Свободный формат: В радость ли старость в Петербурге? - Александр Ржаненков, Наталья Шведовченко, Ольга Иванова - Интервью - 2019-09-30

Т. Троянская― Мы начинаем наш эфир, 13 часов 7 минут, в студии Татьяна Троянская, и я представляю наших сегодняшних гостей: напротив меня Наталья Наталья Шведовченко, исполнительный директор фонда помощи пожилым людям «Долго и счастливо». Наталья, добрый день. Н. Шведовченко― Добрый. Т. Троянская― Рядом со мной Ольга Иванова, региональный координатор фонда «Старость в радость» в Петербурге и Ленобласти, добрый день. О. Иванова― Добрый день. Т. Троянская― И по диагонали Александр Ржаненков, представительно комитета по социальной политике Санкт-Петербурге. Александр, добрый день. А. Ржаненков― Здравствуйте. Т. Троянская― Завтра день пожилого человека, и мы о пожилых людях, к сожалению, вспоминаем не очень часть, действительно, перед праздниками. Ну и администрация обычно вспоминает о них перед выборами, так же? Поскольку пожилые люди – это тот актив, который голосует, и использовать его администрация считает очень важным. Но, тем не менее, у нас два фонда, которые занимаются помощью пожилым людям, я правильно понимаю, что фондов, которые занимаются помощью пожилым людям, немного? Н. Шведовченко― Фондов немного, и особенно мало фондов, которые оказывают лекарственную поддержку пожилым людям, помощь с продуктами, с какими-то ремонтами, то есть помощь в плане каких-то мастер-классов, каких-то активностей для создания хорошего настроения – таких довольно много волонтерских объединений. А вот помощь конкретная, такая, которая нужна прямо сейчас, и если государство, например, не готово поддержать человека, фонд предоставляет поддержку дорогостоящими лекарствами, и особенно для людей, живущих самостоятельно – таких фондов очень мало. Т. Троянская― И ваш фонд – это городской фонд? Н. Шведовченко― Ну, у нас региональный фонд, мы помогаем жителям Петербурга, Ленобласти, сейчас еще Пскову и области помогаем, пока вот так. Т. Троянская― А «Старость в радость» - это федеральный фонд? О. Иванова― Да, это федеральный фонд, мы помогаем по всей России, мы сегодня представлены более чем в 30 регионах, и у нас достаточно много программ от региона к региону немного разных, активность наша отличается, но мы, как Наталья сказала, помогаем, как на дому, так и в домах-интернатах, мы помогаем лекарствами, волонтерские поездки у нас в большом количестве, мы занимаемся досугом, лечением, помогаем. У нас есть программа «Внуки по переписке» - это тоже достаточно объемная помощь. Т. Троянская― Ну, Наталья совершенно верно сказала, что часто бывает так, что помощь заключается в увеселении людей, и я смотрю сейчас отчеты новостные. 60 праздников пройдет в Петербурге, большой концерт в «Октябрьском». Это безусловно важно, но, наверное, Александр Николаевич, пожилые люди нуждаются в другом. А. Ржаненков― Они во многом нуждаются. В силу того, что они пожилые люди, но вот не случайно называется один из фондов «Старость в радость», поэтому они должны, хотят и могут, они заинтересованы заниматься досугом, всякими мероприятиями, о которых вы сказали. Это ведь не наше желание, это просто идет от них. И мы формируем этот план… Т. Троянская― Для этого нужно себя хорошо чувствовать. А. Ржаненков― Безусловно. Но я хочу сказать – сегодня в городе 1,5 миллиона пенсионеров, из них 53%, я хочу отметить, что 3 года назад это было порядка 45, сейчас 53% продолжают работать. С одной стороны, вынуждены работать, с другой стороны – сегодня невозможно представить экономику без профессиональных этих людей, опыта уникального, они продолжают это делать. Ну, и, безусловно, в силу того, что количество пожилых людей растет, отмечу: за 4 года на 26% увеличилось количество в городе пожилых людей. Это накладывает различного рода обязательства перед государством, вы правильно говорите. Прежде всего – здоровье. Для этого, безусловно, не так уж давно начали организовывать системную диспансеризацию. В зависимости от возраста и так далее. Вопросы медицины в целом, медицинской помощи. Давайте сравним, что было 10-15 лет назад и сейчас. Изменилось. Социальная помощь, я могу много перечислять, но все равно, главное – не только власть, но и общество