«Книжная кухня». Книжные новинки сезона - Никита Елисеев - Интервью - 2019-08-23
23.08.2019
Н. Дельгядо
―
Добрый день, мы на «Книжной кухне», у микрофона Наташа Дельгядо. Хочу начать с объявления: в Музее Анны Ахматовой до 28 августа проходит первая отрытая литературная школа под названием «Россия – диалог культур». Проект адресован молодым авторам, филологам, культурологам, и всем, кто хочет познакомиться с современным литературным процессом. Курс состоит из 12 встреч с современными авторами: Валерий Попов, Михаил Елизаров, Герман Садулаев и другие авторы из разных городов России. Общая идея этого проекта – «Почему мы читаем и пишем?». Одной из задач проекта является обучение литературному мастерству, пониманию каких-то литературных приемов. На сайте Музея Ахматовой можно посмотреть программу мероприятий. А с нашим сегодняшним гостем мы как раз об этом и поговорим. Никита Елисеев у нас в студии. Критик, ведущий библиограф Российской национальной библиотеки. Здравствуйте.Н. Елисеев
―
Добрый день.Н. Дельгядо
―
Как высчитаете, можно научить человека писать?Н. Елисеев
―
Это, простите за снобизм, Кантовская антиномия. Мир конечен и бесконечен, мир делим и не делим. Можно и нельзя. Я сам, простите за нескромность, в юности занимался у Бориса Стругацкого на семинаре фантастов, он говорил, что, по его мнению, научить человека писать нельзя. Есть талант, научится сам. А, например, Флобер так не считал, и воспитывал своего племянника Мопассана писателем.Н. Дельгядо
―
Никита, вы, как человек, который профессионально читает, что можете порекомендовать из новинок, которые выходят к осени, на что стоит обратить внимание?Н. Елисеев
―
Я могу сказать только о тех книгах, которые мне очень понравились. Книга Всеволода Зельченко «Стихотворение Владислава Ходасевича «Обезьяна». Комментарий». Хрестоматия, которую составил умерший в прошлом году Олег Юрьев, его посмертная книга «Ленинградская хрестоматия». Обзор тех стихов, которые создадут, по мнению Олега Юрьева, нечто живое в этом постреволюционном городе. Чрезвычайно интересная книжка. И уже если говорить о стихах, то совершенно замечательный сборник белых стихов Александра Володина. Очень неожиданных и простодушных, но очень мудрых.Н. Дельгядо
―
Еще об одном полном собрании мы тоже говорили недавно на «Книжной кухне», это полное собрание рецензий Гедройца.Н. Елисеев
―
Да, это прекрасное начинание, исполненное петербургским критиком и редактором Сергеем Князевым и дочкой Самуила Лурье – Марианной Лурье. Если говорить о том, как учиться писать, то, конечно, хорошо бы для тех, кто хочет научиться писать, по крайней мере, рецензии, тщательно и внимательно читать рецензии Гедройца. Потому что они построены образцово. Хотя бы увидят, как это сделано. Смогут ли повторить, в этом я сильно сомневаюсь. Повторю фразу, сказанную критиком Виктором Топоровым, в одной из статей о Самуиле Лурье: «Хочешь-не хочешь, а Самуил Лурье лучше всех сейчас пишет по-русски».Н. Дельгядо
―
Тот же редактор Сергей Князев несколько лет назад подготовил другую книгу «Техника текстов», которая была основана на лекциях, прочитанных Самуилом Лурье в музее «Эрарта». Там как раз речь шла о том, как писать.Н. Елисеев
―
Я ее читал, это очень хорошая книга. В ней он объясняет, как сам пишет. Но это же индивидуальное дело. Кроме того, такого рода лекции проходят под девизом лучшей шутки Маяковского. Когда ему прислали записку: «Маяковский, я считаю, этот вечер потерянным», тот ответил гениально: «Товарища, который прислал мне эту записку, я попрошу пройти за кулисы, там мы с ним поговорим и выясним, как он вообще проводит свои вечера. Тогда будет два варианта: или я буду проводить свои вечера так, как он, или мы вместе порадуемся тому обстоятельству, что хоть один вечер он провел в обществе интеллигентных людей». Замечательная книжка, которую тоже нужно читать, ,если ты хочешь научиться читать, а может быть и писать, это «Обезьяна» Всеволода Зельченко. Это вообще уникальный случай! Можно написать статью об одном стихотворении, но написать целую книгу об одном стихотворении, даже если это стихотворение великого поэта Ходасевича, и так написать, чтобы читателю было интересно читать, как детектив. Увидеть исторический «бульон», в котором «сварилось» это стихотворение. Стих-то о том, как была объявлена война, как Ходасевич встретил серба с обезьянкой, дал ей напиться, а та в благодарность пожала ему руку, и серб на плече ее унес. Последняя фраза стихотворения «…В тот день была объявлена война».Н. Дельгядо
―
Вообще, Всеволод Зельченко – филолог-классик, тоже профессиональный читатель. Эта книга – в первую очередь, взгляд филолога или историка?Н. Елисеев
―
Филолог и историк – это одна и та же профессия. Я считаю, что одна из ошибок подхода к систематизации наук состоит в том, что историю прицепили к экономике и отделили от филологии. Это совершенно неверно. Совершенно справедливо раньше был историко-филологический факультет. Конечно, Марк Блок, великий историк, прав, когда говорил, что пахали-то не на картуляриях. Все правильно, но узнаем-то мы, как пахали из текстов. Работа историка, как и работа филолога – это работа с текстом. И работа филолога предполагает знание исторических реалий. Поэтому «Обезьяна. Комментарий» - это историко-филологический труд, который объясняет, как возникло это стихотворение, показывает контекст начала войны. Кстати, это тоже очень актуально и интересно сейчас, потому что ощущение спокойной мирной жизни и чувство того, что что-то ломается очень серьезно, со всякими странными предвестиями, вроде лесных пожаров. Накануне войны, как выяснилось, я этого не знал, были мощные лесные пожары в России. Небо было затянуто дымом, и солнце не слепило, а было шаром, как луна.Н. Дельгядо
―
Какая-то самая яркая деталь, мысль в этой книге. Что вам больше всего запомнилось?Н. Елисеев
―
Ходасевич запомнился, конечно.Н. Дельгядо
―
Мы говорили о книжных новинках, которые появились к осени: полном собрании рецензий С. Гедройца, полном собрании поэтических сочинений Александра Володина, книге Всеволода Зельченко «Обезьяна. Комментарии», сборнике Олега Юрьева «Ленинградская хрестоматия». Всего доброго, читайте!