Для самых больших Что такое предпринимательское мышление? Кто такой человек 2.0 - Интервью - 2019-07-29
29.07.2019
Для самых больших
Что такое предпринимательское мышление? Кто такой человек 2.0 - Интервью - 2019-07-29
Скачать
А. Петровская
―
Добрый день, у микрофона Александра Петровская. Это программа «Для самых больших». Напротив меня – Александр Ружинский, основатель городского проекта «Петербургский стартап». Александр, здравствуйте.
А. Ружинский
―
Здравствуйте.
А. Петровская
―
Из названия понятно, что вы петербургские стартапы поддерживаете, это тема для отдельной и другой программы. А мы сегодня здесь встретились на полях, скажем так, программы «Для самых больших», которая посвящена вопросам, которая так или иначе касается родителей и вопросов детства. Потому как из «Петербургского стартапа» вырос проект Startup Junior - это история, в которой совместно и при поддержке администрации города уже сейчас, пилотно, вы воспитываете в новых реалиях 40 школьников, пытаетесь сделать из них предпринимателей уже на школьной скамье, или воспитать «Человека 2.0». Верно?
А. Ружинский
―
Ни добавить, ни отнять. Подписываюсь под каждым словом.
А. Петровская
―
Тогда у нас будет короткая программа, если вы только будете подписываться.
А. Ружинский
―
Теперь имеет смысл раскрыть содержание, что такое «Человек 2.0».
А. Петровская
―
Да-да-да. Просто звучит, как трансформер такой, киборг. Вот что вы с детьми-то делаете, а?
А. Ружинский
―
Я мыслю образами результата. Когда мы запускали образовательный проект, я представил себе того человека, который на конце этой образовательной траектории должен у нас возникнуть, и условно назвал его «Человек 2.0».
А. Петровская
―
А подробнее? Все-таки что это за «Человек 2.0», какие качества включаются в это понятие и чем это отличается от человека, не знаю – что там должно быть - 1.0?
А. Ружинский
―
Основной слоган: «Думай и действуй, как предприниматель». Ключевым словом в этой связке является «как». Предпринимательство – это, наверное, самый простой способ нам самим себе объяснить, и объяснить окружающим, что мы в конечном итоге хотим вложить в этого человека, условно, «1.0», чтобы он стал «2.0». В первую очередь, конечно же, это навыки, soft skills, которые сейчас очень на слуху. Человек, обладающий набором skill set, вот этим набором «мягких навыков», будет эффективен не только в предпринимательской деятельности, но и в жизни вообще.
А. Петровская
―
Что ключевое делает человека, просто школьника – школьником-предпринимателем? И зачем это нужно, в глобальном смысле?
А. Ружинский
―
На самом деле статистика по выходу годных стартапов в России она критически ниже, чем за границей. Я даже не беру Силиконовую или Кремниевую долину, я беру ближайших каких-то соседей, Финляндию.
А. Петровская
―
Ну, Финляндия вообще известна.
А. Ружинский
―
Да, и казалось бы – сел в машину, вот пожалуйста тебе Финляндия. Дело же в том бульоне, который создается в обществе для того, чтобы возникали такие стартап-команды. Это несколько иные паттерны, вообще в принципе, поведенческие. Я стратегически думаю о том, что через 5 лет в «петербургском стартапе» или, возможно, другом каком-то проекте, который связан с развитием стартап-индустрии, мне нужны другие люди. Лучшим способ что-то с этим сделать – это заняться сейчас со старшеклассниками, с детьми, которые придут ко мне через 5 лет и принесут классные проекты.А что самое главное, ведь в любом стартапе, на самом деле (расхожее мнение, что главное это идея или, я не знаю, деньги, которые как-то случайно дали на этот стартап) самое главное – это команда, люди. И это не для красного словца говорится. Нормальный венчурный инвестор в первую очередь смотрит в команду. Потом в рынок, потом в потенциал идеи, и так далее.
А. Петровская
―
То есть получается, что сегодняшнему школьнику, который будет жить в реалиях уже нового мира, что самое страшное – того мира, который сегодня мы даже не можем себе нарисовать, потому что скорость изменения окружающего нас…
А. Ружинский
―
Колоссальная.
А. Петровская
―
Да, она такая, что мы даже не можем себе представить, через 18 лет в каком мире им придется жить. Так вот, ему не хватает, в первую очередь – особенно в условиях завесы незнания этого цифрового общества – таких навыков, как тимбилдинг, soft skills. Получается, что на это сегодняшняя система государственного образования не настроена.