должно по-другому относиться к этим людям, потому что они этого заслужили. Они сделали все возможное для того, чтобы мы и новое поколение продолжали творчески работать, растить детей, жить. Т. Троянская― Но вот нам уже пишут, у нас, кстати, на Ютубе трансляция. Заходите в Эхо Москвы в Петербурге, присоединяйтесь, можете задавать вопросы друг другу. Прежде всего, неуважение к пожилым людям – это пенсия. Понятно, что это не питерская проблема, это проблема страны, но тем не менее. Вот все начинается с этого. А. Ржаненков― Вы знаете, опять же, с пенсией мы можем сравнивать то, что было, и то, что сейчас есть. Уровень жизни у пенсионеров значительно вырос, да, низкие пенсии еще, к сожалению, но мы помним времена, когда ее вообще не платили или с большой задержкой. Сегодня в общем-то совсем иная ситуация, и тем не менее, ежегодно увеличиваются выплаты пенсионером. Этого недостаточно, хотя ряд категорий, в общем-то, неплохо получает, но это, прежде всего, участники войны, жители блокадного Ленинграда. Т. Троянская― Который становится с каждым годом все меньше. А. Ржаненков― К сожалению, все меньше, но вы правильно говорите: пенсия – это следствие экономики, и мы должны понимать, откуда брать эти источники. И вот варианты, связанные с изменением пенсионного возраста, мы же продолжаем доплачивать лицам, которые до пенсионного возраста эти льготы, которые были раньше, они не отменены. И мы должны бороться с теми негативными процессами, которые есть в нашей экономике. Теневая заработная плата, невыплаты в фонды, требует серьезных изменений. Т. Троянская― Наташа хотела сказать, видимо, по поводу пенсий. Н. Шведовченко― Да, у меня есть комментарий, потому что мы сталкиваемся с двумя ситуациями: те люди, у которых пенсии «блокадные», это больше 30 тыс., но ввиду недоступности лекарственного обеспечения люди тратят большую часть пенсии на лекарство. У нас только что был подопечный, он бывший пилот, у него пенсия 50 тыс. рублей, это хорошие деньги. Он тратит на лекарства 35 тыс. рублей в месяц, потому что, к сожалению, у него нет сил добиваться бесплатных лекарств, он недостаточно хорошо ходит просто для того, чтобы все это выходить. Он копит себе на санаторий сам, потому что не может добиться санатория, и эта большая пенсия, так называемая, она у него расходится моментально при первом же походе в аптеку. А люди, которые более молодые пенсионеры, у них пенсии 10-12 тыс., нам звонят люди, говорят, что им нечего есть, отключили электричество, помогите нам, завтра не будет света. Это все происходит в Петербурге в 2019 году, и мы не можем, к сожалению, оплатить электричество за человека. Т. Троянская― И о каком уровне жизни мы можем говорить? Н. Шведовченко― И хотелось бы понять, куда может человек обратиться в этом случае, когда у него завтра отключают электричество, это же не единственное обращение. А. Ржаненков― Конечно, в органы власти должны обращаться. У нас же есть конкретные меры поддержки, если человек оказался в такой ситуации и у него доход ниже прожиточного уровня. Некоторые не знают о своих льготах, ради чего мы и создали службу социальную, которая сегодня выявляет, сопровождает, помогает в этих вопросах, но, к сожалению, эти проблемы, безусловно, остаются. Ведь государство тратит большие деньги на компенсацию затрат в зависимости от льготной категории на коммунальные платежи, но лекарства – действительно дорого, и не всегда своевременно они поступают. И ведь человек вынужден покупать. Есть эта ситуация. Поэтому цель главная сегодня у власти – обеспечить более качественное обеспечение услугами, повысить продолжительность жизни, а она и растет, уровень соответствующий доходов был выше. Два дня назад проводилось совещание, даны конкретные, достаточно жесткие, меры. Будем надеяться, что усилия экономики, общества и всех остальных помогут изменить эту ситуацию. Хочу просто поблагодарить присутствующие фонды, и нашему городу вообще везет в том, что много таких организаций, которые помогают, не зарабатывают на этом, а помогают решать проблемы пожилых людей и тех, кто оказался в трудной ситуации. Т. Троянская― Еще вопрос в соцсети вам, Александр Николаевич, день пожилого человека – почему инвалиду не могут выплатить