Сериал «Секта» на ТНТ-PREMIER. Секты, сектантство - Филипп Янковский, Анастасия Чистякова - Интервью - 2019-05-23
23.05.2019
Сериал «Секта» на ТНТ-PREMIER. Секты, сектантство - Филипп Янковский, Анастасия Чистякова - Интервью - 2019-05-23
Скачать
М. Наки
―
20 часов и 5 минут. Здравствуйте! У микрофона Майкл Наки. Это радиостанция «Эхо Москвы». Сегодня мы обсуждаем сериал «Секта», премьера которого сегодня выходит на сервисе «ТНТ-Премьер». В целом про секты и сектантство поговорим. Смех, который вы слышали в начале эфира, принадлежит Асе Чистяковой, исполнительнице одной из главных ролей в сериале. Добрый вечер!
А. Чистякова
―
Здравствуйте!
М. Наки
―
Ещё у нас в студии сегодня исполнитель другой главной роли - роли лидера секты, о которой идёт речь в этом сериале, Филипп Янковский. Добрый вечер!
Ф. Янковский
―
Добрый!
М. Наки
―
Ещё у нас идёт трансляция на YouTube-канале «Эха Москвы». Я скажу для наших слушателей: у нас тут есть постер этого сериала и ещё есть удивительная особенность - это сериал 18 + на «ТНТ-Премьер». Для меня это было необычно, когда я это увидел. 18 + и если посмотреть трейлер, он такой мрачноватый, напрягающий, тяготящий, я бы сказал - в хорошем смысле. И это всё было достаточно необычно наблюдать. Вот для вас, расскажите, это тоже была какая-то неожиданность, когда вы в нём снимались? Или это вполне нормально и вообще у нас куча сериалов про секты, мрачных, 18 +? Давайте начнём с Аси.
А. Чистякова
―
Для меня, естественно, это было нечто абсолютно новое, неожиданное. Когда вообще вся эта история начиналась, когда мы снимали пилот, у меня было представление только об одной первой серии. А что будет дальше в сериале, я понятия не имела. Пока мы работали уже над всем сезоном, потихонечку приходило понимание, насколько это всё действительно серьёзно, о каких вещах мы говорим. Но временами самой становилась страшновато от этой реальности, которую мы воссоздаём.
М. Наки
―
Ну, про ощущения, эмоции и погружение мы поговорим попозже. Филипп, для меня самый большой диссонанс, конечно, потому что то, что я увидел в трейлере и в описании сериала, с тем человеком, который здесь сейчас сидит, совершенно никаким образом не соотносится. Потому что в сериале Филипп Янковский играет лидера такой тоталитарной секты, жёсткого человека, мягко говоря, такого тирана, который что только ни вытворяет.
Ф. Янковский
―
Это комплименты. Спасибо.
М. Наки
―
Да, а расскажите, как для вас было такое неожиданное предложение и погружение.
Ф. Янковский
―
Вы знаете, вот вы практически на мой вопрос и ответили. Во-первых, у нас там был очень интересный режиссёр. Поэтому в его руках такая неожиданная роль показалась мне интересной. И вместе с ним мы перевоплотились. Я картину ещё сам не видел, но то, что мы делали, образ, который мы вместе с ним лепили, мне, конечно, показался очень интересным. До этого мне такого не приходилось играть.
М. Наки
―
Как вам кажется, у вас получился этот человек? Вы ещё не видели, и тем даже лучше.
Ф. Янковский
―
Вы знаете, да, какой-то у меня, безусловно, получился. Просто вопрос для себя лично, если вы про меня спрашиваете - это мне надо посмотреть. Конечно, у нас всё-таки интереснейший сценарий, была очень квалифицированная команда. Мы им полностью доверяем. Мы надеемся, что это всё интересно.
М. Наки
―
Сегодня как раз и узнаем. Потому что сегодня премьера на сервисе «ТНТ-Премьер». Вот заговорили про режиссёра. Я отмечу, что это Гела Баблуани. Это нетипичный российский режиссёр, мягко говоря. Это человек, который снимал независимое кино, во многом мрачное кино. Был за это лауреатом различных фестивалей, в том числе «Сандэнс». Это тоже для тех, кто снимает российские сериалы, нераспространённое явление, скажем так, опять же, мягко. И тем интереснее понять, что получилось. Я правильно понимаю, что это человек, который с вами общался - как это сказать? - не без барьеров?
Ф. Янковский
―
Вы знаете, у нас вообще атмосфера на площадке была очень дружелюбная. У нас все люди были с юмором, все очень талантливые. Поэтому сам материал, который действительно... Я не буду нашим слушателям раскрывать, но вы уже всё рассказали. Это наша работа - мы перевоплощаемся. Мы сегодня играем одно, завтра другое. Сегодня режиссёр делает одно, завтра другое. Никто из нас, поверьте, не зацикливается по этому поводу так серьёзно. Нам сейчас часто задают эти вопросы: а вот «Секта», а вот то, сё? Конечно, вот мы сейчас об этом говорим, а уже после «Секты» я снялся в 3 других фильмах. Ася тоже успешно работает. Поэтому у нас, конечно, какие-то воспоминания уже стерлись. Мы уже совершенно другие по наполнению. Но я принял ваши слова за комплимент, потому что, значит, мне действительно удалось перевоплотиться. Сейчас вы видите меня...
