тут мне прислали «Любовь в большом городе», я решил, что сейчас я сделаю быстро «Любовь в большом городе», потому что это в Нью-Йорке, я еще специально настоял, чтобы в Нью-Йорке снимать. Ну, и вообще, мне казалось, что Нью-Йорк это столица…
Я.Розова
―
Такие симпатичные фильмы, что один, что второй.
М.Вайсберг
―
Это столица романтических комедий.
Я.Розова
―
Да, да, да.
М.Вайсберг
―
Я сказал, почему нам не сделать в столице романтической комедии большую романтическую комедию про русских людей, почему мы должны ограничиваться какими-нибудь нашими. Мне сказали, хорошо, но ты понимаешь, что это делать будет очень сложно по разным причинам, финансовым, в общем, так сложились 24 дня. Это был самый тяжелый фильм в моей жизни, первая «Любовь в большом городе», потому что это было невозможно просто, потому что я снимал, выработка была какая-то невероятная совершенно, потому что в 24 дня надо было уложиться в 24 дня.
Я.Розова
―
Ну, вообще, у вас же и образ жизни, и образ мысли поменялся, 25 лет прожить в Голливуде и работать по тем стандартам, которые уже там за многие десятилетия устоялись, и потом вернуться сюда.
М.Вайсберг
―
Ну, вы знаете, время тогда было такое, немножко мы глобализированию шли, мы шли как-то к какому-то объединению с миром, в России. И в этом смысле я был, я себя чувствовал очень комфортно, потому что…
Я.Розова
―
Вернувшись сюда, комфортно работать?
М.Вайсберг
―
Да, заняло какое-то время, но просто надо было понять до конца специфику и так далее, и найти своих людей, самое главное, найти с кем работать, это очень важно. Я долгое время на всех «Любовях в большом городе» привлекал американскую группу, у меня снимал мой поляк, который из Лос-Анджелеса, у меня работал первым ассистентом, у меня работал болгарин, который тоже из Лос-Анджелеса, который работал в индустрии.
Я.Розова
―
А теперь команда переходит одна и та же из проекта в проект?
М.Вайсберг
―
Ну, в основном да.
Я.Розова
―
Вы их перевоспитали или адаптировались к ним?
М.Вайсберг
―
Перевоспитал. Когда люди чувствуют, что человек знает что делает, то есть как бы если бы, я настолько уверенно понимаю точно, что я делаю каждый день, что у людей это вызывает…
Я.Розова
―
Сомнений не возникает.
М.Вайсберг
―
Не возникает сомнений, да.
Я.Розова
―
А вы жесткий режиссер в работе?
М.Вайсберг
―
Нет, вы знаете, я вообще не жесткий, я жесткий только в плане дисциплины, а все, что касается, я очень верю в то, что когда ты снимаешь комедию, надо обязательно создать атмосферу общую, где человек расслаблено.
Я.Розова
―
Все по сценарию или импровизация?
М.Вайсберг
―
Импровизации очень много всегда, очень много всегда импровизации. Конкретно на «Неидеальном мужчине» импровизация была, но не в таком количестве, как в каких-нибудь, не знаю, «8 новых свиданиях», которые я с Зеленским делал, там мы вообще отрывались просто.
Я.Розова
―
А вы разыгрываете друг друга во время съемок?
М.Вайсберг
―
Ну, с Вовкой разыгрывали, с Вовкой мы были очень близки и как бы, и разыгрывали…
Я.Розова
―
С Зеленским?
М.Вайсберг
―
Да, с ним мы прям были в тандеме, тандем у нас сложился. Кстати говоря, это еще одна большая причина, почему я не вернулся сразу работать в Лос-Анджелес, потому что я познакомился с Вовой Зеленским и мы с ним очень сдружились, и сошлись на уровне творчества реально.
Я.Розова
―
Вы виделись уже после того, как он стал президентом?
М.Вайсберг
―
Да, виделись, да.
Я.Розова
―
В «(Не)идеальном мужчине» название родное или поменялось? «Не» у вас стоит в скобочках?
М.Вайсберг
―
Да, вы знаете, там были разные рабочие названия. Там был вариант названия «Ошибка 102», но мне просто, честно говоря, мне показалось, что кино у меня получилось зрительское, в хорошем смысле этого слова. И название слишком холодное, «Ошибка 102», оно слишком умозрительное. Мне захотелось все-таки показать и Егора, и сказать, что вот он неидеальный.
Я.Розова
―
Понятно, что кино должно быть разным, но для вас оно должно заставлять думать или все-таки развлекать?
М.Вайсберг
―
Развлекать. Я за развлечение лично, потому что я, когда прихожу на Бродвей или в Нью-Йорке у меня основные какие-то детские ощущение, воспоминания, что вот человек танцует чечетку, поет, и тебе не надо ни о чем думать, ты просто сливаешься. В кино, конечно же, имеет место серьезное и философия, и символизм, но для меня морализация как таковая в кино, она для меня всегда тягостна.
Я.Розова
―
Художественные приемы, которые вы использовали в этом фильме?
М.Вайсберг
―
Вы знаете, я в этом фильме практически не использовал длиннофокусных объективов. Я практически весь фильм снимал на широком фокусе и сделал это специально, потому что хотел, мне кажется, у меня получилось, хотел создать, за счет продакшен-дизайна хотел создать определенный какой-то уникальный мир. Потому что история, в общем, притчевая, такая сказка для взрослых. Я очень хотел этой атмосферой и тем, что мы все время видим в фокусе все, что происходит вокруг нас, я хотел создать, я очень тщательно выбирал то, где мы снимаем.
Я.Розова
―
В Химках вы, по-моему, снимали?
М.Вайсберг
―
Нет, ну, мы снимали в Химках, в этом районе, все, что касается натуры, да, мы снимали в Химках, там просто удивительный есть этот городок зеленый, он удивительный в плане того, что…
Я.Розова
―
Малоэтажное.
М.Вайсберг
―
Малоэтажное, очень симпатичное и все это выглядит как будто…
Я.Розова
―
И не у нас.
М.Вайсберг
―
Да, в общем-то, и не с нами.
Я.Розова
―
Марюс Вайсберг, режиссер фильма «Неидеальный мужчина», премьера которого запланирована на 16 января, приглашает вас в кино.
М.Вайсберг
―
Да, очень! Вы не пожалеете. Спасибо большое!Реклама.
16+