средства, затраченные на приобретение лекарственных средств, которых не было по рецепту. Вице-губернатор говорила о возврате таких средств, но ничего не сделала. Приморский район, здесь и номер телефона конкретный. А. Ржаненков― Я бы хотел взять этот телефон, чтобы оказать помощь, но скажу, что раньше, лет 8 назад, в силу особенностей обеспечения лекарственного, из нашего комитета мы старались компенсировать затраты при приобретении лекарственных препаратов. Сейчас эта система отработана. Т. Троянская― И почему не работает? А. Ржаненков― Наверное, от того, что не знает человек. И бывали случаи, когда препаратов этих нет или появляются заменители, они не всегда помогают, в-третьих, есть какие-то индивидуальные особенности. Поэтому, если человек нуждается в срочном приобретении препаратов, он должен обращаться в комитет по здравоохранению, в районный отдел по здравоохранению, те препараты не входят в конкретный перечень обеспечения бесплатного, то у нас есть возможности комиссионное такие решения принимать, мы приобретаем препараты или выплачиваем компенсации, очень большие даже суммы, поэтому просто, наверное, это прежде всего от незнания и в какой-то степени от недостатка финансовых источников. Поэтому обращаться нужно в соответствующие органы. Т. Троянская― Я передам после эфира этот номер телефона, чтобы конкретно этот случай, а так обращаться в Министерство… В Комитет по здравоохранению? А. Ржаненков― В районные отделы, в наш комитет. Мы будем стараться помочь. Т. Троянская― Спрашивают, можно ли к муниципалам обращаться, поскольку сейчас были выборы. А. Ржаненков― К муниципалам тоже можно, но они имеют свой бюджет. Т. Троянская― Они обязаны помогать пожилым людям? А. Ржаненков― Нет, они помогают, я бы не сказал, что обязаны. У каждого расписаны соответствующие функции, они в большей степени проводят мероприятия за счет своих источников. Праздники, поздравления с днем рождения, какие-то другие тематические мероприятия. Но с точки зрения обеспечения материальной помощью – это отделы социальной защиты, комплексные центры социального обслуживания, и нужно обращаться к новому институту наших представителей социальных служб, участковых. Т. Троянская― У каждого района есть такой? А. Ржаненков― У каждого района создана служба, с 1 июля начала функционировать. На сегодняшний день принято 63 тыс. заявок, 20 тыс. обеспечены индивидуальной программой реабилитации, 6 тыс. на сопровождении. Это люди, которые являются уполномоченным представителем и сопровождают. Они выявляют особенности, составляют индивидуальную программу, сопровождают человека постоянно, помогают реализовывать те права, которые у них либо не в полной мере предоставляются. Или каждый индивидуально сопровождается. Поэтому я обращаю внимание – в каждом районе есть эти подразделения, они есть не только индивидуально, они открыты в 26 больницах, 58 поликлиниках, во всех социальных службах, телефон есть такой – 576-0-576, ряд других. Нужно, если сам человек не может… Т. Троянская― То есть позвонить по этому номеру? А. Ржаненков― И помогут обязательно. Мало того, мы до конца года создадим такой короткий номер телефона, так как это, например, у пожарных, аварийной службы, скорой помощи, и мы предполагаем 078, чтобы человек мог обратиться и сразу получить реакцию на решение его проблем. Т. Троянская― У меня вопрос к Ольге и к Наталье. Вот вы непосредственно общаетесь с пожилыми людьми, и какие запросы прежде всего? Да, Наташ? Н. Шведовченко― К нам чаще всего обращаются по поводу еды, не хватает людям на еду денег, негде ее взять до получения, например, пенсия уже закончилась, надо как-то протянуть остаток месяца. Много людей обращаются по поводу получения лекарств. Те, которые они могут получить бесплатно, им не подходят. Оригинальные препараты заменяются дженериками, копиями, а у пожилого может быть аллергия, или в силу других болезней он не может заменить свой оригинальный препарат, а его уже не выдают. Много обращения по слуховым аппаратам, это огромная проблема. Т. Троянская― То есть эта проблема продолжается? Слуховые аппараты плохого качества. Н. Шведовченко― Они не то что плохого качества – их не выделяют огромному количеству людей. То есть людям с