М. Наки
―
По крайней мере, в трейлере. Посмотрим в сериале. Ася, скажите, а вам с режиссёром было тяжело, не тяжело?
А. Чистякова
―
Мне было невероятно комфортно работать с Гелой. Мы до сих пор поддерживаем дружеские отношения. Более того, после окончания съемок «Секты» у Гелы была премьера его фильма «Money» в Тбилиси и, соответственно, он пригласил меня с моей подругой. Я достаточно неплохо общаюсь. Вообще он пригласил нас всех, но так получилось, что в тот момент только у меня получилось поехать.
Ф. Янковский
―
Он же грузин, очень радушный человек.
А. Чистякова
―
И было так приятно, когда он встречал меня в аэропорту Тбилиси, и одна из первых фраз была: «Ну всё, считай, что я тебя удочерил». Вот примерно так мы и общаемся - отец-дочь, без шуток. Где-то через час я должна выйти на видеосвязь с Францией. Гела сейчас во Франции. Единственный такой небольшой барьерчик - он с очень большим акцентом говорит по-русски. Он действительно прекрасно понимает русский язык, но «налево, на другое лево» - это просто достаточно тяжеловато временами на слух, то, что он говорит, взять и переформатировать на чисто русский язык и понять, что конкретно от тебя хотят. Но во всём остальном, наверное, более чуткого и понимающего режиссера я не видела. У меня, наверное, ещё не такой гигантский опыт, но я, наверное, не видела, чтобы кто-то относился с такой любовью к актёрам.
М. Наки
―
Я не то чтобы вам не доверяю, но у меня почему-то есть ощущение - может быть, оно обманчивое - что у людей, которые лауреаты «Сандэнса», есть, что называется, какие-то заскоки, какие-то собственные фишечки. Вот что-то такое во время съемок было?
Ф. Янковский
―
Такое было, но нам это в радость. Нам, артистам, это в радость. Вот у нас 7 серий. 8-серийный фильм - сценарий 7 серий был написан. То есть, был документ. А 8-я серия утаивалась до последнего момента.
А. Чистякова
―
Мы не знали, что снимают.
Ф. Янковский
―
Да, естественно, мы знали объект, мы знали, кто из актёров занят. И мы постоянно говорили: «А что в финале?». Он правил, говорил нам, что снимет один вариант, потом другой. Кстати, он очень хорошо монтирует свои фильмы. Если кто-то потом будет гуглить его творчество, он замечательный режиссёр, владеет искусством монтажа. Поэтому он снимал несколько вариантов. И мы тоже все с нетерпением ждём. Это интересно, потому что он нас окунул в такое... Понимаете, всё равно кино - это же художественное произведение, немножко такая сказка об этом обо всём, жанровая. Поэтому мы, несмотря на всю тяжесть сюжета, с лёгкостью встретились и рады. Это редко бывает. Часто люди после кино не хотят друг друга видеть.
М. Наки
―
Я только отдельно подчеркну, что ваши дружеские отношения и приятность видеть друг друга очень диссонирует с вашими ролями в сериале. Потому что там, насколько я понимаю, Филипп - мучитель Acи. Собственно, человек, который возглавляет секту, в которую Ася попадает ещё перед началом фильма. Давайте тогда перейдём к конкретному разбору того, что это такое, что это было. Потому что никто, кроме вас двоих, в этой студии и среди наших слушателей и зрителей пока об этом не знает.
Ф. Янковский
―
И мы не знаем! Мы постараемся вместе с вами.
М. Наки
―
У вас есть чуть больше информации. По крайней мере, какие-то части, разветвлённые в конце, где для вас ещё возможно сюрпризы. Вкратце расскажу, что в этом сериале происходит. Собственно, героиня Аси Чистяковой попадает в секту. Но это как-то за скобками, до начала, насколько я понимаю. В секту, соответственно, Филиппа Янковского - это его секта.
Ф. Янковский
―
Константин Берг - мой персонаж. Поверьте мне, сам я добрый парень, а вот предложили играть роль мерзавца, поэтому я там перевоплотился.
М. Наки
―
Хорошо, герой Филиппа Янковского - лидер секты. Тоталитарной, с убийствами, со всеми этими вещами.
Ф. Янковский
―
С жертвоприношениями. Я адвокат своей роли, поэтому у меня на всё есть какие-то мотивировки поведения.
М. Наки
―
Да, просто жертвоприношение без убийства вряд ли возможно. И, соответственно, Асю - героиню Аси Чистяковой - пытаются оттуда достать, из этой секты. Достают, всячески с ней работают для того, чтобы её депрограммировать. И за ней ещё следит героиня Светланы Ходченковой. Вот она присутствует с нами на экране здесь в студии. Ася, скажите, пожалуйста, вот это погружение в человека, который подвергся вовлечению в секту. Я не актёр - Бог миловал - но я предполагаю, что это достаточно непростая вещь. И вам пришлось как-то к этому готовиться. Я правильно понимаю?