А. Ружинский
―
Дети, а потом подростки – они в большей степени обладают предпосылками или навыками, которые помогут позволить им стать предпринимателями, ну или людьми, которые имеют предпринимательский тип мышления. Если вы вспомните себя в детстве – как происходило ваше… Особенно тогда, когда еще не было приставок, большого количества сериалов по телевизору – ты выходил во двор: «Так, ребята, я придумал, давайте играть в прятки! Кто со мной?» И вот мы видим лидера, который предложил какой-то стартап под названием прятки. Мы видим, как он собирает команду, как формирует замысел: «Так, в прятки мы будем играть вот здесь, по таким вот правилам».
А. Петровская
―
Причем там другой уровень коммуникации, которая гораздо проще происходит.
А. Ружинский
―
Конечно, они очень быстро вступают в коммуникацию, очень быстро собираются кросс-функциональные команды, делят роли – ты будешь делать вот это, делать то; какие-то разруливают конфликты коммуникационные, которые возникают. Что с этим происходит дальше. Дальше они попадают в школу. Ну для начала - в детский сад, потом в школу, потом в институт.
А. Петровская
―
Это они просто в прятки играли, а взрослые уже кросс-функциональность надумали и прочее.
А. Ружинский
―
Я думаю, что если бы у нас была возможность, и как раз то, чем мы занимаемся, Startup Junior – мы создаем предпосылки, чтобы они закрепили в себе вот эти вот знания и навыки, которые генетически у них есть, у детей, и использовали их уже во взрослой жизни. Предприниматели, на самом деле, это такие вот «недовыросшие дети». Они создают то, чего нет, если вы обратите внимание.
А. Петровская
―
То есть на самом деле взрослые занудные – это рудимент предпринимательства, а ребенок сам по себе с рождения несет те не обходимые качества, которые в цифровом обществе ему понадобятся. Главное, чтобы не убили эти качества в нем, так?
А. Ружинский
―
Конечно. Мы хотим сделать так, чтобы он эти навыки и качества закрепил настолько, чтобы вертикальная иерархическая система, которая сейчас есть, она их не зажала и дала возможность им проявиться уже во взрослой жизни.
А. Петровская
―
Я вас остановила на том, как вы рисовали историю о том, как происходит эволюция предпринимателя: родившийся успешный хорошо коммуницирующий эмпатичный предприниматель в возрасте трех лет строит свой первый бизнес – прятки. А потом он идет в детский сад и школу. И что вот там происходит? Я вас остановила на самом интересном моменте.
А. Ружинский
―
Далеко ходить не надо - можно посмотреть на свой личный опыт, все мы проходили эти этапы развития. И совсем недавно мы вспоминали о том, что происходит в школах. Когда мы набирали первые потоки, мы их набирали в обычных совершенно школах по договоренности с администрацией, и окунулись в эту жизнь заново. Конечно же это очень структурированная армейская система, в которой очень мало места, в очень редких случаях, для проявления какой-то креативности, творчества, какой-то инициативности. Есть, конечно, определенные проблески, но в массе своей очень депрессивная ситуация в этом плане.Я могу буквально цитатами, вот завуч какой-то одной из школ, не буду называть какой. В силу того, что администрация районная попросила, что нас должны принять, мы должны как-то выступить, заинтересовать учеников прийти к нам учиться – естественно, они это исполнили, нас пустили. Но со словами: «Вот ты тут навыступаете нам, а что мы потом с этими вашими предпринимателями будем делать?» У них задача очень простая: дети должны «отбыть» с 9 до двух. Вот здесь заканчивается граница ответственности наших преподавателей. Не всех, надо сказать; есть люди, с которыми есть о чем поговорить и в системе классического образования, но, видимо, мы находимся прямо очень в начале пути.
А. Петровская
―
Подождите, вот из этой советской - в прямом смысле - школы…
А. Ружинский
―
Я сам оттуда.
А. Петровская
―
Да, вышли вы, вышла я (ну ладно, меня особо креативным предпринимателем и стартапером не назовешь), создатели, не знаю, «Яндекса», «Касперского»…какие у нас еще есть IT-компании?
А. Ружинский
―
Слушайте, я думаю, что вопреки. И здесь как раз речь о чем? О том, что по - я уж не помню, точно кем, ВЦИОМом, не ВЦИОМом – сделанной статистике вот эти классические 2% людей в России-матушке, которые способны (не знаю брать или не брать это слово в кавычки) стать предпринимателями. Ведь мы же с вами понимаем, что это ведь могло бы и не 2% быть, а 4-6, а может быть и 10, а может быть и 50.
А. Петровская
―
Александр, мы вынуждены заканчивать. Последний вопрос: что необходимо сделать для того, чтобы изменить как раз школьную систему?
А. Ружинский
―
На самом деле, самое простое решение, которое может сделать государство, на любом уровне, это пустить коммерческие образовательные продукты в классические школы. Школа должна быть хабом образовательных продуктов.
А. Петровская
―
Спасибо большое. Александр Ружинский, основатель городского проекта «Петербургский стартап», у нас сегодня в гостях. Александр, хорошего дня.