первой и второй степенью потери слуха, они не полагаются бесплатно. А на второй степени человек уже может звуки не различать, он слышит тон, но не понимает, что конкретно. И мозг постепенно отвыкает различать звуки, и когда он уже в 3-4 степень перейдет и полагается аппарат, сложно будет вернуть все это назад. Стабилизировать. Плюс к вопросу о развлечениях, у нас много активных подопечных, которые ходят и на хор, и на танцы, на музыку, на лекции, но куда может ходить человек без слуха? Часть его разделений, она полностью уничтожается, и человек оказывается запертым дома. Люди начинаются стесняться, особенно мужчины, даже в магазин пойти, потому что им неприятно переспрашивать, они боятся, что не услышат транспорта, остаются запертыми дома. Т. Троянская― Социальные проблемы. Н. Шведовченко― Из медицинской проблемы это превращается в социальную проблему. Мы, как можем, стараемся искать средства на это, спасибо нашим жертвователям, которые помогают и понимают эту проблему, хотелось бы, чтобы как-то государство вернуло эту льготу для людей, по крайней мере, со второй степенью Она с 2013 года отменена, и это огромный-огромный пласт населения. Не хотелось бы доводить людей до тяжелого состояния со слухом, если можно раньше им вернуть слух вернуть их к активной жизни. Т. Троянская― Возможно ли это? А. Ржаненков― Конечно, конечно. Это сейчас рассматривается, все правильно было сказано. Приведу пример: когда у человека есть проблемы с опорно-двигательной системой, мы до того, когда он получил инвалидность или имеет какие-то проблемы с ногами, вот, пример, оплачиваем из городского бюджета финансовые источники на упреждение этих процессов. Приобретение стелек, еще каких-то процедур. Это дешевле государству в дальнейшем обойдется. Но Министерство сегодня рассматривает возможность – выдавать этим нуждающимся лицам сертификаты, то есть документ, в котором будет соответствующая заложена финансовая сумма, и он не только сможет приобретать слуховой аппарат, он сможет приобретать путевку, где считает нужным, какие-то другие технические средства. Чтобы избежать конкурсных процедур, отсутствия финансовых источников. Т. Троянская― А на каком основании будет получаться этот сертификат? А. Ржаненков― Так же, как и сегодня, он имеет индивидуальную программу реабилитации, ему прописана эта услуга, ему выдается сертификат, он им пользуется. Не надо ждать конкурсных процедур или обращаться в Соцстрах, который проводит конкурсы на аппараты, он пойдет к поставщику и приобретёт то, что ему нужно. Т. Троянская― А изменить эту поправку уже нельзя, получается? А. Ржаненков― Нет, это должен быть закон, у него должны быть изменения. Я знаю, что этот документ, проект уже существует, об этом давно говорится, но это дополнительные затраты федерального бюджета на возмещение этих источников. Сегодня человек знает, что он не получит, он не идет, не обращается. Или вообще, первого октября. Отказывается от соцпакета, так называемого, ему идут небольшие суммы к пенсии, и он понимает все. Н. Шведовченко― Очень многие отказываются, потому что понимают, что бесплатных лекарств они все равно не дождутся. Т. Троянская― То есть лучше получить деньги? Н. Шведовченко― Лучше 900 рублей. А. Ржаненков― Хоть что-то. Т. Троянская― Ольга, у вас, вот вы с чем сталкиваетесь чаще всего? О. Иванова― Мы дружим и помогаем, сотрудничаем, собственно говоря, с учреждениями, у нас больше идет в Санкт-Петербурге и Ленобласти, дружба именно с домами-интернатами и отделениями сестринского ухода. 14 учреждений, более 1000 человек. У нас, кончено, специфика немного другая, она отличается, потому что мы общаемся с пожилыми людьми, которые и совершенно одиноки, и не одиноки, но живут они в государственных учреждениях, либо пребывают в больницах по несколько месяцев. И потребности разные. Безусловно, всегда требуются подгузники, пеленки, мы стараемся помогать, коляски. Не всегда, когда человек попадает в дом-интернат, успевает вовремя получить коляску или еще что-то, и здесь оказывается такой определенный вакуум, когда поддержка дарителей является существенной, либо же то количество подгузников, которое пожилому человеку полагается, по системе реабилитации, ему недостаточно в силу