А. Чистякова
―
Да, конечно. Во-первых, это абсолютно не то, что я привыкла делать. У меня не было опыта играть каких-то схожих персонажей. Все мои предыдущие персонажи, будь то театральные, студенческие годы или из предыдущего киноопыта, даже близко не похожи на Нику. Для того, чтобы как-то к этому всему подойти и сделать это максимально честно... К счастью, в моём близком окружении людей, кого я могла бы понаблюдать, нет. Нет людей, которые были бы вовлечены в секты или кто это пережил. Слава Богу, Бог миловал, надеюсь, так и останется.Я смотрела документальные фильмы. Я хотела понять, что же такое остаётся в глазах людей, которые это пережили. Что-то в любом случае навсегда остаётся с человеком, какой-то маленький слом должен быть. Так как в любом случае секта - это зависимость. Это же один из таких референсов: это были наркозависимые люди. Опять-таки, в секте, про которую мы говорим, в которой находится мой персонаж, помимо всего прочего, один из способов контроля за паствой - это психотропные вещества. И поэтому когда Нику выдёргивают из секты, помимо психологических проблем с ней ещё действительно происходит определенная ломка.
М. Наки
―
Сейчас мы прервёмся буквально на 2 минуты и вернёмся к нашему разговору о сериале «Секта», который сегодня выходит на «ТНТ-Премьер».РЕКЛАМА.
М. Наки
―
20 часов 19 минут, мы продолжаем. Это был Филипп Янковский, он как раз спрашивал, слышно ли нас в паузах. Нас слышно на YouTube-канале «Эха Москвы». Подключайтесь туда и будете слышать целиком, о чём мы здесь, в студии, общаемся. Ася Чистякова, мы с вами остановились перед перерывом на том, что вы начали смотреть, изучать.
А. Чистякова
―
Да, готовясь к роли, я смотрела документальные фильмы. И ещё один из референсов: это были люди, которые проходят лечение, реабилитацию от наркозависимости. Потому что помимо психологических сломов, действительно есть ещё такие физические проявления, как, например, та же тряска рук, оборванность мыслей. Всё это надо как-то передать. Это просто невозможно ыыдумать. И чтобы не играть собственные представления, приходилось во всё это погружаться. И это очень страшно. Особенно некоторые документальные фильмы. Мне действительно какое-то время снились кошмары и прочее.
Ф. Янковский
―
Наш фильм - предупреждение всем о том, что надо очень аккуратно. Что у зла бывает доброе лицо. Нужно следить всем - родителям, в первую очередь, и самим, конечно, зрителям, которые молодые. Наша картина всё-таки, мне кажется, адресована... Во-первых, она 18 +, что тоже очень заинтересовывает зрителей. Она для молодых, но и для родителей. Поэтому это всё предостережение. Кино - это всё баловство, а вообще, конечно, такая ситуация существует в нашем фильме. Это собирательный образ.
М. Наки
―
Но она сейчас актуальна в России? То есть это сборное из российских реалий или в целом?
Ф. Янковский
―
Мне кажется, всё, что я знаю от Гелы, нашего режиссёра, что они там со сценаристами делали - мне кажется, это какое-то сборное. Плюс не забывайте: наш режиссёр из Франции. Хоть он и грузин, он давно живёт во Франции. Он снимал в Америке. То есть он впитал в себя, это и в кино, и в языке. Даже по трейлеру я вижу, что это хороший монтаж, чередование общего, крупного и среднего плана. Вообще это всё круто сделано.
М. Наки
―
Ася, те вещи, которые вы смотрели, изучали - это история о прошлом или история о настоящем? Или и то, и то?
А. Чистякова
―
Это больше история о прошлом. Но вот последний документальный фильм, который я видела, как раз был про секты в российских реалиях. Этот фильм снят, по-моему, в 2005 году. На самом деле это не сильно прошлое. И вот сейчас, я знаю, тоже прекрасно себе существуют секты. Буквально пару дней назад выяснилось: ко мне ходит заниматься мальчик. Он готовится к поступлению в театральный институт. Он мне рассказывает, что у него сейчас бабушка в секте. Они не знают, как ей помочь. Его подруга, сверстница - ей где-то лет 18-19 - тоже попала в секту. Он говорит, что за полгода он не может узнать человека. И они не понимают, что с ней делать.Недавно мне коллега тоже рассказал, что как-то пытался помочь, как они это называли, какой-то благотворительной организации, позаниматься с детьми актёрским мастерством, но понял, что на самом деле ходит в секту. То есть это дети, которые в этой секте выросли. Здесь, в Москве. Это происходило 2 года назад. Я думаю, что это всё абсолютно актуально. Просто об этом не говорят, и нам кажется, что этого нет. А на самом деле сектам абсолютно не хочется привлекать к себе внимание. Им это совсем не нужно.
М. Наки
―
Им не хочется, чтобы их называли сектами.
А. Чистякова
―
Да, они сейчас называются как угодно, чем угодно.
Ф. Янковский
―
«Страшен злодей, что с виду незлобив», - сказал Шекспир. Вот и мой персонаж, в том числе.
М. Наки
―
Опишите его! Потому что знаете, какая большая проблема существует как раз вот с этим медийным образом - что 1) все, кто попадает - глупые люди, в этом есть твёрдое убеждение у всех 2) лидер секты - это всегда негодяй, по нему видно, что негодяй: шрам на лбу, чёрный плащ, ходит с клинком, запекшаяся кровь осталась. И поэтому многие люди считают, что никаким образом, никогда в жизни их, умных, это не коснётся. Опишите вашего персонажа, вашего злодея. Как он выглядит и насколько этот образ может быть в реальности?
Ф. Янковский
―
Я вас понял. Это замысел режиссёра. Нам, артистам, посчастливилось воплощать этот образ. Он хотел как раз - даже на пробах мы это делали - из этой цитаты Шекспира, которую я вам привёл. Поэтому до кульминационных моментов, сцен в 7-8 серии - не будем об этом рассказывать. В начале фильма мой герой, казалось бы, какой-то обычный бизнесмен. Хотя бы человек в здравом уме. Но по ходу сюжета мы понимаем, что конечно, он одержим идеей, глубоко верит, что он - Солнце. То есть, он Бог. И он может переродить душу с помощью ритуального убийства, которое готовит - сначала Асиного персонажа, потом ещё одной девочки.
М. Наки
―
Подробнее на «ТНТ-Премьер» сегодня, 23-го числа. Ася, скажите, а ваш персонаж - внушаемый, глупый, недалёкий? Или всё сложнее?
А. Чистякова
―
Всё гораздо сложнее. Во-первых, с чего, по-моему, и начинается наш сериал - с объяснения того, что в секту действительно может попасть любой. Для этого не надо быть глупым. Для этого просто, как говорит персонаж Евгения Коряковского, достаточно просто иметь возможность чувствовать боль. В первую очередь секты настигают одиноких людей, потому что в сектах тебе предлагают семью, предлагают поддержку. А когда ты постоянно чувствуешь себя в полнейшем одиночестве и тебе это не приносит никакого удовольствия, конечно, ты на это поведёшься. Действительно, первая группа риска - это одинокие люди, которые этим одиночеством тяготятся. Вторая группа риска - это вечные искатели смысла. Все, кто постоянно углубляется в изучение каких-то новых течений: расширение сознания...
М. Наки
―
Смысл жизни.
А. Чистякова
―
Да, смысл жизни. Вот этот непрестанный поиск смысла жизни - их тоже очень легко на это повести. Опять-таки, когда, допустим, случается какая-то большая череда жизненных неудач. Вот у моего персонажа - по факту мы выясняем, что до её вступления в секту у неё когда-то всё было очень хорошо, а потом резко всё полетело вниз, под горку. Человек просто не понимал, что с собой делать. И тут вдруг к нему приходят эти люди из секты и объясняют: «Мы тебе даём смысл жизни. Вот смотри: если ты будешь делать так, так и так, у тебя всё будет хорошо, ты больше не будешь чувствовать боль». И да, это то, чего она искала. И поэтому она так на это покупается. На самом деле, мне кажется, эти вещи - длинная череда неудач, одиночество, смерть близких людей - это действительно может случиться с каждым. И это никак не зависит от IQ человека.
М. Наки
―
Филипп, скажите, пожалуйста, та секта, которая есть у вашего персонажа, то, что было создано художественными образами - как вам кажется, это какая-то гипертрофированная история? То есть это, скорее, преувеличение? Или это вполне может существовать и существует?
Ф. Янковский
―
Я надеюсь, что нет. Мне хотелось бы верить, что это всё-таки наша художественная фантазия. Естественно, основанная на каких-то разных случаях. Мне бы хотелось, но ситуация может выглядеть и по-другому. Возможно, такая секта есть. Вы знаете, вообще всё витает, как говорят, в космосе. Мы говорим о ней - и вчера не было, а сегодня она уже есть.
М. Наки
―
Вспоминается недавняя история с «богом Кузей». Он действительно говорил, что он Бог.
Ф. Янковский
―
Да, вы знаете, чтобы чем-то руководить (а секта - это большое количество людей и, в том числе, это бизнес), конечно же, нужно в это верить. Нельзя сделать успешную карьеру, не веря в предлагаемые обстоятельства. Поэтому члены моей секты и я - мы в этом уверены. Мы веруем, это истина для нас. Вот в чём парадокс.
М. Наки
―
У вас самого ваш персонаж вызывал периодически страх?
Ф. Янковский
―
Несколько раз вызывал. На пробах, знаете. Были такие сцены в 7-8 серии - такие эмоциональные. Я говорю: «Гела, давай попробуем так». В репетиционном процессе вызывал, но мы это сразу убирали. Вообще у нашего персонажа, если можно так сказать, всё-таки внутри что-то кипит, вскипает, но он сдержанный. Во всяком случае, пытается быть сдержанным до финальных сцен.
М. Наки
―
Не знаю, сдержанность меня всегда больше всего пугает. Представляется наиболее опасным.
Ф. Янковский
―
Да, значит, видите! Мне кажется, наше скромное творчество вам понравится.
М. Наки
―
Надо обязательно с ним ознакомиться. Я напомню, что мы сегодня обсуждаем сериал «Секта» на «ТНТ-Премьер». Сегодня будет премьера. Да и в целом говорим про секты и сектантство. Мы сейчас сделаем перерыв на новости на «Эхе Москвы», а затем вернёмся к нашему эфиру в нашу студию с нашими гостями - актёрами Филиппом Янковским и Асей Чистяковой.НОВОСТИ.
РЕКЛАМА.
М. Наки
―
20 часов 33 минуты. Мы продолжаем. У микрофона Майкл Наки. Обсуждаем сериал «Секта». Премьера сегодня будет на «ТНТ-Премьер». В перерыве немножко поговорили о Николасе Кейдже и перевоплощениях, которые как раз есть в сериале «Секта». Тут я хотел бы продолжить историю, которую мы начали перед перерывом - про ощущения и какие-то эмоции. Ася, скажите, ваш персонаж или любой другой персонаж на съемочной площадке вас пугал каким-то образом, задевал?