разных особенностей здоровья. И здесь, опять же, помогают именно те средства, которые привозят волонтеры, и они позволяют человеку лежать в комфорте. Это первое. Второе, безусловно, - это индивидуальные нужды людей, которые одинокие, они есть. Не буду говорить, что там только одинокие, но они тоже есть, и здесь, конечно, вязаные носочки, книжки, у каждой своей просьбы. Кому-то диск, кому-то особенная кофточка, это все знает наш куратор, который ездит, курирует регулярно, мы ездим постоянно, стараемся все-таки это делать в течение всего года. Раз-два раза в месяц. Т. Троянская― В идеале, фонды и должны заниматься такими мелочами, а все остальное обеспечивать государство, чтобы музыка, носочки и милые приятные радости? О. Иванова― Мне кажется, что фонды выполняют поддерживающую, небольшую такую функцию, потому что государству очень сложно сразу везде на подхвате быть, потому что, как говорил Александр, законы требуют времени, и наше государство огромное. Поэтому, все-таки, мне кажется эта дружба, взаимодействие. Они важны и нужны. А. Ржаненков― Абсолютно правильно, и у нас сегодня большое количество фондов, но они разные. Недавно прошла встреча с Бегловым, совет в детском доме, раньше он так назывался, сейчас – центр семейного воспитания, и один из попечителей высказал мысль, что половины фондов, они работают, конечно, не хочу никого обидеть, больше на себя, к сожалению. Т. Троянская― На себя – на имидж? А. Ржаненков― На имидж, на решение своих внутренних проблем, под эгидой благих намерений. Очень много таких. Мы с вами видим, как собирают некоторые деньги по фондам, потом куда они уходят… Т. Троянская― Бывают разные же. А. Ржаненков― В данном случае была инициатива – вести реестр фондов, чтобы им помогать. И чтобы государство, естественно, побыстрее решало проблемы, ведь фонды решают те моменты, которые в одночасье не решишь. То, о чем было сказано по поводу колясок. Это требует времени. Потом конкурс пройдет, ему приобрести нужно. Сегодня развивается эта система, связанная с прокатом колясок, многие сдают, те, которые в силу разных причин не нужны, и здесь фонды оказывают колоссальную помощь. Т. Троянская― Реестры нужны, Наташ? Н. Шведовченко― Вы знаете, кажется, фондов, которые зарабатывают себе имидж или воруют – их очень мало. По сравнению с фондами, которые огромное количество больниц лекарствами. Часть больниц бы закрылись. Т. Троянская― Сейчас мы сделаем паузу, а вернемся к нашему разговору минут через 5. НОВОСТИ Т. Троянская― Беседа у нас продолжается, мы говорим о том, как мы можем помочь пожилым людям, и Александр Ржаненков, представитель комитета по социальной политике Петербурга, Ольга Иванова, региональный координатор фонда «Старость в радость» в Петербурге и области, Наталья Шведовченко, исполнительный директор фонда помощи пожилым людям «Долго и счастливо», и вот очень много вопросов, я просто зачитаю, от слушателей про паллиативную помощь. После взаимодействия Нюты Федермессер и ОНФ, и Путина, произошли подвижки какие-то. Кого в Петербурге по этому вопросу? А. Ржаненков― Знаете, у нас тоже позитивные изменения происходят в этой области. Во-первых, дополнительные финансовые источники выделяются, создаются структуры при здравоохранении совместные, поскольку это совсем не так давно было на федеральном уровне заявлено, сегодня формируется бюджет следующего года, чтобы учесть эти возможности. Мало того, создаются центры, хосписы для того, чтобы оказывать помощь. Помогаем общественным структурам, у нас на сегодняшний день, только из нашего комитета, на возмещение затрат такого рода, существует соответствующие объёмы. Мы надеемся, что эта проблема со временем решится. Т. Троянская― А они могут только на уровне федеральном или на уровне города? А. Ржаненков― И на федеральном, и на городском. Федерация финансирует еще в большем объеме эту тему для субъектов, но мы, может быть, в большей степени самодостаточны, а в других регионах это колоссальная проблема, потому что к нам едут за лечением, это дополнительные затраты. Т. Троянская― В плане паллиативной помощи Петербург не в самом худшем положении? А. Ржаненков― Безусловно, но все равно нужна поддержка федеральная, это затраты серьёзные. Т. Троянская― Оля, Наташа, вы