Ф. Янковский
―
Мой персонаж меня не пугал. В ней на самом деле нет ничего страшного. Хотя снимали одну сцену, после которой мне приснился ужасный кошмар. И на следующий день утром, когда меня забирали на съёмку (меня забирает водитель) - сначала в церковь.
М. Наки
―
Что за сцена?
А. Чистякова
―
Моей героине снится кошмар. На самом деле у бывших культистов очень часто есть такой посттравматический симптом: кошмар, навязчивый бред. Соответственно, моему персонажу снится сон, как она подходит к зеркалу, умывается или, по-моему, начинает чистить зубы, и вместо того, чтобы просто выплюнуть зубную пасту, изо рта начинает течь кровь и выпадают зубы. Я четвертый месяц ходила вот с такими синяками. У меня был такой очень интересный грим: огромные синяки, впалые щёки. В общем, выглядела обворожительно.И после этой сцены мне приснился сон, что мы где-то какой-то большой компанией прячемся от какого-то чудовища, которое по очереди пожирает моих друзей. Потом в середине сна я понимаю, что это чудовище - это я, и я начинаю убивать людей. Я проснулась... Я не самый верующий человек, но «Отче наш» был найден тут же. И до утра я сидела читала «Отче наш». Позвонила маме, она говорит: «Дуй в церковь быстренько». Наверное, это самый пугающий момент. А из персонажей... Наверное, меня пугал персонаж Олега, который играет второго лидера секты.
Ф. Янковский
―
Да, у нас был такой.
М. Наки
―
Да у вас там демократия.
Ф. Янковский
―
Секта на секте и сектой погоняет.
А. Чистякова
―
Он такой, очень... От него такая энергия шла. Мне действительно временами было очень страшно к нему подходить. Хотя на самом деле очень милый человек, прекрасный артист. Он так вживался в этот образ, что мне всё время хотелось немножко отойти подальше, чтобы, не дай Бог, никак не разозлить этого человека. Насколько я знаю, на самом деле в жизни он очень милый, приятный человек.
М. Наки
―
Нас в чате YouTube спрашивают, присутствовал ли на съемках психотерапевт?
А. Чистякова
―
Нет, а зачем?
М. Наки
―
Ну, чтобы после таких снов...
Ф. Янковский
―
Вы знаете, у нас психотерапевт - это сам режиссёр. То есть режиссёр - это немножко как тренер в командах. Он немножко, если хотите, и психотерапевт. Так сказать, в хорошем смысле. Но вся группа была уравновешенная, поэтому таких эксцессов не было. Но в принципе, режиссёр за это отвечает - он наставник, он батька. Несмотря на возраст, это всегда так.
А. Чистякова
―
У нас действительно была очень хорошая группа, и поэтому какие-то вещи мы действительно просто делили между собой. Мне повезло - у меня действительно много хороших, прекрасных партнеров. Большей частью они все сильно старше меня. И как бы немножко такую отеческую защиту от всякого собственного бреда я прекрасно получала от своих партнеров. То есть, слава Богу, обошлось без психотерапевта.
Ф. Янковский
―
И потом, знаете, помогало, что с нами ещё играла маленькая девочка Марта. Замечательная молодая актриса. Она была ребёнком - ну, она и сейчас ребёнок, маленькая. Поэтому мы все себя сдерживали, вели себя интеллигентно на съёмочной площадке.
М. Наки
―
Может быть, для этого специально и взяли?
А. Чистякова
―
Возможно.
Ф. Янковский
―
Наверняка.
М. Наки
―
Посмотрим по сюжету. Слушайте, консультанты какие-то были? Консультанты по сектам, люди, бывшие в сектах, или люди, которые помогали людям, которые выбрались из сект?
Ф. Янковский
―
Это сейчас уже всё есть в интернете. Разнообразные видеоматериалы.
А. Чистякова
―
Мне кажется, что в первую очередь это самостоятельная работа артиста над ролью.
Ф. Янковский
―
Да, мы с режиссёром обсуждали, какие у нас были, как это принято говорить, примеры, референции.
М. Наки
―
Насколько я понимаю, режиссёра не сериального - мы ещё раз это подчеркнем (но уже отчасти сериального, судя по тому, что он снял сериал) - очень впечатлил сценарий, и он взялся за работу. Как он вам объяснял свою основную задумку? Была ли что-то такое: вот, мы снимаем этот сериал, я там хочу показать, как ужасны секты, как легко попасть в секты?
А. Чистякова
―
Это не Гела.
М. Наки
―
Он ничего не говорил?
Ф. Янковский
―
Вот вы по-русски хорошо говорите, а он то же самое скажет, но с юмором. Мы все его любили. Он такой, как бы сказать... Естественно, как режиссер он в это вник. Сюжет не из весёлых, но внутри он очень добрый человек. Вот я на вас смотрю, вижу, что вы тоже добрый, и поэтому у нас хорошая беседа. Так же и мы там работали. То есть мы друг другу доверяли, и он нам доверял.
М. Наки
―
А вам, Ася, как кажется?
А. Чистякова
―
Во-первых, я увидела человека, чётко знающего, что он делает. И мне лишних вопросов ему задавать не хотелось. То есть это тот случай, когда ты полностью доверяешь, каким бы тебе самому ни казалось бредовым то, что тебе предложили.
Ф. Янковский
―
Всё, что вы там увидите, все эти кадры...
А. Чистякова
―
Мы как-то уже в самом начале, ещё в первые съемочные дни, были немножко удивлены отсутствием вот этих долгих разговоров с артистом перед каждой сценой. Гела объяснил это тем, что я вас взял - значит, вы знаете, что делать. Мне объяснили, что это более европейский подход. Там они, видимо, не очень любят часовые разговоры с артистом о «зерне роли». По Геле просто действительно было видно, что эта идея его цепляет, трогает, волнует, и он действительно хочет о ней поговорить. Не то что он хочет снять сериал - он хочет именно рассказать об этом. Это чувствовалось, и мне кажется, мы все этим заражались и заряжались, и не нужно было лишних разговоров о том, что мы хотим показать зрителю. Всё было понятно.
Ф. Янковский
―
Да, у нас же там по-другому. Мы же не в хронологической последовательности работаем. Кому-то кажется, что это так.
М. Наки
―
Нет, но 7/8 сценария у вас было.
А. Чистякова
―
Не сразу. Подождите, у нас сначала была 1-я серия, потом 2-я, исправленные 1-4, потом через время 5-я, потом ещё через время 6-я, потом 7-я, а 8-я приходила в процессе съёмки.
Ф. Янковский
―
Я вообще не употребляю слово «сериал». Раньше «сериал» - это со знаком в сторону минуса. Я бы сказал, что квалификация тех людей, которые создавали этот фильм, всё-таки позволяет назвать его телевизионным художественным фильмам. Так мне кажется. Потому что у нас был и замечательный французский оператор. Посмотрите «13» - французский фильм.
М. Наки
―
Это то, за что он получил награду.
Ф. Янковский
―
Он снял его в Голливуде. Я этот фильм не видел, но там с какими-то звёздами...
А. Чистякова
―
Там, по-моему, Стэтхэм и Микки Рурк у него.
Ф. Янковский
―
Это талантливые люди. Вы знаете, прошло 1,5 года от съёмок, самое тяжёлое забылось - и погода была суровая, и так далее. Осталось только хорошее, Несмотря на то, что фильм называется «Секта».
М. Наки
―
Российские сериалы долгое время интерпретировали как-то со знаком «минус», потому что для этого были определенные основания. Достаточно долгое время это был такой продукт, который часто вызывал больше вопросов, чем восторга. И в последнее время, кстати, ситуация меняется. Последнее время, последние 2-3 года, появляется очень много проектов, причём на разных каналах. Как-то уже не стыдно говорить «сериал».
Ф. Янковский
―
Да, и мы рады, что какую-то свою лепту в это вносим.
М. Наки
―
Это мы сегодня узнаем. Мы вместе с нашими зрителями и слушателями. Да и вы - вы же не видели результата. Сериал «Секта» сегодня на «ТНТ-Премьер». Скажите, пожалуйста, вот режиссйр вам какую-то задачу-максимум или миссию не ставил. Но у вас, когда вы снимались, было какое-то понимание, что это важная тема, что я не просто снимаюсь, не просто хорошо играю, а ещё и делаю какую-то вещь, которая потом покажет, научит, предупредит каких-то людей? У вас было это ощущение во время съёмок?
Ф. Янковский
―
Вы знаете, в преломлении моей роли... Понимаете, в этом фильме есть сцены, где я приношу в жертву для перерождения души достаточно большое количество людей. Поэтому даже как будто через сознательную психотехнику мне нужно было верить только в эти предлагаемые обстоятельства. Потому что сама его мотивировка покажется настолько чудовищной, что артисту вникать в это на полном серьёзе невозможно. Всё-таки надо иметь немножко долю представления.Мы все создавали такой образ. Это я про себя. Я о нём с любовью, потому что я играл такого человека, но я всё равно его для себя оправдываю. Но для зрителя, безусловно, это предупреждение и какой-то маячок: внимание, смотрите, следите за своими близкими и сами держите руку на пульсе. Вот мы с вами сейчас слушали в перерыве радионовости - секта или колдунья... То есть это действительно реально. Не знаю, ответил ли я ваш вопрос, потому что хочется много рассказать, а времени мало.
М. Наки
―
Ася, а у вас как?
А. Чистякова
―
Вы знаете, у меня вот этого глобального ощущения не было по той простой причине, что я настолько была занята тем, чтобы просто правильно сделать то, что я должна сделать сейчас, что у меня не оставалось времени думать об этом. То есть я об этом подумала уже потом, когда мы закончили, когда пришло осмысление всего этого. Но этот период на самом деле был настолько интенсивным... Это было и физически тяжело. Мы очень много снимались действительно в тяжёлых погодных условиях. Очень много натурных сцен. Эмоционально держать весь этот мрак, весь этот груз, так, чтобы потом ещё выйти и немножко побыть нормальным человеком - это достаточно тяжело. Сколько - примерно 4-5 месяцев у нас на это ушло.
Ф. Янковский
―
Юмор, тепло режиссёра...
А. Чистякова
―
Нас спасало. Ещё времени сидеть и думать о смысле собственный актёрской миссии, о том, как...
Ф. Янковский
―
Это всё должен склеить режиссёр. Мы, как артисты...
А. Чистякова
―
Да, в тот момент, когда ты работаешь, это действительно не так должно тебя волновать. Ты должен просто заботиться о том, как максимально чётко сделать своё дело. И только тогда ты действительно чего-то добьёшься от своего зрителя. А если ты, вместо того, чтобы думать о своей роли, думаешь, собственно, о глобальном смысле всего проекта, то, скорее всего, не факт, что получится что-то хорошее.