как-то с хосписами взаимодействуете? Н. Шведовченко― Мы помогаем Максимиллианской больнице, где находятся сестринские отделения, отделения паллиативного ухода, помогаем городскому гериатрическому центру. Это крупнейший на северо-западе. Помогаем в Кащенко и в области. Т. Троянская― И что вы можете сказать по состоянию? Н. Шведовченко― Ну, по состоянию тут просто есть такие изменения политики, в плане обеспечения, к сожалению, они хуже становятся в плане качества того, что поставляется по гос. контракту в больницу, маски хирургические, которые в руках рассыпаются, и вот такие вещи, которые очень жалуются врачи. Т. Троянская― Пока изменений не наблюдается? Н. Шведовченко― В лучшую сторону? Мы не совсем занимаемся паллиативом, мы занимаемся обеспечением больниц расходными материалами, иногда оборудованием каким-то, для ванных комнат, то, что может быстро изменить ситуацию в лучшую сторону. Т. Троянская― Да, Оль? О. Иванова― Мы помогаем хоспису в Кронштадте, сестринский уход, потому что там тоже оказывается паллиативная помощь. В Пушкинской больнице, Семашко, в Каменногорской больнице, и яс согласна с Наташей, что у нас нет возможности помочь глобально, но мы тоже стараемся. Мы ездили в палату сестринского ухода в поселке Лебяжьем, сделали капитальный ремонт ванной, чтобы была возможность принимать гигиенические процедуры. Т. Троянская― Там этой возможности не было? О. Иванова― Нет, к сожалению, мы замечаем, что на отделение финансирование отпускается хуже, чем на остальные больницы. Может быть, это связано с тем, что там лежат пожилые люди, и это не дети, не молодое поколение. Мне сложно судить. Но то, что отделениям требуется больше внимания к уходу, к среде. Н. Шведовченко― А доступная среда — это больная проблема. Тоже именно оборудовали ванну в больнице Кащенко, потому что невозможно было пользоваться тем, что было, пожилому человеку, доступность была крайне низкая. Много оборудования для мытья мы покупаем в Максимиллиановскую больницу, чтобы было удобно, комфортно пациенту и персоналу, потому что персонал – чаще всего женщины среднего возраста, им тоже сложно справляться. О. Иванова― Вплоть до того, что средства для мытья – чугунная ванна. Единственное место, куда пожилого человека, который не мобилен, опустить невозможно. У нас ходят медсестры, нянечки, с тазиками и омывают по старинке, хотя сегодня мы все знаем, что есть средства, которые позволяют всего этого избежать. И оказать человеку совершенно другой уход. Т. Троянская― Александр Николаевич, прокомментируйте? А. Ржаненков― Ну, мы подтверждаем необходимость изменения этой ситуации. Не случайно президент обратил на это внимание. По инициативе и наших жителей города есть у нас хоспис детский, который показал проблему и пожилых людей. Открылось строительство дополнительного корпуса в Пушкине. Но в большей степени и правда уделялось внимание детям, более молодым людям. Вот на пожилых людей, не хочу кощунственные слова, непопулярная тема. Я сказал, что финансирование комитета здравоохранения, программа, которая сегодня принята по национальным проектам, предусматривает финансирование на паллиативную помощь, и сейчас проверяются наши структуры власти на реализацию этого проекта, прокуратурой и другими органами. Оценивается целевое использование средств, но я убежден, что это будет в большей и большей степени выделяться и финансирование, и подготовка кадров, и условия труда, и средства реабилитации более современные. Но меняется ситуацию. Не хочу идеализировать. У нас легче. Есть обществ, организации, волонтеры, другое отношение. В других регионах, к сожалению, у них сложнее. Т. Троянская― Чем дальше...? А. Ржаненков― Объективно, у них финансовых источников меньше, у них дохода меньше. А из федерального тоже не очень. О. Иванова― Можно я добавлю? У нас есть небольшой обзор по многим регионам, я хочу сказать, что Ленобласть уделяет много внимания политике, проводятся ремонты, обучения, здесь улучшения на глаза. Просто, опять же, страна большая, регион большой, сразу закрыть все нельзя. Но всегда есть кому помочь. Особенно, пожилым людям. Т. Троянская― Про ПНИ тоже вопрос. Психоневрологические интернаты – это тоже тема касается, частично, пожилых