Ф. Янковский
―
Мы же играем разные роли - сегодня одно, а завтра другое. Часто играешь одно и то же. Входишь и выходишь из этого состояния быстро.
М. Наки
―
Нам тут задают вопросы, в том числе по смс и на YouTube-канале «Эха Москвы». Смс для ваших вопросов + 7-985-970-45-45, Twitter-аккаунт vyzvon. Дмитрий Мезенцев спрашивает: «Господа, есть ли у вас что-то от ваших героев?». Филипп, начнём с вас.
Ф. Янковский
―
Что-то от героев? Вы знаете, так, навскидку, нет. Своего героя я какими-то своими качествами наделил, потому что у меня и пластика другая, и другой тембр. Вообще я там по-другому... Сейчас я сижу, если кто видит, вальяжно, а там персонаж имеет определённую пластику.
М. Наки
―
Жутковато становится, не делайте.
Ф. Янковский
―
Да, он жутковатый. Но я вообще человек весёлый - я Весы по гороскопу - и немножко такую добринку, которая вас пугает, кстати (мне нравится, что это сработало), я добавил и своему персонажу. И режиссёр так хотел. Не хотел, чтобы был какой-то страшный, из секты - это не страшно. А вот действительно страшно...
М. Наки
―
Такой человек людей не привлечёт.
Ф. Янковский
―
А привлечёт - у меня там белая рубашка, костюм. Он такой очень импозантный человек, но что делать? - вот так заморочилась у него голова, и он в это всё уверовал. Вы знаете, интересно сыграть такого безумца. У меня последнее время разные интересные роли - это, конечно, интересно.
М. Наки
―
Ася, а в вас есть что-то от вашего героя?
А. Чистякова
―
Я сейчас посидела, немножко подумала. Сначала мне хотелось сказать, что нет. Сейчас, вспоминая всю свою роль... В какой-то момент с моим персонажем происходят опредёленные изменения. Она излечивается от этой культовой зависимости. К ней возвращается её настоящая личность. И то, что у нас есть схожего - это определённая решимость, наверное, в чём-то даже немножко истеричная и эмоциональная. Ника примерно моя ровесница. Нет, даже чуть постарше. Сейчас ей примерно 22 года. И вот эта решимость, полная такого юношеского энтузиазма, но здесь ещё омрачённая определёнными событиями - вот, наверное, это в нас схоже.
М. Наки
―
Скажите, а у вашего персонажа есть родные, близкие?
А. Чистякова
―
Да, естественно. Мои родные, собственно, и заказывают для меня депрограммера. С этого и начинается.
М. Наки
―
Депрограммеры - это люди, которые вытаскивают из секты и предпринимают различные манипуляции, чтобы снять вот эту психологическую зависимость.
А. Чистякова
―
Собственно говоря, завязка сериала начинается с того, что мои мама и папа заказывают для меня депрограммера, который, соответственно, меня похищает и дальше вот весь сыр-бор. Персонаж Филиппа в панике, мне плохо.
Ф. Янковский
―
Я готовлю её в жертву, она мне очень нужна.
М. Наки
―
Да, и у вас много влиятельных друзей по сериалу, которые потом всячески помогают вам вернуть Нику обратно.
Ф. Янковский
―
Так устроен мир, да.
М. Наки
―
Так скажите, Ника...
А. Чистякова
―
Ася.
М. Наки
―
Ася, видите, вы уже погружаете...
А. Чистякова
―
Да, сейчас немного руки начнут...
М. Наки
―
Поскольку Филипп жутко погружается, сразу виден контраст и легко отделить. Ася, у вашего персонажа есть родители. Судя по всему, они о ней заботятся, раз они её пытаются вытащить из секты.
А. Чистякова
―
Там сложная история взаимоотношений с родителями. Об этом мой персонаж тоже будет рассказывать в какой-то момент. Не хочу немножко, так сказать, спойлерить. Если бы действительно там была та забота родителей, которая могла бы её спасти, если бы она действительно была настоящей, Ника бы не оказалась в секте. Там, безусловно, есть ошибка родителей, которые со временем её осознали. Потому что до того момента, когда родители Ники заказали депрограммера, Ника в секте уже 2 или 3 года. То есть они не кинулись это делать сразу. Но всё равно есть какое-то... Иначе не может быть.
Ф. Янковский
―
Можно я тебя дополню? Хороший режиссёр от не очень хорошего отличается тем, что хороший режиссёр может снять что-то, что написано между строк. Мы говорим просто о фактах. Геле, на мой взгляд - то, что я видел в процессе съёмок - удалось снять про людей. То есть не про секту, а про людей, которые там со своими проблемами, со своими переживаниями, со своими страстями попали туда. Поэтому это всё немножко глубже, нежели просто, знаете, бывает фильм про секту. Нам так хотелось бы, всё-таки. Мы играли людей в первую очередь. Я играл заблуждающегося человека.
М. Наки
―
Человека, который заставлял заблуждаться других.
Ф. Янковский
―
А что делать? Кто, если не я? Лучше это сделаю я.
М. Наки
―
И на экране, чем кто-нибудь другой в жизни. Филипп Янковский. Скажите, пожалуйста, вы же как-то вживались в этот образ и наверняка пытались понять его мотивацию. Не то чтобы принять её, но понять, чтобы убедительно сыграть. Вот этот ваш персонаж - как он выбирает жертву? Кто может стать его жертвой?
Ф. Янковский
―
Существуют разнообразные обряды. Для одного нужна просто красивая, для другого нужна девственница. У них там на всё есть свои мотивировки.
М. Наки
―
Я в том плане, кто может попасть под его влияние? То есть кого он выбирает?
Ф. Янковский
―
В нашем фильме сценаристы придумали определённый ход - я тоже не буду его рассказывать. Вот Ася всё правильно сказала. Существует определенная публика - как это называется? - из зоны риска, которая может попасть легче всего. На самом деле это девушки, конечно. В основном, девушки, потому что их легче обмануть.
М. Наки
―
Надеюсь, нет. Но ладно.
Ф. Янковский
―
В хорошем смысле слова.
М. Наки
―
У нас уже время подходит к концу, поэтому если кто-то ещё хочет задать какие-то вопросы, обязательно их присылайте. А я хочу про ваш опыт уже после сериала. Я так понимаю, он был отснят какое-то время назад. Наверняка после него вы о чём-то задумывались. Думали: «Вот я играл человека, который совершает обряд жертвоприношения, а к нему ещё пришла куча людей, которые принесли ему кучу денег и свою жизнь ему положили. Действительно ли так может быть, действительно ли такое было? Как это вообще возможно, почему в мире такое происходит?». Какая-то пострефлексия была?
Ф. Янковский
―
Постараюсь ответить на ваш вопрос, потом ты меня дополнишь. Конечно же, повторюсь, наш фильм - это предостережение. Мы создали какое-то художественное произведение, а вообще оно должно помимо интересного сюжета (всё-таки этот триллер) ещё, конечно, предостерегать. Поэтому мы тут немножко как миссионеры. Сами мы, вы понимаете, в это не верим. То, что мой персонаж делает - это полная чушь, ахинея и не имеет никакого отношения к правде. Он заблуждается и заставляет заблуждаться других. Но это существует в мире. И такие заблудшие души, которых сыграла Ася, тоже существуют. Поэтому мы их олицетворяли, мы их просто показали - собирательными, опять же, образами - и представили на ваш суд. Конечно, мы всем желаем добра. И упаси Господь всем попасть в секту или вообще под влияние каких-то таких мошенников.
М. Наки
―
Ася, а вы о чём думали после сериала?
А. Чистякова
―
Я долго восстанавливалась, честно. Для меня эмоционально это... Первое время я вообще ни о чём не думала, кроме того, что хочу домой, не хочу больше ходить с синяками под глазами. Если абсолютно честно, не пытаться быть умнее и лучше, чем я есть на самом деле. Потом действительно начинаешь следить за тем, во что ты верил. Даже не отдаёшь в этом отчет, но какие-то вещи вдруг у тебя появляются в голове. Чуть больше контроля. Потом наблюдаешь за людьми вокруг тебя и действительно задумываешься о том, почему...
Ф. Янковский
―
Не попал ли ты уже в секту.
А. Чистякова
―
Да, не попал ли ты под чьё-то влияние. Необязательно даже в секту, а просто не находишься ли ты под влиянием. Уверен ли ты в том, что ты делаешь то, что ты действительно сам хочешь делать, или кто-то тебе так или иначе навязывает какой-то определённый образ жизни, определённое поведение, твои привычки, круг общения. Может быть, ты задумываешься и понимаешь: я общаюсь не с теми людьми, с которыми хотел бы на самом деле - это просто продиктовано кем-то, мнением кого-то, кого я считаю гуру, богом, кем угодно. Не знаю, сейчас, немножко готовясь к эфиру, чтобы не прийти совсем с пустой головой, ещё раз пересматривая все материалы, которые я смотрела 2 года назад, на меня это наводит даже больший ужас Я действительно задумываюсь о том, а что же можно сделать для того, чтобы придать этой реально существующей проблеме более серьёзную огласку, чем, конечно, прекрасный, но всего лишь один сериал на телевидении.
Ф. Янковский
―
Мы, как актёры, выбирая проекты, свою малую толику в этой борьбе...
А. Чистякова
―
Я просто задумываюсь о том, что ещё можно сделать. Я, например, нашла единственный нормальный сайт - секты.рф, на котором есть какая-то информация и перечень - и то неполный - сект, существующих в России.
М. Наки
―
Непросто было найти этот сайт?
А. Чистякова
―
На самом деле росто пишешь «секты в России». И всё, один из первых сайтов - секты.рф. Но этого же мало! Этой проблеме должны уделять гораздо больше внимания, мне так кажется.
М. Наки
―
Будем надеяться, что ей действительно будет уделяться больше внимания. Проблема актуальная, постоянно в новостях. Просто вот и по этим новостям...
Ф. Янковский
―
Мне даже показалось, вы это специально сделали для нас, нет?
М. Наки
―
Нет. Всё без подготовки. Сериал «Секта» на «ТНТ-Премьер» выходит сегодня. Я думаю, и Ася, и Филипп его тоже будут смотреть вместе с нами, с нашими слушателями и зрителями YouTube-трансляции. Спасибо вам большое! У нас были актёры этого сериала Филипп Янковский и Ася Чистякова. Спасибо вам огромное! У микрофона был Майкл Наки. Всего доброго!
Ф. Янковский
―
Спасибо!