людей, но она касается всех. И вот наш слушатель отмечает, что строят в Хабаровске огромный. Благотворители в ужасе, он такой же, как и раньше. Что в Петербурге? А. Ржаненков― Наша главная цель – концепция меняется. Создана рабочая группа, чтобы определить, в каком виде должны существовать такого рода учреждения. Мы стараемся разукрупнять – наша главная задача. У нас была колоссальная очередь, мы решили за счет предоставления услуг негосударственными учреждениям. Открыли такого рода подразделения, комфортные, удобные. Фирма «Опека», где в палате находится 1 человек, предусмотрена возможность самостоятельного удобного проживания. Далее, конечно же, нужно создавать условия для того, чтобы люди находились в семьях. И получали услугу в таком варианте. Конечно, малонаселенные, как это в Европе, и у нас открываются эти учреждения, где сопровождается человек, живет в квартире, 1-2 человек, и работник их обслуживает. Но есть люди, и у нас их много, их становится больше – медицинские услуги при рождении ребенка выхаживают уже детей. Они остаются инвалидами, их все равно надо кормить, зондовое питание, он лежачий, не разговаривает, его в другом месте нельзя обслужить. Либо в больнице, либо в социальном таком учреждении. Но тоже должны быть и внедряться технологии, ведь у нас не обращали внимание в прошлом на нужды людей в интернате, а когда им представилась возможность максимально реализовывать желания, обучать их, готовить к жизни, все это делается. Интернаты изменились, но в любом случае – это однозначно нужно разукрупнять, и большие объекты… Т. Троянская― Когда это случится? А. Ржаненков― Я думаю, что в этом году будет какой-то документ принят, но это очень серьезные затраты. Одно дело – содержать этих людей в больших учреждениях. Т. Троянская― Вопрос – как содержатся они. А. Ржаненков― Конечно, должны быть домашние условия, комфорт, нужны и штаты, и тоническое. Извините – лед тронулся. Это уже публично заявлено, ситуация должна измениться. Т. Троянская― Не всякие ПНИ пускают. Даже члены ОНК не могут попасть во все ПНИ, чтобы проверить, как содержатся люди. А. Ржаненков― Все открыто. Другое дело – я хочу сказать о себе. Надо понять тех людей, которые руководители отвечают за ситуацию. Некоторые приходят люди для других целей. У нас большое количество волонтеров, и я благодарен… Т. Троянская― Но члены ОНК – это не люди с улицы. А. Ржаненков― Понимаете, что значит контролировать со стороны? Человек должен быть специалистом. Если директор расположен, он создает условия, находит варианты, есть перспектива уникальная, но проблемы есть. Пытается волонтер убрать человека или ребенка куда-то в город на прогулку, что-то случилось с ним, возникает проблема ответа. Директор, опекун или этот волонтер. Много проблем. Но то, что было раньше и сейчас – мы максимально открыты. Т. Троянская― Поскольку там же гигантские суммы на человека, для руководителя это выгодно. А. Ржаненков― Я вам хочу сказать – нет. Это не так. Сегодня – я пример приведу. Комитет и учреждения проверяются больше, чем дней в году разными структурами. Конечно, есть нарушения, но в большинстве своем люди работают не за деньги, а отдают себя. Проблемы есть. Т. Троянская― У нас минута осталась, я хочу девушкам дать по полуминуте слова. Н. Шведовченко― Я бы хотела обратиться к нашим горожанам, и обратить их внимание на то, что в нашем городе помощь нужна не только детям, но и пожилым людям, нам грустно слышать, когда говорят – зачем вы приучаете пожилых к хорошим лекарствам, зачем им слуховые аппараты, зачем им лечиться. Купим булочку и хватит. Доброе слово – хватит. Нам кажется, что пожилым людям не столько, но качественные лекарства и питание, нормальный образ жизни. Т. Троянская― Спасибо, Наташ. Оля? О. Иванова― Я хотела добавить, что пожилые люди – это люди с колоссальным опытом, мудростью, которая нужна обществу. В преддверии дня пожилого человека, мы тоже проводим сбор, который приурочен к этому дню и направлен на то, чтобы порадовать пожилых людей, проживающих в Ленобласти и Санкт-Петербурге, сладостями и предметами нужд. Т. Троянская― Спасибо. Александр Николаевич, я надеюсь, в следующем году мы встретимся и уже… А. Ржаненков― Мы всегда открыты, спасибо.